В теле будущей злодейки

Глава 1. Белла

Беды ничто не предвещало. Я вечером пришла с работы, из салона связи, где тружусь продавцом-консультантом. Да, знаю, гордиться нечем, по образованию-то я юрист, но юристов миллионы, а телефоны кто-то продавать должен.

В общем, пришла в свою недорогую, совершенно обычную съёмную квартирку, выпила совершенно обычный кефир и съела совершенно обычную булочку с повидлом. Да, предполагается, что если я на диете, то должна пить один кефир, но он же гадкий без булочки! А килограммом больше, килограммом меньше при моих восьмидесяти — это ерунда.

Завершив скромный ужин, я легла спать в свою обычную кровать, ожидая, что завтра будет такой же обычный и скучный день. Такой же обычный, как и вся моя жизнь.

Не знаю, что произошло, и кто чего в небесных сферах напутал, только проснулась я в кровати не обычной, а в алькове с балдахином. Бархатным, судя по всему. Хотя я бархат только в магазине и щупала.

Конечно, первой мыслью было, что, пока я спала, надо мной подшутили друзья и перетащили меня в какой-то музей. Но потом я вспомнила, что друзей-то у меня нет, тем более таких, которые захотят меня куда-то тащить. Я решила пока не паниковать, села на кровати, откинула балдахин и оглядела комнату, в которой проснулась.

Роскошная. Ковры, помпезная мебель, большие окна с тяжёлыми, но уже открытыми шторами. В окно проглядывает кусочек хмурого неба. Расцветка комнаты мне не понравилась, мрачновата, не люблю зелёный цвет. Может быть, на меня вчера позарился какой-нибудь олигарх? Или шейх выкрал и заточил в свой гарем?.. 

Может быть, Агзу из овощной палатки, что иногда заходит в наш ларёк погреться, шейх, и я ему давно приглянулась, и он только из-за меня изображает торгаша? А почему нет?.. Я — женщина видная, за пятьдесят четвёртый размер перевалила,грудь пятого размера. Да и могут же в моей жизни чудеса случаться! 

Хотя шейх всё-таки вряд ли, даже Агзу никаких знаков внимания не проявлял, даже смотрел на меня вскользь, я же не красотка. И в юности-то не блистала, а сейчас четвёртый десяток вот-вот разменяю, а я ж не коньяк, лучше с годами не становлюсь. Так кому я понадобилась в этой роскошной кровати?

Тут я обнаружила, что кто-то на меня напялил ночную рубашку вместо моей привычной растянутой футболки. Длинную белую, накрахмаленную и шуршащую. В жизни в таких не спала! Но ночнушка — это ещё полбеды, тело под ней не моё! Категорически не моё! Худое девчоночье тело с тонкой талией и длинными ногами. А ещё у меня оказалась пышная шевелюра. Я бы могла это списать на действие кефира и нового шампуня, но всё вокруг буквально кричало против этой версии.

Я на своих-не своих ногах встала с кровати. Зеркало обнаружилось у большого антикварного шкафа с резными дверцами. Тоже большое и антикварное, в причудливой раме в виде переплетённых змей. И смотрела на меня из зеркала обалдевшая девушка лет шестнадцати, красивая, с тонкими чертами лица, чувственными губами, большими тёмными, почти чёрными, глазами. И обалдевшее выражение совершенно этому лицу не шло. Такие, как она, явно носят свою красоту важно, гордо и презирая всех вокруг.

В первую очередь я ущипнула себя, девочка в зеркале поморщилась от моей боли. Значит, это действительно я. Вот и чудо тебе, Маша. Ты куда-то попала. Возможно, даже во дворец. Жаль, я не особенно читала модные книги о попаданцах, и как им принято себя вести, не знаю. Кто ж предполагал, что такое всерьёз случиться может? Видимо, не зря так много об этом литературы появилось в последнее время. Видимо, случаются такие ситуации периодически. Может, даже руководство есть: «Как выжить в мире, куда попал». Или «Как выяснить, в какой ты мир попал»…

Я ещё раз огляделась по сторонам. Комната довольно аскетичная, хоть и богатая, одежда в шкафу преимущественно строгая, какие-то балахоны. Изящный столик у кровати, шкатулка с серебряными украшениями, полочка книг. Окно выходит в симпатичный сад, судя по всему, этаж второй у меня. За садом, кажется, поле.

