Виктория. Вспомнить себя

Пролог

В больнице девушка не сразу пришла в себя, а лишь через неделю. Удивленная тем, что она оказалась в теле умирающей женщины. Это событие уничтожило ее морально.

Чертова магия!

Говорили же ей, что не стоит баловаться с ней, что до добра это не приведет. Вот и результат!

Врачи сообщили, что ее состояние ухудшилось. Состояние некой Марьи Ивановны, сорокадевятилетней невзрачной женщины с несчастным прошлым. Ужасное имя! Ужасное место! И все до того пугающее, что при каждом «пик» железных сооружений, екало сердце.

Приходили какие-то люди. Один говорил, что он ее жених и ждет дома.

«Господи, до чего же надо низко пасть, чтоб жить с этим мужчиной», - думала во время их скупого диалога Виктория.

Он весь истощал хамство и брюзгливость. И о какой любви может быть речь, если периодически разговор заходил на тему грязной посуды и дырявых вещей, о том, что женщина виновата, что оставляет его одного без средств на существование…

Что за мир? Что за безнравственность? Как вообще все докатилось до того, что слабые женщины стали содержать мужчин?!

Приходил другой, более симпатичный джентльмен, который даже проронил пару скупых слез. Брат, как выяснилось, этой самой Марьи Ивановны. И он тоже что-то говорил про имущество. Предлагал пригласить доверенного ради подписания неких документов.

Виктория чувствовала неистовую боль в голове, пыталась разобраться в происходящем. Она понимала, что оказалась в плену роковой магии, и только сама магия сможет ее освободить. Вот только где взять столько энергии? Где достать все ингредиенты? Где она вообще, черт возьми?! И почему из окна все время так дует, словно весь мир поглотила вечная мерзлота?

- Я найду способ вернуться! Я не умру в этом теле! – плакала она ночи на пролет в больнице и понимала, что шансы с каждым днем тают все больше и больше…

Время на исходе. Нужно действовать!

Глава 1

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Обшарпанный отель, напротив которого мы стояли, был именован как «Palais de la magie». Само название - "Дворец Магии", казалось, было насмешкой над его истинным обликом. Потрепанный временем и ветрами, отель выглядел так, словно был забыт всеми. Косая дверь едва держалась на петлях, пара окон по обе его стороны выглядели так, будто только паутина их и сдерживала от бесконечных вьюг Страгона, города четырех ветров.

Название - "Страгон", как нельзя лучше отражало суть города. Расположенный на высоком плато, город был на перекрестке стихий. С запада его омывало ласковое море Блаше, принося с собой свежий бриз, а с востока, гранича с бескрайней пустыней Сахаби, он принимал на себя жаркие песчаные бури. Но и это было не все. С севера, с ледяных вершин империи Миртов, где, по преданиям, солнце никогда не касалось земли, доносились пронизывающие сквозняки. А с юга, из влажных джунглей Иссари, где, как шептались, дожди шли почти не переставая, в Страгон проникала удушающая духота и сырость.

Что ж, вернемся к злосчастному отелю, в котором мне предстояло работать, ибо как выразилась Лейла, она не нашла для меня «более простой работы». Обижаться я на это не смела, понимая тщетность своего положения, она и так мне помогла в силу своих возможностей. Да и к мысли о том, что меня все жители Страгона считали слабоумной, я уже в какой-то мере привыкла. Мне даже казалось, что прозвище «сумасшедшая» я уже где-то слышала в своей жизни. В своей прошлой жизни, ибо напрочь не помнила, кто я и откуда.

Пробуждение от пронизывающего холода на площади Рев застало меня в полном смятении. Голова моя гудела, словно в ней жила стая ос, а в горле пересохло так, будто я до этого умерла от обезвоживания. И все бы ничего, но блуждая по улицам незнакомого мне города и вымаливая глоток воды, так и не смогла понять кто я такая и как сюда попала.

На мое несчастье, в Страгоне с бедняками не было нехватки, этим мог «похвастаться» каждый второй его житель, в связи с чем, мне либо вообще никто не открывал двери, либо я слышала столько брани, что уши мои и лицо краснели и становились будто обожженными жарким полуденным солнцем.

- Чем могу быть полезна?

Это были первые добрые слова, услышанные мною, когда я постучалась, казалось, в миллионную дверь. Открыла ее высокая как столб девушка с копной кучерявых волос до пояса. У нее были столь густые брови, что слились в одну линию, но вместо того, чтоб придать ей вид грузности и злости, как-то очаровательно вошли в тандем с широченной улыбкой.

- Воды, пожалуйста, - взмолилась я.

- Да, конечно.

Она с пониманием кивнула и, пропустив меня в крошечную прихожую, которая, судя по всему, выполняла еще роль чулана, предложила войти. Мое внимание сразу привлекло поломойное ведро, используемое в качестве подставки для зонтов, и швабра, о которой я еще не знала, что она не только убирает грязь, но и служит оружием против незваных грызунов.

На гвоздях, что служили этаким гардеробом, был завал из разношерстной одежды разной степени потертости и свежести, что впору было предположить, что в этом доме живут от мало до велика человек двадцать, а то и больше. Что ж скажу забегая вперед, это был приют для жизни обделенных и хозяйкой ее была Лейла.

Ее рука протянула мне медную кружку, испещренную вмятинами, словно она пережила не одно сражение, выдержав натиск врагов на протяжении десятилетий. Она была мята и покоцана, как старый щит, который не раз принимал на себя удары судьбы, выдержав натиск невидимых варваров на протяжении многих лет.

Вода, которую я после долгих бесчисленных просьб наконец-то смогла пригубить, оказалась немного странной на вкус. Резкий привкус железа смешивался с чем-то неопределенным, мутным, но, к моему удивлению и что уж тут греха таить - радости, не вызвал отвращения. Я пила жадно, утоляя мучительную жажду, и впервые за долгое время почувствовала облегчение.

- Благодарю, - прошептала я, чувствуя, что простого "спасибо" недостаточно, чтобы выразить всю мою признательность этой милой девушке. В тот момент она казалась мне ангелом-хранителем, возникшим из ниоткуда в самый отчаянный момент.

Незнакомка кивнула в ответ, забирая из моих дрожащих рук пустую кружку, и спросила:

- Как тебя зовут?

Ее голос был мягким и участливым, словно она боялась спугнуть хрупкую птицу. А я… я застыла, не в силах произнести ни слова. До меня наконец-таки пришло полное понимание катастрофы, в которой я оказалась. Именно в этот момент меня накрыло осознание. Холодное, липкое, парализующее осознание того, что я действительно не помню. Не помню ничего. Ни имени, ни лица, ни места, где я нахожусь.

В голове царил хаос, мысли метались в поисках ответов, но все было бестолку. Как бы я не напрягла все свои силы, пытаясь ухватиться хоть за какую-то ниточку памяти, но в ответ получала лишь гулкую пустоту.

- Ты не знаешь, да? - нахмурилась моя собеседница, чем удивила меня. Не знаю почему, но я была уверена, что с ее сросшимися бровями, образующими единую темную линию над переносицей, она просто физически не способна нахмуриться.

- Нет, - прошептала я, чувствуя, как к горлу подступает ком. - Я ничего не помню. Совсем ничего.

Незнакомка продолжала хмуриться, пожевывая нижнюю губу, а затем неожиданно для меня улыбнулась и расправила плечи.

Глава 2

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Отель «Пэлэй де ла Мажи» отрыл двери пред нами именно в тот момент, когда я сделала шаг назад со словами «О, нет!». На месте меня удержала лишь стальная хватка Лейлы. Она хоть и была худая как доска, но при ее почти двухметровом росте, отличалась огромной скрытой силой.

