Свет. Тьма. Холод. Одиночество…
Вдох.
Ещё один.
Боль.
Всепоглощающая боль захватила каждую клеточку моего тела. Я делала маленький вдох и чувствовала, как тело будто разрывается на части. Она ядовитой змеёй растекалась по моему телу, впиваясь в него и сливаясь с ним. Почти примирившись с болью, я с трудом распахнула глаза и мутным взглядом обвела комнату, чувствуя, как сердце ускоренно бьётся где-то у меня в горле.
Казалось, я не могу надышаться, даже испытывая боль. Я жива!
Жадно, со свистом я делала вдох за вдохом… Прогоркший воздух с трудом проталкивался в лёгкие, наполняя их.
Взгляд не мог ни на чём зацепиться. Перед глазами были только мутные тёмные пятна.
— Она вскоре придёт в себя, мне удалось стабилизировать её, — с трудом, словно через толщу воды, до меня донёсся мужской голос. — В отличие от вашего супруга, её травмы не опасны для жизни.
— Благодарю, — тихий женский голос со всхлипом обратился к нему, — вы подарили мне надежду. Сколько я вам должна?
— Я знаю про ваши трудности, мне ничего не нужно.
— Что бы я без вас делала?! — всхлипнула она благодарно.
— Ну что вы, госпожа Штоль. Не плачьте. Ваш супруг пользовался уважением, хоть и имел слабости… Я могу показаться нетактичным, но всё же поверьте, это только из благих целей, — задержал он дыхание, словно раздумывая над своими следующими словами, — Верисса — девушка одарённая, вот только её магия весьма специфична и может использоваться для подзарядки только лекарей…
Смысл их речи словно ускользал от меня, хоть я и слышала их отчётливо. Замерев, я боялась дышать и привлекать к себе внимание, словно они говорили обо мне.
— Да, — сокрушённо подхватила женщина. — Ах, если бы она родилась мужчиной…
— Но она девушка, — резко оборвал он её сожаления, — как и все ваши дети. У вас, помимо неё, пять неодарённых дочерей… Четыре на выданье… И долги, что оставил господин Штоль. Много долгов. Вы уж простите, но ни для кого не были секретом увлечения вашего супруга… Вы их сможете оплатить?
— Боюсь, что нет…
— Я давно надеялся найти мага-донора с объёмом силы, соответствующим моему. Ваша дочь идеально мне подходит…
— И даже больше. Она абсолют, — нотка гордости скользнула в её голосе.
— Это не имеет значения. Главное, что она мне подходит. Я оплачу долг вашего супруга. Вы сможете оставить себе дом и некоторое время продержаться на плаву. Думаю, с вашим умом вам не составит труда выдать замуж дочерей.
— А Вересса?
— Она станет моим магом-донором, вам не стоит о ней беспокоиться…
Женщина сомневалась, в то время как мужчина, словно нетерпеливый паук, плёл вокруг неё свою паутину.
Он мне не нравился. Я его не знала, но он уже мне не нравился!
Я и женщину не знала… Эта мысль заставила меня замереть и нырнуть в своё пустое сознание. В отчаянии я металась по его уголкам, ничего не находя. Идеально пусто!
Кто я? Что со мной случилось?
Страх взъерошенной кошкой испуганно впивался когтями мне в душу. Я искала ответы, но не находила их… Словно до того, как открыть глаза десять минут назад, меня и вовсе не существовало.
Но этого не может быть!
— Я согласна, — глухой ответ женщины заставил меня вновь сосредоточиться на беседе, — но пообещайте, что будете к ней добры.
— Конечно! Не волнуйтесь. Её уникальность делает её бесценной. Клянусь, что не выпью её до дна!
— Мой супруг любил её и даже обучал. Она может быть не только подпиткой…
— Не говорите глупости! Она — женщина и должна: рожать детей, вести хозяйство, отдавать себя мужчине, восстанавливая его силы! Никакие иные роли ей не подвластны! — категорично заявил он, в то время как в моей душе поднималась волна возмущения.
