Я, Он и вампирские будни

Пролог

Я проснулась от мелодичного пения птиц.

За широким окном вовсю начиналось лето. Сладко потянувшись на мягкой постели, принюхалась. С первого этажа особняка доносился аромат свежесваренного кофе.

Одернув тонкую шелковую пижаму, я улыбнулась. Нужно было поскорее спуститься вниз — близкий друг и по совместительству популярный рок-певец уже ждал к завтраку.

Затем я должна была присутствовать на совещании вампирской элиты, где мы обсуждали недавнюю облаву на охотников. Ну а потом по плану была прогулка с заложницей, которую мы держали в подвале, чтобы далеко не ходить.

Как я дошла до всего этого?

Когда успела привыкнуть к новой жизни, где каждый лучик солнца вызывал внутри всплеск эмоций, а запахи немилосердно били в нос? Особенно — аромат человеческой крови... Мимолетная радость, которую могла себе позволить лишь иногда, чтобы не превратиться в обезумевшее животное.

Взглянув на пустую половину кровати, тихонько вздохнула. Сейчас как никогда хотелось, чтобы Нейт был рядом... Охотник на вампиров. Мужчина, с которым в последнюю встречу обошлась далеко не по-дамски.

Интересно, когда-нибудь он сможет простить меня за то, что натворила я и моя новая семья?..

Глава 1

Три недели назад

Люди привыкли делить свою жизнь на «до» и «после», таким образом выделяя события, повлиявшие на них больше всего.

В детстве я думала, что ничего особенного со мной никогда не произойдет, была обычной девчонкой. До того самого момента, когда меня вдруг вызвали с пары в университете в кабинет декана. Там, с полными сочувствия глазами мне поведали о жуткой аварии, в которой час назад погибли родители.

Я была всего на втором курсе! Первые эмоции — растерянность, негодование от такой глупой шутки. Я не поверила, что это могло случиться именно со мной и с моей семьей. Только когда два одинаковых закрытых гроба стали опускать в землю, и дед, стоявший рядом, обнял меня за плечи, я дала волю слезам.

Это изменило мою жизнь полностью. Пришлось взять себя в руки и налечь на учебу, найти подработку, забыв о себе и злости на весь мир. Дедушка, единственный оставшийся близкий человек, помогал, как мог, но через пару лет не стало и его.

Сейчас мне двадцать пять. Я давно смирилась с потерей, но иногда воспоминания накатывают, вызывая горечь и непонятную тоску. Сегодня — ровно шесть лет со дня, когда я потеряла родителей. Наверное, стоило бы отметить эту печальную дату, но нет желания. Да и потом — что можно сделать, когда все давно кончено.

Я отставила полупустую кружку с утренним кофе и выглянула из окна своей просторной двушки. Зеленые, полные жизни деревья слегка покачивались в такт ненавязчивой музыке ветра. Повсюду играли солнечные зайчики, а аромат, доносившийся с улицы, был таким сладковато-цветочным и вместе с тем свежим, что дух захватывало! Хорошо все-таки жить на юге страны, пусть даже в мегаполисе. От такой картины моментально выравнивалось настроение и хотелось выскочить во двор, упиваясь всеми этими красками и запахами. Совсем как в детстве.

Стрелка часов неумолимо ползла к восьми — пора на работу.

Я облачилась в длинное легкое платье, подчерчивающее тонкую фигуру — весной у нас даже вечером удивительно тепло. Сняла с зарядки телефон и сделала последний бодрящий глоток горячо любимого горького кофе. Главное — не забыть все самое важное для прогулки от дома до работы. Схватила сумочку, выбрала в плейлисте телефона любимую группу — «Разбитые цепи», и надела наушники. Кажется, все.

...Всю ночь пусть льет как из ведра

Холодный дождь, смывая все преграды

Для души, ведь ей давно уже пора

Покинуть мир для собственной отрады...

Тихонько подпевая исполнителю, бодрым шагом направилась к стенд-ап кафе, в котором числилась администратором. По профессии — юристом — мне работать не хотелось. Это скучно, платят новичкам немного. Кроме того, я привыкла не отказывать себе в удовольствии заниматься тем, чем хочется, ведь никогда не знаешь, как повернется жизнь.

Миновав городской парк с цветущей зеленью и тенистыми аллеями, я подошла к небольшому зданию со светящейся вывеской — «Stand Up Show». Надо же, открыто. Значит, Рина сегодня пришла пораньше.

Рина — она же Екатерина — моя условная начальница, старший администратор кафе. Пусть работаю здесь больше года, но всему меня научила именно она, и авторитет никогда не оспаривался. За время совместной организации мероприятий мы стали почти подругами. Возможно, потому, что здесь кроме нас особо никто не задерживался — чаще всего приходили студенты на подработку.

Я открыла массивную резную дверь с изображением всевозможных напитков и лакомств, и прошла внутрь. Обойдя зал с небольшой сценой, мысленно возмутилась на Тошку, который с вечера не удосужился расставить стулья и столы как полагается. Я, конечно, понимаю, что мероприятия у нас проходят во второй половине дня, но это не повод оставлять бардак после выступления.

Сумку я повесила в закутке рядом с проходом на кухню, а сама пошла в комнату отдыха для персонала — там можно переодеться в рабочую одежду. Кроме уютного диванчика в помещении стоял наш личный холодильник, микроволновка и прочие полезные в хозяйстве вещи. Здесь мы всем составом частенько сидели после работы, обсуждая последние новости.

Для придания нужной атмосферы постарались все: кто-то из мальчишек притащил самую настоящую барную стойку, правда, намного меньше той, что в основном зале. Кто-то расставил на подоконнике горшки с лианами, пустив их по ближайшим поверхностям. Однажды на кофейном столике появились бокалы из темного стекла. Я, в свою очередь, принесла гирлянду, которой по периметру обмотала всю комнатушку.

