Вторая жена господина Нордена. Книга 2

Глава 1

Полина

— Немедленно раздевайтесь и ложитесь на кровать. Или вы думали, что брачная ночь не потребуется? Так вот, смею огорчить, вы ошиблись. Но если обещаете не сопротивляться, в свою очередь постараюсь, чтобы всё прошло быстро. Ну же, шевелитесь, я не люблю ждать! Элианна, вы меня слушаете?

Последняя фраза прозвучала громче, и я вздрогнула. Блин, вот это у меня, оказывается, воображение! Мы по-прежнему в моей спальне, и Адриэн, судя по всему, пытается донести до меня какую-то мысль.

— Простите, задумалась. Что вы сказали? — растерянно переспросила я.

— Пожалуйста, не задерживайтесь, я не люблю ждать, — повторил Адриэн, и в его глазах промелькнуло что-то мрачное и тёмное. — Кстати, повторять по два раза тоже не люблю, но сегодня в виде исключения делаю это в последний раз. Потом не жалуйтесь.

И муж, смерив меня непроницаемым взглядом, вышел. Колени по-прежнему дрожали, я на ватных ногах прошла к кровати и плюхнулась на неё. Итак, час икс всё приближается, отсрочить его невозможно. И ведь я с самого начала знала, что это неизбежно, тогда почему сейчас вдруг так испугалась? Да, вообразила себе всякое, но ведь это только мои проблемы. Адриэн ничего ужасного пока не сказал.

Раздался негромкий стук в дверь, и я ответила внезапно охрипшим голосом:

— Войдите.

В спальню тихой тенью вошла Нэйлия и остановилась рядом с моим чемоданом, который больше походил на сундук.

— Я в вашем полном распоряжении, госпожа. — Нэйлия выглядела такой же невозмутимой, как её работодатель, а мне стало вдруг неловко отдавать распоряжения. Одно дело — шустрая, молодая Исидория, и совсем другое — эта серьёзная женщина, которая смотрит на меня пусть не с открытой неприязнью, но и без особой симпатии. Может, задаётся вопросом, с чего это господину вздумалось жениться на какой-то вертихвостке.

— Спасибо, Нэйлия. Если хотите, можем отложить на завтра…

— Господин Адриэн велел управиться с вашим багажом сегодня. — Служанка непреклонно покачала головой. — Не волнуйтесь, я всё сделаю быстро. У вас нет особых распоряжений?

Я покачала головой, и Нэйлия, присев на корточки возле сундука, щёлкнула замками. Чувствуя себя жутко вымотанной, я зевнула и прикрыла глаза. Сейчас бы откинуться на подушки и уснуть. Прямо так, во всё ещё влажном платье, с растрепавшейся причёской… Но позволить себе расслабиться не могу: впереди ещё брачная ночь. Мне бы очень пригодилось какое-нибудь бодрящее зелье целителя Иверса!

— Нэйлия, а который час? — спросила я, чтобы хоть чем-то себя занять.

— Скоро полночь, госпожа.

Получается, я нормально не спала почти двое суток. Ну да, проснулась накануне около десяти, сейчас полночь… Как вообще выдержала? Недолгий сон в машине мало помог, скорее, добавил вялости. Я с силой потёрла слипающиеся глаза и заставила себя смотреть, как Нэйлия аккуратно развешивает в шкафу мои немногочисленные платья. Следом за платьями она разложила в комоде нижнее бельё, при этом на лице не дрогнул ни один мускул. Я от усталости даже смутиться не смогла. За бельём последовало несколько ночных сорочек и халат.

— Нэйлия, пожалуйста, оставьте его здесь, — я показала на пеньюар в руках служанки. Та кивнула и аккуратно разложила халат на спинке кровати.

За одеждой последовала шкатулка с гребнями, заколками, косметикой и прочими нужными мелочами, за которые отвечала Иси. Здесь, между прочим, даже прокладки имеются: пусть и не такие удобные, но лучше, чем ничего. Я слегка потрясла головой, стараясь взбодриться. Туфли, домашние тапочки, накидка с капюшоном вроде той, в которой я ехала: точно помню, что не отдавала насчёт неё распоряжений…

— В ванной комнате всё уже приготовлено. — Нэйлия закончила с немногочисленными вещами и встала передо мной, сложив руки на животе. — Могу показать вам прямо сейчас. А ещё, если желаете, сделаю травяной отвар.

Я задумалась. Что предпринять сначала? Наверное, прежде всего и правда нужна горячая ванна. Ещё надо надеть чистое бельё и платье, и только потом отправляться к мужу на поклон… в смысле, в постель. Или где там он захочет совершить консумацию брака? Тёплое питьё тоже не помешало бы. Вроде Адриэн дал мне время привести себя в порядок. Ванну можно принять быстро, уж минут десять господин супруг подождёт. Зато получит чистую жену. Я ведь в этом платье и в машине ехала, и по лесу бродила, и в придорожной канаве поваляться успела, и вообще…

— Пожалуйста, проводите меня в ванную, — попросила я служанку, всё ещё терпеливо ждущую ответа.

Нэйлия взяла пеньюар, подошла ко мне и протянула руку. Какая она внимательная! Помнит, что Адриэн говорил про мою пострадавшую ногу. Я тяжело оперлась на предложенную руку и встала. Нога болит не очень сильно, а вот содранная рука неприятно саднит.

Мы медленно вышли из комнаты. Нэйлия завела меня в просторную ванную, совмещённую с уборной, как и в доме Азерисов, и повесила халат на крючок возле двери.

— Вот ваше полотенце, здесь зубная щётка и порошок. Здесь, — она показала на подвесной шкафчик с двумя дверцами, — господин Адриэн отвёл вам левую половину. Если хотите, я прямо сейчас сложу ваши принадлежности.

— Спасибо, я сама сделаю это завтра. — Не хотелось беспокоить служанку по мелочам, тем более что сама хочу разложить вещи так, как удобно мне.

— Как скажете, госпожа Норден. — Нэйлия посмотрела, как мне показалось, неодобрительно, но спорить не стала. — Если я вам больше не нужна, пойду займусь отваром.

— Благодарю. — Я постаралась улыбнуться как можно теплее, и служанка оставила меня одну.

Запоздало пришла мысль, что с больной ногой будет не слишком удобно забираться в ванну, но не звать же Нэйлию обратно из-за такой мелочи. Я включила воду, заметив на стене что-то вроде котла. Наверное, в доме Азерисов было нечто подобное, просто располагалось в отдельном помещении. А может, там другая система… Я очень старалась занять голову хоть какими-то мыслями, чтобы не уснуть. Пока набиралась вода, заперла дверь на задвижку и тут только сообразила, что рядом нет Иси, которая помогла бы расстегнуть платье. Ну не идти же с этим к строгой Нэйлии и уж тем более к Адриэну! Хотя к нему-то как раз пойти было бы даже логично, но… Я представила себе, каким насмешливым взглядом он бы меня одарил, и поёжилась.