Загородный дворец? Я принцесса? Меня удачно выдадут замуж или отдадут дракону и будут спасать? Чёрт их знает, этих попаданок! Кажется, они все должны быть умными, красивыми и талантливые. А я совершенно заурядная тётка.

Я сделала шаг по направлению к массивному столу, на котором лежали книги, полистать-посмотреть, может, чего для себя проясню. И нет, вовсе я не спокойно приняла эту ситуацию с новым телом и дворцом, я просто в шоке и не могу мыслить здраво.

Но не успела я дойти до стола, как в комнате раздался хлопок, будто кто-то за моей спиной открыл бутылку шампанского, только вместо праздничного шипения напитка раздался скрипучий голосок:

— Хозяйка Друэлла велела поторопить юную хозяйку к завтраку.

Я обернулась и увидела перед собой маленького вислоухого уродца, завёрнутого в полотенце на манер тоги. Уродец стоял и улыбался огромным ртом с маленькими острыми зубами. И поблёскивал на меня огромными круглыми глазами. Это было последней каплей. К такому жизнь меня не готовила, для моего измученного загадками мозга это было слишком, и я грохнулась в обморок.

Когда я очнулась, слабая надежда, что всё произошедшее — сон, сейчас прозвенит будильник, возвещающий, что пора вставать, угасла. Я лежала на слишком мягкой постели, а не на своём диванчике, и меня кто-то звал, но не моим именем.

Увидев, что я открыла глаза, надо мной склонилась красивая белокурая девочка лет двенадцати.

— Белла, ты как? Что с тобой? — взволнованно спросила она.

Отлично, теперь я знаю, как меня зовут. Больше-больше деталей! Я слабо застонала.

— У тебя что-то болит? Таппи очень испугался, когда ты упала, уложил тебя на кровать и побежал за мамой. Мама ему не поверила, что ты могла лишиться чувств. И наказала.

Не успела я ответить девочке, что мне очень жаль, и Таппи ни в чём не виноват, кто бы он ни был, в комнату стремительно вошла высокая статная женщина. Очень похожая на девушку из зеркала. На меня, то есть. Важная такая дама, судя по всему, мама и девушки из зеркала, и белокурой малышки. Но мой обморок, кажется, не столько родительницу взволновал, сколько раздосадовал и разочаровал.

Глава 2. Семейство Блэк

Была у меня в школе учительница по математике, звали её Белла Львовна. Противная старуха, из-за неё у меня до сих пор при имени Белла сердце неприятно сжимается. Кто ж знал, что я неожиданно тоже Беллой окажусь. Обычно Белла Львовна, возвращая мне пестрящую красными пометками контрольную, злорадно говорила: «Тебе придётся из кожи вон вылезть, чтобы про тебя сказали: хорошая ученица». Старая ведьма оказалась права, вот вылезла я из своей кожи каким-то непостижимым образом, в чужую залезла, и теперь про меня можно сказать — хорошая ученица.

Впрочем, матушка Друэлла была недовольна, ей хотелось, чтобы её старшая дочь была не просто хорошей, а лучшей. Я, то есть Белла Блэк, успешно сдала десять дисциплин, но только по четырём получила высший балл. В табеле Стандартов Обучения Волшебству красовалось «Превосходно» по заклинаниям, зельям, защите от Тёмных искусств и трансфигурации, остальные всё — «Выше ожидаемого».

— И стоило устраивать припадки? — недоумённо спросила мать. — Результаты, конечно, не блестящие, но я надеюсь, на ЖАБА ты покажешь себя лучше.

— Мама, редко у кого бывает такой высокий результат. Даже просто сдать СОВ — это уже хорошо, — робко заметила моя младшая копия.

— Возможно, грязнокровки и осквернители крови радуются и проходному баллу. Но вы — мои дочери, вы — Блэки, и если ты, Андромеда, сейчас имеешь в виду, что твои результаты СОВ будут ещё хуже, советую сразу засесть за учебники, потому что я не потерплю даже «Удовлетворительно».

— Но мама, у меня СОВ только через год… — растерянно заметила девочка.

