Волшебная больница Святого Владимурра

Глава 1

Все события – выдуманные.

Все совпадения – случайны.

В.Миш

Глава 1

«Волшебная больница Святого Владимурра названа в честь хирурга-волшебника Владимурра Российского, возглавлявшего отделение хирургии более ста пятидесяти лет»...

На этом моменте я сделала остановку и глубоко вдохнула, чтобы унять разгулявшееся сердцебиение.

- Так. Допустим... Волшебник, значит. А что? Логично! Больница-то волшебная. Рэй сразу предупредил. И основал ее, соответственно, хирург-волшебник. И нечему удивляться!

Я принялась читать дальше.

«Владимурр Иванович отличался гуманными и продвинутыми взглядами ... В отличие от других врачей в Междумирье, он помогал всем существам, обратившимся за помощью, на безвозмездной основе. Что и легло в основу кредо больницы: «Помоги ближнему своему». Вероисповедание и форма жизни не важны»...

Перед глазами появились разноцветные звездочки, и текст буклета размылся. Опять переволновалась.

Я хлюпнула носом.

Так, Жюлька, спокойно. Возьми себя в руки.

Спокойно! Всё страшное – позади!

Нужно успокоиться.

Ничего удивительного, что здесь, в тепле, на меня накатило осознание. Столько всего мы пережили за это утро, что вся жизнь пронеслась перед глазами.

Мы были на волоске от смерти. Я и Темка, мой самый любимый в мире малыш.

Мой сыночек. Мог умереть или попасть в лапы к неизвестным!!!

Стоит успокоиться, чтобы меня не приняли за истеричную особу. И спокойно дочитать буклет.

На который только что капнула предательская капля.

...Всего полтора часа назад Рэй отбивал нас от преследователей. Полтора часа назад мы могли не выйти из медицинского центра. Не этого, другого. Куда я по глупости повела Темку на обследование. И это нападение выглядело жутко! Рэй, в прямом смысле, порвал на куски четырех мужиков в черном.

А ведь у них были автоматы.

Я снова сделала глубокий вдох. Трудно представить, чтобы было бы со мной и Темкой, если бы не отбились.

Нервы пошаливали, и мне требовался хороший глоток успокоительного. Или коньяка.

Вот только Теме намного хуже – на фоне нападения случился очередной приступ. И сейчас, пока я сижу в коридоре и пытаюсь выяснить, куда мы вообще попали, его обследуют сразу три профессора.

Слово «реанимация» произнесено не было, но я поняла, куда в срочном порядке оттащили на каталке моего сыночка.

Боже, пусть всё обойдется! Пусть нам выпишут таблетки и отпустят домой!

Волшебная больница для неведомых существ – это явно перебор.

Хотя Рэй, когда вез нас сюда, честно признался, что сейчас для меня и сынишки больница – самое безопасное место.

Хотелось ему верить. Он спас нас и верить ему я должна.

И всё-таки, здесь, в широком светлом холле, с безучастными белыми стенами и бордовыми диванами, мне было некомфортно. Особенно было неприятно ловить сочувственные взгляды медсестер, которые то и дело выглядывали из-за поста.

- «Площадь больницы занимает сто акров»...  – вернулась я к буклету.

Ах, да это последняя страница. А я не дочитала то, что написано на первой.

Ослабшими пальцами перевернула буклет.

«Дети и детеныши до семи лет могут сопровождаться одним родителем по желанию... Им предоставляется кровать и бесплатное питание».

- Мамочка! Джульетта Ивановна! – надо мной нависла тень медсестры с папкой в руках, - Для госпитализации необходимо согласие второго родителя. Сможете попросить подписать заявление? Или хотя бы пусть устно скажет, что согласен – я запишу на диктофон.

- Зачем?

Никогда не слышала, чтобы для лечения спрашивали согласие обоих родителей. Как будто кто-то может быть против.

Бред какой-то!

- Таковы правила, - медсестра пожала плечами. Молоденькая девушка лет двадцати пяти с рыжими кудряшками, -  Так как наша больница находится между мирами, то разумно предупредить отца, что сын какое-то время будет вне зоны доступа.

- Мне казалось, телефон здесь ловит, - пробормотала я, потянувшись к карману куртки.

Буквально пять минут назад звонила навязчивая реклама с предложением бесплатной юридической помощи.

- Ловит только в холле, - терпеливо объяснила медсестра. Я пригляделась к бэйджику на левой груди. Эллен Гардиа. Красивое имя, - А когда вас переведут в палату, вы попадете в другой корпус. И с электронными гаджетами и всякими телефонами там туго. Не ловит. Совсем.

- Почему? Заглушка стоит?

- Да, в некотором роде. Для уравновешивания лечебных магических потоков принято решение стабилизировать внешнее электромагнитное излучение. Поэтому никаких лишних частот.

- Ясно! – ошеломленно пробормотала я.

Глава 2

Больница как больница. Ничего особенного в ней нет. С виду. Вот только медсестры ходили почему-то в халатах разных оттенков рыжего - от апельсинового до абрикосового. А врачи внушали страх. Беспричинный. Хотела бы я списать всё это на излишнее волнение и мнительность, но не могла. Я чувствовала исходящую от них опасность и вжимала голову в плечи.

Причем, получалось это непроизвольно. Стоило только заметить фигуру в белом халате.

Воды я наливала себе целых два раза. Бросила пустой стаканчик в стоявшее рядом с кулером ведро и вдруг спинным мозгом почувствовала неладное.

Страх, еще более липкий и удушающий, чем раньше, прополз по позвоночнику.

Да что же это такое?!

Подняв голову, с удивлением заметила высокого крепкого мужчину в ярко-желтом костюме врача. Перехватив мой взгляд, он кивнул, здороваясь, и невозмутимо прошествовал к медицинскому посту.

Я с облегчением выдохнула. Пронесло.

Медленно двинулась к холлу, раздумывая над своими ощущениями.

И всё-таки нервы расшатались знатно. После утренних событий, это неудивительно. И всё же! Видеть в каждом враче опасность – это, кажется, паранойя. Или даже шизофренией попахивает с манией преследования.

А я совсем не похожа на шизофреничку! Так что стоит подумать о чем-нибудь приятном и расслабиться.

Вот только у судьбы оказались на меня иные планы.

- Мамочка Крутецкая! – звонко выкрикнула незнакомая медсестра в очках и с черным каре, и махнула рукой, - Подойдите.

К медицинскому посту я шла на несгибаемых ногах, как на плаху. Всё-таки этот страшный мужчина в желтом пришел по мою душу. И пообщаться с ним придется.

А так не хочется!

Холл казался таким большим и огромным, но пересекла я его быстро. Мужчина в желтом что-то деловито писал на листке, облокотившись о стойку. И, по-видимому,  давал указания рыженькой медсестре – Эллен, потому что та раскраснелась, и постоянно кивала.

О чем они говорили, мне было неслышно. И врач замолчал, когда я приблизилась.

Он искоса взглянул на меня, написал еще что-то в листке и протянул его Эллен.

- Ясно? Если не получится, зови Григория. Поставить всё в такой последовательности – важно!

- Да, Иннокентий Иванович, - кивнула медсестра и пулей вылетела из-за стойки.

- Теперь вы! – обернулся он ко мне и сдвинул брови. Выглядело это так, будто он угрожает мне. Сама не заметила, как испуганно сделала шаг назад. Мужчина был выше головы на две. Мощный разворот плеч, сбитая крепкая фигура – вроде бы всё правильно, всё обычно. Но он подавлял одним своим присутствием, и я боялась лишний раз пикнуть.

- Нам нужно уединиться. Обсудить кое-что... – сказал он с намеком.

Обсудить! Не значит ли это?...

В панике я подалась вперед, забыв про свой страх перед мужчиной.

- С Темкой всё в порядке? Он очнулся?... Что с ним?...

- Всё в порядке. Лежит под наблюдением. Спит. Успокойтесь. Файра, дай ключи от перевязочной. Там поговорим.

- Вот, Иннокентий Иванович, - вторая медсестра с готовностью положила ключ на стойку.

Мужчина увлек меня в самый конец холла к двери, на которой висела табличка «Перевязочная».

Страх испарился. Теперь я с нетерпением ждала, когда мы останемся наедине. Я должна всё выяснить. Всё узнать.

