Ведьма в фате 3

1. Свадьба

Белое платье и фата,

Ты ждешь, что я скажу тебе «да»?

Твой поцелуй лишь приятен, увы,

Как шоколад в момент жгучей тоски.

А я хочу любить и сгорать.

Фейерверком взметнуться и страстно стонать.

И чувствовать каждый безумный миг

И счастье любви, и горечь обид.

Храм Тьмы был величественно мрачен и уныло пуст. Мне стало так неуютно. Конечно, я -  некромант, но ведьминская живая магия во мне основополагающая. Не могу я ощущать радость среди черепов, которые в изобилии украшали храм, освещая его вставленными внутрь зелеными свечами. Их свет, как плесень. Ощущаешь себя в потустороннем болоте.

-Сияна, это просто обычай такой. Обряд займет всего-то минут десять! И нас ждет праздник. Я, между прочим, заказал столик в «Гипнозисе»!

Джакк сиял, как начищенное блюдце. Его взгляд, уютный и знакомый, грыз совесть, как голодная крыса. Ведьм называют бесстыжими, некромантов – беспринципными. То есть, у меня ни стыда, ни принципов, а совесть мучается, но никак не сдохнет.

-Правда? – спросила я, так много слышавшая про модный клуб, восхитительно шикарный и отвратительно дорогой. Совесть скрючилась в агонии.

-На верхней площадке…

-А сегодня же звездные танцы, - как завороженная, вспомнила я афишу. «Только в «Гипнозисе» и только единственный концерт в Тармарисе. Всемирно известные саламандры дают огненно крышесносящий концерт!».

-Джакк, ты просто чудо! Ты самый-самый лучший! Я  тебя…- хотела сказать люблю, но запнулась и выпалила -…обожаю!

Джакк был моим суженным. То есть моя родня отдала меня ему в жены еще до моего рождения. ОН был…надежным, как скала. Заботливым, верным, умным. Он исполнял все мои капризы. Он поддержал мое желание учиться, хотя против были все. Он забрал меня в столицу, и меня зачислили вместе с ним в университет изучать некромантию под именем Сьян тер Мирроур.  Ведь девушкам обучаться там запрещалось. И Джакк поддержал мою затею с использованием морока. Для всех в университете я была его кузеном.  И он действительно был для меня самый лучший старший брат. Он понимал меня с полуслова. Он так долго уговаривал меня на эту свадьбу. Он даже согласился отложить первую брачную ночь до получения диплома. Ведь инициированную ведьму скрыть практически невозможно. Ну как я могла ему отказать? Я же его люблю! Или…

-Я  тебя очень люблю, Сияна…Ты такая красивая…Я так давно мечтал о…

Его рука сползла с талии вниз.

-Джакк! – воскликнула я, поправляя пышные белые складки свадебного платья.

-Я через пять минут стану мужем! – возмутился мой суженный. – Я имею право трогать все…

Его рука потянулась к вырезу, на мой взгляд слишком откровенному, но Джакк, который против правил участвовал в выборе платья (типа мы- некроманты так круты, что нам приметы не указ), настоял именно на этой модели. И он тут же схлопотал от меня щелчок по пальцам и щелбан по носу.

-Знаешь, что…

-Что?

-Возьму и передумаю…- сказала я, кутаясь в длинную фату.

-Поздно, Сьяна, поздно… «Гипнозис» уже оплачен.

-Кх-кхг… Да будет к вам благосклонна Тьма! -послышался откуда-то из-за угла скрипучий голос темного пастора. – Вы записаны на сегодня?

-Да! – сразу воскликнул Джакк, хватая меня за руку и крепко ее сжимая.

Я ощущала его такое знакомое и надежное рукопожатие, но почему-то мне было очень не по себе. И вот вроде делаю все правильно, но было такое чувство, что совершаю ошибку. Но Джакк не оставлял мне время на раздумья, а уверенно потащил вперед, где темная статуя Матери Тьмы воздела руки к беспредельной вселенной.

- Кх-кхг …Итак, вы пришли сюда, что скрепить союз двух, стремящихся к друг другу душ…Таинство Тьмы соединит вас навеки, поэтому я со всей серьезностью спрашиваю. Согласны ли вы, жених, взять в законные жены Сияну ВенФей из Зеркального рода?

-Да! – торжественно ответил Джаккард.

-А вы, невеста?

-Д…Ай! –воскликнула я. Потому что меня словно крапивой хлестнули ровно по тому месту, что находится между низом спины и пятой точкой.

-Сьяна, даже не думай устраивать из нашей свадьбы балаган! – прошипел, как разгневанный змей- искуситель, мне на ухо Джаккард.

- Кх-кхг …Я еще раз повторяю свой вопрос. Подумайте, готовы ли пройти вместе по жизни и…

-Вопрос задавайте! – нетерпеливо крикнул Сьян.

-Молодой человек, кхг-кх…

-Вопрос!

-Ох, молодость неразумна… Кх-кхг …Итак, невеста, готова ли вы, взять в законные мужья Джаккарда Эль Бравирдо?

-Да…- тихо ответила я, встретившись глазами с Джакком. В его взгляде одновременно мешалась и надежда, и отчаяние, и страх. И самая искренняя любовь. И «нет», уже готовое слететь с языка, просто застряло в горле. А низ спины жутко чесался, точно атакованный стаей блох.

-В знак твердости ваших намерений обменяйтесь кольцами!

Джаккард нежно взял мою правую ладонь, поцеловал пальчики и надел тонкий золотой ободок на безымянный палец. Кожу под браслетом, как кипятком ошпарили. Я едва сдержала крик, прикусила губу и тоже украсила палец Джакка кольцом. Он – мой суженный. И я, конечно же, буду с ним счастливой. Браслет, который так неожиданно проявился на моей руке из ниоткуда, очень бесил Джаккарда, но снять у нас его никак не получалось. Да и я, если честно, совсем и не хотела его снимать. Вещь была очень стильная, готичная, от которой пахло древней магией (довольно благожелательной ко мне, чего не скажешь о Джакке). Я очень хотела разгадать загадку браслета. Мне казалось, что это браслет какого-то предка, мага, скорее темного. Который таким способом решил передать мне свои силы. И, судя по реакции браслета, свадьбе он явно не симпатизировал.

2. Первая брачная ночь

Правда - это прекраснейшая, но одновременно и опаснейшая вещь. (проф. Дамболдор, из книги "Гарри Поттер и философский камень")

Свет в императорской ложе приглушили. На арену, сверкая хвостами, выкатились саламандры. Но я не отрывала взгляда от спутника Великой и Бессмертной. Длинные черные волосы, небрежно накинутый на плечи красный атласный плащ, широкие плечи. Шрам, пересекающий скулы, не уродовал, но делал молодое лицо более мужественным. И тут он посмотрел мне прямо в глаза. Казалось, я ухнула на огромной скорости в бездонную яму. Дыхание перехватило, а некронокль выскользнул из рук и полетел вниз. Я вполне поняла императрицу – пред таким мужчиной сложно устоять.

