Я с тобой. Часть 2

Глава 1

Яна

— Котик, я хочу у тебя кое-что спросить. — Миша оторвался от телефона и посмотрел на меня.

Я поставила «Ванпис» на паузу, чтобы не пропустить интересный момент.

— Еще в начале сентября я пообещал одной знакомой станцевать с ней на балу. Сейчас она уточняет, в силе ли все. Уже нужно записываться на конкурс и начинать репетицию. Ты не против, если я поучаствую? — Его телефон пискнул и подсветился в темной комнате, оповещая о пришедшем сообщении. Я опустила глаза и, пока экран не успел погаснуть, успела разглядеть только имя «Марина».

Напряжение тут же скрутило мой живот. Я сцепила похолодевшие пальцы в замок и поджала губы. Необъяснимая тревога сковала мое тело и сдавила горло.

— Я могу отказаться! — поспешил заверить меня Миша.

— Нет, все нормально, — ответила я как можно более непринужденным голосом.

— Точно? — Миша приблизился к моему лицу.

— Да.

Я отвернулась и продолжила смотреть «Ванпис». Миша что-то быстро напечатал на телефоне, а потом отложил его в сторону и обнял меня за плечи, прижав к своей груди. Я попыталась расслабиться и сосредоточиться на сражении Луффи, но мысли постоянно возвращались к словам Миши.

Разве нормально, когда твой парень танцует с другой девушкой, берет ее за руку, ощупывает талию? Хотя что в этом плохого? Они ведь будут делать это ради конкурса. В нашем универе каждый год проходит новогодний бал. Я ни разу не ходила туда, но Рина рассказывала мне, что после конкурса все желающие могут выйти на танцевальную площадку, соблюдая установленный дресс-код — девушки в юбках в пол, а парни в брюках и рубашках. Мне казалось это нелепым. Зачем соблюдать такие порядки, если после бала студенты все равно пойдут в соседний бар напиваться?

Я немного успокоилась до тех пор, пока Миша не отвлекся на прожужжавший телефон. На экране снова всплыла Мариночка. Я украдкой взглянула на Мишу. Он улыбнулся уголками губ и одной рукой набрал сообщение. Тревога снова завязалась в моем животе тугим узлом. Я стиснула зубы и отодвинулась от Миши, обнимая подушку с котиком. Лицо Миши стало обеспокоенным.

— Шея затекла, — соврала я.

Миша накрыл мою руку своей и переплел наши пальцы. С одной стороны, мне не хотелось, чтобы он заметил мое раздражение, а с другой — меня тянуло освободиться от его прикосновений и демонстративно отсесть на ощутимое расстояние. Но тогда бы пришлось объяснять причину моего негодования, и Миша посчитал бы меня ревнивой истеричкой. Во мне и так куча недостатков. Зачем выставлять себя в более невыгодном свете? Как-нибудь перетерплю.

Тут вдруг Миша положил голову на мои колени. На его губах играла довольная улыбка. Рад, что договорился плясать со своей Мариночкой?! Меня охватило нестерпимое желание прижать подушку к его лицу.

В дальней части комнаты послышалось шуршание. Наверное, это Тортик выбрался из своей лежанки и направился на поиски приключений. Вскоре из темноты показалась маленькая кошачья фигурка. Тортик подошел к нам и начал обнюхивать Мишино лицо. Миша почесал ему подбородок. Тортик довольно замурчал и лизнул его в нос. Миша тихо рассмеялся, прикрыв глаза. Тортик заметил шнурки от его толстовки и начал играть с ними. Миша пару раз подергал за них, раззадоривая Тортика. Мой рыжий глупыш прыгал за шнурками, как попрыгунчик, нервно стучал пушистым хвостом, шипел и пару раз даже вцепился зубами Мише в руку. Миша не жаловался, так что я не вмешивалась в их разборки.