Рабочий день только начался. Я надела фирменную черную рубашку с логотипом, классические брюки и села перед небольшим зеркалом, чтобы подправить макияж. Придирчиво оглядела волосы, которые второпях дома успела только расчесать. Длинные, шоколадного цвета пряди ниспадали до самой талии, лишь немного распушившись от ветра. Я припудрила нос и подвела темно-зеленым карандашом глаза, подчеркивая их оттенок.

Сегодня по плану мы работали в паре с Риной, на вечер было запланировано аж три выступления. Около двенадцати часов дня придут официант и повар, но до того момента у нас и так полно дел.

— Привет, — окликнула меня Рина, появившись в проходе. — Готова к труду и обороне?

Я улыбнулась.

Рина была уже переодета, в руках держала чистящее средство для мебели — судя по всему, решила начать со столиков для гостей, чтобы потом не отвлекаться на это. Тошкин косяк точно без внимания не остался. Наберут студентов, а мы потом отдуваемся...

Глава 2

Я вздрогнула. Как-то внезапно новенький вылетел у меня из головы.

— Приветствую, — сказала, оборачиваясь с дружелюбной улыбкой. — Я совсем про вас забыла.

Оказалась лицом к лицу с молодым мужчиной, на вид он был едва ли старше меня. Немного выше, очень худой, с тонкими, чисто славянскими чертами лица и короткими, уложенными каскадом светлыми волосами. Глаза — серо-голубые, какие-то колючие, цепкие. Совершенно не подходящие возрасту. Незнакомец был одет в обычную черную рубашку и джинсы.

Как ни пыталась, не смогла обнаружить в нем задатки маньяка. Мало ли в мире людей со странностями! Но, как говорится, еще не вечер.

— Вообще-то уже вечер, — заметил новенький. Увидев мою отпавшую челюсть (мысли он читает, что ли?!), усмехнулся. — Я говорил, что приду к закрытию.

— Да, ваша правда, — поежившись, ответила я.

Кажется, теперь начала понимать, отчего Рина так переживала. Парень и правда нагонял жути. Возможно, дело во взгляде, который буквально прожигал насквозь. Или в манере держаться — вся его поза напоминала хищника на охоте. Будто он может кинуться в любую секунду.

— Давай на «ты», — улыбнулся парень. — Данакт Вознесенский, к твоим услугам.

Я чуть не расхохоталась. Скорее, правда, из-за напряжения, но действительно — представить, чтобы у этого типа было какое-нибудь простецкое имя, нереально.

— Клара, очень приятно познакомиться, — ответила я и протянула руку.

Данакт, судя по всему, прилагал нечеловеческие усилия, чтобы казаться дружелюбным. Он подхватил мою ладонь и коротко прижал к губам.

Я ойкнула. Прикосновение было неожиданно прохладным и... приятным.

— На улице похолодало? — поинтересовалась, решив, что должна объяснить свою реакцию.

— Да, и довольно сильно.

Данакт кивнул в сторону большого окна, за которым в сплошной тьме, прерываемой лишь редким светом фонарей, виднелись очертания подрагивающих от ветра деревьев.

— Плохо, — покачала я головой. — Надо поскорее заканчивать тут и собираться домой.

Кажется, в подсобке я оставляла теплую кофту как раз на такой случай.

— На самом деле, я думал, что буду говорить с Риной, — заметил Данакт.

Вот ведь маньяк!

— Она занята, — как можно более бодро ответила я, и указала в сторону кухни. — Сейчас покажу тебе, что у нас здесь и как. Жду на полноценную стажировку в понедельник.

Данакт кивнул.

***

Я задержалась на добрых полчаса. На улице пока что темнеет рано — в десять вечера за окном и вовсе полный мрак — но у нас хороший район, а дорога до дома занимает минут десять. Пришлось все-таки надеть кофту, чтобы не простудиться.

Данакт оказался весьма понятливым и вежливым парнем. Неясно только, что он забыл в нашем специфическом заведении — более серьезного типа стоило поискать.

К концу нашей экскурсии он попросил обращаться нему «Дан», и мне понравилось это сокращение — не такое пафосное, на мой взгляд. Когда мы зашли на кухню, Рина бросила на меня полный благодарности взгляд, и я ни на секунду не пожалела, что решила помочь подруге.

Наконец я была дома. Быстро перекусила вчерашними котлетами, искупалась и легла в постель — на сон оставалось всего семь часов.

Следующий день на работе выдался спокойным. Выступление было только одно, а исполнителем оказался наш завсегдатай — парень, периодически выходящий на сцену чуть ли не с самого открытия кафе. Он сам помогал мне с организацией, придя пораньше.

Рина сегодня не работала, но вечером, прямо в разгар выступления, от нее поступил звонок.

Сама не знаю, почему не отключила звук — обычно делаю так на работе. А сегодня попросту забыла. Я поняла, это что-то важное — Рина в курсе, что я на смене, и звонить просто так бы не стала. Извинившись перед официантом, я ненадолго оставила его в одиночку справляться с немногочисленной публикой и отошла в комнату отдыха.

— Что случилось? — выпалила я сходу в трубку. Оставалось надеяться, что звонок как-то связан с необходимостью подкорректировать рабочие моменты. — У тебя все хорошо?

— Прости, что побеспокоила... — Голос Рины периодически прерывался, будто у нас плохая связь, хотя до этого дня такого ни разу не случалось. — Нет, не думаю, что все хорошо.

Я глубоко вздохнула, стараясь держать себя в руках.

