Ведьма в маске 2

Шипящий шоколад

Пусть музыка играет, я буду танцевать,

Пусть в кровь истерты ноги – плевать, плевать, плевать!

Пусть шелк атласной юбки струится по ветру,

Сегодня я играю, сегодня я пою.

И пусть игра фальшива – я буду продолжать.

Я буду веселиться, шутить, играть, играть.

Зашью на сердце рану, счастливо улыбнусь,

Надену свою маску и снова в пляс пущусь.

Июль. В полдень солнце припекало так, что показываться на улице было сущим самоубийством. Климат в Некрос Конфедерации влажный. Ночами льет дождь, а днем на небе ни облачка, только лужи превращаются в душный пар. Но склеп центрального кладбища - прохладное и просторное местечко. Зал переполнен. Процесс с участием обвинителей от инквизиции – всегда развлечение, возможность отдохнуть и посплетничать в прохладе, найти работу, сделать ставки, завести знакомства, заключить сделку или срезать кошелек.

Несмотря на прохладу, адвокат Сьян дер Мирроур почувствовал, как нижняя рубаха под плотной черной мантией прилипла к телу. На подходе был самый ответственный момент, где от него требуется предельная собранность. Судья, грузный мужчина, которого мантия делала похожим на распушившего перья ворона, медленно поднялся, откашлялся, дождался полной тишины и начал торжественную речь:

-Итак, сегодня было заслушано дело по обвинению Элии дер Терианны. Она обвиняется в незаконном колдовстве, а также ей вменяется обвинение в непослушании мужа, сэра Виллируана дер Терриана, по словам которого обвиняемая нарушила запрет, введенный исключительно в целях безопасности и покинула дом мужа, а также изъяла из тайника денежные средства на сумму 30 золотых дублонов, после чего последняя обратилась в суд, с целью получить развод, указывая на жестокое обращение мужа и его мужское бессилие, а также с требованием вернуть ей земли, полученные по родовой линии. Супруг обвиняемой сэр Виллируан дер Терриан подал встреченный иск по обвинению своей супруги в непослушании и незаконном колдовстве, в результате которого он и обрел половое бессилие. Итак, сегодня в зале суда присутствует представитель инквизиции, который поможет определить, наличествует ли колдовская сущность у обвиняемой или нет. Приступим прямо сейчас, призывая всех присутствующих в свидетели!

Представитель инквизиции являл собой высокую фигуру в черном балахоне. Лицо было полностью закрыто черной тканью. Инквизитор ступал легко, спину держал прямо. Его сопровождали четверо прислужников, тащивших довольно-таки массивный крест. Все как обычно, только взгляд инквизитора был непривычно любопытным и живым, выдавая его молодость и неопытность. Послушники опустили крест в жаровню, раскаленные угли зашипели. С противоположной стороны вывели обвиняемую. В белой рубашке до пола, в белой косынке, прикрывающей волосы, она напоминала попавшего в сети мотылька.

-Итак, с вашего позволения, господин инквизитор!

Инквизитор кивнул. Послушники подцепили крест на толстые жерди, положили на каменный пол. Обвиняемую подхватили и, разодрав на спине рубаху, пригвоздили к раскаленному до красна кресту. Зал затих. Распятая на кресте жертва тоже молчала, только огромные глаза, полные слез, да прикушенная нижняя губа, выдавали волнение. Сьян дер Мирроур щурил глаза, пряча в длинных рукавах мантии до бела сцепленные пальцы. Он привык опускать температуру железа, расходуя небольшой резерв по минимуму, да так, что магию почти невозможно было засечь. Прежний представитель инквизиции во всяком случае, никогда не придирался. Добрый толстячок, недавно смещенный, видимо, за свою доброту, старался побыстрей покончить с процедурой, использую маленький крест и стараясь не травмировать жертв. А этот уставился на обвиняемую так, что впору насторожиться. Да к тому же, аура у инквизитора очень смахивает на некромантскую. Инквизитор – некромант, редкое сочетание. Практически уникальное. Насколько помнил Сьян, некроманты обычно на дух не переносили инквизиторов. Те отвечали некромантам взаимностью. И только Великий и Бессмертный Император носил титул Верховного Инквизитора и Магистра Некромантии, держа под контролем и тех, и других. «Интересно, имеет ли этот любопытный юноша какое-то отношение к императорской семье? - подумал Сьян. – Вряд ли, но надо с ним быть поосторожней».

Песок в часах кончился. Сьян расслабился.

-Позвольте засвидетельствовать! Высшие силы помогли обвиняемой пройти испытание! Следовательно, обвинение в незаконном колдовстве не имеет под собой оснований! Обвиняемая не владеет магией и в лицензии не нуждается! – уверенно заявил Сьян.

