Вестники

Часть I. По ту сторону. Глава 1. Подарок

Чудесные густые леса покрывали местность под названием Айнгуд, земля эта никогда не знала великих войн или междоусобиц, только изредка два соседа заспорят из-за коровы, что забредет на чужое поле. Люди здесь жили тихо и мирно, пасли скот и обрабатывали поля. Каждый работал в меру своих сил и брал участок, на какой глаз ляжет - земли-то вокруг полно было.

Так бы и жили люди в мире до наших дней, только пришла в те места беда. Никто не мог объяснить, что случилось, только чувствовалось, что лес изменился. Сперва перевелись зайцы и белки, за ними ушли из леса волки и лисы, в конце исчезли птицы. Теперь лес пугал своим молчанием. Пойдет кто в надежде набрать грибов, да только его шаги и слышны во всем лесу, ветер не зашумит листвой, зверек какой не подаст голоса. Часто, как одеяло, лес накрывал густой туман. Хотя земля не перестала приносить урожаи, скот также пасся, но молчаливая стена могучих деревьев вокруг деревни не давала покоя. Жалко было людям покидать родные места, только в их сердцах поселился страх.

Пришла осень, туман понемногу захватывал территорию, теперь он часто покрывал поля, и пока еще робко окутывал дома. Скоро должна была прийти зима, воздух стал морозным, небо покрывали тяжелые грязные тучи. Кто-то отсюда понемногу перебирался в другие края, но многие по-прежнему жили в Айнгуде.

В одном из домов жила семья гончара Гачая. Кто он и откуда, никто не помнил, одно знали, что он не из здешних мест, много лет назад пришел в эти места, с тех пор и жил здесь, и успел состариться. Жил Гачай с внуком Гурдом. Мать Гурда умерла от лихорадки, когда мальчик был совсем маленьким, а несколько лет назад его отца придавило деревом при рубке леса.

Гурд был мальчишкой смышленым и задиристым. Из-за вечно взъерошенных волос к нему быстро пристало прозвище Боз Гурд - Серый Волк, и не редко его лохматую голову видели в компании других мальчишек, что-то мастерящих или задумывающих какую шутку. Гурда никогда не ловили на шалостях, но всякий знал, что он-то их и придумывал. Не раз соседи говорили Гачаю, чтобы он приструнил внука, но старик только отвечал: 'Не поймали мальца, нет и шалостям конца'.

Гачай был стар, но все еще крепок. Каждый день он стоял за гончарным кругом, лепил и обжигал горшки и другую посуду. Он с детства приучил и Гурда работать с глиной. У мальчишки дед вызывал уважение, и что бы он ему ни сказал, Гурд тут же старался это исполнить. Кроме гончарного дела старик учил Гурда пахать поле, ухаживать за скотом, стрелять из лука, а вдали от чужих глаз управлять мечом. Внуку же запретил об этом рассказывать.

Однажды Гурд спросил у деда, почему нужно скрывать это от соседей, на что не получил ясного ответа, но ему стало казаться, что старик стесняется показать свое мастерство среди земледельцев, которые с подозрением относились к людям с оружием.

Мечом Гачай владел в совершенстве. Каждый раз, берясь за оружие, Гачай говорил: 'Меч в руках воина, что серп в руках жнеца. Если не умеешь с ним обращаться - причинишь много вреда, если же умеешь - сам будешь жив, и другим поможешь'. Смотря на деда и учась у него, Гурд полюбил эти занятия, и ему хотелось все больше достичь такого же мастерства, каким обладал Гачай, но был он еще мал и тренировался пока с деревяшкой - меч деда для него был тяжел.

Когда Гурд не играл с другими ребятами и не был занят дома, он частенько бродил по лесу. Каждый камешек, каждое дерево были ему знакомы, он даже мог бы пройтись меж деревьев с закрытыми глазами, ни разу не запнувшись, если бы от него кто этого потребовал. Поэтому теперь с такой грустью и беспокойством он смотрел в сторону леса. Наверное, он больше, чем кто-либо другой, чувствуя это своим мальчишеским сердцем, понимал, что туман, пришедший на их землю, - чужой. Туманы в этих богатых землях были не редкость, их Гурд хорошо знал, знал какие они на вкус и как пахнут. Чужой туман был ему не знаком. И каждый раз, когда он попадал в его объятья, ему казалось, что за туманом кто-то прячется и внимательно его рассматривает. Порой ему казалось, что он видит даже чьи-то силуэты, и тогда его сердце начинало с такой силой биться в груди, что казалось еще немного и ребра дадут трещину. Тогда он со всех ног бежал к дому. Гурд считал, что ему, Серому Волку, не к лицу страх, потому не рассказывал никому о том, что ему виделось в тумане. Только однажды он обмолвился об этом деду.

Гачай любил внука и знал то, как он гордился своим прозвищем и как не любил, когда его называли по-детски Гурди - волчонок. Поэтому он не посмеялся над ним и не отвернулся от него, только молча стал что-то искать в кладовой. Гурду едва хватило терпения, чтобы дождаться, когда дед вернется к нему. Гачай принес с собой маленькую железную коробочку, внутри которой в старую тряпку было завернуто жестяное колечко.

