Вкус памяти

Глава 1

– Да, мам, в колледже все отлично, – камень, который сжимала в руке, пульсировал светом, поглощая каждое лживое слово. Все мои фразы, пропитанные враньем и услышанные одним осколком адуляра, моментально передавались тем, у кого есть другие кусочки разбитого лунного камня. Моим родителям.

Эта простая, но незаменимая вещичка называется эххо. С его помощью можно связаться даже с тем, кто находится за тысячи километров от тебя. Жаль использовать эххо для обмана близких, но иного пути нет.

– Сандра, – голос мамы прозвучал будто внутри моей головы, а я крепче стиснула в пальцах потеплевший камень, – у меня нехорошее предчувствие. Точно нет никаких проблем с учебой, новыми предметами? Может, преподаватели слишком давят на первокурсников?

Чтобы сдержать вздох, полный досады, мне пришлось до боли прикусить губу. Черт! Неужели моя ложь настолько отчетливо звенит в голосе, и мама что-то заподозрила?

– Все отлично, – как можно увереннее протянула я, а сама покосилась в сторону улицы. Оттуда в закоулок, где я пряталась от городского шума, пьяной походкой двинулся смердящий алкоголем незнакомец.

Я скривилась от раздражения и прошила мужчину искрящим злостью взглядом.

– Сейчас вот с девочками пойдем в библиотеку, делать домашку, – спокойно и громко произнесла я.

Мерзкий незнакомец услышал меня, одарил удивленным взглядом и тут же попятился прочь. Похоже, не только я мечтаю хоть где-то побыть одна посреди этого огромного, жужжащего как улей города.

– А, занимаетесь уроками, – понятливо прощебетала мама.

Я прикрыла глаза и ярко представила, как она тепло улыбнулась. В груди сразу защемило, а я, ощутив нарастающие тоску и стыд, поспешила сбежать:

– Ладно, мам, я пошла. А то девчонки уже зовут. Папе привет!

Немного погодя небольшой камень молочного цвета потух, связь оборвалась. Я тяжело выдохнула, привалилась спиной к кирпичной стене и сползла на землю. Там меня окончательно поглотила тень безлюдного переулка, спрятав в мрачный кокон, в который даже звуки, казалось, не проникали.

Сколько еще смогу обманывать родителей?

В лицо ударил жар стыда, щеки и уши запылали. Я тут же стянула тонкую серую шапку, и по плечам рассыпались пересушенные дешевой краской розовые волосы – единственная яркая деталь моей нынешней жизни.

В колледж, который для меня выбрали родители, я не поступила, намеренно прогуляв входные экзамены. Однако родным об этом ничего не сказала. Пусть думают, что прилежно учусь. А я пока буду обустраивать свою жизнь по-своему. Так, как сама захочу.

В студенческое общежитие меня, само собой, не пустили, и все деньги пришлось отдать за съем захудалой комнатки. С работой тоже не заладилось: достойное место без образования вчерашней школьнице не найти, если только не блещешь особым умом и выдающимися талантами. У меня ничего из этого списка нет. Зато амбиций – хоть отбавляй!

Самоуверенность завела меня в Нью-Сайд – шикарный город, который оправданно называют не только столицей Равена, но и мира. А все потому, что именно здесь находится штаб Единого Сената. Еще про Нью-Сайд частенько говорят, что это город, исполняющий мечты. Только вот мало сюда попасть. Нужно как-то выжить. Особенно, если эти самые мечты с треском провалились.

В мыслях снова эхом прозвенел восторженный голос мамы. Она так горда, что я «поступила» в один из лучших колледжей страны, «схватила удачу за хвост» и все такое… Но учиться на дипломата пусть и перспективно, но далеко от моих мечтаний. Этого для меня хотели родители. Но не я.

Я вообще не просила ничего из того, что мне давали во всем изобилии. Уже и не вспомню все кружки, секции и команды, в которых оказалась по наставлению родных. Такое чувство, что мама и папа не смогли смириться с тем, что их дочь – обычный человек, не способный к магии ни в каких проявлениях, а потому решили довести до совершенства любые способности, которые можно развивать.