— Где ты? Какая нужна помощь?

— Скажи, — еле слышно пробормотала Рина, — этот новенький сейчас с тобой?

— Нет, его сегодня не было, — удивленно ответила я и сжала телефон. — Опять его где-то увидела? Послушай, Рин, он вроде бы не такой уж...

— Ты не понимаешь! — воскликнула подруга. — Я не могу никуда пойти, мне всюду мерещится такое... это не описать словами...

Вдруг связь оборвалась окончательно, и меня чуть не оглушили короткие гудки. Такое бывает, когда происходит именно сбой на линии. Я нахмурилась.

Перезвонила — сигнала нет. По коже побежали мурашки. Нет, ну это что-то совсем уж странное. Чертыхнулась про себя, что вчера не взяла номер Дана. В такой ситуации стоило бы узнать, не сидит ли он сейчас где-нибудь в засаде, карауля мою подругу.

Глава 3

Придя домой, сразу включила ноутбук. Обычно я провожу стримы время от времени, когда есть возможность и желание. Но сегодня мне просто хотелось отвлечься от всех навалившихся переживаний и смутного дурного предчувствия.

Я быстро заварила кофе — сегодня можно рано не ложиться, впереди аж два выходных. С наслаждением потягивая горячий напиток, увлеченно щелкала мышкой, открывая и проглядывая страницы с предполагаемым контентом.

Нашла, что искала. Недавно вышла новая серия телешоу для домохозяек — «Готовим и едим». То, что надо. На экране появилась большая студия с ультрасовременной кухней и круглым диваном, где расположились улыбающиеся гости — очевидно, повара. Зрителей был полон зал, они отчаянно рукоплескали под заводную музыку, знаменующую начало передачи.

Я поправила наушники и включила трансляцию. Сейчас накопится народ, и можно включать запись. Спустя пару минут нажала на кнопку.

— Дорогие друзья, с вами снова Клара и выпуск «В моем понимании». — Я прочистила горло. — Сегодня мне хотелось бы обратить всеобщее внимание на процесс приготовления пищи. То, как это, по всей видимости, должно происходить в идеале у простого народа.

Наблюдая, как с каждой секундой растет количество просмотров, включила кулинарное шоу. Обворожительно улыбнулась и откинула назад волосы.

— Что мы здесь видим? — Качнула головой и повела рукой в сторону жизнерадостно улыбающихся актеров. — Ребята собрались приготовить ужин! Это вам не хухры-мухры. Для сего действа непременно надо попотеть сразу впятером, иначе ничего не получится.

Повара встали с диванчика и стали пожимать друг другу руки, за что-то по очереди благодаря.

Я подняла брови.

— Смотрите и запоминайте все нюансы, господа, иначе не пожарить вам яичницу из трех яиц! Первым делом следует сказать окружающим несколько ободряющих слов, давая понять, что не намереваетесь никого отравить.

Я взглянула на табло с прилетающими от участников стрима сообщениями и хихикнула.

— Не знаю, что они собираются готовить, но дело явно нешуточное, кухня-то — вон какая! Мне точно недостанет комплектации, если решусь на подобные изыски.

Один из поваров, что-то с улыбкой вещая на камеру, как раз начал раскладывать на столе разнообразные приборы, о существовании которых я до сих пор не подозревала.

— Даже как-то не по себе от всех этих инструментов, — поделилась я со своими зрителями. — Уж не собираются ли они заколбасить одного из своих?..

Вдруг в дверь оглушительно громко постучали. Я на миг оторопела — это было максимально неподходящее время для визита. Тут же взяв себя в руки, решила проигнорировать стук — может, это соседям на ночь глядя не хватило соли. Постучат немного и уйдут. В обычное время я бы, конечно, открыла, но портить выпуск из-за прихода бабы Зины не хотелось.

Я продолжила вести трансляцию, то и дело отвечая на приходящие сообщения. Стук повторился еще несколько раз. Для себя решила, что из-за такой настырности не открою уже просто из вредности. Десятый час ночи, а барабанят так, будто пожар начался!

Повара тем временем стали подготавливать продукты, и мы со зрителями догадались — на ужин будет жаркое. Даже с десертом — пока один из участников умело резал мясо и овощи, двое других увлеченно взбивали какой-то неаппетитный крем. Зачем было добавлять туда фейхоа, мы так и не поняли. Очевидно, не для улучшения внешнего вида.

И тут мой ночной визитер обнаружил кнопку звонка рядом с дверью. Сказать, что я разозлилась — ничего не сказать. Специально же прикрыла его колпачком, чтобы избежать подобных ситуаций. А вот нет ведь — отколупали!

Мои зрители, к сожалению, услышали звонок. Комната, в которой провожу трансляции — зал, от входной двери его отделяет лишь небольшой коридор. Ребята в чате наперебой стали советовать мне пойти посмотреть, что там случилось. Пришлось извиниться и поставить паузу, потому что дальше спокойно сидеть было невозможно. Понятное дело, потом я смогу продолжить, как ни в чем не бывало, а после — слепить из двух частей полноценное видео. Но все равно обидно.

Злая и расстроенная, я подошла к входной двери.

В глазок ничего не было видно — стекло само по себе за годы стало мутным, да еще и гость стоял почти вплотную. Я смогла разглядеть только очертания головы. Из-за плохого освещения на лестничной клетке все казалось затемненным.

— Кто там? — поинтересовалась недовольно после очередного звонка.

Вот ведь не надоело кому-то!

— Открой, это очень важно, — послышался из-за двери голос Данакта.

Я думала, удивиться еще сильнее просто нереально. Перепутать было невозможно. Я похлопала глазами, пытаясь усвоить информацию. Дан... пришел ко мне домой? Посреди ночи? Не имея понятия, где я живу?

