Великий начертатель

Глава 1

Внимание! В книге могут присутствовать: сцены употребления табака, курение ----- зло, сцены употребления различных психотропных веществ, наркотики ---- зло, сцены употребления алкогольных напитков, пьянство ----- зло. Также возможны сцены насилия, жестокости ---- людям ослабленной психикой и нездоровой нервной системой рекомендовано воздержаться от прочтения этой книги. Также автор не всегда разделяет мнение некоторых героев романа.

Листопад, именуемый ныне по новой моде на все византийское как октябрь, выдался в этот год на редкость солнечным. Нет, дождей и порывистых ветров этой осенью тоже было в достатке — по-другому в столице Росской Империи этим временем года не бывает. День близился к исходу, Ратмир, дабы отвлечься от тревожных мыслей, созерцал как молодое пополнение уже битый час пытается очистить от непрерывно падающей листвы Большую ритуальную площадку. Хотя странно называть площадкой место на котором можно было свободно уместить пару боярских теремов. Впрочем и сам двор на котором кроме большой была еще и Малая ритуальная площадка и портальная и плац для развода караулов внушал впервые попавшему внутрь благоговейный трепет. Да и ограда, по высоте скорее похожая на крепостную стену, огромные валуны в основании которой испещрены древними, давно забытыми, рунами, тоже могла сильно впечатлить. Сторожевые башни по углам и на воротах со скучающими караульными тоже имелись. Правда Ратмир подозревал, что служивые так же скучали и триста и пятьсот, а может и все семьсот лет назад — за всю историю Владимирского централа не было ни одного случая чтобы его пытались захватить. Кремль с царскими палатами тот в смутные времена переходил из рук в руки. Однако как на престол взошла (точнее самым наглым образом захватила власть) династия великих князей Милославских государственных переворотов уже лет четыреста не случалось. Ходят в народе упорные слухи, что править им теперь пока сами не вымрут, но в ближайшее время это навряд ли: плодятся Милославские как кролики.

— Никак решил заняться воспитанием подрастающего поколения? Похвально, похвально. — появившийся, как он всегда думал, внезапно, Пожиратель Снов Изислав Ростов проявил свойственную ему бесцеремонность.

Ратмира всегда интересовало кто-нибудь кроме него ощущал от потомка знатного графского рода инородную магию. А сам его старинный приятель знает, что от него несет за версту Запредельем, да еще Дальним. Или только дар шамана позволял орку чувствовать все так тонко.

— И тебе не хворать, Изя. Ты я гляжу совсем манеры растерял: ни тебе здрасьте, ни про погоду, ни про свежий новости се речь сплетни. Опять же с чего тебе удумалось, что я кого-то жизни учу?

— У меня от дворцового этикету со всякими намеками и экивоками до сих пор изжога. Если еще подольше в царских палатах задержался, то и несварение желудка могло образоваться. А насчет воспитания молодых соплеменников — мы с тобой на одном курсе Императорской академии учились, если ты не забыл. И такие коленца с опадающей листвой вначале над нами старшаки проделывали, а потом и мы сами над первогодгами несмышлеными подшучивали. Я даже могу тебе слово в слово повторить, что ты своим оркам наплел, чтобы они магию не посмели применить.

