Варя

Глава 1.

-Что вы, что вы делаете… - задыхаясь от паники, визжала я на всю улицу. Тот, что держал меня, крепко стиснул руку, заставляя меня замолчать. Когда меня пытались запихнуть в черный джип, я усиленно сопротивлялась. Уперлась ногами о землю и чуть не поцеловала лицом асфальт. «Рюкзак со мной» - рефлекторно констатирую я мысленно. Рюкзак всегда со мной. Куда бы ни пошла. Главное, не дать им выкинуть или потерять его. «Иначе мне конец» - судорожно сглатываю я, продолжая сопротивляться. Под лютый мат и дерзкие пощечины меня силком запихали в чужую машину. В груди больно сдавило, дышать стало труднее. «Дыши, Варя, дыши. Тебе надо дышать» - всё, о чем я могла думать. Надо восстановить дыхание. Спазмы сами спадут.

Их трое. Один за рулем, второй держал меня, третий нет-нет отвисал хлесткую пощечину, когда я орала слишком громко. Удивительно, что никто из немногочисленных прохожих не предпринял попытку остановить этих ненормальных. Напротив, они шарахались в стороны, от греха подальше, как говорится. Вот что за люди, а?

-Грузи давай уже. С соплячкой справиться не можешь, - рычит тот, кто нетерпеливо дергал по рулю. Кажется, он чего-то опасался. Еще бы! Среди белого дня похищать человека! На глазах у людей! Это статья! Уголовное дело! 126, будь она неладна! От 5 до 12 лет, если группой лиц…

Только никакие знания мне сейчас не помогут. Я зачем-то понадобилась этим трем неотесанным бугаям. Как назло я ни на чем не могла сконцентрироваться и запомнить. Ни номера машины, ни их лиц, ни одежды, в которой они были, ни характерных признаков.…Даже имен, что в промежутках между матом и приказами старшего звучали, я не запомнила. В голове туман, перед глазами всё плывет.

Определенно, тот у руля был за главного. За старшего. Два других мешкали, не сразу выполняли указания. Может, они и вовсе впервые на таком деле. Более опытные действуют слажено, отработано. У них же команда распадалась. Интересно, кому из этих троих я понадобилась?

-Не ну, Лёх, ну зачем? – рыкнул мне в ухо парень, который сжимал запястья. Сжимал как-то неумело. Боязливо. Словно боялся причинить боль.

-Давай, бля! – зло откликается Лёха, нетерпеливо ударяя руками  по рулю.

Тот, что стоял рядом, резким толком пихает меня в машину. Грубо заталкивает, ухватив за волосы. Поджав губу, вынужденно запрокидываю голову и вваливаюсь на заднее просторное сидение. Судорожно сжимаю рюкзачок, переводя сбитое дыхание.

-Э, давай сюда, - указал светловолосый парень лет 20 на мой рюкзак. Мои кошмары сбываются. Я не могу отдать рюкзак, ну не могу! Уставившись на обидчика, я тихонько мотнула головой. Мои щеки пылали, а пальчики, что намертво вцепились в рюкзак, были мертвецки холодными. Жжение на затылке от того, что минутой ранее меня оттаскали за волосы, как последнюю шлюху, сменялось неприятным зудом. Парень с правильными чертами лица в простенькой одежде, сплюнув, полез ко мне, с очевидными намерениями  - отобрать вещь, что так дорога мне. Сердце колотилось, как бешенное, я пыталась вытолкать его ногами, но он оказался физически сильнее. Неизвестно, сколько бы продолжалась борьба, если бы нас не прервал леденящий кровь бас.

-Чё там происходит, мать вашу?! Ты, охуел, блядь, хули ты с бабой так долго возишься, сука? Не вижу что-то у нее навыков КМС по борьбе, так какого хрена ты с ней играешься? Щас менты нагрянут, нас всех заметут, нахуй! Выруби эту бешенную, и всё, блядь!

