Ва-Лера. А чо сразу мы?

ГЛАВА 1, в КОТОРОЙ ВАЛЕРА НЕ СПИТ

Первым, кого увидел, открыв глаза, была Глашка.

Валера моргнул, поднял руку и поднес её практически к самому носу. Рука была та самая, к которой он уже привык. Леркина была рука: тонкая, худая, с синими прожилками вен и сломанным ногтем на указательном пальце. Это он сломал, когда священника удерживал. Уже почти и незаметно.

- Ой, барыня, а мы уж думали, зашибли вас, а вы просто сомлели!

Валерка, бережно поддерживаемый под все места, сел.

"Ты в порядке?"

- Лерка, ты в порядке? - спросили они одновременно. Окружающие посмотрели на Валеру как на дуру. Именно дурой он себя и почувствовал.

- Головой ушиблись? - участливо поинтересовался новый кузнец.

- Приснится же такое, - помотал головой Валера и эту самую голову пощупал. На голове было всё по-прежнему: кокошник слегка сбился вбок, и Валера его машинально поправил привычным жестом. Поднялся на ноги и отряхнул сарафан. - Что здесь вообще происходит?!

- Да всё в порядке, - пробасил кузнец старый, на которого в данный момент и пал валеркин взгляд. - Мы с Иваном немного недопоняли друг друга, но теперь уже разобрались.

- Ты же Иван? - Валерка ещё раз помотал головой. - И он Иван?

- Вестимо так, барыня, - закивал Иван новый. - Испокон веков кузнецов Иванами кличут.

- Так, ладно, - Валера быстро взял себя в руки, - будем знакомы, очень приятно и всё такое. Из-за чего подрались?

- Не дрались мы, - отвёл глаза в сторону Иван старый.

- Вон тот Иван сказал, что повозка скрипит, и он бы для барыни уж расстарался, - наябедничала Глашка. - А тот Иван сказал, что ничего не скрипит.

- Но мы проверили, в самом деле не скрипит ничего, - добавила Парашка.

Валера представил себе, как они всей толпой качали повозку, чтобы убедиться, скрипит она или нет и подумал, что, видимо, в самом деле ударился головой при падении, уж больно сюрреалистична была привидевшаяся картина.

- Повозку поставить в гараж, - распорядился он, - лошадь на довольствие.

- Куда? - уточнил кузнец старый. - Чего? А вы не будете проверять?!

- Ещё чего, - вмешался Иван новый, - у нас одна барыня, нечего ей своей головой рисковать в твоём сомнительном изобретении, не дай боже, ушибется.

- Чего ты несёшь, пёс смердящий?! Чего это она ушибется, да повозка идёт плавно, аки лебедушка по волне плывёт, и барыня сама придумала, как так сделать. А ты дурак!

Вместо того чтобы лезть в драку, новый кузнец расхохотался.

- Да быть того не может!

- Я так понимаю, что это ты сейчас меня дурой назвал? - запальчиво уточнил Валерка, у которого и так было не слишком хорошее настроение.

«Давай сами в драку не полезем?! - простонала Лерка, у которой тоже болела голова. – И в повозку тоже?»

- Ну уж нет, - Валерка закусил удила и рвался в бой. - Рессоры придумал я, значит, я и испытаю. И вообще, там не может быть никаких проблем, мы же всё продумали и исправили!

- Да я всё проверил, - стукнул себя в грудь старый Иван. - Говорю же вам, всё отлично. Повозки такой ни у кого больше нет.

- Конечно нет, - влез Иван новый, - вон, краска отслоилась, да и дно явно отходит. Окно щелястое, небось дуть будет барыне-то. А ещё мастер!!!

- Стоп, - Валера поднял руку вверх, предвосхищая новую драку. - Краску в самом деле надо подновить, но это мы в прошлый раз поцарапали, дно тут нормальное, а про окно я потом сама посмотрю. А сейчас расступитесь, и кто смелый со мной хочет?!

Эти испытания повозка перенесла с честью. Выдержав и рысь, и галоп, и крутой поворот. Ничего не скрипело и не отвалилось, но, когда лошадь остановилась, испытатель вылез зелёного цвета.

- Ох, мать моя женщина, - простонал новый Иван. - Это ж надо было такое сотворить. В самом деле не трясёт!!!

На подрагивающих ногах он дошел до стены и присел прям в траву. Валеру тоже немного укачало, но он старался держать лицо.

«Меня сейчас стошнит», - заметила Лерка.

- Просто глубже дыши, - посоветовал парень, и сам последовал этому совету.

«Не могу, мне нечем дышать», - Лерка как будто принялась метаться из одного края головы в другой, и Валера почувствовал лёгкий зуд между ушами.

- Вот так и сходят с ума, - пробормотал он. - И даже не знаю, что хуже, когда ветер в голове и голос, которого сейчас возле левого уха тошнит, или лежать в реанимации без ног.

- Барыня, поснедать собрать? - кто-то подергал Валеру за подол сарафана. Кто-то ещё более мелкий, чем он сам.

- Спасибо, я сыт, то есть не хочу, - пробормотал он. Этот сон совсем выбил из колеи. Он уже привык воспринимать себя в женском теле, говорить о себе в женском роде и даже думать, чтобы не ошибиться. Но он видел свою руку в гипсе, и на миг снова ощутил себя тем Валерой.

- Чего изволите?

Парень опустил взгляд вниз и обнаружил мелкую девчушку, которая взирала на него огромными голубыми глазами.

- А ты чья будешь? - растерянно спросил он. - Мане на кухне помогаешь? Вырастешь, станешь кухаркой?!

- Не, - не согласилась малышка и потерла лицо пухлым грязным кулачком. - Я буду кузнецом, как папка.

- А тебя тоже звать Иваном? - не удержался он от дурацкого вопроса.

- Не, - вздохнула девчонка. - Я - Ива. Но это же почти то же самое!

- В принципе, да, - согласился парень. - Но, чтобы быть кузнецом, надо быть очень сильной и есть по утрам кашу. Ты ешь кашу?!

Девчушка кивнула.

- Терпеть её не могу. Особенно с репой или тыквой. Но ем.

- Ну и правильно. Пошли в самом деле, Маню проведаем. Это же она тебя послала за мной?!

- Не, - бесхитростно призналась она, — это папка велел спросить, всё ли у вас хорошо. Сам-то он до сих пор в себя прийти не может, уж так вы его укатали.

В итоге Валерка наведался на кухню, сопровождаемый пятком детей (к Иве по дороге присоединились ещё ребятишки, и Валерка не стал их гнать). Выяснил, что в целом всех разместили, большую часть отправили в деревню, где людей разобрали по домам, туда же отвезли телеги с нехитрым скарбом. Пару девок и одного парня оставили при усадьбе, да детей штук десять было непонятно куда девать.

Глава 2, В КОТОРОЙ ВАЛЕРЕ КАЖЕТСЯ, ЧТО ОН СХОДИТ С УМА, а ОКРУЖАЮЩИЕ в ЭТОМ АБСОЛЮТНО УВЕРЕНЫ

- Барыня, проснитесь!

Валерка скатился с кровати и только после этого распахнул глаза.

- Ой, ну, не так резво, - Глашка потрясла домашним сарафаном с безопасного расстояния.

- Фуф, - парень потряс головой и, осмотревшись, убедился, что сон был всего лишь сном. Правда, самочувствие было таким, словно он и не спал.

"А я вроде выспалась, - ответила Лерка. - Так чего эта оглашенная орёт и смеет нас будить?"