- Ах вот вы где! Я вас уже заждался, синаи! – вначале я услышала голос и только потом я смогла увидеть говорившего.

Это был мужчина, чья внешность моментально приковала взгляд. Его шляпа с широкими полями казалась неожиданным, но завораживающим элементом в образе, который в остальном был безупречен: строгий костюм-тройка цвета глубокой морской волны. Холодный ветер Страгона, пронизывающий до костей и заставляющий дрожать, словно осиновый лист, лишь подчеркивал контраст с его уверенным видом. Он улыбался так широко и открыто, что я невольно задумалась, сколько же у него зубов – будь у меня время на такие мелочи.

Мужчина говорил с каким-то неведомым акцентом и столь широко улыбался, что будь у меня лишняя минута, я вполне могла бы пересчитать его зубы.

- Прости за опоздание, – протянула свободную руку для рукопожатия Лейла, которой пришлось наклониться чуть ли не в двое, чтоб поздороваться. – Трамвай сломался на полпути. Пришлось идти пешком.

«Видимо, это был знак, что мне не нужно в эту дыру», - подумала тогда я, но смогла выдавить улыбку, ибо швейцар или кем он тут числится, я не знала, надолго остановил на мне свой поросячий взгляд.

Каюсь, было такое первоначальное сравнение, ибо глазки его были до того маленькими, что показались мне черными кружочками. Но поверьте, было в нем что-то притягательное. Харизма? Уверенность? Артистизм? Не имело значение, главное, чтоб это не мешало ему платить мне вовремя, чтоб я скорее могла бы помочь Лейле с ее приютом и не чувствовать более себя нахлебником.

- Сочувствую, - как-то слишком мягко ответил ей мужчина, неохотно отпуская ее руку. - Что ж, думаю, мы сработаемся, - в итоге ответил он моей «хозяйке». – Условия ты знаешь. Мы вернемся в эти края через неделю.

И на этом мужчина открыл мне дверь и пропустил внутрь. Делать было нечего, иного места работы мне просто было не сыскать. Увы, но махать тряпкой над полом в этом мире мог даже младенец. Народ, живущий здесь, готов работать чуть ли не с пеленок, лишь бы заработать себе на хлеб.

Когда я проходила мимо, то заметила, что от него сильно пахло алкоголем. Это открытие заставило меня поморщиться. Не люблю алкоголь в любом его виде и тех, кто его употребляет, что считаю это вредным и неприятным, а его любителей – потенциально опасными личностями. Если не причинят вред физически, то мозг выедут мерной ложечкой. Ни того, ни другого мне испытывать на себе не хотелось.

Откуда во мне была такая уверенность я точно сказать не могу. Видно там, в прошлой моей жизни, о которой я ничего не помню, были моменты, связанные с горячительными напитками. И эти моменты были не столь радужными.

Увы, но за первыми переживаниями мне даже в голову не пришло, что Лейла не пойдет за мной. И осознала я сей факт лишь когда мужчина шлепнул меня по пятой точке, заталкивая быстрее внутрь, и захлопнул дверь.

- Что?! – возмутилась я.

И обернувшись, убедилась, что мы стоим вдвоем в небольшом холле, и то, как он предвкушающе и как-то слишком радостно потирает руки.

- Эй, почему Лейла не зашла? – поздно среагировала я, в то время как страх заволакивал мое сознание.

- Нам надо уезжать, - пожал мужчина плечами, не скрывая оценку моих выпуклостей.

- Уезжать? – пропищала, не узнавая свой собственный голос.

Мужчина нахмурился, а потом махнул рукой, будто данный пробел нечто незначительное, о чем не стоит заморачиваться.

- Странно, что Лейла тебе ничего не сообщила. Отель «Пэлэй де ла Мажи» этим и славится. Мы путешествуем!

Мой мозг не мог собрать эту информацию воедино. Как отель может путешествовать? Он же стоит на месте! Нас снесут вместе с ним и тогда я окажусь на небесах? О рае мне рассказала Охра. Она всеми фибрами верила в него и готовилась к нему, очищая душу и тело перед сном. Это было забавно, если честно. Особенно, когда воды не хватало, и она орала как старая кошелка в мыле и пене от дешевого шампуня.

- Видит Бог, если я не попаду из-за вас в его угодия, я вернусь за вашими жалкими душонками!

И если Охра права, и если мне суждено сегодня попасть в рай, то я ж не помылась и не успела причаститься! Мысль на тот момент была весьма плачевная и пугающая.

- К-куда мы, сэр? – пролепетала я, пытаясь совладать с паникой.

- Сегодня мы направляемся в Даркленд, моя дорогая, - как ни в чем не бывало ответил мне мужчина в шляпе.

Даже моих куриных мозгов на тот момент хватило, чтоб понять, что Рай не может зваться «Темными землями» и, тяжело сглотнув застрявший ком в горле, просто стояла у стойки регистрации и ждала указаний.

- Пойдем, - ехидно улыбаясь, ответил он и повел по темным улочкам своего обшарпанного отеля.

Если снаружи здание было ужасного вида, то и изнутри оно тоже было не лучше и ничем не уступало его общему виду. Дом словно дышал зловониями, а доски скрипели со стен так, словно переговаривались. Мне даже показалось, что я почувствовала его дыхание: тяжелое, смрадное.

Глава 3

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Входная дверь резко открылась и также резко захлопнулась за моей спиной в тот момент, когда я завороженно смотрела в одно единственное вытянутое окно, за котором уже был не серый, уже привычный мне, Стагон, а дождливый город среди бурной растительности.

- Добрый вечер! – поздоровался со мной приятного вида мужчина, снимая шляпу и поправляя намокший сюртук.

- О, - лишь смогла выговорить, не зная, что делать и что предпринять.

Инструкций как вести себя с постояльцами у меня еще не было, кроме как той, относящейся непосредственно к моей деятельности, то бишь уборки. Я осталась стоять с открытым ртом, ибо тупо не знала, что надо произнести.

Гость был молод, моложе тридцати лет точно, статен и жилист, с открытым ясным лицом, которое мило улыбалось мне, как при виде котенка. Под шляпой оказалась скрыта копна темных волнистых волос, с кончиков которых стекали капли воды.

- Я бронировал, - мягко произнес путник, что указал головой на стойку.

Я кивнула и поджав губы, лихорадочно пыталась найти взглядом метрдотеля или хотя бы кого-то, кто мог бы помочь новому постояльцу. И только убедившись в отсутствии оных, вздохнула и посеменила за стол ресепшена. Гостя ведь надо заселить, не гоже держать его у порога.

За стойкой я нашла несколько журналов. Пролистнув один из них, удивилась непонятным записям. «Две тысячи десять, коты. Не звонить!» – гласила одна из них. «Три тысячи пятьдесят четыре, наполнить солью бассейн» – сообщала другая. Ну вот что это за бред такой?!

Следующий журнал оказался не лучше. Какие-то закорючки, непонятные символы, цифры, выстроенные без всякой логики. Я чувствовала себя полной идиоткой. Решив, что разобраться в этом нереально, я обернулась к ключнице. Выбрав один из ключей с витиеватым брелоком под номером «1055», я протянула его гостю.

- Вы меня не проводите? – спросил он, улыбаясь и не отводя от меня взгляда.

В его голосе звучала легкая ирония, что я невольно почувствовала, как начала краснеть. Наверное, в действительности я должна была представлять собой жалкое потерянное зрелище, никак иначе.

Кое-как совладав со своими чувствами, призадумалась. Номер наверняка не готов к приему гостя, и в идеале стоило бы попросить мужчину подождать другого персонала отеля, более компетентного, чем я, но, словно во сне, я продолжала совершать одну ошибку за другой. Мало того, что я завела его в какое-то боковое крыло, так еще и на протяжении почти всего пути испытывала панический страх перед ковром, что, конечно же, не осталось незамеченным новым клиентом этого странного отеля. Когда же я наконец собралась с духом и ступила на него, то замерла на несколько секунд, ожидая, что пол провалится подо мной и утянет в неизвестность. К моему облегчению, пол остался на месте, и я, с облегченной улыбкой, продолжила путь.

