Внеклассные уроки темной магии

Пролог

Они стояли прямо на моем пути, на самом краю моря первокурсников.

Не то, чтобы никто не видел дразнивших девушку магов — просто ближе всех оказались ведьмы и прочий простой народ.

По лицам было видно, что они не хотели связываться с высокородными.

— Эй, темные, оставьте ее!

Я не колебался, и думаю, они поняли это по голосу: в нем хватало и гнева и естественного ощущения превосходства над этими грубиянами. Да, я тоже не хотел бы ввязываться в конфликт в свой первый день.

И да, я принял твердое решение стать темным, но мои принципы пока оставались белыми. Я не мог позволить издеваться над тем, кто слабее, особенно — над девушкой.

Парни уставились на меня. Мгновенно оценив ситуацию, самый высокий и надменный из них дернул губой:

— А то что, белый?

Честно: никогда прежде не имел дела с темными. Меня не брали в поездки в столицу, а в Белой вотчине маги в черных мантиях бывали крайне редко.

Наверное, поэтому я не был готов, что в лицо без объявления поединка полетит водный шар.

Спасло то, что я обожаю практическую магию, и простые боевые оттачивал летом до блеска. Так что водный шар легко устранил, хоть и перед самым носом.

Несколько брызг коснулись лица, лишь освежая в солнечный день.

А вот затем стало сложнее: темные маги, оставив девушку, полностью переключились на меня втроем.

И тут сработали другие инстинкты — с уроков по физическим боевым искусствам, которые давал дядя.

Хорошенько подумать о том, что я делаю, было некогда — еще секунда, и нахлебался бы от трех шаров сразу.

Так что, навесив леща ближайшему магу, я достал ногой того, кто стоял за ним, а третьего просто ткнул носом в созданный им самим же водяной шар.

Орк, к счастью, оказался трусоватым и просто внял моему яростному взгляду и безмолвному посланию: «Даже не пытайся».

Слишком разгоряченный, чтобы реагировать на вскрики окружающих девушек и сдавленные «ого» от парней, я молча встал рядом с рыжей девушкой и угрюмо посмотрел на темных. Они были слегка удивлены, если выразиться мягко.

Обычно, конечно, белые маги таким не занимались и физическими данными не блистали. Но, обожая своего дядю Шунара, в детстве я готов был делать что угодно, лишь бы чаще проводить с ним время.

А Шунар, лишенный каких-либо талантов в магии, почему-то увлекся иномирными боевыми искусствами.

Так и вышло, что с пяти лет я старательно учился махать в воздухе кулаками и пятками, а когда стал старше — научился бросать соперников через себя, бороться и даже побеждать орков в равноправном поединке.

Так что этим ребятам просто со мной не повезло.

Но и мне, возможно, тоже, потому что противники уже готовились ко второму нападению.

Самое обидное, что еще пару минут назад ничто такого не предвещало. Все шло как надо, и моя самоходная карета последней модели красиво и бесшумно остановилась в нужном месте в нужное время.

Но даже если бы она тормозила со скрипом, как старая колымага, никто не услышал бы: слишком много тут толклось народа.

Широченный двор замка Мерсье, где располагалась Академия Затемнения, в день поступления был переполнен магами, ведьмами, эльфами, вампирами и бог знает кем еще. Когда одной каретой и одним первокурсником, выбравшимся из нее, стало больше, никто не обернулся.

Хотя на белого могли бы и посмотреть — таких как я тут было маловато. Так или иначе, настроение у меня было очень хорошее, а цель — очень простой. Мне нужно было найти куратора, оформить документы, и начать осваиваться в том месте, где предстояло жить и учиться следующие пять лет.

Я начал с того, что просто разглядывал толпу, пытаясь сориентироваться.

Почему взгляд среди всей толпы остановился на тех компании темных, обступивших худенькую девушку, я не знал. Разных девушек и темных вокруг хватало. Правда, эта была удивительно маленькой и ярко-рыжей.

Сначала подумал — друзья, шутят, но тут орк сильно дернул малышку за кудри, и стало ясно, что ей не до шуток. Не вмешаться я не мог.

И вот один из них уже держался за ушибленное ухо, другой поднимался с земли. По их лицам было понятно, что нас ждет второй раунд сражения, который будет проигран мной. Неприятная ситуация.

Конечно, зрители сразу подтянулись: посмотреть, чем закончится столкновение белого с темными. Но тут толпа заволновалась, и сквозь нее протиснулся сухощавый преподаватель в темных брюках и рубашке.

Ткань его одежд буквально сияла от многочисленных заклинаний. На отворотах рукавов вместо запонок красовались мощные амулеты. Лицо было очень строгим, жесты — скупыми и властными.

— Что здесь происходит, уважаемые юные лорды? — осведомился он таким саркастичным тоном, что дурак бы не понял: никакого уважения к нам, первокурсникам, пусть и высокородным, этот темный маг не испытывает.

Повисла пауза. Я не хотел говорить первым, поэтому просто молча наблюдал за странной реакцией темных на рассерженного преподавателя.

Орк икнул и сделал два шага назад, маги тоже попятились, переглядываясь, в глазах у всех была паника.

После длинной паузы долговязый маг с подбитым ухом решился заговорить:

— Этот белый напал на нас, ваша темность, — сказал он. — Фи-зи-чески.

Это прозвучало так уничижительно, что мгновенно стало очень стыдно за вопиющее нарушение правил приличия. Стиснув зубы, я с трудом вынес вопросительный взгляд преподавателя. А тот даже приподнял бровь, ожидая пояснений.

— Они атаковали меня втроем. После того, как я попросил прекратить дразнить эту девушку, — негромко пояснил я, опуская глаза.

— Сразу после регистрации жду у меня в кабинете, колдун, — наконец бросил преподаватель. — Лорд Безар и его компания, вас тоже! Девушка-оборотень, и вас касается.

Резко повернувшись, маг исчез в толпе, напуганные им темные в мгновение ока рассосались, как птицы, вспорхнувшие с куста.

А я остался стоять, далеко не все понимая. Девушка — оборотень? И в какой кабинет нужно идти?

Глава 1

Часом раньше Болгана чувствовала себя очень растерянной. Прежде она никогда не бывала в таких огромных замках и в таких толпах. Ее то и дело обгоняли и толкали бойкие новички: ведьмы в ярких дорогих платьях, здоровенные орки и другие оборотни, которые были намного крупнее.

А темные маги и вовсе обходили ее, как грязную лужу, просто не замечая, что было неудивительно: ее простое блеклое платье из гоблинского грубого ситца выдавало бедность. Даже если высокородные пока не распознавали в ней оборотня, у них не было причин считаться с ней.

Прием вели старшие студенты — небольшие столы поставили прямо на улице, организовали очереди. Раздосадованная тем, что оказалась в самом конце, Болгана, наконец, очнулась и решила перестать позволять всем не замечать себя. Ну и что, что она маленькая и хрупкая, как какая-нибудь эльфийка?

Сверкнув глазами на темного мага, который пытался влезть перед ней вслед за всеми, она собрала волю в кулак и не пустила:

— Ты не видишь, что я тут стою уже?

— Мелкая, успокойся. Я к друзьям, — как ни в чем не бывало сказал маг и снова шагнул вперед, но на этот раз она издала тихое рычание.

— Ого! Оборотень? Ребят, смотрите, какой мелкий скандальный оборотень! — весело позвал он, отступив и разглядывая ее внимательнее.

Но Болгана видела, что веселье напускное, и он уже начал злиться. Поэтому и позвал друзей, которые почти сразу появились рядом. В одно мгновение ее обступили трое темных магов и один орк.

Взгляды темных озадаченно скользнули по ее завитым волосам, выкрашенным в рыжий, миловидному лицу, хрупкой фигурке. Но затем они явно разглядели и розовый отсвет в глубине ее серой радужки, и необычную форму пальцев, которыми она вцепилась в свои свитки.

— Дестан, я тебе там занял место, — сказал орк с такими лизоблюдскими интонациями, что все сразу стало ясно: эти трое — друзья, а падшего просто используют.

Темный снисходительно кивнул:

— Молодец.

В городе и на вокзале Болгана такого уже навидалась. Болотные ведьмы, оборотни и орки на побегушках в компании темных — лишь бы прикоснуться к их величию.

Еще в прошлом году, окончив школу для падших, она поклялась себе, что никогда не будет стремиться к дружбе с магами. Да, они очень интересные, и она очень хотела изучать магию, пусть даже только теоретически, но такая дружба ей не нужна.

Впрочем, было исключение — леди Лизергейн. Конечно, никакая не подружка, а наставница, учитель и опекун, но все же она никогда не считала оборотней существами второго сорта. Наверное, она была просто уникальной женщиной, решила Болгана, когда поселилась в ее доме и стала готовиться к экзаменам.

Невольно вспомнив, через что ей пришлось пройти, чтобы попасть в эту академию, подготовиться и сдать все необходимое, Болгана снова оскалилась. Эти четверо не запугают ее. Да, в толпе их пока никто не видит, но старшие студенты и учителя где-то совсем рядом — они не посмеют напасть.

— Покажи хвост, хвостатая, — тем временем поддразнил один из темных.

— Давай, выпусти коготки!

Ей нужна была поддержка, желательно от других девушек. Покрутив головой по сторонам, она умоляюще посмотрела на ведьму, стоявшую неподалеку. Та быстро оценила ситуацию и отвернулась. Но тут внезапно подошла эльфийка, которую Болгана даже не видела:

— Эй, ребят, что вы делаете? Оставьте ее.

Темные даже не повернулись. Один, не глядя, сыпанул искр, и Болгана поняла, что заклятие было заранее подвешено на пальцы. Эльфийка вскрикнула и начала сбивать искры с платья, но было видно, что ткань уже прожжена в нескольких местах. Через секунду она выпалила что-то невнятно-гневное и умчалась.

— Давай. Зубки и коготки, мы ждем, — холодно сказал ее первый обидчик, которого называли Дестаном и сделал знак орку, а тот внезапно больно дернул ее за волосы.

— Ай!

Ошеломленная нападением, Болгана развернулась и уставилась на орка, но тот только ухмыльнулся:

— Че пялишься? Оборачивайся давай.

Ноздри Болганы раздулись. Частичное обращение, которого они требовали, было крайне энергозатратно и очень некрасиво. Она не собиралась делать ничего подобного на публике ради чьей-то забавы, никогда. Но эти четверо, кажется, сорвались с катушек.

Судорожно соображая, что делать, она невольно возлагала надежды на эльфийку. Кажется, та была возмущена и, возможно, отправилась за помощью. Как минимум, она должна пожаловаться на испорченное платье.

Или просто найдет знакомых магов, которые помогут восстановить?

Звать на помощь других оборотней с помощью рыка Болгана ни за что не хотела. Начнется драка, поднимется скандал — и угадайте, кого в результате отчислят: отпрысков высокородных, за которых платят большие деньги, или оборотней-сирот, которые учатся на грант, частично оплаченный самой Академией?

— Эй, темные. Оставьте ее! — внезапно послышался еще один голос позади, на этот раз принадлежащий парню. И, обернувшись, Болгана изумленно уставилась на светловолосого мага в ослепительно белой шелковой одежде.

Так все и случилось.

Тиур.

По дороге в кабинет ректора он снова пытался понять, как такое прекрасное утро превратилось в такой хаос. Может, он каким-то образом оскорбил Темного духа, въезжая в Темную вотчину впервые в жизни?

Но он ничего особенного не делал в карете. Просто зачитывался свежим боевым романом про постапакалиптическую войну между белыми и темными. И даже не гнал, догадавшись, что лучше прибыть чуть позже, когда ажиотаж уже немного уменьшится.

Прибыв на место, в первое мгновение он увидел именно то, что ожидал: белых, судя по толпе, было очень мало — все приезжали в цветах своих вотчин, и площадь тонула в темных и ярких разноцветных одеждах, среди которых светлые пятна были еле различимы.

В этой Академии магии, самом скандальном высшем учебном заведении в Королевстве, расположенном на темной территории, даже орков и оборотней было больше, чем белых магов. Хотя среди тех и других почти не было желающих и способных получать высшее образование.

Глава 2

Найти кабинет проректора оказалось несложно с помощью старшекурсников, которые его зарегистрировали, а вот переварить то, что там произошло — гораздо труднее… Тиур чувствовал, что не забудет этого до конца жизни.

