Ванильный кекс, или секрет Виктории

1

«Моя проблема в том, что секса я захотела больше, чем разбираться, кто передо мной. И что мы имеем? Грустный половой акт. Печальный, как панталоны моей бабушки.

А все потому, что, иногда, мне кажется, мужчины не то, что не знают, как обращаться с клитором, но и даже, где он находится.

Они вообще в курсе – это не дверной замок, не надо давить и нажимать. Нам это не нравится.

Поэтому свидание с мистером Г, прошло на двоечку, в принципе на эту оценку тянет и его член. Но он старался. Пыхтел, доставляя мне удовольствие, даже покрылся потом. Но увы. Удовольствие не доставили.

Поэтому я просто ушла к своему верному пластиковому другу. Только куплю батарейки и получу свою парочку оргазмов.

Мне надо выискать себе жертву на следующие выходные. И пусть он знает, что такое клитор.

Ваш, Ванильный кексик»

Под постом уже было больше тысячи сообщений. Все обсуждали кто это? С кем же Кексик переспала? Ведь многие считали, что она описывает реальных людей. Женщины смеялись и согласились с ней, мужчины доказывали обратное.

- Так опошлить слово кекс… - проговорил Марк, глядя на часы.

И снова пролистал комментарии. Иногда ему казалось, что на форум приходят только ради этих историй. Кто этот «Ванильный Кексик» никто не знал, даже хозяева сайта скрывали, появилась она здесь около полугода назад и навела шороху. Машины и путешествия стали мало интересны, а вот эти рассказы раз в неделю, буквально были на расхват.

По одной из версий — это пишут несколько авторов. Следом появилась теория, что это пишет мужчина, но за шесть месяцев правду так и не узнали. Да и мало кому это было на самом деле интересно. Всем нравилось обсуждать эти истории. На удивление Кекс не опускался до откровенного порно. Скорее это был пересказ, и рассуждения на тему половой жизни.

До последнего времени, Марк пробегал мимо этих рассказов, пока несколько месяцев назад, у него не завязался спор с этим Кексом. Которая разделила мужчин на какие-то идиотские категории. Теперь он время от времени, развлекался тем, что вступал с ней в полемику, на потеху интернету. Перепалки стали частыми, яркими, они в открытую друг друга не оскорбляли. Это развлекало его.

Сегодня было не до этого.

Марк потянулся в своем новом кожаном кресле, и покрутил шеей, часы показывали начало девятого, на втором этаже салона было тихо, все уже давно ушли, остался только он. Устало потерев глаза, мужчина встал, взяв со стола полупустую кружку с остывшим кофе, подошёл к панорамному окну, который открывал вид на парковку. Прислонившись к стеклу, молодой человек в очередной раз задумался, а на черта он в это ввязался. Вот уже полгода как Марк* стал совладельцем автохолдинга.

Тогда восемь месяцев назад, когда к нему пришел учредитель компании и предложил стать директором салона люксовых автомобилей, Марк обрадовался, а еще через месяц ему предложили за небольшую плату, войти в совет директоров и хозяев. Компания открывала еще несколько автосалонов по городу и краю, им нужны были новые компании и новые лица. И Марк согласился. Это подстегнуло его, придало сил, немного отвлекало от вялотекущей связи с Крис, и зависти к брату.

Обговорив все с отцом и Заком, они продали квартиру, оставшуюся от мамы, и спустя еще месяц Марк стал генеральным директором ООО «Автоклан» и соучредителем автохолдинга «АвтоРус». Но тогда парень мало понимал какую ношу на себя взваливает, если раньше он был уверен, что знает об этой работе все, как торговать, как покупать и что с этим всем делать, то быстро понял, что ничего он не знает. Но работа покатилась. Он переехал на второй этаж, прямо над отделом продаж, подсунула ему секретаря, несильно красивую пухлую девочку из отдела кадров.

Марк подумал о Крис, он не любил ее, но она оказалась хорошей боевой подругой, весь этот путь прошла с ним: помогала, подсказывала, держала за руку. И как-то незаметно для себя, он уже остается у нее, а в его квартире лежат ее вещи. Они вместе иногда уходят с работы, едут в магазин, как семья, готовят ужин, как пара в отношениях больше пяти лет. Но кажется должно быть нечто большее, чем привычка. Так было до последнего времени, все чаще он избегал совместных вечеров, даже незаметно увез от Крис пару костюмов. Он понимал, что с этими отношениями надо что-то делать. Вот что, парень еще не решил.

Мысли Марка переключились на брата. Захар состоял в сложных отношениях с девушкой, которую они по своей дурости сбили несколько лет назад. Кира была хорошей, что не мешало ей иногда трепать парню нервы. А еще они были счастливы вместе, в их движениях сквозила нежность и любовь.

Допив кофе, он все так же смотрел на парковку, там стояли два автомобиля его и маленький красненький, мужчина улыбнулся. Марк знал этот автомобиль, это была еще одна его маленькая тайна, кроме комментариев к эротическим похождениям невиданного Кексика.

Выйдя из кабинета, поставив пустую кружку на стол секретаря, он оказался на импровизированном балконе. Этот балкон соединял все отделы, а еще с него был отличный обзор на весь салон, стояло просто пройти по кругу. Сейчас же не надо было никуда идти, он облокотился об перила и посмотрел в низ.

Прямо под ним заканчивала работу старший менеджер кредитного отдела Виктория Крылова, его маленький фетиш. Марку нравилось за ней наблюдать, это казалось чем-то извращенным, но отказаться от этого он не мог, как от захватывающего сериала. Вот она выключает компьютер, достает салфетку, полироль для мебели, протирает стол, стул, аккуратно складывает ручки, папки, смотрит в блокнот, допивает из ее красивой кружки воду, убирает в стол, выключает лампу на столе, задвигает стул. Ее черные волосы сияют в свете ламп, девушка уже уходит, держа в руке сумочку и куртку. Как всегда в юбке, на высоких каблуках, с аккуратным пучком, стучит каблуками к выходу.

