В разводе. Без памяти влюбленный бывший

глава 1

Май. Две тысячи двадцать второго года.

– Моя Рита беременна. Ты в залёте. – Миша посмотрел на меня с выжиданием, стараясь заметить, что во мне изменится.

А я даже не поняла, что он мне сказал.

Я стояла и хлопала глазами в его кабинете на втором этаже, который имел стеклянную стену выходящую на зону ресепшена.

Миша прилетел сегодня из командировки. В Москве он открывал новый медцентр. Я рано утром сорвалась и поехала его встречать для того, чтобы новость хорошую сказать – наше эко прошло удачно. Подсадка была хорошей.

Я беременна.

Миша кивнул и протянул сквозь зубы о том, что мы это позже обсудим.

И видимо мы это сейчас обсуждаем, приехав к нему на работу.

– Надо что-то решать, Адель.

– Что решать? – Как глупая спросила я.

Год назад мы заговорили о том, что неплохо было бы ещё ребёнка завести.

Пашку мы родили давно, девятнадцать лет назад. Я училась на втором курсе менеджмента. Миша был в медицинском. Последние курсы, интернатура, ординатура, Но это никак не помешало нам растить сына.

Да, сложно было. Денег почти не было, несмотря на фамилию Миши. Он никогда не пользовался благами, которые давал его отец.

Все сам.

Только потом, когда закончил медицинский, Миша понял, что не пойдёт в медики, а вот бизнесмены вполне. Сначала он был управляющим одного маленького медцентра на окраине. А уже через десять лет у него у самого было несколько частных клиник.

Да, понятно, что из-за нехватки медицинской практики, Миша был бизнесменом и какие-то спорные моменты контролировал отец. Но когда стало понятно, что мы более или менее выровнялись– так и не рискнули завести детей.

И год назад Миша предложил:

– Может быть второго родим? Ты молодая– тридцать семь лет. Я ещё тоже ничего себе такой.

Молодая-то молодая, но только рисковать никто не хотел. Мы сразу определились, что будем делать эко. Пока подготовка, пока все анализы. У меня в семье была генетика с проблемами по крови. Поэтому мы и это проверяли. И когда был назначен день подсадки, Миши тогда тоже не было в городе– он уезжал встречаться с партнёром.

И вот, когда мне позвонили и сказали, что все прошло успешно, Миша мне выдал такое, что какая-то Рита беременна и я в «залёте».

Одно слово, говорящее о том, как он относится к этой беременности.

– Твоя Рита? – Переспросила тихо, не понимая, о ком речь и вообще, что произошло.

Я шагнула к стеклянной стене и кончиками пальцев дотронулась до холодного стекла.

Рита– молодая шатенка, двадцать восемь лет, что ли, была администратором этого центра.

Я резко обернулась и посмотрела Мише в глаза.

– Администратор главного зала – твоя… – Дурацкие мысли полезли в голову о том, что наша история закончится в этом кабинете.

Я приложила ладонь к низу живота, отказываясь верить в то, что мне говорил муж.

– Моя. – Коротко кивнул Миша и сев на диван, закинул ногу на ногу. Расстегнул пиджак и провёл ладонью по волосам. – Уже пару лет, как моя.

Что я должна была сказать?

Что он предатель, изменник, идиот?

Нет, я молчала.

Зачем говорить и так понятные вещи?

– Миш, а зачем тогда все это? – Спросила и опустила глаза на свою руку.

Он выдохнул и запрокинул голову к потолку.

– Да, потому что, знаешь, думаю, кризис среднего возраста. Всякое бывает. Потом смотрю, что что-то не так. Решил, что надо семью расшевелить. Думаю, родишь и все уладится, все изменится.

– Так что, так ты решил использовать рождение ребёнка как заплатку на браке, который…

Миша не дал мне договорить.

– Который пора завершать.

И самое дурное во всем этом, что я не была той женщиной, которая узнала про измену и захотела уйти. Я была той женщиной, которая узнала про измену и которую не хотели возвращать.