Когда он был маленьким и слышал о великом темном маге, лорде Ульрисе Кетиме, которому повинуются даже силы природы, он всегда представлял высокого, крупного и очень грозного человека в черном плаще. Он полагал, что если прогневить такого человека, он станет сотрясать воздух громовым голосом и поражать виновника страшными боевыми заклятиями. Но в жизни суровые кары от лорда Кетима так же мало походили на воображаемые Тиуром, как и внешность знаменитого темного мага.

В чертах Кетима тут и там проступали острые углы: резкие линии скул, жесткие линии челюстей выдавали очень решительного и властного человека, несмотря на внешнюю суховатость, граничащую с хрупкостью. На коже лица не было морщин, он, как и многие маги, почти не старел, но что-то во взгляде черных глаз намекало на его истинный возраст. Даже если бы Тиур не знал, что лорду Кетиму около сорока пяти, он мог бы это предположить.

Темные волосы были аккуратно пострижены и уложены, но без особой вычурности. Франтом этого человека Тиур точно не назвал бы, хотя одежда проректора была явно дорогой и очень тщательно подобранной и по цветам, и крою, создавая образ уверенного и элегантного преподавателя, который знает, что такое мода и стиль -- просто не придает этому слишком большого значения.

Чем больше Тиур разглядывал его, тем больше удивлялся тому, каким невысоким и даже на первый взгляд неприметным был этот человек. И сколько интересных деталей можно было заметить, приглядевшись: от длинных красивых пальцев рук, которые могли бы принадлежать эльфу, до слегка изогнутого носа, который придавал лицу немного хищный вид. Стоило заглянуть в темные глаза лорду Кетиму, как его внутренняя сила становилась очевидна.

Встретившись с ним взглядом лишь один раз, Тиур поспешил уставиться на свои ноги, а потом, по мере того, как пауза затягивалась, потихоньку изучал обстановку вокруг.

Кабинет проректора выглядел совсем маленьким — ему сразу стало ясно, что лорд Кетим держит это помещение лишь для бумаг и, может быть, таких вот вразумительных встреч со студентами-хулиганами, как сейчас. Здесь был только шкаф со свитками, письменный стол с большим креслом, несколько катушек для связи. Мебель темная, ковер светлый и, как заметил Тиур, магический — с самоочищением.

В дверь постучали — и, после разрешения от Кетима, зашли темные. Посторонившись, Тиур отступил в угол, и стало совсем тесно. Долговязый маг, которого проректор на улице назвал лордом Безаром, прожег его яростным взглядом, явно обещая месть. Но когда хозяин кабинета поднял глаза, поспешил отвернуться.

Девушка-оборотень вошла последней через пару минут. После этого лорд Кетим подошел вплотную к высокому магу с подбитым ухом, который выглядел главным в компании, и с его губ сорвалось тихая магическая формула.

На глазах Тиура впервые творилась темная магия, и он смотрел во все глаза. Разобрать не удалось ни слова, но, насколько хватало его знаний, это было заклинание «смотрю твоими глазами», довольно сложное и требующее значительных энергозатрат. С тихим полудетским вскриком темный пустил Кетима в свои воспоминания, и пару минут спустя тот уже, несомненно, знал все.

— За нападение втроем на одного вы проведете выходные за мытьем полов на кухне академии, позорища, — бросил он, окидывая взглядом всех темных. Когда они вышли, Кетим бросил взгляд вскользь на девушку-оборотня:

— Ты свободна.

— Да, ваша темность, — с огромным видимым облегчением сказала она, сделала изящный реверанс и смылась, тихо прикрыв за собой дверь.

У Тиура заколотилось сердце, но лорд Кетим сначала подошел к орку. Еще одно тихое свистящее заклинание, которое ему не удалось распознать и… ничего не произошло. Но, понимая, что так быть не может, он продолжал смотреть во все глаза. Через пару секунд орк заскулил, а потом рухнул на колени и завыл:

— Пожалуйста… лорд Кетим! Я больше не могу! А-а-аааа!

От того ужаса, который он наблюдал, дыхание Тиура остановилось на губах. Его с детства учили, что пыточная магия в королевстве под запретом, даже для темных в их разборках между собой. Но лорд Кетим явно пытал орка, причиняя боль. Это было старое доброе физическое наказание, только без рукоприкладства: по лицу орка расползались пятна, как от пощечин, которые становились все ярче и краснее с каждой секундой. И по тому, как орк извивался, было заметно, что кожа страдала не только на лице.

— Ну что, нравится? — невозмутимо спросил лорд Кетим через полминуты.

Тиур не мог отвести глаз от его лица, даже чувствуя, как потряхивает от гнева и беспомощности. На лице проректора читалось едва ли не удовольствие, и он явно подпитывался от отрицательных эмоций обоих студентов, хоть и не смотрел на Тиура. Он вдыхал и его гнев, и страх орка.

— Пощадите, лорд Кетим! Я больше не буду! — завопил орк, как только его отпустило заклинание.

— Никакого рукоприкладства в стенах академии, следующий раз я с тебя кожу сдеру, — рявкнул на него Кетим. — Ясно?

— Да, ваша темность! Ясно! Я понял! Больше никогда!

Это выглядело просто омерзительно. Тиур отвернулся от орка, который продолжал сыпать обещаниями, пятясь назад до самой двери, а потом замер, вдруг сообразив, что его еще не отпускали.

— Пошел вон, — снисходительно махнул рукой лорд Кетим, и несчастный вылетел как пробка из колбы с внезапно взорвавшимся зельем.

В наступившей тишине Тиур старался не дышать слишком шумно, хоть и знал, что Кетим без того чувствует все его эмоции: гнев, замешательство, отвращение. Он прикрыл глаза, ожидая такой же пытки, но проректор молча обошел стол и уселся в кресло:

— Ваш регистрационный свиток, — сказал он, протягивая руку.

Внимательно изучив бумагу, пока Тиур восстанавливал дыхание, лорд Кетим недовольно поднял глаза:

Глава 3

В ее группе по темной магии было максимально разрешенное число студентов — шестнадцать. Болгана этому нисколько не удивилась, зная, как популярен и уважаем лорд Кетим. Получить право говорить «я у него учился» хотели даже те, кто вовсе не интересовался магией. Но ее наставница леди Лизергейн предупредила заранее: Кетим отсеивает студентов, начиная с первых же недель. Для самых нерадивых и бездарных мигом создает такие условия, что они спешат сменить свое расписание сами.

Поэтому последний месяц лета она посвятила прилежным занятиям темной магией, акцентируя на этой дисциплине особое внимание. Она была нужна ей как воздух. Ведь после окончания академии Болгана собиралась помогать своим друзьям с созданием величайшего заклинания, которое изменит жизнь всех оборотней в Королевстве.

В кабинет она вошла одной из первых — с опаской и трепетом, но прославленного преподавателя еще не было на месте.

— Вот ты где, — сказала она Арьяне, обнаружив свою новую знакомую за первой партой.

Накануне их поселили вместе. Взвинченная после происшествия с белым магом и визитом в кабинет Кетима, она даже не сразу нашла свою комнату, очень боясь, что ее поселят с кем-нибудь странным — какой-нибудь эльфийкой или феей. Но, к счастью, этого не произошло.

Арьяна, в отличие от Болганы, выглядела как обычный оборотень: крупная, сероволосая, с выделяющимся плоским носом и раскосыми глазами. Ее руки были такими мускулистыми, будто она половину детства подрабатывала стиркой белья, а манеры также с первого слова выдавали низкое происхождение.

Одним словом, во внешности ее соседки не было ничего особенного: так выглядели почти все девочки-оборотни, сироты, в тесной компании которых Болгана росла. Почему она сама родилась такой белокожей, хрупкой, тонконогой как кузнечик и несерьезной, как полпорции эльфа, она не понимала. Все время выделять и привлекать этим внимание забияк было крайне неприятно.

— Фигасе ты мелкая, — изумленно сказала девушка, едва оценив новую знакомую, и ухмыльнулась. — Ладно, ясно, будем защищать, если что. Я Арьяна.

— Спасибо. Я сама себе защита, — ровным тоном объявила Болгана.

— Уважаю. Но мелешь ты какую-то хрень, — невозмутимо отреагировала Арьяна. — Свои должны и помогать друг другу как свои. Или ты мне не поможешь, если что?

Невольно улыбнувшись, Болгана тряхнула кудрями, сообразив, что новая знакомая не имеет в виду ничего уничижительного, а искренне выражает симпатию, как умеет.

— Помогу, конечно, — сказала она, протягивая руку.

Так и подружились. А утром Арьяна с перепугу поднялась до рассвета и убежала на занятия едва не затемно.

— Ты зачем так рано ушла из комнаты? — спросила Болгана, опускаясь за парту рядом с Арьяной. — Проснулась — тебя уже нет.

— Я это… волнуюсь. Приду, думаю — повторю лучше учебник, — нехотя призналась Арьяна. Она выглядела взъерошенной, и Болгана невольно улыбнулась:

— Ты что, наизусть его выучила за ночь?

— А ты как будто нет?

— Ну… да.

Они понимали друг друга с полуслова. Оборотни — значит, первые кандидаты на вылет с курсов всех именитых преподавателей. А после первого семестра — и из самой академии, если им не продлят гранты. Кто глупее оборотней в глазах высокородных? Разве что орки и полугоблины какие-нибудь…

Помещение быстро наполнялось студентами, но две девушки даже не поднимали голов от учебников. Болгана очнулась только когда хлопнула дверь, окончательно закрываясь. Лорд Кетим вошел так стремительно, что позади него по проходу пронеслась волна воздуха. Стулья загремели, когда все студенты встали, и она невольно обернулась.

Глаз выхватил одежду самого разного цвета — формы первокурсникам пока не было положено. Вот если доживут до второго семестра, тогда и можно будет считать себя полноценными студентами, записываться в клубы и щеголять стильными темно-синими накидками.

— С нами Темный дух, — негромко сказал Кетим, и все громко повторили перед тем, как сесть.

— … А также с нами сегодня великий колдун, которому было сказано не являться на занятие. Лорд Лессат, выйдите вперед, — насмешливо добавил преподаватель, опускаясь за свой стол прямо у них с Арьяной перед носом.

Болгана вздрогнула и во все глаза уставилась на вчерашнего белого. Он вышел с невозмутимым лицом, обозначив легкий бесстрастный поклон преподавателю и всей группе. Как легко у него это вышло… что ж, с манерами у этого белого сегодня намного лучше, чем вчера. Но как он осмелился нарушить приказ лорда Кетима, если тот правда запретил ему появляться?

В отличие от нее, этот белый нисколько не стеснялся выделяться из толпы, неожиданно подумала она, скользя взглядом по его необычно светлым волосам, составляющим резкий контраст с темными глазами и загорелой кожей. Это было так непохоже на вид большинства темных магов, обычно белокожих и темноловолосых — не говоря о его белых одеждах, напоминавших в этой аудитории больше сценический костюм артиста, чем традиционный костюм.

Группа замерла. В полном молчании все ожидали шоу, и преподаватель не замедлил к нему приступить.

— Объявляю поединок. Начнем тестировать ваши умения. Только темная магия, естественно, — сказал лорд Кетим. — На проигравшем буду демонстрировать все сегодняшние заклинания. Лорд Безар, прошу.

Скрипнул стул. В полной тишине вперед вышел темный маг, и Болгана непроизвольно сжала кулаки так, что ее аккуратно подстриженные ногти впились в мягкую кожу ладоней. Белый, конечно, раздражал ее, но это было нечестно. У него ни малейшего шанса против высокородного темного, которого с младенчества учили темным пассам и заклятиям. Впрочем, кто сказал, что Ульрис Кетим всегда ведет себя честно? Он далеко не этим прославился в Королевстве.

Глава 4

После урока темные без конца называли Тиура великим колдуном, пока об этом не узнали даже студенты старших курсов и преподаватели. А Болгану теперь дразнили столбиком, и он чувствовал перед ней все больше вины — и за это, и за то, что напугал.

Он и сам мог догадаться, что использовать запирающую магию нельзя, но так боялся опростоволоситься перед лордом Кетимом второй раз, что пульнул первым попавшимся заклинанием.

