Ведьма из пропасти восприятия

0. Рождение.

В тёмной бездне, где не было никого, собирались узоры. Вереницы из волн или клякс.
Одни из них выделялись плотнее, ярче, и тогда порождалось некое ощущение. Другие же отступали на фон, за пределы становящегося Целым восприятия.

Ощущения формулировались, перестраиваясь. Формируемая сила научилась обращать, теперь уже своё собственное внимание, на некоторые их части. Одни из них оно могло усиливать и приближать. Тогда как другие, наоборот, переводились вдаль, вытесняясь на внешний слой.
Играть с конструктором, как с реальностью.

Сила росла. Внезапно ею стало восприниматься нечто вокруг, обладающее собственной волей.
Сопротивляющееся возрастающим возможностями молодой Силы и противящееся ей, это живое, древнее и могущественное, всё чаще и чаще сковывало порывы новенькой, появившейся здесь совсем недавно.
Оно как бы пыталось объяснить ей: ты здесь не одна, и у меня тоже есть свои правила. Свои Законы. И на её флуктуации Сила была вынуждена перестраиваться уже так, чтобы с ней взаимодействовать и ей противостоять.

Сила старалась чрезмерно не выкобениваться и искала обходные пути для взращивания собственных наработок, реализации потенциала идей и придумок, что как оглашённые постоянно мелькали на периферии, и выборочно, если чем-то приглядывались, выхватывались ею из этого потока и, обрабатываясь, встраивались ею в своё Я.
Привязывались по принципам.

Но однажды терпение Этого Вокруг лопнуло: оно начало вздрагивать, сдавливать, стремясь новенькую уничтожить.
В надежде выбраться, сила вычислила слабину, брешь в этом Чём-то и, испуганная, стала просачиваться куда-то, где ей не грозил распад в сиё мгновение.

Было ужасно страшно. А ещё была ярость.
«Что бы там ни ждало меня, аз это преодолею.» - примерно так можно было бы перевести в слова сплётшееся тогда из ощущений решение существа, приготовившегося к противостоянию с неизвестным. Но слов на тот момент оно ещё не знало.

Самовнушение.

Проявившись в другом, новом для неё мире, сила произвела выплеск, с вызовом сообщая пространству: «Аз здесь/пришла!», стараясь доступными ей способами уловить обратный отклик.
Она некоторую продолжительность побуянила, закидав волнами энергии пространство вокруг, но так ничего и не поняла.
«Аз одна?» - промелькнул вопросительный запрос к самой себе. Прислушалась к периферии.

Что её поразило - в этом мире её возможности были ничто.
Отхватив волну информации, влившуюся в неё потоком разнообразнейших сигналов от рецепторов, датчиков, и не в силах переработать весь этот девятый вал сей момент, она вскоре, устав, призадумалась.

Сила перевела внимание на те вещи образов, те основы, что мелькали перед нею совсем недавно.
Идя мыслями к своему источнику по ниточкам восприятия, она нацелилась перепонять то, что могла уловить в базе собственной непрерывности. И что было в процессе.

Где-то там она что-то не то и не так сделала. Что-то недопоняла.

Ей надо было вспомнить, понять ещё очень многое, притянув вниманием факты создания самой себя.
Шаги распределения и развития элементов, которые она в себя вкладывала. Брала себе своей волей.
Возможно, изучив их и переосмыслив, перераспределив, она найдёт другую возможность для использования тех или иных фрагментов, уже занявших будто бы своё место.
И тогда она, вновь попав в схожую ситуацию, победит.

«Аз обязательно победю…» - мелькнули образы, проваливающейся в глубокий транс Ей.

01. Аллюзия.

- Эм-м-м. А, это... Где я? - голос в темноте раздался от одной из подвешенных в киселе небытия точек, не имеющих параметров времени и пространства.

"Звук" ушёл в окружающее, отрезанировал от заложенных в вопрос качеств, что его хозяйка сумела придать своим словам и, преломлённый, частично вернулся назад.

