Вампир Славик хочет стать драконом

Глава 1

Быть вампир ужасно скучно.

Жилище Славика располагалось вблизи садового товарищества. И это были не маленькие домики, доживающие свой век, а приятные такие двухэтажки с идеально ровным газоном. В этом СНТ не было принято пахать на огородах. Максимум – иметь на участке небольшую теплицу. Сюда люди приезжали отдыхать на лето, не смущаясь соседства с вампиром. Впрочем, они не могли знать, что тот странный парень с большим домом, напоминающим замок, был не совсем человеком. В любом случае, садовые товарищи вряд ли бы испугались миролюбивого Славика.

Молодой вампир, которому и ста лет ещё не стукнуло, спокойно прогуливался по лесу, не особо внимательно всматриваясь в мелькающие между деревьями тени. Бегать за добычей он точно не станет, какая-нибудь любопытная белка и сама подойдёт. Места здесь были тихий, поэтому животные не особо бдительны.

Обычно тихие… Сегодня Славику не дали насладиться лесом и вдоволь надышаться свежим воздухом. Весёлые крики, запах жжёного масла и беспорядочное брынчание – всё это нарушало атмосферу. Вампир заметил мелькающий свет и осторожно подошёл ближе. Шабутные подростки устроили поздние посиделки за шашлыками. Они во всё горло орали свои странные песни про…то ли деньги, то детки. Не разобрать. «Эти восьмиклассники такие большие и страшные, – подумал Славик. – Пьют, курят и вообще ведут себя маргинально». Долго вампир не стал задерживаться, чтобы его не заметили. Он пошёл себе дальше по лесу, но уже тщательнее высматривал добычу, чтобы поскорее вернуться домой: вечер безнадёжно испорчен. Люди бывают такими невыносимыми. Славик схватил первую попавшуюся белку, осторожно убрал мех с её шеи, чтобы клыки попали точно в проплешины и пососал у неё крови. Сойдёт. Вампир отпустил ошалелое животное и пошёл домой.

Когда он оказался у себя в гостиной, то опустошённо свалился на кресло. В полутёмной комнате его окружали портреты множества незнакомых ему людей (или нелюдей?). Он бы выкинул все эти картины, но как же логово страшного аристократичного вампира будет без таких страшных и аристократичных портретов! Славик развалился на бархатном сиденье, схватил гитару и от скуки принялся перебирать струны. Рядом стоял раздражённый пыльный чёрный рояль, который также был обязательным атрибутом интерьера вампирского жилища и тем, что Славик игнорировал. Вампир и костюм бы свой снял, ему больше нравилось одеваться как жители садового товарищества, но если Келандрос увидит, то снова отчитает. Уж долгие нотации занудного эльфа слушать не хотелось.

Славик ненамеренно пренебрегал всем вампирским – он был гораздо проще, чем любые представления о вампирах. А, может, он просто впал в депрессию? По внешнему виду это было трудно понять, ведь вытянутое лицо и так всегда казалось бледным. Иногда даже синеватым, смотря под каким углом взглянуть. Ещё и эти тоскливые голубые глаза… «Тоскливый», пожалуй, самое подходящее слово для описания Славика. Даже его губы, несмотря на всю изящность и очарование формы, казались просто неспособны на улыбку.

Вечер был отвратным, как и большинство вечеров. Но хотя бы теперь можно сыграть хорошую музыку. И это обнадёживало… Даже слегка взбудоражило вампира. Он принялся искать на просторах интернета что-нибудь этакое: сложное, драматичное и глубокое. Но планам не суждено было сбыться. Недавно упомянутый Келандрос решил наведаться к своему подопечному, снова не предупредив о визите. Эльф ввалился через круглый портал в тусклую гостиную, озарив её сиянием своей персоны.

– Здравствуй! – Келандрос взмахнул длинными серебристыми волосами и улыбнулся. Иногда Славику казалось, что он может сгореть не от солнца, а от белоснежной улыбки эльфа. – Почему сидишь такой печальный? – Келандрос продефилировал по комнате, как бы хвастаясь роскошным прессом.