- Ну-ка, примерь, - сказал старик, протягивая внуку кольцо.

Оно было таким маленьким, что налезло только на мизинец.

- Вот и хорошо, - улыбнулся Гачай, - Гурд, никогда его не снимай. Колечко это, может, убережет тебя от большой беды. Говорят, у каждого человека есть невидимый круг, в котором он находится в безопасности. Но если выйти за его пределы, человек станет беззащитен, и любая муха может его убить. У кого-то этот круг большой, а у кого-то - совсем крохотный. Люди иногда чувствуют, что ходят по самому краю - вот еще немного и что-то случится. Это кольцо ко мне попало, когда я был на пару лет старше тебя, но уже тогда оно было мало мне, - Гачай невольно запнулся на этих словах, но затем продолжил. - Его бывший владелец сказал: 'Когда надевшему кольцо будет угрожать опасность, оно поможет увидеть свой круг безопасности'. Если ты вдруг увидишь его, держись дальше от границы.

Глава 2. Гость

Дни тянулись за днями, ночи становились длиннее и холоднее, а снега все не было. Малоснежная зима - беда для землепашца, а бесснежная - и подавно. Но такого в этих краях никогда не случалось. Люди беспокоились и с надеждой смотрели на свинцовые тучи, плывущие по небу. Но мрачное небо хранило молчание.

Гурд как обычно работал с дедом в мастерской, когда с улицы послышались крики. Это ссорились соседи. Гурд хотел было выбежать на улицу и узнать, что случилось, но Гачай не дал ему этого сделать.

- Останешься здесь и закончишь работу, а я схожу, посмотрю, что стряслось. - Он снял свой фартук, в котором всегда работал, надел теплую куртку и закрыл за собой дверь.

Гурду не терпелось самому узнать, что же произошло. В последнее время из развлечений у него были только уроки владения мечом. С тех пор, как похолодало, туман стал гуще, и теперь было очень легко заблудиться, поэтому дети большую часть времени сидели дома. Изредка только можно было прогуляться, держась за веревку, которая соединяла дворы деревни и колодец. Ее протянули люди, когда туман стал подбираться к домам.

Раньше бы Гурд ни за что не ослушался деда, но теперь ему было невыносимо от мысли, что он упустит единственное происшествие за эти долгие серые дни. Он ловко остановил гончарный круг, накинул куртку, едва не забыв снять фартук, и бросился на улицу. Он шел, держась за веревку, ориентируясь на голоса, которых теперь было явно больше. Боясь быть замеченным, Боз Гурд остановился поодаль от толпы. На таком расстоянии он мог легко все расслышать и даже различить голоса. Зачинщиками оказались кузнец Мудай и его сосед Надир. Гурд был удивлен, хотя в последнее время ссоры все чаще случались между соседями, но эти двое были давними приятелями. Видно случилось что-то серьезное, что смогло настроить их друг против друга.

Вскоре мальчик понял причину, но она была слишком мала и незначительна, чтобы отнестись к ней серьезно. Кузнец утверждал, что сосед увел у него корову, поскольку нашел в пустом коровнике новые ведра соседа, которые добрый хозяин никогда бы не бросил. Надир же был уверен, что Мудай стащил у него ведра, а когда корова сбежала, решил их использовать, чтоб забрать себе корову Надира.

Конечно, корова - кормилица, и ее потеря была весьма болезненна для любой семьи, но не для кузнеца. Он был зажиточен даже по меркам Айнгуда - рая для землепашца и скотовода. Эти чудесные места дарили каждому, кто не был ленив, обильные урожаи, трава была столь сочна, что скот, пасшийся на ней, быстро рос и жирнел. Мудай же имел десять молодых и крепких коров, одиннадцатая была уже стара и давала мало молока. И Гурд понял, что пропала именно она. Стоя в тумане, он думал, что в последнее время причины ссор всегда были глупыми и пустыми, и без ругани можно было бы легко решить каждую из них.

Из-за криков прибывало все больше и больше людей. Гурд решил вернуться домой. Поймай его кто на улице в таком тумане, обязательно бы сдали в руки деда, а тот, будучи добр, но справедлив, одарил бы мальчишку парой ударов рогоза - очень жесткой и прочной травы, растущей по окраинам рек. Это было бы не смертельно, но очень неприятно. И чтобы не попасться никому на глаза, Гурду пришла мысль шагнуть в туман и отпустить веревку.

Мимо прошло несколько человек, мальчик хотел было снова вернуться к веревке, но кто-то сбил его с ног. Когда он поднялся, никак не смог найти веревку вновь и не смог определить, где его дом, и был вынужден идти на голоса, чтобы выбраться из тумана. Голоса были так близко, но веревка никак не попадалась, и сколько бы он ни шел, никак не мог никого найти. Неожиданно стало тихо, и Гурд понял, что потерялся. Его охватил страх, и он закричал, вслушиваясь в тишину.

- Эй!.. Кто-нибудь!.. Деда! - Мальчик кричал так громко, сколько мог, но ему никто не ответил. Он был один. Мысли с огромной скоростью проносились в его голове. Несмотря на грозное прозвище, Гурд был еще ребенком, и он заплакал.

