Восхождение вниз

Глава 1

Коридор… Длинный, ярко освещенный. Пол выложен плиткой, я иду босиком, холодно… Где-то здесь должна быть дверь в мой класс. Сегодня контрольная, а я опаздываю. Может быть, еще успею?

Вот она дверь! Толкаю. В глаза бьет яркий свет, вижу насмешливые лица одноклассников. Куда они смотрят? Чёрт! Я же босой! Что? Еще и брюк нет? Зачем я сюда пришел?

Зажмуриваю глаза. Стыд и отчаяние наполняют мой разум.

— Эй, Виктор Васильевич! С вами все в порядке?

Открываю глаза. Надо мной одиноко висит странная прозрачная лампочка. Я такие только на уроках физики видел. Яркий свет слепит, но я постепенно привыкаю.

— Вы как, Виктор Васильевич? — молодая женщина дотрагивается до моего плеча. — Может ему давление померить? Есть у кого тонометр?

— Ничего с ним не будет. Очухается и пусть к детям идет.

— Что? Каким детям? — приподнимаюсь на локте и с ужасом смотрю по сторонам.

Вокруг меня стоит с дюжину разновозрастных дам. Глаза горят, взгляды колкие, полные нетерпения.

— К нашим, каким же еще! То есть и к вашим теперь тоже.

— Не понял? Где это я?

Старый надоедливый сон про школу сменился еще большим кошмаром — реальным.

— В убежище, забыли, что ли? Нет у него точно давление. Чего он разлегся посреди коридора?

— А может обезвоживание? Посмотри у него в рюкзаке, воды нет?

Пока я поднимаюсь, одна из женщин шарит в лежащем рядом рюкзаке.

— Есть, почти полня ноль пять!

— Давай сюда!

— Не дам! У меня двое детей, нам вода нужнее!

— Ты чего, он сейчас опять в обморок хлопнется. К детям ты пойдешь? Они вон визжат уже битый час без присмотра.

— Так, что здесь происходит, дамы? — я встаю и окончательно прихожу в себя.

— Да, вы не переживайте, Виктор Васильевич, все у нас нормально. Ждем вот, когда службы до нас какие-нибудь уже доберутся. Два дня без воды и еды тут сидим, сами еле на ногах держимся. Вы к деткам идите, они вас заждались.

— Во-первых, я не Виктор Васильевич. А во-вторых, чего это вы сами к своим детям не пойдете?

Я уже и сам отчетливо слышал детские крики и вопли доносящееся откуда-то из соседнего помещения.

— Так вы ж учитель, не мы! Наше дело детей одеть, накормить да спать уложить. А присмотр и воспитание пусть специально обученные люди осуществляют, — громко просветила меня высокая полная женщина в короткой тунике и светло-бирюзовых «велосипедках», обтягивающих ее фигуристые мощные ноги.

— Согласен исключительно со второй частью. Только я то тут причем? Я никакой не учитель.

— Как не учитель? Как не при чем? Нет, ну посмотрите на него? Головой что ли ударился? Вы еще какой учитель! Вот идите и учите, воспитывайте! Вот ваш диплом, он тоже в рюкзаке был. Здесь все написано: Жданов Виктор Васильевич, учитель начальных классов, диплом выдан Северогорским государственным педагогическим университетом. Так, вперед! С документами все в порядке!

— А с чего вы взяли, что этот рюкзак мой и диплом тоже мой?

— Ну так, а чей же еще, если не ваш? — женщина обернулась и обвела взглядом всех остальных мамочек кивая и широко улыбаясь. — Никаких других Ждановых Викторов, как видите, здесь больше нет.

По толпе прошелся смешок и остальные закивали головами тоже. Кто-то покачал даже, пытаясь уличить меня в обмане.

— Ладно, я пойду, а вы что делать будете?

— Как чего? Ждать!

— Да, мы все тут ждем! Второй день уже. Ужас, что за беспредел творится! Сказали всем в укрытие, а сами нам ни воды, ни еды сюда не подвозят, — решила высказаться белокурая молодая женщина с широкими голубыми глазами.

— Идите, идите, давайте! Дети вас заждались!

Та самая плотная мамаша, уж не знаю скольких детей, толкая меня в спину своей наманикюренной пятерней, направила к входу в большое душное помещение, где бегали и сходили с ума, визжали и кидались всем чем только можно не меньше тридцати детей совершенно разных возрастов.