Валерка повторил вопрос, правда, несколько смягчил его.

- Дык, вы же сами велели будить вас с петухами, - отозвалась девка. - Я уж и подождала, вы-то обычно сами вставать изволили, а тут спите и спите.

- А, точно, - Валерка потёр лицо и, пошатываясь, отправился в уборную. Холодное умывание мало помогло, но туман несколько рассеялся.

Спустился на завтрак, придвинул к себе чашку крепкого чая.

- А вдруг я в коме лежу и это всё мне кажется? - произнес он и без лишних рассуждений полоснул себя ножом по руке.

- Рехнулась, барыня, - закричала Глашка.

"Ты что творишь, дурак?" - закричала Лерка.

- Повитуху зови!!!

Вокруг поднялась суматоха, а Валерка в каком-то ступоре смотрел на бледную руку, с которой тонкой струйкой текла кровь. Попало и на сарафан, и на дорогой паркет, и на белоснежную скатерть, щедро украшенную вышивкой. А хуже всего было то, что он чувствовал боль.

- Хрень какая-то, - пробормотал он. - Перевязать надо.

Прибежала повитуха, быстро наложила повязку, зачем-то долго смотрела Валерке в лицо, а после принесла стакан отвара, проследив, чтоб он выпил до дна.

- Устала барыня, - пояснила она встревоженным домочадцам. - Сами знаете, что дел у неё много, а сил столько, сколь господь отмерил. Поберечься бы.

Матрёна беззвучно заплакала, Глашка прижала ладони к лицу, а Прохор нахмурился.

- Прилечь вам, может? - выдержав мхатовскую паузу, наконец произнес он.

- Нет, я в порядке, - отозвался парень. - Но я должен был проверить. То есть должна. А у нас нет кофе?!

- Чего?

- Жаль, - пробормотал он, - в принципе, чай тоже содержит тонины. Может быть, у купцов есть?! Они же всякую ерунду из поездок привозят?!

«Что ты несёшь? - испуганно спросила девчонка в голове. – Нам сейчас лекаря вызовут, а потом в обитель серых сестер, как умалишённых. А я не хочу!»

- Барыня? Барыня?

Валерка тряхнул головой и поднял взгляд. Судя по всему, его звали уже не первый раз.

- Значит так, - тяжело распорядился Прохор, - вот лично ты отвечаешь головой за неё, - палец ткнулся в Глашку, которая, узрев этот палец перед своим носом, только икнула. - Барыня устала, перетрудилась. Поэтому сейчас её надобно увести в опочивальню и дать отдохнуть. А перед этим покормить. Вы, барыня, чего откушать изволите?!

- Поесть? Да, наверное, надо, - согласился парень. - Да всё равно. Что обычно.

Он чего-то пожевал, совершенно не чувствуя вкуса, выпил душистого чая, но совершенно не осознавая, какого именно.

- Нет, только не спать, - очнулся перед кроватью. - Глаш, пошли в кабинет, мне надо посмотреть книги прихода и расхода. Давно хотел, то есть хотела этим заняться, да всё руки никак не доходили. А сейчас и время есть.

- Никак не можно, барыня, - Глашка подтолкнула его к кровати и взялась за ленты кокошника. - Вам отдохнуть надобно, ежели спать не желаете, так хоть полежите с закрытыми глазами.

- Ладно, - сделал вид, что сдался Валера, - тогда сюда мне книгу.

- Никак не можно, - опять отозвалась девка. - Я должна быть при вас, да вы же и сами слышали. Убьет меня управляющий и всё. Как пить дать убьёт.

- Я не велю, - пообещал Валерка и натолкнулся на жалостливый взгляд.

- Хорошая вы, добрая, - и совсем тихо в сторону, - да вот только совсем поехала.

Ложиться Валера, конечно, не стал, ещё чего не хватало. Начал ходить по комнате, посмотрел в окно, рассмотрел внимательно занавески и даже уделил внимание трещине на потолке. Странно, никогда раньше её не замечал.

- Что вы там так внимательно рассматриваете? - шёпотом спросила Глашка.

- Скажи мне, а эта трещина давно тут появилась?

Девка уставилась на него совсем уж с ужасом.

- Не могу знать, барыня, никогда не смотрела туда.

- Надо бы выяснить, - Валерка кивнул своим мыслям, - как бы капитальный ремонт делать не пришлось?!

«Ну вот, только всё хорошо стало», - простонала Лерка.

- А ты себя хорошо чувствуешь? - Валерка постарался внимательно рассмотреть свой внутренний голос и старательно свёл глаза друг к другу.

«Нормально, - отозвалась девчонка. – Правда, теперь и я спать хочу».

- Сильно?!

«Терпимо».

- Видимо, мы влияем друг на друга. А тебе не снились странные сны?!

«Последнее время всё странно».

- И то верно, - согласился он.

- Совсем поехала, - прошептала Глашка. - Вот уже и припадок начался. И заговаривается...

***

Обед Валерке подали прямо в комнату.

- Эй, почему я не могу поесть в тронном зале?! - несколько нервно уточнил парень.

- Так нету у нас тронного зала-то, - испуганно ответила Матрёна, этот самый обед принесшая. - Ты ж, деточка, не царь-батюшка. Ох, прости Господи, как жаль тебя, горемычную.

Она широко перекрестилась. Валерке стало страшно, и на миг мозги встали на место.

- Пошутила я, Матрён, неудачно. И так сама понимаю. Ну, хватит уж издеваться друг над другом, - Валерка решил, что пора приходить в себя, в конце концов бывали у него дежурства по несколько дней с перерывами на учебу, да и в карауле стоял. И чего раскис, спрашивается.

- Полегчало?! - Матрёна внимательно осмотрела Валерку, но как будто признаков явного сумасшествия не нашла.

- Всё, хватит, - он, решительно встав, одернул сарафан и всучил поднос с обедом. - Пошли в зал кушать. И всех позови.

Матрёна начала молиться и креститься.

- Ой, да не стой ты столбом, - Валерка начал раздражаться, но тут же постарался взять себя в руки. - Перед обедом помолимся как положено.

Глава 3, В КОТОРОЙ ВАЛЕРА ИСПЫТЫВАЕТ НЕЯСНОЕ ТОМЛЕНИЕ и ЗНАКОМИТСЯ С ЧУДОМ-ЮДОМ

Обутый и одетый Валерка встал в дверях, ожидая, пока верные его соратники присоединятся. Присоединялись они, к слову, нога за ногу.

- Я вам тут поснедать собрала, - в третий раз подошла Маня, протягивая целую корзину.

- Ай, и остались бы дома, барыня, - прижала пальцы к щекам Парашка, которую как раз никто с собой и не звал. Глашку тоже не звали, но она как раз где-то раздобыла мужские портки и вырядилась, пристроившись сбоку от Валеры.

- Грех же, - выразительно заметил парень.

- Так мне сама барыня разрешила, - отозвалась девка, но, заметив ту самую барыню, ойкнула.

- Корзинку с едой не забудьте, - опять влезла повариха, и Валерка закатил глаза. Они собирались не на пикник, а на серьезное дело, причем каждая минута промедления могла стоить детям жизни, но маховик сборов был закручен, и почему-то чем больше он пытался повлиять на события, тем хуже становилась ситуация.

- В лаптях по болоту, наверное, плохая идея, да?!

Валера опустил глаза на управляющего, который застенчиво рассматривал свои ноги в непонятно откуда взявшихся лаптях.