Неприятный холодок пробежал по телу. Права была Рина, он действительно жуткий тип. Я перевела дыхание. Теперь надо что-нибудь ответить. Поздно делать вид, что никого нет дома. Может, лучше сразу в полицию?..

— Клара, я узнал у Степана Аркадьевича, где ты живешь, — с нажимом произнес Дан, судя по всему, понимая, какое решение я пытаюсь принять. — У меня к тебе важное дело.

Я нахмурилась. Вообще-то, есть закон, запрещающий начальству раздавать направо и налево личную информацию о подчиненных. Рассердилась еще больше, только теперь уже на себя. Нельзя быть такой трусихой. Надо прямо сейчас открыть дверь и выяснить, что нужно Дану. Если, конечно, удержу себя в руках и не надаю по голове за испорченный вечер.

Глава 4

Пробуждение было внезапным. На меня словно вылили ведро воды. Ощущение казалось настолько правдоподобным, что я, захлебываясь, подскочила и моментально села на кровати, вытирая лицо.

Посмотрела на руки — они были сухими. Огляделась. В моей спальне все по-старому. Двуспалка, на которой я себя обнаружила, шкаф с книгами у противоположной стены, гардероб сбоку и маленькая тумбочка у кровати. Все, как обычно. Только вот сквозь шторы из окна бил яркий дневной свет.

Сколько я спала? По ощущениям, слишком долго.

Как оказалась в постели? Куда делся Дан?.. Память возвращалась болезненными обрывками, не давая прийти в себя.

Это странно, но у меня не получалось злиться на Дана. Помню, как он ворвался ко мне, захлопнул дверь, схватил... Но это больше не вызывало негатива. Будто все чувства, касаемо него, притупились. Ну, или каким-то образом заморозились.

Я закрыла лицо руками. Как было бы здорово, если бы все, что вспоминалось, вдруг оказалось сном! Однако нечто внутри меня неуловимо изменилось, вызывая горький, невкусный страх. Я понимала: нынешнее хорошее самочувствие — не предел, в ближайшее время из меня вырвется что-то. Поражало чувство невероятной наполненности, направленной на весь мир. Даже птицы, поющие за окном, казалось, делают это с большим энтузиазмом, чем обычно.

Вспомнив, что именно сделал Дан вчера, я нахмурилась и потерла шею в месте странного укуса. К моей неописуемой радости, никакой раны там не было, как и болевых ощущений.

Значит, версия, по которой я увидела чересчур реалистичный сон, все-таки может иметь право на существование. Поскольку верить в то, что меня укусил самый настоящий вампир, не хочется. Учитывая, что потом можно будет сразу брать отпуск на работе и звонить в дурдом.

Я встала, поразившись легкости движений. Тело ощущалось так, будто не спала всю ночь — или несколько дней — а расслаблялась в каком-нибудь массажном салоне.

Запоздало порадовалась, надевая домашние тапочки — вся одежда, в которой себя помню до пробуждения, была на мне. Длинная серая маечка с цветочной аппликацией и леггинсы в тон. Облегченно вздохнула — даже трусы те же самые! Думаю, очень рассердилась бы, обнаружив себя переодетой в пижаму чужими руками, как любят показывать в мелодрамах.

Нужно найти Дана и обо всем расспросить.

***

— Привет, — со смесью удивления и возмущения поприветствовала я Дана, сидящего на кухне у окна. — Так это правда?..

Не знаю, что именно я хотела от него услышать, но то, что гость действительно находился в моей квартире, говорит о многом. Значит, как минимум часть «приснившегося» произошла на самом деле.

Дан поднял на меня тяжелый взгляд.

— Проснулась наконец, — на удивление тепло сказал он. — Не делай поспешных выводов и присядь. Чем больше информации я тебе сейчас передам, тем лучше. Это повысит твои шансы на выживание.

Я растерялась. Что значит — «повысит шансы на выживание»? А что, есть угроза? Впрочем, неудивительно, раз этот маньяк все еще находится у меня дома. Смерив Дана недоверчивым взглядом, я демонстративно взяла турку, включила плиту и стала варить кофе. Разве можно говорить о выживании, когда кофе еще не выпит?..

Дан как-то невесело рассмеялся, наблюдая за мной.

— Я всегда делаю так после пробуждения, — вздернув подбородок, сказала я. — Лучше сам потрудись объясниться. Что вчера произошло?

— Ты считаешь, это был сон, — протянул все еще улыбающийся Дан. — Как забавно. Я думал, после случившегося ты и близко ко мне не подойдешь.

Я вспыхнула.

— Каким это образом?! Мне надо было остаться в спальне?

Дан пожал плечами.

— Можно было выбраться через окно.

— Прекрасная идея. — Я с громким стуком поставила кружку на стол и села напротив. — А дальше что? Поджечь дом?

— Я был готов к любому повороту событий, — задумчиво ответил Дан.

Казалось, ему что-то не давало покоя. Нет, он не выглядел обеспокоенным, как в наш последний вечер. Скорее Дан просто был очень подавлен, но не хотел этого показывать. Я сама не могла понять, отчего меня вдруг так озаботило его душевное состояние.

— Ты — вампир? — в лоб спросила я.

Мне надоело теряться в догадках и было совершенно все равно, что Дан обо мне подумает, если это неправда.

— Да, — коротко кивнул он, взглянув мне прямо в глаза. — И ты теперь тоже.

Я не знала, что сказать. Сделала глоток кофе, взглянула на Дана. Потом рывком вскочила и быстрым шагом пошла в ванную. Остановившись перед круглым зеркалом с подсветкой, занимавшим половину стены, жадно уставилась на себя в зеркало.

