В объятьях грозного дракона. Невеста на откуп

Пролог

– Ты всё равно станешь моей! – взревел мне прямо в лицо разъярённый мужчина, в два шага оказавшись рядом. Он одной рукой держал мои запястья за спиной, а второй прижимал меня к своей могучей груди. – Не то…

– Не то что? – я, не смотря на боль в руках и острую нехватку воздуха, с вызовом взглянула ему прямо в глаза. - Сожрёте меня?

Только бы не испугаться, только бы не испугаться! Этот зверь чует страх за три версты и ненавидит его сильнее предательства.

– Не то ты пожалеешь, что появилась на моём пути, смертная!

– Видят боги, я с первой минуты жалею об этом. Я никогда не полюблю вас даже под страхом смертной казни.

– У тебя нет выбора! Ты рождена, чтобы стать моей!

Визуалы

Дорогие читатели, приветствую Вас в своей новой истории! И для начала давайте познакомимся с некоторыми героями.

Медина Фияс. Девушка смелая и не совсем обычная, но об этом я расскажу чуточку позже.

Глава 1

Нижний Фейрот. Тэрнтон, графство Трайвания.

Медина Фияс, воспитанница сиротского приюта.

Узкие, никогда не видевшие солнечного света улочки маленького городка Тэрнтон, что на севере Трайвании, в первую лунную ночь лета ежегодно собирают огромное количество колдунов и ведьм со всего Нижнего Фейрота. Живые реки, стекающиеся к центральной площади от трёх городских ворот, очень напоминают карнавальное шествие. Такая толкучка может сравниться лишь с ярмаркой в Гластоне, когда не то, что кибитка по улице не проедет, а и ведьма на метле не пролетит.

Главный праздник тёмных магов – Восход Чёрной Луны, непременно заканчивается шабашем на вершине самой высокой горы Трайвании – Голой сопке. Жалко, что попадают туда лишь главы колдовских Орденов и верховные ведьмы всех пяти Ковенов Фейрота. Другие же, более низкие по статусу маги собираются на огромной поляне у подножия. А остальным – любопытствующим приходится довольствоваться лишь созерцанием сего завораживающего действа издалека.

Однако сегодня праздник обещает быть не просто запоминающимся, а на редкость особенным! Потому-то с самого утра места на балконах и крышах городских домов распродаются, как горячие пирожки. Всему виной главная провидица нашего графства, которая накануне прилюдно объявила о своём последнем видении: праздник посетит сам император драконов из соседнего мира, чтобы подобрать невест для своих сыновей.

Обычно эти высокомерные зверюги женятся на светлых чародейках и эльфийках из Верхнего Фейрота. Мы же считаемся магичками второго сорта, а потому замуж можем выйти лишь за подобных себе, или за обычных людей, которые занимают самое низшее положение в нашем мире, впрочем, как и во всей Мглистой северной плеяде миров.

Потому-то сие событие вызвало в Трайвании особый ажиотаж. Расфуфыренные дамочки сновали туда-сюда, опасаясь пропустить такого высокого гостя. Причём, высокого – в прямом смысле слова.

Старые легенды рассказывают о драконах, как о невероятно крупных, сильных и привлекательных мужчинах, буквально сводящих с ума всех представительниц противоположного пола.

Естественно! Ведь они способны превращаться в таких величественных и огромных существ! Ни одно тщедушное тельце колдуна или человека не выдержит такого. А потому, во всех близлежащих мирах драконов принято считать одной из высших рас, наряду с эльфами и демонами.

Если последние обитают в Скрытом мире и практически не показываются на глаза представителям других народов, то драконы изредка “осчастливливают” жителей соседних миров своим феерическим появлением. То все посевы спалят, обрекая крестьян на голод, то девок молоденьких попортят, а то и просто умыкнут пару красоток в свой мир для развлечений.

Старики, которые ещё помнят раздел мира, поговаривают, что Нижний Фейрот несколько веков назад уже давал драконам откуп за мир и спокойствие, и сейчас эти зверюги явились за очередной данью. Но я не особенно то верю в эту сказку, старая Пэг соврёт – недорого возьмёт, лишь бы напугать нас посильнее, да заставить сидеть в приюте, когда тут такое происходит!

Интересно, дракон серьёзно решил женить сыновей на ведьмах из Нижнего Фейрота, или это всего лишь чья-то злая шутка? Что больше походило на правду. Ну зачем им, скажем, такая недотёпа, как я или дурнушка Ви?

Я так глубоко задумалась о недосягаемых величественных созданиях, что не сразу поняла, что со мной кто-то пытается поговорить.

– Будьте добры, юные леди, уберите за собой! – гаркнул кто-то прямо над нашими с подругой головами. Он указывал рукой в сторону валяющейся всего лишь в паре шагов от нас картинке с летящим над полем драконом.

Я медленно подняла голову и столкнулась с колким взглядом глубоких ярко-золотистых глаз. Надо же, какой красавчик пытается отчитать нас с Ви за то, чего мы не совершали.

Чёрная накидка, перекинутая через правое плечо мужчины практически полностью скрывала, по всему видно, не дешёвую одежду. Под плотной тканью угадывались лишь лёгкие кожаные доспехи. Видимо блюститель чистоты прибыл из далёкого Гластона. Здешние мужчины носили более скромные наряды.

Почти незаметно, не считая громкого хруста сухой бумаги, и не отводя смелого взгляда, я быстро смяла в руке только что сорванный с двери лист с изображением спящего крылатого ящера, и спрятала его за спиной.

– Простите, сэр, но мы вам не чернушки безродные! Мы, между прочим, воспитанницы самого престижного пансионата Трайвании, и скоро будем дипломированными ведьмами, так что я не советую вам связываться с нами! И уж поверьте, уборка загаженной бездомными улицы никак не входит в наши планы! – мой уверенный голос и не менее уверенный тон выбили мужчину из колеи.

А никто и не говорил, что со мной просто!

Визуалы 1

Главный герой. Пока инкогнито, но совсем скоро обретёт имя.

Глава 2

Красавчик сердито взглянул в нашу сторону и нахмурился.

– А что же, позвольте узнать, входит в ваши планы?

– Милейший, а вы уверены, что это вашего ума дело? – пошла я в наступление, вспомнив наставления старой Пэги: «Лучшая защита – это нападение! А если оно ещё и удовольствие приносит – почти святое дело!»

Подруга же, будучи от природы слегка глуповатой немного стеснялась представителей противоположного пола, отчего, при виде оных нещадно краснела. Её крупный веснушчатый нос, резко контрастируя с желтовато-серыми волосами, на фоне круглого лица, казался ещё более выдающимся, чем уши эльфийского князя.

– Я… мы… - начала заикаться она, уже собираясь было выполнить любой приказ возомнившего себя центром вселенной мужчины, но я, строго взглянув на подругу, быстро встала между ней и этим громилой.

Я всегда так делаю, если кто-то из других сирот пытается отобрать у Ви последнюю сдобную булку. Это нехитрое лакомство – единственная радость воспитанников городского сиротского приюта, а потому необычайно популярно среди ребят от мала до велика, и горе тому, кто не может за себя постоять.

– Простите, сэр, но мы жутко торопимся на площадь! Посторонитесь! – схватив подругу за руку, я попыталась было обойти этого напыщенного гуся, но позорно застряла между ним и стоящей на дороге повозкой.

– Позвольте узнать, куда же вы так торопитесь? – послышалось сверху.

Я подняла голову и, глупо хихикнув, встретилась с грозным взглядом прижавшего меня к кибитке наглеца. Вот же гад!

– Мы, между прочим, невесты драконьих принцев! – без зазрения совести соврала я.

Чего только не скажешь, лишь бы отвязаться от приставучего мужика.

– Да вы что?! – изумился красавчик, сверкнув белозубой улыбкой. – А они знают об этом?

– А как же! Мой жених, например, души во мне не чает! – почему-то мои последние слова вызвали у незнакомца дикий хохот.

Я же, приплюснутая его огромным телом, сотрясалась в такт с ним, отчего смутилась не меньше Ви. За кого он меня принимает?

Подруга стояла, как вкопанная, выпучив глаза и чуть не плача, чем веселила этого наглеца ещё больше.

– Сэр, девушки лёгкого поведения наверняка уже заждались вас на другом конце города! Почему бы вам не отпустить нас и не поспешить туда? – пискнула я.

– Как только наиграюсь с двумя напуганными мышками! – фыркнул он, больно сжав моё правое запястье, которое словно огнём прожгло.

Надо же, какой горячий!

– Отпусти, громила! – не выдержав унижения, пробормотала я, уткнувшись лбом в его грудь. – Клянусь Чёрной Луной, ты ответишь за своё недостойное отношение к честной девушке.

– Поверь, милая, с простушками вроде тебя я волен обращаться так, как мне этого захочется! – резко сменив тон, протянул он мне прямо в лицо, позволив разглядеть радужки его золотисто-жёлтых глаз в мельчайших подробностях.

– Это мы то простушки? – неожиданно громко взвизгнула Ви, испугав не только меня, себя, но ещё и этого приставучего кобеля. – Да Дина, между прочим, обладает редкими чарами! Её прапрапрабабка была Белой ведьмой, и если ты сейчас же не пропустишь нас на площадь, будешь долго менять портки, да кланяться каждой придорожной травинке! Уж это я тебе гарантирую.

Лицо мужчины удивлённо вытянулось, а в глазах словно взорвался масляной бочонок. Он ещё сильнее сжал мою руку, заставив меня громко зарычать от боли.

– Угрозы на меня давно не действуют, крошка…

В этот момент течение толпы, пригвоздившей красавца ко мне, резко остановилось, и кто-то ощутимо толкнул его в плечо. Я, пользуясь секундной заминкой незнакомца, вырвалась из стального захвата, и лягнув его по ноге своим тяжеленным башмаком, вместе с подругой быстро нырнула в новую волну участников шествия, уносящую нас в сторону базарной площади.

– Ах ты ж зараза!.. – послышалось позади ругательство красавчика, заглушаемое нескончаемым гулом всего этого разнопёстрого сборища. – Учти, я от игрушек просто так не отказываюсь, и найду тебя ещё до конца праздника!

– Удачи!

Глава 3

Нам, хрупким девчонкам было необычайно просто лавировать между толпящимися зеваками. Они, как стадо овец то медленно, то быстро продвигались туда же, куда направлялись и мы, унося нас стихийным течением всё дальше и дальше от наглого господина, решившего безнаказанно потискать молоденькую девчонку.

Ви иногда взвизгивала от боли, когда кто-то наступал ей на ноги, я же упорно тащила её вперёд, расталкивая локтями уставших колдунов и расфуфыренных ведьм, заполонивших узкую улочку. Мы обе спешили к заветной мечте: хоть одним глазочком увидеть крылатого зверя. Правда ли он так опасен, ужасен и прекрасен одновременно?

– Ди, ты уверена, что опекунша не кинется нас? – прошептала подруга, уставившись куда-то вперёд.

Я проследила за её взглядом и остолбенела. С балкона второго этажа на нас грозно взирала та самая опекунша – мадам Линдер, довольно зажиточная горожанка, взявшая под личную опеку местный сиротский приют.

– Ой… – я инстинктивно присела, хотя это нас никак не спасло. Луиса Линдер по-прежнему грозно взирала на меня, красноречиво проводя длинным когтем по шее, показывая, что ждёт нас с Ви за непослушание.

А что, мы самые старшие из девушек, имеем право хотя бы изредка высовывать нос за стены «школы прислуги», как прозвали наш дом никому не нужных детей с ничтожными проявлениями магии, или вовсе без неё.

Через несколько часов мне исполнится девятнадцать, и я уже давно не мечтаю о чарах. От матери – одной из красивейших ведьм Трайвании мне достался лишь редкий цвет волос и вздорный характер. Хотя, вторым меня вполне мог наградить и исчезнувший из нашей жизни отец.

Кто он и откуда никто не знает, хотя, говорят, что во время родов Ялиза Фияс – моя мать то и дело слала проклятия какому-то Тарнису. Тогда-то она и почила, не справившись с тяжёлым бременем и, оставив меня крохотную, и полуживую на руках старой городской повитухи.

По неписанным правилам Фейрота осиротевшее дитя на воспитание обязан взять ковен матери. Но, не увидев в младенце ни единой искорки магии, все ведьмы Тёмного Леса отказались от меня, навечно одарив позорным клеймом бездарности и мерзким именем Медина.

И сейчас, пытаясь укрыться от пронзительного взгляда этой противной ведьмы, что возомнила себя пупом мира, я прекрасно понимаю, что основная тяжесть вины естественно ляжет на мои плечи. Мнение Ви для мадам Линдер никогда не было весомее кошачьего мяуканья.

– Медина Фияс, – раздавалось с балкона, – немедленно возвращайтесь в приют, или я буду вынуждена навсегда выставить тебя на улицу!

Хорошо, что неугомонные ведьмы, подталкивающие нас вперёд, без умолку галдели, перекрикивая не только друг друга, но и выследившую нас мегеру. А потому, мы с подругой вполне оправданно сделали вид, что абсолютно ничего не видели и не слышали.

– Ой, Дина, боюсь опекунша сдержит своё обещание… – простонала Ви, ещё крепче вцепившись в мою и без того саднящую руку.

– Ну и пусть! Всё равно мне пора начинать самостоятельную жизнь. Домик матери, говорят, пустует. Выгоню крыс, обмету паутину, и буду жить, как настоящая ведьма – в лесу, в полном уединении!