— Виктор Васильевич, а Маша меня по голове ударила!

— Он первый начал!

— Не правда, сначала ты меня толкнула и обозвала!

— Можно выйти? У меня живот болит!

— А Коля блеванул!

— Так! — я шлепнул ладонью по старому столу с облупившимся лаком. — Кто-нибудь мне объяснит, что здесь происходит? Почему мы все здесь?

— Нас мамы сюда привели. И вас!

— А папы, где ваши?

— Мы не знаем, наверху наверно остались, — пожала руками, та самая Маша, которая ударила невысокого чумазого мальчишку и, судя по всему, планировала это сделать снова.

— А мы значит внизу?

— Да. Мы сюда по лестнице спускались.

— И где эта лестница?

— Там! — дети «хором» указали руками куда-то в сторону. — Только она теперь закрыта. Там еще дверь такая большая. Моя мама даже ударяла по ней несколько раз, но не помогло.

— Кто из вас самый старший?

— Вот, Ваня.

— Ваня! Ему двенадцать!

— Мне тоже через неделю двенадцать исполнится, — завопил смуглый парнишка, яростно стучавший пустой пластиковой бутылкой по столу.

— Тебе через неделю исполнится, а Ваньке уже двенадцать. Он самый большой! Бееее!

— Я тоже большой!

— Ты мелкий, сиди молчи!

— Виктор Васильевич, а Рави бутылкой в меня кинул, — дразнившая смуглого парня девчонка собралась плакать, а я готов был уже на стену ползти от всего этого шума и гвалта.

— Тихо! Успокоились все! Отвечать на мои вопросы по очереди! — дети на мгновение затихли и уставились на меня. — Понятно?

— Да!

— Понятно, Виктор Васильевич!

— Я пить хочу!

— А я в туалет!

— У нас будет сегодня обед? В школе нас каждый день кормили!

— А что дадут?

— Я ненавижу омлет! Фуэээ

— А я дурацкий суп!

— Можно выйти, Виктор Васильевич? У меня живот болит…

— Иван! Пойди сюда, — смирившись с тем, что в помещении снова начинается бедлам, я подозвал к себе старшего. — Что произошло? Там наверху? Как мы все здесь оказались?

Глава 2

— А ты запасливый, — кото-кролик с интересом обнюхивал консервные банки и пакетики с чаем, которые кто-то небрежно раскидал по полу.

В квартире явно кто-то побывал, но продукты их видимо не заинтересовали.

— Ищешь чего?

— Ноут похоже пропал… А ты и читать умеешь?

— А то! И на латыни тоже! Ну, енохианский, понятное дело, мой родной язык.

— Ено… какой?

— Енохианский! — кото-кролик выпучил на меня свои налитые кровью маленькие глазки. — Современный магический язык! Немного и на тёмном наречии нижнего мира соображаю. Образованный я.

Последние слова зверь произнес с каким-то особо грустным придыханием.

Я покачал головой, но комментировать больше не стал.

Странный же все-таки он, зверюга этот!

Я открыл холодильник и тут же его закрыл обратно, решив, что примусь за его уборку позже.

— Кто же тебя такого создал? И главное — зачем? — спросил я, накладывая в уцелевшую чистую тарелку кусочки мяса с желе, стараясь не задевать жир, оставляя его в жестянке.

— Хозяйка моя создала. Ведьма нижнего мира. Сильная и древняя была, — задумчиво произнес кото-кролик, обнюхивая предложенную еду. — Качественная!

— Так для себя брал. Я ж один живу, готовить или заказывать не всегда есть время или желание. А где теперь твоя хозяйка?

— Слушай, я вот никак не пойму, ты со мной контактируешь беспрепятственно, а значит видишь меня и понимаешь, и такие вопросы задаешь странные? Ты хоть раз по сторонам оглядывался?

— Допустим оглядывался и не раз, только причем здесь это?

— И ничего необычное не видел?

— В каком смысле необычное?

— Существ всяких, магов, колдунов, ведьм, демонов?

— До того момента, как в подземелье попал с кучей народу, галлюцинациями не страдал.

— Болван.

— Возможно, — я пожал плечами.

Раз с тобой сижу разговариваю, то наверно болван и есть.