Что верно то верно: в первые дни пребывания в Императорской академии, ближе к вечеру, в общежитие первого курса заявились старшаки и на полном серьёзе сообщили о необходимости срочно убрать плац для построений от опавшей листвы. Ратмир с товарищами восприняли такую новость с содроганием, ибо плац представлял собой площадь невероятных размеров, а народу для наведения порядка нашлось немного. Родовитые студиозусы по большей части куда-то запропали, испарились, или их просто никто не посмел привлекать. В общем кучка озадаченных первокурсников с метлами перед центральным зданием академии, а на плацу непонятно откуда навалено листвы. Но это не все — на робкий вопрос почему бы попросту не использовать элементарную бытовую магию старшаки сделали крайне испуганный вид и принялись объяснять “детям неразумным”, что такое не то чтобы невозможно, но и смертельно опасно. Перваки услышали такое количество заумных слов, ловко сплетенных в витиеватую абракадабру, поданную с такой искренностью, слегка сдобренную ментальной магией, что сомнений ни у кого не было — только они смогут спасти академию от магического шторма. Между тем на одной из кафедр, чьи окна выходили на плац, собралась местная профессура и попивая дорогое вино, принялась делать ставки на то, сколько времени в этом году продержится в борьбе с опавшей листвой кучка “жалких неудачников”. Однако затяжному веселью замшелых буквоедов-преподавателей не случилось. Неждан Белов, нынешний глава Тайной Канцелярии, и его, Ратмира непосредственный начальник, оказался сообразительнее всех. Пока его однокашники, да и сам орк в их числе, принялись мужественно бороться с опавшей листвой, количество которой почему-то несмотря на все усилия только медленно увеличивалось, Белов нашел на краю плаца управляющую руну, и не только обнаружил, но каким-то чудным образом смог ее запустить. Шарахнуло тогда знатно, правда без особых последствий: сполохи над столицей, грохот как при сильной грозе и порыв штормового ветра, снесший куда-то всю листву. Плац пару раз качнуло так, что все студиозусы попадали, но почему-то никто не ушибся. Вот профессору Мунку откатом хорошо прилетело — а нечего корявые заклинания куда попало накладывать. Пока целители суетились вокруг немца-преподавателя, нарочный от императора из царских палат прискакал — дескать кто это такой шустрый древнюю магию без высочайшего дозволения применил. Ректор блеял что-то мало убедительное про случайно сработавший старинный оберег, обвал в подземельях под академией и еще много чего невнятного. Имперской канцелярии тоже похоже лень было дознание открывать или ректор щедро возместил за причиненные беспокойства —- так все само собой и затихло. Белов же получил в недруги профессора Мунка и его приятелей…

— А может мы всё-таки ритуал готовим? — вот не было у Ратмир желания объясняться: постоянно давящее тревожное чувство волновало его гораздо больше.