– Да какая из тебя ведьма? В тебе, ведь, магии кот наплакал…

– Ну если это кот старой привратницы Фейрота, о котором ходят настоящие легенды, то я согласна! – отшутилась я, хотя слова подруги ранили сильнее когтей пушистых помощников ведьм, которые сейчас от всей души драли свои когти о моё самолюбие.

Я всю жизнь заступаюсь за простушку Ви, считая её жизнь выше своей, иногда даже подставляя свою спину вместо её под плети мадам Линдер, а подруга, оказывается, и в грош меня не ставит. Обидно…

Погрузившись в свои невесёлые размышления, и уворачиваясь от постоянных толчков толпящихся прохожих я, кажется, перестала замечать всё происходящее вокруг. Где-то в тумане мелькали лица, кто-то что-то кричал, и даже показывал пальцем, но я абсолютно ничего не видела и не слышала. В голове звучало лишь: «Да какая из тебя ведьма? В тебе, ведь, магии кот наплакал…»

Я не сразу поняла, что позорно реву, стоя в центре базарной площади, в самом эпицентре праздничной вакханалии. Я – самая боевая девчонка приюта…

Как это называется? За всю свою недолгую жизнь я уже столько мерзостей в свой адрес слышала, что последняя должна была стать самой безобидной из них. Но ранила она куда сильнее, ибо сказана была самым родным существом – лучшей подругой.

Праздник уже начался, все ведьмы ликовали, размахивая шляпами и мётлами, стараясь привлечь чьё-то внимание. Мне стало до тошноты противно находиться здесь, будто и я такая же сумасшедшая, как эти размалёванные куклы, готовые душу отдать за один только взгляд дракона.

– Заберите меня! – кричала Ви, поддавшись всеобщему настроению. Она, как и многие другие махала чем-то похожим на платок, пытаясь привлечь к себе внимание стоящих на платформе мужчин.

Меня брезгливо передёрнуло при виде этой до жути унизительной картины. Развернувшись и, пытаясь протолкнуться сквозь беснующуюся толпу, я стала медленно пробираться туда, откуда пришла. Праздник уже не радовал, перспектива покинуть Фейрот в качестве драконьего трофея меня тоже не прельщала. А вот жгучее желание немедленно сбежать из этого мерзкого городка стало настолько сильным, что хотелось выть от досады.

– Простите… извините… – расталкивая локтями обезумевших ведьм всех возрастов, я уже почти смогла вырваться из этого замкнутого круга, как прямо над моим ухом прошипел знакомый голос. Тот, который я сейчас хотела бы слышать меньше всего на свете.

Глава 4

Мерзкий, с прищуром взгляд практически бесцветных, землисто-серых глаз вызывал мороз по коже, а ехидная ухмылка не обещала ничего хорошего.

– Я же тебя предупреждал, что когда-нибудь судьба сведёт нас в тёмном переулке Тэрнтона, крошка. Теперь тебя некому спасти! – хватая меня за руку, прошипел жутковатого вида, в длинном чёрном балахоне колдун, от которого я скрываюсь уже ровно год.

Впервые он попытался похитить меня в канун прошлого восхождения Чёрной Луны, но его спугнула опекунша, как обычно заставшая нас с Ви за подсматриванием праздника.

Как я могла забыть о нём? Уродливая татуировка, украшающая всю левую щёку, лоб и подбородок этого пособника тьмы, после нашей прошлой встречи ещё долго мерещилась мне на лицах городских мужиков.

– Уже вступила в наследство матери? – проскрежетал мужчина, сверкнув металлическим зубом, от вида которого меня брезгливо передёрнуло.

В прошлом году он что-то мямлил про скорую месть, которой будет наслаждаться, используя дочь Ялизы Фияс, как свою подстилку. Противный смех и жуткие угрозы колдуна долго не давали мне спать по ночам, обещая совсем безрадостное будущее. Теперь же, при звуке стального с хрипотцой голоса ноги словно онемели, не позволяя сдвинуться с места.

– Наверное вы обознались… – предприняла я попытку вырваться, понимая, что колдун прав, меня действительно некому спасти.

– Тебя невозможно ни с кем спутать, крошка. Присущая семейству Фияс красота проявилась в каждой твоей чёрточке. Ведьмы твоего клана всегда были сладкими и горячими, – как-то надрывно проскрежетал он, заставляя все мои внутренности сжаться от ужаса.

Вот же дура! Зачем я убежала от Ви? Обиделась, видите ли… И, что теперь? Как скрыться от этого страшного человека?

– Вот видите, я же говорю – обознались! Я обычная девушка. Во мне нет ни капли магии, это вам подтвердит каждый воспитанник сиротского приюта и опекунша, мадам Линдер.

– Хех! – прокряхтел колдун. – Стало быть ещё чиста, как предрассветная лилия, – прошептал мужчина, обжигая мою шею горячим дыханием.

Он, тяжело пыхтя, довольно рыкнул, одной рукой вжимая моё хрупкое тело в свою огромную тушу, и пытаясь запихнуть под свой плащ.

Я, заглушая бешеный стук сердца собственным криком, постаралась вырваться из цепких лап похитителя. Стоящие рядом ведьмы и праздные зеваки лишь посмотрели на меня, как на умалишённую, отмахнувшись, словно от барахтающейся в тени парочки, и продолжили что-то кричать, уставившись в самый центр праздничной площади. Даже почти полностью скрытое капюшоном лицо колдуна никого не удивило, ибо странные одеяния в Нижнем Фейроте – дело привычное. Скорее я в обычном сером платье в пол выглядела странно и нелепо.

– Я же говорил, теперь тебе никто не поможет! – с этими словами, он закрыл мой рот своей мощной ладонью и, обхватив за талию, поволок в абсолютно лишённый света переулок, удивительно легко лавируя в плотной беснующейся толпе.

Жуткая паника, сковала тело, окончательно лишив меня возможности сопротивляться. Сил не было даже на то, чтобы как следует лягнуть наглеца. Оставалось лишь слабенько подёргивать руками и ногами, чтобы окончательно не растерять самоуважение.

Со стороны, наверняка, казалось, будто сердобольный господин спасает от давки бьющуюся в припадке хворую девицу.

Что ж, Медина, вот и закончилась твоя короткая, лишённая смысла жизнь! Как говорит старая Пэги, отпрыгалась козочка – откинула копытца.

За несколько секунд перед глазами пролетели те немногие воспоминания из раннего детства, что мне удалось сохранить. Первая встреча с единственной подругой, первое наказание опекунши и первый мой отпор. С тех самых пор она меня и невзлюбила! Больше, к сожалению, мне и вспомнить-то оказалось нечего…

– Хватит дрыгаться, – рыкнул на ухо колдун, – всё равно тебе никто не поможет!

– Ошибаешься, меченый! – словно издалека услышала я грозный мужской голос.

Что произошло дальше, заметить я не успела. Почувствовала лишь сильный толчок в спину и упала. А пока судорожно хватала ртом воздух, растирая шею и грудь, мой таинственный спаситель исчез вместе с похитителем, оставив меня наедине с темнотой в одном из самых узких переулков Тернтона.

Отдышавшись, я отправилась на поиски подруги, обратно в толпу. Несмотря на только что пережитый шок и тот факт, что теперь в каждом встречном мне мерещилось озлобленное лицо колдуна, я всё же продолжала упрямо пробираться к центру площади. В голове стоял непрекращающийся звон, заглушая все прочие звуки, и когда он немного стих, я с ужасом услышала гробовую тишину, воцарившуюся над площадью.

Казалось, что все собравшиеся не просто молчали… они боялись пошевелиться и сделать очередной вдох, устремив взоры на внезапно помрачневшее небо.

Глава 5

Последние отблески луны коварно перекрыла огромная тень, погрузив во мрак забитую до отказа площадь, а налетевший вместе с нею сокрушительный порыв ветра, который сбивал с ног, заставил пригнуться даже самых смелых. Небо над Нижним Фейротом потемнело, словно его накрыло огромное драконье крыло.

Земля задрожала, а воздух завибрировал, когда над городом пролетел огромный крылатый силуэт, сотканный из золотисто-чёрных чешуек и древней ярости. Огромные жёлтые глазищи, размером с озерца, вспыхнули, озарив ужасом лица собравшихся.

Страх парализовал всех, и уже не верилось, что всего каких-то несколько минут назад все с нетерпением ждали праздника. А дождались этого…

Глубокий, как рокот земных недр, и острый, как сталь голос разрезал воздух, заставив большую часть собравшихся рухнуть на колени. Казалось, он вырывался из земли, из каждого придорожного камня, и с треском отражался от стен.

– Слушайте, смертные и маги Нижнего Фейрота! Я, Гаргад Всемогущий, Император Небеснорожденных, Владыка двух Фейротов, Древнейший из Древних! Я не снисхожу в ваши незначительные владения ради праздных бесед или простого любопытства. Я пришёл, ибо время пришло! – короткая пауза нависла над перепуганными зрителями, заставив всех напрячься ещё сильнее. – Долгие сотни лет прошли с тех пор, как был заключён Договор. Сотни лет, которые вы пользовались нашей защитой, нашим покровительством и нашим терпением. Это мы, драконы, позволяем вашим ничтожным городам стоять, полям плодоносить, а вашим жалким жизням течь, не ведая истинного ужаса, который таится за пределами этого убогого мирка! Ибо небеса над вами – наши! Земля, по которой вы ступаете – наша! И даже сам воздух, который вы вдыхаете – дарован нами, из милости нашей бесконечной силы. Это не просьба, не милостыня, что я пришёл потребовать! Это – ДАНЬ! Древнее право, закреплённое кровью и клятвой, которое вы обязаны нести! Я пришёл за тем, что принадлежит мне по праву: за вашим золотом и Белой ведьмой, рождённой от семени дракона в ночь восхождения Чёрной луны!

Голос императора становился ещё глубже, почти рычащим, а его золотые глаза сужались, прожигая взглядом дрожащую, как осиновый лист, толпу.

– Белая магия ещё не проснулась, но я уже чувствую её. Она уникальна! Я ощущаю её, даже через толстую корку вашего первобытного ужаса. Рождение Белой ведьмы – угроза, которую нельзя игнорировать! Она принадлежит моему роду! Не смейте скрывать её! Если до восхода солнца Она не будет отдана мне, без промедления, без хитростей и без отговорок, Нижний Фейрот сгинет! Он сгорит в моём сокрушающем пламени! Ни один камень не останется на камне, ни одна душа не выживет, чтобы оплакивать вашу непомерную глупость! Ваши ничтожные жизни будут стёрты с лица земли, словно пыль, ибо вы осмелились бросить вызов Императору!

Тернтон онемел… Город, ещё недавно наполненный всеобщим весельем, теперь было не узнать. Повсюду царил мертвый, леденящий душу ужас, сковавший всё живое тисками безысходности.

Ветер, налетевший с небес, не уносил звуки, а наоборот, вколачивал их в землю, усиливая тишину, которая и без того была громче любого крика.

Собравшиеся ведьмы и колдуны, чьи привычные одежды, зачастую яркие и украшенные символами их могущества, теперь казались нелепыми и жалкими, дрожали, словно осиновые листья на ветру. Дрожали не от холода, хотя он пронизывал до костей, а от первобытного, всепоглощающего страха, исходящего от неземного существа, явившегося на их праздник.

Их лица, обычно полные уверенности, а порой и высокомерия, сейчас были искажены ужасом. Глаза, привыкшие видеть тонкие грани реальности, вглядывались в небо с отчаянием, пытаясь постичь необъятность и мощь дракона, чьё присутствие разрывало саму ткань их мира. Многие прижимали к груди свои посохи, амулеты и книги с заклинаниями, словно эти предметы могли дать хоть какую-то защиту от того, что сейчас возвышалось над ними.

Колдуны, чьи пальцы обычно изящно плели магические узоры, теперь бесцельно сжимали и разжимали кулаки, не находя себе места. Ведьмы, знающие толк в травах и чарах, ощущали бессилие перед силой, которая могла сжечь их дотла одним выдохом. Пожилые маги, немало повидавшие за свою долгую жизнь, теперь были бледнее самой смерти, их мудрые глаза наполнились невыразимой паникой, а рты открывались и закрывались в безмолвном крике.

Шёпот, прорывающийся сквозь дрожь, был прерывистым и отчаянным: «Боги… легенды не врали… это Гаргад Всемогущий…»; «Мы обречены…»; «Он уничтожит нас…»; «… Белая ведьма… Что нам делать?».

Кто-то падал на колени, моля о пощаде у несуществующих богов, другие просто стояли, окаменев от ужаса, словно ожидая неминуемой гибели. Воздух был настолько пропитан страхом, что казалось, им самим можно было напиться.

– Моё терпение – не слабость, оно – признак безграничной мощи. Одно движение моего крыла, один выдох пламени, и этот городок станет кучей пепла и воспоминанием, развеянным по ветру! Я пришёл за данью – за Белой Ведьмой! Найдите её, немедленно!!! Выбор за вами. И времени у вас… почти нет. Даю вам сутки!»

Собравшиеся чувствовали, как по их венам течёт не кровь, а жидкий холод, как их магия, их сила – всё, что составляло их сущность, ничтожно перед этим древним, пламенным гневом. Некоторые, наиболее отчаянные, пытались шептать слова заклинаний, но их голоса были так слабы, так дрожащи, что казалось, драконье дыхание развеет их прежде, чем они успеют обрести форму. Всё, что они знали, всё, во что верили, трещало по швам под этим всесокрушающим давлением. И посреди всего этого ужаса, над их дрожащими, склоненными головами, возвышалась незыблемая, ужасающая истина: их мир, их жизнь – теперь зависели от того, смогут ли они отдать то, что требовал Император Драконов.

