Впусти меня в свою жизнь

Глава 1

Такси остановилось у высокого забора, за которым грохотал какой-то новомодный трек, слышались голоса, смех, звон стекла. Я вышла из машины, поправила на плече громоздкую сумку и неуверенно оглянулась на подругу.

– Ну что ты застыла? – усмехнулась Соня. – Вперед, навстречу приключениям!

Соня показала большой палец вверх и подошла ко мне, ободряюще обняла за плечи и прошептала:

– Пора, Стася, давно пора отвлечься и развлечься. И вообще, не стоило брать с собой работу, – она указала на ноутбук в сумке.

– У меня срочный проект, – в который раз повторила я.

– У тебя каждый проект срочный, но это не значит, – Соня подняла указательный палец вверх, не давая мне возразить, – что у тебя не должно быть выходных.

– Да, согласна, – закатила я глаза. Я давно усвоила, что с Соней лучше не спорить, а делать вид, что соглашаешься, но поступать по-своему, хотя и не показывать этого.

Тем временем таксист выгрузил наши вещи из багажника, а Соня позвонила своему парню.

– Мы на месте, где обещанная красная дорожка?

Мы приехали в какой-то закрытый котте.

– Хе-хей, привет, девчонки! – навстречу вышел Виталик, молодой человек Сони, и по очереди обнял нас. – А ты чего такая кислая? – щелкнул меня по носу и, не дожидаясь ответа, подхватил наши сумки, приобнял Соню и направился к дому, я же глубоко вздохнула, пытаясь настроиться на отдых, поплелась следом. – Уж простите, сегодня без красной дорожки, но приветственные фанфары я вам обещаю! Два бокала опоздавшим дамам! – крикнул он кому-то из парней.

– Я не буду, – попыталась возразить я, но, встретив недовольный взгляд Сони, решила не продолжать. Лучше держать бокал в руках и делать вид, что пью.

– Не кисни.

Я выдавила из себя подобие улыбки, понимая, что приехать сюда было плохой идеей, и поправила сползающий с плеча ремень сумки, вес которой становился всё ощутимее.

«Стася, соберись. Ты приехала сюда, чтобы отвлечься от работы», — мысленно подбодрила я себя.

Я оглядела присутствующих ребят, многих из которых знала ещё по университету, кого-то видела впервые. Андрей, на чей день рождения мы выбрались за город, увидев меня, подмигнул и направился в нашу сторону.

– Какие люди! – он развёл руки в стороны и крепко обнял меня.

– С днём рождения, – выдавила я из себя. – Подожди, я достану подарок.

– Самый лучший подарок – это твой приезд, Стася, – сказал он серьезным тоном, чуть отстраняясь.

– Приятно слышать, – смутилась я, а Соня прошептала одними губами:

– Лови момент.

Не знаю, что она прочла на моем лице, но тут же отвернулась и, недовольно фыркнув, пробормотала что-то про старую деву. Виталик рядом громко рассмеялся.

– Стась, пойдем, я тебя со всеми познакомлю, – Андрей потянул меня в сторону бассейна. – Надеюсь, ты взяла с собой купальник?

– Нет, не прихватила, – ответила я, стиснув зубы.

– Не страшно, можно поплавать и без него, – прошептал он мне на ухо. – Вдвоём, когда все уснут, что скажешь?

– Скажу, что идея так себе.

– Почему? – искренне удивился он.

– Вдруг кто-то будет подглядывать из окон.

– Действительно, – задумался он. – Такая красота не для всех.

Он опустил взгляд, останавливаясь то на вырезе платья, то на моих обнажённых коленях, а я в свою очередь думала о том, что не стоило надевать такое короткое платье.

– Слушай, Андрей, мне нужно где-то вещи оставить.

– Пойдём, – тут же собрался он и потянул меня в сторону дома.

– Не думаю, что стоит гостей одних оставлять.

– С ними ничего не случится, – возразил он, обнимая меня за талию.

– Подожди, – остановила я чересчур заботливого парня. – Я только что приехала, мне нужно привести себя в порядок.

Он разочарованно выдохнул.

– Понял, не дурак.

Его рука соскользнула с моей талии.

– Я очень рад, что ты приехала, – он наклонился и быстро поцеловал меня в уголок губ, тут же отпустил и направился к бассейну.

А я, растерянная, направилась к Виталику.

– Виталик, где можно оставить вещи? – да, я знаю, что хозяин в доме Андрей, но я сейчас не готова оставаться наедине с Андреем.

– Вещи? – рассеянно переспросил он, оглядывая меня с ног до головы, а затем, сосредоточив взгляд на моей сумке с ноутбуком, тяжело вздохнул. – Это, – он недовольно ткнул пальцем в сумку, – можешь оставить на втором этаже. Выбирай любую свободную спальню.

– Хорошо, – ответила я, поворачиваясь к дверям, ведущим в дом.

– Стася! – позвал меня Виталик. – Оставить – значит войти в комнату, положить сумку на стул и спуститься вниз.

– Я знаю, – фыркнула я в ответ.

– Стася, – снова позвал Виталик.

– Ну что еще?

– Или я запру его в сейфе.

– Вы что, сговорились? – я перевела взгляд на хихикающую Соню. Не ответив ничего, я подхватила брошенную Виталиком сумку со сменной одеждой и направилась в дом.

Поднявшись на второй этаж, я остановилась, осматривая запертые двери.

– Так, можно выбрать любую комнату? Пусть будет эта.

Я ткнула пальцем в первую попавшуюся дверь и распахнула ее, уверенно шагнув вперед, но тут же замерла на месте. Прямо передо мной стоял мужчина в расстегнутых джинсах и с полотенцем, перекинутым через плечо.

