Я жду дракона!

Пролог

Разряд защитного заклинания прошелся по всему телу. Рамира врезалась в стену. Упала. Стоявшая на столе ваза покачнулась, слетела вниз и разбилась. Осколки рассыпались в форме клыкастой улыбки. Над Рамирой склонилась мужская фигура, а вместе с ней уродливая черная тень.

— Я знаю, что ты сделал ублюдок, — сбивчиво сказала Рамира.

— Ты ничего обо мне не знаешь, —произнес мужчина.

— Будь ты проклят!

— Как видишь уже…

В глазах помутнело и Рамира потеряла сознание.

Глава 1. “Рано или поздно, это закончится”

— Рано или поздно это закончится, – сказала Рамира со вздохом, смотря в окно.

— Ты о чём? — спросил Сэм.

Она показала на сверкающие линии на небе. Так умирала магия – белыми росчерками словно звездопад посреди дня.

Рамира сказала:

— И пациенты, которые лишились магии тоже. Ещё несколько лет и к нам будут приходить обычные люди показывать чирей на попе.

Он усмехнулся:

— Будем лечить не заговорами, а луковыми примочками. Для нас мало что изменится.

Рамира покосилась на коллегу.

— Ты даже не знаешь, чем они лечатся в обычной жизни.

— Так не доводилось лечить, моя дорогая. Не доводилось. Я, когда силы потеряю, начну книжки писать. Сказки, чтобы успокоить генетическую тоску по волшебству.

— Идея – огонь, — поддержала Рамира и стукнула по стеклу пальцем. — О, а вот и наш пациент.

Сэм посмотрел в окно. Внизу на каталке везли бледного старика.

— На последнем издыхании похоже.

— Говорит, из портала вроде вышел. Пойдём.

Они вошли в палату. Линии магии, как линии жизни тянулись к центру груди старика. Рамира видела их лучше Сэма. Они блестели как паутина, издавая еле слышно “дзынь”. Старик держал руки на груди, которая сотрясалась в такт бьющемуся сердцу.

— Здравствуйте, меня зовут Рамира, — представилась она, потянувшись к карте пациента.

— Рамира… — словно эхо повторил старик.

— А вы у нас? Господин Финик, — пробежалась глазами по заключению, — Угасание.

Рамира с сочувствием посмотрела на старика.

В этом мире больше не рождаются волшебники. А из тех, что остались, магия постепенно уходила — долгое неизбежное прощание. Когда последняя капля волшебства исчезала в их теле, некоторые кричали от боли, то ли от физической, то ли душевной.

— Господин Финик, — Рамира присела на край кровати и взяла старика за руку. Её прикосновения были целебны. — У вас есть родные, близкие? Кому мы можем сообщить о вашем состоянии?

— Моя жена… я потерял её.

Бесцветные глаза старика наполнились слезами.

Рамира положила руку господину Финику на лоб, слегка погладив растрёпанные жёсткие волосы.

— Поспите немного. Отдохните.

— Боги, ему больше ста пятидесяти лет, — удивился Сэм, прочитав данные из карты.

Рамира приложила указательный палец к губам. Её силы действовали, и старик начал засыпать. Слёзы, как утрення роса, блестели в уголках его глаз.

Сэм встал со стула, пихнул карту подмышку, заговорил шёпотом:

— Слушай, я жене пораньше обещал вернуться, — он улыбнулся, той самой улыбкой, которая делал его чертовски милым. — Справишься тут сама?

— Иди, — Рамира толкнула Сэма в плечо. — Передавай ей привет.

— Не забудь, мы тусим в караоке завтра вечером .

— Жду не дождусь.

— Напиться и напеться.

Она кивнула: — Напиться и напеться.

— До завтра.

— Давай.

Сэм махнул рукой и вышел из палаты.

Рамира посмотрела на старика. Вытерла скатившуюся по его виску слезу, погладила по щеке.

— Мари… — застонал тот. — Обещаю, Мари… обещаю любимая.

“Наверное это его жена” — подумала Рамира с улыбкой.

Она посмотрела на дверь, которая только что закрылась за Сэмом. Свою жену тот тоже называл “любимой”. Рамира шумно выдохнула воздух через нос, с сожалением поджав губы.

— Но не меня, — пробурчала в ответ своим мыслям.
Каждый раз, когда она смотрела на Сэма, в её груди появлялось что-то тёплое, заряжающее энтузиазмом. Но тут же возникал образ его жены и этот светящийся шар лопался, вонзаясь осколками.
— Так, — Рамира шлёпнула себя по коленям и поднялась с кровати. — Пора смешать какое-нибудь всё ещё действующее зелье. Когда вы, господин Финик, проснётесь, я буду лечить вас от тоски.

— Зачем? — послышался голос старика.

Рамира обернулась. Тот смотрел на неё, нахмурив брови.

