Восемь Дней

1. Таблетки

«Я приняла для себя решение, что если захочу уйти из этого мира, то возьму с собой самое любимое. Важные вещи, которые должны исчезнуть вместе со мной. Так что, если вы нашли моё тело, то будьте добры прочитать этот дневник. Я хочу, чтобы всё содержимое рюкзака было похоронено со мной.»

В небольшой рюкзак чёрного цвета летели следующие вещи: любимая рубашка зелёного цвета, маленькая игрушка в виде дракона, зарядка для телефона, наушники, письма от друзей из других стран, ожерелье с лунным камнем, плед в клеточку.

«Самое нужное для осуществления цели: деньги, 20 баксов должно хватить. Хотела накопить на новую одежду, но... планы поменялись я трачу их на то, чтобы закончить мучения... Долго думала, как сделать всё менее болезненно и решила, что снотворное — лучшее оружие. Две пачки и вода, этого должно хватить.»

— Сайман, если ты сейчас не успокоишься, то я вызову полицию!

Ссора за хлипкой дверью становилась громче. Звук разбитого стекла разошёлся на всю комнату, девушка поспешно дописывала строчки в дневник, не обращая, на уже привычный звук, никакого внимания.

«Остается только муравьиная ферма, я не смогу положить её в рюкзак, но надеюсь они умрут быстро и им не придётся страдать. Кто-нибудь заберите их, пожалуйста. Это лучшие насекомые на всём свете. В этом дневнике вы найдёте кучу информации о них!»

Последнее предложение написала почти стоя и, закрыв дневник, кинула его в рюкзак, поспешно задвинув стул после себя.

— Прекрати это! — осколки посуды долетели до комнаты и с треском разбились о дверь. Крики доносились рядом, а затем быстро перешли на улицу, но из-за открытого окна всё стало слышно ещё лучше.

Хитоми надела свой черный рюкзак, остановилась напоследок у формикария с муравьями мысленно попрощавшись с друзьями и оглядела комнату, а точнее её скромную часть, где стояла односпальная кровать и столик метр на метр. Украшен он был лишь самой дешевой гирляндой и каким-то вырезками из журналов на стенах. Почувствовав облегчение от того, что она видит это в последний раз, девушка выбежала на улицу, где уже стояли её мать и отчим. Его взъерошенные волосы и убитая рука в кровь дала понять, что всё подходит к концу и, как только он докурит сигарету, уйдёт спать или пить дальше. Мать держалась за лицо, немного кривясь от боли.

— А ты куда? — Сайман выпустил сигаретный дым изо рта, провожая Хитоми глазами.

— Гулять, — отрезала девушка. — Я вокруг парка и обратно.

— Да, иди. Так будет лучше, — мать убрала руку с лица, где красовался новый синяк на всю левую часть.

Хитоми уже не реагировала на новые раны матери и поэтому хотела, как можно скорее скрыться с их глаз. Быстрым шагом, она направилась на автобусную остановку у трейлерного парка, наблюдая в последний раз красоты злополучного места. Ведь дома на колесах не роскошь и романтика, а жесткая необходимость, приправленная изрядной долей безысходности. Люди живут в них годами, а то и десятилетиями, ютясь в таких трейлерах целыми семьями. Нет денег? Есть два варианта: жизнь под мостом в городах бездомных или жизнь в трейлерном парке.

Трейлеров стало так много, что это место стало похоже на район или маленький город с большой вероятностью криминала и насилия. Соседи сидели на улице около своих трейлеров, даже не обращая внимания на разборки семьи. Тут это происходит каждый день и даже если будут слышны выстрелы, никто не подорвётся спасать тебя, а лишь возьмёт свою пушку и поможет добить, чтобы обокрасть и без того пустой трейлер.

Она запрыгнула в только приехавший автобус и села у окна. Наушники и любимые треки делали солнечную погоду ещё лучше. Она понимала, что это её последний день и настроение действительно становилось лучше. Кто-то из пассажиров открыл окно и тёплый ветер жаркого лета стал развивать её каштановые волосы.

