Ведьма по Вызову ( доставка счастья и неприятностей )

Пролог

За два дня до того, как Варя упала в портал

---

Магический мир, город Тар-Тарра
Магазин «Счастье по вызову»
Среда, раннее утро

---

— Маркиз, снимай с полки четвёртый том! Только аккуратно, там закладка с тысячелистником!

Кот даже ухом не повёл. Он сидел на подоконнике, подставив рыжую морду лучам утреннего солнца, и делал вид, что происходящее его не касается. Пушистый, наглый, с белыми носочками на всех четырёх лапах и одним надорванным ухом — след был от битвы с демоном, но Маркиз предпочитал не вспоминать ту историю.

— Я тебе кому говорю? — Клементина подбоченилась, уперев руки в бока. Маленькая, сухонькая, в цветастом платке и фартуке с вышитыми ромашками, она была похожа на добрую бабушку, которая вместо пирожков варит приворотные зелья.

— Я тебе не табуретка, — лениво отозвался кот, не открывая глаз. — И не носильщик. У меня лапы, между прочим.

— У тебя лапы, которыми ты шесть лет мышей не ловил!

— Я мышей не ловлю принципиально. Они мои коллеги по цеху. Тоже, между прочим, живые существа с правом на достойную смерть от старости.

Клементина закатила глаза и полезла на табуретку сама. В её возрасте это было уже не так легко, как раньше, но кто ж ей поможет, если единственный помощник — говорящий кот с характером сварливого аристократа?

— Ох, Маркиз, — вздохнула она, стаскивая с полки тяжёлый том в кожаном переплёте. — Доживёшь до моих лет — поймёшь, что иногда надо просто делать, а не философствовать.

— Я до твоих лет уже дожил, — хмыкнул кот. — Три раза. Просто ты об этом не знаешь.

Клементина спрыгнула с табуретки, прижимая книгу к груди, и уставилась на кота с подозрением.

— Это ты сейчас серьёзно?

— А это имеет значение? — Маркиз наконец открыл один глаз. Зелёный, умный, с вертикальным зрачком, который выдавал в нём не просто кота, а нечто большее. — Ты лучше скажи, зачем тебе четвёртый том в среду утром? Обычно ты его открываешь только по большим праздникам.

Клементина вздохнула, усаживаясь за старый деревянный стол, заваленный склянками, пучками трав и какими-то непонятными железками.

— Письмо от сестры пришло. Из другого мира. Марья пишет, что совсем плоха стала. Силы уже не те, ритуалы не держатся, а ей помощь нужна. В смысле, нам помощь нужна.

Кот сел, навострив уши (то самое надорванное смешно дрогнуло).

— Конкретнее.

— Она хочет прислать помощницу. Говорит, есть у неё соседка — молодая, толковая, работящая. Правда, без магического образования, но это мы на месте подучим.

Маркиз фыркнул так, что с его усов слетела пылинка.

— Без магического образования? Клементина, ты в своём уме? У нас тут зелья варятся, артефакты хранятся, клиенты с нервными срывами приходят. А ты хочешь взять какую-то… соседку?

— А ты предлагаешь дальше самим кувыркаться? — Клементина обиженно поджала губы. — Я уже старая, Маркиз. Мне скоро Совет Старейшин сдавать отчёт, а у меня в магазине бардак, клиенты жалуются, и одна ты знаешь кто вечно лежит на подоконнике и комментирует!

— Я не комментирую, я анализирую.

— Ты вчера сказал клиентке, что её причёска похожа на гнездо разгневанного воробья!

— Так она и была похожа, — невозмутимо ответил кот. — Я за правду.

Клементина замахала руками, распугав парочку светящихся пыльцов, которые залетели в открытое окно.

— Неважно! Марья обещала, что девушка хорошая. У неё дар, просто спящий. А главное — она не из нашего мира, значит, не связана ни с какими кланами, Гильдиями и прочими интриганами. Чистый лист!

Маркиз спрыгнул с подоконника и мягко приземлился на пол. Подошёл к столу, запрыгнул на стул, со стула — на угол стола, откуда и уставился на Клементину своими жутковатыми зелёными глазищами.