Ремень тяжёлой сумки за тканью не до конца застегнутых джинсов. Тёмные волосы с проседью, такая же густая щетина. На шее цепочка с каким-то замысловатым кулоном.

Мужчина, который до моего появления хмурился и что-то активно печатал в телефоне, повернулся и медленно осмотрел меня с ног до головы. И только в этот момент я поняла, что откровенно пялюсь на него.

– Извините, – пискнула я. – Кажется, я… заблудилась.

На его лице проскользнула улыбка.

– Ты на вечеринку?

– Угу.

– Вечеринка внизу, а что ты забыла здесь? – спросил он, нахмурившись ещё сильнее, и подошёл ближе.

– Вещи оставить, – неуверенно ответила я.

Мужчина внимательно осмотрел сумку, которую я держала в руках, затем скользнул взглядом по вырезу моего платья и плавно опустился на вторую сумку, которая валялась у меня в ногах.

Глава 2

Я уже давно проснулась, но не спешила вылезать из-под одеяла. За окном барабанил дождь, небо было хмурым, а я чувствовала себя совершенно разбитой.

Соня еще не приехала, осталась ночевать на даче, да это и к лучшему. Вчера я была в таком состоянии, что лучше бы мне побыть одной. Вчера вместе с ноутбуком разбилась и моя мечта, и все то, что я выстраивала все эти годы.

Я накрылась одеялом с головой и полностью отдалась жалости к самой себе. Я бы восстановила всю проделанную работу по согласованным с Авериным фотоэскизам, но дело в том, что в понедельник мне нужно сдать отчёт Демидычу и показать результат. Вся проблема в том, что он давно точит на меня зуб, выдавливая из агентства и мешая получить долгожданное повышение.

Не дождется.

Я резко откинула одеяло и подошла к своему рабочему столу, включила компьютер и следующие несколько часов собирала из переписки с клиентом все согласованные эскизы, которые структурировала, группировала, пытаясь восстановить утраченное.

Сейчас я собирала воедино не столько проект, сколько себя, свою волю.

Стас прав — заказчик поймёт, с ним можно договориться, а вот Демидычу — но ему можно запудрить мозги. У меня ведь согласован весь первый этап, заказчик принял все правки, дальше идут ещё несколько этапов, которые я смогу быстро восстановить. А значит, есть шанс. Я смогу собрать всё воедино за короткое время. Спать не буду, но восстановлю.

Итак, завтра мне нужно предоставить отчёт на совещание. Собрать красивую презентацию из имеющихся файлов не составило труда. С этим я справилась быстро, к тому же я работала над ней уже несколько дней. Далее мне нужно было начать собирать наработанное в единую структуру. Демидыч любит смотреть исходники. Просто картинки его не устраивают. К счастью, я нашла один из исходников, который копировала несколько недель назад, но всё же. С ним мне будет проще.

Я настолько погрузилась в работу, что не заметила, как приехала Соня.

– Стася, – позвала она меня.

– Не сейчас, – отозвалась я, не отрываясь от компьютера.

— Ну, Стась, — она подошла ближе, положила руки мне на плечи и прижалась. Не знаю почему, но от этого прикосновения что-то во мне сломалось, и тщательно сдерживаемая истерика вдруг вырвалась наружу. Сначала я почувствовала, что задыхаюсь, потом горячая слеза обожгла щёку, а потом… потом я уже не помню, сколько времени рыдала на плече у Сони. Она что-то шептала, успокаивала, гладила по волосам, а потом, когда истерика начала стихать, тихо спросила: – Ты ела что-нибудь?

Я покачала головой. В последний раз я ела бутерброды со Стасом вчера.

– Всё наладится, – твёрдо сказала она. – Всё, что ни случается, к лучшему и делает нас сильнее, помнишь?

– Угу, – выдавила я из себя, чувствуя новый прилив невыплаканных слёз.

– Я принесу тебе поесть, – сказала Соня, поднимаясь. – А лучше пойдём со мной. Тебе нужно отвлечься.

– Отвлеклась уже, вчера.

– Пойдем-пойдем. Ты всю ночь тут просидела?

– Нет, сегодня только.

– Прости, я не смогла приехать раньше. Вчера не было возможности вызвать такси. Далеко, а сегодня пока собралась, пока доехала. Еще эти пробки.

– Ты не привезла мою сумку? – спросила я, следуя за подругой на кухню.

– Нет, – она обернулась и обеспокоенно посмотрела на меня. – Нет, я забыла.

– Ладно, – махнула я рукой.

– Я взяла ее, – твердо произнесла Соня, – и даже спустилась с ней вниз. А потом… не помню.

– Ладно, пусть. Там не было ничего важного, только любимая пижама, подаренная когда-то мамой, и прочие мелочи.

– Слушай, Стась, я позвоню Андрею – он обязательно привезёт.

– Хорошо, – прошептала я устало.

– Кофе сварить? Или лучше чаю?

– Давай кофе, нужно взбодриться.

– И бутерброды сейчас сделаю, а потом что-нибудь приготовлю. – Соня суетилась на кухне, наливая воду в чайник, доставая тарелки и колбасу из холодильника. – Вспомнила, у нас должны быть котлеты в морозилке. Мама привозила, помнишь? Вот их сейчас и пожарим с макаронами.

– Демидыч меня завтра сожрет.

– Не сожрет, ты ему не по зубам.

– Сожрёт и даже не подавится, – покачала я головой.

– Он мечтает продвинуть свою протеже, но она бездарна по сравнению с тобой, – попыталась успокоить меня Соня.

– Мечтает и продвинет.

– Ты, этому Аверину своему сообщила?