– Ты меня раздражаешь, – буркнул вампир.

– Это чем же?

– Своим павлиньим хвостом. Как вообще не ощущать себя помойным ведро рядом с эльфами?

– А ты не сравнивай, друг мой. Мы – Боги. Мы безупречны, — комната залилась бархатистым смехом эльфа.

– Чтоб ты сдох. Когда ты меня в покое уже оставишь?

– Я бы с удовольствием, Славик, перестал бы к тебе наведываться, – Келандрос сел на кресло напротив и сурово взглянул на вампира. – И я перестану это делать, когда ты прекратишь наконец-то рушить созданный мною вампирский мир. Честное слово, Славик, меня бы здесь не было – будь ты нормальным вампиром. Ты думаешь мне нравится приходить сюда несколько раз в неделю делать твои дела?

Вампир тяжело вздохнул и взял грустный аккорд.

– Славик, – Келандрс неодобрительно взглянул на гитару. – Я рояль наколдовал здесь зачем?

– Не нравится он мне. Гитара ближе.

– Она совершенно не подходит под образ вампира! – Келандрос стукнул по кофейному столику. – Вот скажи мне, когда ты в последний раз пил человеческую кровь?

– Ну… – Славик судорожно принялся вспоминать. – А помнишь… – вампир замялся.

– Не помню, Славик! Не помню, потому что очень давно это было! Почему я должен тебе говорить каждый раз одно и то же, – эльф с сожалением взглянул на вампира. – Ты же понимаешь, что если не будешь делать свои вампирские дела, то всё разрушиться. Это закон мироздания. Мы с тобой и так уже много нарушений сделали. Всё ради того, чтобы сохранить этот фантастический мирок. Разве ты хочешь, чтобы куча людей и животных погибли, просто потому что ты не можешь выполнить свой вампирский долг?

– Не хочу, – с тяжёлым сердцем признался Славик. Он прекрасно понимал все переживания Келандроса. Тем более эльф неоднократно говорил одно и то же.

Фантастический мир, где жил Славик, был лишь одним из множества миров. Каждый из них являлся столпом для поддержания шаткого порядка во Вселенной. На эльфов была возложена очень большая ответственность – они являлись хранителями, а некоторые даже могли создавать собственные миры. Келандрос находился не на очень высоком посту, поэтому он особенно сильно переживал за фантастический мир Славика. Если это место самоуничтожиться, то и карьера эльфа полетит в тартарары.

Глава 2

Чтобы решить вопрос с питанием, Славик прошёл годичный курс биологии за пару часов и понял примерную формулу, как сделать батончики, содержащие необходимые для него как для вампира ингредиенты. Вот только ему нужно было сделать много образцов, чтобы выявить лучшие пропорции. Он же не хочет, чтобы в путешествии вдруг возник голод. Вампирский голод страшен даже для самого вампира. Что уж говорить о драконах, которые даже не знают о существовании кровососов.

Следующую неделю Славик работал в поте лица. Ещё никогда он не был таким хорошим вампиром. Естественно, он никого не убивал. Это просто претило его натуре. Он придумал способ поизящнее: заморочил головы местным, мол, в его доме проводится диспансеризация жителей СНТ. Совершенно бесплатно они могли сдать общий анализ крови и получить рекомендации лучшего врача области, который приехал сюда на добровольных началах, очень ему нравится дружеская атмосфера садового товарищества.

На халяву люди шли с охотой. Ловко забрав кровь из вены шприцом, Славик стирал несчастным пациентам память. И через какое-то время они приходили вновь: бледные и несчастные. Благо проблем ни у кого со здоровьем не случилось – лишь одна женщина упала в обморок: её желание нажиться на «добром докторе» было так велико, что плохое самочувствие не останавливало от диспансеризации. Она приходила на сдачу анализа сто раз с завидным упорством.

