Великая Империя. Книга третья. Джилл. Часть 2

Глава 1

Корсиканские космические корабли... Джилл и раньше знала, что они шикарные, но теперь смогла убедиться в этом воочию. Это не просто технически совершенные машины – по надёжности и функционалу имперские не уступят, это настоящие волшебные замки. Нет, по внешнему виду это, конечно, корабли. Летать на лайнере в форме дома не получится. Но по внутреннему убранству – просто сказка. Далеко не на всех планетах в королевстве Корсика есть возможность внедрить различные технические устройства: излучение от Голубой руды не позволяет работать электронике. Зачастую корсиканцы вынуждены пользоваться примитивными машинами, типа автомобилей на колёсах. В космосе же полная свобода, и здесь можно любую мечту воплотить в реальность.

И начинается... Одни выполняют свои лайнеры полностью в белом цвете: внутри, снаружи, даже в тех отсеках – всё однотонное, светлое, гладкое. Другие насыщают корабли всеми возможными техническими новинками: от биороботов до микро-бактерий, способных по щелчку пальцев вылечить болезнь, изменить настроение, например, убрав хандру, придумать музыку в один момент и сразу же озвучить её. Да чего только не придумывают! У кого на что фантазии хватает – то и делают. Корсиканская знать – люди состоятельные, могут себе позволить любую прихоть. Правда, летать на подобной чудо-технике имеют возможность только богатые граждане. Простой народ, чаще всего, живёт себе на планетах, в космос не лезет. Но кого и где, кроме Великой Империи, когда-либо интересовали обычные люди?

Лайнер мистера Харриса впечатлял размером. Огромная махина всё время, что Виктор гостил на Партелле, висела на орбите. Сажать подобный аппарат на поверхность – колоссальная и ненужная трата ресурсов. На корабле имелось всё: и что нужно, и не нужно. Огромное количество залов, комнат, развлекательных отсеков, спортивных секций, игровых площадок. Даже зелёная зона – настоящий масштабный парк с флорой и фауной имелся. Хоть охоту устраивай. Здесь есть всё: комнаты с роботами по пошиву одежды, оздоровительные капсулы, бассейны, бани, массажные камеры, библиотеки как электронные, так и с обычными книгами – особый раритет.

Про кухню и говорить нечего: любое блюдо по щелчку приготовят и принесут. Джилл, которая в принципе отсутствием аппетита не страдала и всегда любила вкусно поесть, во всю пользовалась данной услугой. Виктор смотрел на это её гастрономическое увлечение с полуулыбкой и лишь подкладывал своей жене очередную порцию деликатесов.

– Смотри, – говорила ему Джилл, желая подтрунить, – я сейчас всё это съем, раскоровею и лайнер не сможет лететь – такой я стану толстой!

– Ешь сколько хочешь, – серьёзно отвечал он, – я знаю, что такое голод не по наслышке. Так что если желаешь - ешь. Никто не посмеет тебе слово сказать. И вообще, на Холли полные женщины считаются красивыми.

Джилл была благодарна мужу за поддержку. Всё-таки здорово, когда тебя не пилят за хороший аппетит. Только вот полнеть девушка не собиралась. Джилл обладала прекрасным обменом веществ и ещё спортом занималась. Каждый день минимум час она проводила в тренировочном зале. На время её занятий все посторонние люди покидали помещение – так по этикету положено. И она в полном одиночестве выполняла различные физические упражнения.

Ещё одна её слабость – стрельба. Залы, где можно попрактиковать навыки работы с оружием, конечно же, тоже имелись. И Джилл стреляла, набивала руку. Иногда просто по статичным целям палила, временами же интерактивную игру с движением запускала.

Такое её увлечение оружием не всем было понятно. А, если точнее, никому не понятно. Слуги подчинялись её приказам, но смотрели с недоумением. Подобное поведение госпожи не вписывалось в привычные рамки. Однако её поддерживал Виктор, а значит всем пришлось прикусить языки.