– Нет, зачем ему это? Он всё согласовал, его всё устраивает. По эскизам я быстро всё восстановлю. Да и в этом нет необходимости, можно просто распечатать то, что он согласовал.

– А зачем тогда исходники нужно восстанавливать?

– Требование Демидыча. Исходники должны оставаться в агентстве на случай, если дизайнер уволится или уйдёт на больничный, чтобы его можно было заменить.

– Аргумент, – согласилась Соня.

Она поставила передо мной чашку с кофе, я придвинула её к себе и сделала глоток. В другой раз я бы поморщилась и сразу потянулась за сахаром, но не сейчас. Такое чувство, что вместе со слезами из меня вышли все чувства.

– Погоди, я шоколада купила.

Соня побежала в прихожую и вернулась с плиткой, с которой тут же слетела обёртка, и плитка была разломана на мелкие кусочки.

– Получается, завтра тебе нужна только презентация, – рассуждала Соня, доставая котлеты из морозилки. – У вас там что-то вроде конкурса на должность ведущего дизайнера?

– Угу.

– Сколько там человек будет?

– Я, Петька и Даша.

– Даша – это от Демидыча?

– Угу.

– Жалко комп, ты на него так долго копила.

– Мне Стас компенсировал все.

– Что? – Соня от неожиданности грохнула сковородкой по плите и развернулась ко мне. – В смысле компенсировал?

– Перевел за него деньги на карту, – произнесла я спокойно.

– Он же стоит кучу денег.

– Ну… он перевел кучу денег и еще одну, видимо, в качестве компенсации.

– И домой подвез?

– Подвез.

– И до дверей проводил?

– Фу, Соня, перестань! – возмутилась я, поднимаясь. – Такое чувство, что у тебя на уме только одно.

Глава 3

Возвращаюсь домой из магазина, оставляю пакеты с продуктами у порога. Потом разберу. Сейчас слишком устала, еле дотащила тяжёлые пакеты до дома, а тут ещё лифт сломался. Всякий раз, когда иду в супермаркет за продуктами, обещаю себе взять только самое необходимое и желательно не тяжёлое, но каждый раз набиваю корзину всякой всячиной, а потом тащу всё это на себе.

Плюхаюсь на диван, пытаясь расслабиться, чувствую, как тело потряхивает от напряжения. Смотрю на свои трясущиеся руки и понимаю, что я полная дура. Дура и всё тут. Совсем себя не жалею, а стоило бы. Нет, речь идёт не о той самой разрушающей жалости к себе и своей жизни, которая не отпускает меня с момента увольнения, а прошла уже целая неделя, а о заботе о себе, как физической, так и моральной.

Стоило сходить в магазин два раза и принести всё по частям. Да и вообще половину продуктов не стоило покупать, но Данька скоро приедет, и мне хотелось порадовать его капустным пирогом, который он так любит.

Когда усталость и спазмы в мышцах немного ослабли, я достала телефон из кармана джинсов и проверила сообщения. Брат должен был написать время прибытия поезда, на котором он приедет. Мы договорились, что я встречу его на вокзале.

Включаю любимую музыку и плетусь на кухню распаковывать покупки, шинкую капусту для начинки и замешиваю тесто. Наконец приходит сообщение, смотрю на часы, до прихода поезда ещё достаточно времени. Ставлю пирог в духовку и бегу собираться, попутно наводя порядок в квартире. Очень хочется показать Даньке, что я уже взрослая и вполне самостоятельная, а значит, проверять и контролировать меня уже не нужно. Я доказываю ему это каждый раз, когда приезжаю. Но он лишь смеётся, прижимает меня к себе и замирает, и нет ничего лучше этого жеста. Я очень люблю своего брата. Мы есть только друг у друга, и это навсегда.

Я отвечаю Дане на сообщение, и он тут же присылает в ответ кучу смайликов и свою фотографию: взлохмаченный брат на фоне полок плацкартного вагона, с одной из которых свисают чьи-то волосатые ноги в чёрных носках.

Совершенно не замечаю, как проходит время, пока добираюсь до вокзала, сначала жду в общем зале, а потом выхожу на перрон, мне хочется быть там, когда Данька будет выходить из вагона: немного уставший, но довольный.

Данька выходит такой же взъерошенный, как и на фото, оглядывается по сторонам, потом замечает меня и протискивается сквозь толпу ко мне.

– Давно ждёшь? – спрашивает Данька, широко улыбаясь. Он ставит свою сумку и крепко обнимает меня.

– Только что пришла, – бессовестно вру я. На вокзал я приехала почти час назад, боялась опоздать, а в итоге приехала очень рано.

– Как всегда. В следующий раз не пались фотками в сети – смеется Данька, наверняка увидевший мой пост в соцсетях с фоткой на вокзале, который я выложила, когда приехала.

– Эй, – слегка толкаю его в грудь. – На перрон-то я только что пришла.

– Принято, – Данька подхватывает сумку и, приобняв меня за плечи, ведёт к выходу. – Как вкусно пахнет, – тянет он.

– Ты про запах поездов? Мне тоже нравится. В этом есть что-то романтичное.

– Нет, я про тебя, – говорит он, уткнувшись носом в мои волосы и глубоко вдыхая.

– А, – довольно протянула я, – новые духи. Я охотилась за ними несколько месяцев.

– Они что, убегали? – усмехнулся брат.

– Да ладно тебе. Я про скидку. Духи очень дорогие, но мне они очень нравятся.

– Ох уж эти женщины. Но ты снова не угадала. Я про пирог. – он снова наклоняется и вдыхает запах её волос. – Капустный пирог, мой любимый.