Славик чувствовал такой азарт, который, пожалуй, испытывал лишь в своей человеческой жизни (а её уже не помнил). Ему нравилось быть этаким работником шоколадной фабрики. Было здорово иметь мечту и усердно трудиться ради её достижения. Эти чувства бессмертному и не нуждающемуся в деньгах Славику были в новинку.

Когда Келандрос вновь наведался к подопечному, то просто обомлел от проделанной работы и подросшей волшебной энергии мира. «Так бы всегда!» – сказал он и похлопал вампира по плечу. Похвала от эльфа была особенно приятна, поэтому Славик даже слегка зардел. Но времени на расшаркивания не было: чем быстрее они дадут старт приключению, тем быстрее заполучат драконью книгу заклинаний. Вот тогда-то жизнь начнётся!

Прежде чем открыть портал, Келандрос провёл вампиру небольшой инструктаж по тому, как не натворить непоправимых дел в чужом и незнакомом мире. Несколько раз для пущего эффекта эльф повторил, что нельзя… НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ нельзя рассказывать избранному дракону, как устроена Вселенная. Он должен быть уверены в том, что его мир – самый важный. И эту истину избранный должен передать своему преемнику. Потому там и всё работает без надзора эльфов, что каждый житель знает своё место.

Отсюда вытекает и следующее правило: не мешать главному герою. Не затмевать его. Признавать его безусловный авторитет. Не вклиниваться между ним и его пассией. Последнее Келандрос подчеркнул: ни в коем случае не создавать любовный треугольник. Избранный сам себе спокойно строит свои приключения, а обязанность Славика – быть спутником, подпевалой, оруженосцем. Конкретную роль можно выбрать самому.

И последнее – вампир должен жить по правилам училища горынычей: ходить на занятия, делать домашку, сдавать экзамены. От того, как Славик легко впишется в мир, зависит сможет ли он вообще участвовать в поисках книги заклинаний и борьбе с Уззом.

По легенде, Славик был попаданцем, человеком, который пытается найти путь домой. И об этом рассказывать разрешалось. Вампира озадачил момент: если драконы часто видели попаданцев, то как же до сих пор ни один из них не сломал систему.

– Потому что попаданцы тоже не знают о других мирах, – Келандрос закатил глаза. – Умоляю тебя, не умничай в драконьем мире и не задавай никому свои душные вопросы, – наставлял Келандрос. – В общем-то это всё. А про само училище и Узза будешь разбираться на месте. Иногда я буду связываться с тобой, – эльф протянул Славику медальон на длинной цепочке. – Это устройство будет вибрировать. Тогда найди тихой место и открой его. Ты всё понял?

– Нет, – ухмыльнулся Славик, – у меня, конечно же, много душных вопросов. Но придётся их оставить при себе.

– И правильно. Пора в путь.

Лёгким взмахом изящной кисти Келандрос открыл портал, который весь переливался перламутром. Славик часто видел, как эльф исчезал в загадочной дырке. Неужели теперь придётся нырнуть туда самому? Вампиру хотелось мягко войти в неизвестность, посмаковать момент, но Келандрос раздражённо толкнул Славика в неизвестность

***

Земля перепуталась с небом. Всё вокруг напоминало спираль, а Славик катился по ней вниз головой. Тошнота подступала к горлу, и вампир закрыл рот обеими руками. У него не было ни секунды подумать, зачем он вообще это сделал и кого хотел уберечь от рвоты. Себя? Ненавистный костюм? Перемешавшуюся реальность?