Вообще, не смотря нестандартное поведение новой миссис Харрис, слуги и все обитатели корабля внешне неуважения не проявляли. Наоборот, при каждой встрече люди отходили в сторону и низко кланялись, не забывая положить правую ладонь на грудь в область сердца – знак особого почтения. Джилл от этих почестей было как-то не по себе: идешь просто по коридору, гуляешь, а навстречу тебе слуги в три погибели складываются.

А ходить по кораблю она любила. Это не лайнер, а целое произведение искусства! Виктор не признавал лаконичный строгий стиль. Наоборот, обилие деталей и буйство красок привлекали его. Внутреннее убранство было выполнено соответственно. Множество мелких узоров, цветные стены и потолок. Причём роспись не картинная, а из небольших повторяющихся фрагментов. Кое-где объемные выступы наподобие лепнины. Формы углов часто округлены, потолки сводчатые, с мягким переходом, иногда куполообразные. Ещё краски. Всё яркое, насыщенное. Каждая, даже мелкая деталь в узоре прорисована. Любая чёрточка прописана и на своём месте, даже если этот фрагмент расположен в тёмном углу и в принципе не виден. По цветовой гамме нет приоритета. Одни комнаты выполнены в одном оттенке, другие – в ином. Голубые, жёлтые, розоватые, красные, зелёные, сиреневые, вишнёвые нотки – чего только нет! Лишь одна общая черта имелась во всех помещениях: наличие золота. Яркие узоры украшали всё вокруг. Иногда их имелось немного и лишь тонкие нити просачивались сквозь извилистую роспись. Но чаще золото преобладало и даже "перекрикивало" основные цвета. Получалось в принципе интересно, хоть и наляписто. Джилл ходила по коридорам, залам и комнатам и любовалась столь необычным дизайном, тем более, что в каждом помещении своя зарисовка, не повторяющаяся более нигде. Конечно, такой стиль несколько вычурный, а всё равно красиво. Только вот подобные яркие изыски совсем не характерны для корсиканцев. Но когда Джилл вспомнила, что Виктор наполовину варвар, всё встало на свои места. Что ж. Это его корабль. Имеет полное право на любой дизайн, какой ему нравится.

Не только поголовно кланяющиеся слуги смущали Джилл. С новым статусом появились и новые обязанности. И как от них отделаться – Джильда понятие не имела. Жили они с Виктором в разных комнатах. Нет, ночи они почти всегда поводили вместе, но днём... У неё свои каюты, у него – свои. Иначе никак. У Виктора куча своих обязанностей, как у главы одной из областей Холли, что требовало много времени и места для уединения, чтобы всё обдумать, проработать и решить. Джильда в принципе была не против такого расклада: ночью-то она всё равно у него. А день... Ну что ж. Придётся смириться, раз нужно.

Глава 2

Всякая дорога куда-нибудь, да ведёт. Каждый путь имеет начало и конец. Так и перелёт на планету Холли подошёл к своему завершению.

Джилл это обстоятельство расстроило. Она с удовольствием провела бы Виктором на корабле ещё месяц или два. Им было так хорошо здесь! Но делать нечего. У Виктора есть обязанности. Он и так слишком долго отсутствовал и дел наверняка накопилось немало.

К прилёту господина была подготовлена церемония приветствия. У мистера Харриса в подвластный ему области имелся собственный звёздный вокзал, где он полностью сам распоряжался. Поэтому организовать встречу главы не представляло никакой сложности.

Служанки помогли Джилл одеться согласно случаю. Девушку облачили сначала в обычное светлое длинное платье из жёсткой тёплой ткани. Потом ещё пальто, по фасону тоже напоминавшее платье, только из сукна. Верхний наряд выполнен из плотной тёмно-бордовой ткани украшенной по всей поверхности витиеватыми округлыми золотыми узорами. Рукава и воротник-стойка окантованы мягким коричневым мехом. На руки ещё дополнительно одели муфту, тоже меховую, но чуть светлее оттенком. На голову Джилл взгромоздили шапку в тон муфты. Теперь золотые кудри девушки игриво выбивались из-под плотных краев головного убора.

