Яра. Княжна Медвежьего острога

Пролог

Яра

- Яра! - кричала нянюшка, - Яра, а ну стой!!!

Я в который раз убегала от нянюшки.

- Что ты, Любомила…я никуда не убегаю, - состроила ей невинные глаза.

- Уж шестнадцать зим минуло, а все как дитя! - ворчала старушка.

Раньше она занимала уважаемое место. Управляла кухнями при тереме моего батюшки Ярополка. Ух и умеет он нагнать на людей жути…но на самом деле, он самый мудрый и справедливый…и добрый…он у меня чудесный. Хотя все на свете мне запрещает! Даже обидно как то…

- Ворачивайся в терем, - ворчала Любомила, - брат воеводы женится, а тебя и след простыл!

- Но свадьба ведь только вечером, - надула губы я, - опять весь день шитьем заниматься?

- А даже и шитьем! - продолжала нянюшка, - экие птицы у тебя выходят!

- Вот выйду замуж и буду больше шить! - я откинула тяжелую темную косу за спину, чуть насупила темные изогнутые брови и скрестила руки на груди.

- Как же ты похожа на батюшку, - в который раз прослезилась Любомила.

Я и правда высокая вышла и статная, глаза были синевы вечернего неба, кожа была светлой, а волосы темными. Многие из батюшкиных приближенных воинов тихонько поглядывали на меня, а вот простые люди боялись. Знали, что замуж меня отдаст только ратнику сильному и никому другому. И не от того, что простой добрый человек ему не по вкусу будет…Батюшка говорит, что коли не будет духа могучего в муже моем, съем и косточек не останется. «Может и так», улыбалась я. И характер у меня был тверд и с луком управлялась получше воинов многих. Вот только меч тяжеловат всегда оказывается…но с коротким клинком я управляться умею. Даже как то мальца от собаки спасла. Ох батька и ругался тогда…и на меня и на ратников своих. На них оттого, что за псом диким не уследили, а на меня за то, что далеко от терема одна убежала.

- Любомила, - начала уговаривать старушку я, - я вернусь скоро, дай до Машеньки прогуляться.

- Ну смотри… - прищурилась Любомила, не хотелось ей меня отпускать, но Машенька доброй моей подругой была, - после полудня чтобы вернулась, пора будет к праздненству готовиться! - сказала она строго.

«Ох и не знают они, что мы иногда с нею за стены убегаем», весело думала про себя я.

- Да, нянюшка, - поклонилась я старушке.

«Ну и зачем так за мною следить??», размышляла я по пути к Машеньке. Я ведь дочка княжеская, никто и пальцем не посмеет тронуть. Как батюшка искоренил силу злую в остроге честь и порядок в почете. В старые времена темных двух демонов пришлось убить, а еще одну девицу на болота сослали. Так и не оправилась она от силы темной, что пристала к ней…как ни старались, не смогли вылечить недуг, ведь питался он ее гнилою душой. А когда человек выбирает сам путь темный, уж ничего его от болезни не спасет. Златомирой ее звали, так на болотах и сгинула бедненькая. А остальные помощники злых сил начали жизнь новую и честную. Победила в них жизнь светлая и живут они среди нас в здравии и счастье. Тем временем подошла я к терему Машенькиных родителей, да постучала в двери.

- Доброго здравия, княжна! - поклонилась мне ее маменька.

Батюшка Машеньки ее был воеводой у папеньки моего уж почти двадцать зим.

- И тебе здоровья, Марьяна Мироновна, - поклонилась в ответ ей я, - я к Машеньке в гости пришла.

- Проходи, - пригласила она меня внутрь, и дочка ее уж тоже успела выйти ко мне на встречу.

- Доброго здоровья, княжна, - почтительно поклонилась Машенька.

Хоть и выросли вместе и были добрыми подругами, а на людях всегда соблюдали правила.

- И тебе, - кивнула как полагается ей я.

- Идем, я новую птичку вышиваю! - Машенька взяла меня за руку и мы с радостью побежали в ее покои.

- Ну что, - сказала она, как только дверь закрылась, - сегодня твоя очередь? - с горящими глазами спросила она.

- А как же, - улыбнулась я, - где мой лук и клинок?

- Пожалуйста, - она вытащила их со дна своего сундука, - частенько перекладываю, чтобы папенька с маменькой не увидели.

- Как хорошо, что у меня тайник в полу есть, - ответила ей я и мы дружно рассмеялись.