Признаться, я не сомневалась, что тот мелкий ублюдок так со мной и поступит. Может, удастся время потянуть? А там и полиция подоспеет. Отбиваясь от хватких рук, успеваю посмотреть в лобовое стекло – некоторые люди останавливалась в недоумении и просто, блядь, смотрели когда меня прибьют!

«Этот мир потерян» - мелькает мысль в голове и сразу гаснет на фоне мыслей о спасении. Силы не равны. Я не владею никакими супер приемами, на мои крики никто не отзывается. Зато горло ободрала до хрипоты. Чувствую, как постепенно ослабеваю.

-Че дымишь то без понту? – отдернул парень, что не участвовал в битве за рюкзачок. Он резко пихнул своего товарища под бок, оттащил от меня.  Указав жестом на переднее сидение, приказал: - Я разберусь. Ты спереди.

Паренек хотел что-то возразить, но тот, что заступился за меня, пригвоздил его взглядом. Уверенность парнишки таяла под красным пламенем холодных глаз. Страшно представить, чем бы закончились бессловесные перепалки, но паренек, фыркнув, наконец, принял поражение. Его ноздри широко раздувались, а сам он был весь красный, как переспевший помидор. На вид совсем мальчишка еще. Такой молодой, а уже пропал. И ведь ничего толкового то не выйдет из него уже.

Тот, что заставил парня отстать от меня, сел рядом. От него пахло мятой и сигаретами. Я поморщилась – не переношу никотин. Он только сейчас взглянул на меня, и теперь я отчетливо вижу его каштановые пряди мягких волос, небрежно уложенные наверх. Его пронзительно серые глаза казались безжизненными, пугающими. От него веяло властью, опасностью и… чем-то человеческим. В конце, концов, если бы не он, я бы давно страдала жуткой мигренью от мощного удара по голове.

Немного вздернутый нос говорил о присущей горделивости, а плотно сомкнутые пересохшие губы – о  нервозности. Напряженности. Возможно, больше, чем мне, именно ему было неприятно находиться в данной ситуации. Но почему? Если он такой же бандит, то откуда этот дискомфорт? Подрагивающие скулы, частая смена поз, испарина на лбу, беззвучное постукивание пальцев об колено. Он нервничал. Что не так? Ведь будь он не бандитом, то не находился бы здесь. Или его заставили? Не-а. Нет. Он ведет себя как вожак, по-хозяйски. Его слушаются и подчиняются. Но всё равно здесь что-то не складывается.

Запоздало заметила, что откровенно изучаю его. Анализирую. Профессиональная привычка, что уж взять. Я смутилась, когда наши глаза встретились. Мои – растерянные и пугливые и его – уверенные и хищные.  Его лицо хоть и оставалось напряженным каменным, но злости не выражало. Не без любопытства осмотрел меня с ног до головы, а затем, когда остановился хищным взглядом на том, что так крепко я сжимала в руках, вынес вердикт:

Глава 2

На горизонте показалась полянка, пригорок. Редеющая трава сменялась трудно проходимыми зарослями. Деревья больше не защищали собой от палящих лучей полуденного солнца. Сложно сказать, сколько времени мы шли, но по ощущениям, целую вечность. Колкий клевер щекотал щиколотки. Нагретый воздух затруднял дыхание. Во рту пересохло, что провоцировало кашель, а после и спазмы в области гортани. Прилипшая к телу одежда мерзко елозила с моими движениями. До смерти хотелось снять всю одежду и окунуться в холодную воду. Мозги плавились под высоким градусом. Я плохо соображала, что, в свою очередь, вызывало заторможенность реакции. Несколько раз спотыкалась, но от больнючего падения спасали цепкие пальчики, которые в нужную минуту всегда оказывались на мне, ревностно впиваясь в кожу. Егор следил за мной. Присматривал.