Не просто так он увел меня от лишних ушей.

Что случилось с сыном? Почему его так долго наблюдают? Ему плохо? И даже таблетки не помогают?

Есть ли вообще надежда вылечиться?

Ох, много вопросов скопилось в моей голове и требовало ответа.

- Садитесь! – мужчина кивнул на железный стул у письменного стола в углу комнаты. Здесь было пустынно и холодно. Несколько железных шкафов с медицинским инвентарем, длинная серая кушетка посредине. Ширма. Какие-то тумбочки с лекарствами и бинтами.

Тусклый белесый свет добавлял заключительный штрих к безрадостной атмосфере. Да уж, не слишком приятное помещение.

Мужчина сам сел по другую сторону стола и сложил пальцы замком.

 - Меня зовут Иннокентий Иванович Зойдес, я - заведующий хирургического отделения. Именно там лежит сейчас ваш сын. И так, как его ситуация отнюдь не рядовая, хотел бы прояснить несколько вопросов. Вы знали, что внутри вашего сына стоит зажим?

- Что?

- Зажим. Вот здесь... – он дотронулся до места под нижним левым ребром, - Не видели никогда?... Такая кругленькая серенькая железка, как кольцо. Зажим мешает правильно циркулировать энергии по организму, и вызывает застой желчи и мочи. Отсюда все проблемы. Понимаете?

Пару секунд я пыталась осознать услышанное. Железка. Стоит. Внутри моего сына!

Ужас!

- Но... Откуда он там взялся? Кто его поставил?!

Мысль о том, что внутри сына стоит какая-то железка, мешающая циркуляции энергии, чуть ли не лишила чувств. Меня охватила злость и ликование одновременно. Так вот в чем проблема! В чертовом зажиме!

Глава 3

На медицинский пост я глянула исподлобья и с большим подозрением. Лисички, значит? Эллен будто прочитала мои мысли и вопросительно подняла голову.

Я криво улыбнулась ей и плюхнулась обратно на бордовую банкетку.

Эмпаты? Ну-ну...

В голове творился хаос. Я пыталась осознать, что мир вокруг – не тот, к какому я привыкла. И что в нем могут жить существа, о которых раньше я читала только в книжках. Или видела в кино.

Мир оказался шире и разнообразнее. Не ограничивался одной Землей, имел другие виды и касты.

Касты! К одной из которых принадлежит мой сын.

- Вот гад ползучий! – искренне выругалась я, припомнив Андрея.

Мою самую большую любовь. Любовь, которая не выдержала проверку и провалилась через полгода. Всего полгода, а каковы последствия!

Но я ни о чем не жалею. Итак, ждала своей большой и всепоглощающей любви слишком долго.  Аж до тридцати лет. Не хотела размениваться по мелочам и связываться «не с тем мужчиной».

Мама попрекала меня этим, говоря, что своего мужчину можно ждать вечно, а детородный возраст ускользает. Подружки сочувствовали и пытались свести меня с любым здоровым и работающим парнем. Я ходила на бесконечные свидания, терпела глупые разговоры и дурацкие романтические фильмы, на которые никогда не пошла бы сама.

И всё ради того, чтобы выйти замуж вовремя.

Однако, судьбу не обманешь. И когда в очередное свидание я с досады отлучилась в дамскую комнату – собеседник попался ну очень скучный и дотошный, на выходе из зала меня и перехватил Андрей.

- Такая очаровательная девушка не должна скучать, - первая фраза прозвучала банально, но он сопроводил ее такой самоуверенной улыбкой, что я сама не знаю, почему остановилась у его столика. Самого крайнего.

Красивый статный мужчина с блестящей копной коричневых волос и с умными проницательными глазами. В светло-желтом пуловере и джинсах. Перед ним стояла полная чашка с кофе, еще с пенкой. Посреди которой было нарисовано сердечко из корицы.

- Можно я вас украду?

Каюсь, такие предложения мне еще не поступали. Я изумленно приподняла бровь.

- Зачем?

- Вы мне понравились, - доверительно сообщил незнакомец, - И я не могу вас отпустить, даже не попытавшись познакомиться.

Не знаю, что меня в его поведении покоробило: то ли слишком явный интерес к моей персоне, который я расценила как неподобающий, то ли еще что-то.

- Не самый лучший способ! – отбрила его я и ушла в дамскую комнату.

Там я накрасила губы блеском, расчесала волосы и не на шутку призадумалась: а зачем я, собственно, отказалась?

Мужчина очень симпатичный. Опрятный. Не бомж, раз сидит в довольно дорогой кофейне. Сам инициирует наше знакомство, что для мужчин в современном мире – вообще, редкость. Все свидания последних двух лет устраивали мне девчонки.

Иногда мне казалось, что мужчины стали действовать по принципу: «я – весь такой хороший сам из себя, кому бы подарить сей подарочек»?

А тут, человек сам приглашает на свидание. Причем, в весьма любопытной форме – сбежать с другого, нудного свидания.

И между делом признается, что я ему нравлюсь.

- Джулька, что ты делаешь? – уставилась я на свое изображение в зеркале, - Зачем отказала?

Настроение упало ниже плинтуса. Вот так, одним махом, я испортила себе жизнь. Может быть там, за чашкой кофе сидела моя судьба!

А я спугнула её.

Его!

Когда спустя пятнадцать минут я вошла в зал, судьба, как оказалось, расплатился и ждал меня, положив кожаную куртку на стол.

- Идем? – сверкнул глазами он, и протянул руку.

Как в фильме, как в романтической книжке – просто взял меня за руку и повел вон из кафе.

И в тот момент в сердце что-то приятно защемило.

Было невозможно отказаться. Даже сейчас, спустя почти три года, я не смогла бы переиграть наше знакомство. Оно должно было состояться. Именно так.

Иначе...

- Вы что, плачете? – вторая медсестра, с ровным каре по подбородок и в очках, стояла напротив меня и с жалостью протягивала коробку с салфетками, - Возьмите. Да не волнуйтесь вы так. Всё будет хорошо. У нас работают самые лучшие профессионалы своего дела... Вот... Да, и под правым глазом вытрите. Тушь подтекла... Да, вот здесь. Джульетта Ивановна, я хотела провести вас к анестезиологу. У нее есть пара вопросов. Если вы успокоились, пойдемте.

- А лечащий врач? – спохватилась я, когда медсестра с бэйджиком Файра Коданс уже тянула меня к какому-то кабинету.

- Он подойдет позже. Они все ушли на срочную операцию. Нет, не к вашему сыну. По скорой привезли.

- А, ну тогда ладно, - почти успокоилась я и вошла в кабинет.

Здесь было также холодно и одиноко. Стояли шкафы, тумбочки, кушетки. Светлые безликие стены, бледный свет из продолговатых плафонов. И никого.

Глава 4

Мы поднялись на лифте на четвертый этаж. Потом шли по длинному долгому переходу. Стеклянному. Снаружи ничего не было видно из-за густого тумана, который буквально облизывал переход со всех сторон. Свет лился такой тусклый, что с трудом удавалось сообразить,  день сейчас или ранний вечер.

Мы перешли в другой корпус с ровно такими же пустынными бело-желтыми коридорами. Спустились на лифте на второй этаж и потом снова куда-то шли.

Очнулась я только перед дверью с красивой табличкой, на которой были нарисованы черный и красный чемоданы. Медсестра деловито приложила указательный палец к сенсорной панели справа, и дверь щелкнула замком.

- Чемоданная, - пояснила Эллен, - Здесь вы можете оставить в выделенной ячейке все свои вещи на время лечения. В палаты брать их запрещено.

- Но у меня нет вещей, - я приоткрыла куртку и даже вывернула карманы брюк, - даже сумочки нет. Всё осталось в клинике. Со мной только то, что надето, и телефон.

- Вот всё это снимите и сложите в ячейку 351. Заходите внутрь, я поясню.

Мы вошли в комнату. Все три стены занимал огромный бежевый шкаф со множеством железных ячеек. В дверце каждой была плоская сенсорная панель.

- Приложите указательный палец к ячейке 351. Когда она откроется, положите на полку телефон. Тогда включится режим ожидания, и вы сможете спокойно переодеться.

Я с самым ошалелым видом уставилась на медсестру.