Зал взорвался аплодисментами. Радостное ликование охватило зрителей. Сьян выдержал паузу и продолжил.

-Следовательно, сэр Виллируан дер Терриан обрел половое бессилие по совершенно другой причине. И в этом случае, непослушание обвиняемой, а также требование развода – вполне законно и…

Инквизитор бросил на Сьяна взгляд, полный разочарования, неприязни и чего-то еще, что Сьян определил, как злое недоумение. Взгляд лишь слегка остудил радость Сьяна, он дружелюбно улыбнулся инквизитору и продолжил речь. Тот отвернулся. А Сьян направился к бывшей обвиняемой. Та с удивлением оглядывалась, не веря собственной свободе. Сьян почувствовал, как его напряжение сменяется предвкушением победы. Еще один процесс подходит к концу. Еще одно обвинение инквизиторов снято. Теперь обвиняемая отделается штрафом, а адвокат получит славу и солидное вознаграждение.

Запрыгивая в первый остановившийся экипаж, адвокат Сьян подумал, что теперь он сможет позволить себе собственный выезд, а также кухарку (надоело есть в дешевом кабаке, а вот с лакеем сложнее, ему бы горничную). Но первым делом, нужно найти поприличней жилье. Склеп зала заседаний располагался в центре Тармариса, рядом с центральной площадью, практически напротив королевского дворца, а комнату Сьян снимал не то чтобы совсем на окраине, скорее в районе, который еще не пересекал черту приличий, но значительно позволял сэкономить содержимое кошелька. Улица, где обитал Сьян, называлась улицей Мочи, и пахла соответствующе.

Допрос

Все женщины врут. Красивые женщины врут правдоподобно. Значит, красивые женщины – ведьмы.

(из записок инквизитора- практиканта)

-Добрый вечер! Я…заблудилась. Понимаете, сегодня было так жарко, а я очень плохо переношу жару. Ночью так трудно уснуть…Я не высыпаюсь. Пришла утром на…слушания, а здесь так прохладно, что я уснула…А сейчас просыпаюсь, а здесь никого нет. Мне очень повезло, что я встретила здесь вас. – сбивчиво ответила Сияна, понимая, что несет полную чушь, но ничего более умного в голову не пришло.

-Хм. А мне-то как повезло…Следуйте за мной.

Инквизитор развернулся. Полы его мантии взвились вверх, и он направился вглубь коридора, уверенный, что девушка последует за ним. Но Сияна не двинулась с места. Она знала, что в глубине того коридора нет выхода. Но есть два входа – один ведет в подвалы инквизиторов, другой – в подземелья некромантов. Сияну не устраивали оба варианта. Она просканировала резерв. Резерв обнулился. С одной стороны, это хорошо – ее не в чем обвинить, с другой стороны – нечем защищаться. Религия в Некрос Конфедерции была как-то хитро закручена вокруг самого Императора, который был с одной стороны не богом – но божеством, с другой стороны -Хранителем источника вечности. Инквизиторы на допросе начинали задавать вопросы по книге, которую император собственноручно написал для своих подданных. Император очень любил подданных, поэтому не пожалел сил и времени – книга получилась объемной. Незнание книги наизусть – обвинение в ереси. Сияне такое обвинение не грозило, но инквизиторы изобретательны. Адвокату Сьяну это было хорошо известно. Идти за тем, от кого она привыкла защищать других, не хотелось.

Инквизитор, словно прочитав ее мысли, снял со стены факел. Факел вспыхнул бледным желто-серым светом. Некромантским.

-Госпожа? В чем дело? Кажется, я приказал следовать за мной. Я не люблю повторять. – сказал инквизитор таким тоном, что сомнений в том, что он привык отдавать приказы не осталось.

У Сияны в голове мелькнула шальная мысль о побеге.

-Не советую делать глупости, госпожа. Вы же не хотите, чтобы я пустил вам вдогонку инквизиторских гончих?

Сияна видела в работе этих ужасных псов-людоедов. Одно лишь их упоминание заставило волосы на ее голове встать дыбом.

-Зачем гончих? Я же ничего сделала! Я просто заснула…

-Тогда вам нечего бояться. Идемте!

Сияне ничего больше не оставалось, как последовать за ним.

Шаги эхом отдавались в широком коридоре со сводчатым потолком. Коридор бежал вниз и, закручиваясь спиралью, нырял все глубже, пока не уперся в узкую дверь с маленьким зарешетчатым окошком где-то на уровне груди. Инквизитор загремел ключами и распахнул дверь, предлагая Сияне войти внутрь. Изнутри веяло могильным холодом и сыростью. Сияна бросила на инквизитора неуверенный взгляд. Капюшон нависал так, что только лишь темная зелень глаз, как некромантские огоньки, поблёскивала с каким-то хищным предвкушением, а само лицо, точно заштрихованное углем, пряталось в серой дымке. Интересно инквизиторы такие балахоны шьют на заказ у некромантов?