- Вы издеваетесь? – простонал парень. – Вы же отродясь лапти не носили, где сейчас взяли?!

Прохор опять посмотрел вниз и виновато пожал плечами:

- Да я подумал, чего я буду новые сапоги в болоте гробить, вот у парней одолжил на вечер.

Валера вздохнул и вышел за ворота.

«Может, ну их?» - робко спросила Лерка.

- В самом деле, - согласно кивнул парень. – Сами справимся. Наверняка дети просто заблудились, зайду недалеко, покричу, они на голос, может, и выйдут.

«Я вообще имела в виду детей, - робко отозвалась девчонка. – Ну, чего они нам?! У нас этих детей полная усадьба. Да и баб беременных хватает. Кузнецов тоже аж два, даже ежели новый кузнец с горя помрет, то старый-то в порядке. Он и повозку сделал уже…»

- Злая ты, - вздохнул парень. – Даже хуже, чем злая – прагматичная!

- Да иду я – иду! – к Валерке подошел управляющий, в руках он самолично тащил немаленькую корзину, откуда одуряюще пахло свежей сдобой. – Не извольте сердиться.

Валерка опустил глаза вниз и обнаружил, что мужчина переобулся и вновь щеголял начищенными сапогами. Он повернулся и зашагал по дороге, больше никого не ожидая. Захотят – догонят. А он свой выбор сделал.

«Упрямый ты, - восхищенно выдохнула девчонка в левое ухо. – Этим ты мне и нравишься!»

- Только этим? – растерянно уточнил Валерка.

«Я тоже хочу такой быть: знать, как надо правильно, и не бояться, что люди не поймут. Ты вот как-то раз, и они соглашаются».

- Просто поступай по совести, - посоветовал парень и почувствовал, что в груди стало тепло.

- Ежели к болоту, то левее забирать надобно, - подал голос непутевый отец. Валерка вздрогнул и обернулся. Погруженный в свои мысли и споры с внутренним голосом, он и позабыл, что не один. Сейчас же он обнаружил, что почти все обитатели усадьбы (даже Матрёна!) небольшой толпой следовали за ним по пятам.

- А, - голос его дрогнул. – Вы чего тут?

- Дык, детей же ищем, - робко подал голос новый кузнец.

- Опять блажит, - почти одними губами прошептал Прохор.

- Да я помню, - кивнул парень и строго погрозил пальцем управляющему. – Я – нормальная! А вот вы, насколько я помню, ужасно не хотели идти ни на какие болота.

К его удивлению, почти все присутствующие потупились и покраснели.

- Бес попутал, барыня! Вот вам крест! Негоже детей невинных бросать в лапах чудищ непонятных, да и куда барыня наша, туда и мы.

- Ага, - несколько ошалело отозвался парень. И тут случилось и вовсе невиданное, его обошли два дюжих молодца с длинными палками.

- Первыми пойдем, а то мало ли что, - буркнул один. Второй молча протянул длинную слегка обструганную палку.

- Офигеть! – пробормотал себе под нос парень, но протянутый ему шест послушно взял.

При свете дня болото было не страшным. Да и не сильно-то похожим на болото. Так, немного топко под ногами, да как будто привычные березки покривленные.

- Ух, страшно, - прошептала Глашка и сплюнула шелуху семечек под ноги. Шест она держала под мышкой и при этом еще умудрялась щелкать семечки, доставая их из кармана порток.

- Да вроде пока не сильно страшно, - Валерка почесал голову, на которой обнаружил платок. А, точно, он же в штанах сейчас, а к ним кокошник не очень подходил, но приличным женщинам с непокрытой головой нельзя ходить, вот он и повязал первый попавшийся платок, правда, на манер банданы. На него посматривали с любопытством, но как будто люди настолько уже привыкли к его чудачествам, что уже не обращали внимания на безобидную придурь.

- Ауууу???

- Ауууу, - покорно отозвался лес. Как-то заунывно и тревожно.

- Ива, Иван?! – покричал отец. – Вы тут?!

- Ауууу…

- Ку-ку-кууу… - кукушка икнула и замолчала.

- Вот, даже птицы в этом нехорошем месте и то молчат, - укоризненно заметила Глашка.

- Ты бы больше молчала, девка, - посоветовал Иван. – Негоже девкам поперек мужиков рот раскрывать. И нечего на барыню оглядываться, ты-то, чай, не барыня.

Валерка промолчал, потому что в душе был несколько согласен с тем, что девка много воли взяла. Хотя раньше он барскими замашками не страдал и считал, что у любого человека есть право высказывать свое мнение, каким бы дурацким оно ни было.

Тут хрипло закаркала ворона, и нервы стали сдавать даже у самых спокойных.

- Беду каркает, - перекрестилась Глашка.

- Сплюнь, дура!

- Кар! – согласилась ворона и замолчала.

Глашка послушно сплюнула шелухой и невинно уставилась на Валерку. Тот погрозил пальцем, и тут ему показалось, что он что-то услышал. Что-то странное, не то, что ожидаешь услышать в лесу.

- Да молчу я, молчу, - щелкнула орешком девка, но Валерка подобрался, поднял руку и опять прислушался. Да, он не был на настоящей войне, но учили их на совесть.

«Мммм, мм-мм-ммм-м», - показалось?

Валерка прислушался. Нет, не показалось. Звук шел откуда-то слева, а болота как будто уходили вглубь и слегка вправо.

Глава 4, В КОТОРОЙ ВАЛЕРА МНОГО ГОВОРИТ и ОПЯТЬ УСТРАИВАЕТ ЧУЖИЕ СУДЬБЫ

- С мясом? – облизнулось Чудо-Юдо.

- С картошкой, - виновато отозвалась Парашка. – Был еще с капустой, но мы тут немного нервничали и съели. А есть вот еще с луком и яйцом, и сладкий с яблоками и медом.

Чудище печально вздохнуло и протянуло лапку. Лапка дрожала.

- Давай с луком и яйцом, чего уж там, - оно вздохнуло еще печальнее.

- А тебе вообще можно? – не сдержал любопытства Валерка, но существо уже выпустило его рубашку и обеими лапками схватилось за предложенное угощение. И зачавкало. – Я имею в виду, что если основой рациона твоего вида всегда было мясо, причем человеческое, то не будет ли тебе плохо с голимых углеводов? Тут же еще и дрожжи, которые в дикой природе редко встречаются. Хотя могут быть в хмельном человеке.

- Она всегда такой была? – прочавкало существо.

- Нет, - честно вздохнула кормилица и протянула пирожок уже Валерке. – После болезни разумом повредилась, а после свадьбы так совсем плохо стало. Но мы её всё равно любим.

- Это хорошо, - согласилось чудище. – Давайте с картошкой еще попробую.

- А зачем вы его связали? И в клетку засунули? – уточнил Валерка у пацанов, которые тоже подтянулись поближе и теперь вовсю уплетали пироги.

- Оно нас в ловушку заманивало, - прочавкал один из беспризорников. – У него тут яма выкопана да сверху прикрыта, мы бы туда тогось, и всё…

- Яму мы нашли, - кивнул Валерка. – Засыпать её надо, чтоб и в самом деле туда никто не тогось…

- А с ним что делать прикажете? – кивнул на чудище управляющий. Пара дюжих молодцев с лопатами, а среди прихваченного инвентаря и лопаты оказались, тут же принялись закапывать яму. Чудище вздохнуло и поскорее засунуло в пасть очередной пирожок. – Убить?