Через какое-то время Тортику надоело сражаться с ненавистным шнурком, и он спрыгнул с кровати, подбежал к миске с кормом и смачно захрустел. Раньше мы кормили Тортика на кухне, но потом я забеспокоилась, что на запах корма сбегутся тараканы, и переставила все миски в комнату. Здесь я находилась чаще, чем на кухне, и могла контролировать появление этих мерзких существ. За месяц проживания в съемной квартирке мы ни разу не встретили ни одного таракана, и это, вопреки логике, только убеждало меня в том, что они еще обязательно появятся. Как ни странно, в присутствии Миши мой панический страх притуплялся. Я как будто перебрасывала на него ответственность за мою безопасность и ненадолго выдыхала. Так странно было полагаться на другого человека. Всю жизнь я видела опору только в себе, и то эта опора прогнила изнутри и грозилась рассыпаться в щепки от любого неосторожного прикосновения кончиком пальца.

— Ой, — воскликнул Миша и подскочил, приняв сидячее положение. — Я ведь не успел помыться после работы. От меня, наверное, воняет заправкой, — он виновато улыбнулся и растерянно провел рукой по ежику волос.

Я отложила подушку в сторону и спрятала руки в углублении, образовавшемся между моими скрещенными ногами.

— Да нет, мне нравится, как ты пахнешь, — с каждым слетевшим с языка словом мой голос становился тише. Это было одно из редких откровений, которые Миша услышал от меня за пару недель наших отношений. Я просто согласилась с ним встречаться, но ни разу не говорила о том, как отношусь к нему.

— Правда? — Миша приблизился к моему лицу. Его дыхание обожгло мои нос и губы. — Тебя не смущает, что я потный и грязный?

Я почувствовала себя зверьком, загнанным в ловушку. Увлекательные приключения Луффи и его команды отошли на второй план. Голоса любимых героев превратились в один бессвязный шум. Я наблюдала за разноцветными пятнами, скачущими по щеке и лбу Миши из-за сменяющихся на ноутбуке картинок.

Глава 2

Влад

Я разложил, купленные по списку Кати продукты на столешнице, помыл руки, прополоскал рот, чтобы придать дыханию свежесть э-э-э… коры дуба и экстракта пихты, вот! «Припудрить носик» в туалете я уже не успел, потому что пришла Катя. На этот раз на ней были серые легинсы и черная футболка с белыми полосками на рукавах. Я с удовлетворением отметил, что она опять не надела лифчик. Небрежно заплетенная косичка лежала на плече. Катя прикрыла дверь, и из-за образовавшегося порыва ветра выбивающиеся из ее прически прядки попали ей в рот. Она заправила их за ухо.

Я проводил ее на кухню и жестом указал на расставленные в почти идеально ровный ряд продукты. Катя быстро осмотрела их и удовлетворенно кивнула.

На большом перерыве в университете мы разговорились по пути в столовую насчет моего неудачно приготовленного Михе завтрака, и Катя предложила научить меня делать блинчики. Она сказала, что это не сложно и что с ее небольшими подсказками у меня все получится. Я воодушевился идеей сразить Мишу на повал моей готовкой и заставить его признать мои кулинарные таланты. Просто моей гениальности не хватает чьего-то толчка! Мишаня еще будет умолять меня накормить его моей шедевральной стряпней.

— Кстати, я обработал половину фотографий. Думаю, завтра пришлю тебе все, — сказал я, надевая Мишин фартук.

Катя просияла.

Наши вчерашние посиделки за домашкой неожиданно закончились фотосессией. Я слинял со скучной вечеринки и решил наведаться в гости к Кате, чтобы поболтать с ней и поднять себе настроение. Конечно, пришлось сказать, что на меня снизошло желание поучиться, иначе она бы ни за что не впустила меня к себе.

— Супер! Обновлю свои соцсети. Я рассказала подругам, и они просят поскорее показать им то, что у нас получилось.