Глава 2

Адриэн

Как только девчонка вышла за дверь, я отложил копию протокола допроса свидетеля по недавнему делу — убийству в театре — и откинулся на спинку кресла, прикрыв уставшие глаза. Пожалуй, только сейчас до меня со всей неприглядной очевидностью начало доходить происходящее. Да, обдумывая план, я, конечно, предусматривал все возможные детали, но одно дело — представлять, как всё будет, и совсем другое — то, что получается на деле.

Виски сдавило болью, и я прижал к ним пальцы, пытаясь немного приглушить неприятные ощущения. Встал из кресла, прошёл к окну и распахнул створку пошире. Но даже свежий ночной воздух не принёс облегчения. Я тяжело вздохнул и вернулся к столу. Кажется, что-то всё же пошло не так.

Больше всего напрягает эта странная потеря памяти. Девчонку Азерис словно подменили. Я глотнул отвар и поморщился, вспоминая нашу первую встречу с Элианной. Мы с её отцом как раз обговорили детали предстоящего брака, и он позвал дочь, чтобы наконец познакомить со мной. Пока мы ждали, Бруно мрачно сообщил:

— Скорее бы мальчишку Дарриена поймали! Не успокоюсь, пока не увижу его в кандалах. До сих пор не могу поверить, что он сбежал! Пригрели, что называется, змею на груди…

— Не волнуйтесь, господин Азерис, долго скрываться парню не удастся, и он понесёт заслуженное наказание.

— Не сомневаюсь в добросовестности нашего правосудия. — Бруно покивал, явно довольный услышанным. — Хочется надеяться, что наказание для мальчишки будет самым суровым. Жаль, что вот такие толковые парни обычно ещё и не в меру шустрые.

Я не успел ничего ответить: дверь кабинета с громким стуком распахнулась, и на пороге возникла Элианна Азерис. Раскрасневшаяся, с выбившимися из причёски тёмными прядями. Бросила на меня полный ненависти и презрения взгляд и, обращаясь к Бруно, с показным смирением спросила:

— Звали, отец?

— Да, Элианна, познакомься, это твой жених, господин Адриэн Норден. — Бруно прожёг дочь неласковым взглядом.

— Жених? — Девчонка вскинула брови, и в глазах заплескалась ещё и насмешка. — Это он сам, что ли, так решил?

— Элианна, где твоё воспитание? Как ты смеешь разговаривать подобным тоном в присутствии незнакомого человека?

— Ах, простите великодушно. — Элианна повернулась ко мне и отвесила явно издевательский поклон в пол. — Доброго дня, господин жених. Но, пожалуй, не стану желать вам всего лучшего.

Я наблюдал, как у Бруно краснеет сначала шея, потом щёки и, наконец, уши. Как бы будущего тестя удар не хватил от такого поведения дочери. Мне, честно признаться, было даже забавно наблюдать, как она паясничает. Чем хуже ведёт себя будущая жена, тем проще осуществлять задуманное. Однако мне, как ни противно, всё-таки придётся играть роль влюблённого.

— Здравствуйте, госпожа Азерис. — Я одарил девчонку непроницаемым взглядом. — Жаль, что вы так скептически настроены, однако всё уже решено, придётся смириться.

Девчонка сжала кулачки и злобно сверкнула глазами на Бруно.

— Да я лучше повешусь или утоплюсь, чем пойду замуж за этого… этого старого извращенца! — выпалила она.

Бруно Азерис, теперь уже багровый, вскочил из кресла, подлетел к дочери и влепил ей внушительную затрещину. Это было ожидаемо, но всё равно неприятно.

— Что ты себе позволяешь? — прогремел господин Азерис. — Да тебе бы благодарить господина Нордена за то, что хочет избавить нашу семью от позора, а ты… ещё сильнее нас топишь!

Элианна потёрла щёку, но взгляд по-прежнему пылал гневом.

— Я не пойду за него замуж, — чеканя каждое слово, повторила девчонка.

Я помалкивал, прекрасно зная, что никуда она не денется и родители сделают всё, чтобы отдать её именно за меня. Вообще-то, девчонка хорошенькая. Ей бы побольше покорности, и была бы для кого-то идеальной женой. А мальчишку Дарриена, может, и так всё устраивало, вот только кто бы ему позволил жениться на госпоже Азерис?

— Можете меня убить, но я не пойду замуж. Совсем не пойду, ни за кого!

И Элианна, не дожидаясь нашей реакции, вылетела из кабинета. Бруно прошёл к своему креслу и тяжело опустился в него. Потёр шею, щёки, потом посмотрел на меня. Во взгляде читались усталость и чувство вины.

— Простите за жуткую сцену, господин Норден, — сказал он упавшим голосом. — Понимаете, девочка всегда была строптивой, может, даже немного избалованной, а как выросла и связалась с этим проходимцем, и вовсе от рук отбилась. Я пойму, если вы передумаете насчёт брака.

— Не передумаю, будьте спокойны, господин Азерис, — усмехнулся я. — Ваша дочь мне идеально подходит.

— Если пожелаете, мы пригласим к ней менталиста, чтобы убрал… нежелательные черты. — Бруно заискивающе глянул на меня.

Я постарался скрыть удивление. Разве нормальный отец в здравом уме может отдать дочь менталисту? Бруно хоть представляет себе процесс и последствия ментального вмешательства? Какой бы взбалмошной и дерзкой ни была девчонка, даже ей я бы подобной участи не пожелал.

— Не стоит, господин Азерис. Можете нанести непоправимый вред. Не беспокойтесь, я справлюсь с Элианной.

На этом встреча закончилась. Следующая состоялась две недели спустя, когда я приехал подписывать бумаги. Добрался чуть раньше назначенного времени, поэтому меня встретил дворецкий, пояснивший:

— Господин Азерис принимает арендаторов и просил меня пока проводить вас в гостиную.

Я кивнул и последовал за ним, и тут, как из-под земли, прямо передо мной выросла Элианна. Её сопровождала донельзя напуганная служанка, та самая, которая и сдала их с Дарриеном и которую я допрашивал, когда началось следствие.

— Ах, это вы, господин жених. — Госпожа Азерис снова отвесила издевательский поклон. — Приехали, чтобы окончательно присвоить меня? Не дождётесь! Я вам такую жизнь устрою, мало не покажется. Взвоете, только будет уже поздно.