Джильда оглядела себя в зеркало. Да, вышло неплохо: статно, элегантно красиво... Но очень неудобно! Джилл в принципе не любила юбки, да ещё длинные, да к тому же в несколько слоёв! А ткань? Тяжёлая и жаркая!

Однако все вопросы по поводу теплоты наряда отпали, как только девушка ступила на поверхность Холли. Точнее, не на саму землю, а на специальный большой помост, подготовленный для церемонии приветствия. Джилл, Виктор и их свита вышли на эту особую площадку. Джильда сразу вся съежилась: холодный ледяной ветер ударил ей в лицо. И, даже несмотря на небольшую скорость, потоки воздуха вызвали приличный дискомфорт. Джилл непроизвольно зажмурилась. Когда же немного привыкла и открыла глаза, перед её взором предстала белая пустыня. Точнее, деревья на Холли наверняка имелись, но сейчас всё вокруг покрыто толстым плотным снежным слоем, не оставляя простора воображению. Всё вокруг белое, холодное, ледяное. Девушка задрала голову и посмотрела вверх. Всё небо в безликих тяжёлых облаках, из которых мирным потоком сыпятся узорчатые снежинки. Снег... Под ногами, вокруг, сверху – везде снег и холод. Джилл, привыкшая жить в умеренной климатической зоне, подобной погоде не обрадовалась. Но делать нечего. Она уже здесь, уже прилетела. Придётся привыкать.

На помосте прибывших путешественников уже ждали люди. Судя по одежде и манерам – местные аристократы, подчинённые вассалы Виктора. Завидя своего господина, толпа склонилась в низком поклоне, положив правую руку в область сердца в знак особого почтения. Лорд Харрис, такой прекрасный в своём чёрном приталенном костюме, отошёл вперёд к своим подчинённым, что-то обсуждая и переговариваясь с ними. Джилл осталась одна. Вернее, без поддержки: людей-то имелось навалом. И эти люди подали голос:

– Какая красивая! – шептались они. – Новая миссис Харрис прекрасна!

– Да, не дурна, – вторили другие, – у лорда отличный вкус.

– Какое сокровище себе отхватил наш господин! – восхищались третьи.

Нужно сказать, что внешность у Джилл действительно замечательная. Только вот в Империи красивых людей немало. Разнообразие на любой вкус и цвет. Да и на Партелле хорошенькие девушки водились в избытке. Там Джилл, хоть и считалась красивой, но имела огромную кучу конкуренток, тоже прекрасных и замечательных. Здесь же... Взглянув на аристократов Холли хочется плакать. Угрюмые невыразительные лица с грубыми чертами, выпирающими лбами и массивными подбородками. Тусклые тонкие светлые волосы выбивались ломкой соломой из-под шапок. На лицо явные признаки вырождения из-за постоянных близкородственных связей.

– Говорят, она из Империи, – продолжали шептаться люди.

– Вот как? Она хоть аристократка? Или наш господин опозорил себя связью с простолюдинкой?

– Вроде аристократка, но опозорилась совсем иным способом...

После этой фразы посыпались ехидные смешки. Вероятно, люди вокруг решили, что Джилл не знает корсиканский. Или же просто её не уважали...

– Господа, смею вас заверить, я аристократка по праву рождения, – повернулась к шептавшимся их новая госпожа. – Я – член семьи благородного клана Таллинов. И брак мой официальный и законный. Что касается грязных сплетен, отпускаемых в мой адрес... Мой дорогой муж, мистер Харрис, обещал вырвать язык любому, кто посмеет полоскать моё имя.

Она ещё хотела добавить информацию о повешенной служанке, но передумала. Вряд ли потомственных аристократов заинтересует судьба простой девушки. Для них простолюдины едва ли ценнее скотины.

Джилл смерила всех презрительным взглядом. Люди вокруг притихли.

– Пошли все вон! – процедила она сквозь зубы. Эти аристократы её раздражали. Ишь, какие! Посмели шептаться, даже не стесняясь. – Ушли отсюда и чтобы я вас не видела!

Толпа зашушукалась – подобное поведение не по этикету. Однако люди разошлись – Джилл выше их по статусу и все это знали.

