Взаимность

ГЛАВА I

- Что происходит?

- Она пыталась убить меня!

- Это так?

- Нет.

- Диана, твои доказательства?

- Доказательства?! — блондинка с длинными ногтями взвизгнула так, словно это ей на пальцы сейчас наступал тяжелым ботинком страж. — Я твоя будущая жена, ты должен верить мне на слово!

- Сейчас вы обе студентки и находитесь в равных условиях. Не согласны, виира? — он перевел взгляд вниз на Джину, лежащую на плитах холла. Та закинула голову назад, скривила губы в подобии улыбки и снова опустила голову, скрыв лицо. — Что молчите? Не думаете, что это честно со стороны вашего ректора?

- Сделай-ка честно.

- Что вы сказали?

Он потянулся, чтобы взять ее за подбородок, а в этот момент Диана Вандерберг вырвала у подруги плакат и потрясла им перед лицом жениха.

- Смотри, что она сделала! Точно хочет избавиться от меня, чтобы ты заинтересовался ею.

Ректор отмахнулся от нее, Диана сделала шаг назад и вскрикнула.

- Что еще?! — порядком уставший ректор обернулся к ней, а под его ботинком что-то хрустнуло.

- Аааа! — Два длинных ногтя на белоснежных пальцах оказались сломаны под корень. Виира Вандерберг зарыдала и поднялась, поддерживаемая с двух сторон подругами и женихом. —Рука! Алекс, моя рука! Посмотри, что случилось с ногтями!

- Как ты только упала на ровном месте?

- Я споткнулась! Кто-то поставил мне подножку, я почувствовала! Это снова она!

- Бред, — Александр Вигарди подхватил девушку на руки и двинулся в лекарское крыло. — Она с места не сдвинулась.

- Мне же не померещилось.

- Кто-то продолжает играть с личами, — это было последнее, что услышала Джина.

Страж отступил, и она смогла освободить руку. Костяшки саднили. Ладонь покраснела, пальцы двигались с трудом. Внутри у нее поднялось недовольное ворчание, и пришлось несколько раз постучать себя в грудь, чтобы оно улеглось.

- Джина, рука! Скорее, идем к лекарю.

- Не хочу, там уже эта парочка. Так пройдет. Забери, — она скрутила плакат в трубочку и сунула Вийе.

- Спасибо, что не выдала меня. Я в долгу.

- Если бы ты не рисовала так хорошо, я бы никогда не взяла на себя авторство. А так очень даже ничего получилось, и не стыдно выдать себя за художницу.

- Он просто такой красивый, — они свернули под главную лестницу, и Вийя снова развернула большой плакат с портретом мужчины, который только что отчитывал Джину. — Какая линия губ! А скулы — он просто находка для художника, разве нет?

- Тебе хорошо удалось передать сходство, — ушла от ответа подруга. — Только глаза немного не получились.

- Ты что! Я на них больше всего времени потратила! Что не так?

- Слишком добрые.

В реальности, сколько Джина себя помнила, взгляд ректора Вигарди всегда был жестким. И хоть в целом к его внешности претензий быть не могло, ей никогда не нравились именно глаза. Взгляд придавал ему хищное выражение, которое отталкивало и заставляло относиться настороженно.

- Художник должен передавать лучшее на картине, — возражала тем временем Вийя. — Я однажды видела, как он так смотрел на документы. Кажется, то был договор о помолвке.

- Тогда он бы и на невестушку так смотрел, не думаешь?

Вийя пожала плечами и скатала портрет.

- Может, наедине так и есть. Пойдем, полечим твои пальцы в комнате.

- Тебе разве не надо отнести работу?

- Ой, точно! Но как же я тебя брошу после всего…

- Иди-иди, я сама все сделаю.

Вийя убежала, а Джина прошла насквозь главный корпус, вышла в парк и, быстро оглядевшись, сошла с аллеи на тропинку между кустами. Густые кроны надежно скрывали ее от возможных взоров из окон университета, а декоративные кусты образовывали естественную изгородь со множеством лужаек.

Теплый вечер клонился к концу. Джина зашла поглубже в заросли, села на траву и вытянула руку. Ссадины щипали. Она чуть пошевелила поврежденными пальцами, и тут же ее руку подхватила широкая мужская ладонь. Второй рукой он вынул из воздуха баночку с мазью и принялся аккуратно намазывать раны.

- Оставь пару мелких, — приказала Джина, смотря, как затягиваются раны. — Вигарди не оставит просто так «нападение» на будущую мать его детей. Будет подозрительно, если у меня не останется следов.

- Мне с ним разобраться? — спросил тихий глубокий голос.

- Нет. После разгрома в лаборатории надо затаиться, а атаковать его лично опасно вдвойне — он только убедится, что в университете орудует лич.

- Он никогда не поймает меня. И минимум пять высокородных имеют личей здесь.

- Мы прикроемся ими, если придется, но напрасно рисковать не нужно. Сегодня ты слишком разошелся.

- Вам вредили.

- Угрозы жизни не было. А здоровье рук не влияет на потомство.

