Ведьма, которая все делала не так

ГЛАВА 1. День, когда все полетело к чёрту

Утро было приятным – сонно-солнечным, уже не холодным, но еще по весеннему зябким. Май. Люблю этот месяц. Душная летняя жара еще не наступила, краски природы пока на удивление свежие, яркие, чистые. Однако в это утро все это меня не радовало. Я сидела за столом и отхлебывала обжигающе горячий кофе вприкуску с мороженым. Мама сидела напротив и смаковала точно такой же завтрак. Да! При этом мы чинно вели светскую беседу, от которой мое настроение летело в тартарары с веселым свистом.

- Мама, ты что – наложила на меня венец безбрачия? – Ужаснулась я, осознав, что именно только что услышала.

- Ну что ты, доча, я такой ерундой не занимаюсь, - отмахнулась она и на душе у меня полегчало, но ненадолго, - эти дурацкие венцы – та еще мутота, к тому же, слабая это магия. А вот проклятия – это да, это по моей части. Люблю, могу, творю и все это с превеликим удовольствием.

- Ты что же, - у меня даже голос перехватило от возмущения, - на меня … то есть меня…

Она кивнула.

- Я забочусь о тебе, - поучительно сказала мама и нырнула своей ложкой в мое мороженое, я с возмущением отодвинула от нее блюдце, - и о себе тоже. Нам же хорошо вдвоем, разве нет? Мы отлично ладим, лучше, чем ты с твоими дурацкими подругами.

- Ага, которых у меня больше нет, - я поперхнулась от мысли, которая неожиданно пришла в мою голову, - погоди – так это тоже твоих рук дело? Но зачем?

- Чтобы ты всегда была со мной, радость моя, - ласково пропела мама и снова потянулась к моему мороженому, но получила грязной ложкой по руке, - это что сейчас было?

- А ты как думаешь? – Я вскочила. – То есть ты навела на меня такое проклятие, чтобы я…

- Не выскочила замуж, - спокойно завершила она и таки дотянулась до моего мороженого, - и потом, я тебе сто раз говорила, что подругам доверять нельзя, это те еще змеюки.

- Мои подруги не змеюки, ясно тебе! – В гневе завопила я и с размаху выплеснула свое мороженое в раковину. – Ешь давай свое мороженое, а мое не трогай! И вообще – как ты это сделала? Зачем? Это из-за тебя я до сих пор, в свои тридцать лет, не замужем?

- Все мужики – сексуально озабоченные козлы, - поучительно сказала моя маманя и прищурилась, - вон твой драгоценный папочка, едва заделав тебя слинял торпедой в горизонт. Думаешь, я своей дочери такого желала бы?

- У меня так не будет, - хрипло сказала я и выхватила у матери кружку, мне срочно понадобилось промочить горло, а мой кофе закончился, - с чего ты решила, что моя личная жизнь будет развиваться по твоему сценарию?

- Уже развивается, - она слегка усмехнулась, - как видишь, мама позаботилась о тебе. Ну, малышка, что не так-то? Посмотри на себя, да ты же у меня умница, университет с красным дипломом закончила, уже до заместителя директора по связям доросла в твои-то годы. А будь у тебя мужик ты бы сейчас только памперсы стирать закончила. Так что не упрямься и скажи маме спасибо.

- Спасибо! – Яростно выпалила я, вложив в интонации столько яду, сколько смогла накопить за свою жизнь. – Спасибо, мамуля, за то, что лишила меня возможности полюбить и быть любимой, за то, что лишила подруг и поклонников, а за то, что обрекла на бездетную жизнь – особое спасибо.

- Ой, да могла бы так и не переживать, - она сделала пренебрежительный жест своей изящной рукой, - что эти твои драгоценные поклоннички могли тебе дать? Две минуты в постели? Полтора прожиточных минимума и нежное пузико, набирающее вес отдельно от хозяина? Тощую серую жилплощадь в загаженной панельке? Ха! Ну давай, повспоминаем чего ты, бедная дочурка, лишилась. Как насчет Толика-католика, которому лишь после свадьбы можно «давай-давай»? А если б после свадьбы выяснилось, что у него это «давай» длится всего пять секунд и то по большим праздникам? Да ты бы его возненавидела!

- Вот только не надо обсуждать моих бывших парней, - я снова села за стол, едва сдерживаясь от желания перевернуть его и похоронить собственную мать под грязными чашками, крошками и тяжелой столешницей.