Глава 2

На задворках Большого каретного переулка, куда Ратмира привел дедовский амулет-путеводитель было неожиданно тихо и, что странно, совершенно безлюдно. Большой добротный дом возле которого остановился орк, вообще казался заброшенным и было это крайне удивительно: место в столице почитай одно из самых густонаселенных. До порта рукой подать, причалы воздушных судов тоже рядом, опять же не окраина какой-нибудь, а здание без жильцов. Конюшня и каретный сарай пустые —- двери нараспашку, но кругом порядок значит присмотр до недавнего времени был. Ладно бы владельцы сам здесь жить не захотели, так постояльцев пустили бы: желающих нашлось бы предостаточно, несмотря на дороговизну. В соседних домах тоже было подозрительно тихо, кое-где правда светились огоньки, но судя по расположению окон это были комнаты прислуги. Опять же чуткие оркские уши не слышали поблизости ни одну лошадь. Ратмир хоть и продолжал стоять на кромке уже третий час, однако отчетливо слышал гомонящую толпу народа на улице за домами: все-таки добавочная сила и шаманские заклинания в конце концов помогла побороть притупленность ощущений свойственную сумеречной тропе. Нет, все же был такой порядок вещей для орка весьма подозрительным: почитай за пол-ночи никто в темную подворотню нужду справить не прибежал, ни одной молодой парочки не забрело пообниматься, а про сомнительных личностей коих в городе навалом и говорить нечего —- таковых сюда должно было тянуть как мух на гавно. Ратмир уже начал было подозревать, что магическим пологом это место отсекли, и амулет специальный достал чтоб проверить —- опять ничего. Возмущение ткани миров есть, правда, совсем незначительное: если бы не чуткий артефакт, созданный Гогой и Магогой так мало бы кто из сильных магов смог такое уловить. Собственно неделю назад такой же артефакт находившийся сейчас в Централе, но гораздо больших размеров и указал это место. Поначалу чуть паники не случилось —- у всех еще живы воспоминания о последнем пробое, произошедшем почти сразу после Третьей имперской войны. Там правду сказать все не само собой случилось —- отпрыски знатных родов постарались. Один молодой недоросль великокняжеского дома Гагариных стащил из своего древлехранилища старинный амулет работы ажно самого Безумного Начертателя и свиток, где в подробностях было описано как той вещицей пользоваться. Так-то в дворянских поместьях если хорошо поискать много чего запрещенного найти можно—- вот только кто позволит: у аристократов, как они себя любят величать, нынче прав столько что они в любом случае окажутся неподсудными. Молодому Гагарину однако не повезло, нет, используй он со своими друзьями, такими же недалекими, но знатными, украденный у папаши амулет, оказавшийся на поверку переносным порталом, где-нибудь в трущобах их бы просто отругали. Ну может быть Гагарины расщедрились и семьям погибших какую монету выплатили, но это наврядли. Слабоумие и отвага вот что похоже двигало отпрысками знатных родов когда они решили: будет очень весело открыть портал, связанный с Ближним Запредельем прямо у главных ворот Владимирского Кремля. Правда недоросли не учли одного маленького обстоятельства —- через эти ворота кареты с императором и его родней иногда ездят. И надо же было так совпасть, что когда царственная семейка почти в полном составе решилась на прогулку отправиться рядом с ними портал открылся и искаженные твари на дворцовую площадь полезли. Конвой, надо отдать ему должное, не растерялся и весь первый удар на себя принял. Потом стража подоспела —- в общем отбились, а Императорская семья отделалась только испугом, не считая Матильды бабки нынешнего самодержица, которая то ли от страха, но скорее всего от возмущения, прямо в карете преставилась. Вот тут шутка Гагарина с дружками приняла совсем другой оборот: обвинение в государственной измене пожалуй было самым мягким. Но в начале надо было установить всех причастных: Безумный Начертатель в своем деле был очень хорош - амулеты и обереги его работы не так просто обнаружить. И следов применения изделия древнего мага не оставляют, потому и стоят они как хороший дом в центре столицы. Тайная Канцелярия с ног сбилась в поисках злоумышленников. Но тут у старого Гагарина мозгов не хватило переждать : вместо того чтобы затаиться подольше, бросился вместе с наследником тайными тропами к родственникам жены в Германские княжества. Добрые люди сразу же принялись строчить доносы в Тайную канцелярию, но малость опоздали: великий князь границу пересек. Тогда прежний император плюнул на все послевоенные договоренности и отправил на поиски беглецов Белова. Неждан тогда обрадовался: пришел к Ратмиру в лазарет навестить и говорит что удачно сложилось —- можно будет вдоволь по Европам покататься. Главное чтобы Гагарин о том, что по его душу приехали узнал и начал как заяц из страны в страну скакать. Ага, наивный какой: именем Белова до сих пор там детей пугают. В общем дальше столицы первого княжества Неждан не проехал: Гагарина с наследником ему прямо на постоялый двор привезли уже в колодках. И целый отряд магов снарядили с целью доставить беглецов прямо к воротам Владимирского Централа. А когда Белов усомнился в пользе продвижения чужих одаренных по своей стране —- до столицы путь не близкий, местный бургомистр с самой радушной улыбкой на какую только мог быть способен заявил, что маги все как один немедленно принесут присягу господину Белову.главное чтобы он как можно быстрее отправился в обратный путь. И что удивительно никто из отряда против клятвы на крови возражать не стал. Так что прибыл Неждан в столицу уже со свитой —- германцы оказались людьми исполнительными, но к жизни в Империи неприспособленными. Белов с ними первое время намаялся…

—- Это что за зелёного дядечку к нам занесло —- ты милок часом улицу не перепутал. —- донесшийся откуда-то снизу голос вырвал Ратмира из воспоминаний.