Он выбор свой сделал.

– Я уйти от тебя хочу. Устал я, Адель, за двадцать лет.

А я не понимала, от чего он мог устать. Наверное, что-то такое было в нашем браке, что он из последних сил выживал.

– И когда мы начали готовиться к беременности, когда я жрала пачками таблетки, у тебя ни разу не родилось мысли о том, что это может не помочь?

Я хотела детей. Откровенно говоря, я бы хотела их лет в двадцать пять, когда сама горной козой можешь скакать. Когда все в жизни складывается легко и просто. Но беременеть в тридцать восемь и рожать в тридцать девять, когда у самой в анамнезе то гипертония, то колика поджелудочной– не самый лучший вариант.

Но я так любила своего Мишу, что готова была на все. Когда он сказал о том, что нам нужен ребёнок– я даже не сомневалась. Я знала , что если Миша сказал, значит так и будет. Слепая, глупая вера хорошей жены, привыкшей к тому, что все в её браке всегда будет правильно.

– Давай, только без слез. – Раздражаясь, произнёс Миша, вставая с дивана и приблизился ко мне на расстоянии вытянутой руки.

Между нами словно стеклянная стена стояла.

А я не плакала. Я не кричала и не билась в истерике.

– Мы люди взрослые, все всё прекрасно понимаем.

– Ты уговорил меня на беременность, а сейчас ты хочешь что-то решать?

Миша скинул пиджак с плеч и бросил его на диван. Закатал рукава, словно бы готовясь к какой-то бойне.

– А чего ты злишься? Вот, что сейчас такого я сделал неправильно? Я попробовал. Я действительно постарался склеить наш брак.

– Я даже не знала, что он разбит. – Подалась я вперёд.

Миша поджал губы.

– Да, он разбит. Уже пару лет как. И мне бы хотелось, чтобы ты сейчас реагировала нормально, а не истерично.

А я не реагировала истерично. Я просто не понимала, в какой момент наш брак оказался ненужным. В какой момент все пошло не так, как мы планировали.

– Скажи мне просто, что ты шутишь. Ну, я не знаю, проблемы какие-то с Москвой или ещё что-то. Просто скажи, что ты шутишь. – Попросила я вполне искренне, готовая сама придумать глупую шутку.

глава 2

Миша развёл руки в разные стороны.

– Вот такие иногда превратности судьбы происходят. Ты, надеюсь, сейчас не думаешь, что это было всё настолько специально, что я выискивал кого-то? Нет, я сам недавно узнал. Буквально с месяц назад. Когда случайно заговорили о родителях. Ну, как бы трудно было не понять, когда Рита стала рассказывать про Давида Никитина.

Я не верила своим ушам.

Нет, нет, этого не могло быть.

Мне было шесть лет, когда отец ушёл из семьи. Я тогда не понимала, что происходило. Уже намного позже мама рассказывала о том, как всё на самом деле произошло. Прохор был на два года старше меня, но тоже терялся в догадках. Отчётливое воспоминание из детства, что мне готовиться к школе. Папа чемодан старый собирал. Мама плакала в кухне. Отец, выйдя в коридор, поцеловал меня в волосы и Прохора к себе прижал. Позже мама рассказывала, что с другой женщиной у отца был долгий роман, на протяжении года или двух.

Как она всё поняла? Женщина с его работы позвонила и стала рассказывать:

– Куда, Вероника, ты смотришь? У тебя муж гуляет. Ты либо его прижучь, либо не позорься. Уже весь завод знает, что они живут вместе. А ты одна веришь в то, что он в ночные смены остаётся.

Мама даже спустя много лет, рассказывая это, не могла смириться с тем, что случилось. После ухода отца к нам переехала бабушка. А с папой общаться не получилось. Он хотел забирать нас на выходные. Но когда мама узнала, что он нас забирает к той женщине – запретила.

Мне лет пятнадцать было, когда я первый раз ему позвонила. Он меня не узнал. Я ещё в трубку так тихо:

– Это я, Адель.