Программа Болганы явно отличалась от его, но они снова встретились на зельеварении, и тогда Тиур попытался подойти, чтобы извиниться. Но бестолку: ее подруга так зашипела, что пришлось ретироваться.

— Не расстраивайся, — она отойдет, — внезапно успокоила его хриплым голосом ведьма в ярко-желтом платье, которая расталкивала травяную ботву за соседним столом. — Кстати, ты неправильно готовишь этот корень. Его надо сначала обварить, а потом уже тереть.

В зельях Тиур был не силен — потратив лето на темную магию, чтобы хоть как-то подготовиться к Академии, он полностью пожертвовал этим предметом. И теперь пожинал плоды: не мог сделать даже самых элементарных вещей на первом уроке, посвященном предварительной оценке знаний.

Спросив еще пару советов у ведьмы, Тиур негромко представился и она улыбнулась в ответ, протягивая изящную кисть с кроваво-красным маникюром на острых ноготках:

— Велсула. Можно просто Велс. Кстати, ты потрясающе выступил на уроке темной магии. Если бы его вел не лорд Кетим, получил бы двадцать баллов, не меньше.

Пару дней спустя Тиур понял, что «кстати» — это любимое словечко Велс. Она использовала его в конце каждого второго или третьего предложения. Так же, как и он, Велс выбрала темную магию неспроста, хоть и изучала ее с нуля: она хотела стать ученым-исследователем, чтобы делать открытия и писать о них книги. И сразу похвасталась, что ее тетя возглавляет ведьминское издательство.

Очень уверенная в себе, хвастаться и мечтать о будущем Велс особенно любила. Она ходила в ярких платьях, звеня слабыми ведьминскими амулетами, которые надевала больше для красоты, а ее черные, как у всех ведьм волосы, обрамляли такое же яркое лицо с большими черными глазами, длинным прямым носом и широким разлетом темных бровей.

— Почему же ты не хочешь исследовать ведьминскую магию? — спросил Тиур за обедом, на который они отправились вместе после первого же урока зельеварения.

— При всем уважении к моему роду, там особо нечего изучать умом, — отмахнулась Велс. — Это интуитивная штука, ее постигают в глубоких трансах, как созерцание. Неделю назад, например, мы собрались у костра и три часа практиковали парализующие крики. И думаешь, я что-нибудь помню? Села к костру, провалилась и очнулась, когда все закончилось! — с досадой добавила ведьма.

— Ну, практиковалась ты явно прилежно, голос у тебя охрип, — улыбнулся Тиур.

— Это мой нормальный голос, белый. У всех ведьм такой, — насмешливо сказала она и впилась чернющим взглядом в лицо. — Ну и забавно же ты смущаешься!

— Надеюсь, я не оскорбил тебя?

— Да перестань. Расскажи лучше, на кой тебе темная магия сдалась? Ты же белый как эльфийское мыло.

— Сложно объяснить. Но это не прихоть, я решил сменить цвет.

— Да какая уж там прихоть, раз ты заклятия третьего уровня изучил, — кивнула она. — Ладно, давай так. Ты меня по темной магии подтягиваешь, я тебя по практическим зельям, идет?

— Еще как идет! — выпалил Тиур, не веря своему везению. Ведь всякий знал, что лучше ведьм в зельеварении не разбирается никто, и некоторые студентки уже сейчас могли бы заткнуть за пояс препода, если бы не сложная теория, которую ведьмы не секли.

Но к этим занятиям по обмену они смогли приступить не сразу. За первые несколько дней навалилось столько домашних заданий, что даже спать было некогда. Еле выкроив часок на то, чтобы обойти всю академию вместе с Велс, Тиур нашел дорогу к библиотеке, запомнил расположение кабинетов преподавателей и проложил краткий путь к столовой.

Основное было понятно: преподавателей и студентов из благородных семейств, созерцающих и прочих полноценных селили в восточном крыле, падшие жили на нижних этажах западного, вампиры — вообще ниже уровня земли, но им так было комфортнее. Кроме того, как сообщалось в правилах, каждое полнолуние эта часть академии закрывается, и всем падшим будет запрещено покидать зону своего проживания, а остальным — входить в нее, чтобы не стать едой.

Тиур все свое детство переписывался с мальчиком-вампиром и знал, что подобные ограничения и физические страдания в полнолуние для них — норма жизни. Но сейчас, столкнувшись с этим в такой близи, он ощущал что-то вроде неудобства. Ему было стыдно, что королевство и самые богатые семьи вроде его собственной до сих пор не могут обеспечить всех падших достаточным количеством настоек мексена для оборотней, экстрактов крови для вампиров и магических камней для ведьм, которые позволяют снять симптомы безумия в полнолуние.

В остальном замок Мерсье, в котором располагалась Академия, произвел на него только приятное впечатление: комнаты для занятий были светлыми и хорошо обставленными, коридоры чистыми и просторными, в столовой вкусно готовили, быстро обслуживали, для всех хватало места. А его комната была почти такой же комфортной, как и дома. Благодаря очень щедрому взносу родителей он поселился отдельно.

Впрочем, заглянув в пару комнат попроще, Тиур убедился, что и другие студенты расположились удобно, хоть и по двое-трое в одном помещении. Везде хватало хороших кроватей, каминов, уборных и прислуги.

Вокруг замка тоже было очень красиво и ухожено: просторный двор, что-то вроде ухоженного парка, оранжерея, а дальше с одной стороны — поле и деревня вдалеке, с другой — лес. Вот только времени на прогулки пока не хватало.

Когда Тиур не был занят выполнением домашней работы, он тщательно готовился к каждому уроку по темной магии. И дело было уже не только в том, чтобы не вылететь с программы Кетима — как он узнал, в Академии были и другие достойные преподаватели темной магии, на занятия которых можно было безболезненно перейти.

Глава 5

— Знаешь, мне кажется, нам конец, — грустно сказала Арьяна вечером, когда они сидели в своей комнате, разгребая бесконечную домашку. — В смысле, Кетим нас с тобой выставит.

— Не выставит, мы лучшие по теории, — неуверенно возразила Болгана.

— Лорд Кетим ставит за практику в три раза больше баллов, чем за теорию, — вздохнула подруга. — В нашей группе темные маги, ведьмы, вампиры, один эльф и один белый. Зачет через пять дней. Даже если мы поднапряжемся, и каждая из нас наберет больше баллов, чем эльф, кто еще может нам проиграть в практике?

— Значит, переведемся на другой курс, — процедила Болгана, вцепившись зубами в карандаш. — Или я свалю белого в поединке.

— И как ты его свалишь? — изумленно осведомилась Арьяна, нервно прочесывая пятернями свою серую гриву.

— Если получится — увидишь.

Болгана еще не готова была делиться с подругой своими секретами, а одним из самых важных был оборотень по имени Мексен, студент второго курса и ее друг. В прошлом году их познакомила леди Лизергейн, и она влюбилась с первого взгляда.

Ей было до сих пор неловко вспоминать, как два месяца ее жизни прошли в глупых фантазиях, пока он, такой же воспитанник леди Мелиции, помогал ей осваивать историю магии, заклинания, основы зельеварения и все остальное, что нужно было для поступления. Если бы она с самого начала знала, что у Мексена есть невеста, все было бы легче, но об этом не заходила речь.

Он был студентом-первокурсником, Болгана — школьницей, и когда старший друг улучал время, чтобы приехать к ней в выходной день на пару часов, у них просто не было времени для обсуждения чего-либо, кроме занятий… пока она не призналась ему в любви.

Тогда это казалось отличной идеей. Болгана думала, что они идеально подходят друг другу — оба оборотни, оба отмечены леди Лизергейн, а скоро будут учиться вместе в академии. Мексену достаточно узнать о ее чувствах, и он тут же ответит ей взаимностью, рассуждала она.

Но вместо этого получилась неловкая сцена. Мексен ужасно смутился и объяснил, что у него есть невеста, внучка леди Мелиции по имени Алиана. А ее, Болгану, он считает своим другом. Тогда он даже попросил прощения, если невольно сделал что-то, что вызвало это недоразумение, но Болгана знала, что виновата только она одна. Ей было так одиноко в школе-интернате, что она сама все придумала…

В течение целых двух месяцев после этого она заливалась краской до ушей каждый раз, когда видела его, а Мексен мужественно делал вид, что ничего не замечает и продолжал приезжать, чтобы заниматься с ней. Потом чувства схлынули, и стало легче.

Лето Болгана провела в доме леди Лизергейн, куда приезжал и Мексен с Алианой, и в первый раз, увидев их вдвоем, она часа два проплакала.

Правда, к концу теплого сезона ее чувства к Мексену почти прошли, и наконец-то она смогла тоже смотреть на него как на друга. Только вот забыть о нелепом признании и о том, как он был смущен, все не получалось.

Так что Болгана до сих пор стыдилась лишний раз обращаться к старшему оборотню, чтобы он, не дай Темный дух, не решил, что она преследует его с романтическими намерениями.

Если бы Мексен сам не нашел ее в столовой накануне, чтобы спросить, как дела, Болгана бы не решилась попросить о помощи. Но тут все вылетело само собой, и оборотень сильно возмутился, стоило ему услышать о запирающей магии.

— Это за гранью. Может, мне пригласить его в лес и поговорить? — мрачно сверкнул он глазами, и Болгана невольно испугалась, вспомнив, как легко разозлить молодого оборотня-мужчину в период растущей луны.

Инстинкт защитника в отношении своих у них срабатывает так сильно, что они быстро теряют контроль над собой. А стоявший перед ней друг даже сейчас выглядел угрожающе — Болгана и забыла, какой он огромный по сравнению с магами.

— Нет, Мексен, не надо! Он это не нарочно! Он извинялся, много раз! — поспешила объяснить она.

— Ладно. Я научу тебя кое-чему, и ты победишь в поединке этого ошалевшего колдуна, — нехотя кивнул Мексен.

— Но как? Мне не хватает скорости и энергии. Он сооружает три заклятия, пока я создаю одно.

— Скорость не понадобится. Верь мне. Жду тебя после заката на лесной поляне, будем тренироваться. Знаешь, где наши собираются?

Болгана кивнула. В Академии у всех рас были любимые местечки, и оборотневую поляну ей уже показали.

Туда она и приходила теперь каждый вечер. Смущаясь старшекурсников, Болгана просто скромно дожидалась в сторонке Мексена, а потом они уходили поглубже в лес и тренировались. Оказалось, что он нисколько не преувеличил — то темное заклинание работало безотказно после совсем небольшой практики.

Через три дня она была полностью готова.

Занятие по темной магии, на котором планировался зачет, стояло первым в расписании. Арьяна до самой ночи повторяла заклятия с таким лихорадочным блеском в глазах, словно уже наступало полнолуние, но потом Болгана просто нарычала на нее, чтобы шла спать.

— Если мы обе не выспимся, точно вылетим с курса! — рявкнула она, и Арьяна послушалась.

Утром лорд Кетим забрал их группу из класса и повел на пустырь, где они часто практиковались и немного сражались между собой. Здесь едва ли не на меру вокруг все было выжжено темной магией — растения не росли, и даже камней не наблюдалось, а земля была спекшейся и такой твердой, как будто представляла собой какой-то искусственный материал.

— Зачет будет состоять трех частей, — объявил преподаватель, обводя взглядом выстроившихся перед ним студентов. — В первой я проверю ваши теоретические знания по тому материалу, который мы изучили, во второй — вашу способность быстро освоить и применить новое заклятье, в третьей — ваши практические навыки.

Сердце Болганы заколотилось. Вторая часть была для нее сюпризом. Неужели у них с Арьяной появится шанс проявить себя и набрать дополнительные очки? Не отрывая глаз от лорда Кетима, она ждала первого вопроса, и ее рука взметнулась в воздух раньше, чем он закончил.

Глава 6

Все внимание стоило сосредоточить на зачете, но его взгляд то и дело соскальзывал на Болгану. Падшим доверять нельзя, с падшими нельзя иметь дел — так его учили в Белой вотчине с самого рождения, но Тиуру всегда нравилось нарушать правила. Ему как-то с самого начала было ясно, что все в мире далеко не однозначно. Дядя тоже с этим был согласен.

