В объятьях любви

Глава 1

Часть 1.

– Госпожа, вы закончили с отчетом?

– Да! – Быстро отвечаю я и рывком захлопываю дневник, который никоим образом не связан с отчетом.

– Госпожа... – грустно начинает дворецкий, раскусывая мою ложь. – Если вы его не закончите до того, как отправитесь в императорский дворец, то ваша матушка будет в ярости.

– Мне плевать, – безразлично отвечаю я, раскрывая дневник обратно. Скрывать уже нечего, особенно от Аллена. К тому же, разве я виновата, что пренебрегаю семейными обязанностями и отдаю предпочтение творческому порыву?

Я – единственная наследница рода Ронан, Этейн. Для нас характерны бессмертные богатства, власть, престиж, статус. Мы – правая рука императора, а я личная помощница наследного принца. Я должна появляться минимум один раз день во дворце, дабы навестить принца, а также помогать ему с его обязанностями в качестве будущего правителя империи.

Я задираю кружевной рукав белоснежной рубашки на левой руке, глядя на наручные часы. Пора. Спрятав в ящик стола личный дневник, грациозно встаю со стула и одной рукой стягиваю жилетку со спинки.

– Вели приготовить карету.

Дворецкий учтиво кланяется в ответ на мой приказ.

– Слушаюсь, госпожа.

– И, будь добр, сделай за меня отчет, иначе матушка будет в ярости.

***

– Ты сегодня припозднилась, Этейн.

– Прошу прощения.

Я делаю неполный поклон перед принцем, восседающим за рабочим столом, откинувшись на спинку стула в мягкой обивке и закинув ногу на ногу. Его рука лениво подпирает голову, опираясь локтем о деревянный подлокотник. Круги под глазами кричат о том, что принц снова мучается бессонницей. Он буквально клюет носом.

– Ваше высочество, вы опять не спали ночью?

Райан лениво поддается вперед, небрежно отмахиваясь рукой.

– Мхм. Я занимался документами, поэтому сегодня для тебя задач нет.

Я хмурю брови и делаю широкий шаг к столу принца.

– Ваше высочество, вам не следовало…

– Я знаю, что мне следует, а что нет, – обрывает Райан, но без угрозы в голосе. – Прошу, хоть ты не упрекай меня.

– Поняла.

Принц откидывает светлые локоны волос со лба обеими руками. Любая леди может позавидовать его непринужденной изящности. Собственно, именно поэтому практически все девушки в империи грезят мечтами стать женой принца, ну или, на худой конец – любовницей, если мы говорим о изощренной натуре многих из них. Хотя некоторые незаинтересованные личности, чаще всего это мужчины, сравнивают поведение принца с манерностью, не присущей настоящему мужчине. Однако что бы кто ни говорил, Райан – наследный принц престола, которого не волнует ни чужое мнение, ни женитьба. В данный момент единственная забота будущего императора – приближающаяся коронация.

Если бы бессонница имела другое название, то для принца оно было индивидуальным – коронация. Изначально Райана лишь мучили кошмары, теперь он страдает от нескончаемых бессонниц. Не понятно, что лучше: просыпаться каждую ночь в холодном поту или вовсе не спать. Данные сбои начали происходить сразу же после его совершеннолетия. Он уже несколько лет терпит это изнурение. Разумеется, императорские лекари нашли выход – пара таблеток снотворного, и вот наследный принц спит как младенец, пуская слюни на подушку. По прошествии времени, когда лекари стали замечать ухудшение здоровья в связи с приемом лекарства, что тоже являлось негативным фактором для организма, было решено отказаться от снотворного. А все из-за чертовой приближающейся коронации… Принц связан по рукам и ногам долгом перед страной и не может очернить свою репутацию. Для этого приходится стараться сутки напролет, забывать о собственных тревогах и страхах, сосредотачиваться только на поставленной главной задаче – обеспечить процветание империи. Но, как можно заметить по мрачному лицу, выдающему глубокую усталость, Райан не справляется с одной единственной естественной обязанностью – не помереть до коронации…

Из-за этого теперь я посещаю принца чаще, чем раньше, имея серьезные намерения забрать больше работы себе, в надежде разгрузить рабочий график принца и дать ему хоть немного времени передохнуть. Однако этот вредный, упертый наследник редко разделяет мои попытки помочь ему.