— Ты хоть понимаешь, что ритуал призыва между мирами — это не хухры-мухры? Если Марья ошибётся с координатами, к нам прилетит кто угодно. Гоблин. Тролль. Демон какой-нибудь голодный.

— Не каркай!

— Я не каркаю, я анализирую риски, — кот дёрнул хвостом. — Ты вообще с ней советовалась, прежде чем соглашаться?

— А с кем мне советоваться? — Клементина развела руками. — С тобой? Ты бы всё равно отговорил.

— И правильно бы сделал.

— Маркиз, — старушка вдруг стала серьёзной. Она протянула руку и почесала кота за ухом (тем самым, надорванным). Он дёрнулся, но не ушёл. — Мы не вечные. Я — тем более. Если со мной что случится, магазин закроют, артефакты изымут, а ты так и останешься в кошачьем теле до скончания веков. А эта девочка… вдруг она сможет тебе помочь?

Кот молчал. Шесть лет он искал способ снять проклятие. Шесть лет обшаривал библиотеки, пытал магов, воровал древние свитки. Ничего не работало. А время шло. И Клементина действительно старела.

— Ладно, — буркнул он наконец. — Делай что хочешь. Но если эта твоя соседка окажется истеричкой, которая будет визжать при виде говорящего кота, я её сам обратно отправлю. Пинком под зад.

— Она не будет визжать, — улыбнулась Клементина. — Марья писала, что она очень спокойная. Работает в каком-то агентстве, с людьми общается. Стрессоустойчивая.

— Стрессоустойчивая, — передразнил кот. — Посмотрим.

Клементина раскрыла четвёртый том на странице с закладкой из тысячелистника. Там был нарисован сложный круг с символами на древнем языке.

— Значит так, — деловито сказала она. — Марья сделает призыв оттуда, а я буду держать портал здесь. Главное — чётко произнести имя.

— А имя у неё есть?

— Варя. Варвара Лапушкина.

Кот дёрнул усом.

— Лапушкина? Это вообще законно? Звучит как порода собак.

— Маркиз!

— Молчу-молчу. Но я предупреждал.

Клементина достала кусочек мела и начала чертить круг на полу. Маркиз следил за каждым её движением. Где-то в глубине души (той самой, человеческой, которую он прятал за цинизмом и сарказмом) теплилась надежда. Вдруг эта Лапушкина действительно что-то изменит? Вдруг она окажется той самой?

Хотя, глядя на то, как Клементина путает символы и постоянно стирает ошибки, надежда таяла на глазах.

Глава 1

Пятница, 13-е.

Я сидела в своей квартире, закидывала в рот растворимую лапшу и смотрела в телевизор стеклянными глазами. Шёл какой-то старый фильм, где все красиво любили друг друга и носили вечерние платья даже за завтраком.

— Вот ведь везёт же людям, — пробормотала я, глядя на героиню в шёлковом халате. — У неё халат дороже моей зарплаты.

Я, Варвара Лапушкина, менеджер по продажам в компании «ТехноМир», сидела в спортивных штанах, которые помнили ещё студенчество, и майке с пятном от кофе (трёхдневным, если честно). Волосы собраны в пучок, который разваливался быстрее, чем моя надежда на повышение.

День был отстойный. Начальник наорал за сорванную сделку — клиент сам передумал в последний момент, но виноватой, конечно, назначили меня. Потом сломалась кофемашина, и я осталась без утреннего допинга. А в метро какой-то мужчина наступил мне на ногу и даже не извинился. И главное — сегодня же пятница, тринадцатое! Знала ведь, что надо было вообще из дома не выходить!

— Варя, ты просто магнит для проблем, — сказала я сама себе и отправила в рот очередную порцию лапши.

Телевизор вещал про прекрасную жизнь. Я вздохнула и полезла в телефон. Лента соцсетей пестрела чужими свадьбами, чужими отпусками и чужими успехами. У бывшей однокурсницы родился второй ребёнок. У коллеги — новый айфон. А у меня — только этот дурацкий день, тринадцатое число, и полное ощущение, что жизнь проходит мимо.

— Так, Варя, соберись, — приказала я себе. — Дожить до вечера, перетерпеть эту пятницу, а там выходные. Отосплюсь, куплю новые джинсы и нормальный шампунь...