Край помоста опустел. Теперь Джильда беспрепятственно могла осмотреть бескрайние просторы снежной пустыни, раскинувшейся вокруг, а также... Она заметила, что под помостом тоже находились люди. Много людей, сотни... Да как бы не тысячи! На удивление толпа вела себя тихо. Народ просто стоял, некоторые склонились в поклоне. Одежда на людях самая простая, порой ветхая. На многих не было шапок. Либо привыкли к суровому климату, либо просто не имели головного убора. Вероятно, это обычные граждане, крестьяне и жители городов пришли поприветствовать своего господина, прилетевшего из далёкого путешествия.

Джилл продолжила рассматривать толпу и приблизилась к краю помоста. На лицах простых вассалов отражена печать уважения. Взоры устремлены на площадку с аристократами. Люди глядели на своего господина с обожанием и восхищением. Народ замер в раболепном восторге, счастливый, что хоть издали может лицезреть хозяина этих земель.

Глава 3

Преодолев подъёмный мост, кортеж из машин, передвигающихся на полозьях, въехал на территорию крепости. Здесь всё обустроено ещё строже, чем у дядюшки. Никакого океана рядом, вся территория отделена от остального мира высокой широкой каменной стеной, а не тонкой оградой. Вокруг границы резиденции, сразу после стены, частокол из выступающих мелких камней и скал. С одной стороны от комплекса – продолжение горного хребта, с другой – склон вниз, плавно перетекающий в густой хвойный лес.

Да, делать из своих домов неприступную крепость – частое явление в Королевстве Корсика. Причина – военные конфликты. Редкие планеты могут похвастаться устойчивыми границами. Чаще лорды любят выяснять отношения и отнимать у соседа кусок послаще. Да и народ, нет-нет, да взбунтуются. Хочешь - не хочешь – приходится держать оборону. А лучше, чем крепость, с защитой ничто не справится. Старый проверенный способ. Заперся себе в домике – и никто тебя не тронет. По крайней мере какое-то время. Потом-то всё равно нужно что-то делать с противником – или побеждать, или сдаваться.

Покинув транспортное средство, Джилл снова ощутила порывы ветра со снегом. На улице уже начало темнеть, плюс осадки сверху – рассмотреть как следует поместье не получалось. Ну ничего, у неё ещё будет куча времени. А сейчас – скорее в тепло!

Только вот тепла-то она не обнаружила. Переступив порог фамильного замка Харрисов, Джилл оказалась неприятно удивлена. Прежде всего – холод. Здесь, конечно, теплее, чем на улице, и снега нет, но всё равно жутко зябко! Хоть шапку не снимай! Да, помещения внушительных объёмов, сводчатые потолки, уходящие далеко вверх, по площади залы большие – прогреть непросто. Но Виктор – один из самых богатых лордов Холли! У него Голубой руды немеряно! Ему ли об энергозатратах переживать?

– Почему здесь такой холод? – зябко поеживаясь, Джилл подошла ближе к Виктору. – И стены совсем ничем не обработаны. Простая каменная кладка, как у дяди, только более светлая. Разве ты не отделку с яркими узорами любишь?

– Чтобы я там не любил, здесь фамильный замок. – Виктор даже не взглянул в её сторону. Он отдал верхний сюртук слугам и снова искал кого-то глазами. – Нельзя портить старину. Что касается тепла – это не полезно. В холоде, в скованных условиях, человек куда лучше развивается, становится крепче, выносливее.

– Какая чушь!

Она уже хотела прочитать ему лекцию о несостоятельности данной теории, но Виктор быстрым шагом направился вглубь замка, бросив жену на попечение слугам. То есть фактически одну!

Джилл помялась. Передала шапку и муфту подбежавшим лакеям. Хотела было и пальто им всучить, но осознала, что от такой тёплой приятной вещи пока не готова избавиться. Слуги поняли её жест и отступили. Джилл совсем одна осталась. Виктор, похоже, не собирается помогать ей освоиться. Как-то это нехорошо... Как-то по-хамски получается! И Джильда, уже который раз за сегодня начиная злиться, пошла по направлению, где ранее исчез муж.

