Веня всё время улыбался. Не широко — экономно. Как человек, который давно понял: улыбка дешевле объяснений. Он редко говорил «нет» и почти никогда — «да». Предпочитал варианты, полутона и фразы вроде «посмотрим» или «как пойдёт».
С ним было легко. Слишком легко, чтобы не насторожиться. Он соглашался, подстраивался, понимал с полуслова. Иногда казалось, что у него нет собственного веса — только отражение чужого.
Веня умел быть нужным. Поддержать разговор, сгладить конфликт, исчезнуть вовремя. Он всегда знал, где выход, но никогда — куда идти дальше. Жил аккуратно, без острых углов. Даже воспоминания у него были обтекаемые.
— Ты чего хочешь? — спросил я однажды.
Веня улыбнулся.
— Да мне нормально, — сказал он.
Эта фраза у него была универсальная. Подходила ко всему и ни к чему.
Женщины его любили недолго. Не за что было держаться. Он был внимательный, но ускользающий. Как человек, который всё время чуть-чуть не здесь.
Потом Веня исчез. Без следа, без объяснений. Как будто его и не было. Осталась только привычка ждать от кого-то ответа и не получать.
Иногда я думаю: может, Веня просто умел жить легче других.
А может — просто не умел жить по-настоящему.
Разницу между этим понимаешь не сразу.
Иногда — слишком поздно...