— Имя то у тебя есть? Или мне тебя Виктором Васильевичем называть?

— Полагаешь мы уже достаточно сблизились, чтобы представиться друг другу? — попытался подколоть животное, которое отказалось со мной знакомиться, когда мы совершали побег из бункера.

— Это сарказм? Мяса еще положи.

— Меня зовут Гаррик.

— Фамилия?

— Меземиров.

Животина кивнула головой, дескать «принято», и принялась уплетать добавку.

— Теперь твоя очередь.

— Обойдешься. Сначала докажи, что достоин обладать таким знанием!

Ну и загнул недокот! Или все же недокролик?

Наевшись, неизвестный науке зверь запрыгнул на подоконник и принялся облизываться и «умываться», а я попробовал открыть кран, но вместо воды меня обдало воздухом с какими-то вкраплениями.

— Слушай, так, что случилось в городе? Последнее, что я помню, так это, как шел по улице после работы, а потом…

— Тебе официальную версию или хочешь правду знать?

— Предпочел бы начать с правды.

— Облава была.

— И кого ловили?

— Нежить в основном отлавливают, но в этот раз многие под раздачу попали.

— Хозяйка твоя значит тоже попала?

Зверокот тяжело вздохнул и посмотрел куда-то в даль, за окно.

— Еще как попала. Развоплотили ее. Сам еле ноги унес.

— Ты выходит нежить?

— Нежить. Чего уставился? Сам не известно кто еще. Пахнешь человеком, а по факту им не являешься. Да и есть в тебе какие-то нотки, едва уловимые, — фамильяр повел носом в мою сторону и забавно подергал им. — И фамилия какая-то странная.

— Обычная фамилия. От родителей мне досталась. Так, а чем твоя хозяйка занималась? Она из этих, что ли? Гадание, привороты, все такое?

— Да не… Она проводницей была. Последние сто лет в этом мире жила — в среднем.

— А тебя когда создала?

— Молодой я еще. Тридцати даже нет, — кото-кролик встал на четыре лапы потянулся и отряхнулся. — Я ж не первый ее фамильяр. Предыдущего разволплотили, ей предписание выдали и запретили переправой заниматься. Но такие, как она по-другому жить не могут. Да и не местная она была, говорю — ведьма нижнего мира. Не здешняя.

— И сколько миров таких существует?

— Основных три — нижний, средний и высший. Но каждый из них на свои подпланы еще разделен. Хотя условно это все. А вот основные миры, они, конечно, границы четкие имеют и просто так эти границы не пересечь. Так вот, хозяйка моя бывшая, она как раз через такую границу проводить могла — из нижнего мира в средний, и наоборот. Когда ресурса поднакопила смогла в средний мир перебраться, в городе поселилась, помощника- фамильяра себе завела. Но быстро попалась, здесь правила жесткие. И, насколько я знаю, всегда такими были. Ведьмы и колдуны никогда в почете в среднем мире не были, вечно их у вас здесь гнобят. Про остальных вообще молчу. Нежить испокон веков тут под запретом строжайшим.

— То есть ты выходит вне закона?

— Выходит, что так.

Фамильяр снова сделал жест похожий на пожатие плечами.

— А кто вас тут прессует так? Службы что ли какие специальные?

— Ага, тайный противомагический спецназ «Огниво». Раньше хорошо было, они нас по наводкам искали, а наводчиков этих наши быстро вычисляли и того… — кото-кролик красноречиво провел лапой по шее. — А теперь закупили китайского барахла — энерговизоры, очки потустороннего видения, детекторы разные… Прятаться сложнее стало.

— А где вы с хозяйкой жили то? Ты, говоришь, она городская была последние сто лет.

— А тут и жили. В пригород правда переселились лет пять назад. Там воздух чище и не так шумно. Но я туда больше не ходок, даже не проси. Там еще хуже, чем у тебя кавардак устроили, пока меня искали.

— Нашли?

— Меня? Нет, конечно. Я за ширмой магической прятался. А вот след мой они уловили, и по нему уникальный узор вычислили, ее персональный. Отвертеться не смогла, даже шанса на оправдание не оставили никакого. Как вспомню, как они ее гиперволновым развоплотителем расплавили, аж мурашки под шерстью. Фррр… Одно мокрое место осталось!