Подумав о том, что надо написать Шунару, он на пару секунд отвлекся, а когда вернулся мыслями в реальность, Болгана смотрела прямо на него: такая невозможно серьезная и милая в этой своей вечной серьезности, что он невольно широко улыбнулся. И произошло маленькое чудо: оборотень ответила короткой улыбкой перед тем, как отвернуться. Сердце подпрыгнуло от радости, но тут он встретил тяжелый взгляд лорда Кетима.

— Я сказал что-то забавное, лорд Лессат? — холодно осведомился темный маг, явно упрекая его за то, что он отвлекся.

— Нет, ваша темность, — спокойно ответил он, стойко выдерживая эту маленькую атаку, как и десятки до этого. Все вокруг теперь молчали и смотрели только на него.

— Выйдите вперед. Начнем вторую часть нашего зачета, — ровным бесстрастным тоном объявил темный маг. — Я показываю заклятие высасывания энергии. Напоминаю, что использовать его в чистом виде в Королевстве запрещено, и позже вы научитесь смягчать, но сейчас мы практикуемся так, чтобы понять принцип.

За спиной Тиур услышал шепотки. Объявление произвело впечатление на всех студентов, как и на него. Лорд Кетим был в своем репертуаре: он придумал, как получить прорву бесплатной энергии и одновременно изобрел интересный ход, который мог в корне изменить итоги зачета.

— Показываю один раз, лорд Лессат, — продолжил преподаватель. — Я заберу у вас половину вашей магической энергии. Затем вы должны повторить заклятие и забрать всю свою энергию назад, чтобы набрать десять баллов. В противном случае, разумеется, я не буду возвращать вам силы, и баллы вы тоже не получите.

Тиур почувствовал, как ладони слегка увлажняются от волнения: понятно, чем такое упражнение может закончиться, тут не надо было быть гением. Если самые слабые студенты смогут справиться с этим заклятием, а кто-то из сильных провалится, их шансы в поединке могут уравняться. А он сам… если он сейчас потеряет половину энергии, у него практически не будет шансов, вдруг осознал Тиур.

— Я готов, — выпалил он, не отрывая взгляда от преподавателя. Он не мог позволить себе упустить ни одного мелкого жеста или слова.

— Протяните руку.

Послушно повторив за Кетимом формулу, которая официально разрешала преподавателю взять его энергию, Тиур почувствовал, как сильно колотится сердце, а щеки против воли краснеют. Шепотки за спиной стихли — все смотрели на него и на преподавателя. Он был первым, а значит, получил меньше всех шансов. Ему единственному в группе предстояло повторить это заклятье с первой попытки — остальные увидят его несколько раз, пока до них дойдет очередь.

Один пасс правой рукой над его ладонью и одно слово:

— Эссстракии-у, — сказал темный маг, и Тиур физически ощутил, как их руки соединил мощный поток энергии. А потом закружилась голова, и он покачнулся, ощущая слабость. К горлу подкатила тошнота. Ему показалось, что лорд Кетим только что залез холодными пальцами прямо в живот и сжал что-то внутри, выдавливая его силы.

И под этим воздействием Тиур вдруг почувствовал, насколько стоящий рядом преподаватель сильнее его. Словно он слабый котенок перед огромным опасным волком. Если бы Кетим хотел, он играючи забрал бы у него все до капли за считанные секунды. Посмотрев в глаза преподавателю, Тиур почувствовал какой-то подвох. Заклятье было простым, как и пасс, который он только что увидел и запомнил. Может, дело в том, что у него теперь не хватит сил?

— Я жду, — холодно поторопил Кетим, протягивая свою ладонь.

— Эсстракии-у!

Да. Он угадал. Это ощущалось как тяжелая физическая работа. Он тянулся и сжимал, но что-то внутри Кетима сопротивлялось. Как требовалось согнуть пальцами что-то металлическое. И Тиур напряг все силы так, что едва не потерял сознание, но в конце концов энергия тонкой струйкой потекла в его ладонь.

— Довольно. Очень слабо, — презрительно покачал головой Кетим. — Три балла, лорд Лессат. Не знаю, что вы еще делаете здесь среди нас.

Сердце упало. Тиур вдруг почувствовал, что отобранные Кетимом силы — это не только снижение магического потенциала, но еще и полная потеря куража. Ему вдруг показалось, что преподаватель прав, и ему нечего делать на занятиях по темной магии. Стоит сдаться и переписаться на белую. Там, по крайней мере, он сможет оставаться крепким середнячком, даже не надрываясь. А потом, если будет не так скучно и противно, начнет делать успехи.

Сколько еще у него достанет сил держать удар? Если самый сильный маг в королевстве не видел в нем потенциала, может, стоило поверить ему с самого начала?

Без всякого интереса наблюдая, как к Кетиму подходит Дестан Безар, Тиур сжал челюсти. Он почти не сомневался, что темный выдержит испытание на все десять баллов, а затем Кетим поставит их в пару на поединке.

Но вышло не так. Если бы Тиур не был так поглощен своими переживаниями, он бы успел заметить, что именно случилось — но он смотрел в другую сторону, и оглянулся только когда услышал сдавленный крик.

— Ноль баллов. Бездарно. Следующий, — объявил Кетим, отходя от юного темного, который задыхался, держась за горло.

Изумленно наблюдая за попыткой второго темного мага, которая была так же провалена, Тиур широко раскрыл глаза. Так, значит, он справился не хуже других? Теперь он видел в чем дело — у темных не доставало энергии даже на то, чтобы установить первый контакт. И что-то причиняло им боль, сильно отталкивая сразу после того, как они произносили заклинание.

— Следующий… следующий, — равнодушным и совсем не удивленным голосом объявлял преподаватель. Темные заваливали кажущийся простым тест один за другим — до тех пор, пока перед Кетимом не встала ведьма.

Глава 7

Все внутри Болганы бурлило, пока она осознавала, что произошло по итогам второй части зачета.

Темные маги на глазах у всей группы ослабели как котята.

Вампиры, ведьмы и они с Арьяной получили преимущество.

Белый оказался в затруднительном положении.

Эльф не справился, не набрал максимум баллов на теории — так что у него уже почти не было шансов сдать зачет.

Лорд Кетим ошеломил ее — до сих пор Болгана была уверена, что он благоволит только темным магам, таким же высокородным, как и он сам. А, следовательно, на зачетах будет делать все, чтобы падшие создания, белый и эльф постепенно покинули группу. Но он поступил совершенно иначе! На глазах у всей группы он только что фактически устроил темным выволочку.

Могло ли это произойти случайно? Мог ли Кетим заранее не знать, чем кончится упражнение? Вряд ли.

Сильный и сведущий маг, опытный преподаватель, он прекрасно понимал, какое именно задание может вызвать затруднение и у кого. И сознательно предоставил преимущество всем падшим в своей группе. Фактически все выглядело так, будто он спроектировал этот тест специально для них.

— А теперь — приступаем к поединкам. Лорд Безар, вы сегодня показали один из худших результатов и вам, как самому слабому, я предоставляю возможность выбрать соперника.

Едва скрыв улыбку, Болгана прикусила губу. Презрительный тон лорда Кетима и акцент, который он сделал на слове «слабый» заставил юного заносчивого темного мага раздуть ноздри и покраснеть. А половину группы — хмыкнуть. Безара никто не любил, кроме его друзей, которые бегали за ним по следу. А Болгана, после нападения в первый день, не любила этого темного особенно.

Вдобавок он устроил травлю белого, разнеся по всей академии кличку «колдун». Как ни неприятен ей был Тиур, Болгана не считала это справедливым. Она видела, как темные смеются над ним, выглядевшим в первые дни очень одиноко в своем белом шелке в столовой среди моря черной одежды. Они обе с Арьяной видели, как темные пару раз сильно толкали его в коридоре — будто случайно, с последующими извинениями, но эти извинения всегда сопровождались смешками и произносились ироничным тоном.

И еще больше сочувствия она невольно испытала, когда поняла, как часто лорд Кетим прикладывает его едкими фразами и как несправедливы бывают эти саркастичные реплики. Впрочем, насколько она видела, Тиур быстро адаптировался, нашел друзей и стойко держался все это время, что вызывало даже уважение.

Все это, разумеется, не означало, что она собиралась уступить ему свое место в группе — но Болгана вдруг почувствовала, что была бы не против, если бы они оба прошли первый зачет. Особенно после того, как он улыбнулся ей — как ни глупо это было осознавать.

— Я выбираю лорда Лессата, — сдавленным, и от того чуть высоковатым голосом, произнес Безар.

— Трус! — вырвалось у ведьмы Велсулы, с которой дружил Тиур. Лорд Безар уставился на нее, едва не оскалившись, а Болгана невольно тихо охнула. Хотя она была совершенно согласна с ведьмой, риска не одобряла: Кетим мог выставить Велсулу с зачета за нарушение дисциплины. Белый, судя по всему, тоже об этом подумал, поскольку яростным шепотом тут же одернул подругу.

— Тишина, — рявкнул Кетим. — Лорд Безар, лорд Лессат — прошу. Разрешены все заклинания, кроме проклятий, смертельно опасной и запирающей магии. Разрешено абсолютно все, чему вы научились на моих уроках!

Два мага вышли и встали друг напротив друга.

Кулаки Болганы невольно сжались, и она поняла, что испытывает страшное волнение. Ради темного духа. Что с ней? Два мага, которые нападали на нее с нарушением этики, стоят друг напротив друга. Да ей бы радоваться! В крайнем случае ей сейчас должно быть просто наплевать на обоих!

Но в глубине души она сразу поняла: ей далеко не наплевать.

Справится или нет? Ее сердце заколотилось, когда маги обменялись первыми «приветственными» заклинаниями. В начале поединка они просто примерялись друг к другу молниями и водными шарами, а потом Безар внезапно пульнул чем-то безмолвным, и она пару секунд не дышала, не распознав сложную атаку.

Но Тиур справился, с такой видимой легкостью, что другие студенты даже начали переглядываться. Уровень его подготовки и энергии всех поражал — особенно с учетом того, сколько высосал из него Кетим.

Лицо Безара стало злым, когда он понял, что начинает уступать. Его скорость из-за потери энергии значительно снизилась, и это сравняло его с Тиуром. С шипением он стал забрасывать белого отравляющими и разъедающими заклятиями, но ни одно не попало в цель. Тиур в ответ посылал мощные замедляющие, связывающие, а потом внезапно ударил обжигающим, и темный закричал, хотя ожог, насколько Болгана могла видеть, был совсем небольшим.

— Я протестую! Пауза! — внезапно завопил он. — Это смертельно опасная магия.

Тиур опустил руки и посмотрел на преподавателя.

— Нет, это не смертельно, — безразлично возразил Кетим. — Вы признаете поражение, лорд Безар?

— Нет!

В ярости темный повернулся к Тиуру и, не объявляя окончание паузы, запустил ему в лицо очередным безмолвным.

Арьяна за спиной у Болганы охнула, и она сама вздрогнула всем телом, когда белый зашипел и схватился за лицо: разъедающее достигло цели.

Болгану трясло от злости. Подлый удар! Подлый Безар! Как Кетим мог допустить такое, продолжая молча наблюдать? Ее взгляд метнулся к преподавателю, который даже не думал вмешиваться, пока темный продолжал забрасывать Тиура заклинаниями, а тот ушел в глухую оборону в то время, как его щека шипела и темнела от разъедающего. Болгана даже думать не хотела о том, как ему больно прямо сейчас.

Но постепенно, после трех-четырех ударов, Тиуру удалось восстановить преимущество. Безар на глазах у всех терял энергию, и каждый его удар становился слабее и слабее, пока…

— Эсстраки-у! — уверенно сказал Тиур, внезапно сократив расстояние между ними и выставив вперед открытую ладонь.

Темный выгнулся всем телом и застонал. Поток энергии ударил в ладонь белому.

Глава 8

Глядя в глаза сопернику, Болгана удовлетворенно заметила, что он не уверен. Она победит — теперь в этом почему-то не было сомнения. Случайно оглянувшись на преподавателя, она сглотнула слюну: Кетим наблюдал непроницаемым взглядом, но Болгане в нем почему-то всегда чудилось презрение.

Что ж, сегодня она убедилась, что могла и ошибаться на этот счет.

— Начинайте, — поторопил преподаватель, и только тогда она поняла, что зря ждет от темного первого удара. Этот трусишка хотел, чтобы начала она.

— Ассуу-таэ-у!