Мальчик плакал, всхлипывая и вытирая слезы руками. Все те страхи, что таились в самом дальнем уголке его сердца, и которые он гнал от себя, пока был среди своих, теперь предстали перед ним. То он видел, как на него нападают те, кто порой мерещились ему в тумане, и он становится их добычей. То видел, как умирает от голода. То представлял, как уже никогда не вернется домой, и как его дед плачет, узнав, что случилось.

Так он и стоял, размазывая слезы по лицу, пока не заметил маленькое жестяное колечко на своем мизинце. В этот момент сердце Гурда замерло. 'Колечко', - прозвучало у него в голове. Да, то самое, которое подарил ему дед, и которое сможет уберечь его от беды! Сквозь слезы Гурд смотрел на свой мизинец с надеждой. 'Но что я должен делать?' - спросил он себя. Дед говорил ему, что колечко поможет увидеть круг безопасности. Гурд стал вглядываться в туман, пытаясь разглядеть что-то похожее, но ничего не видел. 'Может, его нужно потереть?' - подумал мальчик. Он тер кольцо руками, об одежду, но это ни дало видимого результата, разве что мутная поверхность кольца стала более блестящей. 'А если оно не работает?' - новая волна страха наполнила его сердце. Но Гурд постарался отбросить от себя эту мысль.

Колечко, которое он ощущал на пальце, вселило в его сердце крохотную надежду и позволило осмысленно взглянуть на ситуацию. Гурд подумал, что не мог далеко уйти, и раз никто не откликнулся на его крик, значит, он находится возле леса. Боз Гурд знал лес, и, даже ничего не видя в тумане, мог в нем ориентироваться, значит, сможет определить и направление к деревне.

Мальчик раскинул руки широко в стороны, чтобы нащупать хоть одно дерево, но рядом ничего не было. Тогда он решил идти просто на ощупь. Он шел, рассекая руками лишь туман, будто кругом ничего и не было. Это казалось странным, ведь их лес был довольно густой. И под ногами Гурд не чувствовал корней деревьев. В какой-то момент он даже присел, чтобы руками коснуться земли и убедиться, что он все еще в лесу. Его пальцы коснулись влажных переплетений травы и опавших листьев. Все же это был лес, но лес без деревьев, кустарников, огромных корней, опутавших всю землю. Или Гурд был столь удачлив, что ловко обходил все препятствия? Но в это верилось с трудом. Так он и бродил в неизвестности долгое время.

Глава 3. Потеря

Лес был погружен в темноту. Высокие, стройные стволы своими ветвями, казалось, уходили в небо, где терялись на фоне черной бесконечности, освещаемые лишь огнями миллиардов звезд, рассыпанных по бескрайним небесным просторам. Единственным цветным пятном в этом величественном царстве ночи было пламя костра, танцующее отблесками на всем, до чего мог дотянуться его свет.

Ночь стояла прохладная, а мокрая куртка Гурда уже нисколько не грела. Ему пришлось сесть ближе к огню, отогревая окоченевшее тело. Запах готовящегося на огне мяса заставил забыть Гурда о всякой осторожности и напомнил мальчику, что он голоден.

- Выпей, это чай из трав, - Яла протянула ему чашку с ароматным отваром, - он поможет тебе восстановить силы. - Гурд взял чашку и сделал глоток. Горячий напиток опустился в желудок, и по всему телу разлилось тепло. - Чуть позже можно будет поесть, птица почти готова.

Женщина занималась приготовлением пищи и не задавала никаких вопросов Гурду, что очень его удивило. Он напротив столько всего хотел у нее узнать, но не знал с чего начать. Поэтому молча пил чай и рассматривал новую знакомую.

Яла была крепкой невысокой женщиной с очень мягкой походкой. Теперь мальчик понимал, почему он не заметил ее в лесу. Наверное, она была хорошей охотницей, да и количество подстреленных птиц говорило об этом. 'Как ей удалось столько наловить, ведь в лесу уже давно перевелась всякая дичь?' - спросил себя Гурд и понял, что его окружали звуки, сотни звуков: голоса насекомых, ночных птиц, зверей. Это был уже не тот мертвый лес, что окружал их деревню. Эмоции захлестнули мальчика, и он задавал себе все новые и новые вопросы: 'Значит, туман есть не везде, и его нечего бояться, и лес еще жив. Но почему эти деревья кажутся такими чужими, как далеко я ушел? А если я не смогу найти дорогу домой? Ищут ли меня? Что мне делать дальше?' Каждый новый вопрос то приводил Гурда в отчаяние, заставляя вспомнить о доме, затерявшемся и далеком, и пугал его. 'Но ведь Яла может помочь мне, провести до деревни, она не кажется опасной, и кольцо... Кольцо!' - он вспомнил о маленьком подарке своего деда.

- Вы обещали рассказать про кольцо, - голос Гурда прозвучал так робко, что смутил его. Он не ожидал от себя предательской слабины. Конечно, он устал и нуждался в помощи, но не хотел быть жалким в глазах охотницы. Гурд глотнул еще напитка и более уверенно задал вопрос: - Почему вы спросили, давно ли я его надел?