А младшая сестричка, белокурая и тихая, ещё больше сжалась на своём стуле, нервно размазывая водянистую овсянку по тарелке.

Прекрасный семейный завтрак. Любой семейный психиатр был бы вами доволен, миссис Блэк.

— Думаю, Тёмному Лорду важны не наши баллы, а наша ему преданность, — сказала я, не дав матери возразить Андромеде. Кажется, что-то подобное скажет сын испуганной сестрички-белоснежки, который родится через лет двадцать, наверное. — И вообще, матушка, мы — девочки и не обязаны быть умом и честью фамилии. Этого можно требовать только от наследника рода, а наша задача — удачно замуж выйти. А какому мужу нужна умная жена? Вот если бы был у нас брат…

Друэлла побледнела и поджала губы в тонкую линию. Упс! Кажется, я наступила на любимую мозоль. Проблемы престолонаследия в среде аристократов — это вам не шутки, явно матушка переживает, что в семье только девки.

— Беллатриса, иди в свою комнату и не смей показываться мне на глаза! — гневно воскликнула женщина. — Я поговорю о твоём поведении с отцом.

Да не очень-то и хотелось, мамаша, любоваться на вас целый день! Я и сама мечтаю свалить куда-нибудь, чтобы обдумать всё произошедшее. Я молча встала, отодвинула тарелку с кашей и сухой кусок хлеба с тонюсеньким слоем масла. Зачем такой хлеб вообще подают? Когда я попыталась его разжевать, на моё хрустение миссис Блэк покосилась с таким неодобрением, что аппетит сразу пропал. И чай слишком горький. Смысла нет сидеть за тем столом, где тебе не дают поесть вкусно и от души.

Но обдумать я ничего не успела, не прошло и пяти минут, как в мою комнату… Которую, к слову говоря, я с полчаса искала по этому огромному особняку. В мою комнату ввалились сияющие сестрицы.

— Белла! — с восторженной улыбкой проговорила Андромеда. — Мама вне себя! Ты сумасшедшая!

— А если она тебя накажет? — испуганно предположила Нарцисса, садясь рядом со мной и преданно заглядывая в глаза.

А с сёстрами-то, оказывается, Беллатриса дружила в детстве!

— Ну накажет, перетерпим, — покорно вздохнула я, обнимая белокурую сестрёнку одной рукой, а второй потрепала за щёку другую девочку: — Ты зачем за меня заступаться полезла?

Даже если такая ласка была ей в новинку, Андромеда ничем не проявила своего недовольства.

— Я же знаю, как для тебя важен был этот экзамен, — ответила она. — Поздравляю, Белла! И по трансфигурации — высший бал, и это даже с учетом того, что МакГонагалл тебя не любит.

А вот это жаль, мне всегда был симпатичен персонаж этой суровой тётеньки. Но со скользкой темы обсуждения моих успехов надо было сворачивать. Я отмахнулась от восторгов и вздохнула:

— Жаль, поесть не успела за завтраком.

В этой жизни я вообще ещё не ела ни разу, и даже овсяной каше с гренками была бы сейчас рада. Хотя национальный английский завтрак меня не впечатлил. Но зато, когда я, наконец, осознала произошедшее и поняла, что я же в Англии, то впечатлилась. Хорошо быть попаданкой, никогда мне английский не давался, а сейчас, видимо, на нём болтаю и даже не замечаю этого.

— Интересно, а русский язык у меня в памяти остался?

Я сказала это вслух, чем вызвала недоумение сестёр.

— А зачем тебе русский? — удивилась маленькая Нарцисса.

— Ты нашла какую-то книгу на русском с новыми заклинаниями? — вновь загорелись любопытством глаза Андромеды.

Значит, не говорю. Я же думала, что вопросила по-русски. Ну да и чёрт с ним! В мире Гарри Поттера вообще России будто не существует, и ничего, читаем. Чего сейчас патриотический пафос поднимать? А на вопрос сестры неопределённо ответила:

— Позже расскажу.

— Ты если есть хочешь, давай Таппи позовём? Он принесёт что-нибудь, — участливо предложила Нарцисса и вздохнула: — Я бы тоже кусочек сыра съела или ветчины.