Флорида была красива только в центральных городах, Хитоми всегда мечтала когда-то жить тут и наслаждаться красотами. Центр Форт-Лодердейл всегда пах жизнью, работой, постоянным движением. Красивые люди, животные и растения, что искусственно всажены в землю. Это мечта поселиться тут, не на окраине в трейлере, а здесь — где свобода и счастье. С этим местом Хитоми связывала своего отца и счастливые годы прошлого.

Автобус остановился на нужной остановке, где она поспешила выйти. Девушка не стала медлить и быстро забежала в ближайший супермаркет за водой. Взяв пару самых дешёвых бутылок, она оплатила покупку и направилась к аптеке за самым главным.

Страх был в одном, что таблетки могут и не продать. А что если понадобится рецепт?

— А у вас есть рецепт от врача? — всё подтвердилось. Ком встал в горле, фармацевт по птичьи склонил голову и пристально покосился на девушку. — Это большой объём.

— Это не мне, моей маме. Она не в состоянии прийти.

— Можешь сказать имя своей мамы? Или номер? Я бы узнал информацию по системе.

— Я не из центра, а пригорода. Трейлерного парка. В нашей аптеке нет их... Меня послали сюда за ними. Прошу…

Все, кто находился в помещении, наблюдали за девушкой и продавцом за стеклом. Он нервно крутил упаковку снотворного и поглядывал на компьютер, где находилась информация и были сведенья о препаратах.

— Ладно... Но в следующий раз, пожалуйста, возьми рецепт, хорошо? — мужчина взглянул на неё, и та кивнула. Прошло несколько минут и таблетки уже были оплачены, а Хитоми выходила из здания на нужное место, где она должна покончить с этим.

2. Муравьи

— То есть мы сейчас едем за муравьями? — спрашивал Алекс, смотря на дорогу.

— Да, — девушка кивала головой и улыбалась. — У меня есть собственная колония. Это самые красивые и интересные насекомые. Я расскажу о них, они тебе понравятся.

Алекс хотел что-то добавить, но когда навигатор подал звук о повороте, в машине воцарилась тишина. Заезжая в трейлерный парк, он несколько раз проверил туда ли они приехали. По сравнению с солнечной Флоридой, это место выглядело как подземелье, словно сюда никогда не проходило солнце. Он заметил, как улыбка девушки быстро исчезла с лица.

Остановив машину у одного из трейлеров, ребята вышли. Хитоми вернула взгляд к Алексу:

— Ты можешь подождать меня здесь, — она с опаской смотрела в сторону своего дома.

— Даже не думай.

Они направились ближе и сразу заметили женщину, это была Маргарет — мать Хитоми. Её грязный халат красного цвета был надет сверху на нижнее бельё, сальные волосы русого цвета убраны в хвост, а изо рта торчала уже потухшая сигарета. После смерти отца из красивой, доброй и образованной женщины, которая всегда следила за собой и имела бизнес, осталось ровным счётом ничего, женщину было не узнать даже близким друзьям с того времени. Её перестали считать человеком, она стала той самой соседкой, которая спилась и продала дом из-за долгов и наркотиков. Которая наплевательски относилась к своей дочери и просила соседей приглянуть за ней, пока отдыхала и проводила время непонятно где. Сквозь опухшее и грязное лицо всё равно были видны красивые черты лица – острые скулы, пухлые губы и выразительно голубые глаза, которые больше уходили в более глубокий синий цвет. Маргарет прикладывала замороженную банку пива к лицу, сидя на раскладном стуле. Увидев дочь, тут же выпрямилась и выплюнула сигарету на землю.

— Кто это? — хриплым, немного усталым голосом спросила она, смотря то на неё, то на рядом стоявшего парня

— Друг, — Хитоми посмотрела на Алекса, он в свою очередь не убирал взгляд с матери. — Я переезжаю.