Я наблюдал, как жмущаяся сзади служанка побледнела до синевы и явно пытается слиться с окружающей обстановкой.

Глава 3

Полина

Я открыла глаза и какое-то время лежала, прислушиваясь к звукам и ощущениям. За окном весело щебетали птицы, в щель между плотными шторами пробивался солнечный луч. В доме — полнейшая тишина. Интересно, муж сегодня работает? И сколько сейчас времени? Привстав на локтях, я осмотрелась. Ага, да вот же будильник, прямо на прикроватной тумбе. Без четверти двенадцать?! Ничего себе! А спать всё равно хочется.

Снова откинулась на подушки и, потянувшись, перевернулась на правый бок. Подпёрла рукой щёку, тут же почувствовав, как заныла ладонь. Итак, что мы имеем? Брачная ночь откладывается, и это хорошо. В остальном же… Ссадины на правой руке болят, а левая жутко чешется и тоже болит. Я вытянула её из-под одеяла и ужаснулась: укус раздуло, и красная почти до локтя рука теперь смотрится жутковато. Похоже, местные комары гораздо суровее наших. Нога… Я вытянула носок и поморщилась. Не то чтобы очень больно, но неприятно. Адриэн что-то говорил вчера про визит к целителю. Может, забудет? Не хочется доставлять ему проблем. И к целителю тоже не хочется, хватит с меня.

Ещё немного покрутившись с боку на бок, я медленно села в кровати. Несмотря на все неприятные ощущения, настроение было уже не таким упадническим, как ночью. И чего я расклеились? Уж как-нибудь жизнь наладится. Может, однажды решусь признаться мужу в том, что на самом деле не Элианна, и будь что будет. А может, каким-то чудом смогу и без этого вернуться в свой мир. Или найду себе здесь какое-нибудь занятие. Короче говоря, надо решать проблемы по мере поступления. Вот сейчас надо одеться, умыться и пойти узнать, дома ли муж и есть ли, чем позавтракать.

Выбрала самое закрытое из всех привезённых домашних платьев и быстро натянула его: к счастью, платья для дома здесь без дурацких крючков, этим и отличаются от выходных. Старательно расчесала волосы, морщась и ругаясь про себя: надо было всё-таки не лениться и заплести на ночь косу… Кое-как скрутив пучок, я отправилась в ванную. Прежде чем закрыть дверь, снова прислушалась. Тишина. Тщательно умывшись и почистив зубы, я почувствовала себе увереннее и, чуть прихрамывая, отправилась в кухню, надеясь найти Нэйлию.

Однако служанки в кухне не было. Там царил идеальный порядок, и никаких признаков ждущего меня завтрака не наблюдалось. Хотя с чего я взяла, что мне должны оставить еду? Наверняка и Адриэн, и Нэйлия поднимаются рано и уже давно поели. Я, воровато озираясь, подошла к шкафу, напоминавшему по виду холодильник, и открыла его. Так и есть, местный холодильник. На полках идеальная чистота и порядок. В специальных отсеках — овощи, фрукты. Вот, кажется, кувшин с молоком. И всё. Интересно, чем они тут вообще питаются?

Настроение сразу ухудшилось. И что мне делать? Как проверить, дома ли Адриэн? И почему вчера не спросила его о планах? Хотя… понятно, почему. Устала, голова была забита совсем другим. Да и стоило представить, как отреагировал бы муж на подобные расспросы, и я невольно смутилась.

— А разве я обязан перед вами отчитываться? — сказал бы он.

Я вздохнула. Ладно, если муж дома, придётся нарушить строгое правило и побеспокоить его. Надо же раз и навсегда выяснить, во сколько они тут завтракают, обедают и ужинают и делают ли это вообще.

Тихо проковыляв к двери кабинета, я замерла, прислушиваясь. Как и следовало ожидать, ни звука. Если я не запуталась во времени и не проспала больше суток — после стольких переживаний могла бы! — сегодня должен быть понедельник. У нас это рабочий день и очень возможно, что и здесь тоже.

— Заходите, раз уж всё равно подошли.

От внезапно прорезавшего тишину негромкого голоса Адриэна я чуть не подпрыгнула: помешала разве что больная нога. Как он меня услышал? Я же шла бесшумно, как кошка! Или мышка. Или… Да неважно! Толкнув дверь, я вошла, смиренно опустив глаза в пол и теребя колечко-переводчик.

— Здравствуйте, Адриэн. Простите, что побеспокоила… Я правда не хотела.

— Не хотели, но к кабинету всё-таки подошли.

— Как вы меня услышали? Я же старалась идти тихо.

— Интересно. — Яд в голосе Адриэна стал ощутимее. — Если это называется «тихо», боюсь даже предполагать, как вы ходите обычно.

Я наконец осмелилась поднять взгляд на мужа: он, как и накануне, сидел за рабочим столом — в чёрной, наглухо застёгнутой рубашке и идеально отглаженных чёрных же брюках, — держал в руке карандаш и смотрел с такой неприкрытой издёвкой, что даже обидно стало.

— Если вы таким образом пытаетесь меня задеть, можете не стараться. — Я вздёрнула подбородок и скрестила руки на груди. — Я знаю, что шла тихо и если у вас слишком чуткий слух, в этом моей вины нет.

Однако мужа моя речь явно не проняла.

— И всё-таки впредь постарайтесь не нарушать правила. — Он поджал губы, повертев карандаш в пальцах. — Ну а теперь, раз уж всё равно моему уединению конец, расскажите, что вас привело. Хотите прямо сейчас устроить брачную ночь?

Да что ж его так на этой теме-то заклинило? Я возмущённо сверкнула глазами, ещё плотнее скрестила на груди руки, порадовавшись, что надела целомудренное платье, и фыркнула:

— Вот ещё! Я вообще-то хотела поесть, но у вас, судя по всему, с едой проблемы.

— Отнюдь, — невозмутимо ответил Адриэн. — Просто завтрак у нас подаётся в половине восьмого утра даже по выходным, и ни я, ни Нэйлия не виноваты в том, что кто-то изволит слишком долго спать.

— Вы издеваетесь? — От обиды голос невольно дрогнул. — Я не спала с ночи пятницы, и вы сами прекрасно это знаете. Так разве не имела права выспаться?

— Имели, конечно. Можете спать хоть сутки напролёт. — Адриэн положил карандаш на какую-то бумагу на столе. — Только к чему сейчас ваши претензии насчёт завтрака? Я, кажется, уже сказал, что он подаётся в половине восьмого, и если кто-то не успел проснуться, это не мои проблемы. Теперь ждите обеда: Нэйлия с минуты на минуту вернётся с рынка и им займётся.