Что-то начало двигаться и перемещаться, получив импульс к пробуждению.

- У-у-а-а-а-а, - зевнуло мужским голосом нечто, начинающее стягиваться в кучку. Потихонечку собираться.

- Кто здесь?? - уже чуть с испугом воскликнула хозяйка голоса, пытаясь оглядываться. Правда, как это делать, она пока не допёрла.

Часть темноты обретала формы, связываясь в конструкции. У неё тоже, по сравнению с говорящей нематериальной точкой, параметры были своеобразные относительно "привычных" нам категорий мышления. Вот только существовать ей это, почему-то, пи*дец как не мешало.

- Кхе-хе, - нечто мужским голосом прокашлялось, проверив схожесть своих навыков с говорившей, слегка подстраивая их под просочившуюся в это где-то девушку, чтобы ненароком не раздавить сознание, проявившееся в этой размерности. - А ты сама-то кто? - он рассмеялся.

Начинавшая мандражировать отсутствующим телом девушка притормозила пробуждающиеся процессы и призадумалась. Дело шло туго.
Сколько-то промежутков чего-то минуло, прежде чем она решилась выдать:
- Не помню. Даже не знаю.
Ответом ей опять был долгий, заливистый смех. Почти хохот. Возможно даже его источник утёр выступившую слезу.

- Нда-а-а, - протянул мужской голос. Задумчиво постучал пальцами.
Девушке передавались смутно знакомые образы.

- И чего мне с тобой делать? - задал мужчина сам себе риторический вопрос, от которого девушка втянула голову в плечи, как провинившийся ребёнок, ощущающий свою провинность и ожидающий подзатыльника.

- Кхех, - крякнул он, начиная завихрять спираль событий вокруг девушки. Закидывая намёки нематериальной точке но своё право к существованию, побудившие её оказаться здесь.

- О-ох! Нет, прошу не надо!! - закричала в истерике девушка, чуя как её текущее не-тело расслаивается, разрываясь, и ощущение её присутствия выпадает куда-то, в кажущееся мерзким. А потом, по ходу событий, во всё более родным.

- Надо, девочка. Надо, - ответил мужской голос.

02. Ещё один день рождения.

Александра вышла из своей любимой машины и на ключик заперла дверь.

Любимой - потому что своей.

Центральный замок синхронно спрятал всех четырёх солдатиков под обшивку, оставив бдить вне укрытия ДОТов лишь их любопытствующие головы. Само место стоянки, по возможности, также было выбрано в соответствии со фен-шуем. В числе прочего Александра расположила свою Ласточку с целью максимизировать защиту от утренней щётки снегоуборщика и потенциально выписывающего на заворотах парковки неловкие кренделя балбеса. Так же оно попадало в перекрестие минимум трёх видеокамер.

Выдохнув в холодный октябрьский, вечерний воздух пар, она удостоверилась, что предвидела бо́льшую часть гипотетических неприятностей, могущих всплыть с её подругой в ближайшие двенадцать с лишним часов, и нацелилась на проходную, располагавшуюся метрах в ста от её текущей дислокации.

Задалась целью добраться до неё во что бы то ни стало.

Шаг. Шаг. Шаг. И ещё шаг.

Стараясь не поскользнуться на рано выпавшем, растаявшем, замёрзшем и снова обрадовавшем мир снегу, тело ловко ловит баланс при смене опоры с минимальными корректировками от слегка надзирающего за сим процессом сознания.

Вот здесь стопу нужно чуть-чуть перенести вперёд, довернув внутрь. Центр тяжести уходит ближе к носку. Пятка плавно опускается на участок со льдом, но так как основной зацеп приходится на перёд бота (с ортопедической стелькой. в ад шпильки!) - движений это не сковывает.

Проходная завода... Вообще, много девушек сейчас работает на заводах? Таких, чтобы ещё и симпатичными были? Да и с головой, вроде, не то чтобы полный пи*дец?

- Эхх, - выдыхает Саша, прежде чем толкнуть от себя створку КПП внутрь.