Глава 6

Последние слова императора драконов отдавались от стен, вновь и вновь возвращаясь к собравшимся ужасающим эхом: “Даю вам сутки… сутки… сутки…”

Повторялось оно некоторое время и после того, как дракон улетел, оставив перепуганных ведьм и колдунов Нижнего Фейрота в глубоком шоке.

Площадь бурлила, как кипящий котёл. С последними громовыми словами дракона, обрушившимися на нас, мир перевернулся с ног на голову.

Словно в улей, в который сунули горящую палку, на площадь высыпали перепуганные горожане, их лица побелели от страха. Крики, плач, причитания – всё смешалось в оглушительную какофонию. Поздние торговцы бросили свои лавки, товар рассыпался по брусчатке, а они, не разбирая дороги, метались между толпящимися людьми.

Дети ревели, цепляясь за подолы своих матерей, которые, в свою очередь, истерически озирались по сторонам, словно ожидая, что дракон вот-вот вернётся.

– Мы все умрём! Все погибнем! – надрывалась какая-то женщина, заламывая руки.

Её крик подхватили другие, усилив и без того невыносимую панику.

– Он придёт снова! Он сожжёт нас всех! – вторили ей другие, и страх растекался по площади, как ядовитое масло.

Всюду слышались проклятия в адрес Гаргада Всемогущего, но никто не понимал, что делать дальше.

– Где эта белая ведьма?! Где она?! Она же должна была проявить себя! – выкрикнул какой-то мужчина, его голос дрожал от гнева и безысходности.

– Никто не знает, где она! Никто её не видел! – ответили ему, и этот крик потерянности эхом прокатился по площади.

Старые колдуны, сгорбившись, бормотали какие-то заклинания, молодые люди переглядывались, не зная, что предпринять. Городские стражники, растерянные и дезориентированные, пытались навести порядок, но их приказы тонули в море паники.

Я стояла, прижавшись к стене, пытаясь понять, что происходит. Моё сердце бешено колотилось, а в ушах стоял оглушительный звон. Всё, что я слышала, было лишь хаосом. Никто не знал, где искать ведьму, как её найти. Никто не знал, как спастись. Мы были брошены в этот водоворот страха, и каждый был предоставлен самому себе. И в этом море паники, отчаяние охватывало меня, как ледяные объятия.

В голове пульсировала только одна мысль: Ви. Я должна найти Ви и увести её подальше от этой безумной площади, пока не стало слишком поздно. Пока нас не хватилась старая Пэги, или пока опекунша не начала нас искать.

У меня не было времени на панику, на страх. Я должна была действовать, как можно быстрее, пока всеобщая паника не превратилась в неконтролируемый ураган.

Пробираться сквозь обезумевшую толпу было настоящим испытанием. Все собравшиеся на праздник Чёрной Луны, метались, толкались и кричали. Они не видели ничего вокруг, кроме своего собственного ужаса. Я протискивалась между ними, лавируя между рассыпанными товарами и опрокинутыми корзинами. Каждый шаг давался с неимоверным трудом.

Меня толкали, на меня наступали, но я, стараясь не упасть под ноги шокированных ведьм, упрямо двигалась вперед и постоянно звала Ви. Но в общем гаме мой голос тонул.

Иногда я натыкалась на знакомые лица – бывших воспитанников приюта и некоторых взрослых. Все они были бледными, испуганными, но, к моему облегчению, казалось, не замечали меня. Я, понимая, что сейчас не время для обид, надеялась, что Ви тоже где-то рядом, в безопасности.

Я пробиралась все дальше и дальше, проклиная эту безумную толпу. Каждый шаг давался с трудом. Меня толкали, на меня наступали, но я, стараясь не упасть, продолжая двигаться вперед. Я кричала Ви, но в общем гаме мой голос тонул.

Время словно замедлилось. Каждая секунда казалась вечностью. Я боялась, что толпа раздавит меня, что я потеряю Ви навсегда. Наконец, сквозь море тел я увидела веснушчатое, бледное личико подруги. Она стояла потерянная, нервно озиралась по сторонам и плакала. Я бросилась к ней, расталкивая всех на своем пути.

– Ви! Ви! – звала её я, пытаясь пробраться поближе.

Когда мне всё таки удалось дойти до подруги, я схватила ее за руку и потащила прочь.

– Бежим! Быстрее!

Нам нужно было вернуться в приют, и мы должны были сделать это как можно скорее, пока всеобщее безумие не захватило и нас.

Ви неожиданно резко выдернула свою руку из моей, встав, как вкопанная.

– Это ты – Белая ведьма! – истерично завизжала она. – Ты родилась под чёрной луной!

* * *

Дорогие читатели, приглашаю Вас в историю Тони Рождественской,

которая так же стартовала в рамках литмоба "Дань дракону"

https://litnet.com/shrt/SDWs

"Искушение драконьего престола"

https://litnet.com/shrt/5dd1

Глава 7

Услышав слова подруги, я замерла, как будто меня только что ударили по лицу. Хлёстко и больно.

Сердце упало куда-то вниз. Ви, моя Ви, смотрела на меня с таким ужасом, с таким отвращением, что я не могла поверить своим глазам.

– Что ты такое говоришь, Ви? Это же я, Медина! – прошептала я, пытаясь достучаться до неё, вырвать её из лап этого кошмара.

Но она лишь отшатнулась, продолжая визжать, её глаза были широко раскрыты от страха, и в них отражался весь тот хаос, что творился вокруг.

– Белая ведьма! Ты – Белая ведьма! Ты родилась под чёрной луной! – её слова, казалось, были наполнены не просто страхом, но и каким-то древним ужасом, навязанным ей кем-то или чем-то.

Я попыталась подойти к ней, протянуть руку, но она лишь отпрянула ещё дальше, прижимаясь к какой-то незнакомке. Эта женщина, к которой прильнула Ви, испуганно смотрела на меня, словно я была заразной.

Меня охватило отчаяние. Неужели они все поверили этому? Неужели весь страх, который нагнал дракон, обрушился на меня? Я, которая всегда старалась помочь, быть доброй, быть полезной…

– Ви, послушай меня! Это не я! Это неправда! – молила я, но мой голос звучал слабо и потеряно в этой бушующей толпе.

Моя единственная подруга смотрела на меня, как на чудовище, как на воплощение всех её детских страхов. И в этот момент я поняла: всё потеряно. Моя попытка убежать, равно как и попытка защитить Ви, оказалась напрасной и глупой. Она больше не видела во мне Медины. Она видела лишь ту, о ком шептались, кого боялись – Белую ведьму, рождённую под Чёрной луной.

Она отвернулась от меня, и я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Оставшись одна посреди этого хаоса, сбитая наземь страхом и отчаянием, я поняла, что мои проблемы только начинаются.

Внезапно, всё вокруг замерло. Крики, шум, суматоха – всё как будто отступило на второй план. Я ощутила на себе десятки, а может, и сотни взглядов. Не тех рассеянных, испуганных взглядов, что были раньше. Нет, эти были острыми, направленными, пронизывающими.

Я подняла голову и встретилась глазами с несколькими колдунами. Они стояли чуть поодаль, ближе к краю площади, и их лица были суровыми, непроницаемыми. В их глазах не было паники, только холодная решимость. Это были не простые горожане. Это были… стражники? Или, что хуже, кто-то, кто имел власть.

Их взгляды, казалось, изучали меня, проникая сквозь мою одежду, сквозь мои мысли. Я почувствовала, как мое сердце снова начинает колотиться, но на этот раз не от страха за себя, а от чего-то другого. От ощущения, что моя прежняя жизнь, моя попытка сбежать, только что подошла к концу.

Я огляделась. Те, кто смотрел на меня, были в основном мужчины, но среди них были и женщины. У всех было одно выражение – недоверие, подозрение, и, возможно, даже враждебность. Особенно после слов Ви. Я поняла, что больше не могу оставаться здесь. Не могу притвориться, что ничего не произошло. Мои попытки смешаться с толпой провалились. Теперь я была на виду. И те, кто смотрел на меня, знали, кто я. Или, по крайней мере, думали, что знают.

На меня смотрели, как на дичь, которую загнали в угол. И я знала, что если не предприму что-то немедленно, то окажусь в гораздо более опасной ситуации, чем была раньше.

Осознав, что попала в ловушку, я попыталась остаться спокойной, хотя внутри всё сжималось от страха. Я медленно повернулась, пытаясь найти хоть малейший просвет в этом живом кольце, которое образовали вокруг меня ведьмы и колдуны. Но их взгляды были намертво прикованы ко мне, и они не пропускали ни одного моего движения.

– Прошу вас, дайте пройти, – проговорила я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более уверенно, но он всё равно дрожал.

Никто не реагировал. Лица вокруг были напряжены, некоторые бормотали что-то себе под нос, другие просто смотрели на меня, как на диковинное животное. Чувство беспомощности нарастало. Я была окружена, и выхода не было. В этот момент я почувствовала, как чья-то рука осторожно коснулась моего плеча. Я вздрогнула и обернулась. Это был один из тех мужчин, с суровыми лицами, которые первыми обратили на меня внимание. Его взгляд был всё таким же напряжённым, но в нём появилось что-то новое – вопрос.

– Ты – та самая? – спросил он, его голос был низким и спокойным, но в нём чувствовалась скрытая сила.

Я не знала, что ответить. Сказать "да" означало признать себя той, кем меня считали, и, возможно, навсегда остаться в их власти. Сказать "нет" – значило бы солгать, и, возможно, вызвать ещё больший гнев. Но прежде чем я успела что-либо сказать, из толпы вырвался другой голос. Громкий, властный.

– Она – источник всех наших бед! – крикнул кто-то. – Это она призвала дракона! Это она виновата во всём!

– Хватайте её!

И тут началось. Толпа, словно по команде, пришла в движение. Люди начали напирать, кричать, обвинять. Я чувствовала, как меня толкают, как пытаются схватить. Я была раздавлена, загнана в угол, и в какой-то момент я поняла, что не смогу победить в этой неравной борьбе.

Глава 8

Мое сердце сжалось от ужаса и бессилия, когда сильные мужские руки скрутили меня, отнимая последнюю возможность сопротивляться и бесцеремонно швырнули на грубый дощатый настил, на котором во время священной церемонии должны были восседать Верховные ведьмы всех пяти Ковенов и главы колдовских кланов. От резкой боли, в глазах сразу же потемнело и всё тело пошло мелкой дрожью.

Шутка ли, обвиняют невесть в чём, причём кто? Моя собственная подруга!

Вокруг меня тут же обступила чёртова дюжина сильнейших. Их лица, прежде казавшиеся властными и горделивыми, теперь излучали торжество и предвкушение.

Они – настоящие легенды колдовского мира, о которых если и говорят вслух, то только шёпотом. Для любого городского ребёнка (тем более сироты) увидеть их воочию было едва ли не главным событием в жизни. Но меня их явный интерес к моей персоне сейчас, почему-то, совсем не радовал.

Марэна – Верховная ведьма Ковена Тёмного леса выделялась на общем фоне своей моложавостью и почти человеческой красотой, приправленной мудростью веков и сухими дубовыми листьями. Агия из Ковена Мёртвой ведьмы и выглядела страшнее всех остальных, и смотрела так же, словно выбирала часть моего тела, которую сожрёт в первую очередь. А высокая и худющая как струна Байяра из Ковена Чёрной луны взирала на всех свысока, явно считая себя самой сильной из ведьм, с чем явно была не согласна зеленоволосая Каира с толстенным посохом и длинным носом, Верховная Ковена Западных топей.

Остальных я попросту не знала, хотя боялась не меньше. Я была в ловушке. В самой настоящей клетке, где каждый взгляд был направлен на меня с определенной целью.

– Так вот ты какая, Белая ведьма, – проговорила одна из старух. Её голос звучал сладко и в то же время ядовито. – Думала, сможешь сбежать от своей судьбы?

Я попыталась подняться, но ноги не слушались. Я чувствовала слабость, и оторопь, которые охватили меня. Это был не просто страх перед наказанием. Это был мертвецкий ужас – порождение предательства, от того, что человек, которому я доверяла больше, чем себе, оказался моим злейшим врагом.

Бежать было некуда. Со всех сторон ко мне склонились Верховные ведьмы и главы орденов, их глаза внимательно изучали каждый сантиметр моего тела. Я чувствовала, как их магия проникает внутрь, словно холодные пальцы, ощупывая мою душу со всех сторон. Они искали что-то, что подтвердило бы их подозрения.

– Она действительно ведьма, – прошептал один из колдунов, – хотя, ещё без магии.

– И родилась под чёрной луной, – добавил другой.

Эти слова, словно приговор, повисли в воздухе. Я была обречена. Вся моя жизнь, все мои попытки быть хорошей, всё стало напрасным. Я была Белой ведьмой, той, которую боялись и ненавидели, хотя я совершенно не понимаю почему. И теперь, когда меня выставили напоказ, я знала, что мне не избежать своей участи.

– И волоса у неё, как белый огонь!

Когда я услышала эти слова, рука тут же потянулась к голове. Действительно, они всегда были необычного, почти белого цвета, что странно для Нижнего Фейрота, и это часто вызывало пересуды и косые взгляды. Я всегда старалась не обращать на это внимания, хотя и замечала, что в свете луны они становились ещё белее, но сейчас, окруженная сотнями враждебных глаз, я чувствуя, как под ночным светилом мои волосы снова становятся ярче, словно впитывают в себя всю негативную энергию и лунное сияние, и это меня жутко пугало.