Добравшись до самого конца коридора, мы с разочарованием убедились: нужной нам комнаты здесь нет.

- Извините, - пролепетала, облизнув губы,

И тут я заметила, что гостя качает из стороны в сторону. Боже мой, он же пьян! Только этого мне не хватало!

На этих типов у меня выработался рефлекс еще от Лейлы, в приют которых постоянно пытались затолкаться заядлые алкоголики. Она их терпеть не могла, поэтому приучила весь дом гнать пьянчуг шваброй. Чем я успешно занималась последние три недели, раз уж в другом не смогла проявить свои уникальные способности.

Только вот было в его поведении что-то странное и нелогичное. Если гость был столь пьян, что шел, качаясь от стены к стене, то говорил он весьма внятно, правда уставши.

- Возможно, мы найдем его в другом крыле, - предложил он.

- Ага, - ответила я, теперь еще и принюхиваясь к нему. И нет, от него явно не разило спиртным, а только чем-то тонким, как специя. Нет, он определенно не был пьян, скорее просто устал настолько сильно, что с трудом держался на ногах.

Мы вновь вернулись к стойке регистрации и хотели было направиться к другому крылу, как мой взгляд зацепил движение на втором этаже. Это был никто иной, как единственный человек, с кем мне пришлось иметь дело в этом странном отеле.

Метрдотель нахмурился, взглянул на свои часы и стремительно спустился в холл. Я невольно восхитилась его стремительностью, мысленно аплодируя его ловкости, ведь росту в нем было чуть больше метра.

- Ох, господин Саагаши, прощу прощения за некомпетентность! - воскликнул он, широко улыбаясь и театрально всплескивая руками. - Боюсь, я задержался по вине одного из гостей, которому в строчном порядке была необходимость поесть свежий дуриан, коль уж мы попали на границу с джунглями Иссари.

И поспешил пожать руку гостю. Гость сомнительно посмотрел на его конечность, а потом нерешительно протянул свою. То ли его не учили таким манерам, либо в том месте, откуда он родом, здороваются немного иначе?

- Если честно, я был уверен, что Вы опоздали.

- Успел залететь в последнюю секунду, - пожал плечами, скромно улыбаясь, путник. И указал головой на небольшой чемодан.

- Да, идемте, - и метрдотель полез в картотеку за стойкой. – Я приготовил Вам номер с самыми красивыми видами, - гордо произнес он, протягивая ключ.

Глава 4

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

День спустя

Я проснулась от резкого стука двери о стену и ставшего уже привычным крика метрдотеля:

- Быстро убери номера 3013 и 2100! У тебя полчаса! Мы скоро прибудем в Сноувилл.

- О, господи! – выкрикнула я в испуге, прикрываясь одеялом.

Зажмурилась от ворвавшегося в мою каморку ослепительного света, коим был освещен коридор. Протерев лицо ладонями, почувствовала влагу в уголках глаз. Я опять плакала во сне, а это могло значить только одно – буду опухшей и похожей на азиатку.

Резко пробужденное сознание нехотя возвращалось в реальность. Сноувилл? Мы же держали путь к Даркленд? Или мы уже там были? Ах да, были. Сколько же это я сплю? Какова же скорость этого отеля, если мы всего за одну ночь преодолели столь огромное расстояние?

Бегло осмотрела комнату в полутемноте и подмечая каждое изменение: у подножья кровати кто-то повесил мне униформу. Когда? Кто? Почему я не проснулась? Мне стало противно от того, что пока я спала, за мной наблюдали. Это уже ни в какие ворота не лезло!

Униформа оказалась длинным платьем закрытого кроя до середины икр, шоколадного цвета с белыми рюшечками. Ткань была грубой, но все же приятней чем тот мешок, что я носила до сегодняшнего дня.

Отбросив все сомнения, быстро натянула его, порадовавшись тому, что сидело оно на мне прям идеально. На скорую руку справив нужду и умывшись, я набрала воду в немного помятое теперь ведро и поспешила наверх. Однако едва я открыла дверь, то застыла как вкопанная!

Антураж отеля вновь сменился. Теперь вместо темных готических стен везде была снежная зима с некоторой рождественской атрибутикой, как пример, красногрудых птичек на ветках, что торчали из стен и у которых, как мне показались были живые глаза, что стало жутко на них смотреть. Я, наверное, не сильно удивилась бы, узнай прямо сейчас, что их просто заколдовали или же умертвили так быстро, что бедное создание даже понять не успело. В любом случае оба этих варианта были жестоки и омерзительны.

Всюду лежал сугробами снег. Его аж припорошило вдоль стен, от чего стал вопрос: есть ли необходимость мыть в коридорах полы?

Красный ковер все так же лежал под ногами, но теперь похрустывал от тяжести шагов. Воздух был прохладен и свеж.

Вспышка кратковременной боли в голове заставила меня поморщиться. Я будто помнила этот снег на вкус, однако воспоминания были какими-то неприятными. Возможно, где-то в прошлой жизни я не очень-то и любила зиму, но не могла поспорить с утверждением, что она волшебная!

На несколько секунд я позволила себе покружиться и половить редкие, но крупные снежинки, что медленно сыпались с потолка, прежде чем бежать выполнять свои непосредственные обязанности. И вот ведь какая досада: опять забыла номера комнат! Да что же это такое?! Почему я настолько невнимательна и глупа, что не смогла запомнить каких-то пару цифр!?

Делать нечего, пришлось идти к стойке регистрации в надежде, что мой работодатель тоже не отлынивает от своих дел. Да только где уж там! Француа как обычно не оказалось на месте.

Тяжело вздохнув, поняла, что следующая порция криков не за горами. Что-то я уже начала привыкать к ним, а ведь с момента как вступила моя нога в этот проклятый отель прошло всего ничего.

В надежде, что найду информацию на стойке, я заглянула в бумаги, но опять-таки ничего не поняла: «1055. Чемодан. Принц», «2041. Камнепад. Дожди». И ни слова про обязанности по уборке комнат! Да будь ты неладен! Ну неужели нельзя завести специальный журнал и вписывать, кто уезжает, а кто въезжает! Это же так просто! Как он вообще ведет учет? Одни каракули и символы, не говоря уже о неизвестных языках, которые я знать не знаю!

«Вот ведь поле для исследований для Дарьи Донцовой!», - вихрем пронеслась в голове мысль и так же стремительно исчезла, оставляя после себя ворох вопросов.

А она-то кто такая и что за странное имя? Нет, главное собственного имени я, знаете ли, не помню, а какую-то Донцову мозг мой взял, да и выдал! Гениально! Будем думать, что она была моей близкой подругой и вскоре я вспомню о ней еще что-то полезное.

Внезапно, словно из ниоткуда, перед моим внутренним взором развернулась сцена, настолько яркая и осязаемая, что я на мгновение потеряла связь с реальностью. Холодное, стерильное помещение с ослепительно белыми стенами, на которых нервно мерцала какая-то аппаратура, стало декорацией для странного действа. В центре этой картины возник расплывчатый силуэт мужчины, который, протягивая мне книгу, произнес с какой-то небрежной добротой:

- Маш, на, хоть почитай, что ли?

Я взглянула на обложку и увидела там нечто совершенно неожиданное – забавную карикатуру, изображающую целую толпу колоритных персонажей, и под ней – имя, которое я никак не могла связать с этим моментом: "Дарья Донцова".