-Ну? – настойчиво махнул Инквизитор головой в сторону узкого прохода и легонько подтолкнул Сияну в спину. Сияна нагнула голову, шагнула внутрь и оказалась в темноте. Высокий инквизитор согнулся по пояс, пролезая в дверь. Он осветил темноту факелом и, пройдя вдоль стены, зажег еще несколько. Сияна огляделась. Помещение было просторным, с высоким потолком, с которого свисали цепи разной длины и мотки толстой веревки, перекрученной и спутанной. Справа стоял массивный дубовый стол и стул с высокой спинкой. На столе лежала стопка бумажных листов разного размера, набор письменных принадлежностей и прочие канцелярские мелочи. Перед столом стоял стульчик поменьше, с подлокотниками, с которых свисали кожаные ремни. Рядом со столом стоял высокий стеллаж, где аккуратно были сложены свитки. В левом углу помещения стоял большой шкаф, на многочисленных полках которого, подвешенные на крючки, висели щипцы разных размеров, какие-то зазубрины, воронки и намордники, железные склепы, скобы и много других предметов различной длины и диаметра, с шипами и лезвиями на любой вкус. Рядом со шкафом чернела глотка камина с жаровней. Над камином висела коллекция железных прутьев, дальше стену украшали хвостатые плети, расположившиеся в несколько рядов. Каменная стена, протянувшаяся дальше, со штырями, с которых свисали наручники и железные ошейники, а также тончали, словно выросшие из стены, каменные колья тоже выглядела негостеприимно. Перед стеной стоял деревянный стол, на высоких стальных ножках, прикрученный к полу, по углам стола болтались наручники. Внизу вдоль стены выстроилось нечто разной ширины и длины, напоминавшее цилиндрические клети, с обращенными внутрь шипами. Дверь позади Сияны скрипнула, точно простонала. Инквизитор провернул ключ, подошел к столу. Перед ним вспыхнула свеча. Он указал Сияне на стул перед столом. Сияна подошла, села на краешек и уставилась на свои до бела сцепленные пальцы.

-Назовите ваше имя.

-Телла.

-Имя рода?

-Скрубитиж.

-Назовите 3 постулата о природе божественного.

-Божественное проявляется в истинном, а вечно истинное есть смерть, так как смерть есть начало жизни, а жизнь – вечна…- забубнила Сияна, вызубрившая творение Императора наизусть сразу по прибытии. Книга досталась ей по наследству вместе с прочей литературой юридической направленности от покойного адвоката Селентеуса, чью лицензию (чуть магией подправив имя) абсолютно незаконно присвоила Сияна.

Улица Центрального Кладбища

Дуракам всегда везет. Всемогущий чародей, когда ж я поглупею!

И тут раздался протяжный вой, лай, и в закрытую дверь настырно заскребли собачьи когти.

-Провались ваши могилы! – в досаде воскликнул мучитель. Капюшон лишь только приоткрыл высокий лоб, как Инквизитор быстрым движением вернул его на место и направился к двери. Открыв ее, он запустил внутрь гончую. Глаза у гончей, как две некромантские свечи, серые и мутные. В зубах животное держало свиток.

-Хороший Бобик! Так, что здесь... Ясно, ясно. – забормотал Инквизитор, дочитал послание, потрепал гончую, достал из ящика что-то, вероятно съедобное. Думать, что это, возможно, часть того, кто болтался на цепях до нее, Сияне не хотелось.

-Так, детка, - обратился к Сияне Инквизитор, - тебе придется тут поскучать без меня какое-то время. Но не волнуйся, я скоро вернусь, и мы продолжил наш долгий, очень-очень долгий разговор. Некромант, выпустив гончую, исчез за дверью. Дверь скрипнула, замок заскрежетал. Факелы погасли. Сияна осталась одна.