– Белый огонь… – прошептал кто-то из присутствующих, и в этом шепоте слышались страх и восхищение одновременно.

В следующий момент на помост выскочила Луиса Линдер собственной персоной. Она была взъерошена и явно довольна происходящим. Конечно, она и тут попытается сыграть главную роль, хотя сегодня она, к сожалению, уготована мне.
Зная скверный нрав опекунши и её предвзятое отношение ко мне, я даже не смела рассчитывать на помощь и сочувствие. Она презрительно зыркнула в мою сторону и, надеясь выслужиться перед сильнейшими ведьмами и колдунами, торжественно изрекла:

– Она – посланница тьмы! Я всегда это знала! Её лохмы ночью светлеют ещё сильнее, как и сказано в старых легендах об этих тварях. Какие ещё вам нужны доказательства? – под одобрительные выкрики толпы вещала Луиса, ещё больше заводя обезумевших от страха ведьм.

Её пламенная речь едва не добила меня. Я чувствовала, как меня покидают последние силы. Я была совершенно одна, окруженная врагами, которые были готовы разорвать меня на части. И никакие доводы или мольбы не смогли бы переубедить их в обратном.

Взглянув на мадам Линдер, я не увидела в её глазах ни капли жалости. Одна лишь холодная решимость.

– Она принесла эту напасть на наши земли! Её жизнь – это наше проклятие!

– Зачем вы это делаете? – только и смогла выдавить из себя я. – Я ведь ничего вам не сделала…

В ответ прозвучал лишь презрительный смешок. Холодный, безжалостный, который, казалось, исходил разом от всех присутствующих.

– Ты – Белая ведьма, проклятие этого мира! Ты – зло, которое мы должны уничтожить, – произнесла одна из верховных ведьм, вынося мне смертный приговор.

Мой взгляд метался от одного лица к другому. Каждый из них, казалось, был готов лично исполнить его, лишь бы я навсегда исчезла из Нижнего Фейрта.

Глаза Верховных ведьм и глав колдовских орденов горели нетерпением, предвкушая мое наказание. Опекунша стояла рядом с ними, с торжествующей улыбкой на лице, явно довольная тем, как разворачивались события.

Глава 9

Повинуясь его приказу, двое мужчин, облачённых в тёмные мантии, шагнули ко мне. Я застыла, не в силах пошевелиться, словно пригвождённая к месту. Когда они подошли и достали из-за пояса какие-то странные, переплетающиеся ленты, которые, казалось, светились тусклым, слегка голубоватым светом, я невольно отпрянула.

– Не сопротивляйся, – прошипел один из них, и его пальцы, холодные как лёд, сомкнулись на моих запястьях.

Как только ленты коснулись моей кожи, я почувствовала, как по телу разливается жгучий холод. Они не просто связывали меня – они словно вытягивали все силы, сковывали ещё не проснувшуюся магию, если она у меня вообще была.

Я попыталась дёрнуться, вырваться, но ленты затянулись ещё сильнее. Они обвились вокруг моих рук и ног, плотно, не оставляя ни малейшей возможности для движения. Каждое моё усилие лишь туже затягивало путы, причиняя боль и неудобства.

Я чувствовала, как кровь приливает к запястьям, как кожа начинает гореть там, где ленты впивались в неё, но ничего не могла сделать. Но самым страшным было другое: я ощущала, как моя жизненная сила, какая бы она ни была, постепенно угасает, словно её поглощали эти зловещие ленты.

Когда меня окончательно связали, я, как подкошенная упала на дощатый настил, совершенно обессиленная, не способная защищать себя даже словесно. Судьи и обвинители смотрели на меня с удовлетворением, словно расправой надо мной они решат все свои проблемы.

Колдун, отдавший приказ, подошёл ближе. Его лицо было скрыто тенью капюшона, но я чувствовала на себе его голодный взгляд – взгляд хищника, который наконец-то загнал свою добычу в западню из которой нет выхода.

– Теперь ты наша, – пророкотал он, и в его голосе звучала зловещая торжественность. – И мы сами решим твою судьбу.

Я, как всегда с вызовом смотрела на всех: на колдуна, на свою довольную опекуншу, на толпу, которая со свойственным ей нетерпением ждала развязки, хотя и понимала, что в этот раз никто и ничто не сможет меня спасти. Сердце билось тяжело и прерывисто, замирая от каждого злого взгляда, словно готовя меня к самому страшному. Но где-то в глубине души, несмотря на весь страх, теплилась крохотная искорка надежды. Надежды на то, что не всё ещё потеряно, что найдется выход, даже если сейчас он совершенно не виден.

Колдун направил на меня свой посох, выпустив сгусток магии, грозивший пронзить моё тело острыми иглами. Я зажмурилась, приготовившись к смерти, хотя… как к такому можно приготовиться?

– Стой, Рангар! – взвизгнула Марэна, встав между нами и с лёгкостью отбив нападение колдуна. – Убьёшь её и приговоришь весь мир к драконьему гневу! Я всегда знала, что с этой девчёнкой что-то не так… Принесём её в жертву императору крылатых и дело с концом!

Колдун, которого назвали Рангаром, повернулся к Марэне. Его лицо, скрытое тенью, казалось, выражало лишь холодное спокойствие.

– Ты права, ведьма! Смерть – это лишь временное решение. Жертва императору крылатых – вот что действительно может нас спасти. Лишь в его пламени магия белого огня исчезнет навсегда!

Марэна кивнула, её глаза горели злобным блеском.

– Да, Рангар. Ты всегда был мудрее других. Я чувствовала, что эта девчонка – ключ к чему-то великому. Теперь знаю, что это правда, – она подошла ближе, её взгляд скользнул по мне, оценивая. – Белая ведьма… Ты – редкая сила. И как раз то, что нужно для нашего спасения.

– Но я не хочу быть жертвой! – вскрикнула я, пытаясь освободиться от пут. – Я не хочу этого!

– Ты не выбираешь, – отрезала Марэна. – Ты – лишь пешка в игре великих, и твоя роль – умереть, чтобы спасти нас всех.

Она говорила так, будто это было чем-то обыденным, происходящим ежедневно. Я посмотрела на неё, на Рангара, на всех этих могущественных колдунов и ведьм, которые были готовы принести меня в жертву. В их глазах читался лишь холодный расчёт, жажда власти и страх. Страх, который заставлял идти на самые страшные поступки.

– Да сожгите эту мерзость и забудем об этом! – взвизгнула пышнотелая старушка. – Дракон явился, когда почуял её вонь, а если от неё останется лишь кучка пепла, мы перестанем интересовать его, и он снова забудет о нас на несколько веков.

В поддержку её слов толпа одобрительно загудела, скандируя одно слово: “Сжечь! Сжечь! Сжечь!” Моё собственное сердце гулкими ударами в висках вторило этому ужасающему ритму. Тук! Тук! Тук!

Я с ужасом смотрела на обезумевших фейротцев, готовых лично зажечь подо мною костёр, и поражалась, как удивительно быстро они превратились в животных, жаждущих крови. Именно в этот момент я на секунду взглядом вырвала из толпы рыдающую Ви, безмолвно кричащую: “Прости…” Её и без того бледное веснушчатое лицо стало белым полотном от осознания содеянного. В следующий миг она растворилась в сотне лиц, навсегда оставшись в моей памяти несмышлёным, но раскаявшимся ребёнком.

Я горько усмехнулась, готовая принять свою судьбу, ибо знала, что борьба со стихией – дело бесполезное и неблагодарное.

– Глупцы! – проскрипел старческий голос, привлекая всеобщее внимание к одноглазой старухе в мрачном рванье, с чёрным котом на плече.

Мариса!

Глава 10

Привратница Фейрота никогда не появляется в городе просто так, она – главный проводник между мирами и самая известная ведьма. Её узнают, Её боятся и, поговаривают, что она скоро станет Верховной ведьмой Ковена Мёртвых ведьм. Только от этого пробегает дрожь по коже, а тут Она собственной персоной...

Она медленно вышла из-за спин Верховных и неторопливо хромала ко мне, ритмично потряхивая своими лохмотьями.

– Наши предки до последних дней помнили тот страшный бой с драконами и эльфами, разделивший мир на части, и чтили пророчества! – гаркнула старуха, мгновенно успокоив толпу. – Они свято верили в то, что однажды начнётся пришествие Белых ведьм как из других миров, так и рождённых в нашем, и все они будут отданы стражам Фейрота – драконам! Белая магия возродится, и, окрепнув, вновь соединит миры! Эта безобидная девчонка, в которой нет ни капли магии, возможно, первая из них. И она – Дань дракону!

Мариса протянула в мою сторону свой костыль, который каким-то странным образом удлинился ровно настолько, чтобы дотронуться до моей головы. А дальше…

Я с замиранием сердца и округлёнными до размеров блюдца глазами смотрела на приближающийся посох старухи, не смея пошевелиться или увернуться от неминуемого прикосновения. Он будто рос из её костлявой руки, всё приближаясь и приближаясь, как карающая рука судьбы, нависшая над грешником.

Что меня ждёт в будущем, и будет ли оно?

– Нет! Что вы делаете? – шептала я, из последних сил надеясь на благоразумие привратницы. – Я совершенно обычная… во мне нет ни капли магии. Спросите Ви…

– Покорись судьбе, иначе покоришься смерти!

Как только трухлявая деревяха коснулась моего виска, мир закрутился, словно вихрь, пронося перед глазами ошарашенные лица колдунов, недовольные физиономии ведьм, каменные стены и горящие факелы. Всё мгновенно смешалось, словно кто-то нереально огромный взбалтывает ложкой наш миниатюрный мир, погружённый в большой сосуд.

Затем вспышка, невыносимый ослепляющий свет, который прожигал сквозь веки и проникал в самую суть сознания. Плахи подо мной дрогнули, земля поплыла, словно подернулась рябью на поверхности озера, а потом… исчезла. Или, скорее, перестала существовать. Не было ни звука, ни запаха, ни ощущения тела. Лишь чистая, всепоглощающая пустота.

Первое, что я ощутила, – это страх. Не просто испуг, а леденящий ужас, охвативший каждую клеточку. Страх перед неизвестностью, перед полной потерей контроля. Я не понимала, что происходит, куда меня уносит, и будет ли у этого всего конец.

Затем, на моё сознание навалилось оцепенение. Тело будто перестало существовать, а разум погрузился в какую-то странную, безвременную дремоту. И мне стало абсолютно безразлично где я и что, куда подевались грозные судьи, и что со мной сотворила одноглазая привратница.

Постепенно, сквозь великую пустоту, начали проникать ощущения. Вернее, они обрушились на меня, в один момент разрушив состояние небытия. Сначала это было давление, позволившее, наконец-то, вновь почувствовать тело. Затем – холод. Пронизывающий, ледяной, скорее ментальный – сковывающий каждую клеточку и ввергающий в беспросветное одиночество.

Чуть позже я увидела неизвестные мне мелькающие деревья, величественные здания, не похожие ни на что знакомое, странные, незнакомые лица. Образы были размытые, нечёткие, словно проявлялись сквозь туман, но они будоражили моё воображение, вызывая любопытство и тревогу.

Наконец, я почувствовала, как меня что-то тянет вниз, как воздух сдавливает лёгкие, вынуждая сделать первый вздох. В тот миг, когда я ощутила незнакомый, с примесью чего-то сладкого и цветочного, запах, уха коснулись странные звуки. Пение птиц, шелест листвы, журчание воды – и всё это казалось таким чужим, таким непривычным.

Я не знала, куда меня зашвырнула привратница, но сквозь пелену пространства прорывалось желание выжить, стремление вдохнуть воздух полной грудью и увидеть, что же там, в этом новом мире. Я боролась с неведомой силой, которая меня переносила, пытаясь понять, где я, что происходит, и как вернуться обратно.

Но в последний миг, когда всё вокруг закружилось в безумном водовороте, я ощутила, как меня бросает на что-то мягкое и упругое. Мир словно перевернулся, вспыхнув ярким лучом, взорвался оглушительным звуком и… погрузился в кромешную темень.

* * *

Дорогие читатели, в литмобе "Дань дракону" стартовала

замечательная история Веры Варандей,

которая точно не оставит Вас равнодушными
"Дракон, ты не моя судьба!"
https://litnet.com/shrt/_zCF

Глава 11

Тэрнтон. Двумя часами ранее.

Генерал драконьей армии, явившийся в Нижний Фейрот с тайной миссией.

– Это не праздник, это настоящее стихийное бедствие! – пробираясь сквозь плотную толпу разряженных тёток, воскликнул я. – И горе тому, кто попытается убедить меня в обратном!

Я брезгливо осмотрел тех, кто упирался локтями мне в бока, изо всех сил стараясь сдвинуть с места.

– Глядя на этих низших, я чертовски рад тому, что Фейрот давно разделён и мне не приходиться видеть их каждый день.

С высоты своего роста я наблюдал, как копошатся эти никчёмные создания, спеша куда-то вглубь странноватого городка, куда нас привели следы самого ненормального из крылатых. Местные жители выглядели чересчур аляповато, или даже чудаковато, словно кто-то разлил все небесные краски прямо им на головы.

– Знай я наперёд, что тут так тесно, – прокряхтел Райн, борясь за право поставить ногу на только что освободившийся камень уличной брусчатки, – остался бы дома!