- Парней! – Насмешливо откликнулась она. – Хахалей твоих безмозглых, ухажеров бесталанных и занудных дурошлепов. Вон Антошечка как тебе в глаза заглядывал, а сам жил у тебя на шее, палец о палец не ударив. Славику вообще кроме постели ничего не надо было – ни детей, ни женитьбы, ни чувств. К тому же он был бабник. Вот за него ты мне отдельное спасибо должна, дочь, и не надо так пыхтеть. Разве нам плохо живется вдвоем? Зря только деньги переводишь, пытаясь накопить на квартиру. Лучше бы мне их отдала.

Я даже дар речи потеряла от такой наглости.

- Так что там с моим отцом? – Металлическим голосом спросила я, проглотив все то доброе и вечное, что хотела ей сообщить. – Я хочу с ним увидеться.

- Ты его видела. – Мама встала, поправила пояс халата и принялась мыть кружки.

- Это было двадцать лет назад! – Снова взорвалась я. – Мне тогда едва исполнилось десять.

Она кивнула, усердно оттирая кружки от кофейного осадка.

- И что же – все это время он не пытался связаться с тобой? Не хотел меня увидеть? – Продолжала настаивать я. Мать пожала плечами.

- Пытался. Пару раз. Но я ему все сказала. Так что с тех пор не пытается. Зачем он тебе, этот унылый старикан?

- А может быть я скучаю по отцу! – Аж задохнулась я. Меня трясло. Ее манера беспардонно влезать в мою жизнь и все строить по своему плану просто вымораживала меня. – Может я хочу увидеться с ним?

ГЛАВА 2. Веселая поездка

- Мать, ты меня совсем убить решила, окончательно и бесповоротно? – Завопила я, хлопая глазами. – В эту провинцию? Да тьфу пятнадцать раз на это место! Я туда не поеду!

- Поедешь! – Отрезала мама и наконец стащила со шкафа чемодан, отчего в комнате началась маленькая пыльная буря. – Твои бабуля с дедулей уже весьма немолоды. Возможно, ты их вообще больше никогда не увидишь.

- Я их столько лет не видела, вполне переживу, - я пнула чемодан пяткой, пытаясь загнать его под диван, но мама придержала его и укоризненно глянула снизу вверх.

- Чего ты бесишься? Отдохнешь маленько, пообщаешься с родней. Все равно же работы пока нет. А деньги – есть.

- Это все ты виновата! – Продолжала я бушевать, сжимая кулаки. – Ты, поди, своей ворожбой меня работы лишила! А главное – зачем? Чтобы сослать меня в дальнюю провинцию, пятый поворот за жопой мира?

- Ну-ну, - мама наконец справилась с застежками и чемодан приветливо оскалился своей гиппопотамьей пастью, - не надо так кипятиться. Съездишь, отдохнешь, а потом вернешься и мы откроем свое дело. И не смотри на меня так, не продырявишь. Я тебе давно уже говорила, что эта ваша компания – сборище шовинистов и от тебя все равно избавятся. А когда мы откроем свое дело, они еще будут вокруг бегать и в глаза нам заглядывать. Кто выживет, разумеется, - тихо пробормотала она себе под нос, - никто не смеет обижать мою дочь. Кроме меня. Но мне можно, я мать. А они все должны пожалеть и пожалеют!

На последних словах она повысила голос и выпрямилась во весь рост, встав передо мной с вызывающим видом. Я вздохнула и забралась на диван с ногами.

- Давай же, соберись, - с раздражением сказала мама, распахнув мой шкаф, - иначе я тебе накидаю одежды на свое усмотрение. А оно тебе, обычно, не нравится.

Нехотя я сползла с дивана и зависла перед распахнутым шкафом, уныло изучая его нутро.

- Я надолго туда еду? – Осведомилась я, не поворачивая головы.

- Надолго, - мама вынырнула у меня из-за плеча и зачем-то выхватила из шкафа плечики с теплыми платьями, - примерно на год. Для начала. А там видно будет. Бабуля сдает, ей нужна помощь по дому. Она мне каждый день по телефону жалуется, как она страдает после простейших домашних дел. Помыла посуду – легла отдохнуть. Помыла пол – вообще слегла полумертвая и так далее.

- А почему я это только сейчас узнаю? – Негодующе спросила я, выхватывая у нее платья и охапкой сгружая джинсы на диван. – Предупредить нельзя было?

- Нельзя, - отрезала мама и кинула в чемодан мои заношенные тапки. Вздохнув, я швырнула в нее одним тапком и скорбно сообщила:

- Доктор, меня все игнорируют.