Спустя затянувшуюся неловкую паузу, я наконец решаю заговорить:

– Может прогуляемся?

Райан убирает руки от головы и смотрит на меня из-под белых ресниц в молчаливом согласии на предложение.

***

В летнем саду витают различные цветочные ароматы. Красиво и протяжно поют диковинные птицы. Принц останавливается у высокого ветвистого дерева, а затем садится под ним на ярко-зеленую траву, облокачиваясь спиной на твердую кору.

– Ваше высочество… Если вы хотите отдохнуть, тогда может…

– Помолчи. Мне все равно, если кто-то упрекнет меня за подобного рода действия.

Пушистая листва образует прохладную тень, не позволяя ни единому лучу солнца упасть на белоснежную гладкую кожу Райана. Непослушные волосы вновь падают ему на лоб, мягко переливаясь серебром. Я с легким вздохом встаю рядом с принцем сбоку и вальяжно прислоняюсь к дереву, скрещивая руки на груди.

После долгого молчания я тихо, почти шепотом говорю:

– Я не боюсь темноты. Я боюсь, что в этой темноте не увижу тебя…

Мечтательно закидываю голову назад, устремляя взгляд на невинно подрагивающую листву. Спустя короткое мгновение снизу доносится любопытствующий голос Райана.

– Это кто так сказал?

Я опускаю глаза на него, и наши взгляды встречаются. Это так непривычно: смотреть на его высочество свысока. Он кажется таким хрупким, хотя на самом деле таковым совершенно не является. За кажущейся наивной наружностью скрывается сильный характер, хладнокровный разум и твердая рука.

– Это я так сказала.

– Правда? – Райан отворачивает голову и закрывает глаза. – Мне понравилось.

По какой-то причине к моим щекам приливает румянец, но я сохраняю фасад спокойствия, и каменное выражение лица остается на месте. Кроме Аллена никто не знает, что я частенько балуюсь прозой.

– Можешь еще что-нибудь прочесть? – просит принц. Его голос выдает невыносимую усталость, из-за чего складывается ощущение, будто он прямо умоляет меня.

Я задумчиво бросаю взгляд на виднеющийся вдалеке императорский дворец. Вроде все кажется обыденностью, но чувство, которое я не могу описать даже с точки зрения лирики, сейчас витает между мной и Райаном, образуя некий купол вокруг. Как будто прямо сейчас не существует никаких социальных разделений и статусов. Словно мы оба равны.

– Помнишь, как ты впервые поцеловал меня под тем фонарем? Тогда лишь он бесстыдно подглядывал за нами, пока время, как и все иное было окутано мраком. Ты ласково обнимал меня, нежно покусывал губы. А я прижималась к тебе, словно ты мог раствориться в любую секунду во тьме и исчезнуть куда-то. Навсегда.

Я бесшумно опускаюсь на траву рядом с принцем. Нас разделяет всего пара сантиметров.

– И ведь ты правда исчез. Навсегда. Лишь тогда я осознала, что все между нами – нескромная выдумка. Я, кажется, окончательно рехнулась… Я настолько одинока и душевна истощена, что вообразила себе, будто ты существуешь. Будто я по-настоящему кому-то стала дорога. А ты лишь очередная иллюзия.
Так ответь хотя бы на вопрос: как мне быть? Что мне делать со своей любовью? А, быть может, тот голос, что слышится мне по ночам, тебе принадлежит? Так почему мои сны остаются пустыми? Прошу, посмотри на меня хотя бы во сне, тогда мне не будет так одиноко…

Проходит, кажется, вечность. Я говорю и говорю. Принц не смеет меня перебить. Останавливаюсь лишь тогда, когда его голова сонно падает мне на плечо. Я не позволяю себе шелохнуться, дабы не прервать спокойный сон Райана. Приятный аромат его тела дурманит мне голову: запах свежей мяты с нотками редких заморских цветов…

Спите сладко, ваше высочество.

Часть 2.

– Госпожа-а-а-а!

Не успеваю я зайти в поместье, как вдруг по лестнице буквально слетает Аллен и бежит ко мне сломя голову.

– Где вы были, мисс?! Уже далеко за полночь! Ваша матушка чуть с ума не сошла! И я тоже-е-е-е…

– Я была с его высочеством, – безразлично отвечаю.