– И бросил бы товарища в беде? – скептически бросил я, прекрасно зная друга. – Сомневаюсь. Ты никогда не пасовал перед трудностями, капитан, чем и заслужил свои награды и мою дружбу.

– Да уж, вытаскивать твоего непутёвого братца из очередной неприятности – дело чрезвычайной важности! Несомненно, по окончании и этого приключения твой щедрый предок наградит нас ничего не значащими побрякушками. И всё для того, чтобы скрыть похождения Клая.

Я не знал, что ответить, лишь утвердительно кивнул, отмахиваясь от чьей-то остроконечной шляпы, которая так и норовила ткнуть меня в глаз.

– Тебе не кажется, что мы бестолково используем свои силы? Целый отряд императорских стражников во главе с генералом драконьей армии, словно няньки гоняются за несмышлёным юнцом, чтобы во время подтереть его венценосный зад! – стенал Райн. – Если можно так сказать про бастарда. Что случилось с Его Императорским Величеством, ведь тебя он так никогда не баловал?

– Мне некогда следить за отцовскими причудами! Охрана внешних границ и постоянные тренировки отнимают всё время. А выходки братца пора прекращать, в этом ты абсолютно прав! Я уже договорился с Кристаром Лоргансом о переводе этого стервеца в мой отряд. Думаю, год на границе в жёстких рамках военной дисциплины пойдёт ему на пользу.

– До сих пор удивляюсь, как Крис из главы Тайной канцелярии Верхнего Фейрота сумел переквалифицироваться в няньку, – отозвался Райнхард. – Из всей нашей компании он единственный был прирождённым солдафоном. Прости, дружище, но даже ты по сравнению с ним выглядел изнеженным маменькиным сынком. Я тогда и вовсе не мог рассчитывать на столь достойную карьеру. Если бы не ты…

– Брось, Рай, уверен, ты сделал бы для меня тоже самое, – отозвался я, выискивая место для передышки. – Эти ведьмы точно сведут меня с ума. Идём к той повозке.

В нескольких метрах от нас стояла припаркованная стихийным потоком кибитка, с другой стороны которой было свободное место. Через несколько долгих минут мы всё же сумели выбраться на обочину, но место странным образом уже было занято двумя молоденькими девчонками. Они, одетые в серые, совершенно неприметные крестьянские платья и тяжеленные башмаки, были совсем не похожи на всех окружающих, чем и привлекли моё внимание. Особенно та, с красивыми светлыми волосами, которая рассматривала сорванный со стены листок с изображением дракона. На истоптанном грязными сапогами тротуаре лежал ещё один магический оттиск, но уже слегка помятый.

Сей факт, естественно, возмутил меня до глубины души. Будучи драконом, я не мог позволить столь хамское отношение к своему наследию.

– Будьте добры, юные леди, уберите за собой! – гаркнул я, указывая рукой в сторону валяющейся всего лишь в паре шагов от нас картинке с драконом.

Девушка взглянула на меня так, словно это она была наследницей императорского престола, а я – мелким червём. Надо же, какая гордая!

Она так неприкрыто откровенно разглядывала меня, как скакуна в стойле, что мне пришлось ответить ей тем же.

– Простите, сэр, но мы вам не чернушки безродные! Мы, между прочим, воспитанницы самого престижного пансионата Трайвании, и скоро будем дипломированными ведьмами, так что я не советую вам связываться с нами! И уж поверьте, уборка загаженной бездомными улицы никак не входит в наши планы! – поразила она меня полным отсутствием скромности.

Я, признаться честно, на некоторое время даже призадумался, а не забрать ли эту выскочку в свой мир?! Но насмешливое выражение лица Райнхарда немного охладило мой пыл.

Даже не имея высокородного происхождения, мой лучший друг всегда имел прекрасный вкус. И эта заноза, кажется, зацепила не только меня…

* * *

Дорогие читатели, литмоб "Дань дракону" набирает свои обороты,

и сегодня я с удовольствием знакомлю Вас с замечательной историей Майи Фар

"Недостойная для дракона"

https://litnet.com/shrt/RzF3

Глава 12

Дракон внутри меня бесновался, не позволяя просто развернуться и уйти. Он словно исподволь изучал девицу, принюхивался к её запаху и как-то странно порыкивал. Я ощущал его беспокойство, но не мог понять, что его беспокоит. Признаться честно, мне и самому было интересно. В Верхнем Фейроте никто не осмелился бы хамить наследному принцу.

– А что же, позвольте узнать, входит в ваши планы? – поинтересовался я.

– Милейший, а вы уверены, что это вашего ума дело? – вскинула она голову, махнув длинными ресницами.

Я невольно залюбовался её светлыми локонами и милым личиком с невероятно красивыми голубыми глазами, тонкими, почти эльфийскими чертами лица, пухлыми губками и аккуратным, чуть курносым носиком. Очень странно, что такая красавица родилась в Нижнем Фейроте.

По старым легендам красота покинула этот презренный мир вместе с белыми ведьмами, уничтоженными тысячу лет назад драконами и эльфами, объединившимися ради удержания своего превосходства. Тогда-то и был разделён Фейрот…

Чем больше незнакомка ершилась, тем больше западала мне в сердце. Постоянное преклонение женщин Верхнего Фейрота теперь казалось чем-то неестественным и давно наскучившим.

Эта же девчонка, словно глоток свежего воздуха в душной комнате, хотя и одета невесть как.

– Я… мы… – покраснев до кончиков своих тусклых пепельных волос, выдала вторая, заикаясь точь в точь, как дворцовые служанки.

– Простите, сэр, но мы жутко торопимся на площадь! Посторонитесь!

Красавица, решив защитить свою подругу, смело встала между нами, схватила ту за руку и попыталась уйти, но была застигнута врасплох мной и недюжей силой притяжения, с которой я прижал её к стоящей рядом повозке.

Дракон внутри меня явно наслаждался близостью к девушке. Он едва ли не мурлыкал, как кот, объевшийся сметаны, когда наши тела соприкасались. И это было очень странно. Обычно равнодушный к женщинам, он подозрительно сильно реагировал на эту.

По всему видно, она привыкла опекать младшую, раз с такой готовностью ринулась на меня, хотя и ростом едва доросла мне до груди.

– Позвольте узнать, куда же вы так торопитесь? – рыкнул я, понимая, что что-то не так.

Открытый, нисколько не испуганный взгляд голубых глаз заворожил меня ещё больше, чем её отчаянная смелость. Я с удивлением почувствовал, что где-то глубоко внутри меня разгорается пламя. Это мой зверь разводил костёр на пепелище моего равнодушия.

Неужели это оно? Но, этого не может быть! Истинность дракона – не более чем старая легенда, давно поросшая мхом и покрытая многовековой пылью.

– Мы, между прочим, невесты драконьих принцев! – без зазрения совести соврала красотка, застав меня врасплох.

– Да вы что?! – поддержал я её игру, откровенно наслаждаясь своим превосходством. – А они знают об этом?

– А как же! Мой жених, например, души во мне не чает! – развеселила меня она.

Девушка смутилась, но я не мог оторваться от её миниатюрного тела.

Знала бы она, как была близка к провалу, покраснела бы до кончиков ушей. Сейчас же чуть смутилась моей реакции, но вырваться из моего плена так и не сумела. Подругу её можно было даже не держать. она и шагу не могла сделать без белокурой красавицы.

Райн открыто веселился, наблюдая за ней, видимо, осознав, что я открыто заинтересовался смелой красавицей.

– Сэр, девушки лёгкого поведения наверняка уже заждались вас на другом конце города! Почему бы вам не отпустить нас и не поспешить туда? – предприняла она попытку лишить меня бдительности, но потерпела очередное фиаско.

– Как только наиграюсь с двумя напуганными мышками! – выдохнул я, ухватив девицу за запястье, дабы избежать неожиданных выпадов с её стороны. Эта – не жеманная эльфийка и не чопорная драконица, она и в глаз запросто заедет…

Мою ладонь неожиданно пронзило настолько мощным магическим разрядом, что я чуть было не выпустил руку девушки. Меня, как кипятком обдало.

Что? Серьёзно? Значит, истории старого эрра Лорнэ – не такие уж и сказки?!

Нет! Не верю! Магия истинности иссякла практически сразу, после раздела мира! С тех самых пор, по информации Совета Министров Верхнего Фейрота, ни одна истинная пара не появилась в Верхнем Фейроте.

А боль в руке и жжение запястья?

Наверняка, какое-то колдовство!

– Отпусти, громила! – пробормотала девушка, уткнувшись лбом в мою грудь, заставляя драконью чешую встать дыбом. – Клянусь Чёрной Луной, ты ответишь за своё недостойное отношение к честной девушке.

– Поверь, милая, с простушками вроде тебя я волен обращаться так, как мне этого захочется! – уже понимая, что не смогу выкинуть из головы эту строптивицу, медленно протянул я ей прямо в лицо, в надежде на лёгкую победу.

Обычно это срабатывало. Но не в этот раз…

– Это мы то простушки? – неожиданно громко взвизгнула конопатая. – Да Дина, между прочим, обладает редкими чарами! Её прапрапрабабка была белой ведьмой, и если ты сейчас же не пропустишь нас на площадь, будешь долго менять портки, да кланяться каждой придорожной травинке! Уж это я тебе гарантирую.

Глава 13

Чем дальше отдалялась девчонка, тем сильнее гневался мой дракон. И гневался он не на неё.
Райнхард, указывающий на моего непутёвого братца, нагло занявшего одну из самых высоких крыш, очевидно, вознамерившись тоже созерцать сей загадочный праздник, увидев выражение моего лица, мгновенно осознал всю степень драконьего интереса, и поднял ладони вверх.

– Сдаюсь… – хитро хохотнул он. – Неужели эта нищенка чем-то зацепила тебя, дружище?

Ответом ему был недовольный рык и мысленный приказ изловить беглеца и ждать меня у задних городских ворот. Друг утвердительно кивнул, накинул капюшон и “поплыл” в сторону Клая. Сам же я, не выныривая из этой колдовской предпраздничной суматохи, продолжил путь в том направлении, куда сбежали девчонки.

Мерзкое место, если честно, с этой неистово бурлящей толпой, запахами дешёвых зелий и скверных заклинаний. Мои драконьи чувства, обычно обострённые, здесь словно притупились от этой какофонии хаотической магии и целого букета противных человеческих “ароматов”.

Но я оставался в общем потоке не ради удовольствия, а ради той, что в отличии от всех остальных, осмелилась нахамить мне, бесцеремонно пробравшись в самое драконье нутро. Она словно стала моим личным якорем. Не будь её, я сразу схватил бы своего бестолкового братца и потащил его домой.

Но сейчас не до него…

Мои зоркие глаза, даже в этой магической пелене и разноцветных вспышек, скользили по разномастной толпе ведьм и колдунов. Каждый из них пытался выделиться: кто-то – нелепой шляпой, кто-то – слишком яркой аурой, кто-то – своим специфическим ароматом.

Но я искал не магическую силу и не древний артефакт. Я искал эту занозу, чей образ, кажется, навечно отпечатался в моём сознании. И тому была причина…

Я, пробирался сквозь торговцев амулетами и пророков, сквозь шаманов, предлагающих сомнительные услуги и мерзко хихикающих ведьм. Моё терпение, обычно недраконье, было на исходе. Где она? Она не могла просто испариться.

Я чувствовал её присутствие, и… слёзы? Вдруг, вдали, в просвете между двумя говорливыми знахарями, мелькнула белая вспышка.

Моё сердце, обычно спокойное, словно камень, вздрогнуло.

Там!

Поворот головы, и на долю секунды я поймал её взгляд. Голубые глаза, как два ледяных кристалла, пронзили меня. В них читалось то же упрямство, что и тогда, но было что-то ещё. Я почти услышал, как она фыркает. Да, это она.

И теперь, когда я её нашёл, я не собирался её отпускать. Но девушка, мелькнув во тьме, снова пропала.

Моё сердце, казалось, пропустило удар, а затем забилось с утроенной силой. Я только что поймал её взгляд, почувствовал её вызов, и вот она снова ускользнула. Исчезла. Словно мираж в этой проклятой толпе.

Я стиснул зубы. Мой дракон недовольно зарычал, требуя немедленно найти девушку. Неужели она настолько неуловима? Я уже был готов взмыть над этим презренным городишкой, чтобы взглядом сверху прочесать каждый укромный уголок, как вдруг…

Едва заметное движение с короткой белой вспышкой впереди мгновенно приковало моё внимание. Кто-то силой тащил брыкающуюся девушку в тёмный переулок, между лавкой с проклятыми амулетами и гнилым трактиром. И этот кто-то был высоким колдуном в чёрном, драном плаще, скрывающим его фигуру, но не мерзкую ауру, которая исходила от него, словно смрад из сточной канавы.

В мгновение ока кровь в моих венах вскипела, заставляя меня действовать. В этот момент не было никаких мыслей, только чистая, первобытная ярость.

Не раздумывая ни секунды, я рванул вперёд, расталкивая невежественных колдунов и ведьм, которые разлетались в стороны от моей мощной поступи. Их гневные возгласы и проклятья были мне совершенно безразличны. Мой взгляд был прикован лишь к тому самому тёмному проходу.

Этот жалкий колдун даже не представлял, чей гнев обрушил на свою голову. Он и не ведал, что только что подписал себе смертный приговор.

Мой полный ярости рывок, был коварно прерван. Проклятая повозка, груженная какой-то вонючей травой и склянками, встала прямо на моём пути, а вокруг неё, словно слизняки, облепились ведьмы, слишком занятые торгами и обсуждением предстоящего праздника, чтобы заметить приближающуюся угрозу.