С отчаянием девушка еще раз обвела взглядом свою тюрьму. Подергала цепи, с болезненной внимательностью стала разглядывать ящичек на столе, пока не перевела взгляд на шкаф напротив. Вздрогнула, с отвращением и страхом изучив коллекцию щипцов. Адвокат Сьян читал памятку по применению пыточных инструментов, и знал, когда инквизиторы имеют право их применять – абсолютно всегда. И тут, на самом крайнем крючке…Сияна не поверила своим глазам. На толстом железном ободке, висела связка ключей – один большой и длинный, похожий на ключ от двери и много ключиков поменьше. Судорожный вздох вырвался изнутри – свобода так близко – всего-то полсотни сантиметров. Сияна подергала цепи, обвитые вокруг запястий и защелкнутые на небольшие замки. Возможно, это связка ключей совсем не от них, но попробовать стоит. Связка удачно висела ровно напротив ее левой ладони. «Лоходониус, я испеку тебе пирог! Я куплю у некромантов 5, нет 10 корзинок вечно красных роз! Я принесу тебе бутылку эльфийского вина! Только помоги мне! Ну хоть чуточку!» - взмолилась Сияна, вспоминая карликового бога удачи, с которым ее когда свела судьба в тесном амагическом ящике. Затем она постаралась выровнять дыхание, успокоиться, насколько это было возможно в ее положении. Внутри резерва сияла пустота, проклятые цепи, словно по капле, высасывали не только магию, но и саму жизнь, лишая сил, ослабляя волю. Уже просто проболтавшись на этих цепях ночь, наутро обвиняемый сознается в чем угодно. Но Сияна не была готова вот так безвольно болтаться. Она перевела внимание на свечу, что догорала рядом с ее незаконченным портретом, закрыла глаза, настроилась, потянулась и стала огнем. Маленьким пламенем, поедающим жесткий фитиль, утопленный в воске. Мгновение – и цепи возвращают ее на место, но в груди испуганно трепещет искорка, грозясь потухнуть в любую секунду. Маленькая крупинка магии, блеклая, как последняя звезда на светлеющим небе. Вдох-выдох, Сияна мысленно подцепляет эту песчинку, мысленно держит, стараясь неторопливо, но настойчиво перемещать ее из середины груди вверх и к левому запястью. Чуть-чуть вверх, медленный вдох – выдох, концентрация еще чуть-чуть вверх, вдох – выдох, отгоняя мысли, что мучитель может вернуться, стараясь не думать, что песчинка может потухнуть окончательно. Наконец, она ощутила, что капелька тепла коснулась бьющейся на запястье жилки. Сияна вцепилась пальцами в цепь и, вложив в импульс всю мысленную силу, которую только могла собрать, отпустила ее по цепи, стараясь задать максимальное ускорение, чтобы магия пролетела быстрее, чем проклятое железо ее поглотит, одновременно цепляясь за протянутую к свече веревочку и по чуть-чуть, по песчинке, добавляя бледной, затухающей искорки сил. Когда цепь, лязгнула и чуть просела, ослабляя натяжение, Сияна выдохнула и слабо улыбнулась. «Спасибо, Лохотунчик!». Она подтянулась на цепях, раскачиваясь, правой ладонью ухватившись за цепи, а левой пытаясь при качании вперед ухватить ключи. Резерв ушел в минус, пот градом катился со лба, хотя в подземелье было совсем не жарко.

Раз! Мимо…

Свеча на столе потухла.

Два! Мимо…Пальцы коснулись железа, дернули. В руке у Сияны оказалось нечто, вроде шипастой отвертки, о назначении которой Сияне узнавать совсем не хотелось.

Три! «Лоходониус, я тебя люблю!» Теперь оставалось только дотянуться левой рукой к замку на правой, подобрав нужный ключ. Если у нее в руках есть нужный ключ…Это оказалось не так просто и заняло намного больше времени, но удача в последний момент решила все-таки подмигнуть Сияне. И, наконец, она оказалась на полу. Быстро одевшись и закутавшись в потрепанный плащ, что валялся у двери, она вставила самый большой ключ в дверной замок и оказалась на свободе. Почти…Наверх вел длинный коридор, разветвлявшийся, по пути к выходу на несколько темных провалов. Ведьминская интуиция не подвела, и уже совсем скоро она добралась до того места, где так неудачно встретила Инквизитора. Выход совсем близко, но тут справа послышались шаги. Сияна шагнула в пыльную арку и замерла, проклиная испуганное сердце, громко бившееся в груди.

-Ваше Высочество, император требует вашего немедленного присутствия на совете!

-Зерд, я уже связался с Императором! – послышался раздраженный голос, который Сияна тут же узнала. -Все! Делай, как я сказал и больше меня не отвлекай. В ближайшие два часа я буду очень занят.

