Вторая жена ледяного канцлера.

Глава 1.Свадебные поминки.

Вечер.Полупрозрачная вуаль штор колыхалась от ветра, который оставлял после себя лёгкий шлейф прохлады и запах дождя.

— Подпишите.

Голос прозвучал ровно, негромко, но от него по коже прошёл холод, будто кто-то приоткрыл окно в середине зимы.Открыв глаза, первым, что я увидела был свет.

Тëплый свечной огонь сразу же привëл меня в чувства. Высокие канделябры из тёмного серебра стояли вдоль стен, и их тонкие, почти изящные ножки заканчивались статными фигурами грифонов. Пламя дрожало в воздухе, отражаясь в отполированном чёрном мраморе пола, превращая зал в перевёрнутое звёздное небо.

Пахло ладаном,терпким пчелиным воском,и чем-то металлическим - холодом старого камня.

Я стояла.Нет… меня держали на ногах тугой корсет и чужая спина, выпрямленная не мной.

Потолок уходил вверх, теряясь в тенях. Каменные своды пересекались узкими арками, на которых были вырезаны узоры льда -кристаллы, переплетённые ветви, замёрзшие волны. Между ними свисали длинные полотнища тёмно-синего бархата с серебряной вышивкой герба, который повторялся везде:на гобеленах, на перилах балкона второго яруса, и на груди мужчины, стоящего передо мной.

Опустив туманный взгляд я увидела платье. Белое, но не воздушное, не пышное как цветок, оно скорее напоминало мне камень.

Я чувствовала его вес ещё до того, как осознала, где нахожусь. Ткань плотная,но не грубая,на ощуп похожая на шëлк.Юбка спадала строгими складками, без кружев и игривости, как военная форма, только в женском исполнении. Рукава длинные, с вышивкой серебряной нитью по манжетам. Орнамент напоминал узоры инея на стекле,такие же острые и геометричные;под ней - крахмальные нижние слои подюбников, которые не позволяли ткани мягко струиться, заставляя её держать форму.Лиф туго стянут корсетом. Настолько туго, что вдох давался непривычно медленно. По вырезу декольте идëт тончайшая серебряная вышивка, выполненная металлической нитью. Если приглядеться, узор складывался в крошечные цветы, похожие на ромашки.Рукава были длинные, узкие, застёгнутые на миниатюрные перламутровые пуговицы. На шее виднелось ожерелье из прозрачных камней,которые казались хрупкими, но холодили кожу, будто сделаны из настоящего льда, не бриллианты,что-то иное.Чище.Холоднее.

Камни не просто лежали на коже, они впивались в неë как шипы крыжовника.

Тонкие, почти мëртвенно бледные длинные пальцы дрожали едва заметно,держа перо над бумагой. Это были не мои руки.

Память обрушилась внезапно -визг тормозов, мокрый асфальт, фары в лицо. Я умерла. Тридцать восемь лет.Развод.

Взрослая дочь, которая уже не звонила каждый день.Работа, усталость, ипотека.

Я помнила ощущение асфальта,помнила фары и тупую, ноющую боль.

Вместо холодных капель дождя теперь передо мной были тëплые свечи, бархат и мрамор.

— Госпожа Элиара.

Имя прозвучало рядом, и зал словно стал резче.Я подняла взгляд.Передо мной стоял мужчина.Высокий. Безупречно прямой. В чёрном мундире с серебряной вышивкой по вороту. Ворот высокий, закрытый, отделан тонкой посерябрëнной тесьмой. На груди красовалась кристалл в оправе из белого металла, прозрачный, как лёд на реке. Камень не сверкал,он издавал едва видное сияние прямо из самого центра. Его кожанные перчатки лежали на столе рядом с документом.Мои глаза скользнули по его рукам. Сильные и контролирующие, так можно было описать их.

Лицо чёткое, вырезанное будто из льда: прямой нос, высокие скулы, губы, лишённые мягкости. Волосы на удивление тëмные,каштановые как кора у деревьев, безупречно убраные назад, ни одна прядь не нарушала порядок.

А глаза…Я никогда не видела таких глаз.

Светлые, почти бесцветные. Как зимнее небо, когда вот-вот пойдёт снег. В них не было тепла, но и жестокости я тоже не увидела.

Он смотрел не на невесту, только на документ.

— Церемония затянулась, -произнёс он спокойно.

Голос глубокий и контролируемый, без эмоций.

Я опустила взгляд на пергамент.

Бумага плотная, с едва заметной текстурой волокон. По краю растягивался тиснёный узор,а скарб чуть левее была печать,алая, с тем же гербом, что и на габиленах.

Строки складывались в строгие формулировки:

Вторая супруга канцлера обязуется…

соблюдать регламент двора…

не вмешиваться в государственные решения…

предоставить наследника…

Вторая.Слово словно царапнуло.Я подняла голову.

— Что именно я подписываю?

Шёпот вдоль стен стал гуще.Я впервые обратила внимание на гостей.

Дамы в тяжёлых платьях из бархата и шёлка тёмно-зелёных, винных, глубоких синих оттенков. Их декольте закрыты кружевом, шеи украшены массивными ожерельями из сапфиров, аметистов, прозрачных кристаллов. Ни одной улыбки.Мужчины -в мундирах, строгих, с орденами и холодными взглядами.Они смотрели не с радость или с сочувствием, а с ожиданием.Как будто наблюдали не свадьбу,а казнь.Канцлер ,или по видимому мой жених, посмотрел перед собой внимательнее.

— Брачный договор и согласие на продолжение рода.

Ни слова о любви, ни слова о союзе,только наследник.Я почувствовала, как корсет сжимает рёбра сильнее.

— А первая супруга? -слова безраздумно сорвались с моих губ

Тишина стала плотной.Казалось даже пламя свечей стало гореть тише.

— Скончалась.

Слово упало между нами, как кусок льда в воду.Элиара,этой девушке не оставили выбора,но я не она, я не хочу быть ей.Мой взгляд снова упал на канцлера.

— Если я откажусь?

В зале кто-то резко втянул воздух.Он сделал шаг вперёд, не угрожающе, но властно.Пространство вокруг него будто уплотнилось.

— Вы не откажетесь.-сказал он так спокойно и твëрдо, будто выносил приговор.

Если бы я была той девчонкой, чьё тело заняла, я бы опустила взгляд и смирилась,испугалась,но я - женщина, которая хоронила брак и видела, как рушится жизнь.Мои глаза не отрывались от него, спина была прямой, натянутой как струна.Здравый смысл подсказывал пока не действовать резко, нужно узнать как всë здесь устроено, кто он такой на самом деле, и кем являлась хозяйка этого тела. Я снова посмотрела на пергамент с печатью. Вторая жена,в чужом мире,в чужом теле,перед мужчиной, который выглядел так, будто никогда не ошибается.Мгновение и я подписала.Чернила легли чётко.