Ни секунды свободного времени из-за тренировок, секций и репетиторов. Нескончаемые занятия, подготовки к экзаменам, полировка знаний, контроль каждого шага…

Хватит.

Теперь, вырвавшись из-под удушливой опеки, я всего лишь хочу быть собой.

Ухмыльнувшись этим мыслям, я поднялась с сырой после короткого дождя земли, отряхнула выцветшие джинсы и поправила растрепавшиеся локоны неестественного цвета закатного неба.

Быть собой, значит…

Когда я еще жила с родителями и только строила планы, эти слова звучали куда проще. Понятнее. Я знала, что никогда не прогнусь под чужие указки: не стану поступать в загаданный семьей колледж, не буду удобной и послушной. С предвкушением представляла дни, когда, наконец, дорвусь до Нью-Сайда и начну новою жизнь. И вот, я здесь, в огромном городе, где никому не нужна ни я, ни мои амбиции.

Я знаю, что делать не хочу, но все еще понятия не имею, чего желаю. Свободы? Вот она, бери! Иди, куда хочешь! Делай, что хочешь! Только не забывай врать родителям, что ты прилежная студентка-первокурсница и будущий дипломат! Не переживай, ты обязательно расскажешь семье правду, когда добьешься успеха. Смеясь, признаешься, что все это время не пыхтела на унылых парах, а строила карьеру.

«Ага, карьеру, – издевательски пропищал внутренний голос. – Петь на улицах – это не карьера, а жалкая попытка выжить. И, кстати, не особо успешная».

Глава 2

Просторный холл станции встретил знакомым, едва уловимым запахом, присущим только метро – смесь сырости, пыли и машинного масла. Привычный аромат немного успокоил, я вдохнула полной грудью и внимательно осмотрелась.

Единственные источники света ютились над кассами, возле которых взволнованно переминались с ноги на ногу люди, стоящие в длинной очереди. Глядя на эту вереницу, я тяжело сглотнула. В любой момент сюда может ворваться мой безумный преследователь или солдаты, и оба варианта мне не нравятся. Стоять в очереди за жетоном входа – долго и бессмысленно. Мне нечем рассчитываться. Значит, нужно искать другой вариант…

Мой взгляд переметнулся туда, где между холлом и коридором, ведущим к спуску на станцию, сиял бледный защитный барьер. Как раз в этот момент к преграде подошел незнакомый мужчина и подбросил жетончик, который тут же растворился в воздухе. Сияющий полог развеялся, пропуская посетителя, и снова сомкнулся, едва человек пересек условную границу.

Я с тоской и тихой завистью проводила незнакомца взглядом, наблюдая за тем, как он исчезает в полумраке длинного коридора. Вот бы и мне как-то оказаться по ту сторону барьера…

Мои мысли прервал грохот массивных дверей, на который я испуганно обернулась и вздрогнула всем телом.

– Мисс, именем Закона приказываю вам оставаться на месте! – отчеканил мужчина в темно-зеленой военной форме и пронзил меня испытующим взглядом.

Народ, стоящий у касс, мгновенно отхлынул от центральной части комнаты. Теперь люди нервно кучковались у стен, перешептываясь и настороженно наблюдая за развернувшейся сценой.

От страха ноги будто увязли в невидимом болоте. Широко раскрытыми глазами я смотрела на солдата, с ужасом понимая – в случае моего непослушания он незамедлительно атакует. Между пальцев военного уже искрила сила, которую он вот-вот собирался применить.

Сердце пропустило удар, когда я поняла, что сбежать не выйдет. Чародей явно сильнее меня, да и спорить с законом – не лучшая идея. Солдат, видя, что не собираюсь оказывать сопротивление, кажется, облегченно выдохнул и шагнул мне навстречу. В эти мгновения время словно замедлилось, а мысли наоборот ускорились, душа заметалась.