– Что-нибудь нехорошее случилось? Опять мучает бессонница? – засыпает вопросами Аллен, пока я скидываю с себя жилетку и передаю ему.

– Думаю, сегодня никаких проблем не будет. Его высочество спит, словно дитя.

Я направляюсь в свои покои, едва поднимаясь по лестнице из-за напряжения в теле. В любой другой ситуации я бы наотрез отказалась несколько часов подряд сидеть на траве, опираясь лишь на кору дерева и не имея возможности пошевелиться, дабы не нарушить крепкий сон какого-то там принца. Но этим принцем был Райан, поэтому я смиренно сидела на месте, точно каменное изваяние. Когда начали опускаться сумерки, мне все же пришлось нарушить сон принца и отвести его в покои, где бы он смог по-человечески уснуть. Правда, тогда мне пришлось остаться и рассказать ему еще несколько историй на ночь. Не совсем уверена, получится ли из этого что-то стоящее, но я буду искренне рада, если Райан наконец забудет усталость, пускай не на долго.

***

Следующим утром я вынуждена направиться к матушке по переданному от нее приказу. После тихого стука в дубовую дверь кабинета, вхожу внутрь. Я приветственно кланяюсь, после чего немного скованно сажусь на противоположную сторону от матери.

Мать гордо восседает на софе, совершенно незаинтересованно бегая глазами по содержанию книги, название которой я не могу прочитать издалека. Ее ярко-алое платье сочетается с насыщенным ярко-красным оттенком губной помады. Она точно не похожа на любителя провести время за книгой, в ее характере, скорее, оседлать молодого жеребца, прокатиться по лесу с луком и стрелами за спиной, пока густые темные волосы развеваются на ветру…

Моя мать – гордая и лицемерная женщина, но она никогда не вызывала у меня призрения. Она воспитала меня должным образом: в материнской любви и достатке. Отца я не помню. Он скончался от тяжелой болезни, когда мне не было и года. Обычно непозволительно передавать власть семьи дочери, но высшее общество не смеет упрекнуть нас в этом в связи с трагедией и завещанием отца, единственного сына моего покойного дедушки. Наследницей рода бесспорно являюсь я, поскольку единственный ребенок в роду, но на момент кончины отца я была малолетней и бестолковой, то большинство привилегий рода Ронан перешли моей матери. Совсем скоро власть перейдет мне.

Мне придется занять место, данное по праву, как бы мне того не хотелось. Во-первых, женщина, вдобавок с другой стороны, не может занимать постоянное главенство и получать все соответствующие с ним привилегии. Сейчас мы имеем лишь их часть. Опять же, к счастью, ко мне это не будет относиться, ведь я прямая преемница. Быть на стороне империи и ее правой рукой прописано в нашем родовом кодексе, независимо от того, кто стоит во главе – это наша неотъемлемая обязанность. Во-вторых, так завещал мой отец. Стать во главе рода Ронан – мой долг. Я не могу противиться ему.

– Матушка… – неуверенно начинаю я.

Мать поднимает на меня глаза.

– Вчера ты задержалась у его высочества. Непривычно. Что тебя там удерживало? – с неким наездом спрашивает, что заставляет меня нахмуриться.

– Я была занята работой.

О том, что сейчас происходит с принцем всем знать нельзя. Даже слуги во дворце лишь догадываются о недуге, кроме лекарей, хранящих тайну. Но я и Аллен об этом знаем, поскольку именно Райан приставил ко мне Аллена еще в нашем детстве. Он – доверенное лицо.

Мать фыркает в ответ, закрывая книгу и откладывая ее в сторону, даже не оставив закладку.

– Этейн, что я тебе говорила? Не привязывайся к принцу. Да, вы знакомы с детства, но пойми – нас используют как щит от внешних факторов. Императорский дворец, он как… отдельная Вселенная. А все что за его пределами – уже другая история. И принц Райан не исключение.

Я в недоумении смотрю на мать, не особо понимая суть диалога.

– К чему вы это сейчас?

Женщина закидывает ногу на ногу и смотрит на меня в упор, от чего я чувствую себя мышью, загнанной в угол.