Мой драконий рев застрял в горле – сейчас не время для показухи! Но презрение к этим ничтожествам, мешающим мне, кипело в груди.

Без малейшего колебания, злость придала моим движениям почти животную грацию. Резким, мощным прыжком я оказался на крыше повозки, заставив её жалобно заскрипеть под моим весом и распугав столпившихся вокруг ведьм. Их испуганные лица лишь мелькнули в моём боковом зрении, а вопли и того хуже – остались где-т позади.

С повозки я легко перемахнул на низкую, приземистую постройку со старой черепичной кровлей, хрустнувшей под моими сапогами. Теперь я прекрасно понимал брата: здесь, над головами этой вечно галдящей толпы, открывался куда лучший обзор.

К счастью, этот недоразвитый мирок не блистал высотными сооружениями, и крыши городских домишек были расположены достаточно низко и близко друг к другу, образуя запутанный, но вполне проходимый лабиринт.

Мощные мышцы ног напряглись. Я помчался вперёд, перепрыгивая с одной крыши на другую, словно тень. Ветер свистел в ушах, запахи грязи, дешёвой еды и магии сменились более чистым, хотя и пыльным воздухом, пропитанным запахом старой древесины и камня. Мои глаза сканировали каждый уголок, каждый тёмный проход внизу, стремясь выхватить знакомый чёрный плащ и, что важнее, вспышку белых волос.

Глава 14

Прыгая по крышам, я снова и снова вспоминал её.

Каждый мой прыжок, каждый стук сапог о черепицу, каждый порыв ветра лишь усиливал одержимость. Она была везде. В моих мыслях, в моих чувствах, в каждом нервном волокне, требующем отыскать её.

Я прокручивал в голове её образ, словно древний, драгоценный свиток. Её белые волосы, в лучах заходящего солнца или под светом факелов, казались мне неземными, почти светящимися, как водопад из чистого снега, ниспадающий на её плечи.

А её глаза… голубые, словно осколки льда, в которых горело неукротимое пламя. Они смотрели с вызовом, с такой дерзостью, что это одновременно раздражало и невообразимо притягивало.

Я чувствовал, как в них танцует дикий, нетронутый дух, дух, который не терпит цепей, не склоняется ни перед кем.

Я помнил её строптивость, то, как она отвечала мне, её непокорный характер, что так сильно контрастировал с хрупкой внешностью.

Казалось, каждый её жест, каждое слово было вызовом, адресованным всему миру. И мне.

И этот жалкий колдун осмелился посягнуть на неё, на эту чистую, необузданную красоту?

Моя драконья сущность, обычно сдержанная, сейчас клокотала от ярости. Я видел, как он тащит её, как она отчаянно сопротивляется, и это подгоняло меня ещё быстрее. Я почти физически ощущал её возмущение, её гнев. И это только разжигало мой собственный.

Образ незнакомки был маяком в этой грязной, суетливой ночи Нижнего Фейрота. Единственной целью. Единственной мыслью. Даже постоянные выходки братца внезапно отошли на последний план. Словно меня кто-то зачаровал…

Неужели правду говорил эрр До Марук, что в Нижнем Фейроте куда ни плюнь, всюду ведьмы?

Если так, то эта – самая красивая!

Я остановился, прислушиваясь к своим ощущениям.

Внезапно, чуть правее, в густой тени узкого, словно щель, переулка, я уловил белую вспышку. Это был не просто свет, а именно её цвет.

Неужели? Сердце, и без того бешено колотящееся, замерло на долю секунды, а затем взорвалось в груди глухим, мощным ударом.

Это она! Я знал. Мои глаза, зоркие даже в сумерках Нижнего Фейрота, не могли ошибиться. Этот оттенок, этот мерцающий белый, который я искал среди серых камней городских строений и грязи.

Не раздумывая ни мгновения, я резко кинулся в ту сторону.

Картина, открывшаяся моему взору едва не лишила меня последнего самообладания. Девушка безуспешно боролась с высоким сильным колдуном, а её подруги поблизости не было. И ни единая душа из бешено ревущей толпы не спешила ей на помощь…
В этот момент что-то внутри меня резко изменилось. Ярость, до сих пор контролируемая, рванула наружу, срывая тонкие покровы человеческого облика. Мои клыки, обычно скрытые, словно сами собой обнажились, а ногти на руках превратились в острые, изогнутые когти.

Я чувствовал, как по позвоночнику пробегает волна жгучего жара, как мышцы наливаются нечеловеческой силой. Звериная ипостась, моя истинная, драконья натура, вырывалась наружу, ведомая инстинктом защиты и жаждой возмездия.

Я уже не просто человек, преследующий цель. Я – хищник, идущий по следу своей добычи, и ничто не остановит меня на пути к ней.

Мои ноги с силой оттолкнулись от черепичной крыши, на лету превращаясь в мощные драконьи лапы.

Плотные тучи, словно по моему зову, сплошной пеленой заволокли ночное небо, поглотив тусклый свет Нижнего Фейрота. Отлично. Это давало мне идеальное прикрытие, окутывая мой стремительно меняющийся облик непроницаемой тенью.

Я чувствовал, как мои кости уплотняются, кожа покрывается жёсткой чешуёй, а тело удлиняется и наполняется древней силой. Человеческая оболочка трещала по швам, уступая место истинной форме, но я сохранял контроль.

Вместо того чтобы нестись напрямик, я, повинуясь драконьим инстинктам, сделал небольшой круг над окраиной города. Мой взгляд, теперь ещё более острый, в мельчайших подробностях видел каждый закоулок.

Цель была ясна: один-единственный колдун, сжимающий в своих грязных лапах мою строптивую незнакомку.

Переулок был до ужаса узким, и любое неосторожное движение могло обернуться катастрофой – я мог травмировать девушку или выдать своё присутствие всему Нижнему Фейроту, что категорически запрещено нашими законами и условиями строгой привратницы.

Пролетая над домами, я максимально снизился, почти скользя по крышам. Ветер от моих невидимых крыльев был едва ощутим, каждое движение просчитано до миллиметра. Моё сердце билось в унисон с порывами ветра, но разум оставался холодным и расчётливым.

Я видел, как колдун тащит её, её белые волосы разметались, а голубые глаза сверкали от злости, когда она пыталась вырваться.

Идеальный момент. Мощный коготь, острый, как лезвие, с невероятной точностью вытянулся вперёд. Не касаясь девушки, не задевая стен, он сомкнулся вокруг тела этого гада. Я ощутил, как его тонкие кости хрустнули под давлением, как его дрянное заклинание оборвалось на полуслове, как из него вырвался испуганный вскрик. В следующее мгновение, колдун, дрыгая ногами, уже висел в воздухе, высоко над землёй, в моей лапе.

Отныне моя незнакомка была свободна.

* * *

Дорогие читатели,

сегодня я с удовольствием знакомлю Вас с историей Марго Арнелл

"Пленница императора-дракона, или Его драгоценность"

https://litnet.com/shrt/rz1x

Глава 15

Я не стал задерживаться ни на секунду. Нижний Фейрот, с его вонью и суетой, был недостоин того, чтобы быть свидетелем моего возмездия.

Сплошные тучи скрывали мой силуэт от любопытных глаз, давая мне свободу действий. С каждым взмахом могучих крыльев мы удалялись всё дальше и дальше от города.

Праздничные огни Тэрнтона стремительно отдалялись, тускнея и превращаясь в россыпь далёких светлячков, а затем и вовсе исчезли, уступая место бескрайней, тёмной пустоте. Внизу простирались леса, затем постепенно начали вырисовываться силуэты гор – диких, суровых, в которых я и планировал оставить наглеца, посягнувшего на мою незнакомку.

Колдун в моей лапе дёргался и издавал нечленораздельные звуки. Его страх был почти осязаем, и я наслаждался им. Он пытался что-то бормотать, плести свои ничтожные заклинания, но всё это было бессмысленно. В моих когтях он был не более чем букашкой, ничтожной пылинкой.

Я летел в сторону гор, к самым высоким пикам, туда, где воздух был разрежен и холоден, где эхо моего рёва разносилось на десятки миль. Это было идеальное место, чтобы преподать ему урок. Урок, который он запомнит на всю свою короткую, никчёмную жизнь – если она, конечно, продлится достаточно долго.

Моя незнакомка была в безопасности, и теперь ничто не мешало мне разобраться с её обидчиком так, как того требовали мои драконьи законы.

В безмолвном небе, где холодный ветер ласкал мою чешую, а внизу простиралась лишь чёрная бездна, я держал этого ничтожного колдуна в лапе, ощущая его дрожь. Он был так мал, так незначителен, что было даже удивительно, как такое ничтожество осмелилось покуситься на то, что, по всем драконьим законам, уже начинало принадлежать мне.

Мой разум, теперь полностью подчиненный драконьей ипостаси, перебирал варианты. Как именно разделаться с этим земляным червём, чтобы его мучения были соразмерны его дерзости? Дать волю гневу и разорвать его на части? Слишком легко. Он даже не успеет осознать весь ужас своего положения.

Пожалуй затащу его в одну из ледяных пещер в горах, где он вряд ли справится с мертвецким холодом и переживёт эту ночь. Зато,, медленно замерзая, но полностью осознает свою вину.

А что, если оставить его в логове какого-нибудь дикого зверя, чтобы его конец был медленным и мучительным? Или… был и другой вариант. Моё дыхание, способное расплавить камень, могло бы испарить его в одно мгновение, оставив лишь пепел, унесенный ветром.

Нет… Снова слишком быстро. Я хотел, чтобы он прочувствовал степень своей вины, почувствовал мою ярость и свою ничтожность, прожил каждую секунду приближающегося конца.

Мои когти слегка сжались, и я услышал тонкий писк, вырвавшийся из его глотки. Хорошо, что негодяй боится. Его страх питает драконью ярость.

Я ещё не решил, какой именно будет его участь, но одно было ясно: она будет незабываемой для него.

В тот момент, когда я, увлеченный мрачными размышлениями о его судьбе, отвлекся на мгновение, он воспользовался этим. Едва заметное движение, быстрый, словно змеиный укус, рывок. Я даже не сразу понял, что произошло.

Острая, пронзительная боль обожгла мою лапу. Не та боль, что способна причинить дракону серьёзный вред, но достаточно резкая, чтобы вызвать удивление и, что ещё хуже, гнев.

Я взглянул вниз и увидел жалкого колдуна, который каким-то чудом извернулся в моей хватке и вонзил мне в лапу кинжал. Клинок был небольшой, но острие его оказалось пропитанным какой-то мерзкой, едкой магией, которая жгла сильнее, чем обычное лезвие.

Рёв ярости разнёсся по ночному небу, сотрясая горы. Кинжал, вонзенный в мою плоть, лишь подстегнул жажду возмездия. Я чувствовал, как драконья кровь, густая и горячая, медленно сочится из раны, обжигая кожу вокруг. Это была капля в море, но сама дерзость акта была невыносимой.

Как он посмел?! Это было не просто ранение, это было оскорбление. Плевок в лицо дракону. Его ничтожное существование должно было закончиться быстро, но теперь он заработал себе куда более долгий и мучительный конец!

Ярость кипела во мне, но я держал её в узде. Колдун дёргался в моей лапе, как пойманная рыба, и я чувствовал, как его жалкие попытки вырваться только сильнее заставляют кинжал врезаться в мою плоть.

Из его глотки вырывались неразборчивые крики, он пытался что-то сказать, перекричать оглушительный свист ветра, который на этой высоте был подобен рёву дикого зверя. Но для меня это не имело никакого значения.

Мой взгляд, теперь полностью драконий, был прикован к приближающимся безжизненным вершинам, где я собирался преподать ему урок.

Все его мольбы и проклятия были пустой болтовнёй. Для меня он был лишь ничтожным насекомым, осмелившимся укусить великана.

Судьба наглеца была предрешена, вот только он решил окончательно сорвать мои планы, снова извернулся и неосмотрительно провернул кинжал, заставив мою лапу рефлекторно разжаться.

* * *

Дорогие читатели,

сегодня я представляю Вам замечательную историю,

Влади Солерн "На откуп дракону!"

https://litnet.com/shrt/OMrk

Глава 16

Крик этого глупца разорвал тишину простиравшегося внизу ущелья. Ну, что ж… он сам решил свою судьбу.

Откинув в сторону ложные угрызения совести, я сделал большой круг и полетел назад к городу, позволив себе осмотреть Нижний Фейрот с высоты драконьего полёта.

По рассказам старожилов своего мира, я знал об этом совсем немного, и, надо сказать, теперь немного не согласен с их мнением.

Не так уж и ужасен Нижний Фейрот, как я думал ранее.

Мои огромные, переливающиеся в лунном свете, крылья, несут меня над спящим миром, а внизу, подо мной, раскинулось зрелище, от которого захватывает дух. Горы постепенно превращаются в равнину, на которой простирается тот самый городок в который мы прибыли в поисках моего неугомонного братца.

По крайней мере, в тот момент я увидел, что небольшой городок Тэрнтон, в котором я встретил свою своенравную незнакомку – это не просто город, а бриллиантовое ожерелье, рассыпанное по бархату земли. Небо над ним, как бездонный океан чернил, усыпанный мириадами звёзд, скрытыми плотными тучами. Луна, моя ночная спутница, величественно плыла по этому океану, её серебристый свет разливался по городу, придавая ему неземное очарование. Её свет ложился и на крыши домов, на извилистые улочки, на серебряные ленты рек, делая их похожими на потоки жидкого серебра.