— Чтобы вам было не так больно, — ответила она. — Вы ведь даже не поспали.

Похоже, Рамира лишилась сил быстрее чем хотела.

Старик постучал ладонью себя по груди.

— Я обещал своей жене. Я хочу помнить её. Мне не нужны никакие зелья забвения.

— Вы будете помнить, но как добрый сон.

— Помоги мне…

— Именно это я и хочу сделать. Тоска вас быстро сожрёт. Я сейчас всё принесу.

Глава 2. “Про фамильяров ты помнишь, а про жениха нет?” 

Рамира услышала щебетание птиц, носа коснулся едва уловимый запах лаванды. Попыталась поднять голову, но та словно каменная тяжело впечаталась в подушку.

— Ты, наконец, очнулась. Как себя чувствуешь? — раздался тихий женский голос.

— Голова болит жутко, — ответила Рамира, не совсем понимая с кем говорит.

— Ещё бы. Тебе что-нибудь принести?

Рамира открыла глаза.

— Не знаю, может быть. Где я?

Обстановка была незнакомой. Перед ней предстала богато украшенная комната. Мягкие лучи солнца проникали сквозь полукруглые окна, по бокам висели длинные шторы из тяжёлого фиолетового бархата. Рядом диван с изогнутыми ножками и аккуратно расставленными вышитыми подушками. Старинный письменный стол, на котором, возвышалась стопка книг с потрёпанными переплётами, тут же лежал какой-то пучок сушёной травы, перьевая ручка и бумаги. Дверь с узорчатой позолоченной резьбой, массивный камин над которым висел портрет мужчины.

Рядом на стуле сидела взволнованная блондинка в жёлтом платье.

— Ты в своей комнате, — сказала она, не отрывая взгляда.

Рамира снова попыталась поднять голову, чтобы осмотреться получше, но тошнота подкатила к горлу.

— Ой, сейчас, кажется вырвет.

Рамира закрыла глаза, опрокинулась на подушку. Такую мягкую, пахнущую чистотой и лавандой.

— Хорошо же тебя приложило, — сказала незнакомка и подошла ближе.

— А что случилось? — Рамира попыталась вспомнить, как здесь оказалась.

— Ты не помнишь?

— Только дурацкий сон, как полезла в грибной дом, который…

Рамиру прошибло холодным потом, она резко открыла глаза и уставилась на блондинку.

— Ты кто?

— Что значит кто? — удивилась та. — Это я, Виталина. Вита.

— Вита?

— Твоя подруга.

— Моя подруга?

Девушка нахмурилась.

— Ты что не узнаешь меня?

Рамира покачала головой, ещё раз осматривая комнату.

— Твой отец меня убьёт. Погоди, — Вита рассекла воздух указательным пальцем. — Если ты ничего не помнишь, то и рассказывать, что это твоя идея, не станешь?

— Что ещё за идея?

— О нет! Я же не смогу доказать, что это ты полезла в сейф.

Рамира поднялась на локтях.

— В какой сейф? Давай по порядку.

— Ты правда ничего не помнишь? — Виталина шлёпнула себя по щекам.

— А какой сейчас год?

Блондинка прижала руку к груди.

— Ты… тысяча восемьсот девяносто второй. Ты серьёзно?

— Ого-о-о, — протянула Рамира и махнула рукой, — мне нужно зеркало. Как я выгляжу?

Вита суетливо подбежала к туалетному столику, взяла складное зеркальце в золотой оправе и подошла к очнувшейся подруге.

— Ты выглядишь странно и пугаешь меня.

— Если честно я и сама напугана.

Рамира сначала положила зеркало на колени, выдохнула. Ей не очень-то хотелось увидеть новое, вдруг несимпатичное лицо. Она медлила — а если страшная, в бородавках или нос картошкой? Потом решилась и осторожно посмотрела в зеркало.

— Так, хорошо, лицо моё.

— То что ты себя узнаешь в просто здорово. А имя своё помнишь? — спросила Вита.

— Ра… мира, — неуверенно ответила она.

— Верно.

Рамира удивлённо дёрнула бровями, внешность и имя её.

— А как меня зовут? — с задором спросила девушка.

— Вита.

— Помнишь! Помнишь!

— Минуту назад ты сама представилась.

Улыбка сползла с лица Виталины.

— Твой отец отчислит меня.

— Откуда?

— Отсюда, — скала девушка, обведя пространство вокруг себя руками. — Из этой прекрасной Академии.

— Мы в Академии? — начала понимать Рамира.

— Да, — на глаза Виты навернулись слёзы, блеснули как жемчужные бусины. — Последняя магическая академия на континенте. Твой отец — директор. А я жалкая студентка с окраины. Помнишь?

Рамира сморщилась, но решила подержать блондинку, да и себя заодно: