- Что у Вас с лицом?
Девочка смотрела снизу вверх. Чёрная чёлка закрывала брови, оставляя широко распахнутые глаза. Шум воды заслонял недовольные гудки автомобилей.
- Отойди — мама оттянула ребёнка, - Дяде плохо.
Озираясь на мужчину, она пыталась говорить весёлым тоном:
- Идём, идём. Приготовим лапши, посмотрим мультики.
- Что, правда? ‐ девочка не верила, - Можно? Ай, больно! Не тяни!
- Давай, я подержу зонтик. А ты пойдёшь впереди.
- Давай! Я выбираю мультик!
Их фигуры скрылись в конце переулка.
Асано остался в одиночестве. Приложил руку ко лбу и убрал, будто обжёгся. Ладошка наполнилась кровью. Дождь быстро смыл очередную лужицу. Мужчина расправил плечи, под чёрным пиджаком. Откинул голову назад, выпятив челюсть.
- Ты сказала дяде плохо, но он улыбался!
Уловил он голос той девочки. Пробирающийся до ушей, как ток по натянутым проводам.
- А почему, вместо ногтей у него...
Тёмная фигура выросла прямо за их спиной и по пятам, последовала в дом.
• • •
- Мама, тот дядя сидит в моей комнате.
- Хватит. Прекрати! Я не желаю ничего слышать, — тарелка нервно звякнула, — Немедленно спать!
Грязные когти и сухие пятки, цеплялись за поручни кровати. Из ноздрей вырывался горячий пар. Волосы клочьями падали на лоб.
- А я в тебя верю. Ты настоящий, — малышка протянула руку, — Хочешь узнать моё имя?
"Нет! Не хочу!" крутилось, в покидающем тело, разуме. Смерть была бы благодатью. "Не называй мне его. Я не хочу знать!"
- Сайко.
Прибежавшая на крик мать, остановилась в дверях. Девочка спокойно сидела на покрывале.
- Сайко? - голос задрожал, - Сайко, что у тебя с лицом?