Шаги зазвучали совсем близко. Сияна не дышала, закрыла глаза, прижимая к груди украденную связку ключей. Минуты тянулись бесконечно. Наконец, шаги стали удаляться, зазвучали все глуше, пока не затихли совсем где-то в глубине того коридора, из которого Сияна только что выбралась. Получается, у Сияны  около семи минут, прежде чем Инквизитор, которого к тому же величали «высочеством», достигнет подземелья и обнаружит ее пропажу. Аккуратно выглянув из своего убежища, Сияна увидела, что тот, кого назвали Зердом, устроился на скамье, надвинул на лицо капюшон и, судя по всем, собрался отдохнуть в то время, как господин развлекается. Времени ждать, пока он заснет покрепче не было. Скинув туфли, Сияна, стараясь ступать тихо, как мышь, двинулась мимо большого креста, мимо центральной арены, обходя по кругу места зрителей, нависшие каменным амфитеатрам. Зерд захрапел. Сияна ускорилась, шагнув в завершающий коридор, перешла на бег. Достигнув, наконец, двери, Сияна каким-то удивительным образом одним рывком приподняла тяжелый засов, замотав ладони позаимствованной мантией. Взревела сигнализация, из глубины послышался лай разбуженных гончих. Юркнув в чуть приоткрытую щель, Сияна захлопнула дверь снаружи и, вставив ключ, повернула его и оставила в замке, чтобы с другой стороны можно было открыть дверь не сразу. Она свернула на неприметную тропку, пересекающую кладбище вдоль ограды, где летними ночами ночевали местные попрошайки, хорошо знакомые Сьяну. Поплотнее закутавшись в плащ, Сияна побежала, перепрыгивая через могилы, ныряя в неприметный лаз, выходящий на задний двор собора Смерти и, скинув плащ, дальше, через забор на улочку, ведущую на берег реки Некруси. Сияна бежала, точно летела, и, когда вдалеке раздался возбужденный лай гончих, Сияна уже нырнула в воду, смывая страх, усталость и чуть восстанавливая резерв.

Обратная сторона успеха

Успешные люди всегда вызывают подозрение у неудачников.

И тут, возвращая Сияну в реальность, зазвонил дверной колокольчик. Сияна подпрыгнула, вскочила на ноги, подбежала к зеркалу, чуть-чуть подкорректировала морок, замкнув стабильность потоков, чтобы резерв не обнулялся, и пошла открывать дверь. Она решила принимать посетителей попроще в зале и только самых-самых важных гостей приглашать в кабинет.

Гость, который стоял на пороге, был из разряда «попроще», но давал возможность надеется на прибыль не ниже среднего. Аккуратная, с проседью бородка, добротный сюртук плотно обтягивал упитанную фигуру мужчины, на голове поношенный, но шелковый платок (знак торгового сословия), а блестящие сапоги совсем новые, из мягкой, не самой дешевой кожи.

-Добро пожаловать, любезный господин! Ваш визит большая честь для меня! Прошу, прошу, не откажите разделить со мной скромный завтрак! Чай, кофе, эль или что-нибудь покрепче? – не умолкал ни на минуту Сьян, усаживая гостя в кресло у камина, предлагая булочки и напитки. Гость не проронил ни слова, вид у него был печальный и серьезный, но позволил усадить себя в кресло. Увидев перед собой стакан с мутной, пахнущей анисом жидкостью, немного повеселел, залпом выпил и заговорил, смачно причмокнув толстыми губами:

-Настоящий гномий!

-Лучшим клиентам только лучшее! – воскликнул Сьян, подумав, что если поток клиентов увеличится до ожидаемого процента, самогон надо будет разбавлять, а если дела пойдут и вовсе хорошо, то вполне хватит эля местного разлива.

Гость снова молчал, а Сьян, устроившись в кресле напротив, обмакнул перо в чернила, взял чистый пергамент и спросил:

-Как позволите называть вас, уважаемый господин?

-Зовут меня господин Швах и дело у меня секретное…

-Разумеется…

-Очень секретное и…больше 10 лар платить не буду, хотя за секретность пол сребры сверху можу и накинуть.

-Хм, - Сьян удивленно вскинул брови, предложенная цена была не то что низкой, а неприлично низкой, тем более за секретное дело. Может быть, речь идет о десятке яиц, пропавших утром из курятника?

-Осмелюсь спросить, какого рода ваше секретное дело?

На лице господина Шваха появилось выражение растерянности и непонимания.

-Вам нужен представитель ваших интересов в суде или частный детектив?

-Мне нужно дочу мою найти, которая от жениха сваго убегла. Позорище на старости лет!

-Ясно, тогда стоить будет не меньше 30, но могу скинуть 10 лар, как первому клиенту, то есть 20.

-20??! Мне платить 20 лар, чтобы найти эту дуреху, что позорище на родного отца накликала на старости лет! 11 лар!

-20!

-11 лар и пол серебрушки!

-19 и еще стакан самогона!

-Ох, ладно…Шош поделаешь, надо искать дурищу, а то жених ейный меня по миру пустит! Ой, уй, …ить! …тудыть!....бпидтуть!Зудпду…………ть! – высказался клиент, а Сьян наполнил его стакан и приготовился слушать.