— Куда?

— К нему, — показав рукой, ответила девушка.

— Твоё дело. Зачем тогда ты вернулась? – вопрос от Маргарет вызвал у Алекса дикое раздражение, и он выше поднял голову, наблюдая за их разговором.

— За муравьями и вещами.

— Ох, милая, — мать встала и подошла к дочери, схватив за плечи. Из-за неприятного запаха алкоголя и сигарет, Хитоми отвернула лицо в противоположную сторону и искривилась. — Сайман, случайно, разбил твоих муравьев…

— Что?! — крикнула она и, оттолкнув мать от себя, забежала в трейлер. Девушка увидела отчима на кухне, он открывал очередную банку пива, шаркая ногами по осколкам, которые были на полу ещё до её ухода. — Где моя ферма?! — отчетливо спросила Хитоми и тот повернулся.

— На полу, — усмехнулся и тут же получил тяжёлый удар от девушки в плечо. Не ожидая такого поведения Сайман схватил пустую бутылку со стола и кинул в ответ, но промахнулся и попал в дверной косяк. Бутылка разлетелась на кусочки и несколько осколков стекла отлетели в ноги Хитоми, оставив свежие раны. Она опустила голову вниз, где была видна кровь, это не на шутку испугало её. — Бедная Ньюман… — Сайман любил называть её по фамилии, чаще фамилии было только «эй, ты». — Такая же жалкая, как твой мертвый папаша! — в следующую секунду, он кинулся на девушку, замахнувшись кулаком.

Алекс стоял рядом с трейлером, наблюдая за Маргарет, которая пыталась поджечь сигарету не работавшей зажигалкой. Услышав звук разбившейся бутылки, а следом крик Хитоми и треск стекла, парень рванул ко входу, но на пути также быстро появилась Маргарет:

— Стой тут и жди, тебе не давали разрешения заходить внутрь, — женщина улыбнулась, она была рада, что Сайман отрывался на дочери, а не на ней. Эта жуткая улыбка расползлась по её лицу словно оскал хищника.

— Думаю, полиция поможет мне зайти туда и найти не только алкоголь в вашем доме, — Алекс смотрел прямо ей в глаза, прожигая неуверенную маску Маргарет.

Женщина медленно отошла от входа, подняв руки верх словно сдаваясь.

Алекс быстро поднялся в трейлер, его внимание привлёк Сайман, который надвигался на девушку, сжав кулак выше головы. Хитоми медленно отходила назад, держа впереди себя руки.

— Думаешь, я тебе ничего не сделаю?! — закричал он и замахнулся, чтобы нанести удар, но почувствовал тяжесть в руке, а обернувшись, увидел парня. Глаза Алекса горели гневом, он вцепился ему в кисть и одним лишь движением, повернув на себя, заставил мужчину упасть на колени и застонать от боли. — Отпусти!

Резкий, отточенный удар и из носа Саймана хлынула кровь, алые капли брызнули на грязный пол. Его рука, словно тиски, сомкнулась на горле мужчины, перекрывая ему дыхание. Взмах второй руки и массивный деревянный косяк, скреплявший дверь, с треском отломился. Древесина треснула пополам, обнажив неровные волокна на изломе. Алекс поднял обломок, приставив его к шее Саймана. В его глазах, едва видимых за прядями чёрных волос, бушевала буря. Пальцы, вцепившиеся в балку, побелели от напряжения, а в груди стучала ярость, грозящая вырваться наружу.

— Бить женщину, а твоём случае – девочку, так ешё и часть твоей же семьи – позор. – он слегка разжал пальцы на его шее. - Ещё раз я увижу тебя рядом с ней, сломаю ногу, — прошептал парень. — Если ты зайдешь в трейлер, пока мы не выйдем от сюда, я проломлю тебе череп этой палкой. Если ты будешь торопить нас, — он притянул его за горло ближе к себе. — я убью тебя.