– Через три дня твой дебют. А это значит, что ты вернешь все временно отнятое, пока я была во главе Ронан. Ты сможешь присутствовать на аудиенциях императора вместе с другими высокопоставленными аристократами и помогать решать уже более серьезные государственные проблемы. Сможешь вносить свои коррективы, и никто не посмеет тебя осудить. Вот только…

Она отводит взгляд в сторону, задумчиво постукивая пальцем по подбородку.

– Ты будешь связана цепями перед будущим императором. Должна выполнять каждую прихоть, будь то государственную или личную. Отныне ты будешь дрессированной собачонкой, выполняющей команды и не смеющей ослушаться. Безусловно, высказать недовольство ты можешь, но не осмелишься. Иначе голова полетит с плеч. Думаешь, Райан как и прежде будет снисходительно к тебе относиться? Это разрушит его статус. Вы оба окажетесь не в том положении, чтобы вести милую дружбу. Запомни, как только его высочество взойдет на престол, а ты дебютируешь – ваше взаимоотношение превратится в расходный материал.

Я нервно сглатываю от гнетущего голоса матери. Слова оседают в голове. Потому-то я и не хочу…

– Что ж, девочка моя! – внезапно тон матери меняется на позитивный и она восторженно хлопает в ладони. – Дебют действительно через три дня. Пора бы заняться приготовлениями к балу. Сама императорская семья будет присутствовать на торжестве, – она вскакивает на ноги, воодушевленно разводя руками в стороны. – Все должно быть просто великолепно!.. СЕБАСТЬЯН!

Крик матери пугает меня до смерти и выдергивает из размышлений. В кабинет входит главный дворецкий, а следом за ним Аллен.

– Да, мадам?

Ну боже… Зачем этот бал?

Глава 2

Часть 1.

Как мать и говорила, после титанических приготовлений к моему дебюту, бальный зал практически ничем не отличается от бального зала в императорском дворце. Сейчас здесь присутствует львиная доля всех аристократов из разных герцогств, и совсем недавно прибыла императорская семья.

– Этейн, будь так любезна, сделай личико попроще… – шепчет матушка мне на ухо.

Я, держа бокал шампанского в руке, натянуто улыбаюсь. Будь я девушкой на сватовстве, то такая улыбочка точно бы отпугнула потенциального жениха и еще долго снилась в кошмарах. Мама одобрительно хлопает меня по плечу и удаляется, чтобы поприветствовать гостей. Лицо моментально серьезнеет, стоит ей отвернуться. Выражать позитивные чувства или эмоции для меня чуждо. Уж лучше ходить с маской непроницательности, чем наигранно улыбаться, дабы не показать себя в плохом свете. Но плохой свет меня совсем не пугает.

Внезапно сквозь толпу я замечаю принца. Роскошный яркий наряд, шелковистые волосы, переливающиеся серебряным блеском под светом хрустальных люстр, важная походка. И, что самое важное: здоровый цвет лица. Кажется, наша повторная терапия с историями на ночь значительно улучшила его сон. Взгляды всех устремлены на принца.

За моей спиной слышится шепот:

– О, мисс, вы слышали слух? Говорят, здесь, на дебюте герцогини Этейн, присутствует невеста его высочества!

– Правда?!

– Тс-с-с-с!.. – шикает сплетница на мисс.

Я чуть ли не давлюсь шампанским. Невеста? Здесь?.. Разве ее кто-то приглашал? Ай, она же аристократка. Было бы, скорее, удивительно, не будь ее на балу. Я чувствую непонятное помутнение в голове, поэтому убираю бокал на ближайший стол с закусками и спешу убраться из бального зала в уборную.

– Куда так торопишься?

Знакомый голос без приказа приказывает остановиться. Обернувшись, вижу принца, идущего легкой походкой в мою сторону. Когда дистанция между нами значительно сокращается, я делаю полный поклон.

– Ваше высочество, рада видеть вас в полном здравии.

Райан улыбается.

– Ты права, я действительно здоров. Пара историй на ночь от великолепного, но недооцененного автора пришлись мне на пользу. Творчество творит чудеса.

– Рада это слышать.

Отовсюду слышатся многочисленные шепотки. Я лишь гордо поднимаю голову, а принц уверенно кивает. Никто ведь не знает, о чем речь, так что нет смысла обращать внимание на любопытных зевак из аристократии. Еще раз уважительно поклонившись, я все же удаляюсь в уборную, мысленно ругая тяжелое, расшитое драгоценными камушками платье.