Там ещё впереди будет face id на входе, магнитный_пропуск_detected и дежурное "Здравствуйте" охраняторам.

В этот раз она приехала поздновато. То ли пробки в городе, то ли влом было выныривать из-под тёплого одеяла после рабочего дня перед рабочей сменой.

На лицо, как бы сам собой, всплыл "пардон" комиссарам-охранникам: "Сорян, мол".

Быстро смывшийся, впрочем, в небытиё по преодолению двери на территорию. Как и сопутствовавшее ему мимолётно-приданное, для достоверности, извиняющееся настроение.

Ещё врать удобнее, изменив мысли, но это ей было делать влом. Нецелесообразно.

Её глаза отмерили, что приня́тых усилий будет вполне достаточно в этот раз.

- Ну чего? Что взорва́лось за смену? - слегка бодро воскликнула Саша, входя с улыбкой на ЦПУ. Уже в рабочей робе и каске.

Своё хмурое окружение она чуть-чуть подстраивала под себя. С учётом того, что каждый живой - это йысточник ыйнергии, надо всего лишь дозировать из себя настроение, тембр, мимику, жесты и прочее, отрабатывать некоторые приёмы годами/десятилетиями, чтобы получить волшебную способность чуть-чуть влиять на мир в периметре твоего восприятия. Чтобы создавать среду вокруг тебя, тебе годную.

Корректируя ещё двадцать два признака в сорока семи плоскостях.

Хотя может и больше. И меньше.

Это ведь интереснее, чем хандрить за компанию?

Зато в актах самоуничтожения такие навыки жуть как опасны, и постепенно, выживающие под такой биполярочкой, учатся ловить некоторый баланс.

Ну или остаются себялюбивыми драгоценными идиотами.

Нет? Ну и ладно.

- Да... Котёл пару раз тух. Что-то там с давлением на подаче, - откликнулся прежде сонный, сменяемый аппаратчик, чуть-чуть повеселев, восприняв слабый, отмеренный до капли (а зачем тратить лишнюю ыйынергию?) импульс. - Фигня. В понедельник настроят, - уже смог улыбнуться он, подсовывая сменный рапорт Саше на подпись.

Ветер мерно волок докопавшиеся до него по пути тяжеленные тучи. Идущий на убыль день был с ним в сговоре, так что местненькому заводику приходилось отбиваться от тьмы, раньше времени распалив свои фонарики.

На посту Саша была одна. И это зае*ись: "активная жизненная позиция", как любят писать в требованиях к вакансиям некоторые работодатели, и стремающая порой соискателей с опытом (если активный и дурак - значит будет низкая заработная плата и нагрузка для идиотов (менеджер, метущий двор - норм.). если, не приведи бог, ты чуть умный - это тотальный геморрой руководству, когда оно работает не на совесть), была сегодня выбрана уже сверх нормы.

Потому холод, вечер и темнота создавали ей настроение отдыха.

Когда нет надобности улыбаться. Просить. Уговаривать. Ловить момент, интонации и так далее, далее, далее.

На этом рабочем месте у неё был достаточный срок, или стаж, что давал понимание, навыки, чтобы оборудование работало почти само.

Оставшись одна на пульте, Саша перебрала мнемосхемы, заполнила журнал и, перед обходом оборудования по улице, взяла паузу для себя.

На днях у неё вышел очередной день рождения.

Без подарков. Почти что.

Это была ещё одна новая дата, начало очередного наслаивающегося момента отсчёта чего-либо.Когда вылез человек изо чрева, его вписывают во традиции коллектива, в том числе ведя учёт оборотов Земли вокруг себя, луны вокруг себя самой и планеты, и последней вокруг звезды.

Звезда эта, по информации для непосвящённых, шарахается незнамо где. В рукаве чего-то п*здец огромного.

Сосчитать предполагают почти что всё - ногти, пальцы, температуру, прибыль. Только воздуха для мышления это не добавляет. Скорее наоборот. Некий "токсикоз учётчика", если переусердствовать.

