Внутри вечности

Часть 1

За окном придорожной закусочной царило промозглое октябрьское утро. Редкие солнечные лучи пробивались сквозь тучи и вспыхивали ослепительными бликами на маслянистых лужах.

Привалившись к спинке велюрового диванчика, Джуди окинула пустой зал кафе затуманенным взглядом. Она была одета в потертую армейскую куртку цвета хаки, которая выглядела так, словно повидала куда больше лет, чем сама девушка. Контраст создавала нежно-лавандовая кофта, украшенная повторяющимися изображениями оскалившегося тираннозавра. Эти наивные силуэты доисторического хищника, выстроившиеся в ряд, создавали причудливый узор, совершенно не гармонирующий с суровой брутальностью военной куртки и рваных обтягивающих серых джинсов на худых ногах. На фоне этого контраста изящно смотрелись две вытатуированные ласточки, застывшие в танце на ее шее.

Взгляд Джуди скользнул к окну. К одной из заправочных колонок подкатывал синий грузовик с длинным кузовом. Из выхлопной трубы рычащей машины валили плотные клубы дыма. Большая стоянка вокруг заправки служила временным пристанищем для дальнобойщиков — они заезжали сюда заправиться, перекусить или переждать ночь. Сама закусочная, притулившаяся рядом, ничем не отличалась от десятков таких же заведений на северо-восточной окраине провинциального города в 1992 году, население которого едва дотягивало до четверти миллиона. Джуди прожила в нем все свои двадцать лет и никогда не выбиралась за его пределы.

Она отодвинулась от спинки дивана и потерла синеватые веки. Бессонница не отпускала больше суток. Неопрятные жирные пряди волос, обесцвеченные до неестественной белизны, едва достигали шеи. Бледная кожа подчеркивала болезненную внешность. В воздухе витал запах горелых специй, бензина и выхлопных газов. Джуди проработала здесь в роли кассирши и официантки почти полгода, обслуживая тех, кто покупал бензин, сигареты и прочую мелочь в примыкающем к зоне со столиками отделе товаров. Последний раз она была здесь две недели назад — работала в ночную смену. В три часа ночи ворвался грабитель и, наставив на нее пистолет, вынудил отдать всю наличность из кассы, а явившийся наутро управляющий без промедления ее уволил.

Солнечный луч, прорвавшийся сквозь окно, ударил по глазам. Джуди невольно зажмурилась, ее белесые волосы засветились ярким ореолом. Она убрала прядь с лица и оттянула рукав куртки. На дешевых пластиковых часах с россыпью кнопок — писке моды начала девяностых — замерло время: без двадцати девять.

— Где его носит? — вырвалось у нее при мысли об управляющем. Пальцы мелко подрагивали, выбивая дробь по липкой столешнице.

Внимание привлек водитель грузовика у заправочной колонки. Изо рта у него торчала дымящаяся сигарета. Он держал заправочный пистолет, вставленный в бак тягача, и озирался по сторонам, игнорируя табличку с запретом на курение.

Джуди закрыла глаза и позволила сознанию утонуть во мраке воображения. Перед ее внутренним взором предстала картина: окурок, сорванный ветром, падает в бензиновую лужу. Крохотная искра, золотой отсвет — и бензин вспыхивает. Пламя разрастается, тянется вверх, облизывая колонку, и в тот же миг все озаряется яркой вспышкой. Ударная волна впечатывает воздух в легкие, окна вылетают звенящим крошевом. Джуди чувствует, как стеклянные иглы пронзают ее тело. Ужасающая, стремительная развязка.

Она открыла глаза. Мир остался прежним: серое небо, потрескавшийся асфальт, бензоколонка. Дальнобойщик выдернул шланг, повесил его на крюк и небрежно щелкнул окурком. Тот подпрыгнул на щербатом асфальте и плюхнулся в дождевую воду. Джуди облегченно выдохнула.

Локтевой сгиб снова зазудел. Пальцы машинально потянулись почесать, но она остановила себя. Дернулась входная дверь. Водитель фуры бросил на Джуди косой взгляд и направился к кассе, стоявшей на стойке из полированного металла с хромированными краями.

Звон колокольчика возле кассы — и из кухни выскользнула официантка. Долговязая, угловатая, с тугим пучком чёрных как деготь волос на затылке. Ее взгляд скользнул по Джуди — равнодушный, холодный — и тут же переключился на посетителя. Несколько сухих ударов по клавишам, резкий писк кассового аппарата. Дальнобойщик расплатился за бензин и вышел.

Официантка подмигнула Джуди, давая понять, что не забыла о заказе, и удалилась на кухню. Спустя пару минут она вернулась с подносом. Ее черные глаза, блестящие, как мокрый камень, остро зыркнули. Фартук, давно утративший белизну, был усеян желто-коричневыми пятнами. Официантка выставила на стол чашечку с еще скворчащей картошкой, от которой несло пережаренными в масле специями. Рядом поставила крошечную миску коул-слоу, от которого исходил кислый запах уксуса, и фарфоровую чашечку с блюдцем, в которую плеснула из кофейника черную маслянистую жижу. Резкий аромат дешевой робусты перебил запах салата и картофеля. Джуди невольно скривила бледные губы. Аппетита не было, но она сделала заказ только ради того, чтобы иметь право здесь находиться.— Сегодня в дневную смену? — спросила Джуди.— Чтоб ее...Уголки губ официантки растянулись в фальшивой улыбке. Она снова плеснула кофе в чашку Джуди — теперь до краев. Жидкость выплеснулась на блюдце.— Хорошо повеселилась вчера, Ариана? — поинтересовалась Джуди, глядя на ее осунувшееся лицо.— С чего ты взяла? — та поставила кофейник на стол.— Вид у тебя потрепанный.

Официантка фыркнула и сказала, наклонившись к ней:— Да ты сама не ахти как выглядишь, подруга.

Джуди тихо хохотнула, но лицо оставалось серьезным. Ариана и Джуди пересекались, когда смены совпадали. Они невзлюбили друг друга и, стараясь избегать открытых стычек, предпочитали просто игнорировать друг друга или обмениваться легкими колкостями.

Взгляд Джуди скользнул по тарелке с картошкой, потом вновь устремился к Ариане — с опаской, почти предчувствием: вдруг та схватит поднос и огреет ее по голове, вложив в удар всю накопившуюся за месяцы совместной работы неприязнь? Но Ариана лишь лениво смотрела на Джуди, словно та была экспонатом кунсткамеры — странным, забавным и чуть пугающим.