Я не знала, кто я, но точно была уверена, что женщина должна иметь равные права с мужчинами, ведь способна на большее, а не только на то, что перечислил этот закостенелый чурбан.
— Когда мы сможем вписать Верессу ко мне в документы? — не давал он выдохнуть женщине, наседая на неё.
С трудом повернув голову в сторону звука голосов, я с сожалением уткнулась в тёмное пятно. Сосредоточенно сверля его взглядом, я поняла, что это всего лишь балдахин над кроватью, укрывающий меня от них.
— Я даже не знаю… Мой супруг погиб, и мне следует завести собственный документ и вписать туда дочерей.
— Я помогу вам, но Верессу впишу к себе. Она будет полностью под моей опекой!
— Мой супруг надеялся выправить ей собственный документ. Она же маг, и, значит, этого можно добиться. Мне нужно связаться с его поверенным и узнать, успел ли он. Если у неё есть документ, то решать должна она.
— Если ваш супруг успел, то это может оказаться вашей проблемой.
— Что вы…
— Вы в долгах, госпожа Штоль, — холодно оборвал он её слабые сопротивления. — Кредиторы дадут вам день, может, два, а потом потребуют возврат.
— Я продам наше имущество.
— Я умоляю вас, — неприятно рассмеялся он. — Самый ценный ваш ресурс лежит без сознания в этой постели. Вот капли, которые нужно добавлять в её питьё. Максена розовая прекрасно восстанавливает магический резерв, а уже сама её лекарская магия наполнит тело силой и исцелит. Я буду ждать вашего ответа, госпожа Штоль, но, прошу, не задерживайтесь… Я могу и передумать.
Уверенные шаги раздались по скрипучему полу, а после дверь хлопнула, отрезая нас от него.
— Что же мне делать? — обречённо выдохнула женщина, шурша юбками. — Надеюсь, мой дражайший супруг не выполнил своё обещание, как и сотни тех, что когда-то давал мне… Ах, чтоб ему на том свете не спалось спокойно! Как он мог проиграться и оставить меня в долгах?!
Я хотела уже дать о себе знать, но, услышав её слова, передумала. Похоже, она уже согласна с условиями незнакомца, а это значит, что меня буквально продают какому-то мужику.
В моей душе поднимался бунт. Это отвратительно!
Не было во мне и капли смирения, но, может, это только мне кажется?
Сомнения и странные мысли обрывками стали терзать меня так, что я даже не заметила, как осталась одна. Женщина даже не подошла ко мне. Не удостоверилась, что со мной всё хорошо, что я дышу… Не поправила одеяло…
Дыхание участилось. Страх от всепоглощающей внутри пустоты сковывал меня. Цепляясь пальцами за грубую ткань простыни, я сама не заметила, как выгнулась дугой от резкого приступа боли.
В глазах вновь потемнело, и я с громким криком полетела в бездну.
Я уже не видела, как вбежала служанка и пыталась прижать моё горящее в огне тело к постели. Магия в крови выжигала меня.
В пугающей темноте рождались образы, смешиваясь и затягивая меня всё глубже.
Перед глазами вырастали тени. Они жили, любили, работали, играли, теряли и находили…
С тяжёлым вздохом, когда день сменился ночью, а после и розовый рассвет забрезжил над горизонтом, я открыла глаза.
Постель пропахла потом, волосы, слипшись, облепили лоб, а губы потрескались от сухости… Но я точно знала, кем была Вересса Штоль. Во сне я словно со стороны наблюдала за её жизнью.
Я видела её, следуя по пятам: темноволосая, невысокая, с добрым взглядом ореховых глаз. Молодая женщина была магически одарена, но из-за узости мышления мужчин в этом мире ей не позволено было развивать свой дар в детстве. Уже будучи взрослой она самостоятельно не могла обуздать свою магию. В итоге та совсем перестала поддаваться и теперь была пригодна только для того, чтобы питать мужчин-магов
Всю свою сознательную жизнь она подпитывала отца, который, к слову сказать, её обожал. Никогда не брал больше необходимого и даже приучал её к своему делу. Она прошла подготовку под его руководством. Девушка была его помощницей в практике целых пять лет, а также светом в окне все свои двадцать пять лет.