В этот момент сверху что-то грохотнуло так, что с потолка посыпалась штукатурка. Белая пыль осела на моём столе, на клавиатуре и, конечно, в тарелке с лапшой.

— Да ёлки-палки! — заорала я, выкидывая испорченный ужин в мусорку. — Марья Ильинична, ну сколько можно?!

Соседка сверху, Марья Ильинична, была женщиной загадочной. Она называла себя ведьмой в пятом поколении, лечила мои синяки заговорённой мазью (которая, кстати, работала лучше всяких аптечных средств), пекла лучшие пирожки с капустой в округе и периодически устраивала такие вот концерты. То грохот, то странный гул, то запах серы и ванили одновременно.

Я уже собралась идти наверх с претензией, как в дверь позвонили.

— Варенька! — раздался из-за двери тоненький голосок. — Голубушка, открой, это я!

Я открыла. На пороге стояла Марья Ильинична — маленькая, сухонькая, в цветастом платке и с веником наперевес. За её спиной клубился какой-то фиолетовый дым.

— Марья Ильинична, у вас там пожар? — спросила я, вглядываясь в дым.

— Нет, милая, не пожар, — замахала она руками. — Помощь нужна! Срочно! Пойдём со мной!

— Куда? Зачем?

— Надо! — старушка схватила меня за руку и потащила вверх по лестнице. Я даже возразить не успела.

Квартира Марьи Ильиничны всегда выглядела как музей оккультных наук, перемешанный с бабушкиным чуланом. Вязаные салфеточки соседствовали с черепами, иконы — с пентаграммами, а на кухне в баночках с подписью «Соль» хранилось чёрт знает что.

Но сегодня здесь творилось нечто совсем уж странное.

Посреди комнаты полыхал круг из свечей. Настоящий магический круг, как в фильмах — с символами, рунами и всем прочим. Пол вокруг был исчёркан мелом, в воздухе висела светящаяся пыльца, а в центре круга… в центре круга клубился фиолетовый туман, который пульсировал, как живой.

— Ой, — только и сказала я.

— Варя, дочка, — Марья Ильинична прижала руки к груди. — Ты только не пугайся. Я тут проводила один ритуал… ну, призыва…

— Призыва кого? — насторожилась я.

— Помощницы! Для сестры моей, Клементины. Она в другом мире живёт, в магическом. У неё магазинчик «Счастье по вызову», дела совсем плохи, старая она уже, силы не те, а тут я — с ритуалом. Думала, призову фею бытовой магии, аккуратненькую такую, чтобы порядок наводила…

— И? — я смотрела на фиолетовый туман, который начал тянуться ко мне.

— А оно вон что вышло! — всплеснула руками старушка. — Координаты сбились! Вместо феи портал в твой мир открылся! И теперь он на тебя реагирует!

— В смысле — реагирует? — я попятилась, но туман уже обвивался вокруг моих ног, как ласковый кот.

— Ты теперь с ним связана! Ритуал выбрал тебя! Варенька, дочка, прости старую дуру! — Марья Ильинична запричитала и замахала веником, пытаясь отогнать туман. — Но ты там не пропадёшь! Там мир хороший! Магический! Мужики красивые!

— Какие мужики?! — заорала я, чувствуя, как туман тянет меня в центр круга. — Марья Ильинична, я с работы пришла! Я есть хочу! Я не готова к магическим мирам! У меня даже зубной щётки с собой нет!

— Там выдадут! — обрадовалась старушка. — И накормят! Ты главное, когда попадёшь, найди Клементину! Это сестра моя троюродная! Скажи, что от меня! Адрес я написала!

Она сунула мне в руку смятый клочок бумаги. Я мельком глянула: «Магический город Тар-Тарра. Магазин «Счастье по вызову». Спросить Клементину».

— Какое счастье?! — взвыла я. — Не надо меня никуда отправлять !

— Не могу! — запричитала старушка. — Портал уже закрывается! Ты только не бойся! У тебя дар! Спящий, правда, но разбудишь! Маркиза там не слушай, он ворчливый, но добрый!

