Вавилон

1 глава. Происшествие.

В спальном районе города Северного прогуливались два человека. Вероятно, они шли с работы. Наконец, остановившись у одной из дверей панельной пятиэтажки, Светлана помахала коллеге рукой и, попрощавшись, зашла в недавно покрашенный подъезд. Парень зевнул и, обернувшись по сторонам, задумался. Если вернется в институт и продолжит работать, спать он явно не будет, да и Лён со Светой будут злиться, так что было принято решение идти домой и сохранять режим дня. Интересно, сколько он так ещё продержится? Дойдя уже до своего дома, Илларион встретил Михаила Григорьевича, мудрейшего жильца подъезда, которому было неизвестно сколько лет. Подростки даже подлавливали его иногда и устраивали настоящий допрос! Однако всегда уходили с нравоучительной, но от этого не менее интересной историей от дедушки, а про всё ещё открытый вопрос вспоминали лишь ночью, когда должны были спать.

– Здравствуйте, Михаил Григорович, как поживаете?

– Хорошо, внучек, ты сам как?

– Тоже нормально.

На том и разошлись. Поднявшись на третий этаж, парень зашёл в 27 квартиру. Ларри закрыл дверь и подождал минуту-две. Тут из правой комнаты вышел парень в очках.

– Поздравляю, ты побил рекорд, целых 17 дней подряд ты ночуешь дома!

– Не драматизируй! Для нас, задерживаться – это нормально. – Ларри, наконец, разувается и снимает куртку.

– Не забудь помыть руки, – уже заходя в комнату, сказал Лён.

– Слушай, а ты точно мой младший брат, а не наоборот? – саркастично бросил Ларри и пошёл в ванную.

На кухне, на включенном телевизоре шли новости, сначала рассказывали о предстоящих выборах в республике, а потом пустили объявление о пропаже какого-то студента с химического факультета. Это происшествие связывали с побегом преступника из тюрьмы в городе неподалёку. И Лён подметил, что стоит быть осторожнее.

Когда Илларион вышел из ванной, поддакивая своему вроде как брату, Лён уже раскладывал по тарелкам разогретый вчерашний плов. Все-таки было, наверное, в них что-то схожее, но лишь еле уловимое. Лён был полноват, одевался чаще всего в мешковатую и удобную одежду, он давно бросил попытки усмирить свои кучерявые волосы голубого цвета, и потому они непослушно лезли во все стороны. Не выраженные скулы, полные губы и ясные голубые глаза достались ему от матери. Ларри же был больше похож на отца. На полголовы выше младшего брата в светло-коричневой водолазке и брюках, из подобных которым у него и состоял почти весь гардероб. Волнистые темно-синие волосы он укладывал, а прямоугольной формы лицо, с чрезмерно сухой кожей досталось ему от отца. Разрез глаз у него был уже, а радужка отливала фиолетовым.

– Ты уже успел накрыть на стол?

– Я вернулся час назад, так что да. – Лён протянул соседу вилку. Которую тот с осторожностью взял. – Так что приятного аппетита.

***

Было около четырёх часов утра. Люди, если их не отягощают какого-нибудь рода обстоятельства, обычно спят, однако, Илларион уже бодрствовал. Виновными в таком положении дел были не то лучи раннего летнего солнца, не то просто пропавшее желание спать. Парень недолго приходил в себя. Сделав зарядку и убедившись, что Лён ещё спит, он вышел из квартиры и пошёл на пробежку. Так, миновав три улочки, Ларри вышел к березовой рощице, плавно переходившей в лес. Парнишка любил это тихое место. Среди деревьев находился старый наполовину деревянный храм, который был построен на месте идолов при принятии религии Безликого Бога. Когда же Ристория вновь поменялась, став светским государством, и как таковой официальной религии не стало, на место храма решили вернуть предшественников. А церковь перенести в другое место. От массивных дверей, рядом с которым были установлены идолы, шла узкая дорожка к выходу с территории; Именно такая картина отпечаталась в памяти Ларри, который и верующим то не был, просто это место всегда внушало спокойствие и радовало своей красотой. Но сейчас же, все было охвачено ярким пламенем, пусть не везде, но капище явно придётся восстанавливать. Что тут произошло? Послышались голоса людей, и храм окатило водой. Затушить пламя удалось не сразу. Ларри начал идти вокруг капища, ведь дым двигался именно в его сторону. Пройдя к тылу здания, он заметил в гуще дыма выходивших из чёрной двери пожарника и ещё какого-то человека. Это его весьма смутило и вызвало лёгкое чувство дежавю. Лицо второго мужчины было ему знакомо. Да, он знал его, но что заставило этого человека здесь появиться? Неужели Афина тоже здесь? Через секунду Ларри пришёл в себя. Вспомнив, что не хочет тратить время на показания в полиции, он поспешил прочь, пообещав себе вернуться вечером. Всё равно ему после работы придётся идти домой.

2 глава. Коллектив.

Здание института

Как только Ларри зашел в аудиторию, на него сразу накинулась светловолосая девушка.

