Венецианское зеркало

Пролог

Я смотрела на себя в отражение зеркала и не могла ничего понять.

В груди тяжело и неровно колотилось сердце. Только что я чувствовала ледяной холод, разливающийся по венам, видела испуганные лица за длинным столом, слышала звон упавшего бокала… А теперь я здесь. Стою посреди своей гардеробной, залитой тёплым светом, а вокруг пахнет духами и новым шелком.

— Госпожа Воронина, вы собираетесь надеть это платье на аукцион? — голос моей помощницы Ани вырвал меня из оцепенения. Она запнулась, тактично не договорив фразу о том, что платье короткое. — Может, лучше наденете вот это синее? Оно лучше подойдёт к вашим глазам.

Я перевела взгляд на синее платье, которое она протягивала. Потом снова на себя. На мне было то самое — серебристое, с открытой спиной. То, в котором я была вчера.

Нет. Не вчера.

— Анечка, какое сегодня число? — спросила я, и мой голос прозвучал глухо, словно из бочки.

— Двадцать четвёртое февраля, — удивлённо ответила она. — Среда. Всё в порядке, Валерия Дмитриевна?

Двадцать четвёртое. Тот самый день.

Я медленно повернулась к зеркалу, вглядываясь в своё лицо. Свежее, без тени усталости. Макияж ещё не нанесён, волосы рассыпаны по плечам. Я выглядела так, как выглядела до.

До того, как мы объявили о помолвке. До того, как я стала законной женой Кирилла Романова. До того, как вернулась из Венеции и села за тот проклятый семейный ужин.

Мысли путались в голове, отказываясь складываться в четкую картину. Я — Валерия Воронина. Дочь миллиардера. Основатель сети турагентств. Учитель географии по образованию, бизнес-леди по настоянию отца и путешественница в душе. Я всегда хотела стоять на своих ногах, и у меня это получилось.

А ещё я — невеста Кирилла Романова. Нового партнёра отца. Невероятно красивого, статного мужчины с глазами цвета грозового неба. Сегодня вечером мы должны были появиться вместе и объявить о помолвке. А через месяц — та самая нежная, красивая свадьба. Венеция. Медовый месяц.

И смерть.

Я помню тот вечер после возвращения. Свечи на столе, улыбка Кирилла, его рука на моей талии. Мы смеялись, обсуждали планы. Я отпила глоток из своего бокала и… всё. Резкая боль, темнота, холод.

Яд. Я почти уверена — яд был в моём стакане.

— Валерия Дмитриевна? — Аня снова позвала меня, и в её голосе уже сквозило беспокойство. — Так какое платье готовить?

Я посмотрела на синее, потом на своё отражение.

В тот раз, в прошлом, я выбрала серебристое. Кирилл сказал, что оно делает меня похожей на русалку. В тот раз я была счастлива и ни о чём не догадывалась. Я доверяла ему. Доверяла отцу. Доверяла всем, кто сидел за тем столом.

— Нет, Аня, — ответила я, беря себя в руки. Голос прозвучал твёрже, чем я ожидала. — Синее не нужно.

Я снова встретилась взглядом с собой в зеркале. В моих глазах больше не было наивного блеска невесты. В них горел холодный, расчётливый огонь выжившего.

Я умерла. Но по какой-то неведомой причине судьба дала мне второй шанс, отмотав время назад.

Кто-то из моих близких хотел моей смерти. Кто-то из тех, кому я верила, налил мне яд.

— Я надену серебристое, — сказала я тихо, но Аня услышала и согласно кивнула, начиная готовить аксессуары.

Я ещё раз осмотрела себя. Это тело было живым. Тёплым. Во мне не было яда.

Но сегодня вечером я должна буду улыбаться Кириллу, смотреть в глаза отцу, жать руки гостям и делать вид, что я всё та же Валерия — счастливая и влюблённая невеста.

На самом деле я — женщина, которая уже знает свой финал. И которая сделает всё, чтобы его переписать.

Потому что сегодня начинается моя игра. И я узнаю, кто именно поднял бокал за мою смерть.

Глава 1. Маска невесты

Вечер опускался на город сиреневой дымкой, когда наш автомобиль бесшумно скользил по набережной. Я сидела на заднем сиденье представительского «Мерседеса», и моё серебристое платье мерцало в сгущающихся сумерках, как чешуя сказочной рыбы. Рядом, прожигая меня взглядом, сидел Кирилл.

Я чувствовала этот взгляд кожей. В прошлый раз он казался мне полным обожания. Теперь я искала в нём другое — холод, расчёт, тень вины. Но Романов был непроницаем.

— Ты сегодня сама не своя, Лера, — его голос, низкий и бархатистый, всегда действовал на меня гипнотически. Раньше. — Волнуешься?

— Немного, — я выдавила улыбку, ту самую, которую репетировала перед зеркалом последние два часа. — Всё-таки сегодня объявим о помолвке. Это ответственный шаг.

Кирилл накрыл мою ладонь своей. Его рука была тёплой, широкой, с аккуратным маникюром и дорогими часами на запястье. Рука, которая будет держать меня за руку в церкви. Рука, которая, возможно, насыпала яд в мой бокал.

— Я люблю тебя, — сказал он просто.

В прошлый раз эти слова заставили моё сердце биться быстрее. Сейчас они отозвались глухой болью в висках. Я кивнула и отвернулась к окну, делая вид, что любуюсь огнями вечернего города. На самом деле я пыталась унять дрожь.