Глас рассудка приказывал не двигаться, даже не пытаться обвести служителя закона вокруг пальца. Да, меня заберут на допрос. Ведь именно я оказалась в эпицентре зародившегося крушения. Видела, как все началось, и даже невольно стала одной из главных участников беспорядка. Особых проблем к тому же прибавит украденный меч, носить который не имею права.

Но я все равно ни в чем не виновата.

Потрепанные нервы – единственная плата, которую с меня возьмут за то, что оказалась не в то время не в том месте. Ну, и меч, само собой, отнимут.

От этой мысли нутро сжалось в противоречивых чувствах. Я понимала, что меч – корень всех проблем, и не только моих. Но отдавать его никому не собиралась.

Я прижала к себе сверток с оружием. Сделала это с такой силой, что клинок наверняка должен был рассечь куртку и поранить ладони и грудь. Но я не чувствовала боли, лишь злость, что нарастала с каждым шагом военного.

Расстояние между нами сократилось до вытянутой руки, и отчаяние захлестнуло меня с головой. Каждый ускоренный удар сердца отмерял последние мгновения, когда могу хоть как-то повлиять на ситуацию, но я понимала, что любое мое действие кончится поражением, и потому лишь глупо стояла, наблюдая за приближающимся мужчиной.

– Что у вас в платке? – проницательно прищурился страж и протянул мне руку раскрытой ладонью вверх. – Дайте сюда.

Он выжидающе наблюдал за метаниями, что отражались на моем побледневшем лице. Каждая секунда промедления заставляла взгляд служителя закона мрачнеть, его и без того тонкие губы вытянулись в бледную недовольную линию.

И вот, когда я думала, что солдат вырвет сверток у меня прямо из рук, входные двери снова громыхнули. Створки раскрылись с такой силой, что по дереву пошли трещины, в стороны посыпались щепки. Случайные свидетели, и без того напуганные, с визгом вжались в стены. Кто-то особо отчаянный бросился к бледно поблескивающему барьеру, отделяющему холл от подземного коридора.

Я же застыла в ужасе, легко узнав вошедшего человека. От одного только взгляда его горящих гневом глаз кожу усыпали колючие мурашки, а внутренности затянулись в тугой скользкий узел. Неужели тот парень, который приказал мне схватить меч, который должен был меня найти… проиграл этому отморозку?

Внутри что-то оборвалось, а вдоль позвоночника прошла дрожь. Разумеется. Теперь этот жуткий тип пришел за мной.

– Именем закона, – снова начал страж, обращаясь уже не ко мне, а к пугающему, мрачному, как свинцовая туча, магу.

Договорить военный не успел.

Прямо из воздуха стремительно соткались сети и окутали стража дымчатым коконом. Мужчина даже опомниться не успел, а уже оказался с ног до головы обвит темной паутиной, нити которой опасно натянулись при первом же движении пойманной жертвы.

Я, как и многие в Нью-Сайде, видела эту магию раньше и прекрасно понимала, что за соперник мне достался…

– Вампирам нельзя использовать магию против людей! – отчеканил солдат, стараясь сохранять спокойствие. Однако и я, и вампир успели заметить, как дрогнул кадык военного, и услышали, как в конце фразы сорвался его голос, окончательно разрушив маску напускного хладнокровия.

Глава 3

Прежде чем направиться домой, я перебралась на другую ветку метро. По ней путь гораздо дольше, да и пешком придется делать круг, однако мне казалось, что так безопаснее. И действительно, до своего района добралась без новых приключений, хотя пассажиры и прохожие на меня нехорошо косились. И не без причины. Ободранная, заляпанная кровью одежда, сильно потрепанный вид и, разумеется, яркие, неестественно розовые волосы. Было глупо надеяться, что не привлеку лишнего внимания. Но к счастью, проблем оно не добавило.