– А, вот ты о чём, – улыбаюсь я. Данька любит капустный пирог.

– Надеюсь, целый?

– А то, лежит, завернутый в полотенце, и ждет тебя.

– И что, даже Соня на него не покусилась?

– Не-а. Она на работе.

– А ты чего дома болтаешься?

– Я сегодня свободна, – постаралась ответить так, чтобы не соврать, но и не говорить правду.

– А завтра? – прищуривается Данька.

Я качнула головой.

– И завтра тоже.

– А послезавтра? – Данька подхватывает сумку, и мы направляемся к метро.

– Проводить тебя до дома я смогу, – ответила я, и больше Даня ничего не спрашивал. Мы спустились в шумную подземку, влились в поток людей и плавно двигались в сторону метро. Люди вокруг хаотично двигались, и нам приходилось то разбредаться, то снова идти рядом, а потом мы вошли в вагон, где из-за шума было невозможно разговаривать. Это меня радовало. Тяжёлый разговор откладывался на потом, а дома нас ждал пирог, и Соня вот-вот должна была приехать.

Нет, я не боялась реакции Даньки на мое эмоциональное увольнение. Я не хотела портить встречу его ворчанием о том, что Москва — трудный город и лучше вернуться домой. Я обязательно расскажу ему, но как можно позже. В подходящий момент.

– О чём задумалась? – брат щелкает меня по носу, когда поезд останавливается на одной из станций.

– Да так, о разном, – уклончиво ответила я, хотя на самом деле мои мысли сводились к одному. Мне нужно срочно найти новую работу.

– Никак влюбилась?

– Что? Я?

Он ничего не ответил, только рассмеялся над моей реакцией, и мы больше не разговаривали, пока не приехали домой.

– Как плацкарт? – спросила я, поднимаясь по ступенькам метро.

– Как и всегда: шумно, душно, ночью кто-то шуршал пакетами.

– Голодный, видимо, был.

– Видимо, – раздражённо ответил Данька, которому не удалось выспаться.

– Ничего, сегодня ночью выспишься.

– На твоем суперузком кресле, из которого пружины торчат?

– Я наматрасник купила, специально для тебя.

– А, ну, это в корне меняет дело, – закатил глаза брат, – пружины не будут так сильно давить на бока.

– Эй, – я толкнула его в бок. – С каких это пор ты стал таким привередой?

– Я всегда таким был, – гордо заявил он.

Дома нас встретил аромат жареной курицы и Соня в фартуке поверх офисного платья.

– Привет, как доехал?

– Нормально. Ты что, научилась готовить? – он оглядел Соню с ног до головы.

Глава 4

– Дань, нет! – говорю я, когда брат указывает на здание проката велосипедов.

Мы приехали на ВДНХ, и Даня решил осмотреть здесь всё. Сначала я думала, что он шутит, когда заявил, что хочет осмотреть все павильоны, но теперь поняла: брат настроен серьёзно и заранее продумал, как это сделать.

– Только не говори, что ты до сих пор боишься кататься на велосипеде.

– Я не боюсь кататься, – надуваю я губы.

– А что тогда? – усмехается брат и тянет меня в сторону велопроката.

– Коленок разбитых боюсь, – на что Данька весело смеется.

– Пошли, трусишка.

Данька схватил меня за руку и потащил к прокату велосипедов, где толпились люди, выбирая велосипеды для прогулки.

– Вон, смотри, даже ребёнок не боится, – Денька указал на малыша, которого отец пристегивал ремнями к дополнительному сиденью.

– Он ещё маленький, единственное, чего он может испугаться, – это если родителей не окажется рядом, да и то не факт, – ворчу я, пока Данька помогает мне выбрать велосипед, потом он оформляет прокат и…

– Да не трясись ты так! Нужно просто одновременно держать руль и крутить педали.

– Да не получается у меня одновременно, – возмущаюсь я вполне обоснованно.

– Ну, ты же как-то умудряешься краситься и разговаривать одновременно.

– Это другое.

– Нет, это те же два дела, которые ты делаешь одновременно. Там ты смогла, значит, и здесь сможешь, давай уже. Наш арендованный час с каждой секундой сокращается, или мне придётся продлить время.

– Не нужно ничего продлевать, – говорю я, выдыхая, сажусь на велосипед, хватаюсь за руль и начинаю крутить педали. Ну, действительно, чего я так переживала? Это оказалось не так страшно, как я думала, хотя… я убеждаю себя в этом всякий раз, когда сажусь на велосипед под чутким руководством моего брата.

– А ты говорила, что не можешь, обманщица, – упрекает меня Даня, догоняя меня.

Я же просто улыбалась, довольная прогулкой, стараясь отвлечься от мыслей о поиске работы, что давалось мне с трудом. Скоро нужно было вносить плату за съём квартиры, и мне совсем не хотелось трогать накопления. От этих мыслей я чуть не упала. Резко свернула в сторону, пытаясь объехать людей.

– А, нет, – по-своему воспринял мой поворот Даня, – рано я тебя похвалил. Все в порядке?

– Ага, – ответила я.

На велосипеде нам действительно удаётся объехать весь парк и осмотреть все павильоны. Я не знала, что на ВДНХ есть озеро, никогда не доходила до этой части парка, а здесь оказалось очень красиво.

– А который час? – спохватилась я, доставая телефон из сумки. – Нам нужно сдать велосипеды через десять минут.

– Тогда погнали, – говорит Данька, – нужно только найти короткую дорогу.

Брат достаёт навигатор и прокладывает короткий маршрут до пункта проката велосипедов, который находится в начале парка.