- Следующий! – Ехидно ответила мама, которая тоже знала этот анекдот. – А если серьезно – решение пришлось принимать в спешке. Бабуле с каждым днем все хуже. Вчера ее чуть в больницу не увезли, но она побоялась оставлять дедулю одного, ты же знаешь, как ему трудно ориентироваться в быту. Так что нужен кто-то в доме на такой вот случай, а то дедуля запросто может помереть от голода просто потому, что не догадается открыть холодильник или не вспомнит как варить пельмени.

- Мда. Вот ты и нашла няньку для наших старичков. – Мрачно ответила я и решительно отпихнула маму от чемодана, пока она не напихала туда купальников с валенками вперемешку. – Я не то, чтобы против … надо помочь – помогу. Но почему ты просто не сказала мне?

Мама пожала плечами, уселась на диван и принялась наблюдать за моими сборами.

- Оставь это, потом службой доставки тебе перешлю, - наконец выдала она разумную мысль, глядя как я безуспешно пытаюсь утолкать в чемодан водолазки, - я бы и сама поехала, но ты же знаешь – у меня работа, ковен … я не могу.

Я вздохнула самым душераздирающим образом. Ковен. Он так и не стал мне семьей. Зато мама дневала и ночевала на квартире, что служила им штабом, постоянно решая проблемы других ведьм. Она дежурила через день, однако частенько забывала об этом и проводила там куда больше времени.

- Билет, - протянула я руку, когда наконец покончила с чемоданом, - и надо бы еще в магазин сходить, купить чего-нибудь из еды.

- Была бы ты нормальной ведьмой – тебя бы и так покормили, - посетовала мама, - особо уговаривать бы не пришлось. Как много проблем решает владение магическими навыками.

- Чего не дано – того не дано, - пожала я плечами, сосредоточенно копаясь в документах в поисках паспорта, - между прочим, у меня на эту тему есть огромная претензия именно к тебе – ты же мой производитель. Сама виновата, что родила бракованную девочку.

- Дык доча – тебе уже сколько лет? Пятилетняя гарантия давно закончилась, - улыбнулась мама этой нашей затертой шутке, - но кое-какие амулеты я тебе все-таки дам, мало ли какие попутчики будут. Пригодятся.

- И что я буду с ними делать? – Сердито повернулась я к ней лицом. – Носить для красоты? Продать на черном рынке, если обнищаю? Ты же прекрасно знаешь, что я не смогу их наполнить – во мне нет ни капли магической энергии.

- Я заряжу их, - она рассеянно махнула рукой и встала с дивана, - тебе денег дать? Только умоляю – не покупай эти дурацкие хлебцы и прочую диетическую лабуду! Теперь-то уже какая разница что жрать? Расслабься и тупо живи. Ну или как получится.

Я насупилась. Еще со школьных лет я страдала предрасположенностью к повышенной эффектности фигуры. И стоило упустить момент, как эффектность становилась просто бомбической и принималась вываливаться из лифчика и прочей одежды.

ГЛАВА 3. Сватовство

- Бабуль, я все-таки не поняла – так мама тебя посвятила в свои планы или нет? – Недоуменно спросила я. Бабушка беспечно отмахнулась.

- Да, и мы даже поссорились из-за этого. Потому что твоя мать – дура. – Она отхлебнула чая из огромной, украшенной цветами пиалы. – Я ей сразу сказала, не нужно проклинать тебя. Я говорила ей – девочка захочет замуж. Ей всего-то надо было найти тебе подходящего мужика и приворожить его.

Я поперхнулась чаем.

- И потом – а как же наш род, наша кровь? – Бабуля откусила от крохотной хрустящей булочки, которая была размером с подушечку большого пальца. – Ты должна родить! Вдруг у твоей дочери все-таки проснется дар? – Наставительно сказала она, отчего чай вообще пошел у меня носом.

- Вы обе с ума сошли, что ли? – Медленно спросила я. – А как насчет моего мнения? Да, насчет замужества я, допустим, не против. Но рожать! Извини, бабуля, но может быть нечего лезть в мою личную жизнь? Когда решу, тогда и рожу.

- Когда решишь – уже поздно будет, - сварливо сказала бабуля, лихо закидывая в рот конфету, - надо сейчас, пока и здоровье есть, и силы, и по-женски … кстати, у тебя хоть для постельных утех мужик-то есть? Для здоровьица женского?

- Бабуля! – Возмущенно возопила я и закатила глаза. Нет, это совершенно невозможная семейка, что бабуля, что ее дочь – моя мама – обе совершенно не считают зазорным влезать в мою жизнь со своими директивами.