Защелкнув щеколду, я со вздохом смотрю на свое отражение в зеркале. Молодая герцогиня. Глава рода Ронан. Теперь все привилегии принадлежат нам.

«Не привязывайся к принцу,» – внезапно раздается голос матери у меня в голове. Я не могу не привязаться, когда он так добр и учтив ко мне. «Нас используют…», «Запомни, как только его высочество взойдет на престол, а ты дебютируешь – ваше взаимоотношение превратится в расходный материал».

Я снова томно вздыхаю и опускаю голову вниз, опираясь руками о край мраморной раковины. Темные волосы завитыми локонами падают на лицо и обрамляют скульптурные плечи. Нас используют… Возможно, доброта Райана тоже с этим связана. Не значит ли это, что я не должна отныне ему доверять и принимать все слова всерьез? Но… Это ведь лишь самовнушение, правда? Предостережение матери… Я не знаю, о чем думает принц и с какой целью он так доброжелателен ко мне. Может это вовсе не цель? Не коварный замысел? Не знаю…

Я хлопаю себя по щекам, в попытке привести в чувства. Угомонись. Хватит думать о том, о чем не знаешь наверняка. После борьбы с самой собой, возвращаюсь в бальный зал. Уже в коридоре оттуда доносится мелодичная музыка. Кажется, аристократы во всю празднуют мой дебют. Я захожу и… Тут же хочу снова уйти прочь, поукорять себя еще немного.

В самом центре зала вальсирует пара: наследный принц Райан и его невеста – герцогиня Виктория Торель. Самовлюбленная и властная. Ради достижения желаемого, готова не задумываясь идти по головам. Внешность присуща Ангелу, но внутри она хуже самой ядовитой змеи…

Встав рядом с буфетным столом начинаю наблюдать за плавными, но холодными движениями Райана, будто танцует ожившая статуя. Когда мелодия прекращается, принц тут же покидает центр зала. Он резко меняет траекторию, как только замечает меня краем глаза. Музыка снова играет. В этот раз танцевать спешат все, кому не лень. Райан останавливается рядом со мной. На его лице читается некое отвращение, и он даже не старается его скрыть.

– Ваше высочество, могу я сп-…

– Не подаришь мне танец?

Мои глаза ошарашенно округляются. Подняв голову, я вижу принца, стоящего почти вплотную ко мне и приглашающе протягивающего руку… От этого зрелища опешиваю сильнее.

– Это неправильно, ваше высочество, – прямо отвечаю. – Нас могут неправильно понять. У вас есть невеста. Не хочу, чтобы у вас появились проблемы из-за этого, поэтому, пожалуйста, давайте сделаем вид, будто вы ничего не говорили.

Райан сжимает протянутую ладонь в кулак и опускает руку, понимающе кивая.

– Ладно.

Он берет бокал вина и опустошает его залпом, после чего грозно обводит взглядом аристократов. Я примерно понимаю, о чем он думает.

– Этейн, – принц ловит мой взгляд, – пообещай, что на моей коронации ты станцуешь со мной.

– Как я могу такое обещать?.. – я нелепо кривлюсь. Что он несет?..

– Просто пообещай. Когда я стану императором, никто не посмеет упрекнуть меня в том, что я провожу время с другой леди будучи помолвленным на другой.

Я прикусываю губу, слыша строгое заявление принца. Неужели он так этого хочет, что готов пожертвовать хорошим тоном? На самом деле, меня тоже не особо волнует реакция дворян на подобное взаимодействие, но… Все-таки Райан помолвлен на Виктории, а уж она точно не оставит ни меня, ни принца в покое, если увидит, как ее жених танцует с другой. В ее духе закатывать скандалы и крутить интриги.

В конечном счете я сдаюсь.

«Отныне ты будешь дрессированной собачонкой, выполняющей команды и не смеющей ослушаться».

– Хорошо. Я обещаю, что станцую с вами на вашей коронации, принц.

Райан тихо смеется. Его глаза блестят от счастья после слов, слетевших с моих уст.
Уголки губ самопроизвольно ползут вверх…

Часть 2.

До коронации принца остается несколько дней. Я же сразу после дебюта встала во главенстве рода и познала всю жестокость ответственности, возложенной теперь только на меня. Говорить за весь род бессмысленно: близких родственников со стороны отца у нас нет.