-Всемогущий чародей!

Обнимающий меня за плечи Джакк, повернулся, поцеловал в нос и протянул свой:

-Держи!

-Лучше не надо…Я сейчас!

-Ты куда?! – воскликнул мой…муж, наблюдая, как я, не переставая почесываться, выбираюсь из кресла.

-Я сейчас…попудрить носик, туда и обратно…

Туалетная комната примыкала к ложе. Это было удобно. Я расстегнула застежки, стоя перед зеркалом, просунула руку под нижние юбки и замерла в ужасе. Потому что рука наткнулась на нечто лохматое, твердое, которое все росло, увеличивалось, жгло и разрывало кожу. Прикусив губу, я потянула это нечто на себя. Потянула еще. И еще. Закрыла глаза. Досчитала до десяти. Открыла и уставилась на собственную руку.

Это был…хвост. Длинный. Продолжающий удлиняться, скользить вниз с моей ладони. Черный. Блестящий, как у пантеры.  Я посмотрела в зеркало. Помахала хвостом. Как плеткой. Вжих. Вжих. Затем опять на хвост. Пощупала. Мягкий, бархатистый. Хвост еще раз дернулся. Завис над полом. И вроде бы перестал удлиняться. И что это? Может, пока я спала, этот, больной на всю голову Джаккард, провел какой-нибудь ритуал с кошачьими костями? Я погладила, ущипнула хвост. А-а-а, больно! Хвост дернулся. Вернее, им дернула я. Подняла хвост вверх. Трубой. Почесала затылок. Поправила фату. Помахала, покрутила. А что? С хвостом очень даже удобно.  Но ненормально. А еще  хвост излучал такую странную магию – магию проклятья.  Но вот кто меня, ведьму, мог проклясть так, что я и не заметила?  Проклятье хуже болотной хвори. Лечить надо сразу, а то потом лечить уже будет некогда.

-Всемогущий чародей! Джакк! Джакк!

Я ринулась к Джакку. Он, не отрываясь, смотрел на огненных саламандр, крутящихся, вспыхивающих и поющих так, что душа вздрагивала и загоралась в ответ.

-Джакк! Нам срочно надо домой!

-Сияна, что случилось?

-У меня….проблема!

-Устала? Плохо себя чувствуешь?

-Что-то типа того.

-Может посмотрим еще чуть-чуть?

В воздухе взорвался очередной салют…

-Джакк, если хочешь оставайся…

-Сияна, как я могу остаться, если меня зовешь за собой ты? Идем! К тому же идти нам недалеко. У меня ведь для тебя еще один сюрприз. Закрой глаза!

-О, Джакк, для меня сегодня достаточно сюрпризов.

У Джакка  потускнел взгляд. Я решила, что хвост мне не так уж и мешает. Чешется, конечно, адски то место, из которого он вылупился. Но под фатой хвост сам его и почесать теперь может. Хвост у меня получился самостоятельным и сообразительным, проделал дырку в шелках и кружевах, выполз наружу, скрутился, как уж, под фатой.

-Хорошо, хорошо, закрываю, - сказала я, и Джакк просиял.

Он взял меня за руку. Протянул: «Э-э-э…». Увидев, как трясется моя фата, под которой хвост отчаянно и с удовольствием почёсывает спинку и все, что ниже.

-Не обращай внимания! – произнесла я, скручивая и останавливая хвостик, поправляя фату. – Нервы, знаешь ли. И все-такое.

Он нежно обнял мое лицо, прижался, касаясь своим носом моего и зашептал:

-Теперь тебе не о чем волноваться, Сияна. И нервничать тоже. У тебя же есть я.

-Ага…-только и смогла я произнести, пытаясь кончиком хвоста почесать спину и с ужасом думая о том, что будет, если сейчас обрастает шерстью моя спина. Проверяя, не зудят ли руки и ноги. Злясь на Джакка, который проникновенно припал к моим губам, целуя нежно. Пытаясь обнять талию, а талия вдруг тоже зачесалась.

-Джакк! Не сейчас! Показывай сюрприз и поедем в общагу. Пожалуйста!

Там на полке у меня был припасен флакончик универсального анитидота. Но от сглаза. А вот проклятье. Да еще настоящее. И я даже не знаю, проявилось ли оно до конца или нет. А если у меня рога вырастут? Срочно нужно нейтрализовать эту магию хотя бы частично! И немедленно!

-Джакк, давай быстрей!

-Закрывай глаза!

Я закрыла. Он обнял меня за плечи и повел.

-Не подглядывай!

И вот мы идем куда-то вниз. Потом вверх. Прямо. Налево. Прямо еще шагов пятьдесят. Приоткрыв глаз, я вижу, что это длинной коридор, где много зеленых некроманстких светильников, мрамора и дверей. Коридор, как бесконечная змея. Что, если к его концу, я превращусь в волосатого монстра? Ой, что-то мне уже жарко становится. Я ощупываю щеки. Гладкие. Проверяю нос. Вроде бы растительности нет. Трогаю уши – вроде нормальные. А-а-а, макушка зачесалась.

2.2

-Нет, Сияна, ты не подумай, что я…что мы…Я же обещал, что буду ждать…Просто я хотел сделать сегодняшнюю ночь незабываемой и снял для нас герцогский люкс в клубном отеле. Круче и выше только императорские покои.

-Поверь мне на слово, я ее не забуду, - хрипло произнесла я, ощущая как зуд на спине усиливается, и почему-то вспоминая черноволосого мужчину со шрамом, представляя, как он где-то рядом на такой же кровати раздевает императрицу, медленно снимая с нее корону, расплетая блестящие эльфийские локоны. И это видение мне очень на понравилось.

-И мы же не должны совсем себя сдерживать, мы любим друг друга и, если позволим себе чуть больше, то…

-Джакк, я больше  не могу! – закричала я. И Джакк, направившийся к столику перед камином, где блестели бокалы и краснела клубника. Остановился, вздрогнув.

-Правда? Сияна, я тоже очень тебя хочу!

Джакк вихрем подлетел ко мне, закружил, притормаживая у кровати.

-Любимая! -  выдохнул он, страстно обнимая, увлекая, почти заваливая.

-Стой! Нет, Джакк!

Мой…муж уже ничего не слышал, а я, схватив руками воздух, чувствуя, что еще секунда и упаду выпустила вверх хвост, тот потянулся к висящим кольцам, хватанул их. Тяжелые кольца потянули балдахин, тесемки, на которых они весели, не выдержали. Колечки ухнули вниз. Приземлившись ровно Джакку на затылок. Он разжал руки, опрокидывая меня-таки на кровать. А сам свалился на пол.

-Джакк! - Я бросилась к нему, цепляясь рукавом за столбик кровати. Шелк порвался, обнажая правую руку по локоть. Браслет злорадно замерцал.

-Джакк, ты в порядке?

-Ох! Вот они – тяжелые узы брака…Ох, - простонал он.