Занавес опустился так же стремительно, как и поднялся. Этот мимолетный флэшбэк, длившийся всего несколько секунд, оставил меня в полном недоумении. Я не могла понять, было ли это реальным событием, затерянным где-то в глубинах моего сознания, или же это всего лишь игра моего разума, породившая столь странный образ. Единственное, в чем я была уверена, – это в том, что Дарья Донцова, скорее всего, никогда не была моей подругой.

Глава 5

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Прошла неделя с того момента, как я проработала в отеле. За это ужасно долгое время успели произойти кое-какие изменения.

Во-первых, пришло смирение. Хотя скорее я сказала бы, что включился обратный отсчет и мне стало проще дышать. Работа не казалась уже чем-то непонятным. Я научилась жить по выработанному графику. Вставать раньше, делать свои личные дела, прежде чем ко мне наведывался Француа и расторопно читал нотацию, где и как я должна убраться. Далее день делился на обеденные перекусы и ужин, который доставляли мне неведомые силы (магия, одним словом) прямо под дверь. И если уж вкратце, то кормили меня неплохо, по сравнению в тем, что перепадало в приюте Лейлы, где нехватка продуктов сказывалась в каждом рационе. Мне показалось даже, что я слегка поправилась, ибо униформа нынче влезала куда тяжелее и обтягивала формы «более непристойно» - так выражалась Охра, когда Лейла по вечерам красила губы в красную помаду.

Во-вторых, я могу похвастаться тем, что я научилась добиваться от метрдотеля то, что считала нужным изначально для работы персонала: нормального инструктажа.

- Чего? - как всегда без настроения и нахмурившись, переспросил он на третий день моего пребывания здесь.

Я заранее позаимствовала со стойки карандаш и бумагу, готовая в любой момент записывать его команды.

- Что именно и где убирать, сэр? У вас же нет журнала въездов и выездов, а хотелось бы знать план работы на день.

- Слушай, малышка, - шикнул он. – Я тебя нанял сюда по рекомендации Лейлы, однако могу так же легко спровадить в одном из тех богом забытых городов, что мы посещаем. Так что просто закрой рот и делай что велят!

Но! Он повторил номера помещений, чем вызвал улыбку на моих губах. Это была моя маленькая, но победа!

Если честно, не думаю, что Даркленд и Сноувилл - не такие уж малоизвестные города, учитывая, что даже я о них знала, но спорить с метрдотелем благоразумно не стала.

Кстати, о городах, что можно отнести к категории «в-третьих». «Пэлэй де ла Мажи» сменял их каждые сутки, точнее в каждую полночь, как выяснилось во вторую ночь моего здесь пребывания. Я специально стояла у самого большого окна на лестницу и ждала смены локаций и декораций.

Мы покидали Сноувилл, ибо бурный снегопад начал затихать, и резко потемнело. Я аж испугалась на мгновение, увидав вместо заснеженных крыш милых домов свое собственное отражение.

Пейзаж за окном резко сменился на пустыню! Ахнула, на шаг отступив от окна. Как выяснилось позже, мы прибыли в Марамба, столицу пустынных земель Сахаби.

От окна, что только что был облеплен снегом, пошел пар и пол заходил ходуном, вызвав во мне панику. Землетрясение?!

«Боже мой, я умру в этом злосчастном отеле так ничего и не узнав!» - пронеслось первой мыслью у меня в голове, прежде чем я поняла, что здание просто меняется под местный антураж, напомнив покои господина Саагаши: тот же розово-золотой мрамор, ажурные арки, мягкие подушки по всем сиденьям, своеобразные куполообразные фонарики из разноцветных стекол… Изменилось все, кроме красных ковровых дорожек, но они как всегда неплохо вписывались в данный интерьер.

Магия сего здания завораживала! Привычка меняться под эстетику городов – явно была его изюминкой, некогда неслыханной роскошью. Как часто гостей можно удивить этим? Всегда! Ведь попав сюда, вы словно путешествуете по всему миру, при этом никуда не уходя. Да, это всего лишь иллюзия и самообман, но поверьте, иногда и этого достаточно, чтоб вдохновиться и глупо улыбаться самой себе, будто вы совершили никому неведомое открытие.

Решила все же вернуться в свою каморку. Лестница уже успела поменять свой вид. Теперь она была без перил и более пологой конструкции. Уже успела пройти половину пути, как осознала появление «в-четвертых»! Я сама того не осознавая, тянулась к стенам отеля, привычно оглаживая их рукой. Стараясь делать это как можно нежнее, лишь кончиками пальцев, ибо именно от этого жеста «Пэлэй де ла Мажи» томно выдыхал, я наслаждалась этим времяпровождением. Уверена, люди испытывают подобные чувства при контакте с животными. Моим же питомцем был отель.

Иногда я прикладывалась щекой и терлась носиком, стараясь не думать, как же глупо, скорее всего, я выгляжу со стороны, но как не странно, меня это действо успокаивало, я словно понимала здание, которое тоже скорее всего тоже стало пленником чар, но с куда длинной историей.

Так мы и общались: я – гладила стены, а оно издавало звуки, которые исключительно редко переходило в слова, на подобие «спасибо», «ждал тебя» или «ведьма»… В первый раз услышав последнее слово я смутилась, не понимая его значения, однако вспомнив о том, как Луис назвал Клаудио ведьмой, когда та умудрилась во время танца незаметно сменить одежду, дало мне возможность не зацикливаться на этом слове. Что ж, тогда я приняла это за комплимент, как ровным счетом и сейчас.

В-пятых, стоило бы отметить, что я периодически видела гостей, что вселялись и выезжали. Это были прелюбопытнейшие личности. Например, когда мы посетили остров Уайтуотер – столицу моря Блаше, к нам прибыла прекрасная женщина в котле, который кое-как закатили в отель! Из-за ее пышного платья, прикрывавшего ее почти до пола, сложно было понять, что именно она делала в кастрюле, но она так очаровательно пела, что можно было ей простить все.

Глава 6

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

За неделю я убралась где-то в половине комнат отеля, и, честно признаюсь, в скорее начала осваиваться в его роскоши и наслаждаться новыми видами. Теперь весь антураж мне казался загадочным сюрпризом, который я каждое утро имела честь лицезреть воочию, открывая каждое утро хлипкую дверь своей комнатушки. Я входила в покои гостей, окунаясь как в новое путешествие, и позволяла себе несколько минут любоваться видами разных миров, прежде чем начать работу, которая в свою очередь уже проделывалась волшебством.

Решившись на эксперимент, дабы поразвлечься и просто понять принцип работы магии, я нарочно уронила с кровати на пол только что идеально уложенную подушку. Как странно бы это не звучало, но она вновь поднялась и легла на место! Очаровательно!

Я вошла в раж! Подбрасывала все то, что лежало убрано, чтоб посмотреть, как оно обратно переметнется на место. И ведь работает! Все так же идеально опускалось на прежнее место! Надо будет раздобыть это чудесное заклинание для приюта Лейлы! Вот она обрадуется, когда не надо будет каждый день проводить уборку, а просто сказать волшебные слова! Это даже скроет моей скромный доход с недели работы, ибо я все так же убеждена, что заплатят мне тут лишь сущие копейки. Надеюсь, заплатят. Видит Бог, я стараюсь, как могу. Ну не считая того, как я только что играла с подушками.

Волей неволей предвкушала поход домой. В идеале я рисовала перед глазами радужную картину, как дверь отеля откроется и на ее пороге будет стоять Лейла с распростертыми объятиями и даже возможно с плакатом в стиле «Welcome Home». Такой плакат я уже видела в ее руках, так она встречала знакомого военного, что жил некогда у них в свой отпуск.