Это была Светлана, невысокая, с немного загорелой кожей. Она была одета в темно-зеленую рубашку, лабораторный халат и коричневые бриджи. На её шее красовалось ожерелье из ярко-зеленых камушков в цвет её любопытных глаз. Лицо девушки было округлым, с двумя родинками около виска. Макияжа на нем не было, лишь немного выделялись подкрашенные ресницы.

Светлые, длинные волосы девушки были заплетены в две тугие, аккуратные косы, что отражало всю её, иногда чрезмерную, любовь к правилам.

– Что-то ты сегодня очень рано! Ещё семи-то нет!

– Просто дома делать нечего, а тут нужно еще результаты эксперимента проверить, да ты и сама, смотрю, тут ни свет, ни заря, появилась.

– Да, я, это… Неважно! Мне просто самой скорее интересно узнать результаты! Пойдём проверять!

Сейчас группа работает над созданием нового протеза, основанного на регенерации нервов, путем использования нанотрубок, способных управлять роботизированной конечностью, максимально приближенной к оригиналу, отдавать сигналы реакции.

– Ларри! Пресвятая Мокошь. Рост с продолжительностью не замедляется…

– Да? – Удивленно посмотрел на графики Илларион. – Нужно проверить обратную реакцию!

– Это возможно!

Илларион сел за компьютер, графики активно изменялись.

– Обратная реакция есть!

– Значит, мы наконец-то вывели верные параметры! – Света что-то записала в блокнот. – Ты сохранил настройки?

– Ага.

– Теперь остался только протез, а дальше. Хм…

– Подожди, сначала, проверка совместимости и реакции на сигнал. Да, здесь все работает, но на практике этого же нам никто не обещал, – предупредил Ларри. Света сняла перчатки и коллеги вышли из лаборатории.

– Но мы все равно на шаг ближе! Как у вас там, кстати, с протезом?

– Хм, Марсель почти подготовил ПО, осталось скинуть ему последние данные, механизм тоже налажен. Конечно, отсутствие искусственных мышц расстраивает, но над этим пускай уже миологи думают.

– Ох, это хорошо!

Ларри и Света зашли в общую комнату.

– Будешь "Добрыню"? – Ларри сел на зеленый диванчик и расстегнул рюкзак.

– А? Да, давай!

Парень достал две серебристых банки газировки, подкрашенной в начале и в конце, одну зелёной с яблоком, вторую синей, с черникой.

– Какую будешь?

– Давай яблочную. Это мой любимый вкус. –– Илларион передал ей напиток и застегнул сумку. – Слушай, – Света открыла банку, отпила немного газировки и сжала её двумя руками, – получается, следующие испытания будут на людях?

– А? – Илларион посмотрел на обеспокоенную Светлану.

– Нет, я это понимаю, просто нам еще же и право на это получить надо, и это, может, плохо закончиться.

– А, ты об этом, – Ларри сделал глоток. Его тоже волновал этот вопрос, вопрос этики и морали. – Право на проведение экспериментов на добровольцах будет получить, думаю, не сложно, главное нам все правильно преподнести, а с Матвеем Михайловичем и Ясминой Артемовной мы это точно сделаем! А на счет тестирования на людях… Знаешь, как бы то не было, это вынужденная мера. Сколько бы мы не занимались теорией, исследованием на кроликах и совершенствованием механизма, если не пойдем на следующую ступень, все, все это будет бессмысленно. В какой-то момент нам все равно придётся это сделать, и всегда будет риск.

– Но если что-то пойдет не так, есть шанс потерять еще часть руки!

– Да, и он всегда будет, ведь это практика. – Илларион поставил банку, сжал обе руки, и положил на них голову. – Но знаешь, это, как хирургическая операция, ты, на самом деле не знаешь, каким будет исход, но ты должен сделать все возможное, чтобы спасти человека. – Парень тяжело вздохнул. – Тем более к нам пойдут люди, которым, скорее всего, нечего терять. Наше же дело предупредить их обо всех рисках и сделать все возможное. – Ларри встал, что бы выбросить пустую банку.

– Да, да, наверное, ты прав. – Света сделала все то же самое, и, повернувшись к коллеге с улыбкой на лице, хлопнула в ладоши и сказала:

– Тогда ждем Лёнушку и Марселюшку, что бы рассказать им хорошие новости!

Время близилось к восьми, в научный центр ворвался Марсель, а за ним зашёл и Лён.

– Вот видишь, не опоздали! – У парня была довольно странная внешность. Молодой человек, очень крепкого, спортивного телосложения, но как будто весь монохромный. Неестественно-бледная кожа, с иногда просвечивающими синими венами, черная водолазка без рукавов, черные перчатки, чуть ли не до плеч, черные джинсы и черные ботинки.

Волосы были тоже пегими. Растрепанное черно каре на половину с сединой, и выбивающаяся прядь волос, заплетенная в косичку. Лишь ярко красные, будто налитые кровью глаза, отличались наличием цвета.

3 глава. Загадочная история.