Яла как раз снимала с вертела птиц. Она разделила их между собой и гостем. Но, несмотря на сильный голод, он не притронулся к еде и ждал ее ответа.

- Ты знаешь, что это за кольцо и для чего оно? - спросила женщина, садясь ближе к огню.

- Оно может показать владельцу его круг безопасности, - неохотно ответил мальчик.

- Верно, - сказала она и, сделав короткую паузу, продолжила, - но это не все, что оно может. Когда-то давно такие кольца были у каждого, и назывались они Вестниками. Они были предвестниками беды, но не великих войн, или землетрясений, а всего лишь маленьких человеческих ошибок, неверных решений. И каждое такое решение оставляло на кольце царапину. На твоем же царапин не так много, поэтому я решила, что ты надел его недавно. Чем чаще владелец кольца пренебрегал его помощью, тем слабее становилось кольцо. Со временем царапин становилось так много, что кольцо не могло больше служить хозяину и разрушалось. - Гурд посмотрел на своего Вестника. 'Кто же владел кольцом до него и почему расстался с ним до того, как оно разрушилось? И как кольцо попало к деду?' А Яла продолжала:

- Говорят, что мало кому удалось сохранить Вестника. Но не достаточно просто надеть кольцо, нужно научиться слушать его голос. Сразу ты можешь не увидеть, как оно работает, да и если тебе не грозит опасность, колечко будет молчать. Но в случае беды, чем чаще ты будешь слушаться его, тем ярче сможешь видеть свой круг безопасности.

- Если я недавно ношу Вестника, значит, он еще не работает? - Гурд был очень взволнован рассказом. Он знал! Он знал, что кольцо не простое, он это чувствовал!

- Возможно, у тебя не было в нем нужды, а, может, ты еще не научился им пользоваться, - спокойно ответила Яла.

- Откуда вы знаете столько про эти кольца?

- Когда-то у моего отца был Вестник, но он разрушился, - лицо охотницы стало печальным. - Последнее неверное решение стоило ему жизни. Это колечко - дар, поэтому береги его.

Теперь Гурд понимал, каким бесценным подарком было его маленькое, испещренное царапинами колечко.

- Если оно так ценно, почему вы мне об этом рассказываете вместо того, чтобы забрать его у меня? - говоря это, Гурд старался не смотреть на охотницу. - И вам совсем не интересно, кто я и откуда? - Ему не хотелось обидеть ее своими словами, но еще он боялся увидеть в ее взгляде желание обладать кольцом. Ведь взрослой и сильной женщине ничего не стоило отнять его у мальчика. И холодок, поселившийся где-то в глубине души, заставил его напрячься, ожидая ответ.

- Я не вор и не убийца, - в словах охотницы зазвучали стальные нотки, - все, что я тебе сказала известно многим, и это не тайна. - Немного помолчав, Яла продолжила более спокойно: - Я не спросила кто ты, потому что в наших краях не принято задавать вопросы тем, кто не хочет на них отвечать.

Глава 4. Столбы

Мальчик и охотница шли по лесу. Яла вела его в свою деревню одной ей известной тропой, пролегающей между корней величественных деревьев. Осенний лес был красив. Бурые, золотые, красные, похожие на живые языки пламени листья превращали деревья в огромные костры. Лес будто полыхал в пламени и не сгорал. Лучи солнца проникали сквозь все еще густую крону леса и в их рассеянном свете то и дело показывали свои головы разные зверьки. Удивительным было, что они не разбегались, заслышав пробирающихся через лес путников, но напротив, показывались из травы, привлеченные шумом.

Гурд шел следом за охотницей, не замечая ничего вокруг себя. Его голова была полна мрачных мыслей. Он никак не мог избавиться от них, и по-прежнему оставался в их плену. Вдруг ему на плечо упало что-то тяжелое. Мальчик дернулся от неожиданности и боли. Его плечо будто пронзили острые иголки. Едва его глаза встретились с большими карими глазами белки, как та спрыгнула и скрылась в густом пологе леса. Яла, услышав возню позади себя, остановилась и посмотрела на мальчика.

- Что случилось? - спросила она.

- Кажется, на меня свалилась белка, - сказал Гурд, и сам не поверил своим словам, настолько это было удивительно. Но боль в плече говорила о реальности происходящего. Только теперь он заметил, что вокруг них было полно зверья.

- Видно заигрались. Но это добрый знак, - Яла улыбнулась и продолжила путь.

Вырванный из своих размышлений, мальчик теперь с удивлением смотрел по сторонам. Было странно то, как громки были его шаги в сравнении с охотницей. Она ступала легко, едва касаясь земли и почти не оставляя следов, Гурд же, казалось, оставлял такие глубокие, будто весил раз в десять больше, чем был. Разглядывая деревья, он не заметил, как его настроение улучшилось.

Путники шли долго, ни разу не останавливаясь. Ели и пили они на ходу. Охотница шла быстро, и хотя ноги Гурда, непривыкшие к таким путешествиям, устали, мальчик не говорил об этом спутнице. Ему не хотелось быть обузой для женщины, и из последних сил он заставлял свои конечности двигаться. Яла же, казалось, не чувствовала усталости, и не сбавляя темпа, двигалась вперед.