— Кого не слушать?! Марья Ильинична!

Но было поздно. Туман рванул меня с такой силой, что я на миг ослепла. Вокруг замелькали разноцветные вспышки, в ушах зазвенело, а желудок совершил кульбит, который не снился и самым экстремальным аттракционам.

Последнее, что я услышала перед тем, как провалиться в фиолетовую бездну, был голос Марьи Ильиничны:

— Передай привет Клементине! И пирожков там поешь!

---

Я приземлилась на что-то мягкое, но очень вонючее.

Судя по запаху — это была помойка. И судя по звукам, которые издало нечто подо мной, я приземлилась не просто на мусор, а на чей-то дом.

— Ах ты ж... — раздалось снизу шипение. — Слезь с моего лежака, корова неуклюжая!

Я открыла глаза.

Глава 2

Мы шли по узким улочкам Тар-Тарры уже минут десять, а я всё никак не могла привыкнуть к тому, что по мостовой ходят не только люди.

Вот, например, прямо сейчас мимо прошествовал гоблин. Самый настоящий — зелёный, ушастый, в комбинезоне и с огромным мешком за плечами. Он покосился на меня, хмыкнул и пошёл дальше, бормоча что-то про «туристов чокнутых».

А через пару шагов нас обогнала девушка на метле. Настоящей, классической, с пучком веток на конце. Она лихо обогнула фонарный столб, чихнула и скрылась за поворотом, оставив за собой шлейф из искр.

— Это нормально? — спросила я у Маркиза, который вышагивал впереди с видом хозяина жизни.

— Что именно? — не оборачиваясь, бросил кот.

— Всё, — честно ответила я. — Гоблины, метлы, две луны…

— Для этого мира — нормально, — фыркнул Маркиз. — Для тебя, Лапушкина, теперь тоже нормально. Привыкай.

— А долго привыкать?

— Зависит от твоей психики. Некоторые ломаются на второй день. Другие — на третий. Ты, судя по всему, из крепких. Раз до сих пор не упала в обморок.

— Я менеджер по продажам, — вздохнула я. — Нас сломать сложно. Нас можно только уволить.

Маркиз хмыкнул, но ничего не сказал.

Мы свернули в какой-то переулок, ещё более узкий, чем предыдущие. Дома здесь стояли вплотную друг к другу, покосившиеся, но почему-то очень уютные. На окнах висели горшки с цветами, которые… светились? Да, точно светились. Мягким таким голубоватым светом.

— Красиво, — вырвалось у меня.

— Люминоцветы, — нехотя пояснил Маркиз. — Цветут только в темноте. Днём выглядят как обычные сорняки, а ночью — вот такое безобразие. Клементина их обожает. У неё весь подоконник заставлен.

— А Клементина… она какая? — осторожно спросила я.

Маркиз остановился и обернулся. Его зелёные глаза в свете двух лун выглядели совершенно жутко — вертикальные зрачки расширились, уши настороженно дёрнулись.

— Она старая, — сказал кот. — Добрая. Немного сумасшедшая. И она моя хозяйка. Шесть лет назад она взяла меня к себе, когда я был… ну, ты поняла. Никто другой не захотел связываться с проклятым котом, который разговаривает. А она взяла. Так что имей в виду, Лапушкина: если ты её обидишь, я тебе все ноги перекусаю. Поняла?

Я моргнула. В голосе Маркиза впервые прорезалось что-то настоящее. Не сарказм, не язвительность, а самая обычная, человеческая (или кошачья?) преданность.

— Поняла, — тихо сказала я. — Не обижу.

— Договорились, — буркнул кот и снова зашагал вперёд.

Ещё через пару минут мы вышли к небольшой площади. И здесь Маркиз остановился.

— Пришли, — сказал он.

Я подняла глаза и…

Магазин «Счастье по вызову» выглядел именно так, как и следовало ожидать от заведения, которое держит старая ведьма с говорящим котом.

Вывеска висела криво. Одна буква «С» норовила упасть и держалась буквально на честном слове (или на магии?). Витрина была пыльной — такой пыльной, что через неё почти ничего не просвечивало, кроме смутных очертаний каких-то склянок и скелета (надеюсь, не настоящего) в углу.