-Смертельно опасные…

-Это да, но опасность меркнет перед счастьем любви…Я схожу по тебе с ума, Сияна…

Руки Джакка обхватили мои ладони, он притянул меня к себе. Его горячие губы скользнули по щеке. И стон его на этот раз был  в другой тональности. Его руки поползли выше. И тут яркая вспышка ослепила. Джакк вскрикнул, дернулся и застыл. В воздухе запахло паленым. Горячий браслет на моей руке полыхал, как маленькое солнце. Но меня он не обжигал, лишь чуть подпекал магическим жаром. А вот у Джакк на ладони вспухли розовые волдыри.  Он затих на полу. По нему, подпаливая ткань, бегали, точно муравьи, маленькие огненные искры. Я бросилась к графину и окатила Джакка водой с головы до ног. Искры зло зашипели и погасли. Джакк выглядел мокрым и несчастным. Кожа его стала бледной, как у покойника. Я опустилась на колени, прикрыла глаза, нащупывая пульс, сверяя его потоки. Уфф, ничего страшного, просто магический шок из-за силового дисбаланса. Энергетические линии разомкнулись, но не смертельно.  Я попыталась сплести соединение, но линии совсем размагнитились, отскакивали друг от друга…Наконец, они двинулись навстречу, но движение шло черепашьим шагом. Джакку при такой скорости еще час без сознания лежать. Я огляделась. Вот тебе и первая брачная ночь в номере люкс. Мне стало очень жалко Джакка – он так старался для меня! Прикрыв глаза и сплетя из паутинок магии нечто вроде гамака, я при помощи рук и астральных пинков загрузила на него Джакка и, помогая себе хвостом, перетащила и плюхнула молодожена на кровать. Стянула с него ботинки, мокрые брюки, расстегнула черный бархатный пиджак с черной некромантской розой в петлице. Подбежала к окну, чтобы свежий воздух способствовал восстановлению. Подхватила льняную салфетку, завернула в нее лед, сцепила заморозку и положила Джакку на лоб. С ним все, а вот со мной... Я подошла к зеркальному трюмо. Долго возилась с крючками и завязками. Наконец, свадебное платье слетело на пол. За ним нижнее кружевное платье. Я изогнулась, пытаясь разглядеть в зеркале спину – вся в красных пятнах. Но ничего критичного -  не почернела, не посинела и кроме хвоста, порвавшего очень дорогие полупрозрачные панталончики, тоже ничего нового на теле не обнаружилось. В любом случае, надо поставить на проклятие хоть какой-то блок. Как умею. И использовать то, что под рукой. А под рукой…нож для фруктов, некромантские свечи и собственные способности. Я сбросила на пол дырявые панталончики, оставшись голой, обвернулась хвостом и, несколько раз полоснув по запястью тупым ножом, стала чертить на полу ведьмин круг, пытаясь соотнести дыхание и ритм сердца с дыханием и ритмом вечной вселенной. Я закрыла глаза, действуя на ощупь. Круг – самая удивительна фигура, всегда напоминающая о несовершенстве этого мира. Ведь даже с открытыми глазами нельзя нарисовать абсолютно идеальный круг. Я уже полностью погрузилась в цветной мир, открывая внутреннему зрению вечное переплетение живых нитей, как вдруг…

-А-а-а! – заорала я , когда что-то большое, тяжелое и твердое придавило меня к полу.

-Тьма! – раздался над ухом возглас. Мужской, незнакомый голос, раздосадованный и злой. Сбившееся, горячее дыхание обожгло ухо.

-Кто бы вы не были, слезьте с меня немедленно! – произнесла я, активно пихая незнакомца локтями. И тут мои руки бесцеремонно прижали к полу.

-Ты – женщина? – задал он мне странный вопрос.

-Допустим, - ответила я, не желая вдаваться в анатомические подробности.

-И ты…о, - промычал он мне на ухо, - совсем голая. – А я мужчина и…мне нужно кое-что проверить. И ты знаешь, кажется, я уже проверил и готов…

2.3

-Ведьма! Чморский гхык тебе под хвост! Чтоб он у тебя отвалился! – зло проорал он.

-Точно, чтоб он отвалился…- эхом повторила я. И порадовалась, что хвост-то, оказывается, у меня не промах.

-Но ты ведьма? – уже миролюбивей спросил гость.

-Я-то да. А вот ты, собственно, кто? Я, между прочим, никого не приглашала!

-А я всегда прихожу без приглашения, - нагло улыбнулся тот, выпрямляясь и скрещивая на груди руки.

-Если всегда будете так заявляться, то останетесь без…- я ехидно улыбнулась в ответ. Хвост выскользнул из-под фаты и покачавшись махнул в сторону пострадавшей части тела.

-Какой у тебя милый хвостик! Никогда не видел хвостатых ведьм! Можно посмотреть?

-Да смотри! – воскликнула я и помахала перед его носом своим хвостом, пару раз глухо ударив об пол. Я вообще злилась, поэтому кончик хвоста распушился и от него отскакивали наэлектризованные искры. – Посмотрел? А теперь проваливай!

-А дай потрогать, а?

-Ага, сейчас! Может тебя еще и шампанским угостить?

- Не откажусь!

Этот наглец прошествовал к столику, Выдернул бутылку из ведерка.

- Ого, а ты, смотрю, шикуешь! Прямо-таки из эльфийских королевских погребов! Даже я такое только по праздникам пью! А праздник у меня каждый день!

 Пробка полетела в потолок. Я поднялась с пола. Встала, гордо задрав голову, несмотря на то, что фата едва прикрывала срам.

-За тебя, киска! – провозгласил этот…хам, присасываясь к горлышку бутылки. – Красивые ножки!

Я села на кровать, прикрываясь скинутым платьем. Джакк мирно продолжал на ней восстанавливаться, даже не подозревая, что его так тщательно подготовленный «сюрприз» оскверняет этот…этот…

-Я не знаю, кто ты! Но кто бы ты не был, тебе лучше убираться отсюда немедленно! – прошипела я, аккумулируя на кончиках пальцев темный некроматский заряд.

-Ого, а у киски-то некромантские коготки…Что ж, кисуля, позволь представиться. Великий государь Туманного княжества, князь Мирван собственной персоной, личный гость императрицы…

-Одержимый князь…- прошептала я. О князе Мирване ходили легенды (читай "Ведьма в маске"). Он был повелителем небольшого мятежного княжества, которое уже много лет отстаивало свою независимость. В последней битве имперское войско было разбито, ходили слухи, что князь поднял тысячи мертвцов, прератив их в непобедимых зомби. Еще говорили, что он пьет девственниц, устраивает безудержные оргии и кровавые казни. А еще ходила легенда, что он задушил свою невесту прямо на собственной свадьбе. Я  пригляделась к гостю повнимательней, пытаясь разглядеть признаки  одержимости, но кроме кривого шрама и нечеловеческой наглости ничего аномального не углядела. Его аура была яркой, мощной, похожей на некромантскую, но чуть темнее. Нет, ну если считать нормальным появление в кальсонах через окно в чужом номере гостиницы. – А мне все равно, хоть сам всадник тьмы! У вас нет никакого права расхаживать по чужим спальням! И пить чужое шампанское. Поставьте бутылку на место и валите! Тоже мне «великий, а без штанов»! Ваша императрица в курсе, что вы своим видом ее дискредитируете?