- Значит так! – Отчеканила я. – Я иду спать. А все эти ваши планы с замужеством и незамужеством – идут к чертям верблюжьим! Я вообще не желаю больше поднимать эту тему!

- А как же ребеночек? – Невинным голосом спросила бабуля, прихлебывая чай.

- И ребеночка туда же! – Рявкнула я не своим голосом. – Отстаньте от меня! И вообще – моя жизнь меня пока вполне устраивает, не лезьте в нее своими грязными руками.

Бабушка осуждающе покачала головой, продолжая молча прихлебывать чай. Я резко развернулась и ушла в свою комнату. Да что ж это такое! Почему всем есть дело до моей личной жизни? Нет, верно мне говорила моя приятельница Маруська еще десять лет тому назад: от такой семьи валить нужно не оглядываясь, а если при этом слетел тапок – сбросить второй и дальше бежать босиком!

Однако на третий день пребывания здесь, когда я уже расслабилась и решила, что бабуля смирилась с моим выбором, я неожиданно получила под дых. Утром … ну, почти утром – без четверти полдень ведь формально утро, да? Короче, довольно хорошенечко выспавшись, я выползла на кухню, чтобы размочить горлышко водичкой и натолкнулась на странного гостя, которого бабуля усердно поила чаем. Я ошеломленно моргнула. За столом сидел дородный румяный мужик с лукавыми узкими глазками и щурясь шумно прихлебывал чай из пиалы размером с тазик.

- Ззз … здрасте, - пробормотала я, оглядывая стол в надежде ухватить что-нибудь, чем можно будет позавтракать в своей комнате.

- Милая моя, ты только проснулась? Ну ничего себе! Уже почти двенадцать, разве можно столько спать? – Мягко пожурила меня бабушка, взглянув на меня через плечо.

- Ба, у меня этот, как его, - я все никак не могла отвести взгляда от гостя, - отпуск у меня. А это ваш сосед?

Мужик вдруг оживился и положил обгрызенную баранку на стол, попутно усеяв все вокруг крошками.

- Сосэээд, сосэээд, - важно протянул он и прищурился, отчего его узенькие щелки глаз и вовсе утонули в щеках, - Байхарам мэня зовут. Пришел вот знакомыться со своэй новый жэной.

Я перестала дышать. Потом тоже прищурилась, чувствуя как гнев поднимается во мне, заставляя все тело покрываться мурашками, а кончики пальцев – дрожать.

- Женой? Я вроде не ищу себе мужа, - ледяным голосом сказала я и отвернулась, намереваясь уйти. Аппетит пропал окончательно. Но бабушка схватила меня за плечи и с неожиданной энергией втолкнула обратно в кухню.

- Байи хороший человек, - она силой усадила меня на табурет, - мы все так замуж выходили, ничего, привыкнешь, полюбишь.

Сосед усиленно кивал, улыбаясь так, что его круглые щечки смешно подпирали уши.

- Мнэ нужэн вторая жэна, - пояснил он и оттяпал сразу половину баранки, - первый жэна не очэнь – одын дэвочка родыла и большэ всё. Но ее папа – большой чэловек, важный, он нэ даст нам разводыться. Нэ позволит.

Бабушка с трудом впихнула в мои трясущиеся от ярости руки чашку с чаем.

- Что тут такого? – Продолжала она вкрадчиво напевать мне на ухо. – Ну выйдешь за Байхарамчика, родишь ему сыночка, станешь любимой женой. А та, что первая, будет тебе ноги мыть да стряпню стряпать. Всю грязную работу смело сложишь на нее, а сама жизнь радуйся. Трудно тебе, что ли?

- Да, да, - важно покивал жирдяй, - жэна с сыном – становится главной, важной в сэмье. Будешь рожать мне сыновэй – та ничэго не значит, станэт пустой мэстом. А ты будэшь любимой, обожаемой жэной, будэшь в золоте ходыть. – И он, с довольной рожей, отхлебнул сразу половину своего тазика с чаем.

Я вскочила на ноги, больше не в силах выносить всего этого.

- Уважаемый Бай-кого-то-там, вам пора уходить, - отчеканила я, - приходите еще, только предупредите заранее – чтобы я могла мигрировать куда-нибудь в соседнее государство. Бабушка заварит вам самый большой тазик чая, будете с ней обсуждать радости семейной жизни. А мне пора, прощайте.