Я прибываю в императорский дворец и отправляюсь в крыло, принадлежащее принцу. Постучав в дверь его кабинета пару раз, захожу внутрь, но… Там никого нет. Из ниоткуда появляется личная служанка принца. Она кланяется мне, держа руки перед собой.

– Герцогиня Ронан, его высочество в своих покоях. Он велел отправить вас к нему.

Что-нибудь случилось? Обычно Райан никогда не отсутствовал в своем кабинете в рабочие часы. И… правильно ли это? Хотя он сам просит прийти в его личные покои.

Служанка провожает меня до дверей в спальню принца и, поклонившись, оставляет одну напротив комнаты. Я со вздохом подношу ладонь к резкой золотой ручке, но в нескольких сантиметрах от нее моя рука застывает. Вдруг он спит, а я приперлась? Ладонь неловко сжимается в кулак. Ну, очевидно, тогда бы он не позвал меня к себе. Снова подношу руку и… Раздосадованно топаю ногой. Глухой звук каблука, соприкоснувшегося с кварцевым паркетом, разносится по пустому коридору. Почему я просто не могу постучать в эту чертову дверь?!

– Хватит там копошиться! Заходи уже, – раздается голос принца по ту сторону.

К щекам приливает жар, и я хлопаю себя по лбу. Идиотка… Бодро выпрямляюсь, набирая побольше воздуха в легкие, наконец тяну на себя дверь и захожу в спальню. Покои принца масштабных размеров. Высокие потолки с незамысловатыми орнаментами, широкие окна, едва не достающих до этих самых потолков. В комнате достаточно темно, поскольку окна завешаны темными бархатными шторами. Плотная завеса не пропускает в спальню надоедливые лучи солнца. Сам принц сидит посередь огромной кровати из резкого редкого дерева, сложив ноги бабочкой. Он не выглядит больным или уставшим. Скорее нервным или потерянным.

Я останавливаюсь в паре метрах от кровати и кланяюсь. Тугой женский корсет, надетый поверх белой хлопковой рубашки, давит на ребра, но я терплю.

– Ваше высочество, с вами все в порядке?

– Да, – как-то чересчур весело заявляет он, однако улыбка тут же сходит на нет, – просто… Немного волнуюсь. Через два дня я стану императором. Мне… страшно? – неуверенно спрашивает самого себя, склоняя голову.

Его дрожащий голос и зашуганный вид не дает мне покоя. Я необдуманно делаю шаг вперед, а затем осекаюсь. Дозволено ли? Замявшись на секунду, решаю отступить обратно, но принц резко скидывает голову и хлопает по одеялу рядом с собой.

– Не составишь компанию? Расскажи что-нибудь, что способно… отвлечь меня…

Я немного хмурюсь, незаметно теребя пальцами край рубашки. Райан выглядит так жалобно. Мои пальцы теперь неловко гладят невидимые складки на рукаве.

Мы знакомы с принцем с раннего возраста. Он старше меня на два года, и я всегда считала его своим братом, поэтому неловкости как таковой между нами никогда не возникало. Нас ограничивают разве что только социальные рамки и никчемные статусы. Но даже так… Если какая-то девчонка из какой-то дворянской семьи, никаким образом не идущая в сравнение с родом Ронан, может стать женой принца, то я и подавно… Боже, что я несу?.. Райана никто не спрашивал, хочет он жениться или нет. Существует слово «надо». А Виктория прыгает от радости, мол ее будущий муж – сам император. Она козни строить будет, а ей и пальцем никто тыкнуть не посмеет. Терпеть не могу таких людей. Люди, получающие выгоду, хотя это, скорее, дрянное удовольствие от собственного жалкого существования и превосходства над другими выглядят отвратительно. Интересно, а мои размышления на этот счет считаются «дрянными»?

– Ты чего задумалась?

– А?..

– Сюда иди, говорю.

– Раз вы так настаиваете…

Я присаживаюсь на краешек невероятно мягко матраса лицом к Райану, сдаваясь. Мы с принцем вдвоем. Наше социальное положение далеко не здесь. Оно оказывается за пределами этой комнаты, за пределами этого дворцового крыла ровно в тот момент, когда наши взгляды встречаются.