Лён пошёл домой, а Свете надо было в парк, что совпадало с дорогой Марселя до дома, так что она решила его проводить. Дойдя до подъезда, они уже хотели разойтись, но тут увидели Фемиду, которая только закончила помогать какой-то старушке.

– Хей, Марс, Света, привет!

– Здравствуйте! – Хором ответили Марсель и Света.

– У вас всё хорошо? Как идут дела на работе? – поинтересовался парень.

– Конечно всё хорошо. – Тут Фемида что-то вспомнила, и её глаза загорелись. – Кстати, нам недавно такое интересное дело пришло. – Все трое сели на скамейку. – В общем, случился пожар, не где-то там, а в Храме! Который в зелёной роще находится, почти за городом, ничего особо не пострадало, кроме статуи, которая обгорела и покрылась пеплом, и фресок. Но самое интересное, что в церкви осталась лишь средняя фреска Перуна, остальные две куда-то пропали!

– Ничего себе, а когда это произошло то? – Удивилась Света.

– Да вот, сегодня утром. Хорошо никто не пострадал! Вот только, боюсь, как бы дело не отозвали.

– Понятно. Ой, мне Владик звонит, пора бежать! – Взволнованно проговорила Светочка. – До свидания! – Она помахала рукой и завернула за угол, а Фемида и Марсель продолжили свой разговор.

– Ну, а как ты поживаешь, Марсель? – Женщина внимательно посмотрела на парня и заботливо улыбнулась. – Ничего себе, как ты возмужал! Эх, совсем вырос, тебя и не узнать!–- Она сложила руки в замок. - А девушка появилась?

– Конечно я вырос, мне уже 25! – Перебил женщину Марсель, помахав перед собой руками, и криво улыбнулся.

– Эх, как же детки быстро растут! – Фемида сделала наиграно-грустное лицо. А затем ухмыльнулась. – Так что на счет девушки…

– Нету! – Марсель опять перебил Фемиду, хотя обычно себе такое не позволял. Он оперся локтем на ногу и положил на руку голову и надул щеки будто ребёнок. – Мне и не нравится никто ещё, я весь в работе.

– Ага, конечно не нравится! – Фемида рассмеялась. Затем её лицо стало серьезным. – Тебя, перестали мучать кошмары?

– А, – Марсель посмотрел на Фемиду. – Ну, они почти не появляются.

Кошмары?

Да, было время, когда его чуть ли не каждую ночь мучали кошмары, было время, когда его жизнь была кошмаром.

***

Серая комната с тусклым белым освещением. Черный стол посередине. Холодно. Тонкие, хилые руки перевязаны бинтами, а на них наручники. Дверь хлопнула, в комнату вошла молодая девушка в полицейской форме и села на стул напротив, положив на стол какие-то бумаги. Марсель усталыми, пустыми глазами посмотрел на женщину. Губы на его бледном лице дрогнули, и он тихо задал вопрос.

– Меня посадят? – Затем он опустил глаза. – Или отведут в колонию для несовершеннолетних? – Могут ли его посадить? Он же несовершеннолетний, или в 14 за попытку убийства садят? Как же все болит, сейчас даже думать больно.

Послышался звук щелчка. Вдруг, рукам стало легче.

– Нет. – Твердо сказала женщина, будто уверенная в том, что это возможно. – Это была самооборона.

Марсель поднял голову и удивлённо посмотрел на полицейского.

– Но, разве мама не дала обратные показания?

– Да, она защищала Максима Романенко. – Женщина стиснула зубы, а затем вновь приняла спокойный вид. – Но у тебя есть право дать свои показания, и я уверена, они отличаются от показаний Людмилы Романенко.

– Она протянула белый листок и посмотрела мальчику в глаза. – И, если это так, я помогу тебе, его будут судить по всей строгости закона, и он получит соответствующие наказание.

Марсель вздрогнул. Наконец-то то нечто уйдет из их жизни прочь!

– Но зачем вам это? Зачем помогать мне?

– Я знаю, что такое несправедливость. Ты столкнулся с ней в слишком раннем возрасте, это ужасно.

До смерти худое тело, опустошенный взгляд, а сколько ран и синяков было на его теле и лице, когда его везли на скорой. Порванная футболка и штаны – все в крови. Когда полиция приехала, мальчик еле оставался в сознании. Что такое ужасное с ним произошло, уму непостижимо.

– В конце концов, помогать людям моя работа.

Марсель трясущимися руками взял ручку.

– Вы обещаете, что его накажут, что он больше никогда к нам с мамой не приблизиться? – Мальчик сжал кулак чуть ли не до крови.

Фемида взяла его руку и разжала кулак, чтобы мальчик не вредил себе еще больше.

– Обещаю.

Марсель начал писать.

***

– Марсель, Марсель! – Фемида взяла Марселя за руку, и он повернул голову на её голос.

– А?

– Марсель, все хорошо? Прости, наполнила о плохом...

– Нет, нет, всё в порядке. – Марсель взял двумя руками ладонь Фемиды и посмотрел ей в глаза. – Спасибо Вам большое, спасибо Вам за все. – Её глаза вновь стали выражать спокойствие и Фемида вновь улыбнулась.

– Береги себя.