ГЛАВА II

В кабинете ректора Диана Вандерберг баюкала больную руку. Она надула розовые губки и из-подо лба поглядывала на жениха, который мерял комнату широкими шагами.

- Я говорю тебе, Алекс, она смерти моей хочет! Нарисовала тебя, подлила мне восковый экстракт, а если в следующий раз это будет еще хуже? Что, если она решится на настоящее вредительство?

Алекс остановился рядом и приподнял бровь.

- Ажановый сок, — выпалила Диана в ответ на молчаливый вопрос. — Я никогда не смогу иметь детей, и тебе придется искать новую невесту. Она разлучит нас — разве это не хуже смерти?

- Она придет, и мы все выясним в спокойной обстановке.

- Она влюблена в тебя, неужели ты не видишь? Ее нет в общих списках кандидаток, а ее проверки? Наверняка есть влюбленность!

- Диана, если ты хочешь ее исключения, мне нужны точные доказательства вины.

- Потребуй ее дело! Если тесты в этом году показали, что она безответно влюблена, чего еще тебе надо?

- Ты предлагаешь мне поцеловать ее, чтобы проверить?

- Нет, конечно! Как ты можешь…

В дверь постучали, и фраза вииры Вандерберг осталась незаконченной.

- Пожар в городском особняке, — произнес ровно Альберт, встав на пороге.

- Пожар?! — Диана вскочила и прижала ладони ко рту. — Алекс, мои вещи!

- Загорелась кухня, —продолжил бесстрастный помощник ректора. — Ее тушат, но огонь распространился дальше, а на верхних этажах мешает защита. Вас просят немедленно приехать и снять ее, чтобы пожарные могли подобраться к этому крылу.

- Иди к себе, — коротко приказал ректор невесте. — А ты предупреди ту простолюдинку, что мне пришлось уехать. Мы поговорим в другой раз.

***

- Поварята разлили масло на плиту, — слушала Джина, нежась в горячей ванной. — Рядом лежало полотенце, и огонь быстро охватил половину комнаты. Когда прибыла пожарная служба, уже горел пол второго этажа. Кабинет успел почти весь выгореть к моменту, как Вигарди прибыл и снял защиту.

- Какая жалость.

- В кабинете были учебные материалы.

- Да ну?

- Судя по всему, Диана Вандерберг проводила там немало времени.

- Вот не повезло, — Джина потянулась. — Подай халат. Ты же не оставил следов?

- Нет.

Ей на плечи набросили халат, запахнули и подставили меховые тапочки. Едва Джина завязала пояс, как дверь распахнулась. Взволнованная Вийя со встрепанными короткими волосами вбежала в ванную и принялась рыться в нижнем ящике шкафчика.

- Что-то случилось?

- Я только что видела, как горел дом ректора в городе! Сделала набросок, хочу побыстрее перенести его на картину.

- Зачем это тебе? — спросила Джина. Она подошла к мольберту, где подруга уже успела нанести первые штрихи. — Когда у возлюбленного случается плохое, это не самое приятное событие. Зачем его запоминать, еще и в картине?

Вийя остановилась.

- Я не подумала, — пробормотала она. — Ты права. Я так привыкла рисовать все, что с ним связано…

- А мне нравится, — продолжила Джина, разглядывая набросок. — Может, нарисуешь для меня? Я повешу ее над столом и буду любоваться несчастьем ректора. Сделаешь, – добавила она, пресекая возражения, — и мы в расчете за сегодня.

***

Новый день клонился к закату. Злой и уставший Александр Вигарди закончил последнее собрание с профессорами и вернулся в кабинет.

- Готовы списки недопуска к семестровым экзаменам, — сказал Альберт.

Ректор взял два листа и отложил в сторону тот, где значилось «Высокородные».

- Эта простолюдинка вчера приходила?

- Нет.

- Почему?

- Не знаю. Я ждал допоздна, потом прошел весь ее путь, чтобы убедиться, что все в порядке. Стражи говорят, что и на пороге она не показывалась. Комендантша утверждает, что передала ей приказ, и та сразу пошла обратно в учебный корпус.

- Как ее зовут?

- Джина.

Ректор пробежал глазами список и поднял голову.

- Все успевает, да? Принеси мне ее дело и результаты проверок. Потом иди и приведи ее. Диану не зови пока.

Спустя несколько минут перед ним легла тонкая серо-бежевая папка. Ректор приподнял бровь, и Альберт в ответ слегка поклонился.

- Она не проходила проверку в стенах университета.

Жестом Александр отпустил помощника.

В деле Джины говорилось, что год назад девушка поступила экстерном на третий курс. Вступительные результаты шли по нижней допустимой грани. Только защитная и атакующая магия была выше среднего. Стипендии она лишилась после первого же семестра, звезд с неба не хватала, но и проблем не создавала. До этого года, пока высокородных и простолюдинов не объединили в единый поток. Сам ректор к этой идее относился прохладно, но поскольку приказ поступил свыше, выбора так такового у университета не было.