Господин Швах взял второй стакан с осторожной нежностью, понюхал, обнял огромными ладонями, осторожно сделал один глоток, вздохнул, прикрыв глаза. Затем он сделал второй глоток побольше, затем, наконец, допил, не открывая глаз еще минуту посидел молча, пожевал губами и наконец, начал свой рассказ:

-Значится, как с месяц тово назад счастие такое приключилось. Дочу мою благородный господин сосватал, и мы к свадебке, значится готовиться начали. Доча влюбленая бегала, да и молодой благодин кажый день хаживал и чаи распивал и с дочей гулял…Я под это дело, у соседа одолжил ларчиков, шобы еще мастерку поооткрыть и работников отбрыть и все уже на мази. Как-то бяда за бядой. Ить….тудыть!

-Значит, месяц назад была объявлена помолвка?

-Ить…!

-Имя жениха?

-…еть! Райетувль те’Руубиль.

-Те’Руубиль?- переспросил Сьян. Имя это он уже где-то слышал, но вот где и в связи с чем, припомнить не мог.

-У него, ….ить, дом на Некроспекте и зомби упряжка и шпага с золотом, значится, все, как у прюличных людей. И сам он, некромант, во. И самогон, …ить, почти такою же вкуснячий притаскивал…И тут, доча моя, …ить, ушла и…, -он всхлипнул и закрыл лицо ручищами. Платок съехал набок, седые кудряшки вылезли наружу.

-И?

-…ить! Не вернулась!

-Сколько дней назад это случилось?

-Да…того, дней пять…Точно пять….Скупщик еще приперся денег своих требовать, ить…его…И мастерская новая погорела, …итить….И доча сгинула и жоних ее тяперя за дочу еще и процент стребувает, значится, что убегла она…А она не убегла! ….итить! Она мож померла или эти…студенты, некроакии, …ить, опять балуют…Хотя луше, чтоб померла…За студентов платить придеся…Ить!

Из всего этого нестройного рассказа, путем настойчивых вопросов, повторенных не один раз, Сьян получил следующую картину. Одна из пяти дочерей господина Шваха неожиданно получила предложение руки сердца от благородного господина, был подписан брачный контракт, дело стремительно неслось к свадьбе, было потрачено целое состояние на платье, кареты, банкеты. Господин Швах на радостях, теряя голову от открывающихся перед ним перспектив (можно получить разрешение на открытие новой лавки в самом центре, наладить поставки во дворец, да много чего можно -благородный зять, шутка ли), взял большую сумму денег взаймы у соседа, взял на год под проценты, а тот возьми и потребуй возврата через месяц. А тут еще лавка в порту сгорела, а потом за день до свадьбы дочка пропала. А у него в контракте с благородным господином пункт, если свадьба отменяется по вине невесты – плати отступные.

Приглашение на бал

Вот что бывает с теми, кто обращается к феям-самоучкам, а не к дипломированным выпускникам Некрос Академии.

(практикант- некромант о Золушке и карете, превратившейся в тыкву)

Через двадцать минут наверху громко хлопнула дверь.

-Ты!!! –раздался крик Теллы. – Ты!!!Ты обманул меня! Ты мне сказал, что ты благородный дворянин! А от дворянина у тебя только шляпа, да и та плешивая!

Подпрыгивая на каждой ступеньке, вниз скатился один сапог, а следом другой. К сапогам присоединилась шляпа с остатками поникших перьев. И, наконец, гордо задрав голову и торопливо застегивая камзол, спустился сам владелец роскошного особняка, шлепая по полу босыми ногами. Невозмутимо, точно так и полагается себя вести благородному господину, он поднял шляпу, надел, затем наступила очередь сапог. Бросив пару монет на стойку, он дал подзатыльник младшей подавальщице, оказавшейся на его пути, и вышел.

-Телла! – позвал Сьян девушку, когда та, красная от гнева и растрепанная, спустилась вниз. – Иди, успокойся, выпей – я угощаю!

Телла обиженно хлюпнула носом, скрестила руки на груди, откинула назад разбежавшиеся по плечам волосы, окинула пустой зал подозрительным взглядом и, вздохнув, уселась напротив Сьяна.

-Он! – начала Телла, кивнув подбежавшей девчонке, та унеслась за прилавок, поняв ее без слов. – Он – хаспадин без носков! Блага-а-родный, а не заплатил! Тьфу! Говорит, я – знаменитый Рэйт…дебиль…

- Райетувль те’Руубильне? – подсказал Сьян.

-Ну да, те Руубильне…Помнишь, я как-то про него рассказывала? Жмот!

Телла сплюнула на пол и вызывающе посмотрела на Сьяна.

-А я-то все радовалась! Думала, о, понравилось в нашей дыре такому важному га-а-спадину! Конечно, просто ему на проспекте Некромантов уже нигде не наливают, да и «У Тролля» он, поди, уже задолжал. Жаловался мне тут Мишаня, помнишь, подавальщик? Он теперь на повышении «У Тролля», такой модный кабак напротив зомбирома. Мишаня жаловался, что платить не хочет, а не нальешь – буйным становится. Я не поверила, говорила, врешь ты все – леший лысый! Вот, теперь и мне должен, а обещал…золотые горы!

