Ведьмак Аян. Наследие четырех

Глава 1. Пособие для чайников от Ведьмака Аяна: Как уничтожить мир

Магический мир живет в состоянии бесконечной межвидовой войны. Вампиры на дух не переносят оборотней, нимфы не терпят людей, а водяные – русалок. Но есть нечто, что их объединяет: все они дружно, искренне и от всей души ненавидят ведьм, и при этом жить не могут без их магии. (История магического мира. Описание видов.)

Если однажды меня спросят, где моя совесть, я честно отвечу: где-то между трухлявыми половицами моей комнаты. Примерно там же, куда закатился мой молочный зуб во время одной особенно воодушевленной воспитательной беседы со своим стариком. Не судите строго. Я берусь за любую работу не потому что мне очень нравится возиться в грязи. Я просто… скажем так – утомился. От подзатыльников. От приказов. От всего этого паршивого клана. От жизни, где мне приходится тайком использовать магию. И потому мне нужны всего лишь деньги. А по-другому мне их не заработать.

За окном как раз показался угрюмый острый нос Акида. Он что-то гаркнул (как всегда с душой, но без смысла) и с силой стукнул кулаком в стекло. Однажды оно треснет, как и мое терпение.

Вот об этом я говорю. И хорошо, что я освоил заклинание тишины и теперь мое жилище – храм приватности. В деревне все любители подслушать, а мои клиенты приходят сюда отнюдь не за рецептом борща. Если кто-то узнает, чем я занимаюсь, меня выгонят из клана раньше, чем Акид запустит в меня банкой сушеных сердец. Если сам же меня в эту банку и не засушит.

Особенно если какая-нибудь птичка напоет, кто именно ко мне сегодня пожаловал.

В комнату вихрем ворвался… вампир. Бледный, клыкастый и на взводе. Определенно вампир.

– Избавь меня от проклятых ведьм! – парень бесцеремонно пересек комнату и угрожающе навис над моей головой.

– Во-первых, – тихо промолвил я, понижая голос до бархатисто-урчащего. – Не стоит так мучить голосовые связки.

Я методично расставил по разные стороны стола в миг потухшие свечи и, наконец, соизволил осмотреть своего гостя.

Сравнительно молодой вампир, лет восемьдесят, может, восемьдесят пять, судя по его пульсирующей от нетерпения плотной ауре. В момент обращения ему было не больше двадцати пяти. Дитя ночи, никакой защиты от воздействия среды не вижу.

Крайне печется о своем внешнем виде – мило всклокоченные волосы, дорогой крой черной рубахи с замысловатой вышивкой на воротнике, кожаные штаны и однозначно украденные сапоги. Я бы позаимствовал у него пару вещей, они прекрасно впишутся в мой гардероб, да и по комплекции мы схожи – невысокий и стройный, но не щуплый. Но в отличие от меня, черный цвет он носит из необходимости – за столько лет так и не научился есть аккуратно, а слюнявчик надевать некому, вот и ходит с кровавыми пятнами на одежде.

Круглые, озлобленные глаза обрамляет паутина сосудов, краснеющих под кожей. Во тьме радужки поблескивают языки пламени. Взгляд нервный и бегает – судя по всему, привычка оценивать обстановку и просчитывать пути отступления или стратегии нападения. Такое встречается у многих существ, вынужденных жить в опасности, но в его случае это что-то большее.

Что ж, любой маг, увидев подобный типаж вампира, с удовольствием наслал бы на него чудное проклятие. Мне же придется помочь этому малому.

Какой я умный, правда? Взял, да и прочитал маленького вампира. Знал бы он, с каким маленьким ведьмаком имеет дело.

Быстрее бы это закончилось. Надеюсь, у него крупный заказ.

– Во-вторых, перестань дергаться и сядь сюда.

Поднявшись на ноги, я небрежно толкнул деревянную лавку ботинком и прошел к книжным полкам, которыми были обиты почти все стены.

Вампир прилежно сел, куда сказано, но дергаться не перестал. Он облокотился на подрагивающие с неуловимой для глаза скоростью колени и стал ритмично поглаживать большим пальцем правой руки тыльную сторону левой ладони. Привычка бежать и оглядываться не дает ему ни расслабиться, ни посидеть смирно дольше полминуты, а сверхспособности почти превращают его в размытое пятно из-за кучи мелких суетливых движений.

Я тем временем демонстративно достал толстенный гримуар – самый бесполезный, можно сказать детская книжка для развлечения. Зато выглядит внушительно.

– В-третьих, назови свое имя, вид и четкое требование – приказал я тем же резким, сухим тоном, каким общаюсь с клиентами.

Им это обычно внушает доверие. Этот томный взгляд из-под полуопущенных ресниц, плавные размеренные движения и вид чрезвычайной занятости своими магическими таинственными делами заставляет всех думать, что я опытный старый ведьмак, который знает, что делает.

Ха!

– Так, э-э… – он тут же растерянно замер и поднял на меня глаза. – Зовут Морт, то есть Мортимер. Ты же, это, можешь всякую чепуху магическую делать, да? Вот, я чего и пришел. Ведьмы… они меня достали! – с ненавистью зашипел он, а его кулаки тут же гневно сжались.

Через секунду он опять нетерпеливо вскочил на ноги и подошел ко мне вплотную, в то время как я, хмурясь над книгой, старательно строил из себя умудренного жизнью мага. И очень безмятежного. Да, прямо очень.

Я медленно поднял голову и воззрился на беспокойного вампира, который был на полголовы выше меня. Вот же достался психованный. Ладно, мне нужны деньги, придется успокоить шальное сердце, которое знает об опасности куда больше, чем я. Не хватало еще чтобы из-за страха магия вырвалась из-под контроля, как у сопливого волшебника.

– Сядь на место – неизменно ровным голосом приказал я. – Как ты меня нашел? – я пронзительно смотрел ему в глаза, заставляя его чувствовать себя некомфортно.

Почувствовав сгущение воздуха в комнате (угадайте чьих рук дело), Морт слегка остыл и попятился от меня к внезапно полюбившейся ему лавчонке. Что ж, если этот взгляд и такие глупые уловки заставят его перестать дергаться, обрисовать поскорее ситуацию и ретироваться из моей комнаты, тогда не будем, пожалуй, прерывать этого утомительного зрительного контакта.

– Друг посоветовал. – уклончиво отозвался он, неосознанно поморщившись. – Так ты сможешь? Скажи, что сможешь, а. Мне очень надо, чтобы, ну, это… получилось. – взмолился маленький вампир.