– Какая Адель? – Недовольно произнёс отец.

– Твоя Адель.

До него потом дошло, что с ним пыталась поговорить дочь.

А я плакала.

Мне кажется, любой ребёнок в разрушенной семье хочет однажды поговорить с родителем, который ушёл. Просто чтобы понять, что себя винить не надо.

А ребёнок всегда винит себя.

Старший брат, когда узнал, что я ему звонила, кричал на меня, называл дурой и то, что отец наш куска хлеба на могилке не будет достоин, а я еще унижалась, звонила ему.

И большим ударом было то, что сейчас мне рассказал Миша.

– Так давай-ка ты не будешь здесь сейчас сопли накручивать? Всё-таки не девочка. Уже скоро сорокет стукнет.

– Ты вообще понимаешь, как это звучит? Как это выглядит?

– Да. Всё это не самым лучшим образом выглядит и пахнет тоже. Но давай будем откровенными: уйти я хотел уже пару лет как.

– Почему? – Вырвался глупый вопрос.

Ведь это иррациональная ситуация. Как можно требовать ответа за то, что муж ничего больше не чувствовал?

– Потому что, Адель, как в нашем с тобой случае, романтика стреляет быстро, а жизнь семейная стреляет медленно и попадает чаще всего.

Он от семьи устал.

Но я ему не верила. Потому что если бы он от семьи устал – его любовница не ходила бы беременная.

– Я… Я поеду. – Произнесла, едва шевелясь.

– Адель, – остановил меня Миша, хватая за руку.

Что-то было ужасное в этом прикосновении, словно бы мёртвый дотронулся и холодом своей кожи отравил меня.

Я выдернула руку и развернулась к двери.

– Наслаждайся своими победами. – Тихо выдохнула я и, шагнув к чайному столику, положила обручальное кольцо.

И стаскивать его было больно. Потому что за столько лет оно, можно сказать, вросло мне в палец. Но я не видела никакого логического завершения.

Всё закончится разводом, как этого Миша и хочет. Но унижаться и требовать ответов непонятно на что я не буду, не хочу.

– Ну-у-у, началось. – Недовольно выдохнул Миша и произнёс. – Твоя беременность не к месту.

Я развернулась и хлопнула в ладони.

– А что ж ты мне об этом раньше не сказал? У тебя было время для того, чтобы сказать мне об этом раньше. У тебя были несколько месяцев подготовки к подсадке, для того, чтобы сказать: “Адель, мы не будем заводить детей. Я не хочу. Я люблю другую”. Ты мог это сказать. Но ты ждал.

– Да. Потому что никогда первая подсадка не проходит успешно. И ждал я только тупо из-за того, что мне нужно было сделать выбор! — рыкнул Миша.

– Сделал? – Переспросила, понимая, что выбор он сделал – тот ребёнок от любовницы ценнее, чем мой.

В горле запершило. Закашляться хотелось. Но я терпела.

– Кто знал, что ты такая плодовитая? Кто знал, что первая подсадка и сразу же успешная? Ни у кого сроду нормально не подсаживаются с первого раза эмбрионы. А у тебя подсели. Да, я делал выбор.

И это было слышать противно. Потому что я была для него не выбором, а всего лишь вариантом. Вариантом вкусно поужинать, прийти в тёплый дом, недовольно бурчать о том, что не те рубашки из химчистки.

Я была всего лишь вариантом временным. Правда, время это затянулось на двадцать лет.

Я качнула головой.

– Вещи отправлю курьерами.

Миша ударил ладонью по столу и хрипло произнёс:

– С беременностью надо что-то делать. Сейчас же езжай в центр. Я договорился с Бушниным. Он всё сделает в лучшем виде. Через пару дней уже будешь ходить и скакать, как горная коза. И будь добра, привести свои мысли в порядок. В июне нам надо уже документы на развод подписать. Потому что в июле у меня венчание с Ритой. Приедешь, надеюсь, венец сестрёнке поддержишь?