И вот шествует человек через ориентиры, которые привык путать со Временем, заполучая привычку что-то там и от чего-то отсчитывать.

Год иль два, десять или восемьдесят - предполагается, что это прям статус опыта, крутости и Победоносности.

Но есть здесь и нюанс. Нюанс есть всегда.

Не всегда.

Когда человека приобщают ко вере по некоторым традициям, у него становится на одно день рождения больше.

Потом, может, добавляется первый класс. Выпуск из школы. Учага/техникум/универ.

03. Шажочек образного мышления.

Саша разгуливала среди сосудов, насосов и трубопроводов.

Манометры, термопары, предклапана - рай стимпанкера.

Вновь шёл снег. Она с любовью осматривала Железяки, слушая музыку работающих агрегатов. Дружелюбный, размеренный бубнёж их голосов.

Она гуляла в шумоподавляющих наушниках, соответственно. Саша - не дура и ТБ соблюдает. Как и ценит свой слух, а не звон в ушах вместо него.

На ЦПУ сделала себе чаю. Закинув ноги на стол, взглянула на мнемосхемы.

Ещё б плед - и было бы по-технарски лампово.

"Что мне делать в этом мире?" - в итоге Саша пришла именно к этому вопросу сейчас для себя, который следовало бы разрешить в первую очередь. - "Чем мне заняться?"

Вариантов была уйма, и в то же время ничтожно мало. Слишком быстро перебираемое выбраковывалось.

Точка отсчёта, взятая недавно Сашей, позволяла ей выбрать любой вектор, в котором бы она захотела двигаться. Вроде как из её основания, вскорости развалившегося, выбили кусочек, и ранее казавшееся надёжной опорой стало тоже направлением, куда можно устремиться как минимум мыслью.

И стены пали.

Вопросы возможной нехватки времени и образования тоже куда-то слились. Остались лишь текущий момент и вектор(ы), который(ые) она предпочтёт.

При этом, при движении, она осталась бы на той же точке, только начала бы меняться в категориях. В качестве.

"Слишком абстрактно" - сказала Саша самой себе, подбирая более вещественные ориентиры.

"Итак, что. Что у меня есть по факту? Какие знания?" - она сколько-то минут катала в уме ответы на этот вопрос, после чего забила на него, поняв, что что-то ей в этом не нравится.

Сосредоточилась получше на этом ощущении. Попыталась понять, чего оно касается, что в него входит. Так залипла ещё на какое-то время.

- Бл*ть, - прошептала она самой себе и подумала, что было бы неплохо зафиксировать эту абстрактную мутату, ощущение, на дыбе колодками, и уже потом начать его препарировать и рассматривать, сравнивать, копить материал, анализировать. Чтобы в последствии действовать.

Саша прошлась вниманием по своим органам чувств.

"Логично, что чтобы сделать часть абстрактного чуть более материальной для дальнейшего изучения, нужно придать ему форму, доступную, собственно, для слуха, пальцев, языка, носа или глаз. Мы на эти органы чувств и опираемся, и здесь должно играть роль что-то типа силы привычки воспринимать "так и так"." - сказала она самой себе. - "Е*ануто? Отлично! Как это сделать?" - в её глазах заискрился огонёк интереса. Задачка выглядела любопытной. С точки зрения возможности выбрать вектор, не взирая на прошлые ограничения, был вопрос скорее в возможностях это направление разработать, реализовать на практике. И, соответственно, если что-то можно себе хотя бы примерно представить, хотя бы на момент уловить музу - это уже зацепка.

Первым делом она с серьёзной моськой высунула изо рта язык, сведя глаза разглядывая его размывшийся силуэт.

Поводила им из стороны в сторону, после чего убрала обратно.

"Можно ли ощущение выразить вкусом? Но вкус - это же уже ощущение." - пыталась понять она сама себя, словив некое логическое несоответствие формулировки. (знаком дефис Саша думать тогда ещё не умела. это скорее дополнительное обозначение интонации, эмоциональной наполненности, ритма/темпа мышления.)