Если честно, до этого дня я думала, что плохо катаюсь на велосипеде, а оказывается, что в стрессовой ситуации человек может собраться настолько, что преодолеет невозможные препятствия. И прямо сейчас мы с Данькой мчались по узкому тротуару, объезжая людей и неправильно припаркованные машины. Я и не думала, что могу так.

– Ну вот, а ты говорила, что боишься, – сказал Даня, когда мы выходили из шатра.

– Я не боялась велосипеда, я боялась боли, если упаду, – повторила я снова своё нелепое оправдание.

– Практика нужна. Перекусим? – Даня остановился у палатки с шаурмой.

– Да, давай. Мне здесь негде и некогда практиковаться. Тебе очень нравится Соня, да?

Наконец-то я спросила его. Давно хотела, но никак не решалась.

– Нравится, – выдохнув, сказал Даня, сделал заказ, а потом тихо добавил: – Больше, чем нравится.

– Почему ты ничего не предпринимаешь? – да, я знаю, что не хочется разрушать устоявшуюся пару, но в этот приезд наблюдать за грустным Данькой стало сложнее.

– Не знаю. Может быть, потому что мне нечего ей предложить, – пожал плечами брат.

– В смысле, нечего?

– Ну, она живёт в столице, встречается с каким-то мажором, а я…

– А ты у меня самый крутой, и если девушка в первую очередь оценивает финансовое положение парня, значит, это не твоя девушка. И Соня не такая.

– Не такая, – согласился брат, забирая шаурму.

Мы нашли свободную скамейку и молча ели. Да, наверное, не стоило начинать этот разговор. Кажется, прогулка испорчена. Я посмотрела на брата и поняла, что если сейчас все плохо, то не стоит делать еще хуже и признаваться в своем увольнении. С другой стороны…

– Мне нужно тебе кое-что сказать, – сказала я, глядя себе под ноги. Почему-то мне было стыдно признаться брату, что я осталась без работы из-за глупого эмоционального всплеска. Да, сначала мне казалось, что я поступила правильно, но сейчас, остыв, я понимала, что не стоило увольняться вот так. Можно было параллельно искать работу, а потом уволиться…

– Что такое? – брат сразу же посерьёзнел. – Сразу предупреждаю, если ты забеременела и тебя бросили, то тебе лучше вернуться домой, там тебе будет проще, и я буду спокоен.

В ответ на его реплику я звонко рассмеялась, и моя проблема с безработицей показалась мне ерундой. Оказаться беременной и брошенной — это навсегда, а безработица — временно.

– Нет, – покачала я головой, – нет, всё не так.

– А что тогда? И лицо такое скорбное, – брат напрягся ещё сильнее.

– Я с работы уволилась, – призналась я.

Данька какое-то время молчал, обдумывая мои слова, а потом выдохнул, откинулся на спинку скамейки, провёл руками по лицу и повернулся ко мне.

– Умеешь ты нагнать страху.

– Перестань, я ничего не нагоняла, это всё твои фантазии и мнимые переживания, – отмахнулась я. – С чего ты вообще решил, что я могла забеременеть и меня бросили? Почему именно эта мысль пришла тебе в голову первой?

– Не знаю, – пожал плечами Данька. – Сейчас полно залетающих.

– Ага, стаями, – проворчала я.

– Не обижайся, – он качнулся в мою сторону, касаясь плеча. – Почему ты уволилась с работы?

Глава 5

– Стась, ну поехали, а? – Соня снова заглядывает в комнату с умоляющим выражением лица.

– Я занята, – отвечаю я, не отрываясь от компьютера, – работаю.

Я обновила свое резюме на бирже фриланса и взяла пару заказов в работу. Проекты простые, ничего особенного и интересного. Работала я скорее механически, выполняя пожелания заказчика, не привнося ничего своего. Наверное, я выдохлась, для дизайнера интерьеров это практически выгорание. Если заказчики примут работу, то в моем случае это будет большой удачей, если нет — то катастрофой и испорченной репутацией, которую я зарабатывала на бирже еще до того, как меня взяли в штат агентства.

Я не заметила, как Соня подошла, скорее почувствовала её недовольство, повернулась — подруга действительно стояла позади и с неприязнью смотрела на экран моего компьютера.

– Что это? – фыркнула она. – Я бы не приняла такой проект.

– Спасибо за поддержку, – вздохнула я. Ну, а чего я ожидала?

– Не благодари, а вообще, не стоит обижаться. Задача лучшей подруги – быть честной, а не вешать лапшу на уши. Лапшу тебе и другие навешают.

– Я не обижаюсь, – я закрыла лицо руками, потерла глаза и положила голову на стол, протяжно застонав.

– Поехали, – настойчиво произнесла Соня. – Отдохнёшь, развеешься. Андрюха там будет.

– Чего? – я открыла глаза и нахмурилась. – Ты стараешься ради Андрюхи? Тоже мне подруга.

Я встала, придвинула кресло ближе к столу и принялась усердно щёлкать кнопками мыши и клавиатуры.

– Ну чего ты дуешься? Я же за тебя переживаю.

– Не надо, Соня, переживать за меня, – начала я раздражаться.

– Ну и ты меня пойми. Не могу я смотреть, как ты закапываешься в работе. У вас с Андреем все было прекрасно, пока… пока… – она замялась, – а потом ты рассталась с Андреем и все время работаешь, так нельзя! Уход в себя не решит проблему. И Андрей тоскует.

– Андрей бабник, – пробурчала я.

– Да нет у него никого! Ну, – неуверенно продолжила она, – может, кто-то и был за время вашего расставания, без этого не обошлось. Он же тоже не железный, живой человек. Но и ты его пойми. У вас всё было отлично, а потом… ты ушла в себя, вы расстались.