На двери красовалась табличка:

«Закрыто. Ушла за ингредиентами.
Если срочно — стучите громко,
я всё равно не услышу.
Если пожар — тушите сами,
я уже старая для подвигов».

— Это она серьёзно? — спросила я, указывая на табличку.

— Абсолютно, — подтвердил Маркиз. — Однажды сюда залез вор. Так она ему чай предложила. С плюшками. Он растрогался, ничего не украл и теперь заходит по воскресеньям.

— В гости?

— На исповедь. Говорит, Клементина единственная, кто его слушает и не осуждает. — Кот толкнул дверь лапой. — Заходи, Лапушкина. Не стесняйся. Всё равно теперь это твой дом.

Я шагнула внутрь и…

…чуть не задохнулась.

Запах внутри магазина был такой, будто здесь смешали всё, что только можно: лаванду, серу, мяту, горелую бумагу, корицу и что-то сладковато-приторное, отчего сразу зачесалось в носу.

— Осторожно, не чихай, — предупредил Маркиз. — Вон та банка с голубой жидкостью реагирует на чихание взрывом.

Я зажала нос и огляделась.

Это было… как бы помягче сказать… столпотворение бардака.

Полки тянулись от пола до потолка, и все они были заставлены банками, склянками, бутылками, пучками трав, черепами (надпись на одном: «Просто череп, не магический, не трогать!»), свечами, книгами, амулетами и ещё тысячей предметов, названий которых я даже не знала.

В центре комнаты стоял огромный стол, заваленный бумагами, перьями (писчими, не куриными) и рассыпанными блёстками, которые почему-то светились.

В углу тихо побулькивал котёл — именно котёл, настоящий, чугунный, из которого поднимался пар зеленоватого цвета.

А на подоконнике, как и говорил Маркиз, стояли горшки с люминоцветами. Они мягко пульсировали голубым, розовым и фиолетовым, создавая иллюзию, что мы находимся под водой.

— Это… — я попыталась подобрать слова. — Здесь… уютно?

Маркиз закатил глаза.

— Ты первая, кто назвал этот свинарник уютным. Обычно говорят «кошмар», «бедлам» и «вызовите санитаров».

— Я работала в офисе open-space, — пожала я плечами. — Там было хуже. Там пахло потом и отчаянием. А здесь хотя бы интересно.

Кот хмыкнул. Кажется, в мою пользу записался маленький плюсик.

— Клементина! — вдруг заорал он так, что я подпрыгнула. — Выходи, твоя посылка приехала!

Из глубины магазина, где, судя по всему, была лестница на второй этаж, послышался грохот, потом шуршание, потом чей-то вскрик и снова грохот.

— Жива! — донеслось оттуда. — Сейчас, только очки найду! И тапки! Кто-нибудь видел мой левый тапок?!

— Он под кроватью, — крикнул Маркиз. — Как и в прошлый раз, и в позапрошлый, и, подозреваю, как в следующий.

— А правый?

— В холодильнике.

— Спасибо, милый!

Я уставилась на кота.

— Ты серьёзно? Тапок в холодильнике?

— У неё склероз, — вздохнул Маркиз. — Она может положить куда угодно что угодно. Однажды я нашёл её в кладовке с банкой варенья и вопросом «а что я здесь делаю?». Банку, кстати, так и не нашли.

Глава 3

Утро в магическом мире началось с того, что мне в лицо ткнулось что-то мокрое и холодное.

— А-а-а! — заорала я, подскакивая на кровати и пытаясь сообразить, где нахожусь и кто меня убивает.

— Спокойно, Лапушкина, — раздался знакомый язвительный голос. — Это всего лишь я. И если ты не перестанешь орать, я тебя действительно укушу. Для профилактики.

Я проморгалась и увидела Маркиза. Он сидел на тумбочке рядом с кроватью и смотрел на меня своими жутковатыми зелёными глазами. В лапе он держал… веточку?

— Это что? — спросила я хриплым со сна голосом.

— Будилка, — невозмутимо ответил кот. — Магическое растение. Щекочет нос, пока не проснёшься. Клементина просила не применять насилие, а просто разбудить культурно.