Чудище поперхнулось и активнее заработало челюстями.

- Зачем убивать, - усмехнулся парень и незаметно для себя провел пальцами по мягкой шерстке. – Отпустим, да на опушке будем оставлять еды. Как мы уже выяснили опытным путем, человечина ему не обязательна. Оно прекрасно ест пироги, аллергических реакций не наблюдается.

- Странная вы, барыня, - наклонился к самому уху сын купца. У Валерки внезапно перехватило сердце и по спине пробежал табун мурашек.

- Да, мне уже говорили, - отозвался парень и приложил руку к сердцу. Вроде оно билось как обычно. – Надо будет к Аглае заглянуть, - невпопад добавил он. Хорошо, если это просто возрастные изменения, попить витаминов и пройдет. А ну как пролапс клапана какой? Хотя по симптоматике и не похоже.

«Боже, какая у него задница», - простонала Лерка.

- У кого? – машинально отозвался парень, продолжая перебирать в уме разные диагнозы, хотя знал, что ставить самому себе диагнозы идея плохая. – Да, точно к Аглае зайду, пусть подтвердит мои опасения, а лучше опровергнет.

- Да у вас, барыня, у вас странные дела творятся, - опять наклонился Богдан, и Валерка забыл, как дышать.

- Хм… - он с подозрением оглядел парня, - а напомните мне, вы с какой целью меня искали?

- Так я же говорил, - несколько растерялся парень, но послушно повторил: - батюшка мой меня отправил уточнить про товар ваш редкий.

- За прокладками, что ли, женскими? – опять не понял Валерка. – Так вроде ими сейчас уже все лавки торгуют, да и бабы сами шить выучились, благо невелика наука. Да и зачем бы Кузьме Желановичу сей товар понадобился?!

Парень покраснел. И стал при этом таким милым и беззащитным. Валерка опять почувствовал затруднения дыхания, и в туалет почему-то захотелось.

- Вообще фигня какая-то по симптомам выходит, - пробормотал он. – Надеюсь, это не опасно.

- Да нет же, слух прошел, что повозку у вас сделали дивную мастера ваши. И что вы торговать ей намерились. Вот батя и решил первым подсуетиться, пока конкуренты не прознали.

- Аааа, - пробормотал Валерка. – В самом деле придумали. Но на поток пока не ставили. А цену какую он готов предложить?!

- Об этом вам лучше с ним самим договариваться, - сын купца тоже взял себя в руки, - я вообще думал позвать вашего управляющего к бате, чтоб они там сами переговорили, но слухи ходят, что вы сама свои дела ведете. Признаюсь, я слухам-то не больно верил, но сейчас, увидев всё своими глазами, вынужден признаться, что вы, Валерия, необыкновенная девушка.

В ушах бухнуло.

- Мне надо срочно в кусты, - объявил Валерка. – Кажется, меня тошнит!

Вокруг тут же поднялся переполох, к нему подскочили бабы, и он таки отошел в спасительные кусты, где все симптомы прекратились как по мановению волшебной палочки. Умение соображать тоже вернулось.

- А ты чего всё ещё на мне висишь? – посмотрел он на существо. – Как приклеился.

- У тебя тут тепло, сытно, безопасно, - чудище сунуло в рот последние крошки пирога и облизнулось длинным языком. – Почти как у мамки было.

Валера закашлялся. Становиться матерью он пока не собирался. Вообще хотелось бы избежать всей этой стороны жизни. Благо замужем он уже побывал и получил там незабываемые впечатления.

- Слезай уже, - вздохнул он. – Никто тебя больше не обидит, но будем честны, ты первый начал.

Сбегал в кустики, оправился, с огромным трудом убедив группу поддержки подождать его с другой стороны кустов и заодно присмотреть за существом, которое и не думало убегать или проявлять агрессию, а послушно уселось на травку и принялось чистить шерстку.

- Ладно, ребята, - он вернулся на полянку. Чудо-Юдо ужом опять ввинтилось ему в руки. – Давайте договариваться. Дети возвращаются домой к отцу, отец пообещает, что сильно лютовать не будет? Я так понимаю, лишних детей у вас нет?

Отец пообещал.

- Накажите там как-то без телесных повреждений, - попросил парень. – Не знаю, сладкого лишите, или там еще чего.

- Никакой кузницы неделю! – пообещал кузнец. Ива тут же заревела, Иван мудро вздохнул.

- Ну и славно, - Валерка опять оторвал от себя существо и осмотрел его, держа на вытянутых руках. – А с тобой тоже давай договариваться. Мы тебе еду, а ты нам?

Глава 5, В КОТОРОЙ ВАЛЕРА ТОРГУЕТСЯ С ЧУДОМ-ЮДОМ и ДЫШИТ ПОЛНОЙ ГРУДЬЮ

Доехали быстро. Если на болота шли пешком, потому что такую толпу народа было не на чем везти, то сейчас в повозку прекрасно влезли вчетвером: Валера, отец Владимир, Прохор и Парашка. Ехать одной девице с двумя мужчинами было просто-напросто неприлично, вот и пришлось тащить с собой девчонку. Глашка осталась в усадьбе, где её быстро взяла в оборот Матрёна, дабы девка со скуки опять чего не удумала или, хуже того, не воплотила в жизнь.

- Вот тут мы новую деревню и будем ставить, - махнул рукой Валерка, первым выбравшись из повозки.

К нему тут же начал стекаться народ, впрочем, останавливаясь поодаль.

- Здравствовать вам, барыня, - степенно поклонился Иван, подошедший одним из последних. – Не могу пригласить вас в дом, но в остальном всегда к вашим услугам.

- Пойдемте, посмотрим, - кивнул Валерка, и Иван пошел первым, рассказывая и показывая.

Деревня пока расположилась под навесами. Благо дождя не было. Место под деревню расчистили, но вот дома ставить еще не начали.

- Вот тут школу бы и заложить? – предположил Прохор, махнув рукой.

Валерка место оценил. В самом деле хорошее: с одной стороны лес, с другой деревня, значит, и детишки на виду будут, и в то же время мешать не должны. Дети – они шумные. С другой решили цех ставить под кузнечное дело, Валерка еще о столярном задумался. Может, найдутся у них умельцы, что с руками из нужного места, а там и мебельных цех можно будет запустить. Дело-то хорошее.

Пока Валерка предавался мечтам и строил далеко идущие планы отец Владимир сунул свой нос в каждую щель.

- Планируете школу полностью сюда перенести? – уточнил он. – И ткацкий цех тоже?

- В перспективе.

- Не боитесь смешивать девочек с мальчиками?

- Опасения есть, - честно признался парень. – Это может быть и конкуренция, и какие-то проделки на основании гендерных предрассудков. Но я думаю, у детей не будет много времени на глупости.

- Не знаю, что такое «гендерные», но вы молодая и жизнь не больно-то знаете, особенно за пределами усадьбы.

Валерка сразу вскипел:

- Ну да, я понимаю, что звучит несколько утопично. Дети же. Время на баловство найдут.

- Не маловато здание будет?

Валерка еще раз оглядел запланированную площадь и вздохнул. Для его планов маловато. Но хотелось сделать максимально хорошо, а поскольку он не был профессионалом, то явно получится как получится.

- Я бы хотела еще спортивную площадку, - махнул он рукой на небольшое поле. – И девочкам, и мальчикам необходимы физические нагрузки. Понятно, что они будут работать, а это само по себе немалая нагрузка, но это нагрузка однобокая, им же нужно всестороннее развитие. Игры на свежем воздухе опять же. С мячом побегать, например.