В комнате, кроме этих ячеек, а также пола и потолка, ничего не было.

- Во что переодеться?!

- В специальную больничную одежду, - Эллен взмахнула рукой, и позади меня прямо из воздуха материализовалась кушетка, на которой лежали какие-то свертки, - Здесь подобран домашний костюм, пижама и нижнее белье по вашему размеру. Шлепки, домашние туфли и кеды. Всё это одноразовое, и утилизируется после выписки. Так что не беспокойтесь, никто до вас одежду не носил. В палате, которую вам выделили, есть все необходимые гигиенические средства. Без зубной пасты и расчески не останетесь.

- Спасибо!

К такому супер сервису я оказалась не готова.

- То есть всё снимать и складывать на хранение? – недоверчиво спросила я.

Даже в Турции бесплатно на время выдают только халаты и полотенца. А здесь – прямо полностью обеспечивают, с головы до ног!

Что-то нереально волшебное тут творится!

- Да. Я подожду снаружи. Как сложите вещи, просто захлопните дверцу. Она запомнила отпечаток вашего пальца и ауры. Никому другому не откроется. Броня!

- Обалдеть!... То есть, спасибо!

Я подождала, когда Эллен выйдет за дверь, и стянула куртку со свитером.

И чем тут нас волшебная больница удивляет?

Я развернула первый сверток. Домашний костюм и футболка. Минуту пыталась понять, почему велюровый костюм коричневого цвета из сто процентного хлопка считается одноразовым. Пощупала его, повертела. Хорошая, добротная вещь!

Им его лень стирать, что ли?

Еще больше я удивилась хлопковому белью и фланелевой пижаме. И если белье было нейтрального бежевого цвета, то пижама оказалась светло-розовой да еще с принтом из снежинок.

- Миленько! – я переоделась в костюм, а оставшиеся вещи упаковала обратно, - А кеды действительно моего размера?

Что и говорить, они оказались впору.

- Вы там скоро? – постучали в дверь.

Кажется, я успела исчерпать ангельское терпение Эллен. Слишком долго переодевалась и рассматривала чудо-вещи. Мне они, в самом деле, показались прелюбопытными. Например, шлепки оказались в тон домашнему костюму. Как и кеды – коричневые с бежевыми вставками по бокам.

Аккуратно сложив вещи в ячейку, захлопнула ее.

- Кирилл Иванович уже прошел в ваше крыло. Обход, а ваша палата в самом начале, - обеспокоено сообщила Эллен и потянула в сторону очередного коридора, - Не стоит заставлять его ждать.

Палата оказалась современной и весьма оборудованной. На двоих. Вернее, не так. Под каждым номером был бокс, разделенный на две комнаты. В каждой комнате лежал родитель с ребенком. Душ был один на две комнаты, также в помещении перед комнатами располагался холодильник.

- Для передачек? – усмехнулась я, вспомнив роддом.

- Нет, - Эллен провела меня в свободную палату и закрыла распахнутое окно. К слову, за окном ничего не было. Совсем ничего! Даже не по себе как-то стало, - По вечерам мы предлагаем кефир или ряженку. Можно не пить сразу, а поставить в холодильник и выпить перед сном. Или если на полдник выдаются глазированные сырки. Их тоже лучше хранить в холодильнике, сами знаете.

- Ясно. То есть передачки передавать запрещено?

- А зачем они вам? – Эллен поправила покрывало на односпальной кровати, - Вас всем обеспечивают, кормят. Вы приехали не на курорт, а на лечение. Незачем отвлекаться на постороннее, или кушать неизвестно что. Так что ... Вы пока обустраивайтесь, и ждите Кирилла Ивановича. А я пойду.

- Хорошо. Спасибо, Эллен!

В палате было уютно. Как раз после слов медсестры я и провела параллель. Номер в гостинице и палата в больнице выглядели одинаково. Бежевые шторы, прозрачная белая тюль. Одна односпальная кровать. Детская кровать – без перил, зато с низкими продолговатыми бортиками, чтобы ребенок не вывалился. Стол деревянный и один стул. Весьма простенький, но чистый и новый шкаф. Пока я раскладывала вещи по полкам, не могла отделаться от мысли, что нам с Темкой нереально повезло.

Глава 5

... - Странности начались в то лето, когда родился Тёма. Я уже позабыла о том случае, а ведь именно тогда случилось первое чудо. Мы выжили. Мы выживали с ним постоянно, изо дня в день, противясь судьбе и злому року. Георг бросил меня на втором месяце беременности. Я была вынуждена научиться выживать. Не потому, что хотела или чувствовала себя матерью-героиней. Нет. Я мечтала о семейном уюте, жизни с любимым человеком и теплой постели по утрам. Но так получилось, что мы остались вдвоем в грубом и жестоком мире. И не было никого, кто мог бы вступиться за нас...

Я замолчала, подавляя слезы. Женщина в белом халате, внимательно вглядывалась в лицо и постукивала карандашом по столу.

- Вы говорили про странности. Что это было?

- Ах, да, - раскрыв сумочку, я достала пачку одноразовых бумажных платочков. Высморкалась, - Мы были на даче у родителей. Тёма засыпает плохо, спит мало. Но я нашла способ укачивать его – вывозила в коляске на дорогу и катать вдоль забора. Там у нас насыпь асфальтовой крошки. Получается такой звук интересный, когда катаешься, словно ты в карете едешь...

Я остановилась и снова вдохнула, чтобы успокоиться.

- Погода была хорошая, и я решила проехать вверх по улице. У нас там склон, мы живем в низине. А я поехала с коляской наверх. И вот там, уже через несколько участков от нас, откуда-то со стороны леса вышли две бездомные собаки.

- У вас часто такое случается? – женщина что-то фиксировала в своем блокноте, - Вы боитесь собак?

- Нет. Вовсе нет! – я энергично закивала головой, - Но в тот момент я подумала: мы далеко от нашего участка. Собаки подозрительные и крупные, могут напасть. А они вышли, понюхали что-то и направились прямиком к нам. И тогда мне стало страшно. Не за себя, за Тёму. Вдруг они, в самом деле, нападут? А у меня с собой ничего нет – ни зонтика, ни палки. Нечем дать отпор, понимаете?  И родители за несколько участков от нас. Не услышат, если я их позову.

- Так...  – женщина поощрительно кивнула: - И что же было дальше?

- Откуда-то из кустов вынырнул волк. Честное слово, настоящий волк. Как в фильмах на Би-би-си.

- Часто смотрите?

- Да нет. Пару раз попадала.

- И что с этим волком было не так?

- Он прыгнул наперерез между коляской и собаками и зарычал на них. Прогнал.

- А вы что? – женщина участливо наклонила голову. Выслушивать самые разные бредни – было ее профессией, - Тоже испугались?

- Нет. В этот раз нет. И это странно! – я зябко пожала плечами, - Он был таким огромным, настоящий серый волчара. И пасть с мою голову! Но я не испугалась. Когда увидела, что он отогнал собак, каким-то десятым чувством поняла – нам он не причинит вреда.

- Понятно!... А еще какие-нибудь странности были?

- Много! – я с воодушевлением выпрямилась на стуле, - В другой раз, Тёма чуть было не упал с дивана... – случайно мазнув взглядом по навесным часам, я испуганно ойкнула и вскочила:

- Простите. Что-то я заболталась. Час прошел. Я его в игровую комнату сдала на первом этаже. Нужно забирать!

- Идите! – мягко ответила женщина и написала что-то на бумажке, - В той аптеке, о которой я вам говорила, купите это лекарство. Поможет от всех странностей. А на следующей неделе снова приходите. Разберемся до конца с вашими собственными опасениями.

Я тогда трясущимися руками взяла листок с рецептом и молча кивнула.  А на пороге не выдержала – резко обернулась:

- Думаете, я схожу с ума? Мне нужно лечиться?

- Нет, это всего лишь витамины, - женщина сцепила руки в замок, - вполне вероятно, что у вас тревожное расстройство. И с учетом сложных жизненных обстоятельств,  недавних родов, вы иногда видите всё в черном цвете. Вы не думали, что те собаки хотели с вами поиграть?

Я вспомнила стекающую с пасти рыжей псины белую пену, и отрицательно качнула головой:

- Нет. Они явно замышляли недоброе.