Отель «Империал» сиял всеми огнями. Благотворительный аукцион в пользу детских хосписов собирал всю элиту города. Красная дорожка, вспышки фотокамер, шелест вечерних платьев — я помнила это всё. Помнила даже то, как споткнулась на ступеньке, и Кирилл галантно подхватил меня под локоть.

Ровно в восемь мы вошли в главный зал.

Хрустальные люстры лили мягкий золотистый свет на мраморные полы, струнные квартеты играли Вивальди, официанты лавировали между гостями с подносами, уставленными бокалами с шампанским. Воздух был пропитан смесью дорогих духов, сигарного дыма и предвкушения.

Я остановилась на пороге, впитывая эту картину, как губка. В прошлый раз я видела её сквозь розовую пелену счастья. Теперь я видела каждую деталь. Каждое лицо. Каждый возможный мотив.

— Валерия! Дорогая!

Голос отца вывел меня из оцепенения. Дмитрий Петрович Воронин, человек-скала, империя в одном лице, двигался ко мне сквозь толпу. Седой, статный, с неизменной тростью из чёрного дерева, которую носил скорее для имиджа, чем по необходимости. Он выглядел сегодня безупречно в своём смокинге.

— Папа, — я шагнула к нему и позволила себя обнять. От него пахло сандалом и табаком. Знакомый, родной запах.

— Ты сегодня королева, — сказал он, отстраняясь и оглядывая моё платье. — Синее всё-таки пошло бы тебе больше, но серебристый — тоже неплохо. Под цвет твоих глаз.

Я улыбнулась, но внутри кольнуло. Аня предлагала мне синее. Отец тоже. Совпадение? Или они обсуждали это между собой?

— Где мама? — спросила я, оглядывая зал.

— Общается с женой губернатора, где же ещё, — усмехнулся отец. — Терпеть не может эту светскую трескотню, но долг зовёт.

Наталья Воронина, моя мачеха. Женщина, которая вошла в нашу жизнь, когда мне было двенадцать, через год после смерти матери. Мы никогда не стали близки. Вежливость, холодное уважение — и ничего больше. В прошлый раз я не придавала этому значения. Теперь я думала: кому было выгодно моё исчезновение?

— Лера, пойдём, — Кирилл взял меня под руку. — Нам нужно поздороваться с губернатором, потом с твоим дядей, потом с делегацией из Китая. Отец просил.

Отец. Его отец. Игорь Романов, партнёр моего отца. Игорь Романов, который появился в нашей жизни полгода назад и стремительно вошёл в доверие. Игорь Романов, чей сын так удачно женится на дочери Воронина, объединяя два капитала.

Брачный контракт. Слияние активов. Доли в бизнесе. Я вспомнила, как юрист отца зачитывал мне пункты соглашения за неделю до свадьбы. В случае моей смерти всё переходило Кириллу. В случае развода — делилось поровну.

В моей смерти.

— Лера? — Кирилл слегка сжал мою руку. — Ты слышишь меня?

— Да, конечно, — я встряхнула головой, прогоняя наваждение. — Идём.

Мы двинулись сквозь толпу. Я улыбалась, кивала, обменивалась любезностями с людьми, многих из которых видела впервые в жизни. Мои губы уже начали затекать от этой фальшивой улыбки, но я продолжала играть роль счастливой невесты.

— Валерия Дмитриевна, какая вы сегодня ослепительная! — ко мне подплыла Ирина Кольцова, известная светская львица и владелица сети ювелирных бутиков. — Это платье от Вови? Боже, как оно сидит! А где ваше кольцо? Я слышала, Кирилл сделал вам предложение?

Я внутренне сжалась. Кольца ещё не было. Кирилл должен был вручить его сегодня вечером, во время объявления помолвки. Старинный бриллиант, фамильная драгоценность Романовых.

— Ирина, всему своё время, — мягко осадил её Кирилл, появляясь рядом с двумя бокалами шампанского. — Держи, любимая.

Он протянул мне бокал.

Прозрачная золотистая жидкость, пузырьки поднимаются к поверхности, тонкое стекло холодит пальцы. В прошлый раз я взяла этот бокал. В прошлый раз я пила это шампанское весь вечер.

Я посмотрела на Кирилла. Он улыбался, глядя на меня с нежностью. Потом перевела взгляд на бокал.

— Спасибо, милый, — я взяла бокал. Кирилл чокнулся со мной и поднёс свой к губам.

Я поднесла бокал к губам, но не сделала глотка. Просто смочила губы, изображая, что пью.

— Ты не пьёшь? — спросил он.

— Хочу быть в трезвом уме, когда мы объявим новость, — улыбнулась я. — Мало ли что ляпну с трибуны.

Он рассмеялся, поцеловал меня в висок и ушёл приветствовать каких-то важных гостей. Я осталась стоять с бокалом в руке, чувствуя, как по спине стекает капелька пота.

Паранойя? Возможно. Но я уже умерла однажды из-за своей доверчивости. Во второй раз я буду пить только то, что налила сама.

— Лерочка, детка!

Я обернулась на звонкий голос. Ко мне спешила Инга — моя лучшая подруга. Единственный человек в этом зале, которому я доверяла безоговорочно. Мы дружили с университета, с тех самых пор, когда я ещё не была дочкой миллиардера, а была просто девчонкой, мечтающей путешествовать. Инга работала в моём агентстве, вела отдел экзотических туров.