"Если я буду пытаться подбирать вкусы под свои вычисления, это же сколько времени уйдёт на готовку?" - мысленно ужаснулась она, не питавшая к приготовлению пищи избыточного интереса. - "Запахи? Парфюмер, бл*!" - себя сама подъе*нула Саша, перейдя дальше по списку органов чувств и вспомнив одноимённую книгу. - "Да-а-а. Всё же как изговняли фильм..." - некоторое время она катала воспоминание образа, возникшего при прочтении книги, о тасующем в уме запахи герое, ушедшем в отшельничество и запершимся в горах на время. Он производил вычисления запахами.

Примерив на себя эту роль, Саша прыснула со смешка, едва не подавившись чаем. Который, кстати, уже остыл.

А в пещере герой жрал сырых крыс!

В фильме этот фрагмент на хрен вырезали! Охренеть басню сократили!

Саша бросила взгляд на мониторы, быстро оценила обстановку (чего-то надо вдруг делать, или можно дальше покладать болт?), и убрала ноги со стола, определив туда чашку.

"Нет, так не пойдёт." - решила она. - "Это не информативно." - поставила в развлечениях себя пока точку.

"Давай зайдём с другой стороны." - чуть подумав, сказала она себе мысленно. - "Информацию, понятия можно записать словами. Цифрами, знаками. Ощущение - это информация. Значит его тоже можно записать. Только если делать это "стандартными словами" - оно нифига не переносит испытываемую глубину оттенков. Скорее их сокращает, стандартизируя. А вернó ли обратное? Если ты подгоняешь глубину оттенков ощущений под принятые стандарты слов, то в какую жопу мира тогда сливается их остальная смысловая наполненность?" - закончила она про себя хмуро. - "Кастрат смысла какой-то получается."

"А и ладно," - перестала горевать Саша, переключаясь. - "Неясную информацию отчасти можно обозначить не совсем понятными знаками. Чтобы они именно её, его, их, сумму ощущений конкретных и обозначали. Со всеми тянущимися за этим терминами, для меня самой, смыслами. Только, блин, где их взять, такие символы? Где, блин, в продаже найти этот долбанный магический алфавит?"

"Придётся делать его самой. Хм, может зарисовать? Письмо и рисование же - это одно и то же? Возюканье грифелем по бумажке?" - Саша потянулась к ЦПУшному принтеру, доставая из нижнего лотка лист казённой (дармовой для себя-любимой) бумаги.

Положив его на стол перед собой, она взяла из нагрудного кармана ручку и сосредоточенно уставилась на белый лист.

"Что есть информация?" - в конце-концов она вытащила из внутренних диалогов вопрос, сама подкидывая себе понятные ей ответы. - "Информация это то, чем мы оперируем в уме. Ум, соответственно, имеет дело с тем, с чем знаком. То бишь успел познакомиться. Смутно-ощущаемое - знакомо смутно. Но, значит, этот процесс можно и продолжать развивать, знакомясь с чем-то новым, формулируя это для себя."

04. Эльзушка, ёптыть.

Смена Саши прошла уныло, серо, без развлечений.

Кто хочет на рабочем месте, чтоб было весело, когда это рабочее место является опасным производственным объектом - обсудите это, как вариант, с психиатором. Может, подскажет чего хорошего. Совет там какой даст...

Короче смена прошла просто замечательно! Двенадцать, мать их часов. Изо дня в ночь, отсыпной/выходной и снова, опять и снова. Из года в год, года в год, а потом снова.

Это проста долбаннейшая гора времени. Если не использовать эти часы и годы как-то практично оно, это время, можно считать про*бывается в никуда. А из никуда бывает сложно достать что-то нужное, особенно если это что-то нужное ты не знаешь.

Но, ведь, умельцы есть! Ну, наверное...

Итак, Саша нашла чем занять себя в эту смену. В том числе "сторонние" занятия в течение смены помогают разгрузиться вниманию. Держа на контроле и сам производственный процесс, если ты хоть чуть-чуть, но пытаешься тянуть лямку как профессионал.