Орк опустил взгляд и обнаружил перед собой трех домовых непритязательного вида. Вот чего он не ожидал так запросто встретить именно здесь и сейчас самых разыскиваемых в столице нелюдей. Уже почти полгода в городе промышляла небольшая шайка грабителей. В богатые дома проникали незаметно: охранные артефакты не срабатывали. Следов тоже никаких не оставляли, но драгоценности или какие предметы из золота выгребали полностью. Нескольких магов обобрали до нитки прямо на людных улицах в вечернее время: те ясное дело в полицию, но там им не поверили. Сказали что дескать сами виноваты нечего было много гномьего самогона употреблять и вообще пьянство никого еще до добра не доводило. Об этом прознали газетчики —— новая головная боль Тайной канцелярии: было раньше всего несколько изданий, но проверенных. Сплетен и сказок не печатали, ну разве что по необходимости —- откроешь утром свежий номер Имперских ведомостей и душа радуется: все по полочкам разложено. Тут тебе и политик, и светские новости, и столичные и что главное никакого вранья. Нет же приволокли из Европы свободу слова дескать каждый может своё мнение безбоязненно высказывать. Самые смелые конечно уже сидят во Владимирском Централе —- так где же им еще сидеть если у них ума хватило как там было в судебном деле: расшатывали устои общественного строя. Но те кто в одиночках сейчас в прямом смысле этого слова прохлаждаются были умными и хоть неправильную цель преследовали, но все же цель. Те борзописцы, что на свободе гуляют —- тут вообще ни в какие ворота: наврут с три короба да еще щепотку правды добавят для убедительности. Однако народ россказням охотно верит, а придворные повадились эти листки Императору на докладах подавать: похоже просто интриговать им скучно, а может считают что напечатанная сплетня становится правдоподобней. Святослав за номером одиннадцать про грабежи прочитал, ножками затопал и приказал в кратчайший срок изловить злодеев. Правда кого именно Его Величество желают видеть на этот раз в темнице он объяснить не удосужился —- свою высочайшую волю высказал и ручкой в сторону двери указал. Иди туда не знаю куда, поймай того не знаю кого. Сомнения по поводу домовых у Ратмира были с самого начала и даже вроде как все на них указывало.

Глава 3

Утро во Владимирском Централе началось необычно: с грозного орочьего рыка. служащии Тайной Канцелярии, волею судеб оказавшись рядом с дверью кабинета, где неистовствовал Ратмир, старались как можно быстрее перейти с шага на галоп и убраться куда подальше. Но виной дурного настроение шамана на этот раз был не плохое несение вахты часовыми, не заснувший от безделья портальщик, не появившийся в городе очередной полоумный маг, которого нужно срочно изловить, но приметы злодея сообщить никто не может. Этим утром произошло немыслимое: за всю историю существования Владимирского Централа объявился добровольный посетитель. Сука, добровольный, то есть сам пришел, своей волей —- большего урона для чести Тайной Канцелярии и придумать было невозможно. Испокон веков была заведена незыблемая традиция, поддерживаемая поколениями служивых людей: попасть во Владимирский Централ можно было только под конвоем, в карете, выкрашенной в черный цвет, при виде которой с дороги шарахались извозчики, и прохожие пытались вжаться в стены домов, если не удавалось нырнуть в ближайшую подворотню. Некоторым, отличившимся посетителям, оказывали особое почтение в виде кандалов и колодок. Да что греха таить: большая часть населения стольного града при упоминании Тайной Канцелярии вздрагивает и поминает всех Богов, даже забытых и неизвестных. Был еще один способ попасть в темницы Владимирского Централа, но это уже для особенно одаренных —- через портал. Из другого города само собой мелкого воришку в главную тюрьму Империи переправлять никто не станет, тут злодей по серьёзнее должен быть, или родовитый душегуб, который надеется ускользнуть от правосудия. Но вера в столичную справедливость обычно заканчивается в зале Имперского суда —- не любят там оправдательных приговоров.

Ратмир продолжал мерить кабинет своими огромными шагами, правда помещение было не маленькое, под стать хозяину. Тут еще этот генеральский мундир, неудобный что просто жуть. Орк ощущал себя в нем, как корова на которую надели седло. Вроде и портной был хороший, из эльфов, а все неудобно — другое дело полевая форма. Как вояки еще умудряются в таких мундирах перед дамами щеголять и на парадах, грудь колесом, вышагивать.