ГЛАВА 4. Внезапный помощник внезапной ведьмы

В себя я пришла только когда оказалась окружена густой темнотой и звездами. Отдышавшись, я огляделась, понимая, что в горячке умудрилась забраться на самую верхотуру – на вершину горы. Понятия не имею как мне это удалось, все эти походы по горным тропам обычно заканчивались для меня очень быстро по причине боли в ногах и одышки. Я ощущала боль в изодранных лодыжках, но это было таким пустяком по сравнению с тем, что я сейчас чувствовала внутри себя! Мне казалось, что мое тело превратилось в тонюсенькую оболочку, заполненную распирающим огненным облаком, колющим, царапающим, жгущим меня изнутри. Не в силах больше сдерживать клокочущую ярость я зачем-то вскинула руки и закричала страшным хриплым криком. Гора под ногами вздрогнула. Где-то звонко ухнул камень о камень. Я сжала кулаки. Закрыла глаза и подняла лицо к холодным звездам. От второго крика земля под моими ногами мягко заколебалась, а руки заболели – с такой силой я их стиснула. Испуская третий вопль, я резким движением раскинула их в стороны и вокруг меня вдруг затрещало, загудело, гора резко подпрыгнула, ударив меня по голым пяткам. Но я уже не могла остановиться: я кричала, орала, завывала, рычала как сумасшедшая, ощущая какое-то пьянящее удовольствие. Камни скрежетали, лопались скалы, с шумным шелестом обрушились по склону выдранные с корнями хилые деревца. Наконец что-то оглушительно щелкнуло, небо налилось ослепляющей белизной, гора лопнула прямо передо мной, изобразив кривую усмешку от горизонта слева до горизонта справа. Она расселась, рассыпалась, заполнив все пространство передо мной мелким щебнем вперемешку с землей и обнажив блестящие изломы скал. Медленно вдохнув, затем выдохнув, я осторожно опустила голову и замерла в потрясении: у меня получилось. Не знаю что́ именно, но выходит никакая я не пустышка. Просто ковен как-то неправильно проверял меня … либо я была недостаточно злая в тот момент … не знаю. Но вот тут, прямо у моих ног, начинался обрыв, который я только что сотворила. Оглядевшись по сторонам, я обнаружила, что справа от меня все изрыто и перекопано, будто там рылся гибрид крота и гризли, а слева сформировалась довольно протяженная осыпь.

- Ни хрена ж себе, - сипло прошептала я сорванным голосом и снова глянула в свеженькую пропасть, где под выпученным глазом полной луны сверкали и искрились какие-то скальные породы, - охренеть! Вот это я понимаю – психотерапия на всю катушку.

И в этот момент я вдруг почувствовала, что исчезло то давление, которое наполняло меня в последнее время. Я была опустошена. Я устала до изнеможения. И понятия не имела как теперь покинуть эту гору, которую мне каким-то чудом удалось посечь со всех сторон своими дикими воплями. Жаль я раньше не знала об этом своем таланте! А то б взвизгнула пару-тройку раз в кабинете генерального…

- Недурно, недурно, - вкрадчивый шелестящий голос так неожиданно оборвал мои мечты, что я вздрогнула, потеряла равновесие и едва не рухнула в свежесотворенную пропасть. Что-то мягкое, но очень холодное подхватило меня, обвило и толкнуло на плоский кусок скалы.

- Отличная работа, госпожа, - обладатель голоса выскользнул у меня из-за спины. Это было странное, очень нескладное животное: крупное, угловатое, с длинным хвостом и небольшой округлой головой, - приятно наконец повстречать ведьму с достойным уважения потенциалом.

- Надо же как, я – ведьма! – Вяло удивилась я, на иные чувства сил уже не было.

- Именно и неоспоримо. И я бы на твоем месте только радовался этому. Как давно у тебя не было мужчины?

- Тебя это не касается! – Прошипела я. Еще один разведчик глубин моей души, да что ж это такое-то!

- Твоя сила совершенно необычайна, я только это и имел в виду, - прихмыкнуло существо, - мне наплевать на твою личную жизнь. Но признайся себе честно – ты слишком много лет держала внутри себя и эмоции, и страсть, и желание. Ты, с твоими возможностями, вообще-то способна отправить этот мир в черные глубины, причем в виде мельчайших осколков. И тебе нужно имя.

- У меня уже есть имя, - недовольно заметила я, поджав ноги. Сидеть на холодном камне – то еще удовольствие.

- Оно – было, - веско проговорило существо, - но теперь ты – карранта, ты переродилась и нуждаешься в новом имени. И благо для тебя, что рядом оказался я – потому что нерожденные тоже могут нарекать ведьм. Итак, я нарекаю тебя А́гна.

Агна! Я фыркнула, затем задумалась. Похоже на греческое слово, которое переводится как борьба и огонь. Что ж, это мне подходит.