- И девочкам? – скептически уточнил священник. -И что это за игры такие с мячом? Или вы хотели сказать мечом? Но так я не мечник, ничем тут вам не помогу.

- Мяч – это такая круглая штука, легкая и прыгучая, - зачем-то начал объяснять парень. – С ним можно играть, пиная его ногами, разбившись на команды, можно устроить типа волейбола и отбивать руками через сетку.

Он посмотрел в вежливое непонимающее лицо священника и начал рисовать в воздухе руками фигуры, показывая мяч и что с ним делать.

- Первые мячи делали из кожи и набивали соломой. Можно попробовать шерстью набить, но такая штука получится тяжелой, наверное, пару килограмм, - он со вздохом посмотрел на хилые Леркины ручки и признал: - я такое не смогу отбить. Эх, а так хотелось!

- Но к чему это вообще женщине? – спросил священник.

- Насколько я знаю, наличие чародеек-женщин документально запротоколировано? Богатырши тоже были. Мне кормилица в детстве сказки про Настасью сказывала.

«Варвару», - поправила Лерка.

Валерка молча отмахнулся. Возможно, про Настасью тоже были сказки.

- Были, - кивнул священник. – В тяжелые времена рождались девочки со сложной судьбой. Но воспитывать их осознанно?

- Не думаю, что от игры в мяч на траве у девочки сразу появится какая-то особенная судьба, - начал свирепеть парень. – Но девочкам тоже надо бывать на свежем воздухе, тоже бегать и играть.

Священник поднял руки, признавая поражение.

- Признаю вашу правоту, нет в том греха, дабы чада играли на свежем воздухе. Да, считается, что место мужчины во дворе, а женщины в доме, однако ж, это не всегда так.

- Барыня, тама… - к ним подбежала Ива и остановилась, переводя дыхание.

- Вот об этом я и говорю, - кивнул парень, - и это будущий кузнец, между прочим. Физическая подготовка оставляет желать лучшего, потому что отец не верит в женщину-кузнеца, хотя мы все знаем, что это вполне себе возможно.

Священник только покачал головой, но не укоризненно, а скорее неверяще.

- Чудны дела твои, Господи!

Валерка повернулся к девчонке:

- Что случилось?

- Тама Юдо пришло, вы бы тоже посмотрели?!

- Хулиганит? – уточнил парень, размашисто шагая в сторону леса и начиная несколько волноваться. Интересно, а как священник отнесется к его договору с нечистью? С другой стороны, терпят же все Горыныча?!

- Наоборот, - побежала девчонка рядом и через некоторое время опять тяжело задышала. – Оно там ягоды принесло.

- Откуда в это время ягоды? – оторопел Валерка. – Земляника только-только цвести начала?! Или я чего-то не знаю, и у нас тут аномальная зона?

Священник, естественно, пошел следом.

Чудо-Юдо сидело на полянке, где предприимчивые селяне уже сколотили навес и поставили две лавки. Вот на одну лавку чудище и взгромоздилось. Тонкие лапки не доставали до земли, и оно болтало ими в воздухе. Лапки передние вцепились в скамейку. А рядом громоздились штук пять огромных, сплетенных их лыка туесков.

- Похоже на спонтанный рынок, - вслух сказал парень. – Не хватает бабок с корзинками.

- Бабка у нас уже есть, - весело хмыкнул отец Владимир. – Скажите, Валерия, а вы вообще с головой дружите? Это же чудовище!

Глава 6, В КОТОРОЙ ВАЛЕРА ОПЯТЬ СМОТРИТ НА ТО, ЧЕГО Б ГЛАЗА ЕГО НЕ ВИДЕЛИ

Разбудили Валерку первые лучи солнца, скользнувшие по лицу.

- Боже, как я классно выспался, - пробормотал он, потягиваясь. От постельного белья веяло свежестью, от окна первым летним теплом.

«Я тоже выспалась», - с удивлением констатировала девчонка в голове и сладко потянулась.

- Уже изволили проснуться, барыня? – Парашка зашла, когда Валерка вовсю отжимался. Теперь он без проблем мог отжаться уже раз двадцать и искренне этим гордился. После приседания - постоять в планке, наклоны и подтянуться на косяке. Пока только один раз, но зато без обмана. Лерка была невысока ростом, и чтобы подтянуться, ей надо было вначале до этого косяка допрыгнуть, поболтаться в воздухе как сосиска и только потом подтянуться.

- Чудны у вас развлечения, барыня, - искренне сказала девка. – Вы и так барыня, прикажите и вам всё подадут. И охота себя истязать.

- В здоровом теле - здоровый дух! – пропыхтел парень и закончил третий подход. – Я сейчас вернусь.

Он сходил умылся, потом нашел свой домашний сарафан, сам оделся, радуясь, что теперь это право не надо отстаивать со скандалом, как раньше, и позволил Парашке закрепить кокошник на голове.

К трапезе присоединились те же, но вот священник опоздал, Валерка совсем забыл про молитву перед едой, и, когда отец Владимир начал молиться, ему не оставалось ничего другого, как присоединиться:

- Господи, благослови пищу, - он подумал и честно добавил: - которая уже во мне!

Батюшка прыснул, но перекрестил всех. Наконец начали есть.

- Скажите, а тут знают такой напиток как кофе? Отвар из таких коричневых зерен? Может быть, купцы что-то такое завозили?

Прохор пожал плечами:

- Заморские товары дорогие, супруг-то ваш покойный имел дела с купцами, сами знаете, корабли держал, да только в основном корабли те по реке ходили. Ну, да вы уже в курсе. Первый раз о таком ястве слышу.

Бабы и подавно не интересовались.

- Соль покупаем, - покивала Матрёна, которая всё больше и больше погружалась в процессы управления огромным хозяйством. – Специи тоже берем, хотя кой-какие травки и у нас растут. Про какао я слышала, еще у тётки Варьи когда была, да только никому они не понравились, ароматные, этого не отнять, но горькие, что самая беда бедовая.

- Надо бы торжище навестить, - решил парень. – Прохор, не затруднит напомнить, когда там будет что-то большое и интересное?

- А на что вам тот кофе? – уточнил священник. – Где вы вообще услышали про него?

- Так у тетки когда жила и услышала, - прикинулся дурачком парень. Кофе хотелось ужасно. Но сейчас он опять оказался на грани провала. – Любопытство замучило. Я тогда краем уха услышала, что видела она то чудо, мол, купец баял, что зерна эти придают ясность ума и проснуться помогают.

- Глупости какие, - сказала Глашка. – Чтоб проснуться, надобно спать подольше, а ясность ума у вас и без того, как у мужика. Вот уж наградил девку. Так и замуж не возьмут!

- Треснуть бы тебя ложкой по лбу, - пробормотал парень. – Тебе-то какая с того печаль?

Глашка вздохнула.

- Так, у нас какие планы на сегодня? – повернулся парень к управляющему. – Стройку начали, как будто без нас справятся. Цех тоже работает.

- Надо бы книги разобрать, - решил управляющий. – С кораблями что-то решить. Вы хотели капитана менять, но как будто для начала один бы корабль снарядить. Может, за этим вашим кофе?

Валерка задумался.

- Я мало что про него знаю, но тётка не стала брать, какао тоже не оценили. Не ходовой товар, прогорим.

Отец Владимир притих, задумчиво переводя взгляд с одного человека на другого. Задумался.