- Императрица сама мне плащ подпалила! Она сегодня в плохом настроении – вот и пришлось убегать, хорошо еще штаны не панталоны уцелели. Женщины, вы такие нервные. Подумаешь, официантку зажал в углу!

-Конечно, подумаешь! А вы же вроде как жениться собрались на ее племяннице, а сами по официанткам. Фу!

-Вот уж о ком, о ком, а своей племяннице ее величество думает в последнюю очередь.

-Я вам, конечно, сочувствую, но я бы попросила бы, все-таки, покинуть этот номер и не мешать!

-А я мешаю?

-Да! У меня, у нас…с моим мужем первая брачная ночь!

-А где муж? – спросил князь, оглядываясь, пока его взгляд не остановился на неподвижно лежащем Джакке.

-Слушай, киска, - начал он, одним безобразно огромным глотком допивая дорогущую бутылку до дна и отшвыривая в сторону, - ну так, твой муж явно не справляется…Или ты это…того…насмерть приворожила?

-Не твое дело!

-Между прочим, очень даже мое! Я личный гость императрицы и, если в центре ее столицы хвостатая ведьма придушила своего мужа в первую брачную ночь, то я просто обязан сообщить куда следует…

-Я его не придушила…Он…просто устал.

-Больной что ли?

-Сам ты…вы – больной!

-А если больной, то пусть не обижается, а спасибо скажет за помощь.

-Какую еще помощь?

-Такую…

Князь как-то очень быстро оказался очень близко.

Я знала, что должна остановить это зарвавшегося наглеца, одержимого на всю голову и на другое место тоже. Я уже хотела припечатать его к двери. Я пустила волну…но моя магия…она просто куда-то пропала. Я с ужасом почувствовала, что резерв, пусть он и не настолько мощный, как у взрослой ведьмы, но вполне достаточный для самообороны, вдруг обнулился. Я замешкалась, а князь, слегка хмельной, плюхнулся рядом, бесцеремонно обнимая и притягивая.

3.Ведьмин квартал

Никто не умрёт девственником. Жизнь всех поимеет.

Курт Кобейн

Размер катастрофы я ощутила утром, когда чуть заживо не сгорела в собственной кровати. Мне снился князь и сон был совсем не невинным. Ведьминская сила и страсть бурлили, как непокорный океан, выплескивались наружу, подпаливая простыни, переползая огненными змейками на занавески, врубая противопожарную сигнализацию. Джакк вовремя вылил на меня ушат воды, пуская заморозку на полыхающие шторы.

-Сияна, так не пойдет! Надо что-то делать.

«Надо было головой думать», - подумала я про себя, а вслух произнесла:

-Я понимаю. Я буду стараться себя контролировать.

-Давай ты сходишь сегодня к своей знакомой, что держит лавку в ведьминском квартале. Может, она посоветует хоть что-нибудь. А на лекциях я прикрою. Хотя, лучше тебе вернуться в долину…

-Вернуться я всегда успею. И потом, разве ты не будешь по мне скучать?

Джакк озабоченно покачал головой, но согласился. Я отказалась от завтрака и поторопилась в город. Навстречу мне бежали студенты, с папками, книжками, дожевывая на ходу бутерброды, толкаясь, болтая, балуясь с заклинаниями и норовя тайком отработать на ком-нибудь домашнее задание, подпаливая форму или оживляя в сумках тренировочные наборы костей.

-Сьян, а ты куда собрался? – остановил меня однокурсник. Это был высокий рыжеволосый молодой человек, любивший задирать Джакк и все время смотревший на меня очень странно, а когда я приближалась к нему, его ноздри обычно раздувались и жадно втягивали воздух. Вот и сейчас он опять начал принюхиваться.

-Привет, Октавий. Да так, есть дела в городе…

-Хм, - усмехнулся он. И посмотрел на меня так, что я под мороком покраснела, наверное, как помидор. Потому как, Октавий выразительно причмокнул языком, словно попробовал мое падение на вкус. Вот нюхач! Мне его нос откусить захотелось. Обоняние, как у вампирюги. Но розовощёкая довольная морда малокровием явно не страдает.

-Понятно, - протянул он. – Но аккуратней там. Говорят, в городе со вчерашнего вечера неспокойно. Некромантская полиция работает в усиленном режиме.

-А что такое?

-Не знаю, - пожал плечами Октавий. – вроде ищут какую-то опасную магическую сумасшедшую.

Наверное, на моем лице отразился испуг. Потому что Октавий вдруг шагнул ко мне вплотную и прошептал на ухо:

-Хочешь, провожу?

Со стороны это выглядело двусмысленно – один здоровый парень что-то нежно шепчет другому на ухо. К инквизиторам такие фантазии. Я отшатнулась и отрицательно помотала головой.

-Нет, нет, что ты. Я ж некромант и в няньке не нуждаюсь. - И бегом побежала вниз по лестнице.

 Осень золотилась, как принаряженная румяная купчиха в воскресный день. Было удивительно тепло. Небо голубело, стерев все облака, будто умывшись и заблестев так ярко и празднично, словно лето вернулось опять. Ребятишки высыпали на улицу, носились беспечно, пуская солнечные зайчики и поднимая вверх хороводы облетевшей листвы. Я свернула в сквер и замедлила шаг. Хотелось просто брести без цели, улыбаться солнцу и ни о чем не думать. Ведьмин квартал располагался на окраине. Чем дальше я отходила от центра, тем грязней и неопрятней становилось вокруг. Даже листва на деревьях казалась пыльной. Домики, точно беря пример с хозяев-пьянчуг, заваливались на бок, словно пребывая в вечном беспросветном запое. Но вот свернув на тропку, я подошла к массивным резным воротам, скидывая морок и будто оказываясь не в стольном Тармарисе, а в родной деревеньке. Квартал сиял красками. А деревья здесь были почти зеленые, воздух был по- летнему жарким. Домики стояли гордые и прямые, с красными черепичными крышами, пестрыми, как ведьминские шали, палисадниками. Узкие, но уютные улочки утопали в зеленых зарослях душистых, вечно цветущих кустарников. Слышался переливчатый детский смех, сопровождаемый красивым сопрано и пением арфы – я попала домой, грусть ушла. Мне стало весело, все сделалось легко, решаемо, да и вообще несерьезно. Я решила срезать и нырнула на неприметную тропинку между заборов. С удовольствием вдыхая теплый воздух, я стала подпевать невидимой певице, которая пела тягучую песню о любви, слишком возвышенной для этого мира.