Я провел рукой по волосам и повернулся боком, скрывая растянувшиеся в улыбке губы.

— А что ты им рассказала? — Пульс застучал у меня в висках.

— Что меня снимал одногруппник, который умеет очень красиво фотографировать. — Катя подошла к настенному шкафу и подняла голову. — Нам нужна глубокая миска и блендер.

Я с трудом нашел все необходимое и отдал Кате. Она прополоскала миску и подключила миксер к розетке.

— Ну-у, не так уж прям красиво, — я смущенно поводил пальчиком по столешнице. Радостный писк пытался вырваться из моего горла, но я старательно сдерживал его.

— Ладно тебе, не скромничай! — Катя обернулась, положила мне руку на плечо и улыбнулась.

Я застыл, не в силах пошевелиться. Впервые за долгое время кто-то похвалил мои фотографии. Я редко рассказывал знакомым о своем увлечении, так как считал свои работы посредственными. Миша всегда говорил, что у меня талант, но мне казалось, будто он жалел меня, поэтому я не доверял его словам. Кате я сознался во всем совершенно случайно. Сфотографировал ее ради шутки и уже был готов защищаться от ее возмущенного писка, как вдруг она начала восторгаться снимком. Тогда я просто не смог удержать рот на замке и под влиянием чувств не только проговорился о своем маленьком хобби, но еще и предложил пофотографировать Катю. Должно быть в тот момент пиво еще не выветрилось из моей крови или я повредился рассудком.

— Сначала нам нужно взбить яйца с сахаром, ванилью и щепоткой соли, — скомандовала Катя, откидывая косичку за спину.

Она помыла яйца и протянула мне одно. Я со всей силы разбил его о столешницу. Липкая, тягучая масса растеклась по моей руке и желтой соплей спустилась на пол. Упс. Я соскреб остатки яйца со своей ладони в миску.

Катя успокаивающе выставила руки перед собой.

— Ничего страшного. Мы учимся, — мягким голосом сказала она и потянулась за тряпкой.

Катя протерла пол, а я отправил скорлупки в совок. Они хрустнули под ворсинками метлы. Я взял второе яйцо, и Катя показала, как можно аккуратно разбить его тупой стороной ножа. Я боязливо стукнул по скорлупе, медленно раздвинул ее и вылил содержимое в миску.

— Молодец! — похвалила Катя, показав мне «класс».

Я улыбнулся, чувствуя себя настоящим героем.

Разобравшись с яйцами, я сходил за телефоном и сфотографировал себя на фоне миски с плавающими в ней тремя желтыми «глазами». Катя захихикала.

— Это для шоу «Готовим с Владом». Потом Мише покажу, — пояснил я, сильно волнуясь.

Катя продолжила с нежной улыбкой смотреть на меня. Я уставился на ее соски. Задышал ртом. Нервно облизнулся. Член шевельнулся в штанах, а воздух вокруг показался удушающим.

Черт, друг, мы же с тобой вчера дрочили! Чего тебе все неймется? Это твоя одногруппница-ботан, которая ходит в скучных водолазках, огромных в очках и вместо мозга имеет огромную библиотеку с тысячей книг! Очнись и дай мне сосредоточиться на готовке!

Пока я вел мысленный диалог со своим членом, Катя пыталась мне что-то объяснить. Пришлось переспрашивать. Она протянула мне ложку и попросила зачерпнуть сахар и отправить его к яйцам. Мне потребовалось время, чтобы понять, о чьих яйцах шла речь. Не о моих.

Я почесал затылок, позабыв, что не успел помыть руки, и выругался. Катя, соблазнительно посмеиваясь, взяла полотенце, встала на цыпочки и протерла мои волосы. Я поглубже втянул кокосовый запах ее шампуня, сдерживая порыв схватить Катю за руку, прижать к своей груди и понаблюдать, как она отреагирует на такой выпад.