– Да не было у нас ничего, – не выдержала я, захлопнула ноутбук, встала, отдернула занавески и села на широкий подоконник.

– Как это не было? Совсем ничего не было? – затараторила Соня.

– Ну… целовались, – запинаясь, ответила я.

– А дальше?

– А дальше все.

– Вы же оставались тогда вдвоем, – напомнила Соня.

– Мы ничего не успели, – тихо ответила я, усаживаясь на подоконник.

– То есть как не успели?

– Вот так, не успели, – вздохнула я, – мы начали…

– А потом?

– А потом позвонил Даня и сказал, что маме плохо. Как ты понимаешь, потом было не до этого.

– Вы же долго были одни. Что вы делали вообще?

– Что делали… Разговаривали…

– Два часа просто разговаривали?

– Представь себе, – разозлилась я. – И вообще. Я не хочу больше встречаться с Андреем. И вообще, может, он просто хочет галочку поставить, ведь тогда ничего не получилось…

– Он очень переживает за тебя, – тихо сказала Соня. – Постоянно спрашивает о тебе. Хочет встретиться.

– Ну что вы все обо мне переживаете? Вам не кажется, что нужно просто оставить меня в покое?

– Да мы тебя и так не трогаем! И вообще, – начала было Соня, а потом замерла, что-то соображая, подошла ближе и ткнула в меня пальцем. – То есть с Андреем ничего не было?

– Ты опять за своё? – разозлилась я. – Вот так! Не было и всё!

– А с кем было? – допытывалась Соня.

– Ни с кем не было, – пробормотала я, отворачиваясь к окну.

– Вау! – выдала Соня, плюхаясь ко мне на кровать. – Почему ты раньше не сказала?

– Потому что это моё личное дело, – прошипела я, вставая с подоконника. Задвинула кресло в стол и пошла на кухню. Очень хотелось пить, а лучше выпить. Работать сегодня всё равно не получится. Соня скоро уедет с Виталиком в клуб, я останусь одна и реализую своё намерение. Одна.

Только вот у Сони оказались свои планы.

– Поехали с нами, – она вошла за мной на кухню и села на табурет. – Тебе срочно нужно развеяться.

– И переспать с кем-нибудь, да? – продолжила я за подругу.

– Нет, просто развеяться, – твёрдо сказала Соня, чем удивила меня. – Может, вдохновение появится. Клуб пафосный. Вдруг почерпнёшь что-нибудь и закончишь нормальные проекты, а не это, – она махнула рукой в сторону коридора и скривилась. – А вообще, творческому человеку нужно постоянно бывать в новых местах. Где-то же нужно черпать вдохновение, а не сидеть на одном месте.

Я задумалась. В целом Соня была права. Я уже несколько дней после отъезда Даньки практически не выходила из дома. Раньше, когда я работала в агентстве, я часто выезжала на объекты, общалась с разными людьми, встречи с которыми порой проходили в самых неожиданных местах. Не то что сейчас…

– Возможно, ты права, – склонив голову набок, ответила я. – Только мне нечего надеть.

– Ой, это вообще не проблема. Сейчас мы тебя нарядим. Пойдем.

Соня схватила меня за руку и потащила в свою комнату. Она открыла шкаф и начала перебирать наряды, задумчиво прикладывая вешалки ко мне.

– Это не то. Это тоже, – бормотала она.

– Хорошее же платье, – я потянулась к вешалке с молочно-белым платьем.

– Хорошее, но не то, – возразила она. – Вот оно! Вот то, что нужно.

Соня достала черное мини-платье.

– Слишком короткое, – цокнула я.

– Вообще-то мы собирались в клуб, а не в библиотеку. Нет-нет. Только это. Давай, надевай.

Чувствую себя неуютно в этом коротком платье, подол которого задирается при ходьбе и которое нужно постоянно поправлять. Зачем вообще нужны такие платья, в которых неудобно ходить, не говоря уже о том, чтобы сидеть. Едва я опустилась на барный стул, как платье неприлично задралось. Виталик демонстративно присвистнул, оглядывая мои обнажённые бёдра, за что тут же получил локтем в бок от Сони.

Глава 6

Всю ночь я не могла уснуть, обдумывая слова Сони. Наверное, она права. Внимание Стаса должно радовать меня, но почему-то пугает.

Да, это моя многолетняя привычка прятаться от жизни, от отношений. Мне было удобно в моём коконе, я тщательно закутывалась в него, делая его плотнее, чтобы мир не добрался до меня, чтобы не чувствовать боль, которую несёт мир. Только вот мир решил распутать мой кокон снаружи, обнажая меня, совершенно не готовую к встрече с настоящим миром. Возможно, я накрутила себя и сама придумала то, чего боюсь. Возможно, мир не так жесток, каким казался мне, но…

Я крепче сжала подушку, уткнувшись в нее лицом. Горячие слезы обжигали щеки, всхлипы, которые я сдерживала, рвались наружу. Я сделала глубокий вдох, еще один, чтобы успокоиться, но слезы продолжали литься, и в конце концов я сдалась и отпустила себя, дав волю эмоциям, которые столько лет сдерживала внутри.

Позже, гораздо позже, совершенно опустошённая, я откинулась на подушку и уставилась в серый потолок. Прикрыв глаза, я тут же уснула.

Утро наступило внезапно, отдаваясь тупой болью в висках, грохотом дверей и громким возгласом Сони. Судя по всему, она ссорилась с Виталиком по телефону.

– Ты обалдел? Ты вчера весь вечер пялился на какую-то телку! – крикнула Соня из кухни.