-За облаками, где солнце обжига…

Ведьминская интуиция меня спасла, заставив отпрянуть в сторону. Мир вдруг немного забуксовал и замедлился, а я, привалившись к забору, увязшая наполовину в колючих зарослях, смотрела, как  стремительно рассекает воздух стрела, с черным, пропитанным некроядом, наконечником. Ровно в том месте, где за секунду до этого была моя голова. Стрела увязла в заборе напротив, вздрогнула, задымилась и рассыпалась, будто ее и не было, только небольшая дырочка чернела на аккуратно покрашенной желтой доске. И вот что это было? Всемогущий чародей! Не оставь меня Лохотунчик, если кому-то вдруг понадобилось продырявить мою пустую голову. Но кому я могла перейти дорогу настолько, чтобы он захотел моей смерти? Или это опять случайность? Я, конечно, могла еще как-то поверить, что выросший на свадьбе хвост мог быть случайным безобидным сглазом, саморастворившимся без следа. Но саморазлагающаяся стрела с некроядом, который замаскирует смерть под естественную, от отравления грибочками, например, была оружием профессионалов. Это посерьезней появляющихся и исчезающих хвостов. Выбираться на тропинку я не решилась, пошла с краю, царапая руки и цепляя одежду. Из калитки передо мною выпорхнула стайка девчонок –подростков. Я пристроилась за ними и пошла, затравлено озираясь, до центральной шумной улицы, где вряд ли кто-то решится на меня напасть. Торговый проспект, где можно было встретить самую невероятную вывеску от «магической коррекции мозга до магической настройки вечного опьянения» шумела, бурлила, продавала-покупала. Нужный мне магазинчик находился в самом конце, в тупиковом закоулке «для своих», и я радовалась, что улица такая длинная, сворачивать в безлюдный переулок не хотелось. Пешеходная зона была неширокой и переполненной. По проезжей части громыхали телеги, экипажи, почтовые кареты и курьеры. Я вертела головой, размышляла, задумалась, а зря. Резкий, сильный и точный удар толкнул меня прямо под копыта скакунов какой-то кареты. Я взвизгнула, выбрасывая тормозящее заклятье. Лошади заржали, поднялись на дыбы. Какая-то ведьма бросилась мне на помощь, усиливая плетения и вытаскивая меня с проезжей части. Народ загалдел. Меня, целую и невредимую, усадили на ступеньки. Кучер погнал лошадей дальше, матеря на чем свет стоит, неуклюжих ведьм- разинь. Я всех уверила, что чувствую себя хорошо, и двинулась дальше, стараясь держаться от карет и лошадей на безопасном расстоянии. Но хорошо мне не было, а было очень и очень плохо. Меня хотят убить – сомнений больше нет. Кто-то настойчиво требует моей смерти. Бок, на который пришелся такой выверенный удар – сильный, стремительный, рассчитанный тщательно, ныл, напоминая, что меня действительно толкнули под копыта. У меня никогда не было врагов. Вряд ли мне желают зла родственники и знакомые из долины. Однокурсники? Я ни с кем не ругалась, дорогу никому не переходила. Никому ничего плохого не делала. Кому может быть выгодна моя смерть? И тут я остановилась, как вкопанная. Сзади на меня налетела бабка, нагруженная покупками, ругнулась. Но я стояла, не обращая внимания на толкотню и брань. Потому что я отчетливо осознала, что есть человек, который от моей смерти получит и материальную, и моральную выгоду. Человек, которого я обидела, обманула и поступила подло. И этот человек – мой муж, Джакк. Я не была богатой наследницей, но волне достойное приданное имелось. Хотя  Джакк не тот человек, который стал бы исходить из корыстных мотивов. Правда, на свадьбу он значительно потратился. Хотел устроить мне праздник, а я…Как бы он поступил, если бы узнал о моей измене? Захотел бы он меня убить? Так, чтобы меня затоптали лошади? Он знал, куда я пошла. И стрелу изготовить ему вполне было по силам. Он стал бы стрелять в меня сам или кого-нибудь нанял? Но я ни в чем не признавалась. Он догадался? Или он вообще пришел в себя, когда мы…и все видел. Щеки вспыхнули. Мне стало так противно. Даже затошнило. Яркий день померк. Стало холодно и серо. И я не обратила внимания, что браслет на руке замерцал и нагрелся. Я на автомате свернула с центральной улицы, шагнула вглубь пустынного переулка.

3.2

На мгновение я растерялась, задохнулась, потянулась навстречу, чувствуя влажную мягкость его губ на своих губах. Я обвила его шею, жадно втягивая в себя его рот. Но лишь на мгновение. Потому что, чем более страстным был мой поцелуй, тем сильней возрастал мой резерв, магия затопила меня, как ураган. А сознание пробудилось и завопило: «Остановись! Ты пожалеешь!». И я ударила, останавливая то ли его, то ли себя. Волна получилась сильной. Князь не устоял на ногах и рухнул на мощеную мостовую, утягивая меня за собой. Я закашлялась, так как в воздухе завоняло амагической пылью. На шее князя вспыхнул и потемнел, обнуляя мой резерв и самосжигаясь, дорогой антиведьменский амулет.

-Тьма, ведьма чморская!

-Сам…урод…чего с поцелуями лезешь…- задыхаясь от кашля, протирая отчаянно слезящиеся глаза, пробормотала я. - Что ты вообще ко мне прицепился? У меня из-за тебя одни неприятности! – пытаясь гордо встать, но лишь жалко опираясь на стену и с трудом выпрямляясь, сказала я.

-Между прочим, я тебе жизнь спас! Могла бы спасибо сказать!

-Спасибо. До свидания.

-Послушай. - произнес князь чуть более миролюбивей. – Наверное, мне не стоило тебя целовать.

-Наверное, - откликнулась я, еще чувствуя на губах его горячие губы. От его слов стало как-то грустно.

-Я не хотел тебя обижать, киска.

-Не называй меня киской.

-А как тебя зовут?

-Сияна…- откликнулась я, чувствуя себя очень глупо. Переспала с парнем, а он даже и не знал, как меня зовут. Да и зачем ему знать? У него таких, как я, по пятерке в день, всех не упомнишь.

-Послушай, Сияна, ты – очень красивая девушка. – сказал он, коснулся моей щеки, убрал с лица непослушную завитушку, улыбнулся, так ярко и радостно, что внутри все заныло, точно грудь-таки распорола некромантская стрела. – Я вчера потерял голову, но ты позволила сама -  не оттолкнула. Я не брал тебя силой, не заставлял, ведь так?

-Так.

-Нам было хорошо, верно?

- Не знаю даже. Сравнивать пока не с кем. – ответила я резко и отвернулась, не выдержав того, как насмешливо сверкнули его глаза. Он был уверен, что в постели он неотразим. Но, может быть, найдутся и погорячее, путь не лыбится.

-Мы – взрослые люди. Та замужем. Я – почти. Никто никому ничего не обещал и никто никому ничего не должен. Так?

-Ага. До свидания.

Мне хотелось побыстрей убежать, а лучше сразу куда-нибудь переместиться. Да хоть провалиться. И пусть мою голову располовинит отравленная стрела. Джакк хочет моей смерти? Отлично! Я вполне ее заслужила.