Было неимоверно приятно наблюдать за всем этим великолепием издали, и осознавать, что именно здесь живёт та, что запала мне в душу.

Как только я подлетел к условленному месту, что-то начало меняться. Я не смог принять человеческую ипостась, а это значило, что либо над всем Тэрнтоном в данный момент нависла магия императора Драконов, либо тот колдун, что ранил меня в лапу, знал о проклятой драконьей траве и активно использовал её отвар в своём колдовстве.

Друга и брата ещё не было у ворот, не было здесь и никого из смертных, ибо все они были на празднике в самом сердце городка. Я притаился за городской стеной, боясь шокировать своим грозным видом какого-нибудь случайного свидетеля. Вид боевого чёрного, как ночь, дракона, может ужаснуть кого угодно, тем более жителя Нижнего Фейрота.

Неожиданно свет луны померк, будучи перекрытым огромной тенью, погрузив во мрак весь город и добрую часть предгорья. Порыв ветра, налетевший также неожиданно, как и мрак, не оставил сомнений. Это ОН!

Лишь император Небеснорожденных обладает такой мощной магией.

Я почувствовал дрожь земли, когда над городом пролетел огромный крылатый силуэт, словно золотисто-чёрный страж. Отец любит эпичные появления, пугающие всех до смерти. И сейчас я каждой чешуйкой ощущал ужас, сковавший весь город.

Глубокий, как рокот земных недр, и острый, как сталь, усиленный магией, голос разрезал воздух. Казалось, он звучал из самой земли, из каждого придорожного камня, и с треском отражался от стен.

– Слушайте, смертные и маги Нижнего Фейрота! Я, Гаргад Всемогущий, Император Небеснорожденных, Владыка двух Фейротов, Древнейший из Древних! Я не снисхожу в ваши незначительные владения ради праздных бесед или простого любопытства. Я пришёл, ибо время пришло! – короткая пауза нависла над перепуганными зрителями, заставив всех напрячься ещё сильнее. – Долгие сотни лет прошли с тех пор, как был заключён Договор. Сотни лет, которые вы пользовались нашей защитой, нашим покровительством и нашим терпением. Это мы, драконы, позволяем вашим ничтожным городам стоять, полям плодоносить, а вашим жалким жизням течь, не ведая истинного ужаса, который таится за пределами этого убогого мирка! Ибо небеса над вами – наши! Земля, по которой вы ступаете – наша! И даже сам воздух, который вы вдыхаете – дарован нами, из милости нашей бесконечной силы. Это не просьба, не милостыня, что я пришёл потребовать! Это – ДАНЬ! Древнее право, закреплённое кровью и клятвой, которое вы обязаны нести! Я пришёл за тем, что принадлежит мне по праву: за вашим золотом и Белой ведьмой, рождённой от семени дракона в ночь восхождения Чёрной луны!

Помимо своей воли, я преклонил голову перед отцом, не смея пошевелиться. Императорская магия в правда так сильна, как в прошлый раз говорил Клай. Тогда он тоже сбежал с учёбы, и мы, как и сегодня, отправились на его поиски.

В Нижнем Фейроте царил мертвый, леденящий душу ужас, сковавший всё живое тисками безысходности.

Ветер, налетевший с небес, не уносил звуки, а наоборот, вколачивал их в землю, усиливая тишину, которая и без того была громче любого крика.

– Белая магия ещё не проснулась, но я уже чувствую её. Она уникальна! Я ощущаю её, даже через толстую корку вашего первобытного ужаса. Рождение Белой ведьмы – угроза, которую нельзя игнорировать! Она принадлежит моему роду! Не смейте скрывать её! Если до восхода солнца Она не будет отдана мне, без промедления, без хитростей и без отговорок, Нижний Фейрот сгинет! Он сгорит в моём сокрушающем пламени! Ни один камень не останется на камне, ни одна душа не выживет, чтобы оплакивать вашу непомерную глупость! Ваши ничтожные жизни будут стёрты с лица земли, словно пыль, ибо вы осмелились бросить вызов Императору!

Что? О какой Белой ведьме он твердит? Их же всех истребили.

* * *

Дорогие читатели, сегодня я традиционно

знакомлю Вас с другими историями литмоба "Дань дракону".

И сегодня это история Влади Солерн

"На откуп дракону!"

https://litnet.com/shrt/qkyk

Глава 17

Далее, императорская магия так скрутила меня, что я не смел поднять головы. Прижав её к земле в глубочайшем поклоне, я мысленно проклинал младшего братца, по вине которого очутился в таком “чудесном” положении.

Так униженно я не чувствовал себя ещё никогда! Даже во время учёбы в Академии Драконов, когда отец выставил меня на посмешище перед моими друзьями, заставив склониться пред ним ниже придворных слуг.

Сейчас же, кроме физического влияния, я ясно чувствовал ментальные силки и попытку сломать мою волю. Этого я не позволю даже ему! Как старший из детей Гаргада Всемогущего, я, конечно же, всегда уважал силу и власть своего венценосного родителя, но вылизывать твердь худшего из миров не собираюсь даже ради него.

Императорская магия, эта древняя, могущественная сила, что сковывала меня, не давая принять человеческий облик, отступила так же внезапно, как и появилась. Это произошло настолько неожиданно, что я едва успел осознать произошедшее.

Ещё мгновение назад я чувствовал это давящее, всеобъемлющее присутствие императора, эту чужеродную волю, вплетённую в мою собственную суть. Она была подобна тяжёлой броне, которая не только защищала, но и сковывала движения, не давая дышать полной грудью.

И вот, как по щелчку пальцев, она исчезла, наконец, позволив мне перевоплотиться. Ощущение было подобно тому, как если бы кто-то снял с меня гигантский груз, давивший на плечи не одну сотню лет.

Это было не просто освобождение, это было своеобразное рождение заново. Я почувствовал, как моё тело, не привыкшее к инородному давлению, вдруг расправилось, как будто обрело новые, неведомые прежде возможности. Мои конечности, казавшиеся до этого чужими, снова стали моими. Мышцы, что были скованы сильнейшими чарами, опять легко подчинялись моей воле, а кожа, привыкшая к холоду чужой магии, вдруг потеплела и ожила.

Это было странное, ни с чем не сравнимое чувство. С одной стороны – восторг от вновь обретённой свободы. С другой – лёгкое замешательство от осознания отцовской силы. Пробыв всего несколько мучительных минут в плену этой магии, я едва ли не подчинился ей каждой клеткой своего существа, каждой чешуйкой. И теперь её отсутствие казалось непривычным, почти пугающим.

Что это было… Неиссякаемая мощь Гаргада Всемогущего или его демонстративное выступление, попытка подавить волю не только слабых людишек, но и собственного сына? Что он хотел доказать именно мне?

Что я слаб и не достоин трона, а он гораздо сильнее меня и не планирует уходить на покой? Странно, что это произошло здесь, где никто, кроме меня самого, не узрел моего позора, где он так легко сумел поймать врасплох самого могучего и уважаемого из генералов Драконьей Армии – Дариона Кайворда.

Я был достаточно наслышан о самодурстве старого Императора, но всячески старался оправдать его, как в чужих, так и в собственных глазах, искренне надеясь на его тысячелетнюю мудрость. Но сегодняшняя выходка стала предпоследней каплей в чаше моего терпения! Я уже давно не сопливый юнец, нуждающийся в публичной порке! Я – кронпринц! И я заставлю уважать себя даже собственного отца, возомнившего себя бессменным правителем двух Фейротов.

Приходя в себя после произошедшего, я достаточно быстро привёл себя в порядок и, направляясь обратно в город, твёрдо решил согласиться на просьбу Совета Министров о личной аудиенции. Посмотрим, что они задумали и чем аргументируют свою позицию. Одно ясно точно – так больше не может продолжаться. Гаргад Всемогущий ведёт нечестную игру. Даже после решения Совета Министров Верхнего Фейрота, который трижды официально призывал его передать символы власти в руки законного наследника, отец всячески противится его решению. Хотя он прекрасно знает, что время его правления давно истекло, а большую часть императорских обязанностей давно исполняю я.

Раздосадован был и мой дракон, не находящий себе места и начинающий уже драть когти о моё нутро. Гордый и высокомерный от природы дракон, не терпящий несправедливости, он только что был жестоко унижен, и требовал возмездия.

Лихорадочно перебирая мысли, я быстро вышагивал по узкой улочке Тэрнтона, которая теперь была пуста, как Шарья пустошь до того как там обосновались разбойники. Совсем недавно здесь яблоку было негде упасть, теперь же, казалось, будто город вымер. Не было видно даже уличных крыс…

Как ни странно, но шума испуганной Императором драконов, толпы, тоже не было. А это значило одно из двух: либо все, кто спешил на центральную площадь, пали замертво от испуга, либо там происходит, что-то ещё более интересное, чем явление Гаргада Всемогущего. Это объяснило бы и отсутствие у задних врат Райнхарда с моим неугомонным братцем.

Клянусь чешуёй, этот поганец знал о намерении отца посетить праздник Восхождения Чёрной луны в Нижнем Фейроте! Потому и сбежал из Академии именно сюда. А отец, знал, что мы оба здесь, потому и решил показать свою силу, да вот только чуток просчитался: мой позор остался за высокой городской стеной.

Невзирая на боль в стопе, я прибавил хода, всё ещё надеясь застать разгар “праздника” и найти ту красивую незнакомку, мысли о которой немного успокаивают дракона, а моё сердце заставляют биться вдвое быстрее.

Но на самом подходе к площади, где напрочь перепуганная толпа завороженно смотрела куда-то вдаль, мне на встречу выбежали Райн и Клай.

– Сочувствую, дружище… – похлопал меня по плечу друг, не выпуская из поля зрения младшего принца, – но та девчонка, на которую ты запал – Белая ведьма…

* * *

Дорогие читатели, я с удовольствием продолжаю знакомить Вас

с историями литмоба "Дань дракону"

И сегодня это история Ланы Шеган

" Дань врагу, или Лучше отпусти"

https://litnet.com/shrt/LX4X

Глава 18

Медина.

Тоненький солнечный лучик, вскользь коснулся моего чуть приоткрывшегося века и заставил мгновенно зажмуриться. Даже слабый свет после кромешной темноты вызывал не очень приятные ощущения. А когда зрение восстановилось, я ахнула…

Такого богатства и роскоши я не видела даже в доме Луисы Линдер, когда помогала её старой экономке с наведением порядка.

Передо мной предстал мир, сияющий богатством и изысканностью, непохожий ни на что, виденное мною прежде. Это была не просто комната, а настоящее произведение искусства, сотканное из роскоши и красоты.

Мой взгляд скользнул по стенам, украшенным искусной резьбой по дереву и инкрустациями из драгоценных камней. Каждый узор, каждый завиток, казалось, дышал древней магией, рассказывая истории забытых времен. Мягкий, рассеянный свет исходил от кристаллов, подвешенных к потолку, их грани переливались всеми цветами радуги, создавая завораживающую игру света и тени. Я медленно встала с огромной, застеленной парчовым покрывалом, кровати, в надежде понять, куда меня занесла магия привратницы.

– Зовите стражу, низшая кажется очнулась, – услышала я высокомерный женский голос, а после звук открывающейся двери. – Не знаю, зачем ты явилась в чертоги Небеснорожденных, но предупреждаю сразу: на радушный приём даже не рассчитывай, здесь никто не любит беглянок из Нижнего Фейрота.

В большом кресле возле камина важно восседала женщина, подозрительно похожая на мою прежнюю опекуншу.

Я, не говоря ни слова, постепенно восстанавливала в памяти последние события, и ругала себя на чём белый свет стоит. Вернись мы с Ви в приют, когда увидели мадам Линдер, ничего подобного не случилось бы. Теперь же я не понимала, смогу ли выпутаться из той сложной ситуации, в которую попала по вине бестолковой подруги.

– Сама сознаешься как смогла пересечь врата или предпочитаешь пытки?

– Что? – поперхнулась я воздухом. – Издеваетесь? Сто лет мне не нужны эти распрекрасные чертоги вместе с вашими Небеснорожденными.

– Тогда зачем явилась, низшая?

– А это вы у своего Императора спросите, зачем меня сюда отправили!

Женщина мгновенно изменилась в лице. Мне показалось, что её некогда красивые черты лица исказила маска ненависти.

– Да как ты смеешь обвинять Его Величество в своих преступлениях, гадина? – зашипела та, наставив на меня свои крючковатые пальцы.

Меня тут же скрутило в бараний рог, вырвав из груди весь воздух. Перспектива погибнуть от рук незнакомки в этом роскошном дворце, стала куда реальнее возвращения в свой мир.

– Здесь никому не позволено так отзываться о Нём! – взвизгнула дама, брызжа слюной словно бешеная псина. – Если ты, конечно, не его мать.

– Я… Император велел мне явится сюда… – бессовестно соврала я, выдавив из себя последний выдох. – Вот Мариса и отправила меня…

– Думаешь я поверю? – женщина брезгливо сморщила лицо, отчего её угловатые черты лица ещё больше заострились, но руки всё таки отпустила. – Уж, не знаю для чего ты понадобилась Его Величеству, ведьма, только запомни раз и навсегда: я Кларисс – придворная магесса и единственная любовь Императора, и я не делюсь своим. И учти, если ты соврала мне, пеняй на себя!