- Собаки? – подчеркнула женщина и мягко улыбнулась: - До следующего четверга, Джульетта Ивановна.

Я меняла психологов три раза. Выбирала только женщин в надежде, что они поймут – я не безнадежная особа с манией преследования. Я – мать. И опасности, грозящие моему малышу совершенно не выдуманные. Реальные. Как тот случай с диваном.

Мы были в поликлинике в грудничковый день. Темке исполнилось полгода, и он научился садиться и немного ползти. И, конечно, я не собиралась оставлять его одного на диване у стойки администратора. Нет. Я сидела рядом с ним и терпеливо ждала, пока нам поставят штампы на бумаги – в этот раз отправляли на консультацию к урологу, да еще узи нужно было сделать в другом филиале – в общем, бумажек накопилось порядочно, и все их нужно было зарегистрировать и оформить. Не знаю, почему администратору захотелось уточнить причину направления. Всё было написано ясно и понятно, но ей захотелось. А Темка так спокойно сидел на диване и насасывал хвостик резинового щенка, что я без задней мысли поднялась и отошла всего лишь на секунду.

На одну десятую сотой секунды, чтобы ткнуть пальцем в графу и пояснить, что мы только на консультацию.

Я никак не предполагала, что в этот момент произойдет странное – Темка отбросит щенка в сторону и целенаправленно решит завалиться вперед и удариться, так сказать, носом об плиты.

Глава 6

Я не могла поверить своим глазам. Как, как такое возможно? Он же попрощался с нами тогда в холле больницы, и ни словом не обмолвился, что будет работать здесь. Да и не врач он, насколько я поняла.

Ищет детенышей в беде – так мне сказали. А кто обычно ищет? Полиция или детективы. Почему-то я сразу отнесла Рэя к этой категории и даже мысли не допускала, что ошибаюсь.

- Приятное совпадение, правда? – мужчина слегка нахмурился, - Удивлена? И я не меньше. Никогда не возглавлял что-то такое большое... То есть я вообще никогда не руководил. Полевая работа – это одно, а вот больница – это...

Он взмахнул руками, обрисовывая огромный шар.

Папка выскользнула, со смехом он подхватил ее у бедра.

- Ну, ладно. Чего сразу обо мне. Рассказывай: как тебе больница? Слышал, операция прошла успешно. Кир мастак в своем деле. Он любому что хочешь пришьет!

- Рэй, подожди! – я подошла ближе к мужчине и заглянула в глаза: - У меня голова кругом, и даже в глазах звездочки. Ты должен мне рассказать. Всё. Иначе я изведусь и напридумываю себе что-нибудь невероятное.

- Например, что? – мужчина усмехнулся, но в глазах блеснуло напряжение.

- Что ты преследуешь нас. Если утром ты просто выполнял задание и ликвидировал этих варрей... То сейчас – я в полном шоке. Это что-то невероятное. Ты и главврач. Прости, если это прозвучало непочтительно, но... у тебя хоть медицинское образование есть?

- Нету, - честно ответил он, - Джульетта, чем ты недовольна? Я тебе говорил, что пока не узнаю, кто дал заказ варрям, тебе лучше переждать в больнице. Сюда они не проникнут. Запрос на идентификацию тел я отправил. Мы выясним, кто заказчик вашего похищения... А насчет должности. Так странно получилось: когда я приехал с дела в контору, шеф вызвал к себе и показал бумагу... Она спустилась сверху, и в ней говорилось, что я назначен главврачом. Вот так. Сразу и бац! Руководитель одной из крупных больниц в Междумирье. Для меня это тоже сюрприз! Шеф сказал, что впервые на его памяти обычного следака назначают управленцем. Да еще и в другой области. Я ведь в медицине ни черта не смыслю. А бумага пришла, и мы подчинились.

- То есть утром ты не знал, что будешь работать здесь?

- Неа. Даже не догадывался. У меня на вечер вообще другие планы были... – как-то легкомысленно отмахнулся он.

- И какие же? – с подозрением уточнила я.

И оказалась права. К чести Рэя, он не соврал. Лишь с легким смущением признался:

- Вас проведать.

И так посмотрел, что мне вконец стало неловко. Он ведь из-за сына интересуется, верно? Переживает. Рэй нес его на руках до машины, переспрашивал, часто ли у сына случаются обмороки, и костерил этих варрей на чем свет стоит.

- Но зачем?  - теперь смутилась я, - То есть, мы итак благодарны за спасение и помощь... Совершенно необязательно было беспокоиться и...

Я не знала, куда деть глаза. Мы добавили прилично проблем ему этим утром. Не без потерь он вышел из этой стычки. Несколько пуль задели по касательной. И хотя он был в теле волка, и регенерация у них, по его заверениям, хорошая, всё равно пострадал. Я видела кровь, когда он размещал Темку на заднем сидении лэнд-ровера. И теперь чувствовала вину. Ведь это из-за нас он тогда изменил маршрут и примчался в город. Из-за нас оказался втянут в драку.

Рэй перебил, взяв меня за руку.

- Знаешь, Джули, я должен признаться. Только не суди строго, я и сам понимаю, что дал лишку. Хотя, нет, не дал. Так может показаться со стороны. И если не знать, что стоит на кону.

- Та-ак! – я подозревала, что день принесет еще сюрпризы. Но никак не ожидала, что такие.

- Да, - Рэй нервно взлохматил короткий ежик черных волос, - Она говорила, что Темка – баресс. Поэтому я не мог спокойно смотреть на то, как его уничтожают. Или, еще хуже – заберут варри и заставят служить темным силам. В общем, прости меня, Джули, но все эти два года я следил за вами. Издалека, не вмешиваясь... почти! я всегда находился где-то рядом.

- Ты охранял нас?

- В некотором роде, - а сам смотрит исподлобья и скромно улыбается. Конечно, защитничек!

Он думает, я буду счастлива. Брошусь на шею от радости или завизжу как девчонка. Боже мой, нас спасли от стольких напастей!

Только непонятно, почему не спасли от самой важной?

- Тогда какого черта поставили зажим? – я не удержалась и легонько пихнула Рэя в грудь, - Почему ты допустил это? Почему не проследил?!! Ведь из-за этой железяки, мы так страдали эти два года. А ты был рядом и молча смотрел?!

- Она приказала не вмешиваться без необходимости, - стушевался мужчина и перехватил мою руку, снова норовящую его пихнуть, - Подожди, Джули, не спеши. Всё не так, как ты думаешь. Я – не враг, и на вашей стороне. То, что зажим поставили – я, честно, не знал. Кир сказал, эту операцию провернули в роддоме, когда мальчишка родился. А я вправду не знал!.. Да, поверь мне! О Темке узнал только через две недели после его рождения. И сразу примчался к вам. А у вас порталы на Земле нестабильные... – покачал головой он, - Знаешь, как неудобно следить?

- Что-то не вериться. То есть был рядом, но не знал, когда Темка родится? – я скептически подняла бровь, - Кстати, о ком ты говоришь? Кто такая - она? И о чем она могла тебе сказать? Кто такие барессы?

- Провидица нашей касты. Волкулара... – тон Рэя стал уважительным и восхищенным одновременно, - Она следит за звездами, знаками судьбы и сплетением человеческих судеб. Если те связанны с нами. Она обычно предвещает о рождении истинных пар, о катаклизмах и переворотах в других кастах.

Глава 7

Каталка въехала в палату в половине одиннадцатого. Они задержались, и, причем, сильно. Эллен снова приходила и успокаивала – операция прошла успешно, с сыном всё хорошо. Нужно только понаблюдать, не будет ли у него побочки. За ним наблюдают три врача и даже сам Олег Иванович. Ничего плохого под их наблюдением не случиться, не нужно переживать.

 - Какой такой побочки? – спросила я напряженно.

- Вы разве не читали, когда подписывали первое согласие? – взмахнула длинными ресницами девушка, - Вялость, сонливость, сыпь, потеря памяти...

- Чего потеря?! – если при первых симптомах я еще вяло кивнула – что такое читала, то про потерю памяти ничего в согласии не говорилось.

Или я просто не дочитала этот пункт.

- Не волнуйтесь. Обычно этот эффект кратковременный.

- И всё-таки... А если он меня не узнает?