-Ты на меня не обижаешься?

- Нет! Пусти!

А он вцепился в мою ладонь и не отпускал. Держал, скользя пальцами по бугорку на ладони, разгоняя по телу мурашки.

-Сними проклятье! Будь другом, а?

Другом? Другом! Ха-ха-ха! Но мне было совсем не смешно. Я уставилась на князя, как  на сумасшедшего. Одержимого.

-Какое проклятие, князь? Я тебя не проклинала.

-Точно?

-Абсолютно!

-Но ты ведьма?

-Ведьма. – пожала я плечами.

-Тогда ты можешь мне помочь.

-Я тороплюсь.

-Я заплачу. И я тебе жизнь спас. Выслушай хотя бы.

Я повертела головой по сторонам. Невдалеке шумела улица. Мы стояли в проулке, куда выходили крошечные оконца подсобных помещений. Нас никто не видел. Никто не мешал. Но работать с проклятиями лучше не здесь. Князь смотрел на меня вопросительно. Выглядел миролюбиво. Вообще моя дипломная работа называлась «Проклятия некромагические и магические. Особенности снятия и нейтрализации. Криминалогия проклятий». То есть я – профессионал. А деньги лишними не будут, особенно в свете моих непростых отношений с супругом. Видимо, жадность отпечаталась на моем лице. Князь отстегнул от пояса тугой кошель и покачал им перед моим носом.

-Хорошо! Два золотых за то, чтобы послушать, а дальше цена договорная и зависит от сложности!

Князь молча достал две блестящих монеты и вложил мне в ладонь. Его пальцы были горячими и шершавыми. Я сделала шаг назад и пригляделась к ауре князя. Аура ярко пульсировала, но края были немного затемненными, местами неровными. И не совсем правильными.

-Пойдем! – отозвалась я и направилась к соседней улочке, где располагался небольшой, но уютный постоялый двор. Чувствуя, как князь маячит позади меня. Словно бы загораживая от некромантских стрел и отгоняя любых недоброжелателей.

- «Мягкая постелька». – прочитал вывеску князь и присвистнул. – Мы направляемся в номера?

-Мы ищем чистое и тихое помещение, чтобы разобраться с проклятием, а еще нам нужно купить пару настоек, а у хозяйки достойная аптека…

-И мягкая кроватка. Все, все, молчу.

Мы вошли, я накинула ускользающий морок, который обычно использовали девицы легкого поведения, поэтому, когда князь взял ключи и повел меня наверх, на нас никто не обратил внимания. Мы поднялись в уютную светлую комнату. Князь сразу плюхнулся на кровать, попрыгал.

4. Из дневника Джакка

«Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город».

                                                               «Мастер и Маргарита» Михаил Булгаков

Как я умер…Почти

От меня отказались сразу после рождения. Выкинули, как бракованного щенка. Отослали подальше к какой-то старухе –ведьме. Я родился бескрылым. Бескрылый дракон – позор и проклятье рода. Бескрылый дракон магически бездарен. О, как они были не правы! Мой дар куда как могущественней бесполезных крыльев. Но я обнаружил его не сразу. И я  не сразу узнал, кто я на самом деле. Хотя всегда чувствовал, что я – не такой, как все. Что я – не человек. Сыновья у ведьм не обладают магией, разве что наследует некоторые способности, очень незначительные. Физически я был слабее даже человеческих детей, но  был наделен драконьим  упорством. И наглостью тоже. Я решил разыграть тех, кто любил подшучивать над моей неуклюжестью. Я любил экспериментировать со всеми магическими потоками, но решил совершенствовать именно энергию смерти – некромантию. Много времени проводил на кладбище, собирая слепки астральных тел и вплетая их в собственную ауру, стараясь компенсировать недостаток таланта трудолюбием. И вот однажды решил подшутить над ребятами, своровал у местного лекаря кадушку с засушенными пауками. Превратил пауков в ягоды. И угостил обидчиков. Магия продержалась недолго – но пару паучков те успели прожевать.  Я бегал не очень быстро, но страх и угрозы разъяренной деревенской шпаны подгоняли похлеще любого хлыста. Я  пересек овраг и свернул на охотничью тропу. Забыл об опасности и угодил в волчью яму. Несколько острых кольев пронзили мое тело. Но я был еще жив, когда те скидывали на меня осенние листья. Смотрели, как я истекаю кровью и орали: «Сдохни, некромант!» Да, некромантия в деревушке рядом с долиной ведьм была непопулярна. Я был изгоем. Почему я выбрал именно некромантию? Хотел бросить вызов? Что-то кому-то доказать? Ребята плюнули с каким-то кровожадным удовольствием и ушли, бросив меня подыхать, как опасного, но поверженного хищника. Мне было больно, но я улыбался. Именно тогда я осознал, что их ненависть вызвана страхом. Они боялись меня, чувствовали, что я не такой, не понимали и ненавидели. Даже тетка, у который я жил, относилась ко мне с какой-то настороженной вежливостью. Я задвигался, пытаясь как-то выбраться, но движения лишь глубже вогнали колья в тело. В глазах заплясали разноцветные пятна. Я думал, что умираю. И мне вдруг отчаянно захотелось жить. Взлететь. Я тогда еще не знал, что я дракон, но в тот миг мне, как никогда, захотелось иметь крылья. И я взлетел, оставив свое тело внизу на кольях.

И крылья мне не понадобились.

В первый момент я подумал, что умер. Я задёргался, завертелся, переворачиваясь, превратившись в невесомую мерцающую тень самого себя. Я несколько запаниковал. Я смотрел, как я там внизу бледнею, я даже чувствовал свою боль, точно шептавшую издалека - "ты скоро умрешь". И тут я, потянувшись к умирающим осенним листьям, аккумулировал энергию тлена и превратил их в прочные веревки, зацепил самого себя за руки,  за ноги, вытянул и сбросил на траву, обезвредив и зашив порезы некромантской нитью. Проделал я все это без усилий. Оказывается, некромантить вне физического тела намного легче. Грань приоткрыта, и холодное некромантское дыхание ощущается ярче. Интуитивно я чувствовал, что если коснусь себе лежащего, то вернусь в тело. Но я не стал торопиться. Я прислушался и услышал пение. Чистое, звонкое. Точно это пела вселенная или звенели струны скрипки, на которых играла сама вечность. Я полетел на зов и буквально нырнул в пестрое море музыки, пестрого тумана и звенящих зеркал.

Как я встретил ее….