Мое сердце отчитывало минуты до возвращения в Страгон. И пусть это был унылый городишка, переполненный бедняками, частыми дождями и серыми мостовыми, провонявшими отходами, все же он казался мне куда ближе, чем помпезный отель «Пэлэй де ла Мажи».

Наконец настал час икс. Прошла целая неделя и наступило то самое заветное утро. Едва разлепив глаза, я высунула голову в коридор дабы убедиться, что его атмосфера стала такой же обшарпанной и убогой как в тот день, когда я переступила его порог.

Весьма любопытно, если честно, что гости не жаловались на этот антураж. Привыкшие к богатству и роскоши, сомневаюсь, что для них было так приятно смотреть на этот заброшенный дом, где паутина, слепленная за ночь, выглядела так, будто их хозяин всю жизнь то и делал, что плел ее и развешивал на каждом углу прогнивших балок.

После Уайтуотера с ее морскими замашками в интерьере, а также столицы каменных земель Лонгстона – где все и было серо и уныло, однако не выглядело как заброшенное место, Страгон – был дыра дырой, видит бог. И даже Фоурмильер – город муравейник, что находился, как ни странно, под землей, и то был благодаря своим талантливым мастерам уникально украшен кореньями. И ведь чего только они не плели из них! Аж дух завораживало!

В то радостное утро я на скорую руку привела себя в порядок и чуть не врезалась в господина Француа, который пришел доложить номера комнат для предстоящей уборки.

- Хм, - прищурился он, осматривая меня с головы до пят, - куда-то собралась, милочка?

- Доброе утро, сэр! – чрезмерно эмоционально выпалила я. – Хотелось бы побыстрее закончить с уборкой и отправиться домой.

Франсуа, казалось, был человеком, начисто лишенным способности радоваться. Его лицо, словно высеченное из камня, редко озарялось улыбкой. Он привык к фальшивым улыбкам и натянутым приветствиям, поэтому моя искренняя радость, видимо, вызывала у него недоумение. Иначе как объяснить его следующие слова?

- Домой, - постучал он указательным пальцем по губам, словно смакуя данное слово. – Кто сказал, что тебя там ждут?

В другое время я бы, наверное, задумалась над его словами, попыталась понять, что он имеет в виду, но сейчас я была переполнена светом и конечно же во всем видела лишь счастливые моменты.

- Конечно же, ждут! - ответила я с улыбкой. - Лейла, Охра, Зухра, Луна и даже быть может Луис!

Метрдотель покачал головой и усмехнулся, словно я сказала что-то нелепое.

- Все, кто попал в мой отель, милочка, не имеют дома. Это факт. И будь это иначе, ты бы просто не смогла перешагнуть порог «Пэлэй де ла Мажи».

Его слова прозвучали как приговор, как зловещее пророчество, которое я, в своем наивном оптимизме, пока не могла осознать. Что он имел в виду? Почему он так говорит? Эти вопросы мелькнули в моей голове, но были тут же отметены волной радостного предвкушения. Сегодня ничто не могло омрачить мое настроение. Но, возможно, стоило прислушаться к его словам, ведь в них, как я узнаю позже, крылась горькая правда.

- Номера 3015 и 2002… Не затягивай. Мы ждем гостей.

Эти слова, брошенные мне через плечо, прозвучали как приговор. Метрдотель, не удостоив меня даже взглядом, развернулся на каблуках и, насвистывая какую-то незамысловатую мелодию, растворился в коридоре. Я же осталась стоять, словно пригвожденная к месту, одной рукой судорожно сжимая дверную ручку, а в другой – ведро с нелепой шваброй

- У меня есть дом, - тихо, но уверенно произнесла я, хотя метрдотель и не слышал меня. – И меня там ждут.

Глава 7

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

На сей раз двери отеля я открывала намного уверенней. Меня не надо было подталкивать как в прошлый раз. Я шагнула в просторный холл отеля с совершенно иной решимостью. Прошлое неловкое замешательство, когда мне требовалось внутреннее подталкивание, осталось позади. Теперь моя походка была твердой, уверенной, словно я была готова бросить вызов любому, кто посмеет встать на моем пути, будь то словесная перепалка или более активные действия. Однако ополченцев я не встретила, впрочем, как и метрдотеля.

А все же легок на помине! Идет, присвистывая по коридору, словно Бог! Все та же обаятельная внешность, все та же самоуверенность, которая, казалось, исходила от него волнами. Он принадлежал к той породе мужчин, чья привлекательность заключалась не столько в идеальных чертах лица, сколько в их вальяжной манере держаться и той самой чертовской харизме, которая умела ослеплять, создавая иллюзию чего-то возвышенного и недосягаемого. Я была абсолютно уверена, что многие постоялицы отеля не раз теряли голову от его обаяния. Но, с такой же долей уверенности, я могла бы поспорить, что ни одна из них не занимала в его сердце места, сравнимого с тем, которое он отводил самому себе.

- Ах ты вернулась, крошка, - прозвучал его голос, окрашенный той самой слащавой интонацией, которая всегда казалась мне немного приторной. - Хотя, впрочем, кто бы сомневался.

- Нам надо поговорить, - выпалила я громче, чем следовало.

Мой голос дрогнул, выдав волнение, но он, казалось, не обратил на это никакого внимания. Возможно, его хорошее настроение было вызвано чем-то большим, чем просто моим появлением. Вскоре я поняла, что причина его беспечности крылась в выпитом алкоголе. От этой мысли по спине пробежал неприятный холодок. Бр-р-р!

- Тогда пройдем в мой кабинет, там и обсудим все, что тебя тревожит, - предложил он, и, не дожидаясь ответа, взял меня под локоть.

Его пальцы, скользнув по коже, оставили неприятное ощущение. Это был настораживающий жест, но я понимала, что сейчас он – единственный, кто может дать мне ответы. Оттолкнуть его означало потерять шанс узнать правду.

- Кстати, ты не убрала с утра номера… Возможно, стоило бы тебя выпороть за это.

- Что? - процедила я сквозь зубы.

- Шучу, - рассмеялся он, но руку так и не выпустил. - Но имей ввиду, дорогая, халтурщиков я не люблю.

За неделю работы на этого мужчину я ни разу-таки не видела его кабинет и даже представления не имела, где он вообще может находиться. Чаще всего с ним мы встречались либо в коридорах отеля, не считая конечно утренних распоряжений под моей дверью, когда он, будучи не в духе, вваливался в мою коморку, выкрикивая на ходу номера комнат, либо в те моменты, когда он выходил из покоев своих гостей. И я даже думать не хочу, что они там вообще делали, вот честно! Иногда он лично провожал и встречал кого-то, ослепляя своим дружелюбием и куда реже он стоял за стойкой, что весьма было странно, ведь кто-то же должен вести все эти бумажные дела.

Сейчас же он повел меня окольными путями вглубь здания, в те места, куда я не совала носа из-за страха застрять там до конца своей жизни. И, казалось бы, почему бы это не сделать во времена Сноувилла, когда всюду шел снег и было более-менее светло, но стоит признаться честно - страха во мне было куда больше, чем любопытства.

Мы прошли всю кухню, где посуда убиралась сама собой по волшебству и завораживало своей плавностью, как при замедленной съемке: в кладовых чистилась картошка, либо мылась посуда… Прошли промышленный отсек, который я назвала таким образом из-за схожести гудения множества механизмов, будто шла не по коридору отеля, а по коридорам промышленного завода.

Для меня это было одно из самых любопытных мест, однако я испытывала перед ним нешуточный страх, ведь едва ли смогу совладать с ужасом предстоящих открытий. Я слышала, что чрезмерное воображение сводит людей с ума. Хотя, впрочем, меня часто называют умалишенной, так что вероятно стадию «лучше этого не видеть» я уже прошла.

Дверь кабинета моего начальства мало чем отличалась от множества подобных дверей и не знай я куда мы идем, я подумала бы, что это ничто иное, как очередной чулан.