Когда стемнело, они подошли к деревне, расположенной на небольшой просеке. Несмотря на опустившуюся на землю темноту, жизнь в деревне все еще кипела. Даже издалека Гурд слышал шум голосов. Яла провела мальчика прямо в небольшую харчевню, где они смогли, наконец, отдохнуть. Ноги Гурда гудели, и он с огромным наслаждением сел на стул рядом с охотницей.

Завидев их, к ним направился какой-то невероятно крупный мужчина. Гурду показалось, будто это не человек, а скала, настолько он был огромен. Мальчику только оставалось удивляться, как этому человеку удавалось протискиваться в узких проходах между столами. В своих больших ручищах он держал два маленьких стакана, которые поставил на стол пришедших.

- Светлой ночи, Аран, - сказала ему охотница.

- Светлой, Яла. Давно тебя не было видно, - басом ответил мужчина и подсел к ним. Лавка, видно, была очень крепкой и даже не скрипнула под тяжестью великана.

- Дела не позволяют бывать у тебя чаще. Знакомься, это Боз Груд, я встретила его в лесу. - Яла повернулась к Гурду и представила ему мужчину: - Гурд, это Аран, мой хороший друг, владелец этой харчевни и местной гостиницы, у него ты сможешь пожить, пока не решишь, что будешь делать дальше.

Гурд кивнул в знак знакомства.

- Милости прошу, моя гостиница - лучшая в деревне.

- Спасибо, - ответил Гурд и, наконец, глотнул напиток, что принес Аран.

Яла и Аран заговорили о своих делах, Гурд мог расслабиться и отдохнуть от проделанного пути. В харчевне было полно народа, раздавался смех и гул разговоров, гремела посуда. Гурд был немного оглушен всем этим шумом. У него дома такое обилие людей собиралось разве что на праздники. Но он напомнил себе, что это гостиница, к тому же, лучшая в деревни, как сказал Аран. Видно, многие были не прочь оказаться здесь. Размышляя так, неожиданно Гурд вспомнил, что в гостиницах принято платить за кров и еду. Но у него не было с собой никаких денег!

- Извините, - Гурд дождался паузы в разговоре охотницы и хозяина харчевни, - а сколько нужно будет платить за гостиницу?

Аран взглянул на Гурда, улыбнулся и положил свою огромную ручищу ему на плечо.

- Ты, видно, не из наших, парень. Первый ночлег у меня даром, это всем известно. А потом, можешь не беспокоиться о деньгах, для хорошего человека у меня всегда найдется работа, - и Аран рассмеялся, будто сказал какую-то шутку.

А Гурд подумал, как мудро поступила Яла, приведя его сюда. Он был удивлен, что она так много для него сделала.

- Яла, спасибо вам за то, что вы помогли мне, - дед всегда учил его быть благодарным за добро и не отвечать на зло.

- Нет, парень, ты меня удивляешь! - воскликнул Аран, да и Яла смотрела на него с удивлением. - Всякий разумный человек своим долгом считает помогать другим. Это так же естественно, как есть или пить. Хотя, конечно, бывают те, кто разучились это делать.

Глава 5. Открытие

Ночь пролетела незаметно, и, проснувшись утром, Гурд все еще чувствовал усталость во всем теле. Неохотно он встал с кровати и подошел к окну. Улица, что открылась ему, была залита светом. Мальчику пришлось сперва щуриться, пока глаза не привыкли к яркому солнцу. Он увидел множество людей. Торговые лавки давно были открыты, взрослые занимались делами, дети разных возрастов носились по улице.

Приведя себя в порядок, Гурд спустился вниз, прислушиваясь к скрипу лестницы. За одним из столиков он увидел знакомую ему охотницу. Она тоже заметила его и кивнула.

?- Хорошо спал? - спросила его Яла.

- Да, но мне показалось, слишком мало.

- Садись, сейчас тебе принесут поесть. Гурд, что ты решил делать дальше? - глаза охотницы испытующе смотрели на него.

- У меня не было времени подумать об этом, - ответил он ей неохотно.

- И все же тебе придется принять это решение, как можно скорее. Если ты надумаешь остаться, я смогу помочь тебе устроиться здесь. Некоторое время я еще буду в деревне, а потом вновь отправлюсь охотиться. - Все это она говорила спокойным и будничным голосом, будто в этом не было ничего особенного. Но Гурд понимал, что для него это решение было переломной точкой в дальнейшей жизни. Остаться жить здесь, ему казалось, значило опустить руки и смириться со всем, что с ним случилось, а идти дальше и искать другие Столбы - было трудно и опасно. Да и действительно ли это были Столбы? Поэтому он, как мог, оттягивал принятие решения.

- Но мне нужно вернуться домой, - слабо возразил Гурд, все еще размышляя, может, ему действительно стоит остаться?

- Это хорошее место, и туман еще долго не придется сюда, - мягким голосом ответила Яла. Но на мальчика ее слова наоборот заставили взбодриться.