А Саша была умницей. В числе прочего, чтобы лишний раз ей никто не пытался фачить мосски.

- Сссууукаа, - тихо вырвалась досада из её чуть-чуть приоткрытых, пытавшихся не шевелиться губ, когда Саша вышла за проходную завода утром. Сказано это было скорее о ситуации в общем и в сердцах, почувствовавших развлечение себе не по вкусу в ближайшем будущем.

В десяти метрах от КПП, в подросшем за ночь снежном покрове, с ноги на ногу мялась женщина в шубе. Нет, В ШУБЕ. Необъятных размеров мех кричал "йА сАмАя РаАсКоШнАя ШкУрИсТчЫа В мИрИеЭ!¡!".

Мех этого эпистархальнейшего ПРЕДМЕТИЩА гардероба(хрен знает, влезла бы эта тварь в любой виденных когда-либо вживую Сашей шкафов) торчал во всех направлениях - вниз, вверх и даже зигзагами - при цветовой гамме сомнамбулического дезинтегратора ощущений, вплоть до потери координации.

Хозяйка ЭТОГО, сделавшая вид (ага, так тебе и поверили, блин), будто только заметила Александру, покинувшую двери надёжного и такого уже желаемого, чтобы в нём остаться, КПП, радостно заулыбалась и ринулась к девушке, пронзая водрузённой на нею шубой само пространство - то просто деликатно пыталось разъехаться в стороны, чтобы не касаться этой странной хрени.

- Здравствуй Саша! - жизнерадостно вскликнула непокрытая голова, обитавшая в этом инопланетно-чужом скафандре. - Как я рада что случайно тебя встретила! - улыбка головы, с наложенной мастихином в районе рта ярко-красной губной помадой, вторила кучерявым волосьям, торчащим так же во все стороны, вяло пытавшимся повторить субдробильную геометрию и тварический эффект шубы хозяйки.

- Здравствуйте, - сдержанно кивнула Саша. Её когда-то приучали чуть-чуть повежливее обращаться с людьми, что заметно старше тебя.

А тут, вдобавок, возможно имела случай частичная поломка личности. Хотя, как же тогда хозяйка личности работала на опасном предприятии? Загадка, мля.

Эльза Мля Ватикановна была женщиной в самом расцвете сил. Когда силы эти чуть-чуть подгасли, но компенсировались частичным применением внешних эффектов. Так или иначе, но это работало. Дело даже не в том, как ты выглядишь внешне, а какой силы стержень растёт в твоём нутри. У Эльзы Мля Владимировны этот стержень был - Саша всегда настороженно относилась к этой женщине, улавливая нюанс между её внешним видом и поведением, а также жёстким взглядом, смотрящим на всех, как на говно. Что-то типа лицемерия, но не откровенно явного.

А ещё Эльза Мля Автаритатовна была до упоротости навязчивой, и Саше было трудно ей отказать.

В животе девушки неприятно зашевелилось что-то почти осязаемое, передавая сигнал в мозг, что что-то нехорошее уже происходит.

- Отвези меня пожалуйста домой! - так она и говорила. Без знаков препинания. - У меня родственники приехать должны скоро а я ещё и в магазине не была а мне ещё готовить надо да и прибрать. (точка - это пауза на новый вдох, чтобы выдать следующую очередь.) Представь у меня у племянницы второй ребёнок четре месяца назад родился дак вот она теперь...

Следующие полчаса для Саши прошли (го)(вно)душно. Начиная от пути до машины, затем чистки своей подруги щёткой от снега, на фоне безусловно присутствовали реплики Эльзы Мля Шаурменовны. Она трещала про погоду в Гвадалахаре, пользу маск для лица из плацент жужелиц, воскресенские поборы в прошлый субботник в ТЮЗе, где она имеет честь быть председателем, при этом каждый раз обращаясь к Александре с вопросами типа "Как тебе это?", или "Что ты об этом думаешь?". После каждой такой мини-паузы, Эльза Мля Острощербетная замолкала (воистину, будто бы поток слов отрезáли острым ножом) и уставлялась на Сашу, давя на неё глазами и принуждая к ответу. Хотя бы к какому-то. Этим самым Эльза Мля Бронивелопоносная вынуждала девушку хоть как-то следить за разговором и выдавать пусть даже одно-два осмысленных слова, не позволяя ей абстрагироваться и откреститься от этой лишённой логики движухи, чтобы тратить меньше энергии.