Так вот почему она вчера так рано вернулась из клуба и не осталась у Виталика. Они поссорились. И да, вчера он пялился и на меня тоже, но об этом Соне говорить не стоит, не хочу становиться причиной их очередной ссоры, которых в последнее время и так слишком много.

Вылезаю из-под одеяла, накидываю халат и выглядываю в коридор. Соня мечется по кухне, то и дело всплескивая руками и собираясь что-то сказать, но, видимо, Виталик на том конце провода что-то активно объясняет. Или оправдывается, судя по смягчившемуся выражению лица Сони. Она замирает посреди кухни, а потом медленно подходит к табурету и садится.

– Я не хочу сегодня встречаться, – устало произносит она. – Нет… нет… Виталик, не нужно приезжать.

Я открываю дверь в ванную, которая тут же начинает протяжно скрипеть, и Соня тут же поворачивается ко мне и хмурится.

– Слушай, давай потом поговорим.

На этом она сбрасывает звонок и облокачивается о стенку.

– Поссорились? – осторожно спрашиваю я, прячась за дверью.

– Угу, – Соня закрывает глаза, и через мгновение её нос краснеет, а по щеке скатывается слеза, которую она тут же смахивает и вскакивает со стула. – Чай будешь?

Она наполняет чайник и ставит его на подставку, забыв нажать кнопку.

– Сонь? – зову я тихо.

– Не надо, Стась, – качает она головой. – Я не хочу это обсуждать. Просто все как всегда.

– Может, не стоит продолжать? – спрашиваю я, думая, что если они расстанутся с Виталиком, то у Даньки наконец-то появится шанс.

– Может быть, – Соня поджимает губы и смотрит в одну точку.

– Почему ты вчера не сказала? – на этот вопрос она лишь махнула рукой. Повернулась к чайнику, который никак не хотел закипать, и всё-таки нажала на кнопку.

– Пойду на работу собираться.

Соня вышла из кухни, а я осталась одна, погрузившись в свои мысли. Я настолько зациклилась на своих проблемах, настолько отгородилась от мира и людей, что даже не заметила, что у моей лучшей подруги не всё так хорошо, как она пытается показать.

Достаю кружки, чтобы заварить чай. Тянусь на носочках к полке с чашками, пытаясь пальцами подцепить любимую кружку, подарок Даньки, но она не двигается, тогда я беру ложку и с ее помощью придвигаю непослушную кружку ближе. Снова тянусь на носочках, ругаясь на высокие ящики, хватаю кружку за ручку и ставлю ее на стол. Но то ли от напряжения, то ли от волнения промахиваюсь, и кружка падает на пол. Как в замедленной съёмке, я наблюдаю, как подарок брата летит на пол, отскакивает от твёрдой поверхности и разлетается на множество осколков. Перед глазами всплывает Данька, его улыбка и наше прощание на вокзале. Он протягивает мне руку, а я не успеваю её схватить. Странное видение…

– Что случилось? – в кухню вбегает Соня. Но я еще не вернулась в реальность, ошеломленная произошедшим. Сердце в груди тревожно бьется. Я выхожу в коридор и иду в свою комнату, нахожу телефон под подушкой и набираю брата. Слушаю длинные гудки, от которых грудная клетка сжимается тугим кольцом, не давая вздохнуть.

– Стася, ты в порядке? – Соня касается моего плеча, и я вздрагиваю, роняя телефон.

– Предчувствие нехорошее.

– Брось, – Соня слегка встряхнула меня. – Все хорошо. Ты просто не выспалась, всю ночь проревела.

– Откуда ты…

– У нас очень тонкие стенки, – пожимает плечами Соня. – Ладно, мне пора собираться, я и так опаздываю.

Соня умчалась в свою комнату, а я пошла на кухню собирать осколки. Потом я открываю галерею с нашими с Данькой фотографиями и внимательно рассматриваю каждую. Данька, как всегда, весел и беззаботен, хотя глаза у него почему-то грустные. Я этого не заметила, была слишком занята своими проблемами. Идиотка. У него наверняка что-то случилось, только он не стал меня нагружать.

Пишу ему сообщение, но оно так и остаётся непрочитанным. Набираю его номер ещё раз. Слушаю длинные гудки, а потом телефон и вовсе выключается.

С огромным трудом заставляю себя сесть за компьютер и хотя бы немного поработать, но ничего не получается, мысли то и дело возвращаются к брату. В итоге решаю отправить проект в том виде, в котором остановилась. Лучше я всё равно уже не сделаю, а так хоть сроки не сорву. На удивление, клиентка принимает проект и переводит мне оплату, оставляя хороший отзыв, но меня это совсем не радует.

– Дозвонилась до Даньки?

Поворачиваю голову и вижу Соню.

– Ты уже с работы пришла?

– Ага, так дозвонилась?

– Нет, а сколько сейчас времени? – рассеянно спрашиваю я, выключая компьютер.

– Так, уже конец рабочего дня. Ты что, весь день просидела в комнате?

– Получается, что так.

– Пошли, ужин разогрею, – зовет Соня.

Глава 7

Станислав

– Что это? – смотрю на экран монитора, не до конца понимая, что именно мне показывают. Наверное, это какая-то ошибка, но широкая улыбка дизайнера давала понять, что так и должно быть, что и подтвердили следующие слова.

– Дизайн-проект офиса, который вы заказывали у нас, – дамочка продолжает улыбаться, и я только сейчас понимаю, что не так с её искусственной улыбкой. Они подменили проект! Решили всучить мне другой дизайн, а предыдущий – куда? Перепродать конкурентам?

– Где предыдущий проект? – рычу я, и улыбка сходит с лица вышколенной дамы. Она опасливо косится на меня.