Стандартный крупный водный шар полетел в темного, и он тут же ответил таким же. Все, что ей оставалось — вовремя реагировать, обороняться, отвечать. Болгана знала, что запаздывает, но это было неважно. Уходя в глухую оборону, она отвечала формально, даже если понимала, что он легко отобьет удар.

Но одна солнечная молния, как ни странно, все же достигла цели к третьему раунду, и ее соперник зашипел. Запустив в догонку путы, она почти сразу поняла, что это не сработает — темный разорвал их с легкостью и ударил отравляющим.

Ее сердце пропустило удар. Мексен уверял, что примерно каждая пятая атака у большинства дуэлянтов — самая сильная из пяти. К этому моменту все уже достаточно разогреты и готовы по-настоящему нападать и обороняться. То, что она только что видела, подтверждало это правило: Дестан Безар ударил Тиура безмолвным именно на пятом по счету заклинании, а потом примерно на десятом достал сильным отравляющим.

Но никаких гарантий тут не могло быть. И если она ошибется, то может проиграть. Зарядив свое секретное заклинание на пятый удар, Болгана раздула ноздри. Время, казалось, замедлилось. Четвертое заклинание летело к ней целую вечность — легкое отравляющее, которое она так же легко отбила. Если пятый удар будет таким же, ее трюк не сработает, и она просто так потратит мощное оружие, которым снабдил ее Мексен.

Задумка была очень проста: он обучил ее обратному удару, который проходили на втором курсе. Этот прием был не безупречен, поскольку требовал большого расхода энергии, а, кроме того, требовалось угадать, когда именно противник ударит чем-то сильным. Если угадать и отбить сильное заклинание обратным — сразу выиграешь. Редкий противник, не ожидающий удара в момент атаки, выстоит против такого. Но если отбить обратным что-то слабое — зря потеряешь энергию и наверняка проиграешь.

Теперь все зависело от ее противника.

Темный скрючил пальцы, и ее сердце понеслось вскачь. Да! Безмолвное. И она даже знала его: это заклинание удушало.

Болгана лишь держала руки перед собой — обратный удар не требовал дополнительных усилий и заклинаний, когда уже был заряжен. Он сам срывался с кончиков пальцев при первых признаках атакующей магии. Она смотрела прямо в лицо темному, тяжело дыша, и легко заметила тот момент, когда его глаза широко раскрылись от удивления. Он начал задыхаться.

Ну же, защищайся, мысленно сказала ему Болгана, наблюдая, как маг вцепляется в свой воротник, потом в шею, судорожно пытаясь снять эффект от заклинания нелепыми физическими жестами. Она опустила руки, когда он рухнул на колени с жуткими кряхтящими звуками.

От группы ведьм донесся испуганный вскрик, и Болгана тоже внезапно испугалась, поднеся ладонь ко рту. Темный явно задыхался, уже стоя на четвереньках с широко открытым ртом. Он пытался сделать вдох, но не мог, как человек, которому только что сильно ударили по диафрагме.

— Стоп!

Лорд Кетим поднял руку, направив какое-то безмолвное на темного — и в ту же секунду он смог, наконец, глубоко вздохнуть с громким отчаянным звуком, а потом сделал еще один вздох и глубоко задышал, багровея. Едва оправившись от шока, он поднял на Болгану полный ненависти взгляд, с трудом встал и протянул обвиняющий палец:

— Обратный с усилением. Это нарушение!

— Полагаете, я слепой, лорд Вийют? — холодно осведомился Кетим.

Он перевел мрачный взгляд на Болгану:

— Обратные с усилением запрещены в Королевстве. Не на моих уроках… но все же. Кто научил тебя?

Сглотнув, Болгана опустила ресницы, лихорадочно соображая. С усилением? Но она не применяла никакого усиления. Это ошибка.

Посмотрев на свои пальцы, она прикусила губу. Безымянный наружу, указательный согнут, мизинец подогнут. Или надо было его согнуть до конца?

Щеки начали гореть, когда она поняла, что немного ошиблась и тем самым подвела не только себя, но и Мексена. Но произносить его имя было нельзя. Она не могла подставить друга.

— Я не хотела применять усиление, — умоляюще пробормотала она. — Простите меня.

— Я спросил: кто так плохо научил? — чуть более резким тоном, чем до этого, произнес Кетим.

Болгана стояла, молча уставившись в землю и тяжело дыша. Было ясно, что Кетим разозлится, если его вопрос останется без ответа. Но она не могла выдать Мексена. Ни за что. Если ее выгонят из группы — так тому и быть.

Пауза затягивалась. Преподаватель шагнул к ней, поднял руку, и она вдруг вспомнила, что он сделал в первый день ее пребывания в Академии. Заклинание «Смотрю твоими глазами» тогда, в кабинете. Ну, конечно. Если она не ответит — он просто посмотрит сам, и все узнает.

— Нет! — пискнула она, отступая на шаг, но тут сзади внезапно послышался голос Тиура:

— Это я ее научил, лорд Кетим. Мы не планировали применять усиление, простите.

Снова наступила тишина, в которой было слышно, как кто-то издал странное крякание: нечто среднее между попыткой прочистить горло и случайным нервным смешком. Еще бы. Такого абсурда нужно было еще поискать: белый учит оборотня темной магии. Плохой результат в такой ситуации вряд ли кого-то мог удивить.

— Вы двое, в мой кабинет сразу после зачета! — холодно велел Кетим. — Болгана, ты сдала. Лорд Вийут, вы не справились. Покиньте группу.

Вернувшись на свое место, Болгана в прострации наблюдала за дальнейшим ходом зачета. Два слабых студента были изгнаны, остальные после этого заметно расслабились.

Глава 9

Все тот же кабинет, и снова они двое здесь, спустя всего месяц. Как наваждение.

Почти прилипнув к стеллажу со свитками, Болгана во все глаза смотрела на белого мага. Что бы он ни придумал, она не умеет читать мысли. А значит, лучше ему начать говорить первым.

На ее счастье, именно Тиуру лорд Кетим и задал первый вопрос — в форме короткого небрежного приказа:

— Объяснитесь, лорд Лессат.

Невозмутимо кивнув, Тиур посмотрел преподавателю прямо в глаза, пока Болгана смотрела на него самого. Белого, по видимому, не смущало ни то, что они оба снова стоят перед проректором в его кабинете, ни то, что лорд Кетим недоволен. Риск получить взыскание за нарушение правил тоже, судя по его виду, не особенно тревожил.

Снова и снова проводя взглядом по его фигуре в абсурдно светлой одежде для этих стен, Болгана вдруг подумала, что он совсем не тот человек, за которого она до сих пор его принимала. Происшествие в первый день сбило ее с толку. То, как его быстро окрестили насмешливым «колдун», как он был дезориентирован на первых занятиях по темной магии.

Но сейчас уже было очевидно, что Тиур не чувствует себя отщепенцем. По правде, он адаптировался даже легче, чем они с Арьяной. Он с легкостью успевает почти по всем дисциплинам, кроме, разве что, зелий. Он везде со своими друзьями. И он чувствует себя настолько спокойно, что даже заступился за нее, приняв ответственность за то, чего не делал. Зачем?

Может, она сумеет понять по тому, что он сейчас скажет?

— Мы просто вместе готовились к зачету, лорд Кетим, — невозмутимо ответил он. — Я заглянул в учебники второго курса и поделился этим заклинанием с Болганой. Когда мы практиковались, все срабатывало без усилений. Не знаю, почему так вышло, но мне очень жаль.

— Все дело в положении безымянного пальца, Тиур. Вы бы знали это, если бы учились на втором курсе, — со снисходительным вздохом пояснил Кетим, покачиваясь в кресле и изучая то белого, то Болгану взлядом, в котором застыло странное неопределенное выражение.

Он обдумывал подходящее наказание? По ее шее пробежала дрожь. Для Тиура, это вероятно, будут выходные за черной работой, где-нибудь в пыльных подвалах академии. А для нее… Как насчет: выкинуть оборотня из Академии навсегда?

Усилием воли она отогнала страшные мысли. Лорд Кетим сказал, что она сдала зачет и может учиться дальше. Значит, он пока не собирался выгонять ее.

— Правильно ли я понял, что вам двоим программа академии кажется недостаточно интересной? Поэтому вместо того, чтобы практиковать простые заклинания, вы лезете в учебники за более сложными?

На этот раз в голосе Кетима прибавилось угрозы, и Болгана закрыла глаза. Ее кончики пальцев болезненно защипало — так бывало всегда, когда непроизвольно резались когти в канун полнолуния. Усилием воли она остановила процесс обращения и неожиданно шумно сглотнула.

— У меня нет никаких сомнений, что программа академии составлена блестяще, — мягко ответил Тиур. — Это было просто любопытство.

— Я… согласна с лордом Лессатом. Нам было просто интересно попробовать что-то необычное, — соврала Болгана, когда Кетим перевел вопрошающий взгляд на нее.

— Что ж, — сказал темный маг и вышел из-за стола. — Я постараюсь удовлетворить ваше любопытство. Вы двое будете посещать дополнительные уроки по темной магии каждую субботу. Встречаемся здесь после завтрака.

Подняв округлившиеся глаза, даже понимая, что пялится на проректора как полная идиотка, Болгана не смогла остановить этот порыв. Величайший темный маг в королевстве правда только что пригласил их на дополнительные занятия? Он действительно будет тратить свое драгоценное время на обучение оборотня и… белого?

К счастью, Кетиму не было дела до ее реакции, он просто пересек кабинет и сейчас копался в шкафу, позволяя обоим студентам изучать потрясенными взглядами собственную спину.

— Но в эту субботу будет полнолуние… — вдруг спохватилась Болгана, когда первое изумление спало.

— Именно. Поэтому тебе потребуется это. Двух капель в день будет достаточно.

Лорд Кетим повернулся и протянул ей небольшой пузырек без каких-либо надписей. Но Болгана и так знала, что внутри.

***

— Зачем ты это сделал? — тихо спросила она, как только они отошли на достаточное расстояние от кабинета.

— Давай не здесь, — пробормотал Тиур тихо и указал глазами на группу темных во главе с Дестаном Безаром. Они шли навстречу, и выражение их лиц было далеко от дружелюбия.

Сглотнув, Болгана подавила желание спрятаться за спину белого и вместо этого чуть приподняла верхнюю губу, обнажая клыки. Ей было плевать, что темные подумают о ее звериных повадках. Главное — чтобы больше никогда не принимали ее за легкую добычу. Тиур тоже одарил темных таким враждебным взглядом, что она невольно загордилась и почувствовала странное удовольствие от того, что темные сейчас явно посчитают их друзьями. Хоть это и не так.

— Встретимся в библиотеке после зелий? — предложила она, и Тиур кивнул, прощаясь. Ему нужно было перейти в другое крыло на какие-нибудь занятия, более приличествующие белым. А она спешила — и уже опаздывала — на лекции для оборотней о природе превращений.

Пробежав половину коридора, Болгана остановилась возле приоткрытой двери в большой лекционный зал и осторожно проскользнула внутрь. Обычно они с Арьяной сидели впереди, чтобы слышать все, что говорил лектор. К сожалению, большинство оборотней в зале вели себя шумно и невежливо, а магистр Кэнун не обращал на это никакого внимания.

Арьяна не знала, как этот пожилой оборотень выглядел после оборота в зверя, но в человеческом воплощении он напоминал бездомного и неухоженного пса с растерянными темными глазами.

На лекциях он просто рассказывал все, что планировал, в довольно монотонной манере, каждые пять минут сдувая длинную рваную челку с глаз. И ни капли не переживал о том, что внять этому расскажу могли только самые прилежные студенты, которые специально придвигались поближе.

Глава 10

Накануне, перед самым зачетом, Тиур получил письмо от отца, волшебной нитью. Тот совершенно не интересовался, как сын устроился, есть ли у него друзья и как он себя чувствует в чужой вотчине, среди темных. Зато осведомлялся, успевает ли отпрыск по белой магии и достаточно ли знаний ему дают.

Здорово разозлившись, Тиур запустил скомканным письмом в камин и отправил следом темное заклинание огненного шара. Хоть и сам не знал, почему так разозлился — ведь отец был в своем репертуаре. И он, в отличие от матери, хотя бы вспомнил о его существовании, направив это письмо.