Во-первых, я прекрасно себя видела! А ведь все в курсе, что вампиры не отражаются в зеркалах. Во-вторых, никаких клыков у меня не было и в помине. Хмыкнула, покрутилась, разглядывая симпатичную молодую женщину, в которую успела превратиться за двадцать пять лет жизни. Кажется, никаких особых изменений, но... этот цепкий взгляд. Движения. Ставшая более светлой и гладкой кожа. Все это было чем-то новеньким для меня и наводило на размышления.

Назад я вернулась более спокойной. Будто увидев собственное отражение, поняла, что вправду еще существую, а не являюсь бесплотным сгустком энергии, готовым вот-вот взорваться.

Глава 5

Стоило Дану появиться и закрыть за собой дверь, как я подскочила с дивана и накинулась на него с кулаками. От неожиданности вампир выронил две походные сумки.

— Ну вот, а я думал, ты мне «спасибо» наконец скажешь, — протянул он, не растерявшись.

Вцепился в меня мертвой хваткой так, что не могла пошевелиться.

— За что?! — закричала я что было сил, пытаясь изловчиться и пнуть его под коленку.

Дан поднял брови.

— За возможность стать бессмертной, разумеется.

— За что ты убил мою подругу?! Что она тебе сделала? Ты что, действительно... маньяк?

Я почувствовала покалывание в пальцах. Бросила взгляд вниз, на руки, умело перехваченные Даном. Пальцы неестественно удлинились, показались черные, острые, как бритва, когти.

Дан вздохнул. Он не поразился в отличие от меня. Было видно, что ему неудобно отвечать во время моего импровизированного нападения, тем более, учитывая «отягчающие» обстоятельства. Он тихонько встряхнул меня, приводя в чувство.

— Давай обсудим все спокойно, — сказал, не ослабляя хватку. — Для начала, я никого вчера не убивал.

Я перестала брыкаться и наградила вампира полным презрения взглядом. Неизвестно, говорит он правду или нет. Но Дан намного сильнее меня, и сейчас предпринимать что-либо против него просто глупо.

— Она жаловалась мне, — сказала я устало. Когти стали втягиваться. — Рина. Она была уверена, что ты следишь за ней. В день смерти звонила мне, и была очень напугана.

Почему, почему я не поехала к ней?.. Уверена, что если бы поступила правильно, подруга осталась бы жива. Как мне принять свой вампирский потенциал, если даже человеком быть не умею...

Я расплакалась. Дан обнял меня, позволил спрятать лицо у себя на плече.

— Давай поговорим об этом потом, — сказал он, гладя меня по волосам. — Все, что могу сейчас сказать — я следил за ней, чтобы защитить. У меня не вышло.

Остаток вечера мы провели в молчании.

***

— Меня вызывают следователи, — поделилась я с Даном во время обеда. — Хотят допросить.

Это был первый раз с прошлого вечера, когда я упомянула случившееся с подругой. Сама не знаю, зачем я это сказала. Может быть, чувствовала — надо сказать хоть что-то, чтобы неловкое молчание не затягивалось. Или это — проявление вампирской солидарности, о которой меня предупредили. В частности, на ближайшие тридцать дней обративший для меня — нечто вроде родителя.

— Я пойду с тобой, — категорично ответил Дан. — Это не обсуждается.

Я слабо улыбнулась. Забавно видеть, как парень, по виду — моего возраста, ведет себя, будто строгий отец.

— С чего это вдруг?

Дан с самым серьезным видом уставился на меня.

— В городе сейчас опасно, разве непонятно? А для тебя — особенно.

Я вздохнула.

То есть мне даже днем самой сходить никуда нельзя? А как же работа?

— Никакой работы, — покачал головой Дан. — Через месяц я представлю тебя семье, и сможешь на выданные средства открыть дело, какое захочешь. Это в лучшем случае, конечно.

Я похолодела. Как-то уж слишком неправдоподобно звучит.

— В смысле? — поинтересовалась осторожно.

— В прямом. Они возьмут тебя под покровительство, если выживешь. Но если не понравишься родителям, могут вместо денег предложить работу в семейном бизнесе.

Я задумалась. Стоит поразмыслить на досуге, что из этого является более позитивным исходом.

От Дана я узнала, что его семья считается благородной, в нашей стране таких всего несколько. В иерархии вампиров это многое значит. Например, он был обращен в возрасте четырнадцати лет, как и все члены его семьи. Также — не имеет права жить слишком долго, поскольку это привлечет ненужное внимание. В крайнем случае, можно поступить, как прадед Дана — собрав все необходимое, отправиться в глушь, где нет цивилизации.

Мне было непонятно, для чего нужна такая конспирация, ведь вампиры куда сильнее обычного человека. Мы запросто могли бы открыть лицо, изложить свои требования людям и стать полноценными членами общества.

— Так нельзя, — покачал головой Дан. — Это вызовет сильнейший разлад во всех слоях населения. Попробуй представить, что будет через сотню лет, если мы откроемся. На нас либо объявят открытую охоту, либо станем во главе мира, где каждый второй будет делать все, чтобы заслужить обращение. В любом случае, баланс нарушится. Мы не можем пойти на такой риск.

Ближе к вечеру мы отправились в следственный комитет. Я оделась строго, завязала волосы в пучок и пообещала себе быть максимально искренней — вдруг и правда получится чем-то помочь. Дана удалось уговорить проводить меня только до здания. Хотя вампир порывался воспользоваться связями и пойти вместе.

