В этом городе очень тяжело жить правильно. Очень тяжело делать верные выводы и стремиться к истине. У них задача обвинить и доказать.
Я считала, если есть обвинение, значит такие меры – на чем-то основаны. До того, как в мою жизнь пришла иная реальность.
Общество этого мира обвинило человека в убийстве и посадило в открытую камеру посреди города, вместе с убийцей-маньяком. Он сидел на деревянном выступе у стены, на уровне двух метров ниже, чем все передвигались. Сидел, обхватив голову руками, и смотрел в пол. Кажется, что сидеть в одиночной камере – это пытка, когда ты остаешься один на один с собой и своими мыслями. Видно их психологи считают, что именно осуждение общества может морально больше заставить человека раскаяться, чем самоугрызение.
Открытые камеры выкопали на главной площади. Туда в ходе следствия, садили заключенных, пока они не расколются, пока что-то не докажут, пока не закончится расследование, пока народ не совершит самосуд.
Мужчина сидел и просто смотрел в пол. Он знал, что если попытается выбраться – он умрет от болевого шока.
Его могли спасти мы. Обычные люди этого большого города. Но чаще всего, открытая камера была ямой для мусора, люди могли свободно кидать в заключенных бутылки, плевать туда и даже убивать.
Я шла там вечером воскресенья. Когда вокруг было пусто и темно.
Он сидел, его спина касалась стены. Мне казалось, что он смотрит глубже, чем можно приставить. О чем он думает?
- Привет, - тихо сказала я, и села на асфальт.
Он поднял глаза. Он смотрел уставшим взглядом, полным отчаяния.
- Привет. Если хочешь поиздеваться, начинай, - глубоко выдохнул он.
- Не хочу.
- И что дальше?
Я сидела и смотрела через дорогу, кто-то показывал на меня пальцем, пытались что-то крикнуть. Но я не слышала их.
- Почему ты здесь? – тихо спросила я.
- Они думают, что я убил человека.
- У них основания?
- Все против меня.
- А чему в этой ситуации веришь ты?
- Я не убивал его, - отчаянно повысил голос он и поднялся. – Ты не представляешь, как тяжело быть здесь, видеть, как вы живете, выдержать это давление массы, каждый день.
- Чтобы ты сделал, если бы мог подняться на поверхность?
- Я бы нашел истину. Я бы пытался её найти. Доказать всем, что это не я. Я знаю, как можно все изменить, - он ударил кулаком о стену.
Пауза.
- Зачем ты здесь?
- Хочу знать истину. Хочу помочь тебе.
- Женщины...
- Пошли со мной! – я наклонилась и протянула ему свою руку. - И я покажу тебе истину.
- Ты хочешь, чтобы я умер? – он смотрел в мои глаза, сквозь темноту. Я чувствовала, как он пытается понять, что происходит.
- Я опустила руку ниже уровня земли, и я жива. Что если ты возьмешь меня за руку и тоже останешься жив? Что тебя ждет здесь?
- Второй умер сегодня. Его застрелила мать одного ребенка, которого он растлил. Это был правильный выбор – он был ужасным соседом по камере. Может завтра убьют меня. На жизнь уже нет шансов.
Кем я была сейчас? Можно было ли считать себя ангелом? Может я думала о чем-то большем, чем истина. Может я не думала о нем, а думала о себе. Я бы ждала помощи.
- Просто возьми меня за руку, и я поверю, что ты не виновен. Если ты готов ради своей правды умереть, значит это стоит чего-либо.
- Побег – признак того, что я хочу избежать ответственности и то, что я слаб.
Он прав.
- Возьми меня за руку.
Он опустил голову вниз. Он рассматривал свою грязную майку, он смотрел на грязные кеды, это длилось около минуты.
- Обещай мне. Что заберешь меня с собой, даже если я стану мертвым и похоронишь как невиновного человека.
Обдумала. В нем килограмм 80. Тяжеловато.
Я готова.
- Да, я обещаю тебе, что заберу тебя с собой.
Он подошел к деревянному выступу и стал на него, одна рука стремилась ко мне. Скоро все станет понятно. Смогла ли я изменить систему в этот раз.
Я почувствовала его тяжелую шершавую руку, которая была больше моей. Она сильно держала меня и не отпускала.
- Вот видишь, ты жив, - сказала я, наклонив голову вправо, чтобы лучше видеть его лицо и его эмоции.
Я стояла на коленях, держа его за руку. Он, ничего не ответив, быстро вылез из этой камеры-ямы и поднял меня с колен.
- Ты обещала мне помочь.
Я шла по вечернему пустынному городу рядом с убийцей. Но я знала, что он невиновен. Я даже скоро узнаю всю историю, в которой он стал замешан. И я знала, что я могу помочь ему. Он не убежал. Он не старался убить меня. Он верил мне. Я верила ему.
Сейчас мы верили друг другу.
Есть волшебное что-то в этом мире, когда выходишь из сна в новую реальность. Когда вокруг много историй, и ты в них ключ, главное - найти исток и найти, как решить проблему. Сегодня я оказалась в этом городе не случайно.
Как только я очнулась, запахло неопределенностью, смертью, обманом и жертвой невиновного. Эти запахи - помощники в сборе информации, в истоках проблемы. В новое место я приходила со встроенным в тело гаджетом с моментальными расшифровками геолокации, спецификой мира, страны, города. Такой гаджет я смогла установить в одном отражающем мире, и слава богу он перемещался со мной! Запахи помогали определить смысл миссии. На городскую площадь, в ту ночь, меня вывел запах жертвы.