Это портило Саше настроение. А ведь на смене, даже блин, пусть не особо много, но удалось покимарить.

Когда они сели в её машину и Саша начала сдавать назад, выворачивать по парковке, на которую пришли невыспавшиеся люди, чтобы вернуться в своих движимых собственностях домой, Эльза Мля Сигаретовна вопила и охала, эхала и металась в пределах пассажирского кресла, забивая обзор справа, зеркало заднего вида и посекундно трогая Александру за плечо, руку, указывая пальцем туда-сюда с соответствующими словами, чтоб Саша именно туда обратила своё внимание в первую очередь и в целом вела себя пи*дец дёрганно.

Когда она всё-таки вывернула по парковке эти двадцать несчастных метров, Эльза Мля Откупорена сбавила темп своих нападок и уже продолжила изъясняться и одёргивать девушку в стиле предыдущего словоизвержения.

Какая-то мысль мелькала весь путь на периферии ощущений Александры, но необходимость следить за дорогой не позволяла уделить ей должного внимания - для безаварийного вождения в этой, мать её, стрессовой ситуации, сжигались накопленные ранее резервы покоя, любопытства и отдыха, полученные за эту ночь вдохновенными откровениями новым способом думания.

05. Анализ, один из.

Подвешенная в пустоте, девушка пыталась оглядеться. Но пока слабо понимала, как это провернуть. Опереться вниманием было не на что.

- Ну как, что-нибудь вспомнила? - раздался мужской голос. Девушка попыталась вздрогнуть, выстрелив эмоцией без возможности действия.

- Где я? Кто здесь? - исторгла она из себя.

- Нда... Не просто с тобой будет, - задумчиво проскрипело нечто. - Тогда попробуем ещё вот так, - начал он сплетать управляющие контуры, когда девушку опять стало засасывать в воронку личности.

- Ты теперь долго будешь тусить там. Я в полглаза пригляжу. Но, если не справишься, тебе пиз*ец. - напутствовал он дитё.

- Не-е-е-ет! - кричала девушка, которую отправляли обратно.

Чего-то ей не хотелось возвращаться.

---

На обратном пути из сна Александра приостановилась на грани.

"Где это я была?" - думала она, вспомнив уже себя-"настоящую", и не забыв только что происшедшее.

Где-то с края внимания лежало её тяжеловатое тело.

Сильного разделения на сон и реальность в этом состоянии нету, потому память не испытывает дискомфорта или напряжённости в попытке переплести понимание непринятого, подобно как в мире её себя-обычной. Потому что при этом не используется память неподготовленного тела.

Саша вздохнула. Она прекрасно отдавала себе отчёт, что тяжёлая её часть с головы до ног спутана вязью мира и его обитателей. И, всё же, бросить эту свою часть она пока не могла.

Ещё существовал микроскопический шанс. С гулькин... Нос надежда, что...

Смещение в тело, предпринятое во избежание раскрытия тяжёлой части себя некоторой подсказки, ибо пока не заслужила, произошло мгновенно. Вот только что она могла помнить обе свои половины, точнее себя вне Саши, и себя-Сашу, и вдруг вновь осталась только последняя её часть.

Открыв глаза и возвращаясь в мир, в её памяти ещё крутились какие-то мысли, намёки о чём-то интересном, но, с головы пошёл сигнал подвигать пальцами и тело, ощутив себя вправе, начало вольготно закидывать сознание Саши мегатоннами информации, рассказывая ей о своём устройстве, отношениях, перенесённых событиях, устоявшихся рефлексах, её роли в этом мире и далее, далее, далее.