- А вот во что вы бы вложились? – серьезно спросил Прохор.

- Чем богат наш край? – вопросом на вопрос ответил парень. – Пушнина? Жемчуг? Рыба? Куда супруг мой, Царствие ему Небесное, суда отправлял?

- Да проще сказать, куда не отправлял, - почесал затылок управляющий. – Всё, что вы, барыня, назвали, всё было. Правда, со шкурами корабль тогда перевернулся, половину потопили, что не потопили, то вымочили, да просушить толком не смогли. Убыточный рейс вышел. Да барин быстро свое вернул, следующим кораблем большой куш отхватил.

- ??? – Валерка задумался. – Одним кораблем куш отхватил? Быть того не может. Иначе все бы богачами ходили!

- Сам я не во все моменты был посвящен, - признался Прохор, - и пока вы не усомнились, я даже не задумывался. Но второй рейс смешанный был: специи, пушнина, жемчуга немного.

- Тем более, - ответил парень. – Откуда тут несметные богатства возьмутся, особенно если в прошлый раз он резко в минус ушел. Если только…

- Контрабанда, - это слово первым произнес священник.

Валерка задумался.

- Не исключено, но может быть, это были какие-то очень редкие и дорогие специи, или еще что-то такое?!

- Кошек он не возил, - покачал головой Прохор. – Дело прибыльное, но уж больно неблагодарное. Качку хорошо переносят, крыс ловят опять же, да только от дурной воды болеют да дохнут, как и от дурной пищи. А в дороге, сами знаете, не убережешься от этого.

- Кошки, - пробормотал парень. – Я ведь что-то такое читал, то есть читала.

- Это такие животные, которых можно держать дома, - начал объяснять священник, - у нас при храме обретался один: забавный зверь, хотя ленивый, но ласковый. Опять же мышей ловил.

- Да у нас в усадьбе есть пара, - ответил Валерка. – Я просто не думала, что ими торговать можно.

«Я тоже не думала об этом».

- Хм… - Валерка подумал, - а откуда их вообще привозят?

- Морем, от басурман, - ответил управляющий. – Да только и там кошка дорого стоит.

- Давайте ими тоже торговать?! – решил Валера. – Они очень хорошо плодятся. И если в самом деле так дорого стоят, то мы отобьем вложения лучше, чем на повозках. Сами слышали, наши кузнецу обещали повозку в месяц делать, а кошка раз в полгода котится, раз в год в худшем случае. Да в помете не один котенок, а штуки три – шесть.

Глава 7, В КОТОРОЙ ВАЛЕРА ПОСТУПАЕТ в УЧЕНИЧЕСТВО и ВЕДЁТ ХОЗЯЙСТВО

- Что?

Но слуги уже вошли в зал и вопросительно уставились на Валерку.

- Святой отец, неужто вы допустите такое беззаконие? А вы, ваще чародейство?

Чародей со священником переглянулись и внезапно оба синхронно развели руками.

- Каждый будет умирать за свое собственное беззаконие, - непонятно произнес священник. – Кто будет есть кислый виноград, у того на зубах и оскомина будет.

- Чего-сь?

- Надобно держать ответ за свои поступки, - пояснил чародей и откинулся на стуле, сложив руки на груди. – В настоящий момент сила на стороне девки, то есть барыньки. А вы, дамочка, сами создали эту ситуацию, сами и выкручивайтесь.

- Матрён, - негромко произнес Валерка. – А где у нас сейчас белье стирают?

- Ага! – воскликнула свекровка. – То есть ты сама-то рученьки не мараешь свои белые. А слов-то было, слов!

- Если честно, давно в самом деле ничего не стирала, - признался Валерка, который вспомнил тот платок, которым вытер кровь из разбитого кулака. Платок тогда пришлось торопливо стирать в холодной воде и тайком сушить. А то его бы начали ругать, стыдить и кудахтать. – Буквально вчера…

На нем скрестились взгляды присутствующих. Повисла неловкая пауза.

- Да, чего же вы сами-то, - всплеснула руками Глашка.

- Надобно было меня кликнуть, - Парашка прижала руки к груди.

- Брешешь!

- Да быть того не может…

- Любой труд почетен, и ежели барыня находит успокоение души в делах земных…

- Ой, все! – воскликнул Валерка. – Поступим так, сейчас идем к речке, где девки белье полощут, и стираем. Ты за собой прибираешь, а я рубаху свою исподнюю простирну. В самом деле, не убудет от меня.

- Да как можно!

- В реке полощут уже, - заметил чародей со знанием дела. – А стирают со щелоком обычно.

- Тут скатерть расписная да вышитая, - робко подала голос Матрёна. – Неможно её в щелок!

- Мда, подгадила, так подгадила, - пробормотал Валерка, который после недели вышивания с некоторым содроганием смотрел на результат этого труда.

Стирали рядом с баней. Валерка без зазрения совести насыпал себе в кадушку щелока и бестрепетно опустил туда руки.

«Ой, дураааак, - простонала Лерка. – Облезут руки-то!»

- Ничего, - пробормотал парень. – Резиновые перчатки тут всё равно еще не придумали. Да и вроде концентрация тут невысокая. А девки как стирают?

«Так и стирают! - девчонка вздохнула. – И мне приходилось. Потом в холодной воде на речке полоскать даже приятно. Поначалу».

На это своего рода соревнование набежало немало народу. Болели, конечно, за Валерку. Поэтому он не мог позволить себе ударить в грязь лицом и ловко прополоскал в кадушке рубаху. Нашел несколько пятен и застирал вручную, вновь прополоскал и сказал, что готов выдвигаться к реке на настоящее полоскание.

Дела у свекровки шли гораздо хуже. Нет, было видно, что в целом о стирке она имеет представление. Видимо, не сразу получила она деньги и власть, может, в детстве родители держали в строгости и тело смутно помнило, что надо делать. Но стирала она небрежно, оттого пятна никак не хотели пропадать.

- Да пропади оно пропадом всё, - внезапно разрыдалась женщина. – Ноги моей в этом доме больше не будет! Господом клянусь, чтоб провалилась ты, окаянная!

- Типун тебе на язык, мать! – испуганно перекрестился сынок. – Ты что несешь?

- Вначале надо достирать то, что испортила, - непримиримо отозвался Валерка. Руки начали немного гореть, отчего он попытался незаметно потереть их о подол.

«Господи, - простонала Лерка. – Да Бог с ней, побежали на реку руки прополощем хотя бы! Мочи нет терпеть боле!»

- Стирай, - велел парень и стиснул зубы. Руки в самом деле горели, и чем дальше, тем хуже.

- Лерочка, - подергала его за край подола кормилица. - Да Бог с ней, не губи душу окаянную, сама достираю! Вот те крест, прости ты бабу неразумную!

- Господь повелел проявлять милость, - заметил священник и с некоторым изумлением посмотрел на парня.

- Давай сюда, и чтоб впрямь духа твоего тут больше не было, - буркнул он и выхватил скатерть у свекровки. Расправил, скептически посмотрел на просвет и вновь окунул в бадью. Руки защипало с новой силой, но он принялся аккуратно тереть пятна.

- Хватит, барыня, хватит…

Похоже он впал в какое-то подобие транса, потому что пришел в себя от аккуратного подергивания за юбку. Повернулся, проморгался и увидел Парашку.

- Чисто уже, барыня. Дозвольте, я сама прополощу на речке?