— И ты решил, что тыкать мне в лицо веткой — это культурно?

— Я решил, что это самый безопасный вариант для нас обоих. Ты во сне руками машешь. Я свои лапы берегу.

Я вздохнула, откинулась на подушку и уставилась в потолок. Надо мной нависал балдахин из какой-то полупрозрачной ткани, который слабо колыхался без всякого ветра. За окном уже рассвело, но свет был какой-то странный — фиолетово-розовый, из-за двух лун, которые всё ещё висели на небе, хотя солнце уже взошло.

— Который час? — спросила я.

— Полдень, — ответил Маркиз. — Ты проспала полжизни. Клементина уже три раза заходила, но я сказал не будить. Ты вчера выглядела так, будто тебя переехало стадо демонов.

— Спасибо за заботу, — буркнула я. — Очень тронута.

Я села и огляделась. Вчера, когда Клементина привела меня в эту комнату, я была настолько вымотана, что просто рухнула на кровать и отключилась. Сейчас же я могла рассмотреть её как следует.

Комната была маленькой, но уютной. Деревянная кровать с горой подушек, старый платяной шкаф, письменный стол у окна, на столе — свеча в подсвечнике и стопка книг. На стенах — какие-то вышивки и пара картин с пейзажами. А в углу — самое главное: зеркало.

Настоящее, человеческое зеркало в деревянной раме. Я подошла к нему и впервые за два дня увидела себя.

Из зеркала на меня смотрела Варя. Но какая-то… другая?

Я подошла ближе, вглядываясь.

— Ничего себе, — прошептала я.

— Что там? — лениво спросил Маркиз с кровати.

— Я… я выгляжу иначе, — растерянно сказала я. — Точьше? Свежее? Не знаю, как объяснить.

— Магия, — зевнул кот. — В нашем мире она на всех действует по-разному. На кого-то плохо, на кого-то хорошо. Ты, видимо, из тех, кому идёт. Кожа чище, волосы гуще, глаза ярче. Мелочи, но приятно.

Я смотрела на своё отражение и не могла поверить. Те же серо-зелёные глаза, те же веснушки на носу, те же русые волосы с рыжеватым отливом. Но действительно — кожа стала будто светиться изнутри, волосы блестели, а под глазами исчезли синяки, которые я заработала за годы работы в офисе.

— Я помолодела лет на пять, — выдохнула я.

— Или просто выспалась, — хмыкнул Маркиз. — Ладно, Лапушкина, любуйся собой потом. Клементина ждёт внизу. У нас сегодня первый рабочий день.

— Рабочий день? — я резко обернулась. — Какой ещё рабочий день?

— Обычный, — кот спрыгнул с кровати и направился к двери. — Клиенты приходят, зелья продаём, артефакты чиним, счастье доставляем. Ты же теперь ведьма по вызову. Забыла?

Я вздохнула. Забыть такое сложно.

— Иди умывайся, — бросил Маркиз уже с порога. — Вода сама течёт из крана, магия, не удивляйся. Полотенце на крючке. И побыстрее, а то клиенты уже собираются.

— Клиенты? — крикнула я вдогонку. — Сколько там клиентов?

— Пока один, — донеслось уже с лестницы. — Но очень шумный.

---

Через десять минут я спустилась вниз, чувствуя себя почти человеком. Умылась, причесалась (пальцами, расчёску забыла спросить), натянула вчерашние джинсы и майку. Нужно будет что-то делать с одеждой, потому что в таком виде работать в магическом магазине — ну совсем не комильфо.

В торговом зале уже кипела жизнь.

Клементина суетилась у прилавка, раскладывая какие-то пузырьки. Маркиз сидел на своём обычном месте — на подоконнике — и смотрел на происходящее с выражением вселенской усталости.

А перед прилавком стояла… женщина?

Я пригляделась. Женщина как женщина, лет сорока, в обычном платье, только вот кожа у неё была… синеватого оттенка. И глаза светились в полумраке.

— А вот и наша новая помощница! — всплеснула руками Клементина, увидев меня. — Варенька, иди сюда! Знакомься, это Глафира, наша постоянная клиентка.