Муж замолчал и встал с кресла. Прошёл к стене, возле которой стояли книжные шкафы, и принялся что-то искать взглядом. Я не знала, что делать: уйти просто так казалось невежливым, да и меня вроде не выставляли вон. Или правильнее сказать «не разрешали уйти»?

Глава 4

Адриэн

Девчонка шла, опираясь на меня и понуро опустив голову. Слава богам, молчала. Я не стал отчитывать её за неподобающее поведение: ну хочется взбалмошной госпоже возиться на кухне — пожалуйста. Скорее всего, она делает это нарочно, чтобы вызвать моё недовольство, но я ей такого удовольствия не доставлю. В конце концов, многие дамы из высшего света приглашают к себе именитых поваров и учатся готовить. Правда, судя по порезу, Элианна вряд ли была завсегдатаем кухни и вряд ли очень усердно изучала домоводство в пансионе.

Толкнув дверь в спальню, я завёл её внутрь и усадил в кресло. Девчонка всё ещё шмыгала носом и вообще выглядела несчастной. Никогда не умел утешать плачущих женщин и вряд ли научусь. Лину просто обнимал и ждал, когда слёзы иссякнут. Но обнимать Элианну желания не возникло.

— Обед в два, не опаздывайте, — сказал я и вышел в коридор.

Если бы не Нэйлия, и в кухне не стал бы изображать сочувствие. Недовольство служанки меня не тронуло: и так понятно, что идея с моей женитьбой ей не по душе, но, разумеется, вслух она этого никогда сказать не посмеет. Пусть привыкает: даже она должна верить, что я потерял голову от госпожи Азерис.

Я вернулся в кабинет и сел в кресло, чувствуя себя совершенно выжатым. Женат второй день, а жизнь уже успела превратиться в какой-то хаос. Покоя дома, кажется, теперь не дождёшься. Я предвидел, что Элианна не будет тихонько сидеть в спальне и вышивать цветочки, но и стольких проблем сразу не ожидал. И вроде не похоже, чтобы девчонка делает это нарочно: даже такая сумасбродка вряд ли станет калечиться, просто чтобы меня позлить.

Тяжело вздохнул, откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Ещё и бессонница вернулась, демоны её побери. Наверное, придётся просить Эксерса снова дать мне то сильное снотворное.

Подвинув к себе справочник по судебным прецедентам, открыл нужную страницу, но сосредоточиться не получилось: мысли снова вернулись к собственной жизни. Если бы не эта дурацкая брачная неделя, завтра ушёл бы в свой кабинет в Доме правосудия. Там хотя бы можно спокойно работать.

Ладно, что толку сетовать? Может, мой план и не безупречен, но попробовать надо. А значит, придётся терпеть. Кстати, надо бы связаться с целителем и спросить, может он нас сегодня принять или нет. У него даже в выходной полно пациентов. Для меня он время всегда найдёт, но злоупотреблять его добротой тоже некрасиво.

Потянувшись к кристаллу магпереговорника, прижал к нему ладони, направляя мысли на целителя. Кристалл начал тонко звенеть. Отлично, связь есть. Спустя полминуты кабинет заполнил низкий, хрипловатый голос Рониэля:

— Адриэн, старина, рад слышать. Прости, что заставил ждать: как раз заканчивал с пациентом. Так как, тебя уже можно поздравлять?

— Надо же, а я думал, ты забыл, — ухмыльнулся я.

— Издеваешься, да? Ну прости, что не смог приехать. Сам знаешь, с этой работой вся жизнь мимо проходит, даже на свадьбу друга не вырвешься. Вот была бы церемония в Леренсе…

Именно поэтому я сразу отказался от мысли проводить церемонию в столице: не хотел лишней шумихи. А Азерисы так торопились избавиться от непутёвой дочери, что без возражений приняли все мои пожелания. И, признаться честно, я рад, что друзья не приехали: нарочно предупредил их в последний момент. Но им об этом знать не обязательно.

— Не переживай, я всё понимаю. — Я поменял местами руки на кристалле.

— Как всё прошло?

— Как любая другая свадьба, — ответил я.

— Я не только о церемонии, — и Эксерс издал сдавленный смешок. — Меня больше интересует то, что было после.

Я демонстративно вздохнул, но Рониэль не смутился.

— Теперь точно и бессонница пройдёт, и нервы придут в порядок, и магический баланс наладится. Все современные исследования подтверждают, что супружеская близость действует на организм крайне благотворно.

Эксерс — толковый целитель и прекрасный человек, но его бестактность даже меня способна вывести из равновесия.

— Рэмиса на тебя нет, — ухмыльнулся я.

— Уверен, ему тоже было бы интересно, — не сдавался Эксерс. — Развесил бы уши и с радостью послушал.

— Вот женишься, и мы с ним с радостью послушаем твой отчёт.

— Ну и ладно. — Рониэль изобразил обиду в голосе. — Не очень-то и хотелось. А вообще, от души поздравляю вас с Элианной и желаю счастья. Буду рад познакомиться с ней.

— Непременно познакомишься, и гораздо раньше, чем думаешь.

— Что, неужели есть повод меня навестить?

— Привезу её к тебе на осмотр прямо сегодня, если найдёшь для нас время.

— Конечно, привози, это не обсуждается. — Тон Рониэля разом стал серьёзным. — Что с ней случилось?

— Аллергия на укус комара, глубокий порез и несколько незначительных царапин. Я, конечно, постарался оказать первую помощь, но лучше, если ты посмотришь. Особенно меня беспокоит укус: выглядит… жутковато.

— У меня никто не записан на четыре. Вас устроит? Если нет, могу кого-нибудь перенести. Только скажи.

— Приедем к четырём.

— Вот и отлично. Тогда до встречи. А теперь извини, мне пора бежать: в приёмной уже целая толпа пациентов. И это несмотря на выходной! — Эксерс картинно вздохнул, но я-то знал, что он не против такого положения дел: собирается жениться будущей весной и вовсю откладывает деньги на свадьбу. Вообще он человек прижимистый, но ради своей невесты готов потратить все сбережения.

— Беги, конечно. — И я убрал руки с кристалла, обрывая связь. Взял со стола карандаш и почесал им за ухом. Одно дело сделано. Надо только не забыть пригласить Эксерса с невестой в гости в воскресенье, раз уж собираю друзей. Взглянул на часы: половина второго. Скоро обед, потом — визит к целителю… Нет, определённо, если Элианна не перестанет подкидывать мне проблем, придётся запереть её в спальне. Может, ещё и к кровати привязать для надёжности.