Этот мужчина в яме был жертвой.
Очень обрадовал внешний вид обвиняемого: худой, видно что имеет отношения к спорту, черты лица заострились от неправильного и редкого питания, но глаза были хоть и в тоске, но огонёк надежды горел. А когда у человека есть надежда - сразу начинает окружение пахнуть по иному. Темные волосы, карие глаза, даже в полумраке улиц его черты были очень симпатичными. Люблю работать в комфортных, не отвращающих от личности, условиях.
Возвращаясь по темным улочкам в место, где я открыла глаза, мы почти не общались.
В самом начале нашего пути, мы сориентировались, что камер по городу было достаточно, и они все видят и слышат. Своим чудесным встроенным устройством я немного сбила трансляцию на площади, а когда мы вышли в соседний переулок, я взяла неизвестного мне мужчину под руку. Поздняя прогулка вечером полезное занятие!
Мы вошли в квартиру, которая теперь до решения проблемы была в моем владении. Мужчина вошёл следом и нерешительно поинтересовался:
- Можно ли узнать имя моей спасительницы?
- Зови меня Инна, мое настоящее имя я не помню.
- И тебя не интересует это?
- Уважаемый ...., - недовольная пауза, чтобы выяснить имя.
- Меня зовут Лэнс, Лэнс Факториан. Спасибо, что вытащила! - он чуть улыбнулся и начал осматривать жильё.
Усмехнувшись, я пошла на кухню, вылазка была довольна длительная, да и Лэнс давно не видел нормальной горячей еды.
***
Я не была агентом спец службы, которая отправляла меня на задания через мой сон. То чем я занимаюсь, это вынужденная жизнь.
Кто занимается арендой моих квартир? Покупкой еды для холодильника, когда я попадаю в мир? Все в моих перемещениях было предусмотрено: и документы мои всегда были в порядке, я всегда находила их на соседней подушке при первом появлении.
В таком ритме, от задание к заданию, я работаю около 10 лет. Я пыталась выяснить, кому интересно, чтобы я перемещалась во времени и в пространстве, но мои поиски до сих пор не зацепились. Я проверяла всё, плоть до отпечатков пальцев в квартире, но кто занимается постоянным перемещением меня в разные миры - оставалось моей главной загадкой.
После двух лет истерик, поиска ответов, я поняла смысл этих миссий и успокоилась, нашла, по крайней мере, силы это сделать. Спасая нечестно осуждённых людей, я могла двигаться дальше. И моей самой главной мечтой всегда было желание попасть в мой мир, к моим родителям, к моей семье. За 10 лет, что я перемещаюсь между мирами и городами, побывать дома у меня получилось всего три раза. И то я была в соседних Штатах, но отдала всё, чтобы увидеть своих родных. После того, как я исчезла в первый раз, прошло 3 года. Когда я впервые оказалась на пороге дома моей семьи, мама упала в обморок. Они давно искали меня, я была без вести пропавшей. Похоронить меня сил у них не хватило, за что им особая благодарность.
Когда вернулся с работы отец, мы выясняли мою новую жизнь целую ночь. Это были слёзы, истерики, выяснение деталей. Но самое главное, что было в этой ситуации прекрасным - я была жива. Я объясняла, что перемещаюсь не только по нашей планете, но бываю в разных мирах, являющихся отражением нашей планеты. Когда я уснула в своей кровати, я не задумывалась, что исчезну, но уже после сна проснулась в квартире "для дела".
Сейчас же я резала салат, мясо жарилось в сковородке на огне. Лэнс все же пришёл на кухню.
- Я не знаю с чего начать. Можно я приму душ? Приведу свои мысли в порядок, и мы поговорим, хорошо? - он смотрел так виновато, скромно, я лишь пожала плечами - опыт не задавишь.
- Свежие полотенца в ванной в шкафчике. В шкафу в прихожей поищи вещи, которые могут на тебя налезть. Только давай быстрее, скоро будет готова еда. Не переживай, мы в безопасности. И поговорим, когда ты будешь на это готов.
- У меня ощущение, что это сон, - грустно вздохнул он, исчезая в коридоре.
Через пять минут услышала шум воды в душе. Квартира была стандартная, однокомнатная, кровать одна(жертвы всегда не прочь спать на диване у телевизора), небольшая кухня, ванна, туалет - стандарт.
Если и в этом мире я усну в другом месте, но миссию ещё не выполню, я проснусь в этой квартире в любом случае. Поэтому если я куда-то и выезжаю, во мне куча энергетических напитков, кофе и чёрные очки. Если же, а такое бывало, у меня начинались проблемы, из плена, тюрьмы я исчезала, как только могла заснуть, удобная штука. Правда иногда.
Прошло ещё где-то десять минут и Лэнс показался на кухне. Он нашел в шкафу чёрные спортивные штаны, а вот майку найти пока не мог. Посмотрела на его оголенную мощную грудь, пресс. Мужчина был ничего себе такой. Интересно, чем занимался, и как всё произошло. Пока я накладывала мясо и гарнир в тарелку, он присел напротив меня, и просто смотрел.
- Угощайся, Лэнс. Ты не против, если мы будем общаться на "ты"?
Он взял вилку и удивленно глянул в мои глаза:
- По-иному не может быть! Я тебе благодарен за то, что я здесь, и что у меня есть шанс.
Я поставила тарелку напротив, и мы начали есть. Молчание было не долгим, как и наполнение тарелки.