Синеватая женщина повернулась ко мне и окинула взглядом с ног до головы.

— Новая, значит, — прогудела она низким голосом. — А старая где?

— Я никуда не делась, Глафирушка, — захихикала Клементина. — Просто силы уже не те, решила помощницу взять. Из другого мира, между прочим. Из того, где магии почти нет.

— Из мира без магии? — Глафира уставилась на меня с неподдельным интересом. — И как ты там выживала?

— Трудно, — честно призналась я. — Но привыкла.

Глафира хмыкнула и снова повернулась к Клементине.

— Ладно, дело у меня. То зелье, что я в прошлый раз брала, кончилось. А муж опять… того. В общем, нужно срочно.

— А что за зелье? — спросила Клементина. — Я уже старая, всё забываю. Ты напомни.

— Отворотное, — вздохнула Глафира. — Для мужа. От его мамочки.

Я навострила уши. Отворотное? От мамочки? Это что, свекровь настолько достала?

— А что случилось? — участливо спросила Клементина, доставая с полки какую-то банку.

— Да приехала погостить, — махнула рукой Глафира. — И застряла. Третий месяц живёт. Свекровь, понимаешь? Советы даёт, как детей растить (хотя у меня двое, а у неё ни одного), как борщ варить (я тролль, я мясо люблю сырое, какой борщ?), и вообще лезет куда не просят. Муж её слушается, как маленький. Хоть разводись.

— А отворотное разве не на мужа действует? — осторожно уточнила я.

Глафира и Клементина одновременно повернулись ко мне.

— Оно действует на того, на кого направишь, — пояснила Клементина. — Если на свекровь направить, она просто уедет и забудет дорогу. Без вреда, без скандала. Магия тонкая, но эффективная.

Глава 4

Три дня пролетели как один.

Я не заметила, как втянулась в местную жизнь. Утром — чай с пирожками (Маркиз всё ещё ворчал, но делился), потом — помощь Клементине с зельями, потом — клиенты, потом — ужин, потом — сон, и снова по кругу.

Клиенты были странными. За три дня через магазин прошли:

· Водяной, который жаловался на сухость кожи (в прямом смысле — чешуя облезала)
· Фея с аллергией на цветочную пыльцу (ирония судьбы)
· Гном, ищущий зелье для роста бороды (борода у него была до пояса, но ему хотелось «ещё гуще»)
· И привидение, которое просило средство от сквозняков (я даже спрашивать не стала)

Я постепенно училась различать ингредиенты, запоминать названия и не чихать в сторону опасных реактивов. Клементина была счастлива — наконец-то появилась вторая пара рук, да ещё и с головой на плечах.

— Варенька, ты просто сокровище! — повторяла она каждый день. — Маркиз, ну посмотри, какая умница!

— Вижу, — бурчал кот. — Пока не разочаровывает.

— Это комплимент? — уточняла я.

— Это констатация факта, — отвечал он и уходил на подоконник греться.

Но я замечала, что он всё чаще смотрит на меня. Не просто так, а изучающе. Как будто пытается понять, что я за человек (или за ведьма?). Или, может, просто ждёт, когда я облажаюсь, чтобы позлорадствовать.

Пока я не облажалась. Но, как говорится, всё впереди.

---

Утро четвёртого дня началось с того, что Клементина спустилась вниз с огромным чемоданом.

Буквально. С чемоданом. Размером с небольшой холодильник.

— Варенька! — крикнула она с лестницы. — Помоги, родная!

Я выскочила из кухни и застыла.

— Клементина, вы куда собрались?

— На Совет Старейшин, — пропыхтела старушка, стаскивая чемодан с последней ступеньки. — Раз в полгода собираемся, отчитываемся, сплетничаем, ругаемся. Три дня минимум.

— Три дня? — переспросила я. — А как же магазин?

— А ты, — Клементина подошла и ткнула меня пальцем в грудь. — Ты остаёшься за главную.

— Я?! — у меня глаза на лоб полезли. — Клементина, я здесь всего три дня! Я ещё ничего не умею!

— Умеешь, умеешь, — отмахнулась она. — Зелья отличаешь? Отличаешь. С клиентами общаешься? Общаешься. Деньги считать умеешь? Умеешь. Значит, справишься.