Выйдя из метро, я бегом рванула по дворам в сторону многоэтажек, в одной из которых уже не первую неделю снимаю комнату. Стоило свернуть с проспекта на менее оживленные улицы, как меня снова окутала паника. Здесь, на безлюдных улочках, темно и жутко. Нет ни ярких, переливающихся разными цветами огоньков, ни шумных компаний, среди которых, в случае чего, можно затеряться. Только одноликие дворы и мрачные закоулки, в любом из которых свою добычу может поджидать оскорбленный вампир…

От этой мысли меня передернуло. Я судорожно обернулась и, не заметив слежки, ускорила шаг.

Может, стоило обратиться к военным? Рассказать о нападении, попросить помощи. В конце концов, простые люди, чародеи и вампиры давно живут рука об руку, существуя во взаимовыгодном союзе. Сообщить о его нарушении – мой долг.

Вампирам нельзя нападать на людей. Этому учат с детства и людей, и вампиров. Мы получаем образование в одних школах, академиях и университетах, ездим в одном транспорте. Мы привыкли жить в мире, где каждый из этого союза извлекает пользу.

Вампиры – сильные маги, а потому часто занимают должности, где это качество является одним из важнейших. Из людей, склонных к чародейству, получаются хорошие стихийники, что используется и в сельском хозяйстве, и в развлекательных сферах, и в промышленности. Для таких, как я, «глухих» к энергиям мира, тоже есть ниши. Статистика показывает, что немаги очень талантливы в технических сферах и науке. И хоть на мне эта самая статистика, видимо, дала сбой, она все еще работает почти безупречно. Исключение из правил только подчеркивает его верность.

Мы живем в мире, спокойствии и абсолютной гармонии. Вампиры и люди научились понимать друг друга и быть на равных. Первые используют свою силу во благо, защищают слабых и берут на себя задачи, с которыми не справились бы люди. А те, в свою очередь, помогают вампирам восстанавливать магический потенциал: быть донором крови – вполне уважаемая работа.

За всю жизнь я повидала немало вампиров. В начальной школе даже дружила только с ними. Тогда почему сейчас меня трясет так, будто после одного нападения весь мир пошатнулся?

Рука потянулась к груди и застыла там, где сейчас должна зиять открытая рана. Собственными глазами ведь видела, как меч пронзил меня… и исчез.

По коже снова прополз липкий холодок. Я поежилась и крепче сжала в кулаке ключ. Длинный, старомодный и достаточно увесистый, с выступающими мелкими зубчиками… Я держала его, словно оружие, которое была готова в любой момент всадить в висок противника.

В тесный, мрачный подъезд со стенами, покрытыми облупленной краской, входила, нервно озираясь. До лифта почти кралась, с подозрением сумасшедшей заглядывая за каждый угол. Почему-то казалось, что именно сейчас, когда так близка к безопасному убежищу, мстительный вампир выйдет из тени и свернет мне шею.

Кнопка вызова лифта мигала невероятно долго. Пока ждала, оглядывалась на каждый шорох и нервно притопывала ногой. А когда лифт, наконец-то, открылся, да еще и оказался пустым, я чуть не запищала от радости.

На моем этаже тоже никто не поджидал. Полоса невероятного везения пусть и была приятна, но все же пугала. Почему-то из головы не выходили слова о том, что перед штормом всегда бывает штиль…

Оказавшись в квартире, я первым делом закрыла все замки и несколько раз проверила, что дверь действительно не поддается на мои попытки ее распахнуть. Собственная мнительность начинала напрягать, казалась до смешного абсурдной. Я никогда не страдала паранойей, да и фобий никаких, вроде, не имела. До сегодняшнего дня.

Крадучись, я обошла небольшую квартиру и даже заглянула в комнату, которая принадлежала моей соседке. Над дверным косяком уже который день от сквозняка качалась паутина, а на полу по-прежнему лежал раскрытый журнал. Все на той же восьмидесятой странице.

Соседка уже несколько дней где-то пропадала. Каждый раз, возвращаясь домой, я заглядывала к ней, но видела одну и ту же картину: не заправленная постель, открытый шкаф, журнал на полу и паутина. Впрочем, меня долгое отсутствие соседки не смущало и в чем-то было на руку.