- Вот врачи и ждут, когда он проснется, чтобы проверить первичные реакции. Понимаете, он, как прибыл в наш мир вместе с Алёной Игоревной, так и не пробуждался больше. И неясно, пострадало что-нибудь при переходе, или нет.

- То есть он в коме?! – спросила я самое страшное.

- Нет, просто спит. Лечебный сон. Такое бывает, если резкий прилив магических сил. А он произошел – в операционной была такая вспышка, вы бы видели! Мы на пару секунд ослепли все. Теперь организм пытается справиться с новоприбывшей силой и выстроить потоки. Это чтобы правильно функционировать. Поймите, сон в таком случае – самая первая помощь. А наши организмы сами знают, как себе помочь. Поэтому и есть у врачей такой принцип: «Не навреди!». Во сне детки выздоравливают, во сне и магические вертикали выстраивать проще.

- Да, но всё равно... Что-то долго он спит. Как бы эти вертикали его не испортили... – пробормотала я, совершенно сбитая с толку.

И вот теперь, после нескольких часов тревожного ожидания, в палату въехала каталка с сыном.

- Темка! – я бросилась к любимому комочку. Тому, кто был самым важным существом на свете, - Как ты, котенок?

- Амммаааа... – протянул жалобно он и вдруг блеснул на меня зелеными глазами.

Ослепил прямо! Это было так неожиданно, что я подпрыгнула у каталки и вопросительно взглянула на медсестер. Девушки потупились, и ничего не сказали.

Ясно. Первая странность, к которой следует привыкнуть – у моего сыночка мерцают глаза. Ярко-зеленым неоновым светом.

А что, наверное, это не самое страшное в жизни. Подумаешь, вот были нормальные глаза, а потом вдруг замерцали. А теперь снова погасли и выглядят как обычно.

...В садике дети испугаются, наверное. А может, нам и не нужно идти в обычный садик? Поищем что-нибудь в Междумирье. Или в какой-нибудь магический мир попросимся, как Нора.

- Мама! – вдруг четко выговорил сынок и сел на каталке, подтянув одеяло к груди, - Я скучал по тебе, мама.

Словами не передать, что я ощутила! И радость, и недоверие – ведь раньше Темка говорил лишь междометиями, а меня называл ама или ма, и страх, что сейчас что-нибудь случится, и он снова разучится говорить. Целую гамму чувств, ярких и противоречивых.

Вместо ответа, крепко обняла сына. Прижала к груди и пообещала себе, что всё самое страшное позади. Теперь у нас начнется новая жизнь. А всё, что омрачало ее раньше, мы переживем.

- Как ты себя чувствуешь? – заглядывая в его зеленые, ставшие теперь уже обычными глаза, я искала в них магию.

Мой сын – оборотень. Так в чем же различие?

- Хорошо, - ответил сынишка совершенно чисто и без запинки.

Я снова чуть не расплакалась.

- Мамочка, помогите переложить сына на кроватку, - вернула меня к действительности Эллен и откинула одеяльце, - Давайте аккуратненько! Вы держите за ноги, мы переносим туловище...

- Я сам! – вдруг бодро ответил сынок и, блеснув глазами, перескочил с каталки на детскую постель.

Секунду все ошарашенно молчали. Я – потому что не знала, правильно ли поступил Темка, и стоит ли его отругать за самоуправство. Он у меня шкодливый ребенок, это ясно. Но разве не должен он лежать в полудреме? О чем-то таком мне говорили с самого начала.

Или я всё неправильно запомнила.

Медсестры стояли, разинув рты.

- Вот это да! – выговорила, наконец, Эллен, - Шесть часов с операции прошло, а он носится по кроватям. Так не бывает.

- Может, у него уже всё зажило?  - робко поинтересовалась я, наблюдая за сыном – он лег на кровать, вытянул ноги, накрылся одеялком – всё чин-чинарем, и теперь водил рукой по светло-желтой стене и царапал ее ногтем.

- Ну да, как на кошке!  - недоверчиво фыркнула медсестра с черным каре и поправила очки, - Не позволяйте ему прыгать. Шов разойдется. Так нельзя! Видимо, анестезия отошла, и у него прилив сил...

- Не было анестезии, - перебила Эллен и покачала головой: - Он должен валяться в кровати чуть живой. То есть без сил!

- Кирилл Иванович разберется! – медсестра повернулась бейджиком и я прочитала – Файра Коданс. Надо бы запомнить непривычно имя, раз медсестра в паре с Эллен тоже следит за нами. – Мамочка, вы меня слышите? Если шов разойдется, придется повторно зашивать. Вы этого хотите?

- Нет! – ответили мы с Темкой хором и озадаченно переглянулись.

- Тогда лежи смирно! – погрозила ему Файра пальцем, - Ужинать будете, мамочка? Вы не заходили в столовую. Нам сказали. Так дела не делаются. Кушать надо, чтобы силы были. Вы ведь человек. Принести вам в палату?

Глава 8

Четверо мужиков бандитского вида держали нас на пушке. Автоматы были самыми настоящими – это я поняла сразу, хотя вживую видела подобное оружие впервые. На их лицах были натянуты тканевые маски, а волосы скрывали капюшоны. Один из мужиков был в черном строгом костюме. Главарь, наверное, - отвлеченно подумала я.

Темка заорал. Мне было страшно не меньше. Но что я могла поделать?

Вот и Темка затих буквально через минуту. Уткнулся в плечо, и едва слышно постанывал.

Помещение было большим и серым, и чем-то напоминало парковку. Вот только ни одной машины в ближайшей видимости не проглядывалось. Тусклый свет вытянутых ламп, какие-то нанесенные желтой краской знаки на стенах, несколько едва заметных дверей – обычное складское помещение, в котором почему-то ничего не хранится, и куда, я уверена, не заглядывают годами.

Стало совсем не по себе.

Нас здесь не найдут. Определенно!

- Отдай ребенка. И можешь идти на все четыре стороны, - хрипло каркнул один из мужиков.

Я упрямо качнула головой и прижала крепче Темку. Зачем он им? Хотят украсть ребенка и пустить его на органы или в рабство? Только через мой труп.

И он здесь, по-видимому, скоро появится.

Блин, во что же мы влипли?!

Я затылком чувствовала тяжелый взгляд врача. Только автоматы, наведенные на нас, удержали от резкого слова или действия.

Как она могла так поступить? Почему?!

Будь мы в помещении, я попыталась бы сбежать. Спрятать сына, отвести им глаза. Ну, хоть какую-то попытку спастись предприняла.

Здесь же нет вариантов. Только получить пулю в лоб. А мешкать они не станут – в миг пристрелят, вон какие страшные громилы.

Да, мы не выстоим против вооруженных людей. Нам крышка.

- Зачем он вам? – громко выкрикнула я.

Нужно тянуть время. Обязательно тянуть и не сдаваться. Пусть я и не понимала, зачем. Меня застрелят, Темку похитят – без вариантов.

- Не беспокойся, милая. Мы не причиним малышу вреда, - улыбка врачихи-предательницы походила больше на оскал, - Отдай ребенка добровольно, и жертв не будем. Мы не заинтересованы в конфликте.

- Но зачем он вам? – упрямо настаивала я.

А сама тем временем плавненько подбиралась к ней поближе. Приглядывалась и пыталась просчитать варианты. С виду Изольда Тихоновна женщина не особо крепкая, лет пятидесяти. Получится ли у меня взять ее в заложники?

Сначала нужно отпустить на пол Темку. Потом кинуться к ней. На всё про всё – две секунды. Но у меня нет оружия... Чем угрожать? Кулаками? Глупо. А попытка придушить скорее всего провалится – меня застрелят быстрее.

Что же делать?!!

 - Особенный малыш пополнит нашу коллекцию! – хриплый голос мужика с автоматом не вызывал доверия.

Врёт. Им нужен мой сын для совсем других целей. И я даже не хочу гадать, для каких именно.

- Отпустите нас! Иначе вам будет плохо! – уверенно кричу я, но мужики не верят – всё также держат нас на мушке.

- Милая, мы знаем, что защитников у вас нет. Никто не придет и не спасет вас, - сухо говорит врач, а сама подходит ближе, - Отдай малыша. Ну, же!...