Сам же кабинет имел весьма приличный вид, как и полагается такого рода местам. Большая комната с двумя окнами, драпированными дорогими струящимися шторами, книжные полки с полу до потолка, заваленными помимо самих книг множеством статуэток, подсвечников, фоторамок с черно-белыми кадрами, глобусами разных моделей и, конечно же, многовековой пылью, отчего мне сразу захотелось чихнуть, едва я присела на добротное мягкое кресло пред заваленным всякими бумагами столом.

- Итак, - развалившись на широком стуле и задрав ноги на стол, лукаво улыбнулся мне Француа. - Что ты хотела, милочка?

В моей голове было столь много вопросов, что я просто не знала с какого начать.

- Почему Вы не сказали сразу, что мне нет пути назад? Почему прощаясь с Лейлой, речь шла только о неделе?

Мужчина ухмыльнулся и отпил глоток медно-желтого напитка, взявшегося невесть откуда. Магия? Возможно. Хотя какая сейчас разница!

- Лейла…Лейла, - постукивая указательным пальцем по губам, попытался он будто вспомнить о ком идет речь. - Ах, не та ли это высокая брюнетка-хохотушка?

Глава 8

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Резкая боль пронзила виски, заставив поморщиться. Сознание возвращалось мучительно медленно, словно продираясь сквозь густой туман. Тошнота подкатывала к горлу, и я, не открывая глаз, инстинктивно потянулась рукой к источнику липкого ощущения на голове. Пальцы тотчас наткнулись на полотенце, которое успело прилично пропитаться кровью.

- Лучше не трогай, - голос, резкий и напряженный, словно натянутая струна, заставил меня вздрогнуть.

Я приоткрыла глаза. Мир вокруг был расплывчатым, словно акварельный рисунок, размытый дождем. Я видела лишь смутный силуэт, мечущийся туда-сюда на фоне массивного стола. Бордовый цвет костюма, однако, был безошибочным. Франсуа. Мой наниматель.

Он резко остановился, словно наткнулся на невидимую стену. В его голосе сквозило неприкрытое раздражение, граничащее с яростью.

- Вот что ты забыла в той комнате, а?! Я же четко дал указания идти к себе! – выпалил Француа.

Голова раскалывалась, и каждое слово отдавалось болезненным эхом. Я попыталась сесть, но тело отозвалось протестом.

- Я… я потерялась, - прошептала я и заелозила телом, пытаясь найти более удобное положение.

Франсуа издал короткий, нервный смешок.

- Потерялась! Господи ты боже мой! У тебя талант видимо делать все не так, как надо!

Внезапное озарение, словно молния, пронзило мой разум, принеся с собой решение, которое казалось одновременно дерзким и жизненно важным. В голове прозвучал голос, будто бы из другого мира, напомнивший о суровой правде.

«Надо обработать рану, иначе будет заражение», - медленно всплыли из потока мыслей чьи-то слова.

С трудом поднялась, чем вызвала у Франсуа неподдельное изумление. Мои шаги были медленными, но целеустремленными, направленными к стакану, из которого он только что пил. На дне оставалось совсем немного жидкости, но этого было достаточно для моей задумки.

Смахнув влажную тряпку со лба, я решительно опрокинула стакан на себя. Острый, жгучий удар по глазам, усиление боли до такой степени, что перед внутренним взором замелькали яркие вспышки, но в этот момент я была абсолютно уверена в правильности своих действий. Это было необходимо.

- Что ты делаешь?! – взревел Франсуа голосом, полным недоумения и гнева.

- Обеззараживаю рану, – спокойно ответила я, сама удивляясь своей невозмутимости.

- Манговым гереем? – продолжал орать мужчина, на что я спокойно ответила:

- Да.

Постепенно жжение начало утихать, уступая место приятному ощущению тепла и расслабленности. Я отступила на шаг и снова осела в кресле. Жидкость все еще стекала по моим волосам, но я знала, что кожаное кресло не пострадает – его можно будет легко очистить позже, с помощью волшебства.

Внезапный стук в дверь нарушил установившуюся в кабинете тишину. Я удивилась: за всю эту неделю, проведенную здесь, никто ни разу не проявил такого уважительного отношения ко мне или к кому-либо из нас. В дверном проеме показалась аккуратно причесанная голова молодого человека с загорелой кожей и приятным, мелодичным акцентом.

- Сэр, месье Жуль изъявил желание выселиться сегодня днем.

Француа смерил его убийственным взглядом, а потом посмотрел на меня и все же ответил.

- Мы отчаливаем через полчаса. Этот кретин что не мог раньше сообщить о своем решении, будь он не ладен?! – а потом взял себя в руки и ответил торчащей в дверном проеме голове, - через пару минут буду, - этого было достаточно, чтоб голова исчезла.

И тут меня осенило! Это кто-то еще из обслуживающего персонала! Француа нанял кого-то еще кроме меня в этот треклятый отель! Какая щедрость! Неужели у меня будет возможность хоть с кем-то поговорить, с тем, кто поймет меня и разделит мое негодование по поводу местной организации труда и разделит горечь моего пребывания здесь из-за отсутствия дома.

- Сможешь дойти до своей комнаты? – проскрежетал метрдотель.

Ну конечно могу! Я ж поэтому сюда и вернулась, чтоб сказать, что смогу сама дойти.

- Безусловно, дайте мне лишь пару минут и карту, - пошутила я, довольная тем, как смогла выразить свою мысль.

- Смешно, - усмехнулся он. – Но разумно. Слушай и запоминай. Выйдешь отсюда, повернешь направо, пройдешь до конца коридора, потом налево, пройдешь до первого поворота, затем поверни направо. Дойдешь до кухни, там обойдешь раздаточные, кондитерку, холл, сверни направо, пройти прямо до лестницы и поднимись на второй этаж.

Француа странно улыбнулся и вышел, прикрыв дверь.

Я же продолжила полулежать, ожидая того момента, когда боль поутихнет до стадии «все, можно идти». Я пыталась вспомнить все произошедшее со мной до этого момента. То как я оказалась на улице в Страгоне, то, как прожила несколько недель в приюте и в конце концов проработала тут четверть месяца. Все мои мысли лаконично выкладывались в моей голове, словно я листала некую картотеку, которую кропотливо разложил некий перфекционист. Мне явно понравилось то, как теперь красиво и убрано там было.

И более всего мне нравилось то, что произошло с моей душой. Я будто вновь начала обретать саму себя. Не было уже той потерянной девочки с амнезией и незнанием куда себя деть. Я словно прозрела, вспомнила то, чего была лишена. Нет, я не говорю про воспоминания, и них все также были большие провалы, а про то, что я вдруг вспомнила, что я любила жизнь и хотела всегда чего-то большего. Из меня выветрилась неуверенность и появилась некая осознанность в дальнейших действиях.

Глава 9

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

За дверью послышался странный женский смех и следом за ним резко захлопнула соседняя дверь. Что ж, по крайней мере, можно быть уверенным, что влюбленные более никого так не шокируют.

Ну и вид у них был, честное слово! Что за странные создания? Уродами их сложно было бы назвать – я не люблю стереотипность мышления о внешности, но здесь явно присутствовало что-то нереальное.

Женщина-рыба? Чешуйчатая кожа, странного вида вытянутая голова думаю, что с париком каштановых волос, плавники, на которых она странно передвигалась как на ногах. К слову, я где-то подобное уже будто видела. Ах, да, сирена!