Я даже имени девушки, с которой делила съемную квартиру и счета, не помнила. Роза? Роззи? Розалия? Как заселились, я видела ее от силы раз пять. Каждый раз тусовщица куда-то исчезала, а через несколько дней, как ни в чем не бывало, снова врывалась на кухню, пока я пила дешевый растворимый кофе. Хуже, если она начинала свое возвращение с ругани за ванную комнату.

В этот раз соседка отсутствовала дольше, но меня это не удивляло и, если честно, не волновало. Наверняка опять гуляет там же, где и обычно, просто с большим размахом. Главное, что по счетам платить не отказывается, а в остальном я только в выигрыше: никаких споров, скандалов и лишних вопросов.

Кстати о вопросах. Если бы соседка меня сейчас видела, наверняка пришлось бы отчитываться и за внешний вид, и за бледное от страха лицо, и за одежду, испачканную кровью.

Глава 4

Нокс запретил зажигать в квартире свет. Сказал, будет лучше, если мы сделаем вид, будто дома никого нет. Мне эта предосторожность показалась излишней. Сомневаюсь, что напавший на след вампир будет выискивать меня в многоэтажном здании, ориентируясь исключительно на горящие окна. Хотя откуда мне знать? Еще несколько недель назад я жила совсем иначе и даже не задумывалась о том, как вести себя в бегах, скрываясь от безумного маньяка и военных.

И пусть лампы так и остались незажженными, в темноте сидеть не пришлось. Едва мы задернули пыльные шторы и уселись на пол, под окно, Нокс достал из кармана куртки зажигалку, а откуда-то из рукава – тонкий бумажный амулет, исписанный символами.

– Твой проводник? – спросила, чтобы разбавить давящую атмосферу.

– Ага, я ведь не вампир. Без проводника стихии не слышат меня, – Нокс что-то шепнул одними губами, поджег амулет, отпустил его, и тот завис в воздухе на уровне наших лиц.

Бумага вспыхнула призрачным белым пламенем, которое замерло в самом низу амулета. Ни пепла, ни дыма. Света мало, снаружи точно ничего не будет видно. А вот нам этого огонька вполне достаточно, чтобы в темной комнате разглядеть хотя бы размытые сумраком черты собеседника.

– Стихии? – эхом повторила я, глядя на тусклый огонек, который обнимал своими извивающимися бледными языками заковыристые и непонятные мне знаки. – Ты владеешь несколькими?

– Нет, – замялся Нокс, а потом чуть живее добавил: – Пока нет. Я работаю над этим. Учу знаки других стихий, пишу новые лигатты…

Лигатты? Наверное, так он называет свои амулеты, с помощью которых взывает к силам стихий. Спрашивать об этом не стала – есть более важные темы, которые не терпят отлагательств. От которых зависит моя безопасность.

Сидя почти в кромешной темноте напротив едва знакомого парня, ощущала себя немного странно. Я отчетливо понимала, что сегодня сделала шаг за незримый рубеж, который навсегда разделит мою жизнь на «до» и «после». И теперь, как бы непривычно я ни чувствовала себя рядом с Ноксом, как бы страшно мне ни было, в душе царило необъяснимое спокойствие, нашептанное каким-то внутренним предчувствием. Все идет так, как и должно.

Нокс внимательно слушал мой рассказ о сегодняшнем вечере. Иногда кивал, задумчиво потирал подбородок или недоуменно хмурился. Когда я призналась, что случайно отрубила вампиру кисть, Нокс впервые меня перебил:

– Случайно?! – вытаращил глаза он. В свете белого огня казалось, что радужка отлита из серебра.

– Я не думала, что смогу его хотя бы ранить, – развела руками я. – Он ведь явно не низший вампир.

– То, что люди слабее вампиров, – не повод тыкать в каждого из них оружием, – нравоучительно протянул Нокс, а я пожала плечами.

Я действительно не хотела кого-то калечить. Просто была ужасно напугана и пыталась хоть как-то постоять за себя и выиграть время. К тому же люди значительно слабее вампиров. Особенно в ближнем бою, в котором у вампиров всегда явное преимущество – они умеют напитывать оружие силой и из нее же создают щиты.