Совсем скоро она приблизилась к небольшому залу. Тусклый свет освещал голые каменные стены. Слуги внутрь не заходили – огибали комнату стороной, хоть двери и были распахнуты настежь. Джилл заглянула за порог. В скудной обстановке – всего пара стульев и стол, стояла небольшого роста женщина, облачённая в строгое длинное платье тёмно-коричневого, почти чёрного цвета. Высокий воротник, руки полностью закрыты. На голове то ли платок, то ли косынка того же цвета, что и платье. Волосы, часть лба, скулы – закрыты тканью. Низкие светлые брови нависали над небольшими выцветшими глазами, тонкие губы плотно сжаты. Несмотря на небольшой рост, женщина не казалась низкой – сухая фигура и идеальная осанка делали её визуально выше. Незнакомка, скрепив руки перед собой в замок, смотрела куда-то в сторону: то ли в окно, то ли в стену. А рядом с ней... Перед женщиной, упав на колени, стоял Виктор, понуро опустив голову, точно преступник.

– Матушка, простите, – услышала Джилл голос мужа. – Да, я ослушался вашего слова. Но такова была воля Великой Истины! Я в этом точно уверен! Прошу, матушка, не гневайтесь. Выслушайте и простите своего сына! Не лишайте меня своего благословения!

– Как ты смеешь примешивать имя Великой Истины к интригам потаскухи!? – женщина по-прежнему смотрела в сторону. – Ты поддался на уловки этой дряни, и смеешь ещё оправдываться? Тебя обвели вокруг пальца, а ты и не заметил! И как ты, мой названый сын, смеешь теперь приходить ко мне и оправдываться? Разве так я тебя воспитывала? Чтобы ты плевал на мнение матери?!

Джилл слушала, открыв рот. Нет, она предполагала, что дама Веста, а это наверняка именно она, против её персоны. Но чтобы то такой степени берега попутать!

– А я думала, что вы воспитали сильного и мужественного сына, – Джилл уверенным шагом прошла в комнату и стала рядом с коленопреклонённым мужем, – одного из сильнейших и богатейших правителей планеты Холли. Человека, готового прийти на помощь, не раздумывая, если этого требует честь. Мужчину, способного самостоятельно обдумывать ситуацию и принимать взвешенные решения. Хозяина своей жизни и своих поступков. Однако... Если вам приятнее считать, что ваш сын – безвольная тряпка, которой любая девка способна управлять и навязать свою волю, если думаете, что Виктор – лишь слабая марионетка, что благодаря вашему воспитанию великий лорд окончательно потерял связь с реальностью и не способен здраво мыслить... Что ж, если вам так приятнее... Унижать и его, и свой труд родителя... Вы имеете полное право думать именно так.

Закончив свою речь, Джилл уверенным движением хозяйки положила свою руку на плечо стоящего на коленях мужа. Теперь пришла очередь дамы Весты открывать рот. Она его открыла, потом закрыла, потом снова открыла – точно рыбка, выброшенная на сушу. Расцепила начавшиеся трястись от гнева руки, оторвала взгляд от стены и повернулась в сторону новой жены. Впилась глазами в девушку так, будто хотела сжечь. Только Джилл и бровью не повела. Лишь стояла рядом с мужем, совершенно спокойно и непринуждённо. Речь Джильды загнала кормилицу в угол и обе знали, что той совершенно нечего ответить.

Глава 4

Вернувшись к себе, Джилл никак не могла успокоиться. Её трясло и трясло. От мысли, что произошло бы, не подоспей она вовремя, хотелось выть. Это ж надо! Другие бабы! Здесь и сейчас, абсолютно не стесняясь и не смущаясь, живут с жёнами бок о бок! А дама Веста? Судя по их короткой беседе, кормилица кичится своей религиозностью. Верит в Великую Истину с одной стороны, и попирает священные узы брака, присылая Виктору девушек – с другой. Какое лицемерие!

А Виктор? Думать о любимом, особенно о том, как спокойно он относится к наличию других женщин, просто не выносимо! Это ж надо! Он ещё и глазки невинные строит! Претензии ей предъявляет, что она, видите ли, голос повысила! Посмела!