Нет, ну надо же: спозаранку к воротам Владимирского Централа подошел староста столичных домовых Лютослав и начал ломиться с требованием увидеться с самым главным. Хорошо хоть начальник караула не сплоховал: незваного гостя враз затащили в холодную, где не совсем убрано, чтобы пыл остудить. Опять же колодки одели —- надо показать главному домовому что его ожидает если все пойдет не так. До обеда посидит чай не развалится, а потом придётся с ним как следует потолковать. Нет, такие поползновения нужно решительно пресекать, а то еще начнут к воротам Централа таскаться всякие писаки из газетенок в поисках чего нибудь “этакого”. На миг у орка перехватило дыхание и потемнело в глазах, что даже пришлось опереться на стол. Срочно в отпуск, вот Белов вернется и надо просится. На родину съездить, матушку проведать, а то может удастся пару раз на охоту выбраться хотя бы в Ближнее Запределье, уже сколько лет там не бывал…

Однако служебные обязанности никто не отменял —- орк уселся в кресло и тоскливо уставился на разложенные адъютантом папки с отчетами и донесениями. Вот как Неждан изо дня в день это все читает, да еще написанное таким слогом, что на первой же страницы уснуть хочется. Со скуки помереть можно, а он должность замещает всего ничего. Мало помалу Ратмир втянулся в просматривание бумаг, где-то даже делал пометки, и вроде как успокоился. А потом открыл папку с особыми происшествиями и на первой же странице красивым почерком была выведена сущая нелепица: в главном поместье Великокняжеского дома Головиных ночью сработал “оберег последней надежды” и на момент доклада по команде старинный артефакт продолжал действовать. Ратмир несколько раз перечитал скупые строки потом позвал адъютанта, тот влетел в кабинет как ошпаренный, возможно начальственный рык не сулил ему ничего доброго. Орк развернул папку и подвинул ее в сторону служивого. Адъютант прочитал донесение, задумался, перечитал еще и его брови поползли вверх от удивления.

—- Как такое возможно? —- медленно чуть ли не по слогам, стараясь не перейти на рев спросил Ратмир.

—- Нн-е мм-огу зз-нать! — адъютант вытянулся по стойке смирно, и похоже сам не мог переварить прочитанное.

—- Значит так: канцелярию трогать пока не будем ну не до такой же степени они тупые вот такое в донесениях писать. Разыщи мне лучше Лузгу и как найдешь сразу сюда.

—- Есть! —- адъютант вытянулся еще больше, щелкнул каблуками и вылетел из кабинета хорошо хоть дверь не вынес, чувствуется выправка: не зря в военном училище четыре года провел.

Ломать голову над тем что было указано в донесении Ратмир не стал: во-первых, дело касалось рода Головиных от них можно было ждать чего угодно вплоть до появления другого Безумного мага, хотя навряд ли. Во-вторых, когда карета с едва пришедшим в чувства Николаем повезла того домой в сопровождении Орловой и Шуваловой он послал за ними того же Лузгу, да не одного. Наружнее наблюдение вещь полезная а порой и незаменимая. Возможностей тайной канцелярии, весьма обширных не всегда хватало чтобы завербовать нужного человечка или внедрить своего. Нет, боярские рода, графы, бароны и прочие столбовые дворяне трудностей не доставляли. Вот с Великокняжескими рода тут надо было повозиться: одни родовые клятвы на слугах чего стоят, а если на крови —- то вообще дело дрянь; такой быстрее умрет, чем что про своих хозяев расскажет.

В кабинет бесшумно проник Лузга, пожалуй лучший мастер по наружному наблюдению. Орк указал ему на стул тот поклонился в знак благодарности и устроился напротив руководства. Ратмир кивнул головой в сторону папки со злосчастным донесением. Служивый бегло прочитал бумагу и вопросительно уставился на начальника.

—- И как мне все написанное понимать? —- спросил орк.

—- Я не знаю —— это надо у ученых магов спрашивать. Мое дело доложить все, что увидел, вышестоящему начальству. —— Лузга развел руками.