Ранить такого противника в ближнем бою обычный человек, скорее всего, не сможет. Мой случай – странное, из ряда вон исключение.

С низшими проще. В отличие от высших, они вампирами не рождались и до обращения были простыми людьми. Низшие не обладают ни магией, ни рассудком. Это безвольные рабы крови и своего покровителя – того, кто рискнул преступить закон и обратил человека.

Устранить низших вполне реально, хоть и не так уж легко. Но, к счастью, шансов встретиться с таким чудовищем в наши дни почти нет.

И хоть человечество давно живет в мире и тесно сотрудничает с вампирами, их раса для нас – до сих пор что-то далекое и непонятное. Знания о них расплывчатые и часто очень условные.

Например, я могла даже не надеяться ранить высшего вампира в ближнем бою. Но почему-то отсекла одному из них руку…

– Не понимаю, почему ты просто не отдала этому гаду меч? – закономерно поинтересовался Нокс и задал тот же вопрос, что крутился в моей голове, пока убегала от озверевшего вампира.

И тогда, в метро, и сейчас я знала ответ, хотя он был абсурден и нелеп. Я просто чувствовала, что не могу отдать меч. Все мое нутро противилось мысли о том, чтобы проститься с клинком.

Такой ответ даже в мыслях звучит совсем нелогично, неубедительно, да и вовсе странно. Однако и молчание вызывает подозрения. Нокс не сводил с меня глаз и выглядел так, будто прямо сейчас пытается прочесть, о чем думаю.

Неужели заподозрил, что знаю что-то важное о клинке и теперь не отдам его ни Ноксу, ни кому-либо еще?

– Не отдала, потому что надеялась заработать, – произнесла, стараясь говорить как можно спокойнее и убедительнее. – Очевидно ведь, что раз за мечом идет такая охота, его можно выгодно продать.

Я догадалась, что Нокс поверил в эту полуправду, когда он коротко усмехнулся и отвел взгляд.

– То есть ты серьезно ради денег была готова умереть? А если я не куплю у тебя меч?

– Во-первых, – я подняла один палец, – если не купишь ты, купит кто-то другой. Мне нужно на что-то жить, не обессудь. Во-вторых, – разогнула еще один палец, – с чего ты решил, что меч все еще у меня?

– Ты выглядишь как человек, который что-то скрывает. Что-то прячет…

Глава 5

Тучи заволокли ночное небо, и по улицам мы пробирались почти в кромешном мраке. Редкие фонари освещали крошечные островки подворотен, но мы старались огибать их и держались в тени. Я думала, что придется далеко и долго идти пешком, но наша цель оказалась куда ближе.

– Запрыгивай, – Нокс кивнул на байк, что дожидался нас за одним из поворотов. Парень первый запрыгнул на сидение, положил руки на руль и выжидающе уставился на меня.

– Он твой? – спросила недоверчиво, а на губах Нокса заиграла хитрая улыбка.

– Я похож на угонщика? – даже в темноте я увидела, как сверкнули серебром его глаза.

Я быстро окинула чародея взглядом и уверенно кивнула. Весь его образ – от растрепанных, торчащих во все стороны коротких прядок до лукавой улыбки – кричит о непокорном характере своего хозяина.

– Это мой байк. Так что можешь не переживать, Сандра.

Говорить, что я и не волновалась, а спросила из чистого интереса, не стала. На самом деле, даже если бы Нокс признался, что прямо сейчас собирается угнать чужой транспорт, я бы не возражала. Глупо осуждать кого-то, когда сама творю что-то из ряда вон: никогда бы не подумала, что сяду на байк вместе с малознакомым парнем и умчу в… А, собственно, куда?

– Знаешь, кто такие Химеры? – спросил Нокс, когда я озвучила свой вопрос.

– Мифические гибриды, – не особо уверенно отозвалась я, а парень хмыкнул. Мой ответ его явно позабавил.

