Вернусь ближайшей электричкой

Пролог

– Запуск-старт… – пробормотала женщина в легком не по погоде пальто, в каком-то тихом ужасе глядя на потолок. Белоснежная «ракета» из треугольников устремлялась ввысь, словно хотела вырваться из помещения в медленно светлеющее декабрьское небо. – Господи, куда ж я попала?

– Э… В Пулково? – предположил сотрудник аэропорта, отпустил ручки последней из вереницы тележек для багажа и задумчиво проводил их взглядом, когда те по инерции отправились дальше без него. Тележки ускрежетали до самой стены, а мужчина приосанился, словно впервые за долгое время обрел слушателя, и лихо сдвинул кепку на затылок. – Знаете, не все замечают местную архитектуру: говорят, этот зал похож на космодром; но на самом деле потолок, который Вы наблюдаете в данный момент, является олицетворением Невы…

– Какой ужас!

– Что, простите? – работник осекся: он принадлежал к той касте питерских интеллигентов, которых еще не нагнала карма таксиста – то есть его разбирало поговорить, но он пока не осознал, что люди вокруг настроены гораздо прозаичнее, чем можно было бы предположить на первый взгляд. – Право же, Вы первая, кто реагирует подобным образом. Что не так?

– Да все не так! – вскрикнула женщина немного истерично. На них стали оглядываться. – Потому что это – Пулково!

– Вы что-то имеете против Пулково? – оскорбился мужчина.

– Да то, что я летела в Шереметьево!

Работник понял, что все-таки зря он не пошел в таксисты.

– Девушка, Шереметьево – это Москва, – вкрадчиво начал он, – а Вы – в Санкт-Петербурге, – мужчина сокрушенно покачал головой и направился прочь, толкая перед собой очередную партию тележек, однако странная женщина его обогнала, водрузила на одну из них громоздкий чемодан ярко-желтого пластика, а в корзину другой бросила дамскую сумочку. Она поправила сбившийся набок разноцветный платок и тихонько пробубнила:

– Сами Вы… в Санкт-Петербурге.

Развернулась и ушла. Работник озадаченно уставился ей вслед, переводя взгляд с удаляющейся спины, гордо увозящей чемодан, на забытую тележку с сумочкой.

Добро пожаловать в новую историю! Действие происходит под Новый Год, но полностью праздничной книгу назвать нельзя, больше просто зимней. Не утверждаю, что полностью обойдусь без драмы, но, чтобы отдохнуть после "Зеркала", планируется что-то легкое и юморное вроде "Халявы", хотя герои будут значительно старше. Однако это не помешает им быть чуть наивными в душе) Всех с Новым Годом!

Глава 1

– Леш, как мне от вас вырваться?

– Я никак не пойму твоего отчаяния, – Алексей отодвинул табурет поближе к холодильнику, прислонился лопатками к дверце, отпрянул и оглянулся, поморщившись: по ощущениям, весь холод шел наружу, оставляя забытые с прошлой готовки продукты оттаивать внутри. – Ты, помнится, хотела в отпуск? Так наслаждайся! Я не утверждаю, что ты выбрала бархатный сезон, но раз уж так сложилось?

– Я только что из отпуска. Наотдыхалась уже, – Марина втянула голову в плечи и плотнее закуталась в пальто. На микроскопической кухне хрущевки было не холодно, но снимать верхнюю одежду пока не хотелось – она еще не успела отогреться после улицы. – Из-за сильного снегопада нас посадили в Пулково, а мне до новогоднего аврала срочно надо в Москву, понимаешь? Позарез!

– Да понял я, понял. Все, кроме сути драмы. Марусь, давай начистоту, – Леша потер подбородок и деловито извлек из шкафчика жестяную банку с растворимым кофе. Потряс возле уха наподобие маракасов и высыпал в кружку остатки гранул, залив шипящим кипятком. Он поставил кружку перед подругой, стукнув донышком о стол. Марина, в принципе, такую бурду не пила, но на этот раз отказываться не стала и обхватила ладонями нагревающийся фарфор. – Ты у нас сильная, независимая женщина…

– Одинокая, Леш, одинокая, – Марине надоело смотреть на Лешину макушку и она переключилась на изучение магнитов на дверце холодильника.

– Пусть так, – Алексей закрыл дверцу и сел. – Куда тебе спешить? Праздники на носу, ты сейчас никуда не уедешь, тем более в Москву, – народ билеты задолго покупает. А, кстати, что ты так рвешься в свою «некультурную» столицу?

– Нужно год закрывать, – мрачно призналась Марина. – Меня пару месяцев назад повысили, и велели не посрамить новую должность. В отпуск насильно выгнали, – она закатила глаза, – потому что не отгуляла положенный законодательством срок. Надо было, как порядочной, летом брать.