– Да я, собственно и не претендую… – ничуть не смутилась я. – К тому же, надеюсь, что ваш Император сразу поймёт, что я никакая не Белая ведьма, и отправит меня домой. Ви просто пошутила… У меня и магии то совсем нет.

– Что? – возмущённо взвизгнула женщина и едва ли не бегом рванула в сторону двери. – Белая… в-ведьма…

Я отдышалась, радуясь, что местная привратница, наконец-то, отцепилась и помчалась сообщать, что случилась чудовищная ошибка и вместо Белой ведьмы сюда силой отправили несчастную, безродную и абсолютно бесполезную сироту.

Пребывая в полной уверенности, что в Верхнем Фейроте обитают более разумные существа, я ни секунды не сомневалась, что уже в обед буду, как и прежде, помогать Старой Пег кормить приютских, а потому ничуть не переживала о своей судьбе.

Чем напрасно переживать, я, зная что очутилась я здесь по ошибке, быстро поправила помятое покрывало и решила как следует осмотреть убранство покоев. А если удастся запомнить всё в мельчайших подробностях, будет вдвое лучше. Когда вернусь в Тэрнтон, поведаю Ви, какую услугу она мне сослужила. Пусть обзавидуется. Ей то никогда не светит увидеть такую красоту! А мне посмотреть было на что.

Пол был устлан ковром, сотканным из тончайших шелковых нитей, его узор изображал мифических птиц и цветы, распускающиеся в вечном саду. Шагая по нему, я чувствовала, как ноги утопают в мягкости, словно я ступаю по облакам.

Воздух был наполнен тонким ароматом экзотических цветов и редких благовоний, создавая атмосферу умиротворения и покоя. В самом центре комнаты стояла та самая кровать, её балдахин был из легчайшего, полупрозрачного материала, расшитого серебряными нитями, словно сотканного из лунного света. Подушки, казалось, были наполнены перьями райских птиц, мягкие и податливые, манящие к отдыху.

На небольшом столике у окна, покрытом тончайшей льняной скатертью, стояла хрустальная ваза с цветами, чьи лепестки сияли яркими, неестественными красками, словно живые драгоценности. А из окна открывался вид на высокие горы с острыми белыми пиками и цветущими склонами, глубокие ущелья и бескрайние небеса.

У одной из стен возвышался туалетный столик из черного полированного дерева, на котором покоились изысканные серебряные сосуды, искусно украшенные разноцветными самоцветами. А рядом стояло огромное зеркало в резной раме, отражающее свет и создающее ощущение бесконечности пространства.

Эта комната была воплощением мечты, местом, где реальность переплеталась с фантазией, где каждый предмет, каждый оттенок, каждый аромат говорил о безграничной власти и вкусе своего хозяина.

Моё сердце то наполнялось трепетом от захватывающей дух красоты, то замирало от страха перед туманным будущим. Я была здесь, в центре этого великолепия, и это было одновременно и завораживающе, и немного пугающе.

Глава 19

Верхний Фейрот. Долина Небеснорожденных.

Замок Императора двух Фейротов.

– Израсходовать последнюю силу Императорского кристалла на какую-то мифическую ведьму!.. – сокрушался Мурай Карр, первый советник Императора. – О чём вы думали, Ваше Величество? Этим возмутительным поступком вы в очередной раз подставили себя под удар. Совет Министров давно пытается лишить Вас власти.

– Этого не будет никогда! – прорычал дряхлый старик, расплывшийся по высокому золотому трону. Былое величие, видимость которого Император двух Фейротов пытался сохранить за счёт магии, уже давно не прослеживалось ни в его внешности, ни в поступках.

Даже сегодняшний фокус в Нижнем Фейроте он провернул при помощи самого мощного артефакта, хранящегося в его сокровищнице. Его драконья магия увяла так же давно, как и его состарившееся тело.

– Вы знаете, я не сторонник крайних мер, но ваши необдуманные поступки ставят крест на всех наших усилиях. Не думаю, что без работающего кристалла мы сможем удерживать власть. Армия и стража уже давно присягнули на верность вашему старшему сыну.

– Дарион недостаточно закалён, чтобы взвалить на свои плечи такое бремя. Он слишком много времени проводит на приграничной заставе, и больше подходит на роль полководца, нежели Императора.

– Это не вам и не мне решать. Совет Министров давно утвердил его кандидатуру. Думаю, далее оттягивать неизбежное не имеет смысла, – Мурай Карр откровенно подначивал Императора на очередной необдуманный поступок.

– Чёрта с два! Я ещё поборюсь за свой трон! – старик закашлялся, подтверждая запечатлённые министерской грамотой препятствия для его дальнейшего правления. – Этот молокосос удивится, когда юная жена вернёт мне молодость и физическую мощь. Я никому просто так не отдам свой золотой трон, даже своему первенцу!

Этот символ императорского величия перешёл к Гаргаду Всемогущему по наследству от отца, разгромившего целую армию демонов ещё за тысячу лет до восстания Белых ведьм.

Мурай Карр заломил руки в возмущённом жесте.

– Почему вы решили, что Нижний Фейрот снова взрастил эту тварь? Все мы прекрасно знаем, что они были уничтожены. По всему миру проводилась беспощадная зачистка.. Не осталось ни единого куста, где она могла бы спрятаться.

Иссиня-чёрные волосы первого советника, в гневе разметавшиеся по плечам, теперь больше походили на металлические перья. Они угрожающе поблёскивали, словно намекая, что перечить их обладателю категорически не рекомендуется.

О злобном характере Мурай Кара ходили настоящие легенды по всему Верхнему Фейроту. За острыми чертами лица советника, придающими внешности излишнюю враждебность, скрывалась достаточно амбициозная личность. Его по праву считали первым соперником истинного наследника престола, Дариона Кайворда.

После того, как кронпринц впервые отказал Совету Министров Верхнего Фейрота в свержении отца, именно первого советника пророчили на его место, ведь младший сын Императора был ещё слишком юн для этого серьёзного титула.. А потому, оттягивание передачи престола было на руку именно Марай Карру.

– Я тебе больше скажу, друг мой, она рождена от семени высокородного небеснорожденного.

– То есть...

Тут в тронный зал влетел магический тайфун, в ярко-зелёном одеянии.

– Ваше Величество, караул! В наш дом пришла беда, – верещала престарелая императорская одалиска, единственной заслугой которой стало рождение второго сына правителя. – Я ожидала возвращения сына у межмировых врат, но пришла какая-то девка, заявившая, что она – Белая ведьма!

– Свершилось! – проскрипел Император, довольно потирая руки. – Идём Марай Карр, я познакомлю тебя со своей будущей женой!

– С кем? – взвизгнула Кларис, но тут же осеклась, увидев гневный взгляд правителя.

Было видно невооружённым взглядом, что в этот самый момент безнадёжно рушились её многолетние надежды стать Императрицей. Буря эмоций мгновенно отразилась на всё ещё привлекательном лице, обесценив все прежние попытки влиться в монаршую семью, сделав их пустыми, как беспросветное будущее.

– А как же я? – натужно выдавила из себя женщина, отчаянно борясь с подступившими от унижения слезами.

– Твоя роль при дворе останется прежней, Кларис. Ты, как и прежде, будешь придворной магессой с неограниченной возможностью общения с принцем Небеснорожденных. Но не более того! – отчеканил старик, медленно проходя мимо неё, заставляя склониться.

– Но, Ваше Величество, я так долго согревала Вашу постель…

– В которую тебя никто не звал! – рявкнул он. – Будь благодарна, что я признал твоего сына, избавив от участи бастарда!

Император вышел, не увидев злобного блеска во взгляде Кларис, которым она провожала его. Лишь Марай Карр довольно улыбнулся, понимая, что только что приобрёл надёжного союзника в лице отвергнутой любовницы правителя.

Ибо, нет никого страшнее обманутой женщины!

* * *

Дорогие читатели,

позвольте познакомить Вас с историей Ники Цезарь

"Случайный дар для дракона"

https://litnet.com/shrt/2uOt

Глава 20

Медина.

Этого я точно не ожидала.

Он… он вышел из зеркальных врат. Я помню, как воздух вокруг меня загустел, стал плотнее, пропитанный запахом горящего сена и чего-то ещё, неуловимо дивного.

Сначала я увидела лишь отражение – призрачное, мерцающее, а затем оно обрело плоть. Его силуэт, окутанный золотистым свечением, медленно проступил из серебристой завесы, остановился напротив меня, как и тогда на забитой ведьмами улице, высокомерно взирая со своей высоты.

Рослый, стройный, как изваяние небесного бога. Его темные волосы, будто ночное небо, обрамляли лицо с идеальными чертами. Яркие, пронзительные глаза, те самые, которые ещё недавно горели в споре со мной, теперь смотрели на меня с каким-то отстраненным величием. В них не было и тени прежней дерзости, только холодное, всепонимающее спокойствие.

Он был прекрасен. Безнадёжно, непоправимо прекрасен. Таким, каким мог быть дракон только в мифах, в легендах и в девичьих мечтах. Сейчас он был здесь, передо мной, но в то же время недосягаемо далеко. Его взгляд, прежде острый и полный жизни, теперь скользил по мне, как будто оценивая, но с каким-то странным интересом, словно я – товар на невольничьем рынке, пылинка, случайно залетевшая в его величественный мир.

Я почувствовала, как внутри меня что-то сжалось, а рука, которую он тогда держал в своей огромной ладони, снова заныла. Гнев, который я так быстро привыкла испытывать к этому красивому мужчине, сменился чем-то другим – смутным, болезненным ощущением собственной незначительности.

Он оказался драконом! Недосягаемым, приравненным к божеству существом из другого мира, где даже время течёт иначе, а красота – нечто само собой разумеющееся. Его губы, которые так легко складывались в насмешливую усмешку, теперь были сомкнуты в прямую, неподвижную линию. Он не произнёс ни слова, но его молчание говорило громче любых слов. Оно говорило о том, что Он знал, что меня нарекли Белой ведьмой и отправили в его мир, как дань Императору Небеснорожденных.

Я стояла, не в силах двинуться, ощущая, как земля уходит из-под ног. Он смотрел на меня, и в этом взгляде не было ничего, кроме неприкрытого превосходства. Он вернулся к себе домой, где не было места бедной сироте из Нижнего Фейрота. В эту минуту я резко почувствовала насколько мала по сравнению с ним, насколько ничтожна моя реальность перед лицом его величия.

– Ну, вот я и нашёл тебя, красавица!

– Не смей прикасаться к моей невесте! – неожиданно для всех раздался скрипучий голос, принадлежащий явно не молодому человеку. В дверях комнаты стоял высокий дряхлый старик в дорогой одежде, опираясь на руку мерзкого остроносого бородача с огромной родинкой на правой щеке.

– Отец, ты видно с ума сошёл? – спросил красавчик, обращаясь к старику. – Тебе давно пора отойти от дел, а ты ещё и жениться собираешься?

– Не твоего ума дело, когда я сложу с себя обязанности Императора, щенок! – шамкая беззубым ртом, выплюнул тот, тыча в меня пальцем. – Отойди от неё, немедленно! Ты не достоин такого подарка! Эта Белая ведьма уникальна, как и сам праздник в который она родилась!

– Вы Император Гаргад Всемогущий? – не на шутку удивилась я. – Вот уж не подумала бы! Предстали бы вы в Нижнем Фейроте в своём истинном виде, никто бы и не подумал отдавать вам дань!

Я смотрела на Императора и не верила собственным глазам. Там в Тэрнтоне он казался необычайно могучим и сильным правителем. Теперь же я видела перед собой немощного старца с потухшими взглядом и дряблой кожей. Его нависшие веки почти полностью скрывали подёрнутые пеленой глаза, а нижняя губа тряслась при каждом слове.

– Эта девушка – Дань? – взорвался сынок “всемогущего”. – Отец, что ты творишь? Драконы давно перестали терроризировать другие народы. Ты сам издал этот указ! Так что же изменилось теперь?

– Я долгие сотни лет ждал её появления, сын, и теперь ни за что не отступлю назад! По старой легенде став женой Императора Небеснорожденных, Белая ведьма сделает его сильнейшим из бессмертных.

– Ты сошёл с ума! Отпусти девчонку назад, и я обещаю ещё сотню лет поддерживать твоё правление!

– Ты не понимаешь! Она вернёт мне молодость!

– Шутите? – не удержалась я. – Вы в зеркало то себя давно видели? Боюсь, с этой задачей не справятся даже все Верховные ведьмы Нижнего Фейрота.

– Да как ты смеешь разговаривать с Его Величеством в подобном тоне, плебейка?! – ринулся на защиту Императора мужик с родинкой. Он быстро подбежал и замахнулся, намереваясь влепить мне хорошую пощёчину.

Резко, словно вихрь, на его пути возник красавчик и перехватил его руку, загородив меня своим могучим телом.

– Не смей к ней прикасаться, Марай Карр, не то я переломаю тебе все кости! – прорычал он, заломив посягнувшую на меня конечность. – Учти, эта девушка под моей защитой, и никто не посмеет к ней прикасаться!

– Чёрта с два! Она сегодня же станет моей женой! – взревел взбешённый старик, брызжа во все стороны слюной. – Стража, бросить принца Дариона в темницу! Немедленно! А ты, Марай Карр, сейчас же зови Императорского духовника и Главного Министра. Пора совершить свадебный обряд!

* * *

Дорогие читатели,

пришло время познакоммить Вас с последней книгой литмоба "Дань дракону"

И это история Анастасии Гудковой
"Отданная дракону. Истинная поневоле"

https://litnet.com/shrt/-36j