– Этейн, – нежный голос пускает приятную дрожь по позвоночнику. – Назови меня по имени.

В животе порхает тысяча бабочек… Так и знала: Себастьян с содой в выпечке переборщил... Ужасная из него кухарка получается.

– Ты постоянно зовешь меня формально. Это чертовски докучает, – принц придвигается ко мне. – Скажи это.

Я сглатываю, когда он удерживает зрительный контакт.

– Ра… Я не могу, – выпаливаю и отворачиваюсь.

Почему так сердце быстро бьется?

– Почему не можешь? – раздается прямо у моего уха. Теплое дыхание касается кожи, заставляя ее полыхать.

Я резко оборачиваюсь на голос и вздрагиваю. Его лицо в миллиметрах от моего. Уголки губ бессознательно дрогают и предательски ползут вверх. Принц удивленно вскидывает брови, не желая отодвигаться.

– Ты улыбаешься.

Мои глаза расширяются, и я тут же отвожу взгляд, почесывая нос в попытке насильно заставить себя прекратить глупо улыбаться.

– Ты улыбаешься! – воодушевленно восклицает Райан. Схватив мое лицо теплыми ладонями, он поворачивает его к себе. Наши взгляды вновь находят друг друга. – Впервые с тех пор, как мы перестали быть детьми, я вижу твою искреннюю улыбку…

Мои ресницы трепещут в изумлении. Правда? Я и не помню, как перестала улыбаться, когда это произошло и по какой причине. Возможно, это произошло в тот момент, когда я осознала, что мы с Райаном больше не сможем играть в догонялки и прятки, ибо он наследник престола, а я наследница знаменитого и важного для этого престола рода. Безмятежное детство кончилось. Наши пути разошлись и вновь сошлись, когда настал мой долг помогать принцу.

– Этейн, – повторно зовет Райан, смакуя имя, – назови меня по имени, – приказывает.

Глава 3

Часть 1.

Принц все еще держит мои щеки ладонями. Стук сердца отдается в висках. Боже, это невыносимо смущает…

– Райан, – с моих губ срывается тихий шепот.

Наконец он выпускает лицо, заводит руки за спину и вальяжно на них опирается. Да он прямо светится от счастья, а я – от смущения.

– Ах, услада для ушей. Отныне, когда мы будем наедине, разговаривай со мной неформально. Считай это еще одним приказом, – принц картинно надувает губы.

Я слабо усмехаюсь, не веря ушам. Это сейчас происходит в реальности? Или я вижу галлюцинации? Но мои щеки до сих пор помнят тепло его кожи…

– Ваше высоч-… – Райан бросает на меня строгий осуждающий взгляд, – ам… Райан. Какие-то у вас… тебя… странные наклонности.

Принц снова поддается ко мне.

– Ты о чем?

Я смотрю прямо ему в глаза, чувствуя, как краска снова приливает к лицу. Серьезно, мое сердце не выдержит…

Откашлявшись, отвечаю:

– Вы заставляете меня смущаться, а я, между прочим, ваша помощница. И должна быть рассудительной.

– Эти банальные стереотипы о поведении доверенного лица наследного принца вгоняют меня в ступор. А тебя, прошу заметить, в глупые рамки по отношению ко мне.

Райан лениво мотает головой, прицыкивая языком. Сегодня он правда ведет себя странно: вспомнил про наше детство, заставил говорить с ним неформально. Еще и на одной кровати сидим и обсуждаем, насколько глупы наши рамки, что, естественно, непозволительно.

– Этейн, я знаю, на моей коронации ты отдашь клятву всегда быть на стороне императорской семьи, быть покорной слугой, но… Ты ведь понимаешь, что это не только бумажная волокита и аудиенции? Тебя могут облачить в доспехи, если потребуется. Это то, чего ты хочешь?

Он многозначительно смотрит на меня, выглядя при этом так, будто собственные слова ранят его глубоко в сердце. Я лишь слабо хмурюсь.

– Это то, что прописано у меня в крови. От меня не зависят слова подобные «хочу» или «не хочу». Я обязана выполнить свой долг, тем более клятву, особенно если лично вы облачите меня в доспехи и вручите клинок.