По дороге туда ничего особенного не произошло, чему я была несказанно рада. Это был первый раз с момента обращения, когда вышла на улицу. До последнего казалось, что окружающие будут провожать меня долгими взглядами, либо вовсе разбегутся. Однако, судя по всему, на вид я и правда осталась вполне обычным человеком, за исключением некоторых особенностей, которых сходу не заметишь. Да и кожа стала чуть прохладнее из-за замедлившихся процессов в организме. По словам Дана, температура тела вампира в норме составляет около тридцати трех градусов, если обходиться без человеческой крови.

Глава 6

Я огляделась. Вокруг была полная темень, если не считать тускло светящих фонарей. Как ни старалась, не могла вспомнить, каким образом оказалась одна посреди улицы, еще и в незнакомом месте.

Было холодно, я плотнее закуталась в легкую тунику. Город словно вымер, ни одного случайного прохожего. И все равно я чувствовала, что не одна. За мной следили, я кожей ощущала неприятный, голодный взгляд. Кто-то слонялся неподалеку, почему-то не решаясь выйти на свет.

Я побежала. Свернула в ближайший проулок, надеясь выскочить на проспект. Я слышала, что где-то там, за углом, ездят машины, а значит, можно найти помощь.

Оказалась между домами и бросилась напрямик, мимо раскиданных коробок и пакетов с мусором. Откуда-то выскочила здоровенная крыса. Я взвизгнула и побежала дальше. Дорога стала расширяться, и вот уже в конце пути замаячил свет.

Кажется, кто-то вот-вот схватит меня сзади! Я слышала глухое рычание и странные утробные, булькающие звуки, от которых кровь стыла в жилах.

Наконец добралась до яркого фонаря, за которым должен быть выход на проезжую часть.

Тупик.

— Не-е-ет! — услышала протяжный мужской крик, переходящий в душераздирающий вой.

Я подскочила на кровати, тяжело дыша. Темно.

Рванулась к выключателю, но в последний момент отдернула руку — что-то подсказывало, что не стоит привлекать ненужного внимания. Понемногу приходя в себя, я отдышалась.

Всего лишь сон. Но какой правдоподобный!

Перевела взгляд на электронные часы, стоявшие на тумбочке — три ночи. Самое время для ночных кошмаров...

Надо теперь хотя бы чаю пойти попить, а то приснится снова какая-нибудь дичь. Может, это — следствие обращения?.. Вдруг разум так реагирует на новые способности?

Вопросов было больше, чем ответов.

Я встала, накинула халат и зачем-то подошла к окну перед тем, как покинуть комнату.

Не знаю, что я ожидала там увидеть... Привычный пейзаж, просто темно. Деревья, небольшой сад под окнами, чуть поодаль виднеется соседний дом.

Вдруг я уловила какое-то движение внизу, ближе к углу здания. Пришлось почти вплотную приблизиться к стеклу, чтобы разглядеть... большую черную тень со светящимися красными глазами. Не меньше двух метров!

Я прижала руку ко рту, не в силах пошевелиться. Тень тем временем обернулась вокруг себя и растворилась темным облачком дыма. Совсем как Дан, когда перемещался при мне.

***

Не спалось не мне одной. Видимо, услышав, как со свистом закипел чайник, Дан зашел на кухню. Отметила, что в зале он был, как и я в своей комнате — без света.

Я обрадовалась. После неприятного сна и еще менее приятного чудовища на улицах родного города, мне нужно было выговориться. Не спрашивая, разлила по кружкам чай.

Дан слушал молча, внимательно глядя на меня. Когда дошла до окончания сна, он удивленно поднял брови. Почему-то мне было тяжело говорить об этом, будто все произошло со мной в действительности. Стоило рассказать о двухметровом вампире, шастающем во дворе, как Дан нахмурился и сложил руки на груди.

— Ну и что мы сидим? — насмешливо произнес он. — Пойдем, проверим, что там.

Я сглотнула.

— Хватит чувствовать себя жертвой, — продолжил вампир, поднимаясь. — Ты уже не человек, ты — хищник. Я научу тебя бороться за жизнь и личное пространство. Нужно уметь защищать свою территорию.

— А если их там... много? — неуверенно произнесла я. — Первый раз с таким сталкиваюсь, как-то не по себе.

Дан ободряюще похлопал меня по плечу.

— Все будет в порядке. В конце концов, я рядом.

С недоверием покосившись на вампира, который не так давно пытался защитить мою подругу, я все-таки встала.

Внутри, будто под действием слов Дана, стала разгораться злость. Действительно — какое-то мерзопакостное чудище караулит мой дом, пытаясь запугать до смерти дурацкими кошмарами! Да что они о себе возомнили! Стоит указать им свое место...

— Не увлекайся, — хмыкнул Дан, глядя, как у меня снова начинают меняться руки. — В тебе говорит вампирская кровь. Будь чуть спокойнее, самонадеянность никого до добра не доводила.

Я поняла, что из дома с собой взять мне нечего — поразить увиденное создание каким-нибудь складным ножичком, вроде того, что носила в сумке, нереально. Поэтому на всякий случай продолжила злиться, спускаясь вместе с Даном по лестнице. Странно, почему у него не происходит подобной трансформации?..

Как следует обдумать это я не успела — в лицо дунул влажный ночной ветер с приятным цветочным ароматом. Мы вышли на улицу.

— Так. — Дан остановился и поймал мой взгляд. — Ты ведь ничего не видишь, верно?

— Ну-у-у... — с сомнением протянула я, — тут довольно темно.

Дан кивнул.

— Тебе надо посмотреть прямо перед собой. Посмотреть так, будто увидеть всю улицу досконально — единственное желание в жизни.

Глава 7

Я вскочила вслед за Даном и стала озираться в попытке обнаружить врагов. На поляне, где мы устроились, никого не было. Только лес почему-то вдруг затих.

