Вторая жизнь Терезы Макдугл

Глава 1. Новый старт

- Говорят, на последнем приеме государь отвернулся от госпожи... - шепчет одна новая служанка другой, идя мне навстречу и осторожно косясь в мою сторону, - прямо в тот момент, когда она к нему подошла!

- А я слышала, что господин уже полгода не навещает её покои, - отзывается вторая, с таким же незнакомым лицом, прикрывая рот рукой.

Прохожу мимо с прямой осанкой и безмятежным выражением.

- Полгода? - переспрашивает первая служанка с усмешкой, явно осмелев от моего молчания. – Говорят, господин не приезжал в это поместье больше полугода! А сколько не навещал покои госпожи до этого - только им двоим и известно!

- Госпожа нынче в опале? Тогда почему нас наняли в помощь дворецкому? - тихонько уточняет вторая служанка.

Хороший, к слову, вопрос.

От меня прилюдно отвернулся солнцеликий братец... пусть не прилюдно, но от меня отказался муж, и даже любовник оставил меня, вероятно, решив, что наша связь не принесет ему ничего, кроме проблем в будущем...

Так, что в поместье делают новые служанки?..

- Слышала, её нянька была из древне-верцев! - едва слышно шепчет первая девица, остановившись и обернувшись мне вслед. - Она вскормила госпожу своим проклятым молоком, оттого та унаследовала все неудачи этого мира – и обратилась Чёрной Терезой!

Степенно иду дальше по длинному коридору, но не могу не признаться - лицо моё впервые дрогнуло...

Уж, если об этом судачат вслух, кто-то очень авторитетный целенаправленно уничтожает мою репутацию!

Вхожу в свой рабочий кабинет, запираю дверь и прислоняюсь к ней спиной, не опуская высоко поднятой головы.

«Кто-то»...

Какая нелепая недомолвка. О том, что моя няня была из древне-верцев, знали всего несколько человек...

Подхожу к столу, освещенному, падающим из окна, солнечным светом, и замечаю на стопке книг письмо с кубком.

Стиснув зубы, прикрываю глаза.

Так, возможности для отступления нет?

Мне ее просто не оставили.

Вряд ли новые служанки заходили в мой кабинет: делать это строго запрещено всем, кроме Франка, столь своевременно отправившегося утром в фамильную лавку... Значит, старый дворецкий - тоже его человек?

Я буквально окружена врагами.

Зато становится понятным увеличение штата прислуги в почти пустующем доме: кто-то должен будет сообщить ужасную новость - главная преступница прежнего режима найдена мёртвой! За моё «самоубийство» служанок, разумеется, накажут: недоглядели...

Подобное отношение к человеческой жизни может демонстрировать только один человек.

Поднимаю лист бумаги и читаю строки, написанные аккуратным почерком с властными завитками.

«Дорогая сестрица! Волнения во дворце и недовольство чиновников вынуждают меня прибегнуть к самым серьёзным и строгим по отношению к тебе мерам. Все мы знаем, какой вклад ты внесла в формирование нового мира для всех жителей нашей страны, однако, власть, которую ты накопила за годы смуты, пугает моих верноподданных. А слух о том, что ты – воплотившееся проклятие, пугает простой народ, вынуждая ополчиться против тебя... Все они не могут обмануться твоим желанием уйти в тень и требуют от меня назначения общественного суда, желая раскрыть все преступления, совершенные во время моего восхождения на престол. Они хотят очистить историю нового государства, но я не могу позволить им разоблачить тебя: цена будет слишком высока... Не для того мы создавали основу для идеального будущего, чтобы над нашими головами зависли острые топоры! Кто-то должен пожертвовать собой во имя дальнейшего процветания Айнарии.

Моя просьба к тебе разрывает моё собственное сердце, но выбора у меня нет.

Я не прошу тебя простить меня, но знаю, что ты поймёшь меня.

Твой брат, Джейкоб»

С шипением выпускаю из пальцев лист, моментально сгорающий дотла. Бытовой магией мой братец овладел прекрасно, несмотря на то что именно меня из нас двоих называют проклятым ребенком.

У меня нет таланта к магии, только к стратегии, а в новом государстве, построенном на костях соперников Джейкоба, нет и не может быть ничего магического. Только Святая, которую обещало старое пророчество в помощь воину-спасителю!

Поднимаю кубок с вином и смертельным ядом и прислушиваюсь к опасному аромату.

Пахнет напиток сладкой гибелью.

Да... «хорошей» для народа мне не стать - даже после смерти: сейчас стране нужен козел отпущения, а не мученица. Меня будут ненавидеть и вспоминать, как темное пятно светлой истории... и вряд ли найдётся глупец, который задумается - на кой я вообще старалась ради младшего брата, родного лишь по отцу, если вместо благодарности он предлагает мне выпить яда?!

...

Джейкоб остался чист лишь потому, что при свете дня его дорогу расчищала я.

Однако, всё началось с его желания сесть на трон - одиннадцать лет назад.

И это именно он «случайно», «из большой любви и заботы» назвал меня старой девой на собрании рода, когда мне исполнилось двадцать два, и, тем самым, вынудил прогнуться под требования семьи - найти мужа. Мужа он мне тоже сам подыскал, хотя в этом вопросе мы с ним смотрели в одну сторону: на все темные дела, которые будут выстилать будущему монарху путь к трону, нужны были деньги, - и кто, как не богатейший купец умирающей империи, подходил лучше?

Если подумать, наши отношения с Йёргесом никак иначе, как нездоровыми, назвать нельзя: его дико влекло ко мне, когда я творила историю, но он не смог простить мне отказа от власти...

...

Как смешно! Главная злодейка и инициатор дворцового переворота не желает оставаться в политике!

...

Однако, я действительно хотела удалиться в старое родовое поместье за пределами столицы и попытаться построить семью. Я никогда не стремилась к власти, поскольку видела своими глазами, что она делает с людьми. Но моё глупое желание было интерпретировано настолько радикально, что говорить правду больше не имеет смысла: никто не поверит.