Когда мы обогнули холм и спустились вниз, наткнулись на тот самый мост, из-за которого парни чуть не подрались. И теперь я поняла, почему Егор взбесился, когда Леха решил пройтись пешочком черед мост. Вернее, шаткую хрупкую конструкцию, что тянулась на высоте и служила единственным способом перебраться на противоположную сторону, едва ли можно назвать мостом. Местами не хватало деревяшек. Местами они прогнили. Наверное, даже за деньги я бы не вступила на него. По бокам виднелись песчаные берега, а разлучала их беспокойная речка, что тянулась поперек моста и уходила далеко за видимые горизонты. Когда Леха первый вступил на мост, тот скрипнул и качнулся, как дом, что не любил принимать гостей. По обеим сторонам на уровне моего роста тянулся упругий трос. Конструкция не вызывала доверия, но других вариантов не предвиделось. Бежать было не разумно, ибо: а) когда поймают (а меня обязательно поймают), надают атата, б) даже если каким-то чудом удастся скрыться, в одиночку я не выберусь и вскоре умру.

- Ну, че стоим? Благословения ждем от папки? -  затрещал Леха, оборачиваясь в полкорпуса к нам. «Урод» - прошипела я про себя. «Не дай Бог ты навредишь моей семье…» - со страхом и неистовым гневом вперилась в него взглядом. Тот ухмыльнулся (сука!) и, ухватившись руками за трос, медленно зашагал своими огромными неуклюжими ногами. «Чтоб ты провалился!» - в сердцах пожелала я. Мечтала, чтобы этот мост взял и рухнул! Ну, или хотя бы на том месте, где стоит эта уголовная рожа, провалилась дощечка.… Не думаю, что товарищи поспешат спасать его. Та еще заноза, и если хорошенько присмотреться, даже Димка – парень хоть и недалекий, но прислушивался больше к Егору, хоть и хотел, чтобы всем казалось, что он с Лехой.

Конечно, мост не рухнет. Между тем, настал мой черед ступить на первую дощечку. Внизу игриво плещутся волны темно-зеленого оттенка. Высоко. Здесь запросто можно разбиться. А течение унесет труп, да так, что потом долго еще не отыщут.

Я мешкала, прикидывая, как удержаться связанными руками за трос, чтобы не упасть. На мосту были Леха и мелкий. Егор держался позади.

«Надеюсь, у Ника хватит мозгов спрятать родителей» - лихорадочно пронеслось в голове. Голова по-прежнему туго соображала от усиливавшегося зноя. Но я предполагала, что не выберусь отсюда живой, а они могут потом и за родителями прийти.… С этой мыслью я вздрогнула.

- Чего встала, красавица? Коленки, небось, от страха трясутся!  – блядь, вот ублюдок щекастый! Господи, ниспошли ему возмездие за плохие поступки. Настучи карма ему по темечку. Прибей бумеранг его насмерть.

Наградив его взглядом, преисполненным ненавистью, неуверенно ступила на деревяшку. Расстояние между мной и Егором, который нетерпеливо вздыхал, ожидая меня, было чуть меньше метра. Нет, он ни разу не прикрикнул на меня, не шугнул. Но временами окидывал свинцовым взглядом, отчего всё внутри замирало. Из-под толщи выразительных бровей показывались не менее выразительные глаза, обрамленные пушистыми ресницами.  И пусть от этого взгляда мурашки бегали по коже, и становилось физически холодно, он был прекрасен. Прекрасен и неповторим.

Впереди шел Димка, который то и дело, пытался раскачать этот мост. Когда Леха не выдерживал, отпускал парочку бранных слов в адрес мелкого и тот унимался. Я робко ступала на старые дощечки, между щелками которых пробивался блеск воды. Адреналин кипел в крови.

С ужасом и одновременно, восторгом, я смотрела вниз на бушующие волны, подгоняемые умеренным ветром. Вода мерцала на солнце, переливалась, ослепляла режущей глаз яркостью. Будто миллионы бриллиантов небрежным движением руки рассыпаны на поверхности.

Как раз в эту секунду меня и поразила стрелой совершенно сумасшедшая мысль…