Однако если женщина-рыба и была весьма странной персоной, то про мужчину это слово было слишком приуменьшенным. Его огромная мягкая голова странным образом удерживалась на подобии шеи, и казалось, что женщина своими руками-плавниками все время ею виляла, направляя из стороны в сторону. Большая часть тела была скрыта под красивым смокингом, но ноги или правильнее будет сказать, щупальца, все же несообразно торчали внизу и передвигались хаотично. Только вот при этом выглядели конечности как-то по-своему гармонично, ведь они одновременно умудрялись касаться женщины в тех местах, от прикосновения которых она томно вздыхала.

Мои мысли резко переместились к господину Саагаши, отчего приятная нега пронеслась по моей груди. Было что-то завораживающее в его чертах лица. Я это и раньше заметила (ну невозможно забыть тот эпизод, где я чуть было не дотронулась до его лица), однако сегодня было в нем что-то еще, то, что пленило и тянуло в омут…

Глаза? Да, возможно. А может и вся атмосфера, возникшая в коридоре, словно флюиды двух неземных существ передались по воздуху и растворились и в нас с Саагаши тоже. Уверена, и он пребывал в том же состоянии, что и я: нежном забвении – об этом говорила мне его загадочная улыбка.

И внезапное озарение, о котором я пожалела в тот же миг, как вспомнила. Прежде чем прервать незримую связь наших взглядов и спрятаться в комнате, я опустила взгляд вниз. Да-да, именно в этот момент я заметила, что у него не было ног! Правда тогда не успела еще осознать этого. Вместо привычной мне пары ног был длинный змеиный хвост, что кольцами собрался внизу и тускло отражал свет коридора, мимикрируя как хамелеон, пытаясь скрыться от глаз людских.

«Господин Саагаши не был человеком, ну или был им лишь на половину! О, господи! Да что же это за место такое!» – в очередной раз ужаснулась я.

Хотела было предположить, что попала в уникальный мир иных существ, но ведь внизу были и обычные люди, абсолютно такие же, как и я! С четырьмя конечностями, две из которых представляли руки, а две – ноги, а не плавники и щупальца, или что еще может преподнести нам природа, как способ выжить в различных «субстанциях». Хотя остается вопросом, как эти существа теперь дышали? И так ли им нужен кислород, как и нам. Сколько вопросов! И нет ни одного ответа!

Я вновь вспомнила сирену. Тогда я была уверена, что это лишь маскарад, однако сейчас внутренний голос вопил, что я ошибаюсь! Это и впрямь было живое создание с хвостом и клыками.

Я лихорадочно начала припоминать всех гостей, которых здесь встречала. И знаете, всепонимания мне не понравились. Точнее испугали своей масштабностью. Кто все эти существа? Почему я никогда о них не слышала в приюте? И самое главное, почему видела все в ином свете?

Мне нужны были вновь ответы. И кто бы мог мне их дать помимо Француа? Он вероятнее всего сейчас занят перемещением отеля.

Однако… Уверена, господин Саагаши не оттолкнул бы меня, если бы я поинтересовалась. Смотря на него, мне еще ни разу не хотелось убежать от страха за жизнь или от скверного настроения, часто свойственного для Француа. О том, что у него куда более мягкий характер было заметно и по его манере держать себя, да и тону голоса, не говоря про мягкую улыбку, которой он всегда меня встречал.

Вскочила и пока не растеряла всей решительности, выбежала из своего укрытия. Я знала, в каком номере он живет, благо на этих дверях были развешаны номерки.

Я дала себе секунду-другую выдохнуть, прежде чем постучаться. Но вот ведь досада, мне не ответили. Повторила попытку и вновь в ответ лишь тишина. Набравшись храбрости, осторожно приоткрыла дверь.

Любопытно было и то, что во всем «Пэлэй де ла Мажи» двери не запирались. Связано ли это с тем, что здесь просто-напросто не было воров или с тем, что не было прецендентов с ввалившимися не в свой номер клиентами, однако факт остается фактом: двери всегда были открыты и при желании можно было зайти в любой номер. Прям как сейчас.

Чем руководствовалась я на тот момент? Как бы странно это не звучало, но здравой логикой, ведь номер, в котором живет господин Саагаши столь большой, что он скорее всего меня не услышал, чем проигнорировал.

Номер оказался, как и прежде, в антураже великолепного дворца со множеством ажурных окон, выходящими в сад. Я не знаю, есть ли края сего помещения, но это не имело значения: ведь здесь было все, что радовало глаза и успокаивало душу.

- Господин Саагаши, - позвала я робко, прохаживаясь по залам. – Господин Сааааагаааашиии…

Номер был однозначно пуст. Мой отчаянный вопль, казалось, должен был разбудить даже мертвого, не говоря уже о глухом. И тут меня словно ударило током. Как я могла забыть?! Когда мы столкнулись в коридоре, мужчина выходил из номера! Глупо было предполагать, что он, подобно испуганной мыши, забился обратно в свою нору. Скорее всего, он направился в ресторан, ну или мало ли, какие здесь есть места развлечений, что прячутся в подвальном этаже. Зная мою удачу, я бы не удивилась, обнаружив там даже парк с единорогами. Я верю в магию, пусть мой рациональный ум и пытается отгородиться от нее стеной скептицизма. Просто потому, что я не вижу ее, не значит, что ее не существует.

Глава 10

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Я задыхалась, словно долгое время обходилась в воде без возможности сделать спасительный глоток кислорода. Сердце колотилось в груди с бешеной скоростью, отдаваясь глухими ударами, будто я только что преодолела немыслимое расстояние, из последних сил стремясь к финишу.

Саагаши все еще стоял очень близко от меня, но теперь его глаза смотрели не в мои, а с нежностью рассматривали мою грудь, которая вздымалась и опадала в лихорадочном ритме.

- Простите, - выдохнул он, подняв глаза.

В первый момент я подумала, что его извинения адресованы моему смущению, вызванному его пристальным, казалось бы, неуместным взглядом. Но я ошиблась.

- Мне следовало предупредить вас, - продолжил он голосом, который звучал мягко, но с оттенком сожаления. - Гипноз проходит очень болезненно не только для неподготовленной психики, но даже физически ощутимо.

Но меня волновало отнюдь не мое состояние, а та правда, которая мне открылась. Только вот признаться себе в этом оказалось не так-то просто.

- Кто такая Виктория? – – вопрос слетел с моих губ, словно уже зная ответ, который он хранил.

- Я лишь проводник. Мне не ведомы миры, в которые вы попадаете, - выдохнул он практически мне в губы.

Воздух между нами словно сгустился, стал плотным и наэлектризованным. Я чувствовала его тепло, его взгляд, прожигающий меня насквозь. Кто сделал первый шаг? Не знаю. Важно ли это сейчас? Сомневаюсь. Я точно не собиралась отступать, ноги будто приросли к полу, а сердце бешено колотилось, отбивая какой-то безумный ритм.

Никогда прежде я не позволяла себе подобной близости, такой откровенной уязвимости. И никогда еще это не казалось мне настолько правильным, настолько необходимым, как воздух. В его присутствии мир вокруг словно замирал, оставались только мы, два существа, притянутые друг к другу неведомой силой.

Саагаши коснулся моей щеки. Легкое, почти невесомое прикосновение, но оно отозвалось во мне целой бурей эмоций. Его палец скользнул по скуле, так медленно, так изучающе. Казалось, он пытается запомнить каждую черточку моего лица, каждую ресничку, каждый изгиб губ. В его взгляде читалось… нежность? Восхищение? Я не могла понять, но это заставляло меня таять.

Его губы коснулись моих, сначала робко, неуверенно, словно пробуя. А потом… потом разразилась буря. Долгожданный стон вырвался из моей груди, непроизвольно, как вздох облегчения. Его руки обхватили мою голову, нежно, но в то же время властно, притягивая меня ближе, так близко, что я почти задыхалась от переполнявших меня чувств.