- Ладно, - я устала и мне уже было все равно, - а ты-то кто такой? Откуда взялся тут?

Существо выдержало паузу и с гордостью заявило:

- Я – нерожденный. Дух, если хочешь, но на самом деле это неверно. Я все-таки материален. И ты меня пробудила от сна, которому я предавался в недрах этой горы последнюю тысячу лет или около того. Для меня честь оказаться рядом с настолько сильной каррантой, я готов служить тебе. Приказывай, карранта. Хочешь, я уничтожу поселок, из которого ты пришла? Я чувствую, что он тебе не нравится.

У меня закружилась голова.

- Отставить уничтожить, - слабо сказала я, - мне б пожрать. А то все эти переживания с расщеплением гор много сил отнимают. Кстати, а как мне к тебе обращаться – имя-то у тебя есть?

- Есть, - я вздрогнула, судя по голосу это тип уже расположился у самых моих ног, - меня зовут Магна́рц. Многие тысячи лет мои сородичи сопровождали ведьм и служили им, а потом эти кичливые самодовольные бабы решили, что и сами неплохо справятся. Так что нам пришлось уйти. Впрочем, некоторые из вас – те, что поумнее – своих напарников прогонять не стали, а придали им безобидный облик.

ГЛАВА 5. Новый дом, новые заботы

Меня почему-то постоянно заваливало на правый бок. Я едва успевала следить за взмахами длинного хвоста Магнарца боясь отстать. При этом непрерывно боролась с гравитацией, которая как тот самый волчок из колыбельной тащила меня за бочок. С трудом мне удалось наконец выравнять полет, но тут Магнарц неожиданным движением резко вздернул себя вверх и замедлил ход приземляясь. Я поступила проще – просто рухнула кувырком, матерясь сквозь землю и траву, моментально забившие мой рот.

- Ну-ну, попрактикуемся еще с этим, - прозвучало надо мной снисходительным тоном, - ты пока посиди здесь, а я слетаю, поищу нам жилище на первое время.

Я раздраженно вытерла лицо локтем и принялась выбирать мусор из волос.

- Нам бы на первое время еще и денег, - заметила я, - что толку от жилья, если в нем жрать нечего?

- Я позабочусь обо всем, моя карранта, - вкрадчиво проговорил Магнарц, припал грудью к земле, оттолкнулся своими огромными крепкими лапами и исчез в темноте. Я огляделась. Кажется, мы приземлились на окраине какого-то то ли поселка, то ли городка, который таинственно подмигивал мне редкими огоньками. Судя по всему, я сидела на холме. Или это было предгорье? Я моментально замерзла в своем тонком сарафане, к тому же изодранном во время неизящного приземления. Несмотря на столь странную ситуацию, возможные опасности и прочие напрягающие моменты, вскоре я свернулась калачиком под каким-то кустом и задремала.

- Проснись, моя госпожа, - разбудил меня горячий шепот и в ухо мне кто-то задышал странным холодом, - сейчас ты сможешь выспаться в совершенно чудесной кровати.

- Да? Надеюсь, в ней кроме меня никого не будет. – Сонно сказала я, пытаясь выбраться из-под куста. Магнарц подцепил меня лапой и одним легким движением выдернул наружу.

- Разумеется нет. – Укоризненно ответил он и обмахнул меня хвостом от травы и листьев. – Я же говорил, что обо всем позабочусь. Теперь это твой дом, моя карранта.

- Как это? – Тупо переспросила я. – Да ладно, пофиг. Потом разберусь. Только я не уверена, что смогу повторить этот фокус с крыльями.

- И не надо, - хмыкнул мой помощник, - сейчас будет очень сложный полет, много чего огибать придется. Садись на меня. Только уши не трогай.

Кое-как устроившись на мохнатой спине с выпуклым хребтом, я вцепилась в шерсть и мы принялись набирать высоту. Затем резко спикировали вниз, так что ветер загудел у меня в ушах. Тут я прямо скажем ужасно замерзла. Но пожаловаться не успела – мы ворвались на улицы того самого поселка и принялись ловко лавировать между поворотами, заборами, деревьями, домами и чем-то еще, что я не успевала заметить. Несколько раз Магнарц поднимался довольно высоко, хотя по большей части старался держаться поближе к земле, как я заметила. Неожиданно светлые улицы пропали – мы снова очутились в темноте, однако Магнарцу это ничуть не мешало ориентироваться. Красиво обогнув какой-то не то дом, не то чудовищных размеров сарай, он довольно долго летел по прямой. Тут только я поняла, что мы пересекаем лес. Или рощу. Короче, деревья, между которыми вилась тропа, а над тропой вились мы. Наконец она уперлась в высоченный забор с огромными металлическими воротами. Перелетев через них, Магнарц тяжело плюхнулся на землю и принялся отдуваться.