О трудностях телепортации Келандрос не предупреждал своего подопечного, поэтому Славик совершенно не был готов к такому круговороту событий: ни морально, ни физически. Благо он взял отличную сумку и приделал её так, чтобы она ни в коем случае не потерялась. Там лежали батончики. Единственный гарант спокойствия. Тошнота пройдёт, кости быстро срастутся, а вот остаться без крови…

Столкнувшись с землёй, Славик почувствовал дикое облегчение и даже произнёс слова благодарности… Не кому-то конкретному. Возможно, сказал спасибо самой матушке-природе за то, какой твёрдой она создала почву. Повёрнутый лицом к небу он не решался открыть глаза. Всё ещё мутило, поэтому он постарался сместить фокус внимания с себя: в воздухе стоял запах лета, травинки и цветочки щекотали кожу, ветер сладко посвистывал в ушах. Приятно. Хорошо. Ещё бы голова не кружилась. Выбивалось из общей атмосферы только странное шептание. Наверное, этакий обман слуха: какофония звуков природы так забавно подстроилась под человеческую речь.

Славик открыл глаза, лишь когда звуки стихли, потому что без них вновь накрывала тошнота, да и тревога вдобавок. Перед вампиром открылось сине-розовое небо. Он даже взглянул вниз, чтобы убедиться, что сам не лежит на облаках – так близко они были. Горизонта совсем не виднелось. Земля пиками разрывала небо и показывалась лишь отдельными небольшими островками. Ничего подобного Славик и представить себе не мог.

Глава 3

Класс наказаний выглядел обычно: парты, доска, стол учителя, шкаф, фикус. Отличие было разве что в тусклом свете – свечи добавляли атмосферу мрачности. Да и само «исправительное» задание – написать сочинение на тему «Что такое плохие поступки» – было в этом классе наказаний по части именно наказаний. Больше ничего пугающего. Надзирательницей вообще оказалась обыкновенная старушка: она посапывала пятнадцать минут, потом резко вскидывала голову, оглядывалась и вновь засыпала.

Славик сидел над чистым листом и соображал, что же ему написать. Тема показалась ему интересной в своём противоречии. С одной стороны, нагрубить завучу как старшему, просто выполняющему свои обязанности, – плохой поступок. С другой стороны, быть честным и указать на ошибку и абсурдность ситуации, чтобы в дальнейшем такого не произошло, – благо. Вампир хорошо знал, что нет ничего чёрного и белового. Ведь сам-то… Существо что хуже черноты. Абсолютное зло. Вроде бы. И всю жизнь Славика преследовало это «вроде бы».

– Какая скука, – поныл Емеля.

– Не мешай, – шикнул Славик, которого совсем увлекло расписывать противоречие Вселенной.

– Ты чего реально пишешь? – удивился белый дракон. – Да сочинения всё равно никто не проверяет.

– А я и не для кого-то пишу.

– Стра-а-а-а-а-нный ты, – протянул Емеля и принялся пускать пузыри ртом, но его баловство прервало новое лицо, появившееся в дверях. – Да ла-а-а-а-дно

Емеля вытаращился на дверь и, кажется, ещё никогда он не был менее подвижен в жизни, чем в это мгновение.

– Принимайте, Прасковья Ильинична. Ещё одна провинившаяся, – завуч впихнула в класс очень красивую девушку с иссиня-чёрными волнистыми волосами. Девушка раздражённо вздохнула и прошла вглубь класса, сев впереди Славика и Емели. Второй чуть из штанов не выпрыгнул.

– Быть не может, быть не может, быть не может, – повторял он, как умалишённый. – Обалдеть, это же Изя…

– Что ещё за Изя? Кто она?

– Изяслава. Она лучшая лётчица во всём училище. Сидеть с ней в помещении уже большая честь…

– Значит, дело не в том, что она умопомрачительно красива? – заметил Славик.

Емеля смешно порозовел и пробубнил:

– Она, конечно, очень красивая… Но самое главное, что лучшая лётчица.

– Эй, – Изя обернулась. – Я сижу прямо перед вами, мне всё прекрасно слышно, – она остановила взгляд на Емеле и смягчилась. – Спасибо. Во мне видят только пустую оболочку. Приятно, что не все.