Когда она хочет убежать тайно, туда прячу все, что ей в походе требуется. Часто мы этого не делаем, боимся, что папеньки прознают. Но иногда выбраться - такое счастье! Чувство свободы захватывает дух так, что жизнью он наполняется вновь и вновь. Везет нам еще оттого, что лагерь с воинами молодыми стоит за стенами острога. Уж много лет повелось там воспитывать дух и честь ратников наших. Оттого и зверей больших больше не стало рядом со стенами. В общем, всем от этого лучше вышло. А особенно удобно нам их лошадей ненадолго уводить, ведь паслись они без присмотра у них всегда. «Даже забавно то, что никто из ратников ни разу так и не заметил пропажи», думалось мне. Так и вышло, что пока мама была занята моими маленькими братьями, что родились четыре весны назад и отличались особенным озорством, я вдоволь могла надышаться свободой за стенами острога. Она одна отчего - то всегда чувствовала, когда я сбежать хотела, так что рождение братьев было чудесным событием.

- Я готова, - с улыбкой проговорила Машеньке я.

- Иди, - кивнула мне она, - я на страже тут останусь.

Выскочив в окошко позади терема, я направилась к ходу тайному. Уж не знаю откуда появился тут этот лаз, но мы с Машенькой видели, как ратники из лагеря ночью в острог через него заглядывали. Был он аккуратно кустами прикрыт и с той и с этой стороны. Такой же ход был и во второй стене, только чуть поодаль.

«Нужно поторопиться, нянюшка дала времени до полудня», - подумала я и юркнула в проход. Снаружи как всегда паслось много лошадей и среди них моя любимая. Я подозвала Ромашку сладким яблочком и она с радостью позволила на нее запрыгнуть. Из-за походов наших тайных, пришлось мне учиться без узды и седла ей управлять, а Ромашка как раз и слушалась меня лучше всех. Довольная такой встрече, я направила ее на мою поляну любимую. Посередине нее росла старая раскидистая ива. Накатавшись вдоволь на Ромашке, я залезла на свое любимое место. Какое счастье было полежать на ее невысоких ветвях под пологом пушистых веток. Птицы еще пели утренними переливами, а теплый летний ветерок вдыхал жизнь в мой непокорный дух…

Глава 1

Богдан. Лагерь молодых воинов. Полчаса назад.

– Белояр, - с почтением обратился я к старшему , - княжна снова покинула острог.

– Воины из Соколиных уже прибыли? - свел брови наставник.
– Никак нет, но вот-вот должны явиться, - отчеканил я, - княжна увела Ромашку и направилась, как обычно, к старой иве.
– За ней идет кто-то из наших? - не меняя интонации уточнил Белояр.

– Так точно, - с улыбкой доложил я, - Добрыня за ней ушел, а я доложить поспешил.

– Не спугнете? - изогнул светлую густую бровь наставник.

Он всегда гонял нас строго, так что я знал, что это было сказано вовсе не в укор.
– Так он чаще всех за ней присматривает, - ляпнул ему неподумавши, - еще ни разу не попался ей… - я осекся и замолчал от взгляда наставника.
– Чего ради? - прищурился Белояр и будто даже ростом выше стал, - али осмелел на столько, что гнева княжеского не чурается?

–Да просто повелось так, - замялся я, - он среди нас один из лучших… вот и выходит так, что он за княжной смотрит, - пытался вывернуться я, но не тут то было.

– Чего не ты? - прищурился Белояр, глядя в самую душу.

Наставник был светловолосым воином, на двадцать зим старше меня. Он уже пользовался немалым уважением среди местных. Зеленые глаза были полны разума, а борода, по обыкновению, коротко пострижена.

– Так это… - я отчаянно пытался объясниться, но ничего не выходило.

– Богдан, ты не уступаешь ему ни в силе, ни в умениях, - голос наставника стал стальным.
– Бога ради, Белояр, - я приклонил колено и опустил голову, - просто так повелось, ни о каких помыслах негожих я не слыхивал.

– Поднимайся, - проговорил он уже чуть мягче, - если узнает княже, никому из нас не поздоровиться, - качал головою Белояр.
– Давече Машеньку, дочь воеводы, за тем же делом застали, - решил сказать как есть я.
Белояр стал еще серьезнее.

– Пора рассказать князю, - заключил он, - негоже дале все в тайне держать.

–Так влетит нам за лаз наш тайный, - побледнел я.
– А делать нечего, - тяжко вздохнул наставник, - зачастила она с походами своими.