- Послушай, но в доме горит свет, - неуверенно заметила я. Тот небрежно махнул хвостом и прошествовал к двери. Интересно, что он сказал хозяевам? Помогите, мол, тут одна ведьма заблудилась? Ага, прилетел такой котопёс и вдруг заговорил человеческим голосом. Хозяева дома, поди, моментально с ума сошли. Но все оказалось еще проще.

- В сарай только не ходи, - вдруг посоветовал он, распахивая дверь лапою, - там этот лежит. Который жил здесь.

Лежит? Почему в сарае? Он что – настолько великодушен, что весь дом, целиком, благородно отдал мне в пользование, а сам лег спать в сарае? И лишь через несколько минут до меня дошел смысл сказанного.

- В смысле – ты убил его? – Ужаснулась я. – Зачем?

- Чтобы вопросов не задавал. – Магнарц оглядел огромный светлый холл с окнами во всю стену. – И потом – мне нежелательно разговаривать с кем-то кроме тебя.

- Но убивать-то зачем? – Возмутилась я.

Он повернулся ко мне и прищурился.

- А что ты предлагаешь? Судя по обстановке денег ему хватало со свистом. Попросить? Я тебя умоляю! Не заботься о других, думай о себе. Здесь жил какой-то одинокий, до ужаса богатый мужик. Считай, он тебе оставил наследство. Так что тема закрыта.

Я поморщилась, ощущая как начинает колоть в висках.

- Ладно. Хрен с тобой, золотая рыбка. Убил так убил, оживлять я пока не умею. – Устало ответила я, медленно поворачиваясь, чтобы оглядеться. – Может стоит его прикопать? Вонять же будет.

- Я же сказал, что позаботился обо всем, - с раздражением проворчал Магнарц, - иди, давай … моя карранта, - вдруг спохватился он, добавив в голос елея, - приведи себя в порядок, отдохни. Кстати, а еще я открыл сейф. Так что деньги у тебя теперь тоже есть.

Тоскливо вздохнув, я попыталась избавиться от мук совести, понимая, что эта странная тварь приняла решение абсолютно самостоятельно, не советуясь со мной. Стало быть, моей вины в этом нет. Чтобы прогнать странные мысли, я быстро отыскала кухню и принялась открывать все подряд, поскольку голод не только вернулся ко мне, но и похоже привел всю свою родню. Наскоро перекусив, я приняла душ и легла спать. Утро вечера мудренее. Может утром я смогу придумать, как подчинить себе этого духа – или кто он там? Надо бы хорошенечко поговорить с ним насчет возможных убийств. Пусть в следующий раз спрашивает у меня разрешения.

ГЛАВА 6. Отличная новость – мы уничтожим этот мир

Прежде чем вернуться в свой новый дом, я все-таки выискала какую-то объездную дорогу в поселок, где жили бабуля с дедулей. Плевать на одежду и бижутерию, что я привезла с собой – куплю новое, но вот мамины артефакты бросать, пожалуй, не стоит. По дороге я все пыталась придумать, что скажу бабуле по поводу своего побега и вообще – а не ждет ли меня там до сих пор мой Ромео размера сто икс эль? Я, конечно, теперь ведьма и даже какая-то там карранта, но пока еще понятия не имею как этим всем пользоваться.

Однако мне повезло – бабули с дедулей не было дома. Полагаю, они ушли на свой привычный променад за лепешкой и молоком к чаю. Чудно. Не задерживаясь у чемодана, я сняла с полки напузную сумочку, в которой лежали мамины амулеты. Полагаю, теперь я способна заряжать их сама. Наверное, я даже изменю их свойства, поскольку мама ведьма с даром не таким, как у меня. Но это все я буду выяснять дома … странно даже, что у меня теперь есть место, которое я могу называть своим домом.

Усевшись в машину, я увидала бабулю с дедулей, которые, опираясь друг на друга, бодро шаркали в сторону дома.

- …засранка эдакая! – Гневно размахивала тростью бабуля, ловко тыкая ею в раскрошенную плитку дорожки. – Сколько ж я для нее сделала – и никакого тебе спасибо. Столько времени и сил угрохала на енту операцию, и толку! А ведь сама она разве теперь выйдет замуж за хорошего человека? Я тебя спрашиваю!