Изя отвернулась, а Емеля чуть не умер от переизбытка чувств. Славику пришлось ловить парня, чтобы тот не свалился со стула.

Такая реакция девушки всерьёз озадачила вампира. В целом, не очень приятно, когда при тебе же тебя обсуждают. Особенно если речь идёт о таком придурковатом Емеле, который одной своей нелепостью вызывал отторжение. Но Изя его поблагодарила. В очень странной манере… Сначала будто бы хотела нагрубить, но передумала. А ещё раньше Бруся подчинилась белому дракону без всяких… хоть малейших препирательств. Могло ли это означать, что Емеля был избранным? Славик схватился за голову: его совершенно не прельщала мысль всё приключение провести вместе с оболтусом, который не контролирует даже самого себя. Разве ж это избранный? Что в нём вообще особенного?

– Давай сбежим, – вдруг выдал свою очередную гениальную идею избранный дракон.

– Зачем? Это глупо, – заметил Славик.

– Надо сбежать, – твёрдо повторил Емеля. – Я чувствую, что мы тратим время впустую. Снаружи ждут приключения.

– Нас просто потом ещё раз накажут.

– Мы сбежим, а потом вернёмся к сроку.

– Зачем сбегать, если можно подождать до конца срока здесь и не рисковать? – Славик потёр виски.

Белобрысый почесал голову и задумался. Он крутил пальцами в воздухе, словно помогая извилинам шевелиться. У Славика наконец было несколько спокойных минут, чтобы погрузиться в сочинение: «Плохо ударить соседа о парту, но хорошо избавить Вселенную хотя бы от одного сомнительного главного героя».

Емеля всё же нашёл аргументы в защиту своей идеи, но они оказались совсем детскими: следовать за ветром, свобода приключений и весёлая дорога. Слушать его не хотелось, но писать под балабольство не получалось. Славик подпёр подбородок и скользил взглядом по идеальному профилю Изи, которая смотрела в окно. Если Емеля был избранным, то лучшей пассии ему не найти. Красота Изи была безукоризненна. Ещё и талант лётчицы у девушки имелся. Наверняка, она входит в элиту училища.

А жаль. Эта девушка явно достойна найти кого-то получше этого заведённого кролика. Такому сравнению Славик даже улыбнулся. Действительно, Емеля походил на кролика: юркий, щекастый и лупоглазый. Но… Наверное, при всех своих недостатках белый дракон мог увлечь дам личиком. Может, это тоже отчасти бесило Славика? Он уж точно не отличался «милостью».

На парте, за которой сидели вампир и дракон, прибавилось рисунков глупых рожиц: одна поедала другую. Если слегка прикрыть один глаз, то казалось, что это очень длинная гусеница. Даже удивительно, что Емеля уже молодой человек, а не десятилетний пацан.

Дверь в класс вновь отворилась и появилось серое лицо завуча… Хоть бы узнать, как её зовут… Строгая Строгуча? На манер Ужасно злого злодея. Догадались же назвать так главного антагониста. Впрочем, какой герой – такой враг.

– Господин… – завуч замялась, подбирая слова. – Славик… Пройдёмте в кабинет директора.

Емеля подскочил с места и заметно воспрял духом.

– А вы куда, – грозно сказала женщина. – Вас никто не звал.

– Но нас же вместе наказали… – белый дракон был бесповоротно обескуражен.

– Ждите и пишите сочинение.

Славик медленно встал и степенно вышел из класса. Чего ждать от директора, он не представлял. Выведать бы у него, хотя бы предположительное место книги заклинаний. А ещё точно узнать: является ли Емеля избранным. Но насколько директор училища горынычей был вообще в курсе ситуации?

– Значит так, молодой… человек, – прервала мысли Славика завуч, – ведите себя прилично при директоре. Он очень уважаемый дракон и вообще от него зависит ваше будущее в нашем заведении. Раз вы попаданец, то не можете стать горынычем. И судьба ваша мне не ясна. А уж с таким нахальным поведением…