Ну ладно, нужно постараться успокоиться. На горячую голову сложно трезво мыслить. Любимый ей пообещал. Сказал, что подобного не повторится. А Виктор просто так слов на ветер не бросает. Так что как бы ни была сейчас велика её злость, нужно её унять.

– Госпожа, чем мы можем помочь? – вокруг суетились служанки. – Вам плохо? Вы вся дрожите. Господин вас ударил?

Последняя фраза девушек вывела Джилл из ступора, и она засмеялась.

– Виктор? Ударил меня? – хохотала она. – Пусть бы попробовал. Такого б леща отхватил! Летел бы до самой Партеллы! А вы... Чего сами не спите? – обратилась Джилл к работницам. – Уже глубокая ночь.

– Но как же... – растерялись они, – Вы же не отдыхаете, и мы не можем.

– Госпожа, – сказала одна из них, – чем вам помочь? Мы всё для вас сделаем!

– Да, госпожа, – вторила другая, – мы очень вас уважаем, ради вас готовы на всё!

– Прям так на всё? – скептически усмехнулась Джилл.

– Конечно! – с уверенностью подтвердила третья, – Вы же наша госпожа, наша защитница! Мы прекрасно помним, как тогда, на корабле, вы пошли к своему мужу заступаться за нас, за простых служанок! Мы ничего не забыли и очень благодарны!

– Да? – Джилл не сразу поняла, о чем это они. Но потом догадалась, что девушки имеют в виду случай, когда она пошла выяснять, почему её служанку казнили без её ведома. Джильде стало стыдно, ведь она вовсе не о ближнем тогда пеклась. Просто было неприятно, что в её дела вмешиваются.

– Госпожа, давайте мы сделаем вам успокаивающий чай, – предложила одна из девушек. – Правда, на кухне нас не очень жалуют, но мы справимся.

– Это почемуй-то вас не жалуют? – поинтересовалась Джилл. – Потому, что вы служите мне, а даму Весту это бесит?

– Госпожа, мы никогда вас не предадим, чтобы нам не обещали! Мы будем верны до смерти! Не сомневайтесь!

– Не стоит давать столь громких обещаний, – Джилл глубоко вздохнула, – никогда не знаешь, какая беда случится завтра и сможешь ли ты с ней справиться. Так значит, вас уже пытались подкупить? Или угрожали?

– Да... – смущённо опустили головы служанки.

– Ой, да не переживайте вы так! – Джилл одобрительно потрепала одну из них по плечу. – То, что Веста злится – абсолютно нормально. А вы, в свою очередь, не перечьте ей открыто. Сделайте вид, что смирились. А сами докладывайте мне всё, договорились? Так мы с вами куда больших успехов достигнем.

– Да, госпожа, – закивали они, – хорошо, госпожа. Вы такая мудрая, госпожа!

– А теперь девочки, очень вас прошу, – перебила Джилл поток любезностей, – принесите мне мои самокрутки – очень хочу курить, и оставьте меня одну. Мне нужно подумать. Давайте, выполняйте.

Приятный дым наполнил гардеробную густым туманом. Джилл сидела на полу на ковре и докурила третью самокрутку Уже было потянулась за четвёртой, но остановилась. Косяков осталось не очень много. Да, она прихватила с собой запасы трав для новой партии. Но эти запасы ограничены и удастся ли их пополнить на Холли – не понятно. Здесь вообще не ясно, растёт ли что-то кроме хвойных деревьев. А посему придётся косячки экономить.

Перед Джилл лежали её самые любимые вещи. Световой пистолет, аэроскейт и кольцо панели, снятое с пальца. Девушка уже и не помнила, когда последний расставалась с третьем своим сокровищем. Кольцо панели всегда находилось при ней. Она даже спала с ним. Теперь же... Здесь, на Холли, это бесполезная кругляшка, не более. Ни сети, ни связи.

