Яхта и один контракт

Глава 1. Подписка на риск

Причал оказался не тем местом, где можно раствориться в толпе. Анна это поняла сразу: стоило ей выйти из каршеринга – дешёвый, хрипящий руль и пластиковая обивка – как воздух сам подогнал её к воде. По мостовой ударял яркий утренний свет, отчего глаза заслезились; на секунду пришлось прикрыться ладонью, но и сквозь пальцы всё вокруг казалось избыточно четким, как на фото с простеньким фильтром.

Яхта была настолько белой, что резала глаз. Борт – свежевымытый, вероятно, минуту назад, пока не пришёл зритель, – слепил глянцем и абсурдной стерильностью. На трапе стоял бодрый парень в поло, выглядел как манекен: ни одного волоска на руках, уши с идеальными мочками, улыбка натянутая. Он, не моргнув, взял у неё паспорт, бегло посмотрел, убийственно холодным взглядом проконтролировал сканер и, вернув документ, снова замер. – Добро пожаловать, Анна, – произнес так, будто это пароль, за которым последует нужная комбинация жестов.

На палубе стоял ещё один человек – массивный, с руками как у боксера и коротко стриженными висками. Он не производил впечатления охранника, скорее – вышедшего в тираж хоккеиста, которому поручили досматривать сумки гостей перед концертом. Его интересовало исключительно содержимое сумки: мини-рулон геля, телефон, блеск для губ и неприметный фиолетовый кошелёк, в который Анна заранее спрятала сложенный вчетверо контракт с подписью.

Контракт, к слову, она читала мельком, пропуская скучные абзацы. Смысл был прост: её, в составе двух-трёх таких же сумасшедших, заселяют на яхту, устраивают «испытания», снимают на скрытые и явные камеры. За каждое выполненное испытание – баллы, баллы – деньги, деньги – мечта. Съёмки длятся пару суток, обрезают ненужное, монтируют драму и пускают на платные платформы. Обычный бизнес, ничего личного.

Но детали... Детали выбивали из равновесия. Например, запрет на любые гаджеты, кроме выданного на борту телефона. Например, пункт о «непрерывной трансляции внутренней активности». Или вот еще: «Участник обязан выполнять требования ведущего, даже если это противоречит общественным нормам, в рамках Уголовного кодекса РФ». В целом – ничего сверх, но нервировало.

Инерция толкала её вперёд: только подними голову, и морская гладь сомкнётся над рассудком, не оставив времени на здравый смысл. Она попыталась было замедлить шаг, но тут же сзади подоспела еще одна женщина: молодая, тонкая, с глазами как две горящие бусины. Очевидно – конкуренция. Наверное, среди всех прочих, кто дошёл до этой стадии кастинга, остались только такие же легкомысленные, как она сама.

– Анна? – Парень с трапа всё ещё улыбался. – Пройдите, пожалуйста, за мной. Верхняя палуба. Не снимайте обувь.

Она не ответила, просто пожала плечами, изобразила пародию на реверанс и пошла следом. Лестница была узкой, с резиновыми ступеньками; запах новой резины бил в нос почти так же, как солёный ветер.

Наверху оказался импровизированный лаунж: плетёная мебель, жёлтые подушки, три бутылки воды на столе, камера в углу на штативе. Чисто, стерильно и абсолютно неуютно – как будто кто-то решил скопировать яхт-клуб из рекламы банковской карты, но забыл про людей.

Анна огляделась. Весь её внутренний бунт против рутины – этот злой, упругий ком в животе – начал понемногу отпускать. На свежем воздухе мыслить было проще; в голове выстроился план: держать дистанцию, не подставляться, по возможности – получать удовольствие. Не такой уж и плохой способ провести выходные.

Третий участник – парень с азиатской внешностью, короткой стрижкой и острым подбородком, – уже устроился в кресле, удобно закинув ногу на ногу. В руках у него был стакан с лимонадом (судя по цвету и шипучести). Он сразу бросил на Анну быстрый, острый взгляд, будто проверял, кто из них альфа.

– Ты тоже ради денег? – спросил он, даже не представившись.

– Нет, я всегда мечтала засунуть голову в унитаз на камеру. Потом, может, Оскар получу, – отозвалась Анна, без малейшей улыбки. Мужчина хмыкнул, повернулся к бутылке воды и сделал глоток.

В этот момент на палубе появился человек из другой плоскости реальности. На вид лет сорок, идеальная укладка, синяя рубашка в обтяжку и штаны, которых не существует в природе простых смертных. Он прошёлся по лаунжу, оглядел присутствующих и сделал жест камеры: та немедленно повернулась в его сторону, как дрессированный зверёк.

– Меня зовут Антон Васильев, я буду вашим ведущим и, как ни странно, арбитром, – объявил он, с легкой иронией в голосе. – По условиям: с этого момента вы находитесь под круглосуточным наблюдением. Любые вопросы задаёте мне. Оскорбления, угрозы и рукоприкладство разрешены только по команде.

Анна смотрела на него не отрываясь. Он был из тех, кто в любой ситуации держит спину, как будто за ней государственный флаг. Его лицо почти не выражало эмоций – но что-то подсказывало: это не от недостатка чувств, а потому что он учился держать каменное лицо, пока другие ели манную кашу.

– Начнем с простого, – продолжил Антон, даже не удосужившись сделать паузу. – Сегодня вечером у нас будет ужин. Формальный. Я жду вас в коктейльных платьях, если такие с собой есть. Если нет – мы предоставим.

Он окинул взглядом Анну и двух других: будто сканировал, выбирая, кому первому делать комплимент, кому – вколоть яд под кожу.

– До того момента – свободное время. Можете исследовать яхту, можете сидеть тут. Но помните: всё, что вы делаете и говорите, может быть использовано против вас.

Кто-то из участников нервно рассмеялся. Анна – нет. Её это даже развлекло.

Когда ведущий ушёл, Анна легла на диван и уставилась в небо. Оно было синее, но не по-летнему: холодное, лениво-туманное. Ощущался слабый запах бензина – где-то внизу запускали двигатель. Легко раскачиваясь, яхта напоминала ей о детских аттракционах: то приятное чувство риска, когда знаешь, что тебя держат за страховочный ремень, но всё равно закладывает в животе.

Слева зашевелилась вторая участница, та самая с глазами-бусинами. Она молчала, просто сканировала пространство. Может, она здесь просто чтобы испытать удачу. Или проверяла, выдержит ли нервы.