- Но когда-нибудь он все равно доберется до этих мест. И, может быть, - прежде, чем произнести следующие слова он сделал паузу, - я смогу еще раз пройти через туман и Столбы? Или найти другие, которые приведут меня домой?

Охотница медлила с ответом.

- Гурд, о Столбах никто ничего не знает, и даже мне трудно поверить, что они действительно существуют. Может оказаться, что это лишь детская сказка. Если хочешь вернуться, найди свою деревню сам. Видимо, она в тех землях, что захватывает туман. А это далеко отсюда. Но лучше бы ты просто жил и не рисковал.

- Но можно узнать, как прогнать этот туман. Откуда-то же он взялся?! И тогда я прошел бы обратно через Столбы домой, - Гурд был упрям.

- Ты очень смел, не смотря на свой возраст, или отчаян. Но люди старше, мудрее и опытнее тебя пытались узнать что-то о нем, и им ничего не удалось.

- Что же тогда? Мой дом поглотил туман, и я никогда не смогу его найти? И мне просто остаться здесь и обо всем забыть? - Гурду было обидно от того, что никто не мог его поддержать, и никто не понимал его. Быть может, чувство вины заставляло его искать дорогу домой, но, как бы то ни было, мальчик не хотел сдаваться. Пока нет.

- Я не отговариваю тебя идти. Каждый решает для себя, что делать дальше. Я могу помочь тебе здесь. Жизнь не заканчивается, когда ты что-то теряешь, нужно двигаться дальше.

К их столу подошел Аран, неся завтрак.

- Что, парень, проголодался? На-ка подкрепись, - добродушно сказал он и поставил перед ними большую тарелку полную тушеных овощей и мяса.

Запах горячей еды, приправленной травами, заставил охотницу и мальчика прервать разговоры. Поглощая свой завтрак, Гурд смотрел по сторонам, ища подтверждения подозрениям, появившихся у него вчера. Различия между ним, Ялой и Араном, на которые он обратил внимание, породили в нем догадку. А если это так? Что бы это значило для него? Что ему не найти больше дороги назад, что теперь он навсегда оторван от дома? Нет, об этом страшно было думать. И Гурд искал любое опровержение своим подозрениям. Он прислушивался к походкам посетителей, рассматривал лица, следил за их движениями, чем вызвал интерес своей спутницы.

- Тебе здесь не нравится? Это хорошее место, никто не причинит тебе вреда, а Аран поможет найти какую-нибудь работу. Это действительно хорошее место.

Гурд промолчал. Ему не хотелось говорить кому-нибудь о своих мыслях, потому что ему самому с трудом верилось в происходящее. И все-таки факты подтверждали его догадки. Сегодня он заметил еще больше различий, между собой и окружающими. Все они имели смуглую кожу, раскосые глаза и бесшумную походку. Конечно, можно было сказать, что это другой народ, но различия этим не ограничивались. Сейчас, сидя возле окна, Гурд увидел самое яркое, самое страшное подтверждение своей догадке. Точнее два ярких подтверждения: с высоты небосклона на него смотрели два симпатичных солнышка. Сомнений не осталось, Гурд попал в другой мир.

На какое-то мгновение он онемел. Обнаружить на небе два солнца было не страшно, это было невероятно! Увиденное настолько его поразило, что он даже перестал жевать. Но никто этого не заметил, так как в этот момент за их стол сел Аран, принесший горячий травяной отвар:

Глава 6. В поисках

Оказавшись в лесу один, Гурд приуныл. Было так хорошо находиться среди людей, но нужно идти вперед. Когда туман оказался далеко позади, страх исчез. Потеряться Гурд не боялся, под его ногами пролегала хорошо вытоптанная тропа, да и леса он не страшился, пусть даже это лес другого мира. Только мальчик решил быть внимательнее, чтобы никто не смог застать его врасплох. 'Например, как охотница или белка, которая на него свалилась. Яла еще тогда сказала, что это хороший знак', - думал мальчик. - 'Что в нем хорошего?' Но в мыслях он все меньше и меньше цеплялся за воспоминания, и все больше наслаждался происходящим. После всех трудностей и переживаний, было хорошо идти по лесу, слышать шуршание листвы под ногами, птичье пение, щуриться от прибивающегося сквозь кроны света. Такой приятной прогулки у Гурда давно не было.

Оба солнца клонились к закату. Мальчику удалось подстрелить и приготовить какую-то невиданную им ранее птицу и устроить себе постель на дереве. Гурд знал, что многие не любят ночь потому, что собственные страхи рисуют им ужасные картины, а каждый шорох мерещится злобным шепотом. Но Боз Гурд любил ночь. Ему нравилось, как стихали звуки с ее приходом, и как преображался лес, становясь каким-то таинственным. А тайны... кто их не любит? Вот и сейчас, окруженный запахами леса, его угасающим гомоном, Гурд думал обо всех последних событиях.