Я видела, как она стояла рядом с грузным, рано поседевшим мужчиной и подавала ему инструменты, в то время как госпожа Штоль недовольно кривила губы, глядя на них. Она, как и младшие дочери, была обычным человеком, а также холодной и недалёкой натурой. Никогда не обнимала, не ласкала. Только выказывала недовольство, если вышивка была неаккуратной, а сыгранная мелодия фальшивила. Она смотрела с укором своим поразительно льдистым взглядом. Она не принимала страстной любви своего супруга к лекарскому делу, хотя благосклонно принимала плоды его труда. Лекарь был человеком уважаемым и прилично зарабатывающим, но его слабости… Она также не понимала страстной любви Верессы к лекарскому делу и ни раз порицала её тем, что это мужское дело, а ей пристало растить детей.
Я часто видела в возникших воспоминаниях, как сёстры отворачиваются от неё, собственно, как и мать, когда она скорее бежала помогать отцу.
Они так и погибли… Выехали в ночи, в непогоду к больному в дальнее поместье. Коляска перевернулась в кювет, и лекарь Штоль сломал себе шею, в то время как его дочь несколько дней провела в агонии.
Я была уверена, что я — это не она. Ведь во сне мне виделись и другие тени. Более мрачные, более тяжёлые, и они рассказывали о судьбе иной женщины… Я не смогла посмотреть прямо им в глаза и вспомнить, кем я была. Там было слишком много боли и отчаяния.
Я не понимала, как оказалась здесь.
С трудом приподнявшись на дрогнувших локтях, я осмотрелась, а после отодвинула балдахин и впервые посмотрела на мир, в котором мне предстояло выжить.
___________________________

Приветствую вас в моей новой истории —
«Вересса. Доктор-попаданка на краю мира».
Знаю, какие обычно возникают вопросы…
и в этот раз у меня уже есть на них ответ: книга полностью дописана.
Честно говоря, эта история родилась в непростой период — я сильно приболела.
И, возможно, именно поэтому тема легла особенно близко.
Хотелось написать что-то такое — про силу, про выбор…
Объём у книги получился немаленький —
чуть больше 600 тысяч знаков (это больше 300 страниц на Литнет).
Проды будут выходить каждый день в 5:00 по МСК.
Я не самый общительный автор (моя вина, каюсь),
но с этой историей хочу это немного изменить —
буду заходить в комментарии и общаться с вами.
Буду рада вас там видеть, поддержите меня 🤍
Лайки и добавление в библиотеку — это то, что помогает книге двигаться вперёд.
Буду благодарна за поддержку 🤍
Кстати, у меня есть к вам вопрос.
Многие авторы в этом литмобе вдохновились реальными личностями — и я не исключение.
Образ героини родился благодаря одной женщине-врачу.
Если вы угадаете, кто это, до открытия подписки — я подарю вам промокод 🎁
Если правильных ответов будет больше, чем промокодов — устрою розыгрыш.
Ответы присылайте в личные сообщения в соц. сети (можно найти в информации обо мне) ✉️
Буду ждать 🙂
Я выставила первые 20 глав на таймер — они уже прошли корректуру.
Но мы всё же люди, и ошибки возможны, поэтому буду очень благодарна, если вы напишете мне в личные сообщения, если вдруг что-то заметите.
На этом всё!
Надеюсь, будем встречаться каждый день — за свежей продой и утренним кофе ☕✨
Буду Вас ждать!
История выходит в рамках литмоба «Доктор-пропаданка 2»
https://litnet.com/shrt/oe6G
Комната была неплохой, но безликой.
Мне бросился в глаза туалетный столик с резными ножками из красного дерева, комод с фарфоровыми ручками из той же породы да умывальный столик с фаянсовым тазом и кувшином на нём.
В голове всплыло воспоминание девушки: в приличных домах уже давно был водопровод, вот только лекарь Штоль последние два года плотно сидел за карточным столом, и денег на реновацию дома у него не было.

Кривая улыбка растянула мои губы, и я, кряхтя, попыталась сесть на постели. На удивление, боли не было, но тело было ватным.