Теперь-то я, конечно, сообразила, что страшненький лопоухий — это домовой эльф. Что ж, отлично. Всегда хотела рабов, которые будут приносить мне еду.

— А давай! — я подмигнула сестричке и крикнула: — Таппи!

Эльф появился, склонившись в поклоне.

— Можешь принести чего-нибудь перекусить?

— Что юная хозяйка желает?

— Ну, какой-нибудь бутерброд, — начала я, но сообразила, что он мне сейчас и притащит хлеб с маслом, быстро уточнила: — То есть сэндвич какой-нибудь с ветчиной, или с тунцом, или с куриной грудкой, и чтобы горчичкой от души намазан. А ещё сыра. И, может, вдруг найдётся кусочек тортика, шоколадного, например. И ещё… — я всегда, когда нервничаю, люблю чего-нибудь сладенькое зажевать, но увидев, как и эльф, и сёстры смотрят на меня с удивлением, скромно закончила: — И морсика какого-нибудь запить. Так найдётся что-нибудь? А то есть хочется…

Глава 3. Приём в честь Тёмного Лорда

Честно говоря, ложиться спать я боялась. Вдруг проснусь дома? А домой не особенно хотелось возвращаться, что я там не видела? Зато перспектива вблизи посмотреть Волдеморта очень заманчива. Но ещё больше я опасалась: вдруг не дома проснусь, а ещё в каком-нибудь неведомом мире? Какой-нибудь лягушкой-царевной или космическим кальмаром. Поэтому долго сидела за чтением, взялась за «Историю магии» и даже увлеклась. Покруче Толкиена будет: всякие восстания гоблинов, нашествия великанов… Только воспринимать это всерьёз не получалось. Сказка и сказка.

Заснула я над книгой, и не удивительно, что сны мне снились странные. Какой-то старик с куцей бородкой в чёрном балахоне и с кривым посохом, дремучий лес с живыми стонущими деревьями, селения с кривыми домиками, берёзовые рощи и даже избушка на курьих ножках. Но если весь фольклорный отечественный антураж я всерьёз не восприняла — игра сознания, то дедок был вполне такой правдоподобный. Наверное, потому что звал меня по имени. Заунывно и грустно так звал: «Ма-а-аша». Но я, конечно, идти никуда не собиралась. Тем более не Маша я теперь, а Белла. Может, он, конечно, колдун какой или главный координатор попаданцев, но я же сны свои контролировать не умею, даже при желании подойти к нему не смогла бы. Если ему так надо, в реальности явится и скажет, чего хочет. А мне его не надо совсем.

Боялась я напрасно, проснулась утром по-прежнему Беллой и по-прежнему в её комнате. Таппи притащил по моей просьбе завтрак: здоровенный кусок мясного пирога, шоколадный пудинг и кофе с молоком, заверив, что хозяйка Друэлла о моих возросших аппетитах не узнает. Надлежало готовиться к приёму высоких гостей. 

Разнообразием нарядов гардероб Беллы похвастаться не мог. Ну то есть тряпок висело много, но все однотипные: мантии — чёрные и зелёные, однотонные и длинные. Ни тебе коктейльного платья, ни вечернего наряда с голой спиной и разрезом от бедра. И во что же наряжаться?

Спасла положение Андромеда, которая заглянула полюбопытствовать, как продвигаются мои сборы на торжественное мероприятие. Оказывается, младших девочек приглашением не удостоили, велели сидеть тихо и вниз к гостям не спускаться. Что-то это мне сильно напоминает… Вдруг я буду наблюдать, как Таппи швырнёт на голову Тёмному Лорду праздничный торт? Хотя наверняка это положит конец существованию и эльфа, и семейства Блэк.

— Ты наденешь свою красивую новую мантию? — нетерпеливо спросила Андромеда.

— Обязательно, — кивнула я, разглядывая, какая из этих мантий, по мнению девочки, красивая. Мне понравилась тёмно-зелёная, с узкими рукавами. Я вытащила её.

— Ты что! — возмутилась Андромеда. — Это же форменная мантия для уроков травологии.

— Мне в ней всегда удобно, — отшутилась я, продолжив поиски нужной тряпки.

— Белла, ты совсем не волнуешься? — спросила сестра. — Даже мне немного страшно… Ты же знаешь, что говорят о Тёмном Лорде…

Я многозначительно кивнула.