Мне так и не удалось нормально поработать: мысли были далеко, и я впервые за долгое время просто не мог сосредоточиться. Слова Рониэля всё ещё звучали в ушах. И почему люди считают, что время лечит? Да, оно притупляет боль, но память-то себе не сотрёшь… Поэтому я и растерял весь прежний круг общения. Остались только самые упёртые — Рэмис и Эксерс.

Глава 5

Полина

Всё время до обеда я провалялась на кровати, чувствуя себя отвратительно. И не потому, что за какие-то сутки умудрилась нахватать столько ссадин, царапин, укусов и порезов. Скорее, из-за отношения ко мне в этом доме. И особенно удручало то, что так, возможно, придётся провести всю оставшуюся жизнь. Разумеется, всё это не добавляло жизнерадостности.

Клонило в сон, но уснуть или даже просто подремать не получилось: желудок скручивало от голода, и все мысли занимал предстоящий обед. А когда до комнаты стали доходить аппетитные запахи, я начала поминутно поглядывать на часы, как будто от этого время обеда могло наступить быстрее. В общем, когда я, наконец, оказалась за столом, уже не обращала внимания ни на Адриэна, вид у которого был ещё более мрачным, чем раньше, ни на Нэйлию с её неприязнью. Просто ела и наслаждалась.

Кроме рагу с мясом служанка подала травяной отвар, который я окрестила местным чаем, и какой-то замысловатый десерт с вишней — что-то среднее между суфле и пастилой, поданное в маленьких креманках. Он оказался таким вкусным, что захотелось взять ещё порцию. Я покосилась на Адриэна, проигнорировавшего десерт, и решилась спросить:

— Вы будете есть свою порцию?

Муж слегка вздрогнул — кажется, опять глубоко задумался, — и перевёл на меня рассеянный взгляд.

— Что вы сказали?

— Спросила, будете ли вы есть свою порцию десерта, — ответила я, поёжившись.

— Можете забирать, я равнодушен к сладкому, — ответил муж, придвинув к себе чашку с отваром.

Интересно, а зачем тогда Нэйлия готовит десерт? Ну не для меня же! Я придвинула к себе креманку и принялась за её содержимое. Сладкое немного приподняло настроение, однако стоило вспомнить о визите к целителю, как снова стало тревожно. Спорить с Адриэном я, конечно, не стала: раз он уже успел договориться, значит, точно не отступится. Хотя, признаться честно, рука чесалась всё сильнее, и я сама начала мечтать о каком-нибудь чудо-средстве.

Когда я разделалась с десертом и допила отвар, осталась сидеть, не зная, что делать дальше. Чашка Адриэна почти не опустела, и он явно не торопился заканчивать с обедом.

— Хотите ещё отвара? — спросил муж, заметив, что я отодвинула чашку, и кивнул на кувшин, который оставила Нэйлия.

— Нет, спасибо.

— Если вы закончили, можете идти, но на всякий случай напомню: по этикету жена не имеет права выходить из-за стола раньше мужа, так же, как и дети.

— Именно так я и подумала, — кивнула я и поспешила сбежать из столовой. Фраза про детей мне совсем не понравилась. Хорошо, что у меня пока есть подарки от Розины Иверс, но что буду делать, когда они закончатся, даже думать страшно. Я поёжилась, вспомнив про то, что как минимум каждые полгода нам придётся исполнять супружеский долг. Драгоценные мешочки я сунула в карман бордового вечернего платья. Надо бы, наверное, перепрятать получше. Мало ли что. От мысли, что скоро содержимым одного из мешочков придётся воспользоваться, стало ещё тоскливее.

Я плотно прикрыла за собой дверь спальни и тяжело вздохнула. Ужасно хотелось прилечь и подремать, но я подавила это желание. Уже почти три часа, а значит, стоит хотя бы наряд выбрать и вообще привести себя в порядок. Надо подобрать ещё какое-нибудь платье с длинным рукавом, которое прикроет раздувшуюся руку, переделать причёску и накраситься: Адриэну не должно быть за меня стыдно.

Надо найти Нэйлию, чтобы помогла с крючками на платье. Не к муженьку же с этим идти! Я открыла дверь и решительным шагом направилась в кухню. Пора начинать учиться быть непробиваемой, как Элианна. Проходя мимо кабинета Адриэна, я опасливо оглянулась: вдруг сейчас выглянет и опять отчитает за то, что громко хожу? Но, к счастью, дверь осталась закрытой, и из-за неё не донеслось ни звука.

Как я и думала, служанка обнаружилась в кухне: мыла за нами посуду. То ли не услышала моих шагов, то ли притворилась, но, когда я вошла, голову не повернула.

— Нэйлия, мне нужна ваша помощь, — стараясь придать голосу твёрдости, начала я.

Служанка резко развернулась, сделав удивлённое лицо.

— Госпожа, я и не слышала, как вы подошли. Помогать вам — моя обязанность. Что случилось?

А взгляд при этом цепкий и холодный. На Адриэна она смотрит совсем иначе — с сочувствием, теплотой. Хотя это и не удивительно: я тут человек новый. К тому же Нэйлия, возможно, любила первую жену господина. Интересно, какой она была?

— Мне нужно застегнуть платье.

— Это срочно? Я хотела бы закончить с посудой…

Я замялась. Наверное, надо поставить служанку на место, сказать что-то вроде: «Конечно, помощь госпоже — это всегда срочно, а посуда подождёт». И Элианна наверняка не спустила бы служанке такие вольности. Но я всё-таки не смогла и ответила:

— Жду вас через десять минут.

Пока ждала Нэйлию, натянула платье и переделала причёску. Снова вспомнила услужливую Иси, которая сейчас носилась бы вокруг и заглядывала в глаза, лишь бы госпожа осталась всем довольна… Интересно, как она там? Одобрил ли Бруно её брак с младшим садовником?

В дверь коротко постучали, и Нэйлия вошла, не дожидаясь моего разрешения. Ещё раз показала, что я здесь никто: к Адриэну она так запросто не заходит. Я, сидя за туалетным столиком, в зеркало наблюдала, как служанка подошла сзади и взялась за крючки. Руки у неё оказались слегка влажными, и я невольно вздрогнула.

— Что-то не так, госпожа? — Брови Нэйлии взлетели вверх, а потом она изобразила на лице раскаяние. — Наверное, мне нужно было лучше высушить руки.

И я всё-таки не выдержала. Нахмурилась и процедила:

— Да, следовало бы. Очень надеюсь, что впредь вы это учтёте.

Нэйлия слегка поклонилась, но я успела заметить, как скривились её губы. Скоро, кажется, я наживу себе здесь настоящего врага! К счастью, с крючками Нэйлия справилась быстро.

