Когда все хорошо, кажется, что так будет продолжаться вечность. Но все заканчивается, за успехом приходят они… Проблемы…
Кристина, она же Тина
– Кристина Игоревна, у нас проблема, – ко мне на кухню ворвалась наша администратор Ирочка. – Какая? – уточнила, продолжая заниматься готовкой своего нового блюда, которое собиралась представить на суд жюри. Звезда Мишлена – это вам не шутки. Одна звезда говорит о том, что это очень хороший в своей категории ресторан. Заведение предлагает хорошую кухню и его определенно стоит посетить. Две звезды указывают на особый талант шеф-повара, ради блюд которого не жалко отклониться от намеченного маршрута. Три звезды – это высшая кулинарная награда, своего рода «Оскар» для повара, мастерство которого можно считать настоящим искусством. Считается, что ради знакомства с кухней трехзвездочного заведения стоит совершить отдельное путешествие в другой город.
Мне как раз не хватало третьей звездочки для полного счастья. Я почти год придумывала уникальный рецепт, составляла несопоставимое, но у меня получилось. И именно сейчас я как раз готовила такое блюдо, чтобы удивить и порадовать жюри.
Администратор молчала. Мне пришлось оторваться от своего занятия и глянуть на девушку. Бледная, испуганная, с кругами под глазами, она смотрела на меня широко распахнутыми глазами и едва не плакала.
– Ириш, так что за проблема? Что случилось? На тебе лица нет. Ты забыла его с утра надеть?
Я улыбалась, мне было весело, так как я заранее была уверена, что свою третью звезду я обязательно получу.
– Кристина Игоревна, десять минут назад ваше блюдо представил Осокин, все жюри в восторге, судя по всему, звезда будет его.
– Что? Осокин? С моим рецептом? Но как такое возможно? – улыбка сошла с лица, руки опустились. Мне хотелось понять, как кто-то смог украсть то, что я так надежно прятала.
– Я не знаю, Кристина Игоревна. Но рядом с Осокиным я видела Диану и… Вашего мужа, – последнее она прошептала едва слышно.
На меня напал ступор. Верить в предательство близких не хотелось, но где-то в глубине души я предполагала, что рано или поздно подобное должно случиться. Слишком сблизились за последние полгода мой муж и моя подруга. Было ли мне обидно? Только за украденный рецепт. С мужем я и сама собиралась разводиться, так как за пять лет брака он успел меня достать до печенок. Любитель шиковать и жить на широкую ногу, при этом сам не желал работать. Куда ни устраивался, его отовсюду гнали поганой метлой. И в какой-то момент мне это надоело, я заблокировала его карту, куда каждый месяц перечисляла деньги, перестала давать наличные. Он злился, но я предложила попытаться заработать самому. Кажется, он нашел способ, как это сделать. Продал мой рецепт конкуренту. Я усмехнулась. И тут же расхохоталась. Было от чего. Представила, как все члены жюри пробуют новое творение, ведь мало мясо с бульоном запихнуть в булку, там требуется нечто особое. Желатин. Это должно быть заливное в “горшочке”. И в качестве горшочка выступает круглая булочка со срезанной верхушкой. И чтобы все не растекалось, а вполне удобно съедалось, требуется как раз все залить так, чтобы получилось именно заливное. Сытно, вкусно, а главное аккуратно. Об желатине никто не знал, я его придумала в самом конце. Потому, закончив свое творение, я все же отправилась на суд жюри. Будь что будет, не пропадать же добру.
Как и ожидалось, мое блюдо принимать не хотели. Но я особо и не настаивала, просто выставила все на стол перед каждым членом жюри и сообщила:
– Осокин купил мой рецепт у мужа. Но он не учел тот факт, что рецепт ему продали в незаконченном виде. Вот что должно быть на самом деле.
– Что? Это ложь! Я сам все придумал, – закричал нечестный повар. Одет с иголочки, привлекательное лицо, высокомерный взгляд. Год назад он пытался ко мне подкатить на хромой кобыле, уповая на свою привлекательность, но я его отшила, таких лицемеров вижу издалека, у меня на них глаз наметан.
Отвечать на его выпад не стала, равнодушно дернула плечом и покинула комиссию. Обидно до безумия, я так готовилась, так старалась, чтобы в последний момент получить удар в спину от собственного мужа.
Домой не поехала, отправилась к юристу. Надо было уточнить некоторые моменты по поводу имущества. Заодно собиралась подать заявление на развод. Причем в отместку собиралась лишить Данилу всего. Как пришел нищим, так и уйдет.
У юриста пробыла целый день, мы и заявление составили, и все нюансы учли. Попутно я написала завещание на свою племянницу Ксюшу, милую добрую девочку, она как раз в университет поступила. Я собиралась забрать ее к себе, как только выгоню муженька из своей трешки.
Домой вернулась поздно вечером, довольная результатом. А там картина маслом: муж и подруга. Сидят чинно на кухне чаи гоняют. Ну-ну, будь я наивной двадцатилетней девушкой, может, и поверила бы. Но мне скоро сорок, так что давно перестала верить в сказки об истинной дружбе и любви.
– Кристина? Ты поздно. Можно тебя поздравить? – Данила улыбался. Широко и даже искренне, если бы я не видела в его глазах злорадства.
– С чем? С тем, что мой рецепт ты продал Осокину? Много хоть заработал? Звезда Мишлена – это вам не шутки, оно слишком дорого стоит, – мой спокойный тон вызвал недоумение не только у Данилы, но и у Дианы.
Кажется, они ожидали скандала, а вышло все иначе. Ругаться мне сейчас совершенно не хотелось, да и смысла в скандале я не видела, все равно все уже произошло, зачем тогда трепать свои нервы. Налив себе чаю, буднично сообщила:
– Я сегодня подала на развод. Подпишешь ты документы или нет, это уже неважно. Собирай свои вещи и проваливай из моей квартиры.
– Что? Это и моя квартира, так что, имею права претендовать на половину. Можешь отдать мне деньгами, я не против, – заявило это ничтожество.
– Ничего в ней твоего нет, квартира досталась мне по дарственной от бабушки, к разделу совместно нажитого она не относится. Так что, обломись. Мебель тоже куплена мной, чеки имеются. Автомобиль априори мой, его я отдавать не собираюсь. Даже твое шмотье и то куплено на мои деньги, но забирать их я не стану. Забирай и проваливай. Надеюсь, Осокин достойно заплатил за возможность получить звезду Мишлена. Тебе должно хватить на покупку однушки.