— Ты думаешь, он прав? — вдруг шёпотом спросила Андромеда и, покосившись на дверь, произнесла и вовсе едва слышно: — Что маглы… Что они совсем не такие, как мы? Что они… плохие?

— Разные бывают, — ответила я осторожно. Только бесед о толерантности в магическом мире мне не хватало! — Есть плохие, а есть хорошие…

— Но Тёмный Лорд считает… — начала Андромеда и резко замолчала.

Я тоже услышала шаги, через секунду дверь открылась, и вбежала взволнованная Нарцисса.

— Белла! Первые гости уже прибыли. Мама велела тебя поторопить.

— Да, да, я уже бегу, — я принялась активней передвигать мантии.

— Да вот же она! — Андромеда вытащила тяжёлую бархатную мантию болотно-зелёного цвета.

— Спасибо, а то мне совсем не по глазам, — поблагодарила я и принялась одеваться.

Затем заплела густые чёрные волосы в косу, вряд ли благородная леди может спуститься к гостям простоволосой. Косметику девочка-ведьма явно не использует, так что сборы много времени не заняли. В итоге из зеркала на меня смотрела монашка в зелёном. Хотя строгая мантия была немного приталена, и на том спасибо. Впрочем, даже такой скоромный наряд Белле удивительно шёл.

Сёстры проводили меня до лестницы, щебеча, что я прекрасно выгляжу, и ушли к себе. А я, пытаясь сдержать нервную дрожь, зашагала вниз. Всё-таки не каждый день попадаешь на великосветскую тусовку магического мира.

На первый взгляд, мероприятие напомнило мне корпоратив. Начало вечера, до того, как все напьются. Пара столиков с лёгкими закускам и напитками. Прилично одетые дядьки с важным видом переговариваются друг с другом. Их жёны стоят рядом, вежливо кивая или, создав свой кружок, общаются друг с другом. Впрочем, может, это и не жёны, а просто тётки-Пожирательницы Смерти. Хотя, кажется, Пожиратели — это элитный мужской клуб. За редким исключением — Беллатрисой Блэк. Которая на данный момент ещё и Лорду не представлена.

Прежде чем окончательно спуститься, я внимательно оглядела присутствующую публику, его темнейшества нигде не увидела, обычные дядьки, по большей части старые и не очень симпатичные, но никого пугающего, лысого и без носа. Наверное, Лорд ещё не прибыл или где-нибудь в вип-зале. С матушки Друэллы вполне станется организовать главному гостю вип-зону с троном. Родителей я тоже не увидела, как и ни одного знакомого лица, конечно. Может быть, Белла кого и узнала бы, но для меня вся эта публика — чужие малопонятные люди.

Некоторые мне кивали, я любезно кивала в ответ и вежливо улыбалась, выглядывая в толпе отца. Впрочем, толпа была небольшой, человек двадцать от силы. Небось, только сливки волшебного сообщества. Как себя здесь вести и что вообще принято делать, я не знала. Я же ни разу не тусовщица. Вечеринки, клубы, даже именины приятелей — это совсем не моё, предпочитаю тихий отдых у телевизора. А тут — званый вечер в викторианском стиле. Совсем непонятно. Надеюсь, бал не объявят, а то я даже вальс не изображу.

— Белла, здравствуй, дорогая, — улыбнулась мне вдруг какая-то толстая тётка, преграждая путь. — Давно я тебя не видела. Как ты выросла! На матушку ещё больше стала похожа.

Глава 4. Встреча с Тёмным Лордом

Почти все на меня вежливо косились, а я царственно ходила по залу, по-прежнему не зная, как себя вести. И вдруг поймала на себе внимательный взгляд. Обернулась. Эйвери рассказывал что-то симпатичному мужчине немногим старше тридцати. Этот мужчина на меня и смотрел. И улыбался уголком губ. Сплетня, что Белла вычислила злостного шпиона, кажется, распространится быстро. 

А мужчина очень даже ничего. Жаль, Белла маленькая ещё. Или волшебники взрослеют раньше? Может быть, мне случайно с ним познакомиться? Если не выяснится, что он какой-нибудь родственник Гарри Поттера или самой Беллы, может что-нибудь и получится…

Но я была не настолько смела и решительна, чтобы строить глазки неведомому волшебнику, ещё толком не освоившись в волшебном мире.