— Я вам ещё нужна, госпожа? — сцепив руки на животе, служанка изобразила смирение.

— Нет, можете идти.

Глава 6

Адриэн

Я несколько удивился желанию Рониэля поговорить наедине. Неужели с Элианной что-то не так, и он просто побоялся сказать об этом ей? В приёмной никого не было, и мы прошли к дальней стене. Выудив из кармана мантии здоровенный клетчатый платок, Эксерс вытер лицо и плюхнулся на банкетку. Я присел рядом и выжидающе уставился на друга.

— Что случилось? С Элианной что-то не так?

— Вот я бы тоже хотел узнать, что случилось с твоей супругой. — Рониэль открыто взглянул на меня, и мне почудилось, что в его глазах промелькнуло осуждение. — Ты, наверное, неплохо с ролью влюблённого мужа справляешься. Если кто-то тебя не знает, может и поверить. Но мы не первый год знакомы, и меня-то тебе точно провести не удастся.

— Ты сейчас о чём?

— Не знаю, что ты задумал, и, наверное, предпочитаю не знать. Но девочку мне искренне жаль.

Я нахмурился и скрестил руки на груди, продолжая сверлить Рониэля взглядом. Да, мы давно знакомы, но это не значит, что он имеет право подозревать меня демоны знают в чём.

— С чего бы?

— Адриэн, ты кого сейчас пытаешься провести? Неужели думаешь, что я не заметил её состояния? Да девочка разве что под стол от страха не залезает.

— При чём здесь это? Она за эти два дня успела нахватать столько неприятностей, что хватило бы на двоих. Да ей, в конце концов, просто плохо и больно. Только я к этому отношения не имею. Или думаешь, я нарочно натравил на неё комаров и лично порезал палец?

Рониэль хмыкнул, но совсем не весело. Почесал за ухом и продолжил:

— А эта история с потерей памяти? Бессмыслица же!

— Считаешь, она не могла потерять память?

— Считаю, что ты при ментальном вмешательстве что-то такое сделал. — Рониэль неопределённо щёлкнул пальцами. Он говорил с такой уверенностью, что я еле удержался от резкостей в его адрес. Почувствовал, как в душе поднимается знакомая разрушительная волна и на всякий случай сильно сжал кулак, впившись ногтями в ладонь, чтобы не дать магическому импульсу разнести к чёрту одну из стен в приёмной.

— Так, спокойно, спокойно, дружище, мне мой дом ещё понадобится. — Рониэль выставил руки ладонями вперёд, будто защищаясь.

— В следующий раз сначала думай, а потом говори. О каком, к демонам, вмешательстве ты говоришь? — холодно спросил я и встал с банкетки. Эксерс как-то сразу смутился. Снова вытер лицо платком, поглядывая на меня снизу вверх, но не отступился.

— Ну, я подумал… что ты как-то воздействуешь на жену. Чтобы она тебя боялась и всё такое.

— Богатая у тебя фантазия, но хочу разочаровать: ни на кого я не воздействую. Ты сам прекрасно знаешь, какие бывают последствия у ментального вмешательства, их сложно не заметить.

— Но ты же умеешь… соизмерять силу. — Рониэль явно сдаваться не желал. — Да, неприятно, но не смертельно.

— И всё-таки от этого вмешательство не становится менее опасным. Да каких демонов я тут перед тобой оправдываюсь?

Я направился к кабинету, чтобы забрать Элианну и побыстрее уйти отсюда. И так сдерживаюсь изо всех сил, чтобы не сорваться. Однако Рониэль окликнул меня. Оборачиваться я не стал, но остановился.

— Ладно, ладно, извини, глупость сболтнул. Но состояние твоей жены очень напоминает последствия ментального воздействия. Говорит слегка заторможенно и иногда будто слово вспомнить не может. Дату рождения забыла, даже какие-то простые бытовые вещи. На пустом месте такие вещи не возникают, согласись.

Я понемногу взял силу под контроль, тяжело вздохнул и обернулся к Рониэлю.

— Она действительно заблудилась на болоте, уж не знаю, что там делала. Ты же хотел сам её проверить. Почему не стал?

Рониэль опустил взгляд и вздохнул.

— Она и так натерпелась, что, наверное, лучше отложить. Тем более её уже показывали целителю. Да и вряд ли я чем-то помогу, тут бы надо к тёмному целителю или специалисту по тёмной магии. Так что там с болотом?

— Откуда я знаю? Всё, что сказал её отец: она пошла на болота, а нашлась уже без памяти. У меня был шанс отказаться от свадьбы, но, как видишь, делать этого не стал. По твоей логике, наверное, чтобы издеваться и воздействовать на неё ментально.

— Но женился ты всё-таки не по любви, — резонно возразил Эксерс. — Если хочешь заставить окружающих поверить, что внезапно потерял голову, потренируйся это изображать достовернее. Улыбайся, смотри на неё, как на Ли… как на любимую женщину.

— Почему ты так уверен, что я к ней ничего не испытываю?

— Да перестань. Хоть со мной в эти игры не играй, ладно? Яник тебе тоже наверняка не верит. Когда она заплакала в кабинете, ты даже не попытался влить в неё силу. А будь она тебе дорога, обязательно успокоил бы её более действенным способом, чем объятия.

— Может, я тоже растерялся, но тебе доверяю, поэтому и не стал вмешиваться.

Однако Эксерса явно не проняло. Он хлопнул себя по коленям и засмеялся, качая головой.

— Ты-то растерялся? Ха-ха, ну очень смешно! Дружище, ты меня прямо удивляешь сегодня. Неужели думаешь, я поверю, что ты растерялся? Да ты в жизни столько всего повидал…

Я невольно хмыкнул. Вот что значит иметь дело с друзьями — знают тебя как свои пять пальцев, их не проведёшь. Да и надо ли?

— И всё-таки я не каждый день наблюдаю, как от твоих зелий человек начинает задыхаться.

— Сам не ожидал, что ей так плохо станет. Признаю, что это зелье — та ещё мерзость на вкус, но обычно людей просто тошнит, а тут… Конечно, я не дал бы ей задохнуться, но впредь буду внимательнее.

— Ладно, ты закончил свои нравоучения? — Я сделал ещё пару шагов в сторону кабинета. Рониэль тоже поднялся и подошёл ко мне, хлопнув по плечу.

— Не обижайся, правда. Я же хочу как лучше. А с супругой всё-таки будь помягче.

— Знал бы ты её до потери памяти, так не говорил.

— Что, с характером девочка?

— Ещё каким, — усмехнулся я. — Правда, сейчас сложно в это поверить.

