Гуляя по волшебному лесу Аркибуну, вы вряд ли сразу заметите, а скорее даже и вовсе можете не заметить этот маленький чудесный домик на толстом и раскидистом дереве — домик-дупло. Житель этого домика-дупла будет рад, что его жилище так надёжно укрыто, но, с другой стороны, будет немножечко расстроен. Ведь он так старался придать своему домику удобный и нарядный вид! А это и натёртая до блеска шершавая дверка, и маленький тихий звоночек перед ней, и любовно приделанное крылечко.
Сейчас в лесу зима, начало зимы. Поэтому погода стоит довольно тёплая. Но житель этого домика-дупла прекрасно знает, как обманчиво зимнее тепло. Он называет его "тепло-подлиза", потому что оно с виду спокойное, но стоит его подпустить поближе — сразу же забирается на твою шкурку и начинает трясти каждый волосок на ней.
И тут ты понимаешь, что это не тепло вовсе, а мороз. Поэтому на сегодняшнюю прогулку наш бельчонок Селиван (а это был именно он, житель этого домика-дупла) одевается основательно. Первым делом свитер, потом тёплые штанишки и сверху шапка. А уже в самом конце, на пороге, тёплые кожаные сапожки. Бельчонок их очень любит, они похожи на ковбойские! Если честно, штанишки почти незаметны на бельчонке, потому что они такого же цвета и волоснистости, как и его шкурка. И если только очень приглядеться, то можно заметить на поясе маленькие шнурочки-завязочки. Они нужны для того, чтобы штанишки не спадали, когда бельчонок будет лихо прыгать с ветки на ветку. А вот шапочка, она заметная, как и сапожки. У бельчонка она тёмно-синяя. Это его любимый цвет. У него и кресло такого же цвета, и покрывало на кровати.
Ну что же, зимнее утро, самое время поморозить свои щёчки и нос. Да и размяться не помешает. Это летом у белок дел не беличий проворот, а зимой они больше лентяйничают.
— Как здорово! — сказал Селиван и плюхнулся с разбега в снег.
— Я тобой очень недоволен, Селиван! — грозный взгляд дядюшки Эрнеста не предвещал ничего хорошего.
— Что случилось, дядюшка Эрнест? Я в чем-то провинился?
— Твой звонок! Опять!
— Ах...
Тут нам следует вернуться немного назад, в прошлый вечер. Вчера под вечер разыгралась знатная метель. В дупле Селивана от нее скрипели закрытые ставни и дверь. И он, Селиван, конечно же, напрочь забыл о дверном колокольчике-звонке снаружи. И вот теперь дядюшка Эрнест злится на него.
— По твоей милости я должен был всю ночь слушать этот ужасный, громкий звонок! Так никуда не годится!
— Простите меня, я совсем не хотел этого. Не хотел тревожить вас.
— Это еще хуже! — не унимался дядюшка. И казалось, его длинные, колючие иголки на спине стали еще длиннее и колючее.
— Хуже?
— Да, дорогой мой друг. Гораздо хуже. Это значит, что ты очень невнимательный!
«Хм, вот же ворчун!» — подумал Селиван. «Неужели, если бы я сделал это нарочно, не обмотал звонок кленовым листом, это было бы чуточку лучше?» — передразнил Эрнеста про себя бельчонок, а вслух сказал:
— Я очень и очень извиняюсь. Такого больше не повторится. Никогда.
— Хорошо, мой мальчик, — смягчился старый ёж. — У меня нет причин не верить в твою искренность. Я поверю тебе. Снова.
Уф, — вздохнул с облегчением бельчонок Селиван. На самом деле дядюшка Эрнест не злой, да и ворчит он по делу. А еще он отличный кулинар и чудесно готовит. Никто в лесу не готовит вкуснее грибных пирогов и жюльена. Да и не только пирогов, еще булочек с яблочным повидлом, кедровых драже в меду. И он совсем не жадный, все в лесу подтвердят это!
— Ну что же, беги, мой мальчик. Не смею тебя больше задерживать.
— Хорошего дня, дядюшка, и отменного аппетита! — ёж любил это пожелание про отменный аппетит. Ведь он так вкусно готовил!
— Спасибо... Ах, да, забыл тебя предупредить, скоро приедет погостить моя кузина Пажа.
— О, это очень здорово! Вы, наверное, рады?
— Ну, как тебе сказать. Я рад, но вот если бы она побольше молчала, я был бы рад еще больше, — усмехнулся дядюшка. — Ты же знаешь Пажа, она такая болтушка.
— Она хорошая, как и вы, — нисколько не покривил душой бельчонок.
— Спасибо, дружочек, — сказал дядюшка Эрнест и открыл дверь в свою норку.