— Беллатриса, — передо мной вдруг вырос молодой парень, на пару лет старше самой Беллы. Но не особенно симпатичный. Высокий, здоровенный, но с каким-то пустыми глазами и грубыми чертами лица. — Значит, это правда? Ты ещё Хогвартс не закончила, а уже удостоишься быть представлена Тёмному Лорду?

— Мне оказана честь, я горжусь, — ответила я и, не желая продолжать с ним беседу, захотела отойти. Не понравился мне этот парень. Но он схватил меня за руку.

— Ты опять смотришь мимо меня, будто бы я пустое место, — сердито проговорил он.

— Отпусти, — процедила я. И даже выхватила палочку, припоминая какое-нибудь подходящее заклинание. Кажется, настоящая Беллатриса тоже его не ценит и вряд ли расстроится нашей ссоре.

— Как бы ты ни избегала меня, ты же знаешь, что наши родители давно сговорились насчёт будущего союза их детей. Я — старший сын Лестрейнджей, ты — старшая дочь Блэков…

— Ещё скажи, что мы созданы друг для друга, — сердито фыркнула я, вырывая свой рукав из его пальцев. Да уж, бедняжке не позавидуешь, тем более, что волю родителей она в будущем исполнит, судя по фамилии. — Но пока мы не женаты, оставь меня в покое!

— Белла, ты могла бы быть со мной полюбезней. С моим слюнтяем-братцем ты всегда мила, — он схватил меня за плечи, не давая отойти. — Ты, кажется, забываешь, что старший Лестрейндж не он.

— Если я превращу тебя в жабу, это будет любезностью? — я наставила на него палочку, с трудом сдерживая гнев. — Руки убери!

— Дети, не ссорьтесь, — раздался рядом добродушный окрик.

Рядом с нами стояли два дядьки под пятьдесят. Жутко благородных, судя по виду и куче серебряных наклёпок на мантии. Навязчивый жених отошёл от меня, недовольно буркнув:

— Я не ребёнок, отец.

— Тогда и веди себя как взрослый, Рабастан. Извинись перед девушкой за свою грубость и принеси ей напиток.

Сердито нахмурившись, Рабастан буркнул что-то себе под нос, то ли проклятье, то ли извинения и ушёл, то ли за напитком, то ли совсем.

— Прости, Белла, Рабастан, кажется, ревнует тебя к собственному брату. И я его понимаю, — мистер Лестрейндж-старший сладко улыбнулся. — Позволь представить тебе Теодора Нотта. Вы, кажется, ещё незнакомы, — он кивнул на второго волшебника, который любезно поцеловал мне руку. — Он учился на два курса старше твоего отца и меня. И, соответственно, был ближе знаком с Тёмным Лордом.

Я с трудом сдержала смешок. Так это встреча выпускников! Лысоватые дядьки предпенсионного возраста, их жёны и отпрыски. А пафоса сколько!

Нотту я милостиво кивнула, чувствуя себя принцессой. Все мне кланяются, руки целуют.

— Говорят, с тех пор, как Дамблдор стал директором школы, там многое изменилось? — завязал Нотт вежливую беседу.

Думаю, что кричать: «Дамблдор — лучший из директоров», сейчас неуместно, и я лишь кивнула, соображая, что можно сказать из того, что я помню, чтобы не вызвать недовольства, и, сообразив, добавила толику грусти в голос и проговорила:

— Грифиндор теперь в любимчиках.

Все злодеи же со Слизерина. Значит, посочувствуют. Действительно, мужчины понимающе закивали.

— А ещё он заставляет наших детей изучать маглов, — поморщившись, как от зубной боли, проговорил мистер Лестрейндж. — В школе введён предмет — магловедние.

Нотт посмотрел на меня чуть ли не с состраданием.

— Зачем их изучать? Они же… отсталые, — с трудом подобрал он слово.

Терпеть не могу лишённые логики выпады против кого-либо! Особенно если эти выпады против меня. Я же вроде как магл для этих снобов, я — настоящая.