– Химеры, о которых говорю я, с мифами имеют мало общего, – произнося это, Нокс смотрел на панель управления, где разными цветами подсвечивались какие-то кнопки и шкалы, в которых я ничего не смыслю. – Химеры – это союз талантливых людей и вампиров со всего Нью-Сайда. Если кто-то в этом чертовом городе и знает, как решить нашу проблему, то искать нужно среди Химер.

«Нашу проблему», – мысленно повторила я и ухмыльнулась. Даже не знаю, рада ли, что Нокс с таким рвением записался в союзники? Тем более, делает он это исключительно в своих целях. И если вопрос встанет ребром – я или меч – выберет ли чародей меня?

– Меч, вампиры, маги… Теперь еще и городская банда, – задумчиво протянула я. – Почему ты так уверен, что Химеры вообще станут помогать?

– Потому что я один из них, – легко признался Нокс и похлопал по сидению позади себя. – Ну, так что? Едешь?

Мотор уже мерно рокотал, ждать больше нечего. Я без особой элегантности перекинула ногу через байк и опустилась на жесткое сиденье. По телу тут же прокатилась вибрация работающего двигателя, а я поняла, что совсем не знаю, как себя вести. Куда девать руки? А ноги куда ставить? Как вообще удержаться на байке, когда он рванет с места?

– Обними меня, – попросил Нокс, а я ошарашено замерла. Может, показалось?

Нет, я, конечно, знаю, что многие катаются на байке именно так, в обнимку. Но мне всегда казалось, что это вариант для влюбленных парочек. Мы же с Ноксом знакомы от силы пару часов, и вот так льнуть к чужому человеку я не готова.

«Зато бросать все и ехать с ним, демон знает куда, очень даже готова!» – проскрипел совсем ослабший глас совести и рассудка. Я тряхнула головой, прогоняя назидания подсознания. Будь у меня другой выход, я бы обязательно им воспользовалась!

Но что могу сделать? Оставаться одной в пустой квартире слишком опасно. Ехать к родителям – вариант ничуть не лучше. Во-первых, придется искать подходящий поезд или автобус, а на это нет ни денег, ни времени. А во-вторых, за мной гоняется ослепленный жаждой мести вампир. И даже если враг не успеет поймать в Нью-Сайде, нет гарантий, что он оставит попытки меня найти. Мой след приведет его к родному дому и семье. А это еще хуже.

Единственный вариант – бежать с Ноксом, каким бы абсурдом и безумием это ни казалось.

– Сандра, я жду, – выдернул из раздумий голос брюнета, который с каждой секундой терял последние крупицы терпения. – Я все еще не чувствую твоих объятий.

– А это обязательно? – жалостливо поинтересовалась я. – Может, можно как-то иначе?

– Можно, конечно, – как-то неестественно бодро и легко согласился Нокс. – Только если по дороге потеряешься в какой-нибудь канаве, искать не стану.

Я возмущенно фыркнула, старательно сдерживая язвительные слова. Вообще-то еще как станет! Меч ведь у меня.

Пока я мялась, не решаясь обнять парня, ему надоело ждать.

– Как хочешь, – буркнул Нокс и с ловкостью фокусника вынул из-под кожаных полуперчаток бумажный амулет, подкинул его перед собой, и проводник моментально разлетелся на искрящиеся клочки.

Глаза ничего не заметили, но я всем телом ощутила сконцентрировавшуюся вокруг нас энергию стихии. Воздух словно напитался силой и стал вязким, упругим. Неужели защитные чары?

– Это вместо шлема? – догадалась я.

Нокс лениво кивнул.

– Помчали, – вместо предупреждения произнес он и наклонился вперед.

Я же осталась сидеть, от напряжения вытянувшись в струнку. Спешно нашла, куда пристроить ноги, а вот опору для рук так и не обнаружила.

Несмотря на предупреждение Нокса, морально подготовиться к началу движения не успела. Байк сорвался с места, почти моментально набрав скорость, а я взвизгнула так, что засаднило израненное горло. Чуть не слетела с сидения и в панике все же прижалась к Ноксу, цепко обхватив его руками.