-Благородные, они такие, Телла! Деньги с них надо вперед брать. – ответил Сьян. - Ты его давно пасешь, что ли?

-Ну-у-у, сам понимаешь, такие вот вельможи в нашей дыре – дело редкое. Он все с девками захаживал, да все с разными – не подойдешь! А сегодня хватает меня и говорит: «Телла, ты прекрасна! Пойдем со мной, я подарю тебе брошь с бриллиантом!» Достает брошку, а там голубой камень, огромный и сияет так ярко…- Телла затихла и всхлипнула.

К столу подошла девчушка с подносом и сгрузила на стол две, наполненные до краев, кружки. Телла жадно выпила половину, вздохнула и продолжила:

-И знаешь, что, Сьян? А вот, смотри! – Телла полезла в карман и положила на стол нечто черное, похожее на веточку сушеной рябины. Это нечто излучало слабый некро импульс.

Подхватив со стола льняную салфетку и обернув тканью пальцы, Сьян осторожно поднял это «нечто» и поднес к глазам.

-Как тебе брошка? Красотища, да? Позор, если кто узнает, что Телла отдалась за обгорелую деревяшку!

Веточка и правда сгорела. Простенькие некро чары были наложены на определенный срок, по истечении которого самоликвидировались, если их не обновить, конечно. Магия была слабенькая и не похожа на ту, что Сьян ощущал у особняка. Но тем не менее, это было некромагия, такие безделушки не продаются на рынке. Значит, скорее всего накладывал сам те’Руубиль и уровень у него, в отличие от могущественных предков, довольно слабенький. Таких называют «вырожденцами».

-Телла, - Сьян ободряюще похлопал Теллу по руке, - ты ему понравилась, я уверен. Просто…у него сейчас сложная жизненная ситуация.

-Это у кого – у него? Жмот он просто, вот!

-Ты сказала, что он последнее время часто заходил и с разными девушками, так?

-Ага, заходил, да и шлюшек с собой своих притаскивал. Тьфу! Худющие все, плоские…

-Телла, посмотри! – Сьян достал медальон с портретом, который принес ему господин Швах. – Посмотри внимательно, не узнаешь?

-Да нет, вроде…А что? Этот га-аспадин вляпался в какую-то истории, а Сьян? Сделаешь его на суде? Пусть не только без носков, а еще и без штанов останется.

Сьян знал только один способ вывести этого Райетувля те’Руубильне на чистую воду. И способ этот Сияне очень не нравился. Но шанс встретить на зомбидроме Инквизитора равен нулю, даже если он по совместительству некромант. Там царит территория свободы, азарта и равенства, где даже ведьмы чувствуют себя в относительной безопасности. Поэтому Сияна решила рискнуть и отправиться на зомбидром в образе в меру доступной и в меру красивой девицы. Конечно, Сияне было страшно. И здравый смысл подсказывал, что дело – дрянь и ввязываться в него не стоит, но аванс был получен и отдавать назад его не хотелось - отступать было некуда. Новый морок потреблял чуть больше энергии, поэтому у Сияны слегка кружилась голова. А, может быть, голова кружилась от настойчивого мужского внимания, которого на зомбидроме для женщин подобного типа всегда более чем достаточно. Кабак «У Тролля» располагался на верхнем ярусе, откуда с открытой террасы открывался захватывающий вид. Собственно, зомбидром был огромный стадион, где зомби всех видов и размеров могли продемонстрировать свою скорость, ловкость, а также силу, хитрость и прочность. Зрители отдыхали, делали ставки, пили, ели, кто-то выигрывал, а кто-то проигрывал. Сияна увидела Райетувля. Вид у того был похоронный. Он явно относился к тем, кто проиграл.

Страсть и смерть в одном стакане

Любовь отличается от страсти также, как оригинал от подделки. Если подделка хорошего качества, разницу может понять лишь профессиональный эксперт.