И вот тут случилось чудо. Самое настоящее – иначе назвать его я не могу. Одна из неприметных серых дверей отрылась, и оттуда вышел мужчина.

Незнакомец поражал своим огромным ростом. Он был выше всех присутствующих как минимум на голову. Широкие плечи, мощная атлетическая фигура. И лицо – сосредоточенное и злое. Он был одет в спортивный черным костюм, но нестандартный. На ум сразу пришло определение «ниндзя», и я мысленно взмолилась, чтобы он помог нам.

Мужчина, к чести, моментально сориентировался и бегом бросился к нам.

Мужики тоже не спали. Развернулись и открыли огонь.

Как он лавировал между пуль! Сказка! Ни одна не задела его. Играючи он подпрыгивал, наклонялся, отмахивался от летящей смерти.

А потом и вовсе, сложил руки вместе и как будто нырнул в воздух. И в одну секунду, прямо в прыжке, превратился в огромного серого волка.

Шансов выжить у мужиков не было. Волк мощный, огромный, как два человека, моментально сбивал с ног.

Первого мужика он перекусил пополам, со вторым пришлось повозиться. Я закрыла ладонью глаза Темке, чтобы он не видел этого месива. Как волк размахивал туловищем мужиков. Как терзал их и разрывал на куски. Сильные когти и челюсти впечатляли, но в какой-то момент я и сама прикрыла глаза.

Слишком всё это выглядело страшно. Ненормально. И опасно.

Но я стояла с сыном как приросшая к полу и не двигалась. Сын тоже притих. Тогда я не знала, что он отключился. Упал в обморок. Фигурально, конечно, потому что был у меня на руках.

От витающего в воздухе запаха, замутило.

Сзади хлопнула дверца – Изольда Тихоновна ретировалась, не дожидаясь расправы.

Когда этот незнакомец перемахнул обратно в человека, я просмотрела.

Глава 9

Утром нас разбудил голос медсестры:

- Просыпайтесь, скоро обход!

Продрать глаза оказалось делом непростым. Всю ночь я металась, мучаясь кошмарами и видениями из прошлого. Даже отец Темки примелькался. Смотрел на меня с укором и качал головой. А я всё пыталась выведать, за что он поступил с нами так…

Зато под утро заснула так глубоко, что, открыв глаза, даже не сразу поняла, где нахожусь. Темка среагировал быстрее  – перелез через моё тело, шлепнулся на попу, а потом пулей бросился к столу. Как будто там для него приготовили подарок.

- Тёма-а! Опять ты за свое! – простонала я и окончательно проснулась.

Сын тем временем не хуже обезьянки забрался на стул, перелез на стол, и собирался на нем встать в полный рост. Тут уж я бросилась к нему с криком:

- Осторожно! Не упади.

Ожидаемо, он сопротивлялся. Конечно! Придумал такую интересную затею, постоять на столе и, возможно, попрыгать на нем, а мама всё испортила.

 - Хулиган! – привычно ругалась я.

Снимала его насильно, под дикие истошные крики.

Именно в этот момент к нам и зашла делегация.

- Что происходит?

Впереди толпы врачей стоял Иннокентий Иванович. Сегодня заведующий был одет в более привычный белоснежный халат.

- Балуешься, чертенок? – притворно нахмурил он брови, и Темка неожиданно притих.

По правую руку от него стоял Кирилл Иванович. Невозмутимо смотрел, как я стаскиваю сына на кровать, усаживаю его и поправляю челку.

Да уж, не такое поведение они были готовы увидеть после операции.

Сейчас будут ругаться. Меня, разумеется, отчитают первым делом. Ведь это я – безответственная мать, и не слежу за сыном.

Еще раз пригладила Темке вихры и подняла виноватый взгляд на врачей.

Они все молчали, внимательно наблюдая за нами и словно чего-то ждали. Где-то позади незнакомых врачей я разглядела Алёну Игоревну. Фея-анестезиолог была в розовом халате и единственная из присутствующих улыбалась. А перехватив мой взгляд, еще и ободряюще кивнула.

Наверное, вид у меня был испуганный. Но я так привыкла, что нам всегда и всюду делают замечания, что и сейчас ожидала выговора.

- Вижу, состояние вашего пациента, Кирилл Иванович, улучшается, - насмешливо заметил заведующий, - Прыгает, бегает. Как там говорится в земных сказках? «Рос не по дням, а по часам!»…

- Вы и такое знаете? – ахнула фея и, воспользовавшись паузой, протиснулась вперед, - Темочка, как твое самочувствие? Помнишь меня? – наклонилась она к сыну и легонько потрепала его по волосам.

Приглаженные вихры снова оттопырились.

- Нормально, тетя Лёна.

- Голова не кружится?

- Нет.

- В груди не болит?

- Нет.

- Маму любишь? – вдруг спросила она, и сын серьезно ответил: - Очень!

- Ну тогда с моей стороны всё в норме, - кивнула она и отошла в сторону.

Врачи словно ждали этой ее отмашки и разом заговорили. Гул голосов оглушал. Они поздравляли Иннокентия Ивановича, трясли руку Кириллу Ивановичу, а одна врач даже обняла нашу фею.

Случай, как я поняла, был нереальный. Даже для Волшебной больницы.

- Удивительно! – громко сказал один из незнакомых мужчин, высокий импозантный брюнет средних лет. Он вышел вперед, как бы отделяясь от группы врачей и повернулся лицом к Кириллу Ивановичу: - Как вы это сделали? Стабильное поле, силища так и плещется через край. Невероятно! Еще вчера он умирал!

Я вздрогнула. То есть, всё действительно было так плохо?

Вопросительно посмотрела на нашего лечащего врача, мысленно спрашивая: «Это правда?!». Тот отвел взгляд.

- Ребенок быстро восстановился. Сам. Тут нет моей заслуги, - сухо ответил он и развернулся, чтобы уходить. Напоследок бросил мне: - Через час приходите в перевязочную, посмотрим, как заживает шов. Иннокентий Иванович, в соседней палате пациент…

- То есть как ребенок вылечил себя сам?! – не отставал назойливый брюнет. Его голос перешел на неприятный визг.

По знаку заведующего все врачи плавненько стали покидать нашу палату.

 - То есть вы говорите серьезно?!... – голосил он вслед делегации.

Что за неприятный тип? Надеюсь, мы его больше не увидим.

- Я люблю тебя, мамочка! – отвлек меня от грустных мыслей сын, и я крепко-прекрепко обняла его.

Что думать о глупостях? Оказывается, мы пережили страшные времена.  Справились. И это здорово!

- И я тебя люблю, зайчик! – прошептала я и принялась целовать сына.

В щеку, в носик, в ушко… Тот зашумел, запыхтел довольно, как ежик.  

Всё страшное осталось позади. Мы выкарабкаемся. Справимся с болезнью.

- Мама, а я вот как умею! – вдруг сказал сын и мигнул ставшими ярко-зелеными глазами.

Я испуганно вздрогнула. Всё-таки непривычно, когда он так смотрит. Как будто из ужастиков чудище потустороннее. Или робот со светящимися глазами.

Бррр… Надо привыкнуть к этой его новой особенности!

- М-молодец! – отодвинувшись, я осмотрела его лицо.

А всё остальное в порядке. Лицо свежее, румяное. Даже синяков под глазами нет.А ведь были в последнее время, я даже на то, что мы мало гуляем, грешила.

- Ты назад погляди! – тихо сказал сын, и тогда я поняла, что самое веселое впереди.

И дело не в глазах. Они мигнули и погасли. А вот позади меня стояло призрачное едва заметное существо.

Какой-то зверь. Приглядевшись, я почувствовала, как похолодели ноги.

- Это в-в-волк? – мой голос дернулся вверх, как у того мужчины недавно.

- Ты не бойся его мамочка, - спокойно ответил Тёмка и поманил это белесое существо к себе, - Он пришел за мной из-за грани.

Зверь подошел ближе и лег на пол у кровати. Его размеры были столь велики, что даже в лежачем положении спиной он касался края кровати.

- То есть, как это не бойся?! – прошептала я, глядя на большие зубы и челюсть – шире моей головы. Ну ладно, не шире, но перекусить шею вот этими клыками волку - как нечего делать.