Произошедшее с ним казалось каким-то нереальным, боль-ше похожим на сон, страхи которого быстро стираются из памя-ти, и уже к полудню ничего не остается. И его страхи остались позади вместе с туманом. Но это было странно, ведь туман и все произошедшее не было сном. Если Гурду чего-то случалось бо-яться, то страх не уходил так быстро. Конечно, он не был трусом. Это просто неслыханно, чтобы Серый Волк был трусом! Но чувство самосохранения заставляло его опасаться некоторых вещей. Например, рогоза, когда он попадал в руки деда. Как-то Гачай преподал ему урок, и Гурду пришлось познакомиться с силой убеждения рогоза. С тех пор он решил держаться от него подальше, а для того просто не попадаться на проделках. С туманом же все было иначе. Когда Гурд был среди него, было действительно страшно, - с трудом мальчик все-таки признавал это. Причем это был какой-то необъяснимый страх, никто за ним не гнался, никто не причинил ему вреда, но страх все же откуда-то взялся. Нельзя бояться просто так. Но мальчик боялся. А теперь тот страх ушел, оставив после себя лишь воспоминание. Почему же тогда Гурд так испугался? Сколько бы он ни пытался понять, не мог.

В последние дни в жизни Гурда произошло много необъяс-нимого. И удивительнее всего было не два солнца, не чужой и незнакомый мир, и даже не то, что он смог оказаться в другом мире, а совершенно непонятное ощущение в груди, когда ему пришлось отказался от гостеприимства Арана. Это было тоже непонятно. Что могло быть плохого в том, чтобы двинуться в путь с утра? И какая была нужда проводить лишнюю ночь в лесу? Ответов, как и на другие вопросы не было. Но в голове мальчика мелькнула мысль: 'А если это сила кольца?' Ну, это совсем странно, кольцо - всего лишь советчик, как говорила Яла, а то, из-за чего Гурду пришлось отказаться от предложения Арана, скорее можно было назвать силой, толчком. Будто старый друг пихнул его в бок, напоминая о какой-то договоренности. 'Это не похоже на кольцо. Или?..' В конце концов, окруженный многочисленными загадками, мальчик уснул.

Несколько следующих ночей он также провел в лесу, но как ни прекрасно было это путешествие, продолжать его было глупо, ведь нужно было найти травниц-ведуний, чтобы узнать хоть что-то. Поэтому, встретив на своем пути небольшую деревушку, мальчик направился прямиком к ней.

Эта деревня была похожа на предыдущую: такие же узкие улочки, множество торговых лавок, приветливые жители. Только их здесь было гораздо больше. Шум окружил Гурда, как только он вошел в деревню. Всюду сновали взрослые и дети, улицы были наполнены людьми разных возрастов, а на главной площади были целые толпы, так что Гурд едва мог протиснуться между ними в поисках какого-нибудь трактира.

Такое обилие людей было странным и непривычным для мальчика, и он не понимал, что творится вокруг. Наконец, оты-скав свободный стол в ближайшей харчевне, Гурд смог передохнуть. К нему тут же подошел мальчишка его возраста, который был одет в светлый фартук и держал в руках пустой поднос.

- Чего закажешь?

- Воды и что-нибудь поесть. Только недорогого, - добавил Гурд. На прощание Яла дала ему немного денег, но этого было недостаточно, чтобы долгое время жить в этом мире, поэтому на всем приходилось экономить.

- Понятно, тогда принесу тебе яичницу и побольше хлеба, хлеб у нас бесплатный, так управляющий велел,

- быстро проговорил мальчишка и скрылся в дверях кухни. Минут через десять он снова появился перед Гурдом, неся на подносе заказ.

- Держи, только плати сразу. С тебя шесть медяков. Гурд достал узелок из кармана и отсчитал шесть медных монет. Мальчишка следил за его движениями, ничуть не смущаясь.

- Не густо, - произнес он, оценив содержимое узелка, - на долго тебе не хватит, а сейчас неделя ярмарки, цены ого-го, как взлетели. Ты чего делать умеешь? Нужно наняться к кому-нибудь, а то на одних яйцах и хлебе ноги протянешь, - мальчишка быстро смекнул, что гость был не местный, но в неделю ярмарки это было не удивительно.

Глава 7. Граница страха

Через шесть дней Боз Гурд добрался до следующей деревни. У местных жителей мальчик расспрашивал о травнице, и эти вопросы вызывали в людях особый интерес к нему. И тогда они присматривались, более внимательно разглядывали его. Одинокий мальчик, путешествующий по лесу и расспрашивающий о травницах, удивлял местных жителей. Гурд не знал, за кого они его принимали, но это внимание было ему неприятно. Куда бы он ни шел, всюду за ним тянулись любопытные взгляды. Кто-то даже подметил колечко на его пальце, что встревожило Серого Волка. И, не найдя ведуньи, он поспешил покинуть деревню.

В других деревнях все повторялось, разве что Гурду удава-лось поговорить с ведуньями. Но все они говорили лишь одно: туман пришел с севера. О том, чем был этот туман, Гурд не узнал ровным счетом ничего. А меж тем он все удалялся в противоположную сторону от дома. И это его тревожило.