Но это пол беды. Аэроскейт! Её друг, соратник и товарищ! Он теперь тоже лежал перед ней красивой, но совершенно бесполезной доской. Его механизмы на Холли не работали. Запускался он от кольца панели, и такой небольшой импульс пустить бы удалось, но внутренний мотор в упор не включался.

Только лишь пистолет, последний презент Майкла, так предусмотрительно подаренный ей, работал. Это световое оружие с Септимуса и оно функционирует в условиях близости Голубой руды.

Джилл грустно вздохнула. Что ж. Первый день на Холли прошёл не очень. Да что там! Плохо всё прошло. Холод и лёд что снаружи, что внутри. Виктор... Он здесь другой... Это чувствовалось. Самодержавный правитель с неограниченной властью в своей области. Конечно, он обязан быть строгим. Только бы по отношению к ней, к своей жене не переменился. Оставался ее Виктором.

Ещё эта Веста... Тут вообще без комментариев. Враг номер один, который всеми силами будет стараться отвратить от неё Виктора. Что ж... Битва началась. Посмотрим, кому достанется кубок.

Нормально поспать в эту ночь ей так и не удалось – сон не клеился. Когда же утро вступило в свои права, пришёл один из лакеев и пригласил Джилл спуститься вниз к завтраку. Есть она хотела и, конечно же, предложение приняла. Особое внимание уделила выбору наряда. С одной стороны, здесь холодно и нужно найти что-то тёплое. С другой – они с Виктором вчера расстались не на очень хорошей ноте. И, хоть виноват, конечно, он, но отношения налаживать придётся ей: великий лорд вряд ли до этого снизойдёт.

Джильда нашла в своём гардеробе бархатное платье насыщенного тёмно-вишневого цвета с тонким золотым узором. Рукава длинные, но зона декольте и плечи оголены. По краю окантовка из светлого меха. Вырез, конечно, большой – так ходить холодно. Зато красиво. А это то, что сейчас нужно. Придётся потерпеть. И, найдя у себя в шкатулке незамысловатое золотое украшение, Джилл поместила его на шею и спустилась вниз.

Глава 5

Далее началась обычная жизнь. Дни потекли серой, точно серая одежда слуг – невзрачной массой. Одни сутки сменялись другими, не принося ничего нового.

Джилл, обладая от природы живим деятельным нравом, начала буквально изнывать от скуки. Ей совершенно нечего было делать. Виктор занимался политикой и управлением, без конца занят, под час ходил нервный и злой. Периодически даже покидал замок на несколько дней. Джилл в такие поездки с собой не брал. Мол, нечего жене лезть в его дела. Да и вообще по рабочим вопросам он с Джильдой не советовался. Все свои измышления по этому поводу он изливал кормилице. Джилл в принципе и не возражала. В конце концов, что она смыслит в управлении? Да, на Партелле Доминус начал её обучать, но это лишь капля в море. Нормальной практики у неё за плечами не имелось. А посему если дама Веста разбирается в политике, то пусть Виктор с ней и советуется. Почему нет? Кстати, кормилица также полностью ведала управлением дома и всего подворья. Заниматься хозяйством никому, в том числе и новой жене, не позволяла. А Джилл и не возражала. Что-что, а домоправительские заморочки ей абсолютно чужды. Хочет кормилица следить за хозяйством – да пожалуйста!

Только вот дел для Джилл никаких и не осталось. Аэроскейт, её друг и соратник, занимавший ранее львиную долю её времени, валялся теперь пусть и на почётном месте, но абсолютно бесполезной доской. Муж днями в делах. Ночь – да, принадлежала Джилл. Но не каждый раз. Иногда он был слишком занят и её не звал. И дневную скуку ночью не перекроешь. Хозяйство всё на Весте. А Джильде оставалось... Лишь слоняться по замку из угла в угол. Даже на улицу не выйти: холод и снег не позволяли как следует насладиться прогулкой. Друзей вокруг никого. Только молчаливые работники, почётно кланявшиеся новой госпоже при встрече, напоминали, что здесь есть люди.