Глава 10

Следующая дверь оказалась подозрительно запертой. Кирилл Иванович подергал ручку, тактично постучал по стеклу. Но ответа не было. Тогда он с какой-то даже горечью вздохнул и сделал совершенно невероятную вещь: растопыренными пальцами выхватил стекло, оно просто вышло из рамы и словно прилипло к его пальцам, вытащил его в коридор и поставил аккуратненько у стеночки.

В полной растерянности я наблюдала, как он засунул руку в открывшееся отверстие и изнутри отодвинул щеколду. Дверь скрипнула и открылась.

Мы вошли.

Света внутри этой лаборатории не было. Как и людей – теперь я была в этом твердо уверена.

Пустая лаборатория, которая просто была закрыта… изнутри.

Мы вглядывались в темноту, стараясь разглядеть малейшее движение или очертание кого-нибудь – но в помещении действительно  никого не было.

Тревожное чувство, вспыхнувшее, стоило только переступить порог лаборатории, я насильно затолкала обратно. Откуда бы оно не вылезло – ему не стоило пугать меня. Темное помещение, хоть глаз выколи, и никого. Подумаешь! Наверное, кто-то вышел в туалет, а щеколда сама собой захлопнулась.

- Их тут нет! – громко сообщила очевидное и бодро развернулась к выходу.

Желтый просвет коридора слепил. Лампы, которые до сей поры я даже не замечала, мигали.

Рябили.

И это было действительно странно.

Свет бил по глазам, вызывая почти физическое беспокойство.

Темнота, окутавшая лабораторию, была  неестественной. Мы здесь были не одни – сама тьма мысленно потирала ладошки, собираясь проглотить нас.

Она жила, дышала, приглядывалась к нам и усыпляла бдительность. Но мы заметили: сначала Кирилл Иванович, а потом и я.

 Нас встретило темное и страшное чудище.

- Ложись! – крикнул мужчина и толкнул меня в сторону двери.

Но просчитался. Я пролетела кубарем и с громким стоном ударилась о что-то твердое. Ножка стула. Господи! Да что же происходит такое?

Не успела я сообразить, перевернуться и доползти до двери, как нас  накрыло черное нечто.

- Кир…Кирилл Иванович? – испуганно крикнула я в темноту.

Она сгущалась и подкрадывалась, всё ближе и ближе, как готовая укусить за пятку собака.

Я чувствовала ее спинным мозгом. Чувствовала, но ничего не могла предпринять.

- Стой…те и не двигайтесь! – хрипло ответил мне врач, а потом прозвучал и вовсе незнакомый голос, ставший причиной моей паники. Уж слишком глухо и страшно он звучал. Как из преисподней.

- Кир, тебя не учили, что вламываться в закрытые двери нехорошо?

- Мы на работе, Лейнор. Отпусти.

- А вдруг я стоял бы тут голый? – продолжал любопытствовать голос, - Ты об этом подумал? И чему ты учишь молодое поколение – врываться без стука? Портить больничное имущество?

- Лейнор!  - грозно прорычал Кирилл Иванович, - Или ты отпускаешь нас в течение двух секунд, или…

- Или что? – насмешливо спросила тьма.

О да, она чувствовала себя неуязвимой. Она царила в этом помещении, вела разговоры и даже имела имя. Имя!

- Эмм… Послушайте! – прочистила я горло. Говорить с тем, что огибало тебя, подобно невидимой змее, отделяло от света и спасения – было непросто, - Лейнор. Вы же Лейнор, да? Простите, что так внезапно вломились к вам… У нас … э… была причина. Да! Мы не будем более злоупотреблять вашим гостеприимством, хотели только спросить … не видели ли вы тут мальчика верхом на волке? Мы его ищем. Он сбежал… от меня.

Когда я закончила свою скомканную речь, даже пот со лба вытерла. Я так боялась, что тьма набросится на меня и покусает, что меньше всего ожидала другой реакции – она меня лизнула.

Шершавым огромным языком по правой щеке.

- А-а-а! – заорала я и вскочила, - Что вы себе позволяете?!

- Лейнор! – услышала я рычание где-то в темноте, а потом клацание зубом и истошное: - А-а! Отпусти, гад.

- Опять ты со своими шуточками? Лизаться вздумал? – правильно понял произошедшее Кирилл Иванович, хоть и не видел меня сквозь тьму, и снова клацнул зубами, - Быстро отошел от нее на пару метров. Иначе я за себя не ручаюсь!

-  Кир, ты что? Больно ваще-то. Сумасшедший! Да я только познакомился с новой лаборанткой, а ты сразу кусаться! В моем мире всегда здороваются таким образом!– возмутился голос, и теперь я различала в нем юношеский задор.

- Что-то не припомню, чтобы ты лизал мою щеку! – едко заметил наш врач.

- Так я же нормальной ориентации. Это ты ни с кем не встречаешься, а я – полностью свободен. И совсем не прочь…

- Отставить, дурень. Это мама сбежавшего мальчика.

- Э… А что ты ее тогда по лабораториям таскаешь? Запрещено же… - растерялся голос.

Тьма спала. Резкий свет так неожиданно ударил по глазам, что я долго не могла проморгаться. А когда уже глаза привыкли и я смогла различать окружающую обстановку, чуть не присвистнула от удивления – напротив Кирилла Ивановича стоял симпатичный мальчишка  с серебристыми волосами. На вид лет двадцати. И такой худенький и щупленький, что точно не мог говорить тем громовым голосом, что мы слышали.

Или мог?

Одет он был в белый халат лаборанта, шапочка валялась собственно на столе в паре метров от него. Я огляделась. Обычная лаборатория, в принципе. Микроскопы, колбы, ножи разного вида в специальных подставках. Какие-то замысловатые приборы на полочках.  Пузыречки разноцветные… Миленько. Пузыречки больше напоминали духи, нежели лекарства, ну да ладно. Волшебная больница – значит, и лаборатории у них волшебные.

Глава 11

Наверное, вид у меня был совершенно сбитый с толку. Машинально я наклонилась вперед и пожала теплую руку. Неужели это - тот самый Владимурр, основатель больницы, возглавлявший ее более ста лет? 

У меня даже голова закружилась от волнения.

Тот самый легендарный Владимурр!

Но почему он так молодо выглядит? Я снова пригляделась к сидящему напротив мужчине – чистая кожа, легкие мимические морщинки вокруг глаз, и совершенно нереальная молодость. Ну, допустим, лет ему не тридцать, как мне показалось сначала, а все сорок, и он хорошо сохранился. 

Но всё равно, на сто пятьдесят он никак не тянет!

- Очень… приятно… познакомиться! – запоздало вспомнила я формальности, - А вы… разве не ушли на пенсию?

- Ушел, - легко согласился Владимурр, - Но оставил за собой право посещать эту лабораторию, когда мне вздумается.

- И вот вам вздумалось!... – понятливо кивнула я, на что рядом раздалось подозрительное фырканье, плавно перетекающее в натужный кашель.

- У тебя приступ коклюша, Кир? – участливо спросил мужчина, - Микстурку хочешь?

В воздухе появился прозрачный пузырек с чем-то коричневым.

- Пертуссин, мой любимый сироп.

- Благодарю. Я на работе, - скосил глаза Кирилл Иванович и серьезно добавил: - А вот после смены могу захватить парочку. С удовольствием. 

- Нервные наступили времена? – понятливо кивнул Владимурр, - Тогда тебе больше подойдет корень валерианы… - он задумчиво посмотрел поверх наших голов и сказал: - Ящик уже ждет тебя в кабинете.

- Вы слишком добры! – саркастично ответил Кирилл Иванович.

Теперь я уже не сомневалась, что мужчины крепко дружат. Так подкалывать друг друга только друзья и могут. И понимать с полуслова.

- Что с Темой? Почему ситуация неоднозначная? И почему эти твари не могут оставить нас в покое?! – возмутилась я.

Признаваться в том, что я в курсе необычных способностей Темы и его статуса «баресса», я не хотела. Пусть они сами, так сказать, официально признают это. Наш разговор с Рэем был частным. К тому же, вдруг оборотень ошибся? Или Темка представляет ценность только для волчьего племени? Вот сейчас всё и выясним.