— А если что-то пойдёт не так?

— Тогда зови Маркиза, — Клементина кивнула на кота, который сидел на подоконнике и делал вид, что его это не касается. — Он здесь шесть лет, всё знает. Поможет.

— Помогу, — нехотя буркнул Маркиз. — Если попросишь вежливо.

Я посмотрела на него с подозрением.

— А если я попрошу невежливо?

— Тогда не помогу. И ещё укушу.

Клементина засмеялась, чмокнула меня в щёку и потащила чемодан к двери.

— Держи, — она сунула мне в руки какую-то книгу. — Это Кодекс ведьмы. Почитай на досуге. Там всё написано: правила, запреты, советы. И главное — не паникуй! Всё будет хорошо!

— А если взрыв? — крикнула я вдогонку.

— Туши! — донеслось уже с улицы.

Дверь захлопнулась.

Я осталась одна. С Маркизом. И с магазином, полным потенциально опасных ингредиентов.

— Ну что, Лапушкина, — лениво сказал кот, потягиваясь. — Поздравляю. Теперь ты тут главная. На ближайшие три дня.

— Я не готова, — честно призналась я.

— Никто никогда не готов, — философски заметил Маркиз. — Но это не значит, что можно сложить лапки и умереть. Или у тебя в мире по-другому?

— В моём мире, если ты не готов, тебя увольняют.

— А здесь, если ты не готова, тебя взрывает. Так что выбирай, что лучше.

Я вздохнула и села за стол. Раскрыла Кодекс.

На первой странице красовалось:

«КОДЕКС ВЕДЬМЫ
Издание третье, дополненное и исправленное
Составитель: Клементина фон Штофф (при участии Маркиза, который вставил свои пять копеек)»

Я хмыкнула и перевернула страницу.

Правило 1. Никогда не колдуй на голодный желудок.
Пояснение: Магия требует энергии. Если ты голодна, ты либо не доколдуешь, либо доколдуешь неправильно. Второе чаще заканчивается взрывом. Поэтому сначала ешь, потом колдуй. Исключение: если за тобой гонятся с вилами — колдуй на бегу, но хотя бы жвачку пожуй.

— Это Маркиз писал? — спросила я вслух.

— Узнала? — довольно отозвался кот.

— Узнала. Дальше что?

Правило 2. Зелья не терпят спешки.
Пояснение: Если в рецепте написано «томить на слабом огне три часа», значит, надо томить три часа. Не два с половиной, не три с перерывом на сериал. Иначе вместо любовного эликсира получишь слабительное. Или хуже.

— Что значит «хуже»? — насторожилась я.

— Было дело, одна ведьма решила сэкономить время, — лениво сказал Маркиз. — Варила зелье от облысения. Убавила час. В результате у клиента волосы выросли не на голове, а на ладонях. Ходил и хлопал себя по лысине ладонями, пытаясь скрыть. Не помогло.

Я представила эту картину и фыркнула.

— Ладно, поняла. Не спешить.

Правило 3. Клиент не всегда прав.
Пояснение: Иногда клиент — дурак. Иногда клиент — злодей. Иногда клиент просто хочет тебя обмануть. Учись отличать. Если клиент просит зелье, которое может навредить другому — не давай. Если клиент просит зелье, которое может навредить ему самому — предупреди. Если клиент настаивает — выгоняй веником.

— А это кто писал? — удивилась я.

— Это Клементина, — вздохнул Маркиз. — Она у нас добрая душа. Слишком добрая. Пришлось даже это правило добавить, потому что её однажды чуть не убили.

— Кто?

— Клиент. Который оказался не прав. Долгая история.

Я решила не лезть.

Правило 4. Магия любит чистоту.
Пояснение: Беспорядок в лаборатории ведёт к беспорядку в зельях. Если у тебя на столе грязно, не удивляйся, что в котле вместо золота плавает что-то коричневое и вонючее. Убирай за собой сразу. И за котом тоже убирай — он не умеет.

— Я умею! — возмутился Маркиз.

— А вот тут написано, что нет, — ткнула я в книгу.

— Это клевета.

— Маркиз, тут твоя подпись.