— И тебя не смущает, что она настолько сильно изменилась? Слушай, давай я всё-таки свяжусь с Артисом?

Глава 7

Полина

Пока мы ехали домой, я старалась ни о чём не думать, хотя получалось не очень. После странных действий Адриэна стало легче: эмоции улеглись, меня перестало трясти, но мысли всё-таки продолжили мучить. Надо же быть такой бестактной дурой! Конечно, я могла оправдаться тем, что мне плохо, больно и страшно, что сегодня чуть не задохнулась, что меня насильно выдали замуж, и просто не знаю, как жить дальше. Но разве это даёт мне право говорить за женщину, которой давно нет в живых? Я ведь не знаю ничего об их браке! Даже как её звали, не знаю. Какие между ними были отношения — тем более не имею понятия.

На какой-то краткий миг мне показалось, что сейчас получу от Адриэна как минимум пощёчину. И, честно говоря, я бы этому даже не удивилась. Мой боевой настрой улетучился сразу же, и я приготовилась расплачиваться за длинный язык. Но муж просто вышел из машины, и я почувствовала себя совсем гадко. Даже то, что он вроде бы меня простил, не помогло избавиться от чувства вины.

Между тем дождь превратился в тропический ливень, и когда мы остановились возле ворот, Адриэн задумчиво потёр подбородок.

— Постараюсь подогнать машину как можно ближе к дому, — сказал он, берясь за ручку, чтобы выйти и открыть ворота. Вернулся быстро, но промок, судя по виду, насквозь. Я глянула через стекло на тротуар, по которому текли потоки воды. Потом перевела взгляд на туфельки Элианны. Если сейчас пройду по этим лужам, с обувью, скорее всего, придётся попрощаться: материал похож на нашу замшу. Как потом её отчистить? А я всегда была бережливой.

Адриэн, между тем, загнал машину во двор и, обернувшись ко мне, приказал:

— Накиньте капюшон и застегнитесь.

И снова вылез из машины. Я послушалась и наклонилась, чтобы снять туфли: дойду босиком, не развалюсь. Однако в этот момент дверь с моей стороны открылась, и Адриэн сообщил:

— Я донесу вас, так что хватайтесь за мою шею.

Я слегка опешила. Сколько раз за последние полтора дня муж порывался тащить меня на руках? И, судя по тону, возражения не принимаются! Однако смутиться я как-то не успела, потому что меня без лишних уговоров стащили с сиденья. Чтобы не свалиться, пришлось обхватить Адриэна за шею.

Надо сказать, что ощущения сами по себе очень даже… приятные. И прижиматься к сильному мужскому телу можно на полных правах… Я не без удовольствия вдыхала аромат его одеколона. То, что муж тоже насквозь промок, тоже не смущало. В голову начали лезть мысли, которые приличным девочкам — а я всегда себя считала именно такой, — приходить не должны. Особенно, если эти приличные девочки вроде как всё ещё страдают по бывшему парню.

Совсем близко к крыльцу подъехать было сложно из-за растущих кустов, поэтому дорожку до ступеней я преодолела с комфортом. Дверь уже была открыта: очевидно, нас увидела Нэйлия, правда самой её поблизости не наблюдалось. Когда Адриэн поставил меня на ноги в коридоре, я даже слегка расстроилась. Нехотя расцепила руки и опустила взгляд, оправляя накидку и платье.

— Снимайте скорее накидку, — скомандовал Адриэн. — И переоденьтесь в сухое. А ещё лучше — сначала примите горячую ванну.

То же мне, командир нашёлся. Хотя, если быть уж совсем честной, это придаёт мужу шарма. Такого… слегка мрачного, но притягательного.

— А вы? — спросила я, очень некстати подумав, что ванну можно принимать и вдвоём. Так, Полина, спокойно. Не слишком ли быстро ты поплыла? Мужик на руках дотащил через лужи, и уже отдаться готова! Ты же его знаешь второй день…

— За меня не волнуйтесь. — Муж как раз стащил с себя пиджак и, видя, что я не спешу выполнять его приказ, сам расстегнул накидку и помог мне из неё вылезти.

— Спасибо, — пробормотала я, стараясь на него не смотреть: ох уж эти подлые мысли…

— Давайте, давайте, бегом в ванную. Хотя нет, пожалуй, бегом не надо, а то повредите ещё что-нибудь.

Однако даже его язвительный тон не заставил меня спуститься с небес на землю. Наверное, со стороны казалось, что я просто торможу, потому что Адриэн слегка подтолкнул меня в нужном направлении. Я не стала спорить и прошла в ванную, где сразу включила воду. Потом сходила к себе и выудила из шкафа домашнее платье, а из комода — бельё. Ливень понемногу стихал, гром слышался всё реже.

Вернувшись с вещами в ванную, я заперлась и стянула с себя мокрое платье, при этом снова зацепила волосы крючками, но, не став церемониться, просто дёрнула его. А оказавшись в тёплой воде, почувствовала себя совсем хорошо и снова вспомнила о муже.

Вот Антон меня на руках никогда не носил и даже не предлагал. Может, боялся, что не удержит? Как-то раз жарким июньским днём мы с ним гуляли и тоже попали под неожиданный ливень, а потом бежали по лужам и смеялись. Ко мне в квартиру ввалились насквозь мокрые и принялись тут же стягивать с себя одежду. Сначала без задней мысли, однако закончилось всё как раз в ванной…

Да что ж это такое? Куда-то не туда меня несёт! Чтобы отвлечься, я глянула на укус. Что ж, надо признать, что целитель Эксерс и правда знает своё дело: посинения больше нет и даже отёк уже значительно спал. Порезанный палец я старалась не мочить. Короче, жить точно буду, вопрос только, как.

Тёплая вода окончательно расслабила, и я почувствовала, что начинаю погружаться в дремоту. Надо вылезать: спать безопаснее на кровати. А ещё лучше — не одной… Я тяжело вздохнула. Что там говорил Адриэн? Он не любит тянуть до последнего? Так может, и устроить эту злосчастную брачную ночь прямо завтра? Надо только после ужина попросить у Нэйлии стакан кипятка, чтобы заварить отвар Розины. До следующей ночи как раз пройдут сутки.

Рука уже не такая страшная, а за ночь наверняка станет чесаться ещё меньше, нога вообще может в процессе не участвовать, как и палец. Сердце болезненно сжалось и стало страшно. Всё-таки одно дело — просто представлять себе близость с мужчиной, и совсем другое — когда эта близость штука неизбежная. Однако выбора у меня всё равно нет, а перед смертью, как известно, не надышишься. Завтра ночью пойду мстить Антону. И плевать, что он об этом никогда не узнает!