От нечего делать Джилл даже стала общаться со своими служанками. Во-первых, с кем-то разговаривать всё равно нужно, во-вторых, необходимо знать тех, кто находится рядом с тобой. Интриги Весты никто не отменял и нужно оставаться начеку. Джилл очень не нравилось, что служанки постоянно на ногах, без выходных и перерывов. Даже спят ли они – не понятно. И она установила дежурства. Две девушки работают – третья отдыхает. Потом меняются. Джилл помнила заветы Доминуса, что уставший сотрудник – вредный сотрудник. Ни концентрации, ни должного исполнения своих обязанностей от него не добиться. И посему налаженный режим работы и отдыха – первый шаг к успеху. Правда, успеха чего? Ну, не важно.

Следующий шаг – установление мотивации. Подчинённые должны чётко знать, почему следует выполнять свои обязанности качественно. На страхе, а в замке в основном использовалась именно эта мера воздействия, далеко не уедешь. Поощрение обязательно должно быть. В качестве награды Джилл одаривала служанок платьями из своего гардероба, едой – работники питались весьма скудно, хорошими условиями проживания. Джилл разместила девушек в своей башне, в ненужных ей комнатах. Чем это лучше общих помещений для слуг? Да теплее здесь. Джилл, как только чуть освоилась, потребовала от мужа наладить отопление в её покоях. Виктор кривился, но жене не отказал. И теперь в её башне вполне можно нормально жить, а не трястись от холода с сосульками на волосах. Деньгами же, как делают в нормальных домах, Джилл поощрять служанок не могла – у девушки элементарно их не было. Электронные счета здесь не работали, а наличка вся под контролем Весты. Просить у мужа или кормилицы средства Джилл сочла унизительным, и поэтому жила на хоз обеспечении.

Несмотря на некоторые улучшения в положении подчинённых ей служанок, Джилл не ждала от них особой благодарности. Выполняют свою работу качественно – и довольно с них. Однако непонятным образом девушки полюбили свою госпожу. Нужно сказать, на Холли вообще принято возводить хозяина в культ. Но служанки почитали Джилл по собственной воле, искренне. Даже задирали нос перед другими работниками замка.

– Девочки, почему вы так ко мне относитесь? – спросила как-то у них Джилл, распластавшись на столе и наслаждайтесь приятным массажем.

– Что вы, госпожа, – отвечала одна из них, разминавшая свою хозяйку, – мы ничего особенного не делаем. Мы рады Вам служить.

– Именно. – сказала Джилл. – Вы рады. А между тем я ни чем этого не заслужила. Почему так стараетесь? – ей по-прежнему было скучно и хотелось хоть с кем-то хоть о чем-то поговорить.

– У нас принято почитать господ, – ответила вторая девушка. – Это наш долг.

– Может скажем? – шепнула товарке первая.

–Тихо! – шикнула на неё вторая, но было поздно. Джилл услышала.

– Давайте, давайте, рассказывайте! – потребовала скучающая госпожа. – Что там у вас?

– Мы... – замялась первая, – мы рады служить Юнико. Это огромная честь! И остальные слуги нам завидуют. Старшая госпожа, дама Веста, строго-настрого запретила всем говорить правду. Если она узнает, что мы произнесли ваше настоящее имя, то нам не поздоровится.

– Ничего она не узнает! – Джилл прервала сеанс релакса, закуталась в полотенце и села на массажном столе, поджав под себя ноги. – Только... Что ещё за идеи про Юнико? Я понимаю, простой народ так думает, но вы? Вы же летели вместе со мной с самой Партеллы. Вы прекрасно знаете, кто я и откуда. Я – обычный человек. Зачем приплетать сказку?

– Вы ничего не понимаете, – заговорчески зашептала первая, – вы действительно были просто человеком, но когда прилетели сюда, к нам на Холли, в вас вселился дух Юнико. И теперь вы и она – одно целое. А служить столь великому духу – большая честь!

– О как! – воскликнула Джилл. Рассказ служанки её развеселил. – И с чего вы это взяли? Что я – Юнико? Потому, что я – рыжая?

– И поэтому тоже, – подхватила вторая девушка, – но не только. Главное – вы совершенно не боитесь нашего господина! Даже кричите на него иногда.