Райан грустно мотает головой, сжимая пальцами одеяло за спиной в нескрываемой досаде. Внезапно он садится буквально вплотную ко мне. Наши плечи соприкасаются, пуская молниевый заряд через разделяющую нас ткань одежды. Если принц продолжит в том же духе, то…

– Этейн.

…я таю. Сердце пропускает удар. Мои глаза случайно опускаются на его манящие губы, которые теперь находятся на неприличном расстоянии. Кажется, Райан прознает, что, называя меня по имени, заставляет мое сердце биться быстрее и сильнее. Выражение его лица становится неумолимо хитрым.

– Мне нравится, как ты неловко прячешь глаза, отчаянно пытаясь притвориться, будто не смущена. Твоему румянцу даже розы могут позавидовать.

Он флиртует. Черт возьми, он делает это нарочно…

Лицо принца приближается еще ближе, и я моментально отворачиваю голову, отводя смущенный взгляд. Теплое, слегка прерывистое дыхание щекочет кожу щеки и шеи. Мощная каменная стена, возникшая между нами за последние года, порожденная навязанными обязательствами, рушится. Я медленно поворачиваю голову обратно. Я знаю, чего он желает, но это так неправильно…

Не успеваю опомниться, как Райан резко встает на колени, возвышаясь надо мной, а его ловкие пальцы начинают распускать мой корсет спереди, словно он мастер в таком деле. Но стоит отдать должное, принц действительно справляется быстрее, чем обычно я, имеющая долгие годы практики… Я даже не успеваю осознать происходящее, когда тугой корсет больше не давит и оказывается где-то на другом конце кровати. Райан хватает меня за талию и тянет к себе. Сильно. Голодно. Мне ничего не остается, кроме как сдаться и потакать его беспризорным действиям. Не потому, что это выглядит как приказ. Так велит мне сердце. Я тоже встаю на колени и, по мере того, как отдаляется к подушкам принц, приближаюсь к нему я. Сердце трепещет в грудной клетке, сбиваясь с ритма и такта.

Щеки Райана покрываются густым румянцем. Когда он опускается на подушки, я оказываюсь на коленях между его ног, почти прижатая к разгоряченному телу. Больше меня ничего не останавливает, стоит только увидеть желание принца, отчетливо написанное на лице. В конце концов, инициатор Райан, а я лишь оказываюсь не против.

– Ваше высочество, а как же ваша невеста? – спрашиваю я скорее из приличия, чем из-за предостережения, в то время как он быстрым движением руки распахивает мою шелковую рубашку. Слабый прохладный воздух касается обнаженной кожи, посылая волну мурашек, но нежные теплые руки тут же касаются открытого вида, оставляя пламенный след.

– Боже, забудь о ней. Она ведь никто, понимаешь? Никто! – четко произносит принц с силой прижимая меня к себе. Его лицо утыкается в шею, вдыхая аромат. – Ты не представляешь, как я хочу избавиться от той девки. Но боюсь осуждения, ведь это моя обязанность жениться именно на ней. Такой я слабак…

Я аккуратно расстегиваю пуговицу за пуговицей на его ночной рубашке, лаская пальцами гладкую манящую кожу.

– Не говорите так. Вы… ты не слабак, просто…

Мне становится трудно дышать, и попытки выровнять дыхание не увенчиваются успехом.

– Просто не пытайся оправдать меня. Это приказ… – сквозь сдержанный стон бормочет принц.

Наши губы наконец находят друг друга и встречаются в пылком поцелуе, танцуя в безумном уверенном танце, будто знакомы очень давно. Жаль, что это не так. Принц резко обрывает поцелуй, поваливая меня на спину. Сменив позицию и оказавшись сверху, он осыпает мою шею жаркими поцелуями, задевая зубами чувствительную кожу, пока невинные пальцы расстегивают ремень моих брюк. Неужели это правда происходит? Я опираюсь на локти, немного откидывая голову назад. Длинные волосы, волнами ниспадающие на оголенные плечи и спину щекочут кожу. Щеки покрыты соблазнительным румянцем. Мои ноги обхватывают талию Райана в тот момент, когда он тянет мои брюки вниз по бедрам, инстинктивно притягивая его как можно ближе.

Сладкие губы вновь кусают мои, дразня языком, умоляя о большем. И я позволяю, ни думая ни о чем в этот самый момент. Все остальное больше не важно. Есть только он, я и наша страсть.