В мире отчаяния и надежды

Глава 1

Звуки отжима барабана отчётливо перекликались с мыслями о том, что в таком же "стиральном" барабане находилась и я, всю свою осознанную жизнь. В режиме "отжима" я находилась последние два года и складывается ощущение, что "цикл" этой стирки только набирает обороты. Хотя два года назад мне казалось, что самое сложное я пережила...

***

Воскресный полдень плавно перетекал в ранний вечер. Конец марта наконец-то соизволил показать жителям Сибири о том, что он все-таки весенний ветер, и уже пару дней баловал солнечными лучами и плюсовой температурой. Лёва уже третий час болтался на футбольном поле прямо под окнами скромной старой пятиэтажки. Хоть нормальные детские площадки делают в нашем захолустье - в очередной раз подумалось мне.

Сын был уже в том возрасте, когда начинались активные стычки между мальчиками как в школе,так и во дворе дома. Он заканчивал второй класс, и частые мысли о том, чтобы дожить и не тронуться умом я обязана хотя бы к концу девятого класса. А мне всего-то 32, а усталось и нежелание жить эту жизнь я испытываю такую сильную, какую наверное не испытывают даже неизлечимо больные люди. Наоборот, они сильнее всех хотят жить...

Звонок от Лёвы прервал моё чтение, и я сразу ответила на звонок:

- Мам, скинь мяч пожалуйста! - прозвучала точно такая же просьба,как и вчера.

- Лёваа! - с нажимом и устало произнесла я. - Я вчера объясняла, что с пятого этажа не буду ничего скидывать, ни мяч, ни воду, ни что-либо ещё. Там машины стоят, люди ходят. Поднимайся сам.

- Мама, тут у Егора цепь с велосипеда слетела, а меня друг ударил,за то, что я плохо судил матч - снова несвязной скороговоркой выдал сын события минувшего часа. Вздохнула устало. И так постоянно.

- А что ты сделал в ответ? Ты же мог ему как судья дать штрафной, да? Никто не имеет права бить тебя!

- Мама, ну я ничего не сделал в ответ и ...

А дальше он что-то ещё говорил,но я уже мысленно отключилась от диалога. Потому что устала. От него, от себя. Его бесхребетности, в которой отчасти виновата. Наверное, в большей части. От того,что хочу его защитить, от всех и вся. Но при этом не имею никаких эмоциональных сил даже поддерживать долгий разговор,ведь всё, что он говорит, это неуверенные оправдания. И я. Почти с нулевой поддержкой, за что себя ненавижу. Ну что я за мать такая. Мамаша...

Я почти снова скатилась в ненависть к себе, за своё нежелание и усталость, за то что не могу давать столько тепла и терпения, которую должна давать своему эмоционально ранимому сыну. Уже открылась входная дверь и неразуваясь, через весь коридор и зал Лёва целенаправленно влетел в свою комнату,схватил любимый футбольный мяч и обратно громко топая ушёл из квартиры. Вы думаете я хоть слово сказала? Нет. Ни встала с кровати. Ни даже не возмутилась тому,что он не разулся,ни либо попросил вынести мяч в коридор. Я просто продолжила пялиться в телефон с очередной фентезийной книгой, вылавливая из общего шума за окном и незатейливой песенки из мультфильма, как громко захлопнулась дверь. Мне настолько давно всё равно, что я никогда не выключала телевизор с детским каналом,когда ребёнка не было дома. Даже когда он не просто был на улице, или на тренировках, но и тогда, когда мама и брат забирали его с ночёвкой. Мне не нужен телевизор. Давно. Ещё со студенческих времен на филфаке. Мой телевизор даже куплен не мной, а всё также подарен мамой и братом на новоселье, чтобы сын смотрел мультфильмы.

Понимая,что снова застряла в вязкой киселе своих угрюмых мыслей, я вышкребла себя из потной постели и пошла опустошать нутро стиральной машинки. Звук окончания стирки которой, я мимолетно на перефирии зафиксировала ещё минут пять назад. Ведь больше, чем я ненавижу уборку, особенно мытье посуды, да и в целом, все бытовые занятия - я ненавижу прелый запах постиранной одежды,которую вовремя не вытащили из барабана.

Без преувеличения, титанические волевые усилия я приложила, чтобы разобрать две напольные сушки с высохшей почти неделю назад одежду. И столько же, чтобы развешать мокрую. А еще, надо снова заполнить стиралку новой партией грязного белья, заправить химией, включить машинку...

Мысли начали течь с увеличивающейся скоростью. Ребенок скоро наиграется и вернётся голодный. Курица наверняка разморозилась, пора вставать и чесать на кухню. Я вкусно готовлю. И люблю это делать. Просто сил нет и желания. А также подготовить ребёнка к учебному дню, сегодня последний день каникул, завтра 4я четверть стартует. Да и себя к рабочему дню, одежду, обувь.

Душ... Лева моется сам уже давно, и слава богу. А вот я. Я не могу даже объяснить, как сложно себя заставить залезть под воду. А знаете, что потом? Невозможно заставить себя вылезть из под обжигающих струй воды. Парадокс? Тупизм? Депрессия? Ага. Да. Всё вместе. Мне место в дурке, скажете вы? Ооочень сильно вероятно, согласна полностью. Если меня туда упекут, пойду. С радостью и удовольствием, поверьте. Давно этого хочу сама. Так продолжать жить уже просто невозможно.

Страдаю ли я? Да. А есть ли на то серьёзные причины? Возможно и есть. Но мне похрен на себя давно. Но страдает сын, мой Лев. Которого я превращаю в запуганного котёнка своими вспышками гнева и общей отстраненностью. А я нехочу этой участи для него. Неимею право ломать его жизнь. Ведь я его люблю, хоть и часто не могу это чувствовать и правильно выражать, придавленная слоями боли. Отчаяния. Гнева. Бессилия. Но надежды. Чей уголек не перестает тлеть где-то очень глубо во мне. Надежды, что я возьму себя, мать его, в руки и начну выплавать из этого эмоционального дна.