Когда в тот вечер я вернулся в деревню, то никому ничего не рассказал. Тетка, у которой я жил, никогда не ругала меня за испорченную одежду. Еще бы, я думаю, мое содержание щедро оплачивалось. Все-таки, я был королевской крови, хоть и бракованный. Но многочисленные кровавые пятна порядком ее напугали. Но я ответил, что со мной все хорошо – просто я экспериментировал. Ее этот ответ устроил, а мальчишки с тех пор не приближались и не разговаривали со мной. Но это меня вполне устраивало. Я заказал скрипку и начал осваивать инструмент усердней, чем некромантию. Теперь у меня была моя музыка и целая вселенная. И не одна. Поначалу, чтобы снова выскользнуть из тела, я выпивал почти смертельный яд. Отсчитывал дозу так, чтобы потерять сознание. Выскальзывая из тела, вливал себе противоядие. А когда я освоил скрипку, то подобрал мелодию, которая пропускала меня в мое зеркальное царство.

Сначала я просто бегал, плутал, летал по лабиринтам, ощущая бесконечную головокружительную легкость. Я попадал то в зеркальную залу, то в мягкую, набитую туманом, тучу. Я бродил по зеркальным коридорам и в каждом зеркале видел себя. Но постепенно, помимо собственного отражения, я научился видеть осколки или отрывки других жизней. Я пересекал грани и заглядывал в удивительные миры. Однажды я посмотрел в зеркало и увидел берег моря, а на берегу, нежась в лучах ласкового закатного солнца, лежала самая прекрасная девушка на свете. Мне было пятнадцать. Я никогда не заглядывался на девушек, хотя в деревни было много красивых ведьмочек. Но от девушки, которую я увидел в зеркале, я не мог отвести взгляд.  Ей было где-то около двадцати. Но точно молния. Точно какая-то колдовская сила неудержимо потянула меня к ней, и я нырнул в зеркало, чтобы из цветного лабиринта ступить на горячий прибрежный песок. Я оглянулся – зеркало позади меня захлопнулось. Девушка продолжала лежать, подставив солнцу упругие, украшенные коричневыми маковками, груди. Ее длинные черные, по ведьмински отливающие фиолетовым волосы, застыли на песке, точно крылья. Я спрятался за большой валун и замер, не сводя с нее глаз. И тут я увидел, как, подняв облако песка, неподалеку закружил некромантский вихрь. Я сжал кулаки. Я готов был защищать свою красавицу от любого, даже самого сильного обидчика. Но, как оказалось, она не нуждалась в моей защите. Из вихря появился златокудрый и зеленоглазый молодой человек. Она улыбнулась, кутаясь в шелковое покрывало, и я понял, что они знакомы. И, может быть, даже любовники. Они устроились совсем близко друг к другу, смотрели на закат, держались за руки. Он что-то шептал ей на ухо. Затем он стал прижиматься все сильнее. И поцелуи его стали совсем не невинные. Она оттолкнула его, а он …ударил ее со всего размаха по лицу. Я выскочил из –за камня. А зеленоглазый позвал вихрь но, прежде, чем исчезнуть, оглянулся. И, как мне показалось, лукаво подмигнул.

5. В гостях у тети

Всё, что неожиданно изменяет нашу жизнь, — не случайность.

                                                                                  Александр Грин

-И что ты делаешь? – хрипло спросил он.

-Я? – эхом повторила я, одергивая руку от его воинственно вздыбленного ствола, разросшегося так, что смотреть на него было очень и очень волнительно. Я чувствовала, что мое дыхание предательски сбивается, а низ живота начинает пульсировать и замирать, точно я на огромной скорости лечу в бездонную пропасть.

-Я…закончила. Вот! – проговорила я, торопливо вставая и указывая на…то самое, которое выглядело вполне исправно работающим. -  Но вы князь лежите и не дергайтесь еще какое-то время! – добавила я, видя, что тот зашевелился и протянул свои шаловливые ручки к моим ногам.

Я увернулась, подхватила сумочку, кошель, ждавший меня на кровати, и направилась к двери.

-Эй, ты куда? А проверить результат? – закричал князь.

-А мне пора! Но вы, князь,  ни в коем случае  не двигайтесь еще минут десять для… закрепления эффекта.

-Ведьма, вернись! Куда ты ? Давай нормально поговорим хотя бы!– позвал меня он, приподнимаясь на локтях, на его лице похоть боролась с осторожностью -  а ну как он встанет, а друг его упадет.

Я хлопнула дверью, выводя на ней формулу временного запирания. И побежала по лестнице вниз, на ходу запихивая кошель в сумку. И пулей вылетела на улицу.

Огляделась, повернула направо. В нескольких метрах, за густой изгородью в мелких белых цветочках, с тяжелым и сладким, как у ландыша ароматом, пряталась избушка моей знакомой ведьмы. Калитка заперта. Я дернула колокольчик. Колокольчик фальшиво задребезжал. И еще раз. Без толку. Глухая тетеря. Поэтому и домик у нее такой покосившийся. Краска облупилась. Забор дырявый. Крыша протекает. Эх, покупатели придут. Им никто не откроет. И пойдут они к другим, менее талантливым и опытным ведуньям. Зато те на пороге хлебом-солью встречают, а не на печке бока греют. Я перелезла через забор.

-Тетя Клиэ! – заорала я. – Тетя Клиэ! Это я- Сияна! Ты дома?

Я поднялась на крыльцо по скрипучим ступенькам. Заколотила в дверь. Прислушалась. Тишина. Ни на что не надеясь, я дернула дверную ручку. Дверь неожиданно и резко распахнулась. И  я заорала от ужаса. На полу, ровно посередине комнаты, медленно тлела и расплавлялась, словно выеденная неведомыми потусторонними тварями, аура, беззвучно вопившая от боли, молящая о помощи, растворяющаяся во Тьме так быстро, что я понимала  - тетя Клэи погибает в муках. И я не могу помочь. Ее страдания  буквально оглушили меня. Я стояла и надрывалась криком, пока не сбежались соседи. И не приехала городская полиция.

-Когда вы  общались с госпожой Клиэ Тар в последний раз? –спросил меня плешивый следователь, наверное, уже раз пятый.

-Третьего числа, ровно в полдень. Я заходила к тете, чтобы поздравить ее с Днем звезды. – деревянным голосом ответила я, в оцепенении продолжая наблюдать, как на полу двое студентов- практикантов продолжают замерять и обводить большое, черное, расплывчатое пятно – все, что осталось от тети Клиэ, такой веселой, беспечной, романтичной, вечно страдающей от несчастной любви, пережившей двух мужей, еще очень молодой и довольно сильной ведьмы. И тут бац, и черное пятно! Никаких следов борьбы.

-Не заметили ли вы что-нибудь подозрительное во время последнего визита?

-Нет.

-Упоминала ли госпожа Клиэ нечто, что могло показаться вам, скажем так, не совсем обычным?

Я пожала плечами. Болтовня тети всегда была странной – она говорила о вальсе семи планет, золотом полнолунии, знаках страсти и затмениях любви. Но больше всего она говорила о…

– Она упоминал какое-то древнее пророчество – «два, как одно, три да пять», что-то типа – «И время снова обратится вспять, Свет ярче Тьмы начнет сиять».

-Были ли у вашей тети враги?