- Варри. Не твари, - поправил меня Владимурр, - Твари бывают безобидными, а вот варри – наемники из людей, с выдающимися экстрасенсорными возможностями, всегда опасны. Они как стервятники – набрасываются на слабых и побеждают их. Но вот с вами они просчитались. Мы вас не отдадим. Даю слово! 

- Зато по смыслу очень даже подходит, - буркнула я, - В вашей больнице мы и вправду в безопасности?

- Наша больница защищена лучше, чем вся ваша Земля! – заявил Владимурр, а потом вдруг нахмурился, - Правда, если вы захотите покинуть ее пределы, то помочь мы не сможем. И я подозреваю, что они сделают несколько попыток выманить вас. Так что, будьте настороже, Джульетта. Они коварны и могут действовать через посредников. Мы активизируем камеры магического слежения в коридорах, но… по правилам защиты личного пространства, в палатах наблюдать за пациентами мы не имеем права. 

- То есть, пока мы с Темой находимся в палате, мы уязвимы?

Владимурр промолчал. И это его молчание было красноречивее всяких слов. Я стала закипать. Значит, говоришь, защита лучше, чем на Земле? Серьезно?!! Титаническим усилием воли я взяла себя в руки.

Скандалить нехорошо. Помахала же ногами, хватит. Нужно обсудить по-деловому, спокойно и без истерик – как лучше защитить моего сына.

- Вы, вероятно, шутите? – очень спокойно переспросила я, - На моего сына ведется охота, а вы тем временем утверждаете, что не заметите, если на него нападут, например, ночью, и придушат в его собственной постели?

- Не сгущайте краски, Джули. До постели еще надо добраться, минуя коридоры, медицинские посты и прочие места досмотра. К тому же, вашему сыну повезло – его взял под охрану волк.

- Призрачный волк, - поправила я, - И насколько его хватит? Если появится, к примеру, настоящий волк или оборотень, владеющий магией -  сколько минут он выстоит?

Наверное, я и вправду, перегнула палку. Но мне почему-то казалось, что бывший главврач юлит. Он как будто обещает нам поддержку, и, в то же время говорит, чтобы я сама держала всё на контроле.

Разумеется, я не собиралась отдавать Темку в чужие руки и снимать с себя ответственность. Но… что-то меня всё это не слишком успокаивало. Вопрос стоял о безопасности сына. И мне хотелось получить железобетонную поддержку.

- Мне нравится ваш настрой! – неожиданно заявил Владимурр, - И вы мыслите в правильном ключе. Волк при перемещении в другой мир в призрачном теле владеет только половиной своей силы. Ему может не хватить, если придется сдерживать атаку, например, двух варрей. Свою силу он разделяет как бы напополам, чтобы поддерживать необходимые биологические функции и там, и здесь. Я предлагаю просканировать его ауру и втащить в наш мир. Таким образом, у вас будет полноправный волк-защитник. Насколько я понял, он проникся к Теме симпатией и готов защищать его.

Мужчины довольно закивали, соглашаясь с этим вариантом. А у меня создалось впечатление, что я здесь – лишняя. Они как будто всё уже решили без меня.

Глава 12

Мама согласилась приглядеть за Темкой, и я, окрыленная кратковременно предоставленной свободой, первым делом купила себе красивое платье, а подруге подарок – карточку в парфюмерный магазин. Платье село как влитое, будто сшито было специально для меня! Темно-бордовое из синтетической парчи, оно смотрелось так шикарно, что мама чуть было не передумала меня отпускать.

- Наделаешь ты в нем делов! – уронила она, поджав губы.

- Не наделаю. Кроме Темы мне никто в этом мире не нужен! – парировала я.

И твердо придерживалась своих принципов весь вечер. Не танцевала с мужчинами, коих Светка наприглашала целую толпу – коллеги со всех ее предыдущих работ, не пила ничего крепче яблочного сока и минералки. Весело болтала с другой подружкой Светки - Ритой, с который мы обычно виделись раз в год на Светкин день рождения, и слушала последние новости из ее жизни. Ритка устроилась работать в школу и начинала тихо ненавидеть детей. Она жаловалась мне на их лень и хамство, на их родителей и бабушек-дедушек, пока я сыто и блаженно осматривала зал.

А тут было, на что посмотреть! Светка справляла тридцатилетие на широкую ногу – целый ресторан на первом этаже гостиницы был в нашем распоряжении.

Наконец, Ритка отвлеклась от своей работы, и мы переключились на обсуждение Светкиного дня рождения.

Нам понравилась своевременная подача блюд, вышколенные официанты, моментально появляющиеся, стоит бокалу опустеть, и приятная фоновая музыка – играл джазовый квартет.

Да, пожалуй, я бы так и ушла со дня рождения Светы без всяких сожалений и приключений – ведь всё так мило начиналось. Подарок имениннице понравился, мне ее парень – нет, а последние коллеги больше напоминали акул-маньяков, чем душевных и всё понимающих людей. Так что, всё было, как обычно ровно до того момента, когда Игорь встал на одно колено.

При всех!

При полной тишине и всеобщем внимании парень моей тридцатилетней подружки Светы официально и при всех попросил ее руку и сердце.

- Да! – согласилась счастливая Светка и вознамерилась в третий раз выйти замуж.

В третий! В то время как мне не предложили ни разу.

Вот тогда мои нервы и лопнули. Не выдержали этой жуткой и безобразной несправедливости. Почему некоторые выходят замуж – как покурить на балкон, а я, похоже, так и умру в гордом одиночестве и с девичьей фамилией?!

Буду как мама. Всю жизнь – Крутецкой.

Ну уж нет! Где познакомились Светка с Игорем? На вечеринке? Значит, и я могу. Надо брать свою судьбу в свои руки. И тогда всё получится!

Я схватила бокал с красным вином, когда официант нес поднос с напитками, и выпила его залпом. Потом был еще один для храбрости. А потом – я приняла судьбоносное приглашение потанцевать.

Первый танец с импозантным мужчиной среднего возраста прошел на ура и привел меня в полный восторг. Это так здорово - танцевать! Ничего страшного в этом нет. Оказывается, у меня неплохо получается. Почти вальс. Почти профессионально – так сказал этот милый мужчина по имени Василий.

И почему раньше отказывалась?

Когда ко мне подошел следующий любитель медленных танцев, я сразу же согласилась. Правда, осечка одна всё же вышла - мы танцевали фокстрот. Весьма своеобразно – ни я, ни он, понятия не имели, как следует его танцевать, и что танец - быстрый.

Вот, Светка, и тут выпендрилась. Даже нормальную музыку поставить не могла!

Почему-то медленные танцы к моменту моего танцевального приключения кончились, а публика наоборот – развеселилась. Меня приглашали самые разные кавалеры, и со всеми приходилось очень активно двигаться. Я так высоко поднимала коленки, пытаясь изобразить рок-н-ролльный танец, что сильно запыхалась, как после пробежки вокруг стадиона. И к моменту встречи с Габриэлем, сильно устала.

- Шампанского? – предложил мне невероятно красивый мужчина в белоснежном пиджаке, - Хорошо утоляет жажду.

Мы выпили и разговорились. Габриэль смазано представился. Откуда-то он знал Игоря, и был на празднике в качестве его друга.

Так что через пять минут знакомства мы пришли к выводу, что парочка подходит друг другу идеально, и на свадьбе мы с ним должны быть свидетелями.

Не знаю, откуда взялась эта дикая идея, но она почему-то сблизила нас. Мы болтали как старые знакомые – обо всем на свете и весьма откровенно. Габриэль признался, что уже год не был в отношениях, и его последняя пассия оказалась дикой волчицей.

Волчицей! Ха!

Тогда меня это не насторожило.

Мы снова выпили шампанского. Мужчина раздобыл где-то непочатое блюдо с фруктами, уволок меня в уголок, и уже там расспрашивал о моей личной жизни. Забрасывал меня комплиментами и цветастыми образами.

Что я ему рассказывала - уже не помню. Память в этот момент стала уплывать, окружающие лица расплылись, словно их показывали через кривое зеркало, а приглушенный свет замерцал, как звезды ночью.

Он наклонился ко мне, якобы, чтобы заправить прядь за ушко, и нежно поцеловал.

О, как это было приятно! Уже больше полутора лет я ни с кем не целовалась!

Он отстранился и что-то сказал. Я не расслышала.