– Ничего страшного, без тебя справятся, – Алексей понял, что разговор предстоит непростой, и, не поднимаясь с места, потянулся и выудил из буфета пакет чипсов и небрежно кинул на стол. – В конце концов, сделаем просто: дам тебе комп, устроишь собрание онлайн. Темные века давно миновали.

– А люди все такие же темные. Ты что думаешь, если я в банке работаю, там все такие образованные? Я тут говорю одному: жми “фн”, запускай программу, а он, болван, в «контрол» тычет, – Марина махнула рукой. – Мало ли, что они там наделают. Спросят-то с меня!

– Не психуй, – Леша философски захрустел чипсами. – Это потому что ты привыкла все на себя брать! Одна всего не переделаешь. Учись людям доверять!

– Ненавижу командную работу. Хочешь, чтобы было хорошо, – делай сам.

– Да что ты так паришься? У меня вот тоже: свой бизнес, но я не стою на ушах.

– Да потому и парюсь, что это – все, что у меня есть! Тебе не понять. У тебя вечером из офиса жена придет, сын из школы вернется, вы соберетесь всей семьей за ужином… а у меня – никого и ничего, кроме отчетности. Никогда не думала, что буду жить «синим чулком»!.. – Марина поджала губы и сердито выхватила у зазевавшегося хозяина пакет с чипсами. – Хватит уже! Я тебе тут душу изливаю, имей хоть каплю совести!

– Ладно, фишку просек, – Алексей обезоруживающе поднял руки в знаке «сдаюсь». – Как я понимаю, в аэропорте ты и без меня выяснила, что билетов нет. Могу предложить поезд, но учти, там нам тоже ничего не светит, или вариант – добираться на перекладных.

– Может, хоть на какой-нибудь не-скорый билеты остались, – Марина проследила, как Леша отделяется от табуретки, и с горя – и пока друг не видит – сама запустила руку в пакет. Тот предательски зашуршал. – Или на месте выкуплю у кого-нибудь.

– Дохлый номер. Под Новый Год никто свой даже втридорога не «толкнет». Зато всегда можно взять такси – между прочим, у меня таким макаром один приятель до Астрахани катался.

– Такси слишком дорого, сейчас цены заломят будь здоров! Слушай, а может, в плацкарте места есть?

– Я тебя умоляю, плацкартом не пущу! Ты ж девушка!

– Да кто на меня позарится? – Марина развела руки и самокритично посмотрела на себя. – Как надену очки, мне и за сорок дадут.

– Во-первых, тебе всего тридцать один… Два?... В общем, меньше, – Леша забрал чипсы обратно и снова пристроился к холодильнику. – Во-вторых, даже будь это и так: не стану утверждать, что «в сорок лет жизнь только начинается», но она однозначно не становится хуже, уж это-то я по себе знаю! Так что не наговаривай на прекрасную круглую дату и не верь тем, кто все жизненные силы выплеснул еще в шестнадцать и теперь гундит про серость бытия.

– Хочешь честно? – Марина ослабила и сняла наконец цветастый шарф, будто он стал ее душить. – Мне уже наплевать на все: возраст, мнение окружающих, даже на работу. Да! Представляешь? А знаешь, чего я хочу больше всего на свете? – Праздников! Этого дурацкого Нового Года, когда меня будут будить вопли “Ура!” у соседей за стеной; а остальные несколько дней, пока снова не придется крутиться, как белка в колесе, я буду просто спать. Все. Верх мечтаний.

– Невесело что-то, – Алексей пожал одним плечом и отправил в рот щепоть крошек с усилителями вкуса. – С другой стороны, я так понимаю, что уговаривать тебя остаться и развеяться без шансов? Ну, как знаешь. Напрасно. Предпочитаешь киснуть и мариноваться в своем собственном соку – твое решение, но я бы на твоем месте выбрался куда-то, хоть на людей посмотрел, а не сидел затворником в городе-миллионнике.

– Ты – не на моем месте. Ты везде ходишь, у тебя постоянно какие-то события, тусовки, ездишь в отпуск два раза в год, причем когда захочешь, а не когда заставят. У тебя – жизнь!

– Если бы я сам себе не искал занятия, то протух бы еще быстрее, чем ты, – Леша, дожевывая, отбросил полупустой пакет и обвиняюще ткнул в подругу влажным облизанным пальцем. – Вот ты. Да, ты! Что ты собираешься сейчас делать?

– Я? – Марина растерялась от такого напора. – Не знаю. Поищу, наверно, гостиницу, где можно устроиться на день, а завтра подумаю, как быть дальше.