Инстинктивно желая ответить на его ласку, я потянулась к нему, но мои руки наткнулись на что-то гладкое, холодное и совершенно чуждое. Непонимание, секундное замешательство, а потом… осознание. Это был его хвост, плавно переходящий в торс.

Вся магия момента мгновенно рассеялась, как дым. Я отдернула руку, словно обожглась, и все наваждение схлынуло, оставив после себя лишь неловкость и смущение. Саагаши прервал поцелуй и слегка отстранился. В его глазах мелькнуло недовольство, даже раздражение. Он тихо зашипел, словно от боли.

- Простите, - прошептала я, чувствуя, как краска заливает мои щеки.

В этот момент вся моя неуклюжесть, весь мой испуг, казалось, были написаны на моем лице крупными буквами. Я чувствовала, как неловко разрушила ту тонкую, едва уловимую нить, что только начала сплетаться между нами, как хрупкое стекло, разбитое неосторожным движением.

- Это моя вина. Не стоило лезть к вам…

Я поняла, что он не совсем уловил истинную причину моего смущения. Впрочем, это было неудивительно. В такие моменты, когда сердце колотится в груди, а мысли путаются, сложно трезво оценивать происходящее.

- Думаю, мне надо идти.

- Подождите, - его голос прозвучал как приказ, остановив меня в тот самый миг, когда я уже почти протиснулась мимо него.

Он отвел взгляд от моих глаз, словно не в силах выдержать их прямого взгляда, сосредоточив свое внимание на моих губах. Внезапно, словно один лишь мимолетный поцелуй стер все барьеры и условности, он перешел на "ты".

- Тебя смущает, что я наг?

Его вопрос застал меня врасплох. Не знаю, что именно вызвало эту внезапную растерянность – то ли неожиданный поцелуй, то ли от быстрого перехода к более близкому обращению, но слова словно застряли в горле. Однако на тот момент я больше всего думала о том, как ответить, что именно сказать. Главное – понять, что именно его насторожило: моя реакция на его, скажем так, необычную особенность, или же простое любопытство, которое я, возможно, слишком явно демонстрировала.

- Эм… - я снова не могла найти нужных слов, будто все они разом покинули мою голову. - Да, немного, - наконец решила я, полагаясь на то, что уклончивые ответы иногда спасают положение».

И слегка встряхнула головой, пытаясь вернуть себе контроль над телом и мыслями, все еще находясь под впечатлением от только что произошедшего.

- Честно говоря, я до сих пор в шоке от того, что существуют другие расы, – призналась не тая, – особенно учитывая, что узнала об этом всего час назад.

Глава 11

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Едва я оказалась в коридоре, как наступила полночь. Догадаться об этом было не сложно, ибо здание отеля начало свою трансформацию. Я бы и не догадалась, куда мы держим путь, если бы не если бы не темный стиль интерьера, появляющиеся там и тут зеленые кусты растительности, смена портьер на готические тона, пещерные альковы в неизвестность и вообще на зловещую атмосферу, что говорит лишь об одном – мы направляемся в Даркленд.

Что ж, можно было и догадаться, что отель путешествует по одному и тому же маршруту. Вчера был Страгон, сегодня – империя нагов. Следовательно, завтра должен быть – Сноувилл.

Сомневаюсь, что господин Саагаши в восторге от скорого прибытия в родные края, ведь там идет нескончаемая борьба за власть. Может быть, именно поэтому он решил накануне расслабиться и открыться мне? Я слышала, что травяной чай помогает успокоить нервы или хотя бы, дают некую иллюзию спокойствия – как он и говорил. Жаль, что я не ощутила этого эффекта. Хотя, конечно, можно было бы списать наш страстный поцелуй именно на это, но я не буду обманывать себя: я этого хотела, возможно, даже с самого первого момента нашей встречи у входа.

Я дотронулась до своих губ. Было приятно вспоминать, что их касались его губы. Осознание, что мой первый поцелуй принес мне столько удовольствия, нежной волной окатило мое тело. И даже тот факт, что внутренний мир отеля становился темным, в груди у меня горел приятный теплый свет.

Внезапно мое внимание привлекло движение у входа. Там как по мановению волшебной палочки возникли фигуры трех существ. Не могу сказать, что я эксперт по криминальным элементам, но эти ребята явно не были обычными посетителями.

Во-первых, они были нагами. Не то чтобы я осуждала их расу, но их природная грация и хищность были очевидны. А уж хвосты, которые они даже не пытались скрыть, выдавали их с головой.

Во-вторых, их было трое, и все они были одеты в одинаковые черные костюмы. Эти наряды облегали их тела, подчеркивая каждый мускул, но при этом не сковывали движений и, кажется, обеспечивали комфорт. А яркие красные повязки на головах придавали им вид слаженной команды профессионалов, готовых к выполнению любого задания.

В-третьих, каждый из них носил за спиной меч. Рукоятки оружия, торчащие из-за плеч, не оставляли сомнений в их боевой готовности. Это было зрелище, которое заставило меня насторожиться.

Слава богу В самый критический момент, когда воздух, казалось, загустел от невысказанного напряжения, из сумрака цокольного этажа показался Франсуа. Его обычно радушная улыбка, словно застигнутая врасплох, застыла на губах, превратившись в неловкую гримасу.

Гостеприимный хозяин сего заведения, чье радушие обычно не знало границ, мгновенно уловил суть происходящего. В его глазах промелькнуло понимание, а затем – тяжелый, почти болезненный стон.

- Чем могу быть полезен, господа? – не поздоровавшись, спросил он.

- Тарун Саагаши, - произнес главарь, уместив в два слова весь смысл их появления здесь.

Я не стала ждать, пока слова превратятся в угрозу, пока напряжение достигнет точки кипения. Резким движением я распахнула дверь за спиной и, не оглядываясь, нырнула обратно в укрытие, в знакомые покои Саагаши, оставив метрдотеля наедине с надвигающейся бурей.

Сердце бешено колотилось в груди, отдаваясь гулким эхом в ушах.

- Эй! - вырвалось у меня, словно крик раненого зверя.

Я сорвалась с места, бросившись в ту часть комнаты, где, казалось, целую вечность назад, оставила его одного. Время словно растянулось в тягучую патоку, пока я преодолевала разделявшее нас расстояние. В голове мелькали обрывки мыслей, рождая самые мрачные картины.

За то время, пока я потратила на хождение, он ни разу не сменил позу: наг все так же полулежал на диване и пил чай. Только на этот раз напиток в его чашке был явно обжигающим.

Тут либо замешана магия и чайничек никогда не опустошался, либо за своими переживаниями я не заметила в покоях обслуживающего персонала.

- Решила все же воспользоваться моим предложением? – очаровательно улыбнулся он.

Его голос, спокойный и даже слегка насмешливый, прозвучал как удар хлыста. На губах играла продолжала играть очаровательная, но совершенно неуместная в данной ситуации улыбка.

- Пришли стражники по вашу душу, - выпалила я, пытаясь отдышаться.

Господин Саагаши мгновенно стал серьезным. Ну, слава богу, значит, есть еще порох в пороховницах! Повернув голову к столу, рассмотрел песочные часы и выругался на неизвестном мне языке. То, что выругался было понятно по интонации. Лейла иногда тоже использовала непонятные слова в ситуациях, которые выходили у нее из-под контроля.

Мужчина резко поднялся со своего места. Его рука коснулась моей головы, и мир вокруг меня на мгновение рассыпался. Вспышка света, головокружение, и вот я вновь стою за дверью, трогая свои губы, потом поворачиваю голову и вижу наемников, Француа, а теперь и самого Саагаши.

Острая боль пронзила мой мозг, но на этот раз наг не проявил ни малейшего сочувствия. Его брови сошлись на переносице, а взгляд стал пронизывающим, пристально изучающим меня.