Ему никак не удавалось узнать хоть что-то. Но Гурд чувст-вовал, что есть какой-то важный момент, какая-то деталь, узнай он которую, сразу же все станет понятнее и яснее. Обязательно должна быть какая-то зацепка! Мальчик был упрям, и не оставлял мысль о том, что все еще можно что-то сделать. Да и как жить спокойной жизнью, зная, что однажды все исчезнет в тумане, и нет никакой возможности спастись, как бы далеко ты не бежал. Возможно, будь Гурд взрослым, он смог бы усыпить голос разума, как это делало большинство, предаваясь веселию и не думая о жизни, но он им еще не был, поэтому многое видел яснее. И видел он скорую гибель людей. И так же ясно он понимал, что вернуться домой почти невозможно. Но пока было это 'почти', он не терял надежды.

Десятая деревня мало чем отличалась от предыдущих, только была меньше и не столь многолюдна. Гурд заметил, что все деревни были построены одинаково: в центре располагалась главная площадь, а от нее к краям тянулись узкие улочки, кото-рые пересекали друг друга и образовывали некую паутину, охватывавшую все дома. По улицам ходили дети и взрослые, занятые своими делами.

Гурд с легкостью нашел небольшой трактир и уселся за свободный столик у самого входа. Пока мальчик путешествовал по лесу, он охотился, а шкуры пойманных зверей бережно сохранял для продажи в деревнях. Договорившись о плате за еду с владельцем трактира, Гурд отдал ему часть заготовленных шкурок и принялся ждать, пока принесут заказ. Для него стало привычным охотиться и жить этим, искать новые деревни и новых травниц в надежде найти выход и спасение.

Наблюдая за проходящими мимо людьми, Гурд расслабился и начал засыпать, утомленный дорогой. Но вдруг что-то прогнало сон. Мальчик почувствовал на себе мерзкий, липкий взгляд. Он стал озираться в поисках того, кто так смотрел на него, и увидел тощего седого мужчину, стоявшего посреди улицы. Назвать его стариком было нельзя. На вид ему было лет сорок, хотя Гурд очень плохо определял возраст у взрослых. Взгляд незнакомца не понравился мальчику, но больше всего то, что он не отрывал глаз от руки Гурда, на которой было надето кольцо. Казалось, что от этого кольцо накалилось, еще чуть-чуть и от него пойдет дым, а мальчик получит ожог. Конечно, Яла предупреждала его, что кольцо лучше спрятать, но Гурд не хотел снимать его, боясь потерять. И он надеялся, что еще немного, и оно начнет работать.

Нужно было как-то избавиться от странного мужчины. Сперва Гурд старался не обращать на него внимание, но чужой взгляд прожигал его, заставляя замирать сердце, наполняя его страхом. Гурд ни разу в этом мире ничего подобного не чувствовал. И он, забыв о еде, выскочил из трактира и кинулся прочь, спеша затеряться в узких улочках деревни. Он сворачивал направо и налево, петляя и кружа, но куда бы ни шел, он чувствовал все тот же липкий взгляд. Он вгрызался в мальчика, вцепившись подобно клещу, и впрыскивал в его вены яд страха. И Гурд побежал, пытаясь оторваться от преследователя, не разбирая улиц, в конце концов, оказавшись загнанным в тупик. Перед ним была стена, а позади послышались легкие шаги. Сердце бешено колотилось в груди. Было ясно, мужчину интересовало кольцо, но отдавать его Гурд не собирался.

Боз Гурд пытался найти выход. Дома он не раз оказывался в непростых ситуациях, но всегда выбирался из них, хотя все, что ему тогда грозило - несколько ударов рогоза. Сейчас же он не знал, чего ждать от этого человека, и это его тревожило. Но Гурд не был трусом. Он быстро пробежался взглядом по стене - нет, вскарабкаться по ней не удастся. Между тем преследовавший его человек приближался. Гурд, все еще ища выход, решил поговорить с незнакомцем. Быть может, все было не так, как казалось.

- Кто вы и что вам от меня нужно? - как можно спокойнее спросил мальчик.

- Дай, - проскрипел в ответ голос седовласого, а рука и взгляд явно указывали на кольцо. - Дай мне, - голос был не-приятный, скребущий, режущий слух, будто это говорил не человек, а старые ржавые железки терлись друг об друга.

- Оно не ваше, - крикнул ему Гурд, но мужчина требовал кольцо.

Гурд еще пытался говорить с седовласым, но в ответ он слышал неизменное скрипящее 'дай мне'. Гурд замолчал и, не-много успокоившись, стал ждать, что будет дальше. Кажется, мужчина не собирался нападать. Они стояли на расстоянии друг от друга, смотря в глаза. Гурд решил обойти мужчину, но тот дернулся, явно желая схватить мальчика. Боз Гурду пришлось отступить.

Сколько это могло продолжаться, он не знал. Начинало темнеть, а требования мужчины становились все раздражительнее. Гурд оглядывался, ища хоть какой-то выход. Но как только он переставал смотреть в глаза мужчины, седовласый делал шаг в его сторону. Взгляд же мальчика вновь останавливал незнакомца. Боясь хоть на мгновение отвернуться, Гурд боковым зрени-ем заметил вывешенное сушиться белье на втором этаже дома, находившегося справа от него, и решился. Мальчик пошел на встречу незнакомцу. На лице седовласого отразилось чувство, видно означавшее радость, и, улыбнувшись, он обнажил ряд не-ровных зубов.