В итоге "та" личность пересобралась здесь, в этом мире. Со своими ограничениями и закидонами.

Саша поднесла руку к лицу и какое-то время изучала свою ладошку. В меру изящные пальцы, витиеватые узоры линий, шрам от падения в детстве с велосипеда.

"Блин. Ведь снилось же что-то интересное. Почему я практически не запоминаю сны? Только ощущение, что что-то интересное было." - вздохнула она про себя, потянувшись мыслями к "чего же день нам сей готовит?".

"Подработка? Ну нафиг. С может встретиться, покуралесить?" - это Саша прикидывала, зайдя в ванную в одних тапочках для утреннего (в два часа дня, Карл) моциона.

Передислоцировавшись на кухню, она лишь мельком глянула на накаррикатуренную намедни ересь, решив что "Нееет. Пока хватит задвигов. И так, пока эту чушь писала, думала остатки мозгов расплавятся и через уши вытекут." - мысленно она открестилась от сотворённой ею накануне ё*ани.

Итак, в свой отсыпной Александра захомутала подругу, и вечером им удалось накиряться в сауне, поплескаться в бассейне и не порвать бильярдное сукно. Дважды.

Между прочим, это приогромное достижение и нелёгкий труд - в выходной, холодный день отыскать сауну без брони заранее и сохранить печень. Тьфу-тьфу-тьфу.

Проснувшись утром не в своей постели, но в знакомой обстановке, Саша определила себя как в гостях у Мули. Пусть это будет позывной никнейм её подруги.

- Му-уля-а, - пересохшим, подхрипшим горлом позвала ту Саша и пихнула пару раз горб, образовавшийся на кровати из одеяла и предположительного его содержимого.

Горб не отозвался, хотя начинка его, судя по консистенции, была определена примерно правильно. Поняв, что пока предоставлена сама себе, Саша вылезла из-под одеяла, в одних трусах-шортах пройдя на кухню. Пригубила минералки.

В голове лёгонькой киянкой долбогном свидетельствовал перед реальностью своё право на существование.

- Опять, что-ли, после вискаря вино пили? - пробуя голос на вкус/звук спросила Саша подросшую за ночь батарею бутылок в углу, выбрасываемых Мулей только перед свиданкой с каким-нибудь ещё одним в чём-то примечательным парнем. - "Коллекционирует она их, что ли?" - хмуро прикинула девушка, сделав ещё глоток прохладненькой и шипящей.

Женская любовь Сашу когда-то интересовала, да и была не чужда подругам, но совсем в неё они не заигрывались. Как-то выросли, что-ли? Или просто себя в ней не видели? По обоюдному мнению, когда в один из разов кратковременного приятного запоя они это обсуждали, девушки сошлись на том, что "а и не так уж это и прикольно". Типа разрядка есть, но, блин, не полная. Так что проснуться в обнимку с подругой было у них скорее ритуалом восполнения дефицита тепла, прикосновений, запаха.

Саша потянулась за сигаретами Мули и прикурила. Подруга привыкла курить на кухне, так что Александра, как гордая женщина, тянущая ипотеку, вобрала в себя струйку дыма, медленно выпустив её через нос.

Нет, Саша баловала себя этим редко. Она ЗОЖ!

Ну... Почти.

Итого был выходной. Воскресенье. Даблстрайк для сменного персонала, так сказать.

Вчера что-то накатило и ей захотелось уйти в отрыв. Переключить внимание, отдохнуть. А сегодня начинался обычный, очередной рабочий день.

Саша сидела, переключившись уже на горяченький, растворимый кофе с молоком. Муля застала её на третьей сигарете.

- Саня, ты со своим причесоном выглядишь будто одуван... Только тёмный, - прыснула она со смеха, но, также помня о утверждающем своё существование долбогноме, не слишком громко.

Александра в задумчивости смотрела на хорошенький такой, крупный бутерброд, составленный из усекновлённых недавно ржаного хлеба (от дрожжей жиреют!), шматка куриного рулета (диетическое ж!) и сы-ы-ыра (молóчка ведь!).