Хотелось сразу сообщить ему, что никакой белой магии в его программе нет, но это было слишком рано. Тиур знал, что тогда отец примется его переубеждать и давить, тогда придется участвовать в длинной дискуссии. Поэтому он сразу решил, что сообщит ему не раньше, чем через год, когда будет уже поздно.

После зачета и разговора с лордом Кетимом он весь день находился в странно-возбужденном состоянии, не понимая, почему ощущает тревогу. Он ведь хотел заниматься темной магией? Вот шанс. Он хотел насолить отцу? Это был идеальный способ.

Если бы не одно «но»: он все еще не знал, зачем это самому темному магу.

Тиур очень не любил чего-то не понимать. На уроках основ переговоров в школе белых аристократов его учили, что никогда нельзя вслепую соглашаться на предложение человека, намерений которого ты не знаешь, выгоды которого ты не видишь.

Что, если темный маг задумал какую-то грязную игру с его участием? Белый лорд Лессат, его отец, не последний человек в вотчине. Что, если Кетим рассчитывает, что со временем сможет влиять на отца через сына?

Что ж, в этом случае его ждет сюрприз, мрачно усмехнулся про себя Тиур. Возможно, во всем королевстве не существовало более далеких друг от друга родственников, чем он и его родители. И менее всего способных друг на друга влиять.

Но потом он подумал о Болгане, которую тоже пригласили на дополнительные занятия, и понял, что тут что-то не сходится. Безродный оборотень точно никак не мог считаться перспективным участником политических интриг. Значит, это просто какой-то эксперимент? Или, может, стоит напрямую спросить у Кетима, что он задумал? Даже если темный маг не скажет правды, по его реакции можно будет хоть что-то для себя уяснить, размышлял Тиур.

Не докрутив эту мысль, он снова подумал о мелком рыжем оборотне и невольно улыбнулся. Она была очень удивлена, когда он заступился. Для него и самого это было сюрпризом — Тиур принял решение очень быстро, как только понял, что она в затруднительном положении. И даже не успел толком подумать, но ни капли не жалел.

Если бы Кетим и наказал их, он не стал бы сильно расстраиваться. По теплому чувству, растущему внутри, Тиур понял: ему понравилось защищать ее. В этот раз — гораздо больше, чем в прошлый. И он сделал бы это снова.

— Надеюсь, вы улыбаетесь от того, что прекрасно подготовили домашнее задание, лорд Лессат? — вкрадчиво осведомился преподаватель-вампир, безжалостно прерывая процесс его приятных размышлений.

Резко вернувшись с небес на землю, он поднялся из-за парты и вложил свиток в протянутую сухую ладонь. За сочинение по травологии Тиур и впрямь рассчитывал получить высокую оценку, но сейчас, когда взгляд магистра Вермара скользил по строкам, написанным второпях, невольно засомневался. Этот преподаватель не был таким строгим, как лорд Кетим, но все же очень серьезно относился к своему предмету.

Его манера преподавания был такой же сухой, как его высокая худосочная фигура: магистр Вермар никому не давал необоснованных поблажек и никогда не пропускал деталей при проверке их письменных работ. Но и слишком жестким тоже не был — все замечания всегда были по делу.

— Неплохо, восемь баллов, — наконец, оценил вампир, возвращая ему свиток. — Но вы немного запутались в свойствах красного остролиста, рекомендую изучить их снова.

— Благодарю, магистр, — сказал Тиур, опускаясь на место.

Вермар вернулся на свое место, продолжая лекцию на новую тему, и пришлось сосредоточиться на конспекте.

Сразу после этого урока на него набросилась Велсула, буквально требуя списать ее домашнее задание перед зельеварением. Она потащила его к широкому подоконнику в одной из многочисленных зон отдыха, которые студенты использовали между занятиями и где уже сидел Олевард.

— Ты опять наплевал на зелья!— упрекнула она. — Вы оба в конце семестра получите незачет!

Тиур скользнул взглядом по вампиру, который, буквально высунув язык, старательно перекатывал домашнюю работу ведьмы в свою тетрадь.

— А перекусить никто не планирует? — осведомился он, чувствуя ужасный голод, но тут же устыдился под строгим взглядом Велсулы и со вздохом опустился на подоконник рядом с худющим вампиром.

— Ты стал хуже выглядеть, — вдруг заметил Тиур, доставая свою тетрадь.

— И чувствую себя так же. Полнолуние, — спокойно отозвался Олевард.

О, черт. Он забыл. Вот почему друзья перестали ходить с ним в кафе — им было так плохо, что не хотелось есть. А он даже не заметил, поглощенный злостью на отца и подготовкой к зачету по темной магии. И даже когда Кетим дал Болгане настойку мексена, он не подумал о друзьях.

В одно мгновение переполнившись стыдом, Тиур едва не залился краской до ушей. Велсула еще бегала за ним со своими домашними заданиями по зельям, чтобы друг не провалился, а он!

— Я скоро приду! — бросил им Тиур, внезапно для ведьмы и вампира срываясь с места и сразу переходя на бег.

— Куда? Ты не успеешь переписать домашку! — возмущенно завопила Велс вслед, но это не смогло его остановить.

— Может, луна и на белых как-то действует? — удивленно осведомился вампир, подняв голову.

— Может. Или он просто слегка долбанутый сам по себе, — в сердцах ответила Велсула, опускаясь рядом с Олевардом, чтобы сунуть нос в тетрадь и проверить, все ли там правильно вампир переписал.

Тиур мчался по коридору. До урока оставалось минут десять, а ему нужно было успеть в другое крыло — туда, где магазин зелий. И еще вернуться. Можно было сделать это и после занятий, но теперь он не хотел больше ждать ни минуты.

Глава 11

В библиотеке в тот день было не очень людно, и они легко нашли укромный уголок для беседы: маленький столик для чтения у окна на одного. Но рядом был удобный низкий подоконник и, позволив ей занять стул, Тиур присел туда.

— Не знаю, что сказать. Просто ты выглядела так, будто тебя надо было выручать, — сказал он в ответ на вопросительный взгляд.

Ах, да. Он же белый, вдруг дошло до Болганы. Им никогда не нужен специальный повод для того, что в мире темных считается абсолютно неприличным: а именно, кого-то спасать без просьбы и лезть не в свои дела. И они даже не понимают, как это может бесить окружающих… правда, иногда и радовать тоже.

Она задумчиво прикусила нижнюю губу клыком. Он ужасно чесался, но ей все еще не хватало храбрости использовать настойку лорда Кетима. Это было глупо, но казалось, что темный маг в любой момент передумает и потребует свой подарок обратно. А заодно отменит субботнее занятие.

— Спасибо, — наконец сказала она, судорожно вздохнув. Искренне поблагодарить белого мага, на которого она столько времени злилась и столько раз щелкала по носу, не принимая извинений, было непросто. Теперь она чувствовала вину.

— Пожалуйста, — спокойно ответил он. — А кто на самом деле научил тебя обратному заклинанию?

— Мой друг, он учится на втором курсе, — со вздохом призналась она, подавив соблазн сказать «сама». Болгана не любила врать.

— Ого, не знал, что у тебя есть парень, — сказал он. — Тоже оборотень?

— Эммм. Да, он оборотень.

Еще один соблазн. Соврать, что у нее есть парень, почувствовать себя более уверенно и менее одиноко…

— Только он не мой парень, просто друг, — все же уточнила она, снова избегая обмана.

В конце концов, она говорила с белым магом и вполне могла рассчитывать на его честность в ответ.

— Понял, — сказал Тиур и замолчал.

Болгана нарисовала пальцем завитушку на столе и, не поднимая глаз, спросила:

— Не знаешь, что на уме у лорда Кетима? Почему он вдруг решил учить нас дополнительно?

— Понятия не имею, — покачал головой Тиур. — Это даже немного беспокоит. Я подумал… может ты могла бы спросить у леди Лизергейн? Она же тебя опекает, верно?

Вскинув удивленный взгляд, Болгана задумалась.

— Это не приходило мне в голову. Но, если честно, я не настолько с ней на короткой ноге. Это вы, аристократы, между собой так спокойно общаетесь, что первокурсник может запросто подойти к ректору и спросить о чем угодно. А я…

Она покачала головой и пожала плечами, внезапно почувствовав, что в горле что-то застряло и стало очень обидно. Зачем она сказала ему это и лишний раз обратила внимание на разницу между ними? Он и так все знает о падших и высокородных.

— Неужели это так выглядит со стороны? — усмехнулся он. — Уверяю, это вовсе не так легко, как ты думаешь. И вряд ли я осмелился бы завести беседу не по делу с принцем Маркалом. Говорят, у него очень непростой характер.

— Ну, ты так спокойно говорил сегодня с лордом Кетимом… я так не умею, — покачала головой она. — А кто такой принц Маркал?

— Ректор, — удивленно ответил Тиур. — Ты не знала, как зовут ректора?

— Нет. Я как-то не интересовалась, — растерялась Болгана.

— Ну вот. А меня с детства учили интересоваться всеми именами, титулами и должностями — тренировали, как обезьянку. Учили этикету, и манерам. Как держать голову, куда девать руки, куда смотреть, громкость голоса, интонации… с такими знаниями и умениями никто не рождается.

— Как обезьянку? — неожиданно фыркнула она. Из уст Тиура все звучало так, как будто в этом не было ничего особенного. И это было неожиданно приятно слышать.

— Ну да. Хотя это все и правда бывает полезно. Хочешь научиться? — спросил он как ни в чем не бывало.

Снова закусив губу от неожиданного предложения, Болгана на мгновение задумалась, а потом несколько раз экспрессивно кивнула так, что ее волосы запрыгали по плечам:

— Да. Очень хочу. Серьезно научишь меня?

— Да. Начнем с того, что ты никогда больше не будешь так трясти головой, — со смешком сказал он, заговорщически глядя в глаза, и она покраснела.

Когда прошло пару недель, Болгана уже не могла понять, в какой момент они с Тиуром стали такими близкими друзьями. Она помнила разговор в библиотеке, а потом… они просто несколько дней не отходили друг от друга. Она ближе познакомилась с его друзьями и втянула Арьяну в их компанию — а та быстро подружилась с Велсулой, да так, что ведьма буквально поселилась в их комнате — казалось, эти две девчонки нашли друг друга.

Обе простоватые, очень громкие, они обсуждали новости так, что люди думали, будто слышат ссору. А потом смеялись так, что тряслись стены.

Олевард держался немного особняком, но они часто обедали впятером и также вместе практиковали темную магию. Болгана и Тиур учили их всему, что лорд Кетим показывал им двоим на занятиях в субботу.

В это невозможно было поверить, но темный маг и правда занимался с ними двоими, но никак не объяснил, почему это делает. Когда Тиур при первой встрече попытался спросить об этом, лорд Кетим только приподнял бровь:

— Вас что-то не устраивает, лорд Лессат? Это дополнительное занятие для лучших студентов, но я не настаиваю на вашем присутствии.

Белому магу не оставалось ничего, как со всем уважением ответить, что его все устраивает и он намерен присутствовать на любом дополнительном занятии, которое лорд Кетим назначит. Болгана чувствовала то же самое. Если бы лорд Кетим даже предложил им стать его рабами в обмен на индивидуальнео обучение, она всерьез стала бы раздумывать над этим предложением.

Но он, к счастью, такого не предлагал: просто начал учить их, и Болгана была по-настоящему потрясена скоростью, с которой у них теперь появлялись новые навыки и знания.

Кетим показывал заклинания со второго и даже третьего курса и между делом сообщал столько полезной дополнительной информации, что она едва успевала запоминать. А потом, сразу после занятия, они еще пару часов сидели с Тиуром в библиотеке, голова к голове, и тщательно все записывали, восстанавливая по памяти каждое слово преподавателя и разыскивая пояснения в энциклопедиях к тому, что не до конца понимали.

Глава 12

Она не собиралась рассказывать ему. Но на следующий день в библиотеке все как-то рассказалось само. Чем больше Тиур учил ее скрывать эмоции и мысли от других людей, тем хуже ей удавалось скрывать их от него самого.

— Ты грустная, — сказал он, как только они открыли учебники по темной магии.

И она просто кивнула, вкратце пересказав разговор с Мексеном.

— Мне жаль, что твой друг так думает, — сказал Тиур, слегка удивившись. — Но вообще, мне казалось, что плести интриги и использовать людей — больше по части темных.