- Ну, ладно, - пробормотал он. – Если ты так до речки хочешь прогуляться, то иди. Я в самом деле, кажется, всё постирала уже.

- Постирали, - закивали все присутствующие головами. – Расскажи кому – не поверят!

- Чудны дела тут творятся, - хмыкнул священник. – Всякого я на своем веку повидал, а за последние пару дней еще более увидел. Спасибо тебе, Господи!

- Ладно, - хлопнул себя по коленям чародей. – Беру вас двоих в личное ученичество! Жду завтра на рассвете в своем доме, не вздумайте опоздать. Портки наденьте. Ты тоже!

Валерка кивнул, приказ надеть штаны ему очень понравился.

- Не отдам кровиночку, - взвыла Матрёна, но чародей что-то шепнул, и она резко замолчала. Только рот могла открывать, откуда звук больше не шел.

- Занятия будут до обеда у меня. После мне некогда возиться, своих дел хватает. Но это не значит, что после обеда вы будете на печи лежать да калачи жевать. У меня в обучении не забалуешь!

- Так точно, - вытянулся Валерка и едва не отдал честь. В последний момент руку от головы отдернул и принялся поправлять сарафан.

- Начало мне нравится, - усмехнулся чародей и веско добавил. – Называть меня теперь будете: учитель. И никак иначе. Понятно?

- Так точно, учитель, - выдохнул Валерка и вспомнил армейские будни.

- Да, - недовольно буркнул Иван. И чародей поморщился.

Родственнички ушли сами. Не пришлось ни угрожать больше, ни звать слуг, которые и без того напирали, пересказывали друг другу, что происходит и лузгали семечки.

Глава 8, В КОТОРОЙ ВАЛЕРА ЗАНИМАЕТСЯ САМОЛЕЧЕНИЕМ и ВЕДЁТ ДУШЕСПАСИТЕЛЬНЫЕ РАЗГОВОРЫ

В этом углу сада было тихо. Качели красовались новенькой веревкой, но Валерка не стал на них садиться. Поддернул подол и сел прямо на траву. Прихватил с собой кусок ткани, чтобы не марать сарафан, благо большие карманы теперь позволяли носить с собой кучу вещей.

Валерка поерзал на заднице, устраиваясь поудобнее и прикрыл глаза.

- Будем медитировать, - пробормотал он себе под нос и постарался расслабиться.

«А что ты хочешь сделать?» - тут же влезла Лерка.

- Не мешай, - попросил он её. Опять прикрыл глаза и постарался всмотреться в свои руки. Но глаза были закрыты и было просто темно.

Посидел некоторое время, но ничего не происходило. Совсем ничего. Разве что зачесалась левая нога. Похоже, комар укусил.

Валерка открыл глаза и почесал ногу. С наслаждением. В самом деле комар. После того как расчесал до крови, стало легче: она перестала чесаться и закровила, а после заболела.

- Отлично, - буркнул себе под нос.

«Так что должно произойти-то? - опять спросила Лерка. – Ты не обижайся, но мне скучно тут так сидеть. Обычно-то у нас хоть что-то происходит. Ну, или спим мы, а там сны».

- Я хочу опять увидеть магическим зрением и запустить регенерацию попробовать, - произнес он. – Если чародей взял нас в обучение, то, наверное, мы можем что-то такое волшебное?! Иван-то — вот постоянно кипятком писает. А у меня почему-то через раз выходит.

«Да и слава Богу, - выдохнула Лерка. – У меня от этого зрения голова начинает болеть. Да и ты же смотришь не с закрытыми глазами. До этого оно как-то само собой происходило».

- Хм… - задумался парень и прищурился.

И тут зрение расплылось, и он увидел свои руки. В этом магическом зрении они пульсировали нездоровым красным цветом.

- Блин, и чо теперь делать? – пробормотал он. – А вдруг я щас что-то сделаю, и они и вовсе отвалятся?!

Перспективы открывались так себе. С другой стороны, почему-то идти советоваться с чародеем не было никакого желания. Тот вроде был местами мужик правильный, с другой стороны, сильно себе на уме. В разведку с таким лучше не ходить и спиной не поворачиваться. А руки-то завтра ему на обучении наверняка понадобятся.

- Не вовремя как-то, - Валерка опять открыл глаза, поморгал, привыкая к зрению обычному, и с некоторой тревогой заметил, что под повязкой руки начали отекать. – Очень некстати, очень…

Опять закрыл глаза, открыл, прищурился и вновь поймал магическое зрение.

- Как там Аглая говорила, нужно намерение и вербальная часть?! Ну, сейчас будет.

Валера пожевал нижнюю губу и тихо произнес:

- У собаки боли, у кошки боли, а у Валеры всё заживи, - и прислушался к своим ощущениям. Замер так, что аж забыл, как дышать. Как будто в руках немного потеплело, но не понятно, сработал ли заговор, или это поднималась температура. И скорее всего Валерка бы поставил на температуру.

«Дурацкий какой-то заговор, - разделила его опасения девчонка. – Матрёна мне в детстве по-другому говорила».

- И как?

«Ну, точно не помню, но что-то типа того: “Выйди из тела Лерочки беда, всякая хворьба да маета. В воду идите, до дна глубоко дойдите, сядьте на дно, не поднимайтесь. К телу Лерочки не прибивайтесь!”»

Валерка послушно повторил заговор, и по рукам разлилось приятное тепло. Потом тепло сменилось не менее приятной прохладой, а после вновь теплом.

«Получилось?» - возликовала Лерка.

- Вот, нифига себе?! – парень уставился на свои руки. Под повязками было не слишком видно, но сами повязки знатно ослабли, потому что повитуха их накладывала на руки опухшие, а сейчас было видно, что опухоль спала.

«Спасибо, Господи! - произнесла девчонка. – Никогда б не подумала, что это взаправду всё, а не сказки какие. В детстве-то не работало ни разу».

- Не буду пока снимать, - решил парень. – Мазь лечебная, хуже не будет. Да и вопросов всяко меньше. А вот того, кто подгадить мне так хотел, надо обязательно найти.

«И пороть!» - согласилась Лерка.

- И пороть, - впервые согласился парень.

- Ну вот, а говорили, добрая она, - послышался шепот в кустах. – А она как все, лишь бы пороть!

- Да не, стращает просто, кривой, - прошептал другой голос. – Ты же видел сам, добрая она, хоть и такая странная. Да и нас в прошлый раз не сдала. И потом.

- Мы же обещали, - произнес третий голос.

- Головы складывать за просто так мы не обещали, - резонно возразил голос первый.

- Вы там идите посоветуйтесь как следует, - негромко сказал Валерка, не поворачивая головы к говорящим кустам. – А потом еще раз придете. Уже с готовым решением. А то мнёте тут сиськи, как девчонки!

- Да я, да ты!

Кусты раздвинулись, и на полянку высыпали давешние три пацана.

- Да мы тебе щас!

- Кажется, вы обещали явиться вчера? Забоялись?

- Ничего мы не боимся, - шмыгнул носом один: веснушчатый и вихрастый. – Ну, разве что немного. Сестрёнка заболела просто. Поэтому и не пришли.

Валерка тут же подобрался.

- Садитесь и рассказывайте.

- Что именно? - вытер грязный нос рукавом второй, который явно был за главного.

- О себе для начала, - решил парень. – Откуда вы такие чумазые, чем живете и какие планы. Ну, не просто так же вы-таки решили прийти. А я пока подумаю, чем вам помочь.