— Ты уверен?..

Договорить мне не дали — в ту же секунду мимо просвистело что-то серебристое, сверкнув на солнце. Дан проворно отпрыгнул в сторону от кинжала, повалив меня на землю.

От неожиданности я вскрикнула. Дан ладонью закрыл мне рот и придавил собой так, что я ощутила горячее, хриплое дыхание на щеке.

— Тебя они не станут убивать, скорее, будут проводить опыты, — прошипел мне на ухо, и я спиной почувствовала, как бугрятся, меняясь, мышцы во всем теле вампира. — Если нас разделят, ничего не предпринимай. Я тебя вытащу.

С этими словами Дан оттолкнул меня и рванулся в противоположную сторону. Поняв, что, возможно, сейчас придется защищаться, я стала шарить рукой в месте, куда попал кинжал. Судорожно нащупав в высокой траве холодный металл, я, не глядя, сунула его в глубокий внутренний карман куртки.

Откинула рукой разметавшиеся волосы и оглянулась на Дана, завороженно наблюдая, как трансформируется вампир.

Это было потрясающе и вместе с тем жутко. Дан менялся с каждой секундой. Лицо окончательно потеряло человеческий облик, на глазах обрастая длинными, острыми клыками и наростами. Еще секунда — и за его спиной появились огромные кожистые крылья с черными когтями на концах. Тело неестественно удлинилось, заставив вампира встать на четыре когтистые... лапы. Оттолкнувшись от земли, на ходу покрываясь сверкающей обсидиановой чешуей, Дан взлетел.

Я не могла отвести глаз от чуда, произошедшего прямо передо мной. Настоящий дракон! Хоть и не слишком большой — скорее, изящный, по размеру лишь немного крупнее самого Дана. Получается, и я, в момент настоящей угрозы, смогу сделать так же?..

Едва не забыла про охотников, которые поняли, что скрываться бесполезно и окружили нас, по очереди выходя из разных частей леса. Дан прав — это засада. Их было человек пятнадцать.

Тишину природы разрушил выстрел. Я вздрогнула и взглянула на одного из охотников, державшего в руке какой-то массивный пистолет. Пуля не достигла цели — дракон ловко увернулся и от нее, как и ото всех последующих.

Но меня проняло. Я наконец разозлилась.

Чувствуя в висках глухую пульсацию, я встала, с ненавистью оглядывая несколько групп людей, одетых в темные плащи цвета хаки. Они не обращали на меня никакого внимания, не переставая целясь в кружащего над нами вампира. Дан периодически опускался на десяток метров, чтобы выдать уничтожающую все на своем пути струю огня. Люди разбегались, но спустя пару секунд снова принимали боевую позицию, будто днем и ночью обучаются подобным приемам.

Я ощутила, как все мое существо протестует происходящему. Не хочу, чтобы так было! Надо устранить неприятелей, всех до единого!

Направляемая неведомой силой, я побежала на самую большую группу охотников, чувствуя, как растут когти. Единственным желанием было — растерзать их прямо тут, на месте.

Оставалось преодолеть буквально шагов десять, перед тем как наброситься на стоявшего посреди группы охотника. Это он выстрелил первым.

Мужчина средних лет в шляпе, защищающей от солнца, и темных очках наконец обратил на меня свой взор. Я даже не увидела, а скорее почувствовала, как он удивился. Замешкавшись на секунду, перевел на меня прицел, но очень неудачно отвлекся от дракона, оказавшись на линии огня.

Животный, дикий рык разнесся по всей округе. Миг — и мужчину объяло пламя. Успевшие сгруппироваться охотники рядом с ним разбежались в стороны. Мужчина, издав истошный вопль, согнулся пополам и упал, корчась в огне. Никто не стал ему помогать.

Да что они за изверги?..

Я остановилась, заслонившись руками. Обдало жгучим теплом — огонь бушевал всего метрах в трех от меня. Закашлявшись, я отшатнулась. Дан каким-то образом умудрился спалить еще и несколько кустов, расположенных поблизости. Все вокруг заполонил густой, вонючий дым.

— Не стрелять! — послышался вдруг раскатистый мужской рев. — Не стрелять в девчонку!

Глаза до сих пор щипало от дыма. От моей злости не осталось и следа — я отвлеклась. Видимо, еще не научилась как следует пользоваться силами, чтобы держать эмоции на нужном уровне. Я сжала кулаки, чувствуя, как обычные, человеческие ногти оставляют следы на коже.

Обернулась, чтобы посмотреть, кто дал команду не открывать по мне огонь. Сквозь пелену разглядела высокую мужскую фигуру на другом конце опушки. С той стороны тоже горели деревья и трава, но охотники держались стойко. Кажется, я разглядела несколько тел на почерневшей земле.

Пусть от боли в глазах и ощущения удушья я немного потеряла контроль, но приобретенные вследствие вампиризма острота зрения и живучесть были очень кстати.

До меня дошло, что задумал Дан. Отвлекая на себя внимание, он пытается по одному перебить нападающих, чтобы потом спокойно вернуться за мной. Ясное дело, после такого дома мы остаться не сможем. С другой стороны, у нас не было выбора — начав бой, охотники обозначили свою позицию. Они намереваются уничтожить вампира, и в такой ситуации оставалось лишь сражаться насмерть.

Поняв, что Дану нужно помочь, я решила: делать это из леса будет куда удобнее, учитывая, что все внимание охотников сосредоточено на драконе. Особенно, имея козырь в рукаве — то бишь, кинжал в кармане. Поэтому, стараясь быть как можно незаметнее, прошмыгнула за деревья и спряталась в нише между двумя здоровенными валунами. К счастью, следом никто не побежал. Наверное, в суматохе меня просто потеряли из виду.