— Да-а, — негромко сказала Болгана после короткой паузы, и он удовлетворенно кивнул, опустив взгляд в учебник.

— Так говорят все белые, — добавила она, не удержавшись, уставившись невидящим взглядом в свою книгу.

— Что?

На этот раз он действительно был изумлен. И даже отложил учебник в сторону, а одна его тонкая бровь поползла вверх.

— Мы оборотни, Тиур. Что тебя удивляет? Ты не знал, что твой род считает нас главным злом в мире? Меня с детства учили, что…

Она прервалась сама. Поймав себя на том, с какой горечью говорит, Болгана с досадой выдохнула. Тиур был ни при чем. Она не собиралась высказывать ему это, но…

— Я не считаю тебя злом. Надеюсь, что и ты меня, — мягко сказал он, во все глаза глядя на нее так, что она мгновенно отвела взгляд и едва не покраснела. Иногда ей казалось, что он смотрит слишком ласково. Но она вот так уже напридумывала влюбленность в одного парня однажды, и было бы очень глупо это повторять.

Скосив взгляд на пару студентов-темных, которые заняли столик неподалеку, Болгана прикусила губу.

— Не думаю, что этот разговор стоит продолжать здесь, — негромко сказал Тиур, явно подумав о том же: беседа становится слишком эмоциональной, чтобы доносить ее до чужих ужей. — Может, отнесем учебники пока в мою комнату и прогуляемся?

Молча поднявшись, они собрали книги, поднялись по лестнице и быстро дошли по коридору до нужной двери.

— Ты живешь один? — изумилась Болгана, стоя на пороге большой комнаты, больше напоминавшей ей покои в доме леди Лизергейн, чем комнату студента в академии. Здесь у него был собственный камин и даже магический ковер.

— Ага, — сказал Тиур так, словно в этом не было ничего особенного.

— Так мы можем поговорить и здесь, — пожала она плечами, закрывая за собой дверь.

— Болгана, но это моя комната. Я имею в виду: твоя репутация… — сказал он и осекся под ее скептическим взглядом.

— Об этом и речь, Тиур, — усмехнулась она, положив учебники на стол. — Очнись. Я оборотень. У меня нет никакой репутации.

Какое-то время он растерянно смотрел на нее, обдумывая то, что она сказала, а потом раздул ноздри, нахмурился и решительным шагом пересек комнату, снова распахивая дверь:

— И все же мы идем на прогулку, леди Болгана.

Она прыснула и покраснела.

— Не называй меня так. Это слишком странно.

— Потому что у тебя нет фамилии? Что если нам купить ее? — предложил Тиур на лестнице.

— Вам, богатым, лишь бы что-нибудь купить, — поддразнила она, но на миг всерьез задумалась, и ее сердце заколотилось.

Некоторые падшие покупали себе дополнительные имена, это было не запрещено. Но магические свитки с фамилиями стоили довольно дорого, а что ей это даст, кроме небольшого изменения документов и официального статуса?

— Серьезно. Пойдем в магазин, выберем. Я тебе подарю, — предложил он, даже останавливаясь.

— Не сейчас. Мы идем на прогулку, — возразила она.

На улице было довольно свежо, но приятно. На миг у нее даже зачесались клыки — захотелось обернуться и побегать по лесу с другими оборотнями, она давно этого не делала.

— О чем ты задумалась? — спросил Тиур, когда они вышли из замка и перешли на размеренный шаг по одной из длинных тропинок, ведущих в сторону леса.

Болгана объяснила, и он заинтересовался, на что похожи эти ощущения. Пустившись в длинный рассказ о том, что чувствует в теле волчицы, она вдруг поняла, что впервые говорит об этом так легко и свободно с кем-то, кроме другого оборотня. И ей нравится немного погружать в свой мир того, кто не презирает и не осуждает ее за то, какая она есть.

— Я бы очень хотел почувствовать нечто подобное хоть раз, — внезапно сказал он, и она улыбнулась:

— Говорят, такие маги, как лорд Кетим, способны на обращения. Может, и ты когда-нибудь научишься.

— Это слухи. Публично никто из них этого не подтверждал, — возразил Тиур.

Представив, что могла бы встретить чопорного Кетима в лесу в образе волка, Болгана невольно улыбнулась и фыркнула:

— Ой, нет, ты прав. Его просто невозможно представить с шерстью.

Тоже засмеявшись, Тиур посмотрел на нее, их взгляды встретились. И Болгана снова почувствовала, как щеки заливает теплом.

— Расскажи мне о своем детстве. Значит, дома тебя учили, что белые — это зло? — спросил он с легкой иронией в голосе, но Болгана кивнула и серьезно подтвердила:

— Так и учили, только не дома, а в приюте.

— О. Я не знал. Прости, — сказал он, почти останавливаясь, так, словно споткнулся.

— За то, что у меня нет родителей?

Некоторое время они молчали и просто шли вперед по тропинке. Подумав о том, какую парочку они собой представляют, Болгана снова усмехнулась про себя. Высокий стройный маг в белых сияющих одеждах и сопровождающая его падшая мелкого роста в латаном-перелатаном платье, с рыжими волосами, торчащими во все стороны.

— Ты знаешь, что с ними случилось? — спросил он.

— То же, что со всеми оборотнями — их пристрелили во время полнолуния, как зверей, меня забрали в приют. В тот год белые лорды выделили много денег на отстрел оборотней в Нуарессе и устроили целую кампанию длиной в три полнолуния. Приюты были набиты битком, так что первый год я спала в одной кровати с другой девочкой.

Тяжело дыша, Болгана отвела взгляд в сторону и обнаружила, что они достигли кромки леса. Уже темнело, вокруг не было никого, и она удивилась, когда услышала шумное хриплое дыхание. Резко повернувшись, она вдруг поняла, что это Тиур. И он не просто тяжело дышал, а еще и выглядел так, как будто ему стало плохо.

Глава 13

В жизни каждого бывали особенные дни, когда все складывалось легко — само собой, и именно так, как нужно, до последних мелочей. Тиур замечал, что в такие редкие дни он мог чувствовать магическую ткань мироздания кожей, почти физически. И действовать уверенно, не смотря ни на что.

Реакция Болганы на его предложение была совсем не такой, какую ожидает получить влюбленный — она наотрез отказалась принимать предложение и даже нагрубила, заявив, что он «несет околесицу». А потом и вовсе попыталась убежать от него в лес. Но Тиур только улыбался, спокойно шел за ней, не обращая внимание на то, как мелкие ветки цепляются за одежду.

— Понимаешь, в нашем роду не принято встречаться с девушками без помолвки. И это не та традиция, от которой я готов отказываться, — спокойно пояснил он ей в спину, не обращая внимание на вопиющую невежливость своей избранницы.

Просто он знал, что она это не со зла.

— Но ты ведь не серьезно. Я стану посмешищем, — открыто сказала она, наконец, разворачиваясь со скрещенными руками. Губы поджаты, глаза тревожно округлены, щеки порозовели — Тиур был так умилен этим зрелищем, что захотел поцеловать ее снова. Но вместо этого попытался воззвать к разуму.

— Ты только что говорила, что у тебя нет репутации, — возразил он, также останавливаясь.

Захваченные эмоциями, они забрели куда-то в чащу, и между ними теперь были раскидистые кусты, а Болгана очень сердито смотрела на него поверх листьев.

— Ах, так теперь ты уже готов перестать уважительно относиться ко мне? — выпалила она торжествующе.

— Да что у вас, девушек, с логикой? — фыркнул он. — Я только что предложил тебе помолвку. А ты бросилась в кусты… буквально.

— Куда хочу, туда и бросаюсь, — сказала она, но ее губы дрогнули.

— Ладно. Я готов принести магический обет, — сказал Тиур, поднимая руку.

Он не шутил, и на его пальцах задрожали белые сполохи.

— Какой еще обет? — подозрительно осведомилась Болгана, но медленно вышла навстречу из-за кустов.

— Какой хочешь. Например, что не расторгну помолвку, если ты согласишься, — объяснил он. — Что не подведу тебя.

— Я не принимаю белых обетов по субботам, — сказала она, с достоинством вздернув подбородок вверх.

И сделала это с такой изысканно-аристократичной интонацией, что он невольно улыбнулся.

— А предложения о помолвке? — настаивал он, опустив руку.

— Ты серьезно? Но ты даже ни разу не видел меня в обороте…

Ее глаза теперь были очень большими и тревожными, и он едва удерживался от того, чтобы сжать ее в успокаивающих объятиях.

— Покажи мне, если готова. Но это ни на что не повлияет, — терпеливо ответил он.

— Жди здесь, — кивнула она, резко повернулась и пошла вглубь, огибая ветки кустов и деревья, пока не скрылась из виду.

Осмотревшись, Тиур понял, что уже не знает, в какой стороне замок, и тьма в лесу постепенно сгущается. Прошептав белое ориентирующее заклинание, он бросил искорки на землю, и они слабо осветили нужное направление. Подумав, он добавил заклинание отпугивающих светлячков и развесил их на ветках вокруг себя, чтобы насекомые не лезли в лицо.

Болганы все не было, и он уже начал переживать за нее, но тут услышал сзади еле заметный шелест веток и повернулся.

— Ого.

Улыбка на его лице появилась сама собой. Это была поджарая рыжая волчица, в которой он без малейшего сомнения опознал свою подругу. До этого момента Тиур даже не предполагал, что с такой легкостью может узнать знакомого оборотня в зверином воплощении, но это оказалось очень легко. Те же серые глаза, тот же оттенок рыжего, что в ее волосах. Даже выражение, с которым она смотрела на него, было знакомым, даже ее походка, когда она подошла к нему.

Опустившись на корточки, он протянул руку, чтобы погладить, но Болгана оскалилась, и Тиур снова улыбнулся:

— Нельзя?

Волчица настороженно смотрела на него, но потом сама подошла ближе и ткнулась носом в ладонь, чуть подталкивая ее вверх, и Тиур осторожно коснулся ее мягкой головы, а потом нежно погладил пальцем за ухом. Однако попытка почесать ее шею была тут же пресечена: она прихватила его руку зубами, предупреждающе прикусив.

— Извини, — сказал он на всякий случай. — Мне просто любопытно, какая ты на ощупь.

В зверином воплощении она была очень крупной волчицей — казалось, даже крупнее, чем в человеческом. Тиур понимал, что если бы Болгана вдруг решилась напасть на него, ему пришлось бы нелегко. Но он не испытывал ни малейшего страха: по ее глазам было сразу понятно, что она прежде всего человек, а потом уже зверь.

Обойдя его кругом, она пару раз шлепнула хвостом, и Тиур, не удержавшись, снова потрепал ее по ушам, получив за это ожидаемый укус. А потом она еще раз ткнулась носом ему в ладони, позволяя погладить свою шелковую шкурку, и ушла, скрываясь в лесу.

— Ты очень красивая, — сказал он, как только Болгана вернулась в человеческом воплощении: еще более настороженная и смущенная, чем когда уходила.

— Льстец, — буркнула она, глядя в сторону.

— Иди сюда, — мягко велел он, зажигая светлячков поярче. Болгана молча подошла, и он осторожно выбрал из ее волос мелкие веточки и листики.

— Я все еще жду ответа, — напомнил Тиур, мягко обхватывая пальцами ее подборок, чтобы приподнять лицо и заглянуть в глаза.

— Ну и упрямый же ты.

Укоризненно посмотрев на нее, он лишь немного приподнял бровь и позволил себе показать, что уже немного начинает сердиться.

— Ладно, ладно… я согласна, — сказала она и порозовела.

Заметив, как от волнения приоткрылись ее нежные губы, он наклонился и снова коснулся их в восхитительно-сладком поцелуе. И на этот раз она ответила быстрее, с большей охотой, что сделало его почти счастливым.

На следующий день Тиур впервые за все время пребывания в Академии позволил себе не заниматься домашней работой. Вместо этого он набрал гору сладостей, напитков и позвал всех друзей в свою комнату. Болгана пришла в новом серебристом платье, которое он отправил ей с утра, раскрасневшаяся и смущенная.

Глава 14

Подавая официальное сообщение о помолвке в королевскую систему регистраций, Тиур ожидал, что многие захотят с ним об этом поговорить, начиная с родителей и заканчивая леди Мелицией Лизергейн, с которой он до сих пор не имел чести быть знакомым.