- Не брешешь? – прищурился главный. – С чего бы тебе нам помогать?!

- Мне не нравится преступность, - честно ответил парень. – И иногда эту преступность сократить весьма просто. Поэтому рассказывайте, а я подумаю. И в конце концов, от вас не убудет от рассказа.

- Мудрено говоришь, - вздохнул первый. – Но мне скрывать нечего. Сирота я. Мамка от лихорадки померла, отец солдатом ушел, да с тех пор нет вестей о нем. Может и жив, конечно, да мне об этом не ведомо. Сеструха есть у меня, младшая, её никуда не берут. Сами мы у бабки обитаем, она там какая-то родня, неведомо кому, да только у бабки кукушка из уха вылетает. Она то в щи тряпку сложит, да больше ничего и не положит, то лупить начнет почем зря.

Глава 9, В КОТОРОЙ ВАЛЕРА КАЗНИТ, ВОССТАНАВЛИВАЕТ СИЛЫ и ВИДИТ СНЫ

Прохор явился, когда Валера озверел настолько, что был готов убивать людей.

«Зачем ты отрываешь заусенец», - ныла Лерка.

- Затем, что он мешает! До этого твоего маникюра у меня вообще не было заусенцев. Откуда он теперь взялся?

«А теперь, когда у нас течет кровь, стало лучше?»

- Стало понятно зато!

- Барыня, барыня, вы в порядке?

Валерка поднял глаза и обнаружил управляющего, который, склонившись, с некоторой тревогой наблюдает за ним. И наблюдает, судя по всему, давно.

- Да, - буркнул он и сунул в рот пострадавший палец. – Руки вот в порядок приводила.

Прохор скосил взгляд на кровоточащие пальцы, но благоразумно не стал комментировать. Вместо этого перевел разговор:

- Кажется, я выяснил, что произошло на вашем небольшом состязании по стирке. Не желаете поговорить с очевидцем?

- Пошли.

Валера вскочил на ноги и всем своим видом показал готовность идти куда угодно. Непорезанным остался один мизинец на левой руке. Сегодня он был помилован.

На улице собирались тучи, пахло первой (или одной из первых) грозой. Люди бегали, занятые своими делами. Валерка отметил, что многие были в ботинках. Одежда на дворовых была чистой, почти не штопанной и весьма нарядной.

- Вот, - управляющий подозвал к ним зареванную девчонку. – Это Марфушка. И она видела.

Марфушка оказалась почти одного роста с Леркиным телом, но, чтобы заглянуть ей в глаза, всё равно пришлось наклониться. Потому что девчонка их упорно прятала.

- Рассказывай, - велел он, так и не поймав её взгляда. – Что именно ты видела?

- Я видела, как мать вашего мужа подсыпала в ваш чан порошок, - прошептала девка.

- И промолчала? – нахмурился парень. – Почему?

- Она утром тут ходила, - еще тише сказала девчонка. – Медные монеты предлагала тому, кто на неё поработать согласится. Никто не согласился. Она осерчала. Сказала, что если ей кто помешает, то она найдет как отомстить. Мол, барыня ваша не вечна. Да и не станет же она в самом деле за своих холопов заступаться.

- И ты не взяла денег? – спросил Валерка. Руки сами собой сжались в кулаки, в левом ухе подвывала Лерка, требовала пороть и вообще казнить, и впервые в жизни Валерке очень хотелось последовать её советам.

- Взяла, - еще тише произнесла девка. Протянула и разжала ладошку, на которой лежала горсть медяков. – Бес попутал, барыня. Понимаете, мамка болеет, дома голодно. Меня-то сюда взяли, я им обещала уже, что все деньги буду отправлять. Да только им сейчас надо, а не потом, когда я заработаю.

- Прохор, - Валерка даже не повернул головы, продолжая рассматривать эту глупую несчастную девку. – Когда слугам последний раз зарплату давали?

- Дык, три дня назад, - произнес мужчина. – Всё до последней копеечки раздали.

- Ты эти деньги получила? – строго спросил парень.

Слезы закапали на вытоптанную землю, и Валерка в очередной раз подумал, что было бы неплохо или замостить двор, или посадить газон. Только его придется косить, и биться с челядью, доказывая всем, что это лучше, чем грязь.

- Получила, - совсем тихо прошептала девка. – Только не удержалась и половину потратила. Бублики, орешки, бусы. Ерунда всякая, сама не ведаю, что на меня нашло. Бес попутал, не иначе.

Внезапно для самого себя Валерка вспомнил, как потратил свои первые деньги. Там тоже были жвачки, шоколадки и газировка. Но мама не ругала, как будто любой ребенок должен пройти через этап глупых покупок.

- И тех оставшихся денег не хватило?

Девка насупилась еще сильнее.

- На лекарства хватило…

- Вообще-то у нас тут лекарка живет, - заметил парень. – Лекарства можно было и у неё взять. И даже попросить Аглаю посмотреть твою маму. Потом бы из твоего жалования вычли бы. Это точно эффективнее и дешевле, чем у того шарлатана. В любом случае, обо всех проблемах надо мне докладывать. А не гадить исподтишка.

- Честное слово, - Марфушка упала на колени. – Я не подсыпала ничего. Я только промолчала.

- За молчание тебе и заплатили, - сухо ответил парень. Вспомнил боль в руках и подумал, что прощать такое нельзя. Это слабость. А у него не так много сил, чтобы показывать эту слабость.

- Выгнать, - наконец велел он. – Деньги за молчание может оставить себе. В конце концов, она их честно отработала!

- Плетей всыпать? – уточнил управляющий. – Вы чуть без рук не остались.

- Не сама сыпала, - отмахнулся парень. – Да, тут преступный сговор, но мы так можем всех в усадьбе выгонять, кто видел да промолчал. Не ей одной дали. Эта просто глупая и попалась.

- Кто еще денег взял? – спросил у девки мужчина. – Отвечай!

- Никто, - замотала она головой. – Все отказывались. И я отказалась! А потом за угол отбежала и взяла. Не надо меня выгонять, пожалуйста. Лучше порка! Сколько угодно. Я дома точно умру.

- Выгнать, - тихо, но твердо решил Валера. – Если еще кого-то поймаю, что деньги берет от врагов, или иначе против меня худое замыслил, то тоже выгоню. Мне от вашей порки ни тепло, ни холодно. А держаться возле себя предателей я не собираюсь.

- Прошу вас, барыня!

- У тебя полчаса, чтобы собрать вещи и уйти.

Парень развернулся и ушел не оглядываясь. Иногда нужны решительные меры, хотя это и неприятно.

Вернулся в свою комнату, походил из угла в угол. С некоторым раздражением заметил огромную кровать, шкуру медведя, сундуки с приданым, которые так и стояли в ногах кровати. Вначале у него не было времени что-то здесь изменить, а потом привык. Сейчас же разозлился.

- Эй, Глаш, - не успел выглянуть в коридор, как нарисовалась расторопная девка. – Кликни там Матрёну.

Бедная женщина вначале долго не могла взять в толк, что не так: хорошая богатая комната, но Валерка был неумолим:

- Скорблю по мужу, - пояснил он в сотый раз. – Шкуру надо убрать, да вон хоть к Прохору. Сюда постелить простой половичок, я у девок в цехе видела симпатичные.

- Но они же совсем простые, домотканые, - робко отнекивалась кормилица. – Да и замуж ты идти не хотела, боялась, плакала. Замужем толком не побывала даже, с чего тебе скорбеть-то?