2

9 лет назад

- Зоя Анатольевна, - раздался голос охранника у кабинета декана, которая заканчивала работу.

- Да, Михалыч, проходи, - сказала женщина, снимая очки и потирая переносицу, - что-то случилось?

- Да там, - Михалычу было за шестьдесят, высокий грузный бородатый, он больше походил на деда Мороза, чем на охранника.

- Что там? – Зоя улыбнулась, посмотрев на часы, который показывали почти восемь часов. Муж ее опять ворчать, потому что она опять задерживается, при мысли о супруге женщина улыбнулась

- Девушка там, на центральном входе, говорит ей нужна Зоя Анатольевна Прокуда,- при девичей фамилии Зоя застыла. – Вроде как племянница, но вы же не Прокуда, а Крылова, вот и я пришел.

- Как зовут девочку? – Зоя нахмурилась.

- Виктория Гулич, - сказал охранник и Зоя резко встала, взяла сумку, Михалыч пошел за ней причитая.

- Я бы вас не потревожил, но девчонка такая худая, с одной сумкой, и в тонкой куртке, а там льет, как из ведра, говорит будет ждать утра чтобы не пропустить Зою Анатольевну, у нее и фотография есть, вроде как на вас там девушка похожа. Я не стал прогонять, вон холод какой, а на ней курточка и тонкие боты какие-то, в юбке стоит, дрожит как осинка.

Зоя Анатольевна его почти не слушала, она уже догадывалась кто это мог быть, дочь ее сестры Кати Гулич, в девичестве Прокуда. И раз девочка пришла сюда, значит что-то случилось, или с Катей, или с ней.

В большом холле университета было тихо в такой поздний час, Зоя сразу увидела тонкую фигурку, сидящую на стульчике охранника, с ровной спиной. Она и правда была очень худой, болезненно худой. Зоя такой же была, тридцать лет тому назад.

- Деточка, вот Зоя Анатольевна, но не Прокуда, а Крылова, наш декан факультета управления. – гордо сказал Михалыч, и девочка встала, посмотрела на ее своими большими карими глазами.

- Здравствуйте, - тихо сказала она, и тут же заплакала. – Простите, но… я Виктория, ваша племянница.

Она протянула фотографию, Зоя взяла ее и увидела себя в шестнадцать лет, такую же худую, как этот ребенок, рядом стояла Вера, на год ее младше, тощая как ветка. Они стояли босиком около дома, где собиралась вся община, на Вере было платье Зои, а на самой Зое чье-то еще.

Зоя Анатольевна подняла глаза на девушку.

- Ты сбежала. – это был не вопрос, тридцать лет назад она тоже ушла из общины, собрав вещи, и почти такую же фотографию, сделанную годом раньше.

- Да. – тихо ответила Виктория. – Я не хочу вам мешать, мне надо где-то переночевать, я уеду. У меня есть деньги на билет, у меня аттестат с отличием, надеюсь поступить в техникум.

- Не тараторь, - сказала Зоя и обняла девушку, которая громко зарыдала. – Поехали ко мне. Я тебе помогу.

В доме декана Крыловой было шумно, у Зои было двое детей, Виктор и Маша, а еще муж Сережа, кот Барсик и маленькая собачка Жужа. Все они жили в частном доме, в центре города, купленного семьей Сергея много лет назад, в последствии выкупив два участка рядом, расстроились. А еще тут пахло едой, и не просто кашей, а мясом.

- Проходи, милая, не стесняйся, - Зоя быстро разулась и позвала мужа. – Сережа, надо поговорить.

В коридоре появился высокий мужчина, с седыми волосами, с фартуком поверх домашних брюк.

- Ты опять задержалась. – проворчал он, поцеловав жену в щеку, посмотрел на Вику. – Что за цыпленок?

- Это Виктория, - сразу перешла к делу Зоя. – Моя племянница, она…

- Будет жить с нами. – Закончил Сергей, прекрасно зная из какой семьи Зоя.

Виктория оторвалась от воспоминаний, ее нахально пафосный ужин был готов. Красиво расставив приборы, выложив гребешки, каперсы, бутерброды с икрой, она приступила к еде. В жизни каждого еда занимает большое значение, мало вкусно приготовить, важно еще красиво подать. Ведь подача это пятьдесят процентов успеха. Тарелки, вилки, даже цвет салфетки играет большую роль. Вика сделала еще глоток вина и открыла книгу.

Когда человек пол жизни лишен чего-то, он старается всеми силами это наверстать. Комплексы, взращённые родителями, обществом, школой – активно прикрываем флером независимости и уверенности. И мы притворяемся, стараемся казаться лучше, иногда хуже, показываем людям, то, что они хотят видеть. И даже если самые близкие, не всегда готовы принять нас такими какие мы есть, то что говорить о простых знакомых и коллегах. Виктория любила красивые и дорогие вещи, вкусную еду, книги в бумажном варианте, желательно с белыми листами, дорогое вино. Ее считали высокомерной зазнайкой, разубеждать никого она не собиралась, поэтому в очередной раз оказалась в стороне от встреч и посиделок с коллегами после работы, предпочитая свое одиночество.

В нем ей не было плохо, иногда скучно, но не плохо. В нем она была собой, девушкой, которая любит книги, дорогое вино, и вкусно поесть. За любовь к еде, Вик расплачивалась изнурительными тренировками в спортзале.

«А когда-то меня тошнило от переедания» - подумала Вика, приступив к еде.