— Не стоит недооценивать маглов, — сказала я сердито. — У них, между прочим, много изобретений, которые будут покруче волшебной палочки.

Оба волшебника уставились на меня, открыв рот.

— Что ты имеешь в виду, Белла? — почти с ужасом спросил будущий тесть.

— Электричество, оружие, компьютеры…

Хотя, кажется, с компьютерами я погорячилась, существуют ли они уже? Я только сейчас осознала в полной мере, что я не только в чужой мир перенеслась, но и в чужое время. В прошлое! Почему я до сих пор не удосужилась узнать, какой сейчас год? Ладно, подумаю об этом на досуге, закончив дурацкий разговор.

— В общем, они создали много вещей, не умея колдовать. Им это и не нужно. И, думаю, при случае, человек с каким-нибудь пистолетом в руках победит даже самого искусного мага. Если нападёт неожиданно.

— Белла! — возмущённо воскликнул Лестрейндж. — Не ожидал от тебя услышать такие речи… Магл победит! В вашем доме ведутся такие разговоры?

Я заметила, что вокруг нас собирается толпа любопытствующих, вот мелькнуло бледное лицо матери. Не подставить бы себя, как несчастного дядьку из Годриковой Впадины.

— В этих разговорах нет ничего крамольного. Мы должны знать все возможности врага, — сделала я вывод. — Знать, как он развивается, знать, что он может нам противопоставить. Мы не можем сделать вид, что у маглов нет научных достижений, и они застыли на уровне средневековья.

— Сколько тебе лет, девочка? — раздался вдруг в повисшей тишине властный холодный голос.

Я обернулась и вновь оказалась под пристальным взглядом того симпатичного темноволосого незнакомца.

Глава 5. В гости к тётушке

Ночью мне опять снился старик с посохом, на этот раз без берёзок и славянских деревень, а в каком-то пустом и чёрном пространстве. Голос его звучал всё громче, а я хотела ответить и выйти ему навстречу, хотя бы для того, чтобы сказать, что теперь моё имя не Маша, но не знала, как. 

Старик мне кого-то напоминал, но я не могла вспомнить, кого. Сон меня тревожил, я даже проснулась взволнованная, но было ещё темно и очень тихо, поэтому я перевернулась на другой бок и вновь заснула. На этот раз мне снился молодой и красивый Волдеморт, который угощал меня мороженым, я была в красивом бальном платье и воодушевлённо размахивала волшебной палочкой с криками: «Смотри, я умею колдовать!».

Утром я сочла оба сна совершенно безумными и недостойными внимания. Увы, на этот раз вкусно позавтракать в комнате не удалось, родители жаждали видеть меня в столовой за семейной трапезой, о чём с сожалением сообщил мне Таппи. Кажется, ему нравилось меня кормить.

Я выбрала одну из мантий, которая попроще, и спустилась к завтраку. Овсянка и яйца всмятку — не самые любимые мои блюда, но вечером от волнения мне есть не хотелось совсем, и сейчас аппетит проснулся зверский. Хотя я понимала, что приличная девушка из благородного семейства не может накинуться на еду и должна есть медленно и маленькими кусочками, а ещё попутно беседовать с родителями.

Мистер и миссис Блэк пребывали в превосходном настроении, хотя Тёмный Лорд длительной беседы затевать со мной не стал, а, одарив ещё одной холодной улыбкой, удалился куда-то в окружении верной свиты в лице Эйвери, Долохова и моего отца, дебютный выход Беллатрисы сочли очень успешным. И, кажется, родители очень гордились Беллой. Что не мешало им выслать дочерей к тётушке. О чём и шла речь за завтраком. 

Впрочем, мои сёстры улыбались и никак не выказывали, что поездка к тётушке их пугает, так что вряд ли в гостях у неведомой мне Вальбурги намного хуже, чем в особняке Блэков.