Я задумалась. Тетя была яркой женщиной. В нее влюблялись, она могла ответить взаимностью, но для ведьмы связь вне брака – вне закона. Мог ли ее отказ кого-то оскорбить – мог. Мог ли этот кто-то быть настолько могущественным, чтобы расплавить сильную ведьму одним ударом? Я уже открыла рот, чтобы поделиться своими соображениями, но…

Дверь скрипнула протяжно и распахнулась. Воздух наполнился ароматом весенних цветов. На пороге возникла мрачная фигура в облаке мутного тумана. Мороз пробрал до костей. Я поежилась, буквально склоняясь перед темной силой, которой был окутан вошедший.

-Гибель в результате магического вмешательства находится в юрисдикции Ордена инквизиторов! – произнесла фигура. Голос был глухим и завораживающим, привыкшим повелевать, казнить и миловать. Причем казнить все-таки чаще. Фигура вплыла внутрь. За ней, точно тени, следовали еще несколько – они были выше и массивней, но всем было понятно, что они – лишь сторожевые псы, ждущие приказа. Кстати о псах… Только вспомнила, и огромная инквизиторская гончая, рыча, опустилась на пол, тяжело дыша и как-то особенно зло глядя именно на меня. Или это мое больное воображение? Захотелось с ногами залезть на стул. А лучше сразу на шкаф.

-Как прикажите, лорд-инквизитор! – следователь склонился в подобострастном поклоне и кивнул студентам, знаком указывая им на выход.

5.2

- Джакк! Джакк, ты меня слышишь!?

Он поймал мои ладони, пригвождая их к гладким доскам скамейки, приподнялся и посмотрел мне в глаза. На мгновение в его глазах будто заблестели льдинки, обжигая  до дрожи, замораживая так, что сердце почти перестало биться. Мне вдруг почудилось, что знакомое лицо Джаккка расплывается и превращается в… Но тут Джакк моргнул и холод отступил. Он потряс пестрой шевелюрой, где сегодня желтые пряди перепутались с голубыми, прикусил губу, заерзал на мне так, что я вполне ощутила силу его желания.

-Пусти! – опять потребовала я.

-Уже отпускаю…- грустно вздохнул Джакк,  глаза его при этом хитро сверкнули. – Ты же торопишься – тебе пора собираться в долину.

-Не смешно!

-Абсолютно с тобой согласен! – прошептал Джакк, нащупывая мои губы, нежно сминая, смакуя, ныряя языком внутрь, заставляя разомкнуться, жадно лаская мой рот. Освобождая меня на секунду, чуть усмиряя сбившееся дыхание, чтобы спуститься ниже, покрывая порывистыми поцелуями шею…

-Не отталкивай меня…Прошу…Пожалуйста…Скажи, что любишь…Я сделаю для тебя все…Ты останешься со мной…И я буду защищать тебя от всех…Я так люблю тебя, моя Сияна…

-Джакк…Я тоже…Но хватит! Не здесь! Не сейчас…Не надо, Джакк…

Пальцы Джакка подцепили кружево, проникая под белье. Какие холодные у Джакка пальцы! И нежные. Он замер, будто опасаясь моих протестов. Но я вдруг поняла, что мне уже особо и не хочется сопротивляться. Сердце стучало, как сумасшедшее. Джакк зубами потянул шнуровку корсажа, носом утыкаясь в ложбинку между грудей, обводя контуры горячим, влажным языком, а его пальцы неторопливо перешли на внутреннюю сторону бедра, заскользили вниз- вверх, с каждым разом подбираясь все выше, пока, наконец, не коснулись холмика. Всего на секунду. Снова утекая вниз, но заставляя меня выгнуться, зажмуривая глаза. Нетерпеливо откликаясь ему навстречу.

-Сияна…- прошептал приободренный Джакк.

Я прикусила губу. И тут перед моим взором, так четко и ярко. И совсем некстати всплыл…обнаженный Мирван в полной боевой готовности. И несмотря на то, что ласки Джакка становились все смелее, а его палец, раздвигая складочки, осторожно проникал внутрь, в то время, как другой  очень нежно кружил над клитором, вырывая стон за стоном. Я безумно, до болезненного спазма внизу живота, захотела, чтобы внутри оказался Мирван. Я поняла это так отчетливо, что меня словно окатили холодной водой. Я сжала бедра. На глазах навернулись слезы.

-Джаккк! Прекрати немедленно!

Я уперлась в его плечи.

-Сияна, что случилось? Что не так?

-Пусти!

-Пустить?! – он тяжело дышал, глядя на меня невменяемым, затуманенным взглядом, перехватывая мои ладони, целуя их, прижимая снова к скамейке. – Я тебя никуда не пущу…

-Нет! Я не хочу! -  я почти кричала.

Джакк обнимал лишь сильней.

Я смотрела вверх на небо, которое уже утратило дневной блеск. На пронзительно желтые листья, слегка трепещущие на ветру. Я понимала, что кричать бесполезно. Джакк – мой муж. И… я даже хочу его...наверное. Просто мне кажется, что если у нас сейчас все произойдет, то…Я навсегда потеряю что-то очень для меня важное… И тут резкий порыв ветра качнул иву, срывая листья, увлекая осеннюю листву в хоровод. Небо вдруг спряталось за блестящей серебристой завесой. Скамейка вздрогнула. Воздух загудел. Я завизжала. Джакк чертыхнулся. Земля завибрировала, и перед нами во всей красе приземлился огромный, выпускающий из ноздрей едкий столб дыма, дракон. На миг в воздух взлетели его перепончатые крылья, а потом сложились. Вся драконья морда съежилась, серебро расплылось, и на месте огромного чудовища я увидела рыжеволосого и краснощекого Октавия, пялещегося на меня с вполне откровенным и совсем нескрываемым интересом. Я неловко оправила юбку и поспешно подтянула корсаж.

-Тьма! Ты…Грох тебе в…!

-Я тоже рад тебя видеть, Жакки!

-Не могу сказать это про себя, Оки. Видишь ли, нам с супругой хотелось бы побыть вдвоем. Если ты понимаешь, о чем я…

-Мне кажется, ты преувеличиваешь…Насчет дамы, во всяком случае…Я слышал что-то типа «Нет! Я не хочу! Ах…». Мое почтение, леди!

-Я тебя убью!

Побелевший, как полотно, Джакк сжал кулаки. Он не двигался, но я заметила, как вокруг него закручивается невидимый некровихрь.

-Джакк, не…- запоздало попыталась вмешаться я, но вихрь уже рванул к Октавию, сшибая того с ног, переворачивая в воздухе, как смятую тряпку, заставляя сомневаться, что секунду назад он был серебристым и могучим монстром.

Октавий летел к пруду, его пальцы, вдруг обросшие длинными, черными, как деготь, ногтями, зацепились за берег, прочертили на земле глубокие борозды. Он затормозил у самой воды. Легко поднялся, отряхнулся. И опять улыбнулся. Только улыбка на этот раз напоминала гримасу. Лицо заострилось, а глаза будто засветились. Он убрал руки в карманы черного жакета с зеленым черепом, эмблемой академии, на лацкане.