Вблизи некромантский особняк выглядел еще грандиознее, еще величественней и опасней. Сияна едва не задохнулась от набросившихся на нее волн древней магии смерти, которые нехотя, явно не горя желанием пропускать ее, отступали. Барон обнимал Сияну за талию – она была гостьей. Ее пригласили. Сияна смотрела на темные окна, хотя на улице было еще светло, солнце еще даже не спряталось за лесом, но дом окружала плотная, точно сотканная из ночной тьмы, тень. Девушка не собиралась надолго задерживаться, вернее она собиралась убраться отсюда как можно скорей. По ее задумке, как только они поднимутся в спальню, она наложит на Райетувля сонные чары и спустится в кабинет. Если ей повезет, она обнаружит нужную вещь там. Если нет, придется размыкать морок и использовать поисковое заклинание. Но Сияна надеялась, что барон хранит свою копию брачного контракта там, где положено. Останется только чуть этот контракт подправить, уменьшив в половину отступные для господина Шваха – и все. Конечно, если Руубильне пойдет в суд, чтобы доказать магическое вмешательство – ее выведут на чистую воду. Но…информация, полученная от Тиаша, делает это маловероятным – это раз. И она собралась бежать сразу, как получит от господина Шавха положенный гонорар – это два. И, учитывая претензии Инквизитора, ей все равно крышка – это три. «Помоги, Лохотунчик!»

Внутри особняк еще не явно, но все же демонстрировал плачевное финансовое положение «жениха». В холле на стене темнело пятно, здесь явно висела картина, которой хозяин, наверное, расплатился по карточным (или другим) долгам. Пустовали тумбочки, которые в приличных домах украшались статуэтками или вазами, по углам висели обрывки паутины. Паркет был чистым, но не блестел, как должно. Навстречу вышел сморщенный дворецкий. Прислуги явно не хватало, но доступной девице таких мелочей не положено было замечать. Сияна всплеснула руками, выражая неземной восторг.

-Ах, какой дом! Да вы, ваше благородие, не только красивы, но и богаты! – Сияна, прищурившись, посмотрела на него и с придыханием добавила, - и, надеюсь, щедры.

Барон задумчиво кивнул. Как только они оказались внутри, он вдруг стал очень серьезен.

-Проводи гостью в залу! – буркнул он дворецкому и исчез, скрывшись за неприметной дверью в конце коридора.

Сияна дернулась было, собираясь последовать за ним, но дворецкий громко кашлянул:

-Мадемуазель, - тихим надтреснутым голосом проговорил он, - вам сюда. – И он махнул рукой в противоположном направлении. Сияна потопталась на месте, разглядывая дворецкого. Что-то в нем ей определенно не нравилось. Он пах плесенью, крысами и…смертью. Некроманты часто держат в прислугах зомби, правда поддерживание жизнедеятельности такого слуги требует значительных магических затрат, зато отсутствуют материальные (в виде зарплаты, например), а также бонусом является нечеловеческая работоспособность и абсолютная преданность. Но у Райетувля таких ресурсов нет.

Да и этот…сморчок был человеком на сто процентов, вот только человеческого в нем осталось мало, и крысиные глазки-бусинки, почти потерявшееся среди морщинистых складок, смотрят на нее так, как будто он хочет ее…съесть. В прямом смысле этого слова. «Ой, может быть, он не кормит прислугу?», - Сияна передернула плечами, решила, что сморчок скорее подавится, чем ее съест и отправилась в указанном направлении, на всякий случай аккумулируя резерв на защиту.

В зале, бросая на пол изумрудные отсветы, горело знаменитое некромантское пламя. Считалось, что зажигает его первый появившийся в роду некромант, достигнув магического совершеннолетия (где-то 16-17 лет, в зависимости от уровня силы). Так же, Сияна слышала, что погасить его невозможно – ни вода, ни магия заморозки, но огонь умирает сам, если род или магия рода угасают. Сейчас зеленый огонь весело приплясывал. Значит, барон не так слаб. Или так силен, что Сияна просчиталась. Если так, то она крупно влипла. Думать о том, что сильный некромант может сделать со слабой ведьмой, не хотелось. Окно было закрыто плотной тканью зеленого бархата, единственным источником света был камин, поэтому полумрак превращал людей на портретах в зеленолицых троллей в длинных парадных мантиях. «Слишком много зеленого. Всемогущий чародей, кажется, я попала в болото!, В некромагическое болота, -ить тебя тудыть, вшивый гоблин!» - подумала Сияна, зевнула, прислушалась к урчащему животу.

-Заждалась, розочка? А я уже здесь!

Барон явился в одной нижней рубахе без пояса, волосы мышиного оттенка спускались по плечам, шнуровка рубахи развязана, выставляя на показ клочок волосатой груди, а в руке откупоренная бутылка вина и два бокала. Один из которых, наполненный до краев, через секунду оказался у нее в руках.

-Барон лично ухаживает за своей дамой? Мило…очень мило…Сияна сделала вид, что пригубила вино. – А-а-ах, - выдохнула она, запрокидывая голову назад. – Возбуждает! Барон, а вы – такой!

-Какой?- спросил с улыбкой барон, устраиваясь с бокалом напротив.

-Такой…соблазнитель…ный. Может быть, поднимемся наверх?

-А ты нетерпелива, Розочка! Но придется подождать.