Пока отец с матерью обсуждали вчерашний приём, я придвинула к себе папашину газету. Вот, значит, как ты выглядишь, «Ежедневный пророк»! Да уж, спецэффекты покруче, чем в кино. Живые картинки, шевелящиеся фото, подмигивающие заголовки, навязчиво выступающие вперёд строки. Но увлекательных новостей, полистав газету, я не обнаружила. Главной статьёй чествовали какую-то волшебницу Пруэтт, почётного члена Визенгамота, которой исполнялось сто пять лет. Целый разворот посвящался рекламе котлов, три страницы — интервью о предстоящем чемпионате Европы по квиддичу с загонщиками из команды «Уимбурнские осы». Самой интересной статьёй мне показалась заметка о том, как выводить с чердака пикси, потому что там была картинка корчащего рожи синего чёртика. То есть, особых новостей о магическом мире газета мне не дала, но хотя бы я теперь узнала год, в который попала. 1968.

Никогда не могла похвастаться отличными знанием истории. И всё, что я помнила о событиях того периода — что вроде как холодная война СССР и США идёт, Гагарин в космос уже слетал, а американцы на Луну ещё нет, и, кажется, мир стоит на пороге сексуальной революции. Но вряд ли волшебникам есть до этого дело. Что происходило в этом году Англии, я и подавно не помнила. Но, кажется, войны никакой нет, и королева уже Елизавета. А ещё Битлз должны быть на пике популярности... 

Хотя, Елизавета — королева маглов, а музыку волшебники слушают свою, и эти знания мне тоже вряд ли пригодятся. Едва ли стоит подставлять себя, начав делать великие пророчества. Заподозрят родственнички, что я не совсем Белла, непонятно как отреагируют, но рады не будут точно.

Наконец, отец доел свою кашу и поднялся из-за стола, следовательно, мы тоже могли покинуть столовую. Но сёстры не спешили уходить, и я, глядя на них, тоже затормозилась. Наверняка мы должны дождаться, пока родители что-то скажут.

— Таппи, — позвал мистер Блэк.

Эльф появился в комнате, подобострастно кланяясь.

— Подготовь камин. И принеси летучий порох. Ты собрал вещи молодых хозяек для поездки?

— Да, господин, — домовик поклонился, вновь почти уткнувшись носом в пол. — Чемоданы ожидают в их покоях.

Всё-таки как хорошо, что есть этот Таппи. А то как бы я собирала вещи? Я ведь даже не знаю, что я должна брать с собой и в каких количествах.

— Проверьте, не забыл ли он чего, и облачитесь в дорожные мантии, жду вас внизу, — велел отец мне и сёстрам. — Тётушка ожидает вас к полудню, но я должен спешить в Министерство, и думаю, она будет рада видеть вас и пораньше. Таппи её известит.

Проверять, что именно Таппи сложил в огромный дорожный сундук, который почему-то именовали чемоданом, я не стала. Откуда мне-то знать, что Белла обычно берёт с собой, когда едет в гости? Поэтому, надев мантию, которая мне показалось самой подходящей для путешествия, я навела на сундук палочку и произнесла уже привычное:

— Вингардиум Левиоса.

Надо бы попрактиковаться в других заклинаниях. Мало ли когда и что мне пригодится? Вроде бы это не должно быть так сложно. Наверное, рука у Беллы хорошо набита.

Чемодан послушно летел по воздуху впереди меня, и я уже почти спустилась в большую гостиную, где ожидал отец, когда услышала удивлённый возглас матери:

— Белла, ты с ума сошла?! Зачем ты взяла чемодан?

Я с трудом сориентировалась, но удержала огромный сундук от падения, поставив его на пол возле лестницы.

— Но мы же отправляемся в дорогу… — заметила я, с недоумением оглядывая сестёр, которые были налегке. К счастью, хоть с мантией угадала, на девочках были похожие балахоны.

— Хозяйка не доверяет транспортировку её вещей Таппи. Таппи — гадкий, Таппи в прошлом году поцарапал чемодан хозяйки. Хозяйка теперь не позволит Таппи к нему прикоснуться, — эльф зарыдал и стал биться головой о ножку стола.

— О Мерлин, Белла! — вздохнул отец. — Почему ты не позвала Кикимера? Он бы с радостью доставил твои вещи.

И тут меня озарило, кто такая тётушка Вальбурга! Это что же, мы едем в гости к Сириусу? К тому самому Сириусу, которого Белла через энное количество лет собственноручно отправит за завесу? Как же я ему в глаза смотреть буду? А, может, я здесь как раз для того, чтобы всё исправить? Но поразмыслить на эту тему мне не дал горестный стон Таппи: