В тени цветущей сакуры

Пролог

Голые скалы, серые камни, снежные шапки на вершинах, скрывающиеся за облаками, холодные ручьи, сбегающие с гор. Пустота и глубокая тишина. Одиночество. Именно так сейчас выглядела горная цепь, окружающая и защищающая королевство Аллаиз.

Но раньше все было по-другому. Двадцать четыре года назад это было живое место. Раньше здесь столетиями проживал народ, они называли себя Хайрами. Это древнее племя тех, кто испокон веков обитал среди горных скал и ручьев. И жили они там не одни. Хайры жили вместе с драконами. Только люди из этого племени могли управлять и повелевать этими гордыми и священными животными. Только Хайры могли оседлать дракона и усмирить его. Потому что, каждый хайр был связан душой с предназначенным Судьбой драконом. Их нельзя было разлучать, иначе это приводило к трагическим последствиям. Дракон и человек были словно Ин и Ян — дополняли друг друга, являясь половинками чего-то целого. Если дракона убивали, человек умирал вместе с ним. Не мог вынести потерю своей части души. То же происходило с драконом, если умирал его человек.

Хайры жили вместе со своими драконами, защищая королевство. Этому способствовал Аллийский договор. Хайры защищают королевство, и следят, чтобы драконы не нападали на деревни, не разоряли их. Взамен, законом строго было запрещено причинять вред дракону или хайру, а также, каждая деревня или провинция, город, обязаны были обеспечивать это горное племя провизией, тканями, мебелью, строительными материалами и прочим. Все эти условия соблюдались, пока свергнувший старшего брата с трона Инсу не захотел полной власти над всеми. Хайры никогда не подчинялись никому. Да, они соблюдали Аллийский договор, но только на взаимовыгодных условиях. Инсу был слишком зол на их неповиновение, и пытался подчинить их силой. Он послал войска на поселение Хайров. Это было огромной ошибкой, потому что горное племя разбило его войско. Договору пришел конец, он был разорван чужой жаждой власти и жадностью.

Инсу, узнав о поражении своих войск пришел в дикую ярость, но он был хитер. Он отступил назад, просил прощения у вождя - Ха Рама. Вождь отказался вновь следовать Аллийскому договору. Королевство Аллаиз и племя Хайров прекратили какое-либо сотрудничество. Оба жили бок о бок друг с другом но не замечали этого. Делали вид, что не замечали. На пару лет воцарилось мнимое спокойствие. Хайры продолжили жить своей жизнью, в то время как Инсу тайно собирал силы. Он послал наемных убийц. Они проникли в племя глубокой ночью и уничтожили всех. Не пожалели даже женщин и детей. Застигнутые врасплох Хайры отбивались как могли, но потерпели поражение.

Кровь, крики, детский плач, рев драконов, их дикий рык, защищающих своих людей от чужаков, их надрывные, оглушительные стоны, полные боли, когда они переставали чувствовать свою половину и погибали, избы, объятые огнем — все это было смешано, в один долгий, непрекращающийся кошмар. Все поселение было сожжено, разрушено, стерто с лица земли. Наемные убийцы не убирали своих мечей, пока сам вожак, Ха Рам, как и вся его семья, не пал мертвым на грязный, пропитанный кровью снег.

Рассвет тронул горные вершины, окрасив их в ярко-алый кровавый рассет, когда немногие из оставшихся наемных убийц вернулись в столицу, и сообщили королю, что Хайры пали, что никого из них не осталось в живых.

Глава 1

Маленькая комната была освещена лишь одной свечой. Язычок ее пламени красиво колыхался при слабых дуновениях воздуха. В комнате стоял густой запах благовоний. В этом царившем полумраке было что-то загадочное и пугающее. У Инсу пробежали неприятные мурашки по позвоночнику. Он стоял перед дверьми в эту комнату, поджав губы и убрав руки за спину. Его взгляд переместился на слугу, что стоял у дверей, склонившись в глубоком поклоне.

— Открывай. — сухо приказал король и прошел в комнату, когда слуга открыл перед ним дверь.

Спиной к нему сидела женщина. Ее волосы с редкой проседью были убраны в высокую, замысловатую прическу, с красивыми украшениями из серебра. Длинные серебряные серьги, продетые в мочки ушей, свисали до плеч, на женщине было черное платье с широкими рукавами из дорогого шелка, расшитое серебристым узором.

— Приветствую вас, Ваше Величество. — произнесла женщина ровным и мелодичным голосом.

— Здравствуй, Ми Су. — ответил король. Он обошел женщину, сидящую за столом и опустился на мягкую подушку.

— Вы прибыли ко мне с просьбой? — женщина мягко улыбнулась. Конечно, она знала, зачем сам король пришел к ней.

— Да. — мужчина снова поджал губы, покосившись на черную, атласную повязку на ее глазах.

Ми Су — слепая женщина, обладающая даром предсказания. Чон Инсу, король Аллаиза, ни раз убеждался в том, что ее предсказания сбывались. Это имело свою огромную выгоду. Благодаря ее пророчествам, он стал королем, свергнув своего старшего брата. Поэтому, он доверял ей.

— Расскажи мне, Ми Су, о том, что ждет нас в эту весеннюю пору? — Чон внимательно следил за выражением лица предсказательницы, с неким предвкушением и опасением. Никогда не знаешь, что именно тебя ждет.

Ми Су шире улыбнулась, и кивнула головой.

— Недавно, Луна и звезды поведали мне о том, что вам, Ваше Величество, а также вашему правлению грозит опасность. — лицо короля приобрело каменное выражение, а в плечах появилась напряженность. Ми Су продолжала, снизив голос до шепота, — Человеку, род которого сама природа наградила сильным даром, и человеку, который является королем всех злых и жестоких, назначена встреча. После нее, они берутся за руки и уходят вдаль. Их путь мне не виден, однако, придут они к человеку, который держит в руках маленький мир, сидя на вершине. Они столкнут его с самой высокой горы в этом маленьком мире в бездну, и займут его место.

Женщина замолчала, на ее лице проявилась задумчивость. Инсу сам уплыл в свои мысли, обдумывая сказанное. Он мог предположить, кем являлся первый человек, однако на счет второго не было ни малейшего представления.

Первой молчание нарушила предсказательница.

— Человек на вершине горы с маленьким миром в руках — это определенно вы, Ваше Величество. — сказала Ми Су, задумчиво покручивая серебряное кольцо с крупным, розовым камнем на среднем пальце. Она часто так делала, когда размышляла, король заметил это пару лет назад. — Человек с потомственным даром от природы, — это дочь шаманки Ли, я полагаю. — женщина никогда не говорила о дочери шаманки Ли, как о детище самого короля, хотя знала об этом. И Инсу был благодарен ей за это. Никому не стоило знать, что Ли Мэй, потомственная шаманка, которая должна обладать могущественной силой, его внебрачная дочь. — Насчет третьего человека, не могу что либо сказать, кроме того, что за ним ничего нет. Ни прошлого, ни семьи, звезды молчат об этом.

— Я понял тебя, Ми Су. — король поднялся со своего места и заложил руки за спину, расправив широкие плечи. — Спасибо, тебе, предсказательница.

— Вам спасибо, за то, что верите моим словам, Ваше Величество. — женщина низко склонила голову в знак уважения и добавила напоследок, — Пусть удача не отворачивается от Вас.

Чон Инсу покинул покои предсказательницы и направился к себе в сопровождении слуг, которые ждали его в коридоре.

Он не мог понять, кем мог быть «король всех злых и жестоких». Но он был твердо уверен в своих дальнейших действиях. Если встреча с этим «королем» не сулит ничего хорошего, значит она не должна состояться. И пусть в его внебрачной дочери пока не открылись силы, и она не могла использовать этот дар, чтобы помогать ему.

Когда-нибудь это обязательно случится, и Мэй должна в этот момент быть полностью под его контролем. Поэтому он дал своим доверенным слугам приказ собрать его в регулярную недолгую поездку на пару дней раньше, чем обычно.

< тринадцать лет назад>

Дождь не переставая барабанил по крыше, ветер трепал голые ветви деревьев, проникал сквозь щели в закрытых ставнях и заставлял танцевать пламя свечей. Казалось, небеса злились.

На стенах скакали тени, заставляя сердечко маленькой девочки сжиматься от страха. Комната матери всегда была пугающей: постоянный холод и полумрак в детских светло-карих глазах казались пристанищем демонов, которые словно ждали, когда она переступит порог, чтобы схватить её своими лапами. Девочка прижималась спиной к ногам тётушки, которая со слезами на глазах подталкивала ее вперед.

Там, у стены, на постели лежала женщина и слабо стонала от боли. В памяти ребенка всплывали моменты, когда эта женщина, ее мама, дико кричала, металась по комнате, размахивая подсвечником, охотясь на невидимых демонов. В такие моменты тётушка с кровоточащим сердцем запирала дверь на задвижку, на всякий случай подпирая тумбой и долго сидела напротив неё, на холодном полу, проливая слёзы.