Глава 8

Меня разбудили голоса. Рядом шла оживленная беседа, только я не могла разобрать ни слова — мужчины говорили на французском. Вспомнив, что произошло, я похолодела. Стоило огромных усилий остаться лежать неподвижно. Кто знает, может, услышу что-нибудь важное.

Чертовы охотники! Они оказались хитрее, чем я себе представляла.

Не размыкая век, попыталась понять, где нахожусь. Лежала я на кровати, это точно. Кто-то заботливо накрыл теплым одеялом, под головой чувствовалось что-то мягкое. Явно был день — по лицу то и дело пробегали солнечные зайчики. Где-то недалеко заливались мелодичным пением птицы.

Я вдруг поняла, что не так — не было привычного шума города.

Странно. Неужели мы остались в лесу? Ведь я совершенно точно видела огромные внедорожники, приехавшие на опушку.

Думала, это за нами...

Медленно перевернувшись на бок, делая вид, что все еще сплю, я осторожно приоткрыла один глаз.

Прямо напротив меня на противоположной стене было огромное окно со ставнями. Прозрачно-белый тюль прикрывал многочисленные деревья. Сквозь листву кокетливо просвечивало утреннее солнце.

Я приподняла одну бровь. Надо же — действительно, лес.

Комната, в которой я оказалась, была не очень большой — меньше, чем моя спальня. Стены сложены из массивных бревен, такой же деревянный потолок. Чуть поодаль стоял небольшой обеденный стол на четырех человек, за ним сидели двое.

Одного я узнала сразу — тот самый Нейтон, напоивший меня снотворным. Второй сидел ко мне спиной, широкоплечий мужчина с темными волосами, тронутыми сединой.

Стараясь быть как можно незаметнее и не издавать лишнего шума, я приподнялась на сложенной втрое шкуре, которой оказалась моя подушка.

Иностранный разговор начинал раздражать. Как ни пыталась, не могла уловить ничего для себя интересного. Да еще и голова стала кружиться — видимо, от того адского пойла. В институте я учила английский, и то без особого рвения, так что приходилось лишь догадываться, о чем говорят мужчины.

— Брат, — сказал Нейтон, поведя вокруг себя рукой, будто пытаясь донести что-то до собеседника. — Брат!

— Бра-а-ат, — укоризненно покачал головой мужчина.

Оба сделали по глотку из стоявших рядом кружек.

— Брат, — сделал предположение Нейтон, приподняв бровь.

— Брат, — согласился мужчина напротив.

В конце концов мне надоело подслушивать непонятный диалог и я решила обнаружить свое пробуждение.

— Сколько сейчас времени? — спросила нарочито сонным голосом.

Охотники тут же замолчали и посмотрели на меня.

Нейтон поднялся, медленно подошел к кровати и сел рядом со мной. Без шарфа он выглядел не так угрожающе. Я невольно залюбовалась. Действительно красив — такому только в актеры идти! Короткие волосы переливались древесными оттенками на солнце; темные, почти черные глаза смотрели внимательно, со смесью беспокойства и подозрения. Тонкий ровный нос — пожалуй, чуть больше по размеру, чем было бы необходимо для обложки журнала. Точеные губы придавали лицу сходство мраморной скульптурой. И весь его вид в целом напоминал изваяние — сдержанный, уверенный, гордый. Настоящий мужчина.

Только вот сути это не меняет — передо мной чудовище, натренированное для убийства таких, как я.

— Десять утра или около того, — мягко сказал охотник, переглянувшись с напарником. — Мы ждали, когда ты проснешься. Сонное зелье действует сутки.

Я рывком села и обеспокоенно захлопала глазами. Сутки?! Значит, сейчас уже другой день? Что они собираются со мной сделать?..

— Успокойся, — подключился второй охотник. — Тебе здесь ничего не угрожает. Мы хотим спасти твою душу.

— С моей душой все в порядке, — возмущенно ответила я, для наглядности прижав руку к груди. — Как вы могли напасть на моего друга? Я должна найти его!

— Вампир тебе не друг, — категорично заявил Нейтон. Его лицо вдруг изменилось, стало жестким и напряженным. — Со временем ты сама это поймешь.

Было ясно — спорить тут бесполезно. Нужно притвориться максимально дружелюбной, а то «друзья» снова наденут на меня наручники...

— Хорошо. — Я смиренно потупила взгляд. — Что дальше?

Нейтон хмыкнул. В глазах засверкали веселые смешинки.

— Меня, как ты, возможно, забыла, зовут Нейтон. Можно просто — Нейт. — Охотник перевел взгляд на мужчину, сидящего за столом, с интересом наблюдавшего за нами. — Это Адам.

— Рада познакомиться, — вежливо сказала я.

— Взаимно, — усмехнулся Адам.

На вид ему было около сорока — наверное, лет на десять старше Нейта. На щеке виднелся внушительный шрам, явно оставленный крупными когтями. Серые глаза будто видели меня насквозь, несмотря на расслабленную позу и доброжелательную улыбку хозяина.

Я поежилась. Дан говорил, что в случае чего мне нужно просто ждать на месте и ничего не предпринимать. Удачно, что мы остались в лесу, ведь так ему будет легче найти меня.

Пришлось вылезти из-под одеяла — сидеть на месте просто не было сил. Головокружение прошло, и сейчас больше всего хотелось есть и делать что-нибудь — просто что угодно, лишь бы занять руки и не переживать, думая о своей дальнейшей судьбе. Я поправила высокий пояс черных леггинсов и одернула майку на бретельках, приводя себя в порядок.