Однако первую нить вечером в воскресенье он неожиданно получил от лорда Кетима. Сообщение содержало приглашение зайти к нему в апартаменты с кратким описанием их местоположения в замке. Отложив учебник по зельям, который в кои-то веки взял в руки, Тиур даже нахмурился в замешательстве, не понимая, что могло понадобится от него преподавателю в такой час. Через мгновение до него дошло, что темный маг тоже мог интересоваться личной жизнью студентов, по своим причинам.

Невольно улыбнувшись, Тиур поднялся на ноги, вышел из комнаты и прошел по длинному коридору, полутемному в этот час, потом поднялся по нескольким лестницам, преодолел еще два коридора, и снова воспользовался лестницей, чтобы оказаться на самом верху одного из самых уединенных крыльев замка.

Недовольно глядя на него сверху, пока он поднимался, лорд Кетим ждал у самого входа.

— Прошу, — сухо сказал маг, пропуская Тиура внутрь.

В лицо дохнуло тьмой, и на секунду показалось, что волосы встают дыбом, хотя в просторной столовой горели свечи и было довольно светло. Тьма была не физической, а магической природы, и ее здесь накопилось столько, что она ощущалась как вязкая субстанция. Парой мгновений спустя Тиур понял, что она не отталкивает, а впитывается в него, потому что он уже был наполовину темным, хоть и явился в белых одеждах.

Помещение выглядело немного иначе, чем он представлял. Почему-то Тиур полагал, что увидит в жилище лорда Кетима такую же тяжеловесную обстановку, какую привык видеть в апартаментах своего отца: горы книг, массивную мебель, статусные предметы на видных местах: подарки от короля и других важных особ.

Но ничего такого здесь не было, и все выглядело так, словно в апартаментах обитал его ровесник: мебель была функциональной и легкой. Только стол, несколько стульев, небольшой диван для чтения, а на нем — раскрытый журнал, в котором лорд Кетим, без сомнения, только что и вычитал новость о его помолвке. Книг не было видно, на столе стоял лишь кувшин с пивом и два стакана.

Закрыв дверь, лорд Кетим подошел к столу.

— Угощу вас пивом нашего собственного производства, Тиур. Думаю, мы успеем выпить на равных, пока родители не лишили вас титула.

— Благодарю, — улыбнулся Тиур, принимая из его рук стакан и намеренно не обращая внимания на выпад о его титуле.

Сделав один глоток в полной тишине, он поставил стакан на стол, стараясь сохранять спокойствие и морально подготовить себя к дальнейшему нападению.

— Это восхитительное пиво, лорд Кетим. Наслышан о местной пивоварне. Только не уверен, в честь чего вы меня угощаете?

— Ну как же. Я поздравляю вас с самым идиотским решением, которое может принять молодой мужчина. Протяните руку.

Почувствовав, как щеки загораются в ответ на скрипучий сарказм, Тиур с досадой подумал о том, что лорд Кетим все-таки смутил его. Хотя ему совершенно нечего было стыдиться.

Глубоко вздохнув, он протянул свою ладонь над вытянутой навстречу ладонью преподавателя, прекрасно зная, что тот делает: проверяет уровень его энергии, ожидая, что он резко снизился. Но тут его ждал сюрприз.

— Хм, — сказал Кетим, опуская руку и отходя в сторону. Его лицо неуловимо изменилось и разгладилось. Быстро скрыв удивление, он все же не смог скрыть то, как заметно сразу успокоился.

Тиур невольно улыбнулся, наблюдая за тем, как темный маг делает круг по комнате, явно размышляя. Он пересек гостиную, прикрыл дверь в свою спальню, затем подошел к окну, выглянул нагружу и, наконец, снова повернулся к своему студенту, который все это время терпеливо ждал, стоя на месте.

— Зачем вы предложили девчонке помолвку?

Почти несдержанное недоумение в голосе темного мага заставило Тиура хмыкнуть.

— Простите, — мгновенно сказал он, когда до него дошло, что он открыто смеется над своим преподавателем. — Не за тем, о чем вы подумали.

— Вы еще слишком юны, чтобы читать мои мысли, — ровным тоном ответил Кетим, пронзая его предупреждающим взглядом.

— Еще раз прошу прощения, — кивнул Тиур, признавая его правоту. — Но я не думаю, что это каким-то образом затрагивает вас, лорд Кетим. Мы просто влюблены.

— Еще как затрагивает, — резко ответил Кетим и жестом предложил ему сесть.

Осторожно опустившись на стул, Тиур не сводил внимательного взгляда с преподавателя.

— Я недооценил вас поначалу, признаю, — неохотно сказал Кетим, отводя взгляд. — Но теперь, когда я начал вкладывать силы и мое личное время в ваше образование, мне не хотелось бы, чтобы вы растрачивали магическую энергию идиотским образом.

— Я не собираюсь растрачивать ее…

— Мне тоже было двадцать, лорд Лессат. Поэтому я хорошо осведомлен, как именно влюбленным больше нравится проводить время, — отрезал Кетим. — И как это влияет на уровень энергии в теле.

Снова смущенно фыркнув, Тиур на мгновение опустил взгляд и покачал ногой, неудержимо представляя Болгану в своих объятиях. Это заставило его мучительно покраснеть, как школьника.

— Этого не будет, лорд Кетим. Не будет до того, как закончатся все экзамены. Не будет до нашей свадьбы, — глухо сказал он то, что для него самого было очевидно.

— Уверены? — немного другим голосом после паузы спросил преподаватель.

— Я воспитан белым, — пожал плечами Тиур. — У нас строгие правила.

— Вы бастард. Вы родились потому, что ваша матушка проявила не слишком много уважения к строгим правилам, — фыркнул Кетим и отхлебнул пива из своего стакана. — Да и сами вы, как я погляжу, небольшой любитель ограничений, не так ли? Кто знает, может, это генетическое?

Наблюдая за тем, как он вольно откинулся на спинку стула и положил ногу на ногу, бесцеремонно вторгаясь в его интимную сферу, Тиур ощутил вспышку ярости:

Глава 15

Вопреки желанию лорда Кетима поторопиться, их разговор затянулся далеко за полночь. И, по правде, у Тиура никогда и ни с кем еще не было разговора, который так жаль было прерывать, даже во втором часу ночи. Буквально за пару часов темному магу удалось поставить под сомнение все основы его мироздания. И при этом удержаться от обычных подколок и выпадов в его адрес.

Потрясенный этим разговором и сразу несколькими ошеломляющими открытиями, Тиур даже не заметил, что не выспался, и, наоборот, с утра чувствовал себя необычно свежим и активным на всех занятиях.

Реакция всех друзей на его новый наряд была удивительно единодушной: и Олевард, и Велс, и Арьяна сказали: «Вау!», одинаково вытаращив глаза. А Болгана тихо сказала: «Ого» и почему-то густо залилась краской. А Тиур поймал на том, что ему это очень понравилось и не мог свести с нее взгляда половину урока темной магии, наслаждаясь отсветами утреннего солнца в рыжих локонах, нежным румянцем на щеках и еще немного тем, как она закусывала губу, когда думала.

Он пялился на нее без конца, пока лорд Кетим не одарил его таким взглядом, что пришлось мигом вернуться в реальность.

К счастью, перемены во внешнем виде и наблюдения за Болганой не отключили его мозг, и на занятиях все шло неплохо… пока не дошло до зелий.

Запоров свое приворотное, он удрученно уставился на вонючую жижу в котле. Получив вместо оценки грустное покачивание головой от преподавателя, Тиур поймал многозначительный взгляд Велсулы и опустил глаза. Она умудрялась излучать и гнев, и торжество в одно и то же время, всем видом транслируя: "Так тебе и надо, лодырь!"

— Ладно, ладно, я все понял. Я буду заниматься. Когда у тебя есть время? — сказал он ей после занятия прежде, чем ведьма успела наброситься на него сама.

— Поколотить бы тебя метлой! Сессия на носу! — проворчала она. — Ладно, давай сегодня.

— Ой, — сказал Тиур, покачав головой. — Сегодня никак.

— Ого! Никогда такого не было, и вот опять совсем никак? Наверное, едешь пить чай с королем? — язвительно осведомилась она, уперев руки в бока.

— Вообще-то…, — сказал Тиур и беспомощно перевел взгляд на Олеварда, стоявшего рядом. — У меня встреча с лордом Кетимом.

— Ого, — сказал вампир, переглянувшись с Велс. — А ты, похоже, становишься любимчиком.

— Да нет. Он учит нас с Болганой на спор. Только не рассказывайте никому, — тихо сказал Тиур, оборачиваясь.

— Охренеть, — опешила ведьма. — Как?.. В смысле с кем же он поспорил, интересно?

— Что происходит? — спросила Болгана, подходя к ним сзади. — Обедать идем?

— Погоди. Тут твой жених рассказывает нам увлекательные вещи про лорда Кетима, — негромко сказал Олевард.

— В смысле? — не поняла она, едва не уронив учебник.

— Кое-с-кем из Королевской академии, — медленно ответил Тиур. — Похоже, в конце года будет поединок между мной и их выпускником. Или два поединка, если Болгана будет участвовать.

— Что?

Глаза его невесты округлились, и он еще раз повторил то, что только что сообщил друзьям, а Болгана ойкнула.

— Так и знала, что он что-то затеял! — выпалила Велсула. — Ну, удачи вам, будущие хромые лягушки или в кого там на спортивных поединках превращают.

— Спасибо за непоколебимую веру в нас, — оскалилась Болгана прежде, чем Тиур успел среагировать.

— Извини, это я так волнуюсь, — буркнула Велс, тут же опомнившись. — Лорд Кетим славится тем, как нехорошо использует людей. Мне тут рассказали про студенток, которых он сначала приглашал в спальню, а потом они оказывались высосанными и отчисленными. И про студентов, которые считали себя любимчиками, а потом превращались в ходячие бутылочки для его личной подпитки. Он тратит прорву энергии на сложнейшую магию и никогда не перестанет нуждаться в донорах. О чем-то это должно нас предупреждать?

Придя в себя после буквально секундного смущения, ведьма снова уперла кулаки в бока и смотрела на них воинственно, словно намекала, что для просветления разума друзей готова на самом деле достать метлу.

— Болгана не собирается посещать его спальню, — сказал Тиур, привлекая к себе любимую за плечи. — А я не планирую его подкармливать в обмен на что бы то ни было.

— Велс говорит разумные вещи, — медленно вставил Олевард. — Пожалуйста, будьте осторожны.

— Ладно. Ну а теперь мы пойдем обедать? — нетерпеливо осведомилась Болгана.

— Возможно… но без меня, — скрепя сердце, вздохнул Тиур.

Его взгляд уже был сосредоточен на преподавательнице в темных одеждах, которая направлялась к ним, сверля его настороженным и одновременно подавляющим взглядом, словно он был врагом, которого нужно было деморализовать на подступах. Сомневаться в том, кто она такая, не приходилось, хотя прежде он никогда не встречал леди Мелицию Лизергейн.

— Доброго дня, — громко сказала она, едва приблизившись.

— Леди Мелиция! — ойкнула Болгана и сделала книксен.

Тиур и Олевард поклонились, Велс отступила на шаг и тоже присела, обозначая почтительное приветствие.

— Лорд Лессат, если не ошибаюсь? — сказала преподавательница, пронзая его новым строгим взглядом. — Уделите мне несколько минут.

— Леди Мелиция, я могу пойти с вами? Я не успела сказать вам, что… — затараторила Болгана, но леди Мелиция сделала нетерпеливый жест рукой, и она осеклась.

Тогда на лице Болганы отразилась настоящая паника, но Тиур просто покачал головой и обхватил ее за плечи, разворачивая к себе.

— Все хорошо, милая, — сказал он, взял ее ладони в свои и поцеловал холодные пальчики на обеих руках. — Не волнуйся. Пожалуйста, иди обедать, я догоню.

В полном молчании он проследовал за преподавательницей, порывисто двигающейся по коридору мимо возбужденных групп студентов, направляющихся на обед после занятий, затем мимо нескольких групп преподавателей, пока они наконец не достигли ее кабинета на этом же этаже.

— Протяните руку, — гневно сказала леди Лизергейн, как только закрыла за ними дверь.