Глава 8

Адриэн

Отправив Элианну в ванную, я поспешил к себе в спальню: сначала нужно переодеться, потом уже можно идти работать. Закрыл за собой дверь и привалился к ней спиной, стараясь успокоиться. Тело словно ещё ощущало близость девчонки — её лицо совсем близко к моему и эти чувственные, пухлые губы, к которым неожиданно захотелось прижаться своими, обнимающие меня за шею руки, мягкие, пахнущие чем-то вкусным волосы, слегка щекочущие шею… Может, мне показалось, но Элианна будто расстроилась, когда я, наконец, отпустил её. Главное, чтобы не заметила моего смятения.

Я медленно вдыхал и так же медленно выдыхал, ожидая, когда спадёт напряжение. Вот уж не думал, что прикосновения к девчонке подействуют на меня таким образом. Знал бы, не стал тащить на руках. Хотя… не отправлять же её было по лужам в туфлях. Она, кажется, вообще собралась их снять и идти босиком. Всё-таки есть в ней сумасшедшинка.

Окончательно успокоившись, я быстро переоделся и направился в кабинет. Сел в кресло и наткнулся взглядом на отвёрнутую фотографию. Чувство вины затопило с головой, и я поспешно отвёл глаза. Нет, конечно, я все эти годы не жил монахом. Но одно дело — безликие шлюхи из борделя, к которым не чувствуешь ничего, кроме презрения. Просто вещи. И совсем другое — девчонка, на которой я женился. Это уже предательство.

Я поморщился. Нет, пора заканчивать со всем этим. Идея держаться от Элианны подальше — прекрасная. А если и придётся пересекаться, стоит общаться с ней холодно и отстранённо. Побольше язвительности, поменьше сочувствия. Всё, хватит о ней. Придвинув к себе справочник по судебным прецедентам, я нашёл нужную страницу и углубился в чтение.

Сосредоточиться на сей раз удалось без проблем, но работу вдруг прервал тихий стук в дверь. Неужели опять пришла Элианна с какой-нибудь очередной проблемой? Однако из-за двери раздалось:

— Господин Адриэн, ужин готов.

Я удивлённо глянул на часы: когда пришёл в кабинет, было без десяти шесть, а сейчас, оказывается, уже почти семь.

— Мне позвать госпожу? — продолжила Нэйлия.

— Не нужно, я сам, — ответил я, вспомнив слова Рониэля о том, что притворяться влюблённым надо получше. Он, в общем-то, прав.

Заложив нужную страницу, я встал из кресла, потянулся и нехотя отправился в спальню Элианны. Подойдя к двери, прислушался и тихо постучал. Не заходить же просто так. Вдруг она не одета? Мне только этого не хватало в довершение ко всем сегодняшним встряскам. Из комнаты не донеслось ни звука. На всякий случай постучал ещё раз и, надавив на ручку, приоткрыл дверь.

Элианна лежала на кровати прямо в платье, подложив руку под голову, и крепко спала. Причёска растрепалась, лицо ещё хранило следы недавних слёз, и даже во сне девчонка выглядела несчастной: какой-то беспомощной и трогательной. Я не нашёл сил окликнуть её или потрясти за плечо. Мысленно дав себе затрещину, резко развернулся и вышел из комнаты.

Однако вместо того, чтобы сразу пойти в столовую, вернулся в кабинет и взял с дивана плед, который всегда лежит на тот случай, если меня вдруг посетит желание поспать, и в последнее время не пригождается. Так же осторожно прошёл обратно в спальню Элианны и укрыл её. Уголки чуть приоткрытых губ слегка дёрнулись, будто она пыталась улыбнуться во сне. Я вспомнил о посещавших недавно мыслях и желаниях и поспешил убраться из спальни.

В столовую вошёл, постаравшись принять невозмутимый вид, и сразу прошёл на своё обычное место — спиной к окну. Нэйлия раскладывала салфетки и на меня не смотрела.

— Госпожа спит, а целитель Эксерс велел ей больше отдыхать, так что есть буду один, — сообщил я.

— Как скажете, господин Адриэн. — Служанка продолжила своё занятие, по-прежнему не поднимая глаз, и я убедился, что она недовольна.

Кажется, пора кое-что прояснить. В тот день, когда я объявил Нэйлии о предстоящей женитьбе, она лишь пожала плечами, но я понимал, что она меня не одобряет. И сейчас совсем осмелела.

— Нэйлия, послушай. Я понимаю, что моя неожиданная женитьба кажется тебе странной и нелепой, хоть ты, конечно, никогда и не посмеешь признаться. Однако я сразу скажу, что твоё мнение в этом вопросе меня не интересует. Ты знаешь, как я к тебе отношусь, но всему есть предел.

— О чём вы, господин? — Нэйлия с деланным удивлением приподняла брови.

— Надеюсь, не думаешь, будто я не замечаю твоего отношения к моей новой супруге?

— Прошу прощения, господин Адриэн. — Нэйлия поклонилась. — Я, разумеется, уважаю ваш выбор и не имею права судить. Я даже не думала, что чем-то обидела вашу новую супругу.

— Я не знаю, о чём вы общались наедине, но по твоему лицу всё прекрасно видно.

— Сожалею, господин Адриэн, если моё поведение кажется вам неподобающим.

— Может, ты прекратишь притворяться, Нэйлия? Я же вижу, что она тебе не понравилась.

— Господин Адриэн, я всего лишь служанка и не имею права высказывать мнение. Да и какая вам разница, нравится мне ваша супруга или нет? Главное, чтобы она нравилась вам.

— Разница как раз есть, Нэйлия. Мне не нужны в доме ссоры и недобрые взгляды, и твоё молчаливое осуждение тоже.

— Я уже сказала, что впредь буду стараться угодить госпоже.

— Это не то же самое, что принять мой выбор. — Я строго посмотрел на Нэйлию. — Что тебе сделала Элианна?

— Ваша новая супруга не сделала мне ничего плохого, господин Адриэн.

— Тогда почему ты пытаешься выставить её в плохом свете? Я прекрасно понял твой манёвр с накидкой. Ты должна была подать её госпоже Элианне, разве нет? И не говори, что забыла.

— Госпожа убежала за дверь прежде, чем я успела что-то сказать. — Нэйлия неплохо держалась, но на сей раз всё-таки на долю секунды отвела глаза. — Вы же сами видели: именно я подала ей накидку.

Я вздохнул, потирая пальцы. В висках противно зашумело. И как с ней разговаривать?

— Жаль, что ты всё-таки пытаешься мне лгать, но, признаюсь, выходит у тебя неплохо. Долго тренировалась?