Я уже сказада - Нет

Пролог

— Расскажи мне о нашем мире, отец! Расскажешь? Ну, пожалуйста… До того, как всё стало серым… До того, как из него почти ушла магия… Расскажи... Ну расскажи, отец, — лепетала я, подпрыгивая, как на иголках, в очередной раз досаждая ему.

Отец вздохнул, убрал с моего лица сбившуюся чёлку из вьющихся, непослушных, чёрных как и у него волос и, притянув меня на колени, поцеловал в висок: — Ну, хорошо, чертёнок, садись и слушай!

И я слушала…

Слушала, открыв рот, о магах и колдунах, сражающихся за души людей в вечной битве добра и зла. О магических расах почти бессмертных существ, населявших наш мир в далёком прошлом, об их красоте и силе. О наполненных магией мифических животных, существовавших когда-то на просторах наших материков, резвящихся в глубинах морей и океанов и безраздельно властвующих в небе.

Ребёнком я воспринимала эти волшебные истории как сказки, очень красивые и печальные сказки о магическом мире... но повзрослев, поняла, что эти сказки — реквием по миру, который мы потеряли!

Никто так и не понял причин…

Возможно, просто не осталось свидетелей, помнивших и способных рассказать правду о том, что на самом деле произошло…

Одни говорили, что мир уничтожил метеорит. Разрушившись в верхних слоях атмосферы, он долгие полгода выпадал осадками из глины, песка и пыли на нашу прекрасную планету. Засыпав всё минимум на полтора-два метра, метеорит похоронил всё, что не смогло спрятаться и защититься от вездесущих потоков вязкой жижи и песка. Потом была зима — долгая и лютая. Зима, растянувшаяся на годы и почти добившая выживших.

Вторые утверждали, что наш мир стал жертвой проклятья, направленного исключительно на магов и магических существ. Потому что после катаклизма его накрыла странная, выборочная пандемия. Она распространялась как пожар в сухую и ветреную погоду, меньше чем за месяц опутав своими щупальцами всю планету. Поражала эта напасть только одарённых магией людей, представителей магических рас и иных волшебных существ.

При этом была выявлена одна закономерность: чем сильнее в тебе магия, тем скоротечнее болезнь а сметь ужасней и мучительнее. Лекарства от неё так и не нашли, да и искать его быстро стало некому. Эта странная болезнь, которую в хрониках назвали «магической лихорадкой», сама сошла на нет после того, как более-менее сильных магов в умирающем мире не осталось вовсе.

Когда всё закончилось, наш мир стал похож на остывший ад. Его почти мёртвые океаны и моря выплёскивали на безжизненные берега вместо вод мутную красноватую жижу. Его опустевшие города с полуразрушенными зданиями, погребёнными до второго этажа под спрессованной глиной, похоронили под ней и своё величие, и останки жителей. А его бесплодные пустоши были устланы разлагающимися смердящими трупами драконов, химер и единорогов…

Третьи — считали произошедшее карой небес. Их последователи повсеместно проповедовали то, что хоть мы и созданы по образу и подобию бога, создавшего всё сущее, но не имели право возгордиться и пользоваться магией, дарованной нам нашим создателем. Так как ставили этим себя с ним на одну ступень. А иногда и выше.

За несколько десятилетий вокруг них собралось множество фанатично настроенных последователей, особенно много их было среди политиков и власть имущих. Позже эти люди создали новую религию, придумав нового бога. Его именем они инициировали охоту на ведьм, методично выслеживая, отлавливая и сжигая на кострах — чаще всего без суда и следствия — тех, кто вопреки всему смог выжить и сохранить в себе крупицы магии или знаний. Они же отыскивали и уничтожали уцелевшие книги и магические артефакты. В прочем, запуганные люди и сами несли их на круглосуточно горящие костры потому, что за их хранение можно было запросто сгореть рядом.

Постепенно жизнь вернулась в опустевшие города, а магию заменил неожиданно появившийся и начавший очень быстро развиваться технический прогресс.

Мои родители — третье поколение людей, от опустошения нашего мира.

Маги изредка всё ещё рождались, но старались скрыть свою суть, боясь инквизиции. Лишённые знаний, без обучения — они были практически бессильны. Поэтому и не стремились объединиться, чтобы противостоять служителям нового бога…

Таким был мир, в котором я родилась…