– Мы… Мы решили изменить концепцию и предложить вам новый ультрасовременный дизайн помещения, и…

– Меня всё устраивало в предыдущем, – я откидываюсь на спинку кресла, складываю руки на груди и перевожу взгляд с дрожащего дизайнера на начальство.

Игорь Демидович, которого мне рекомендовали как профессионала, натянуто улыбается и произносит:

– Понимаете, Станислав, мы предлагаем вам новый ультрасовременный дизайн…

Дальше я не слушаю, а просто буравлю его взглядом. Мужчина не говорит ничего нового и интересного, лишь сыплет модными словечками, от приторности которых меня тошнит.

– Меня это не интересует, я утвердил предыдущий дизайн-проект. Я не понимаю, почему вы решили в последний момент, перед сдачей первого этапа, предложить кардинально новую, но неинтересную мне концепцию. Но меня вполне устраивает предыдущий проект, и я хочу вернуться к нему.

Дамочка и Игорь нервно переглядываются.

– В чем-то проблемы?

– Нет-нет, всё в порядке, всё в полном порядке. Мы вернёмся к предыдущему варианту.

– Я надеюсь, что в следующий раз вы покажете мне что-то стоящее, включая финальные правки, которые я отправил вашему дизайнеру.

– Правки? – Игорь переводит взгляд на девушку, но та лишь пожимает плечами.

Да что здесь творится? Какая-то шарага, а ведь рекомендовали серьезные люди.

– А вы могли бы продублировать письмо? – просит дизайнер.

– Да-да и меня в копию поставьте, – подхватывает Игорь.

Киваю в знак согласия, встаю и размашистым шагом покидаю переговорную. На выходе слышу вздох облегчения дамы. Оборачиваюсь, сканирую ее взглядом. Все-таки образ дизайнера не вяжется у меня с той, с кем я общался все время работы, обсуждая и дополняя проект.

Что вообще здесь происходит? Такое чувство, что меня водят за нос.

Выхожу из офиса и вижу у входа кучку сотрудников, которые курят и о чём-то переговариваются.

– Жалко Стасю. Уволили ни за что.

Я улавливаю знакомое имя и прислушиваюсь к болтовне персонала.

– Угу. А этот, – девушка в розовом мини махнула рукой в сторону офиса, – поставил свою любовницу на проект.

– Он сейчас там, – произносит худощавый парень, выпуская клубы дыма.

– Кто? Заказчик тот? – почему-то шепотом произносит розовое мини.

– Угу. Стася классный проект сделала, – добавляет парень.

– Стася, может, и классный проект сделала, но этот подстилку свою бездарную везде проталкивает, – вспыхивает вторая девчонка, чуть полноватая, но в целом миловидная. – Даже повышение Стаське не дал. Она так его ждала.

– Когда ее уволили?

От моего голоса обе девочки подпрыгивают на месте и синхронно поворачиваются ко мне.

– Ой, – выдает одна, прикрывая рот ладошкой.

– А-а, – тянет вторая, – это вы? В-вы уже в-все?

– Когда ее уволили? – повторяю вопрос настойчиво.

– В понедельник.

– За что?

– А она ваш проект не успела сделать.

– Что за бред? Там оставались мелкие правки. Она работала все выходные.

– Ой, да ладно вам. Мелкие правки, – махнула рукой та, что в розовом мини. – Демидыч только и ищет повода, чтобы уволить Стасю и поставить на ее место свою… – осекается и тише добавляет, – ну, вы поняли.

– Понял, не дурак. Так за что её уволили? Проект она сделала.

– Ей повышение обещали, – спокойно произнес худощавый паренёк, неторопливо закуривая, – потом Демидыч объявил что-то вроде конкурса между сотрудниками и поставил Дарью, которая вам дизайн презентовала. Стасе велел передать все ее наработки Дарье. Стася вспылила и написала заявление по собственному желанию.

– Ты серьезно? – повернулась к пареньку девушка в мини. – Я думала, у неё что-то с ноутом случилось. Проект полетел. Ну и получилось, что сроки сорвала, не успела. Подорвала имидж компании, ну и уволили.

– Тебя что, не было на работе в тот день? – спрашивает полноватая девушка, на что розовое мини-платье качает головой. – Там был настоящий скандал.

– Это тоже, – подтвердил парень. – Поэтому и представили другой проект, ведь утвержденный Стася не передала. Его нет, она не успела сохранить его в архиве.

– Ясно, – он сжал кулаки и спрятал их подальше в карманы брюк. Из-за бабы подставить клиента, уволить талантливого сотрудника.

– Вы это… Позвоните ей, – добавляет вторая. – Может, удалось починить компьютер. Она же почти все сделала. А ей даже гонорар не выплатили.

– Разберусь, – добавляю я жёстко. Еще и без денег оставили. – Спасибо.

Разворачиваюсь и иду к машине. Попутно набираю Стасю.

Стася.

Зовут так же, как и девчонку, которая зацепила меня на выходных. Такая живая, естественная, не то что эти разряженные, вышколенные куклы.

В памяти всплывает, как меняется ее лицо, когда ее ноутбук разбивается вдребезги на плитке. Она работала все выходные, даже на вечеринке. Какой-то срочный заказ от неугомонного клиента. Ворчала на него весь вечер.

Стася не отвечает.

Я набираю номер ещё раз, но на этот раз она сбрасывает звонок, а потом и вовсе отключает телефон.

Как-то слишком много совпадений.

Я оборачиваюсь к офису, девушки с парнем всё ещё стоят и курят, но вот они направились к двери. Я помахал им, привлекая внимание. Они остановились.

– Фото есть этой Стаси?

– А вам зачем? – спрашивает та, что в розовом мини.