Сразу вспомнились слова наглого лекаря, который сказал, что сама магия исцелит моё тело. Я помнила, что Вересса сломала руку и ногу, но сейчас, вытянув перед собой чуть подрагивающую ладонь, была уверена, что всё у меня цело.
Я с интересом смотрела на белую молодую кожу, на аккуратные миндалинки ноготков, а внутри зарождался восторг. Я была молода!
С этой мыслью я на полном энтузиазме поднялась с постели. Пошатнувшись, я сделала первый шаг, затем второй и третий, с каждым разом становясь более уверенной.
— Нужно поесть, тогда и дрожь пройдёт… — шепнула я себе под нос, начиная строить планы. — Но вначале умыться!
Принюхавшись, я скривила носик. Тело требовало свежести.
Подойдя к умывальному столику и найдя чистый кусок хлопка, я стала протирать себе лицо, шею, подмышки. Именно в этот момент отворилась дверь.

— Госпожа Вересса? Госпожа Вересса! — вначале неверующе, а потом радостно воскликнула молоденькая горничная, держа в руках кувшин с чистой водой. — Ой, что же вы встали?! Давайте я помогу! — суетливо подбежала она, пока я заторможенно думала, как мне стоит себя вести.
— Спасибо, Марта, — с запинкой произнесла я, не чувствуя отторжения. Я теперь Вересса. — Как мои родные? — шепнула я, садясь на деревянный стул.
— Вам бы с матушкой переговорить… — замялась она, явно не рискуя сказать, что лекарь Штоль погиб.
— Надобно… Она сейчас занята?
— Госпожа Штоль принимает поверенного — господина Кларсона.
— Поверенного? — переспросила я, подобравшись. Сразу вспомнилось, что у него могут быть мои документы. — Марта, дай мне чистое домашнее платье.
— Сейчас, госпожа? Но я же не закончила…
— Немедленно! — оборвала её я. Какой бы ни была моя прошлая жизнь, будущая зависит только от меня и от моей расторопности.
Надев платье, под удивлённые ахи горничной я стремительно рванула из комнаты, но резкий порыв заставил меня пошатнуться на вершине лестницы.
— Госпожа! — юная Марта подхватила меня под руку, не давая упасть. — Держитесь за меня. Я помогу вам спуститься.
— Спасибо, Марта! — улыбнулась я, вглядываясь в её большие карие глаза.
Она была похожа на оленёнка — такая же хрупкая и невинная.
Спустившись, я оттолкнулась от неё и сама пошла в сторону гостиной. Разум почти мгновенно находил нужную информацию в чужих воспоминаниях, что я всё же усомнилась — чужих ли? Может, у меня такая странная реакция на травмирующую ситуацию? Я бы поверила, если бы не мрачные тени в глубине…
Вздохнув, я затолкала их поглубже в своё сознание, пообещав себе подумать об этом позже. На мгновение положив ладонь себе на живот и успокоив скрутившийся там страх, я толкнула дверь в гостиную.
Я опоздала.
Женщина была одна. Поверенного и след простыл.
Медленно повернув в мою сторону голову, она крепче сжала руку на документах, что держала, помяв при этом пару листов.
— Маменька, — обратилась я к ней.
— Зря ты встала. Тебе нужно прийти в себя, — отвернувшись, она подошла к секретеру и убрала документы в один из больших ящиков, не забыв закрыть его на ключ.
— Я хотела знать, что стало с отцом? — хоть я уже и знала ответ, я понимала, что должна спросить.
Я не спешила уходить, вместо этого прошла в комнату, наблюдая, как плечи женщины закаменели, а дрогнувшая рука спрятала ключ за корсажем.
Она уже надела траур. Чёрное платье наглухо закрывало её от мира.
— Твой отец умер. Похороны были вчера.
— Уже… Почему такая спешка? — выдохнула я.
— Ты была без сознания неделю, — развеяла она мои сомнения. — Вначале я думала, что ты сможешь справиться сама, но, видно, твоя магия не так уж уникальна, как говорят профессора. Если бы не лекарь Вайс, ты бы не выкарабкалась.