- Э? – Переспросил глуховатый дедуля. – Да кто ж знает, кто его знает.

Он знал о своей проблеме со слухом и потому научился составлять ответы таким образом, чтобы они подходили к любой ситуации.

- Как кто? Я знаю! – Бабуля отпихнула тростью грязного кота, который кинулся им в ноги. – А ну пшел отсюда, зассанец придверный! Еще раз встречу – станешь у меня крысобелкой сумчатой! А ты слушай…

Они скрылись за дверью. Я осторожно прижалась кончиком носа к боковому стеклу, глядя им вслед. Да уж. Похоже я действительно что-то делаю правильно, раз мне уже второй раз подряд мать-луна дарует удачу. Как вовремя я зашла за амулетами! А теперь пора возвращаться, мало ли что там себе надумает Магнарц – может решит еще, что я испугалась и сбежала. Ага, сейчас! Чтобы я сбежала от бугатти и денег, не говоря уже о доме? К тому же, я теперь ведьма, так что бояться мне нечего. Пусть он расскажет мне обо мне – это даже хорошо. А потом пусть немедленно приступает к обучению, я готова как никогда. Мама тайком обучала меня очень простенькому колдовству, для которого не нужны магические дары и внутренняя сила. Так, что-то среднее между гадалкой с шаром и бабой Нюрой с пучком травок. Теперь мне этого мало. Мне нравится моя сила. Я хочу учиться, творить и разрушать, раскрывать амулеты и подчинять стихии, мать-луна и боги всего мира – как же мне это все нравится и хочется!

Однако разговор, как и следовало ожидать, снова пошел не по моему плану. О том, кто такая карранта я узнала немного, благодаря нескольким скупым фразам, которые Магнарц раздраженно процедил сквозь зубы, яростно топорща при этом усы. Казалось, ему не интересно просвещать и обучать меня. Едва я ухватила суть и даже толком не разобралась в услышанном, как он немедленно принялся наступать. Его идея была настолько оригинальна, что я, честно говоря, с ходу ошалела.

- Ты должна подчинить себе этот мир, - настаивал Магнарц, размеренно описывая вокруг меня круги, - у тебя нет выбора, пойми ты это.

- Да нафиг он мне сдался, мир этот дурацкий, - тоскливо вздохнула я, - чего мне с ним делать? На полочку поставить и иногда пыль сдувать?

- Глупая, - он уселся на хвост и негодующе взглянул на меня, - по-твоему я пытаюсь сейчас навязать тебе роль тирана? Тебе вовсе не обязательно быть злобной властительницей. Более того – если твоя власть будет спокойной, без тирании и войн, тебя полюбят и примут. Разве это не лучшая участь для ведьмы?

- Мне б чего-нибудь попроще, - сделала я еще одну попытку сторговаться, - ну, скажем кусочек мира в виде собственного дома с двориком, мужика симпатишного и чашечку кофе. Зачем мне так много? Впрочем, первый пункт уже можно вычеркнуть – этот дом меня вполне устраивает.

Магнарц прищурился и медленно оглядел меня, затем коротко вздохнул.

- Все время забываю, что мне попалась совершенно невежественная ведьма, - в его голосе не было осуждения, скорее констатация факта, - дело в том, что с такой мощью внутри ты должна принять на себя какое-нибудь чрезвычайное дело. Такое, на которое ты эту мощь будешь непрерывно тратить. Скажем … хм, да именно так – власть над этим миром. Ты не представляешь сколько сил это будет у тебя отнимать.

- Тогда у меня еще меньше желания эту самую власть присваивать, - возразила я.

- Да. Я понимаю.

- Я руководила целым отделом в довольно крупной компании, - принялась объяснять я, - это, конечно, не целый мир, но тоже немало. Это такой геморрой всего мозга, которого и врагу не пожелаешь. Ты должен постоянно помнить: что происходит, куда происходит, нафига происходит … что идет не по плану и как этот клятый план выглядит, нужно постоянно отслеживать не косячит ли кто, а если косячит – вовремя исправлять это. Представь себе, какая это огромная ответственность! Знал бы ты как я уставала от этой работы!

- Да. И это я тоже понимаю. Вижу ты хотя бы разумом не обделена.

- Ну спасибо! – Негодующе вскинулась я. – Чудесный комплимент, сейчас завизжу от восторга.

- Подожди. Тут дело в другом. Твоя сила пробудилась, а значит она сейчас быстро растет. И если ты в момент пробуждения дара сумела разрушить кусок горного хребта – представь какого могущества ты вскоре достигнешь.