– Ясно, - кивнул я и мы оба прислушались.
Снаружи подошли на лошадях. «Эх, недобрый знак, ведь наши по лагерю только пешими передвигаются», закрались тревожные мысли. Мы мигом вышли на крыльцо. И правда, пятеро конных ратников выстроились пред нами. Все были в дорогих доспехах и при вооружении.

– Доброго здравия, могу увидеть я Белояра? - обратился к нам один из них.
– И вам не хворать, - ответил наставник, - какого ражна с оружием к нам прийти посмели, иноземцы.
«Наставник как обычно…отчитывает их словно детей малых», у меня мороз пошел по спине от его злости, «Ну Белояр…ну силен», в который раз думал я.
– Прошу извинить, - старший из них тут же спрыгнул с коня, держа его только под узды, - с дороги только, не подумай о нас плохого, - он положил руку себе на грудь и склонил голову.

Остальные четверо за ним последовали.

– Ну так то лучше, - прищурился Белояр, - откуда путь держите?

– Из острога Соколиного, - отвечал все тот же, - на свадьбу прибыли.
Тут подоспел запыхавшийся Добрыня.
– Есть чего доложить? - наставник кивнул на дверь терема.
– Есть, но опасность миновала! - доложил Добрыня, косясь на ратников.

–Тогда Богдан, будь добр, сопроводи путников до терема княжьего, - распорядился Белояр, - а ты, Добрыня, зайди, разговор имеется.
Я скорее направился к конюшням, а Добрыня юркнул внутрь избы вслед за наставником.

На конюшнях я взял себе Вороного - моего друга верного. И хоть своих коней нам пока не полагалось, а все же этот боле всех в душу запал. Да и ко мне тянулся не меньше. Все только и потешались над тем, что чернявый конь приглядел себе такого хозяина . Ведь я пошел весь в своего отца, волос у меня был от рождения белый, а глаза такого светлого небесного оттенка, коего было еще поискать. На фоне Вороного это смотрелось неказисто. «Ну и ладно…по Духу мы друг друга выбирали, а не по цвету», думалось мне. Статью тоже в отца пошел, так что меч в руках крепко держал. Хоть и высок и силен был, но при том легок и проворен. Оттого и слыл одним из лучших молодых в лагере. Русый Добрыня мощнее уродился и оттого бывал неповоротлив. Но вот если поймать от него удар, то и наставнику, наверное, не поздоровиться. Я так сильно бить не мог. Так и сдружились мы с ним. То я побеждал, то он.
– Зайдем с восточных ворот, - предупредил я путников, - там нас уже должны ждать.

– Как величать тебя? - спросил их старший.
– Богдан, - ответил я ему, - никаким чином похвастать не могу, сын рыболова я, - они оторопели.
«Видать высокого ранга гости, оно и сразу понятно по одежде их…вот только странно, что молодые все какие-то, всегда ведь хоть один из старших сопровождает », подумалось мне.
– Вы поведаете, чьих будете? - решил таки выспросить я.
– Я Дар, сын воеводы нашего острога, - с готовностью ответил тот, - а это все мои братья, - он окинул взглядом свое сопровождение, - Ждан, Мирон, Володар и Велислав.

– Ваш батька не с вами? - как бы невзначай поинтересовался я.
– Он уже в остроге должен быть, - кивнул Дар, - мы прогуляться дозволения спросили, да на ваш лагерь набрели, - Дар чуть задумался, - не припомню, чтобы ваши о таком упоминали…для чего он вам? - косой напряженный взгляд выдал его тревогу.

– Так уж много лет мальцов уму разуму у нас так учат, а вы разве не знали? - решил не таиться я…не ровен час подумают, что войско готовим.

– Вон оно как, - задумался Дар, - слыхивал, но не думал, что лагерь такой большой.

– Что есть, то есть, - заулыбался я и уж промолчал что каждый из нас может в одни руки хату поставить сумеет..хоть и времянку, а вместе и добрый терем и баню осилим..уж так нас тут учили, - а как нынешнего воеводу звать, напомни? - все ж уточнил я, хоть и прекрасно знал обо всем, - запамятовал чутка.
– Чтож вы за воины такие? - улыбнулся Дар, - Миланом звать батьку моего, шесть зим назад стал он воеводой в остроге Соколином.
Хоть я и знал, кто воеводой стал, а все же надежда имелась на то, что другой его место занял. Но как бы на так…все в нашем остроге знали, что злой человек до власти дорвался. После кончины князя старого, отца нашей княгини Марьи, сумел он таки взять второй по значению чин в остроге. «А это, стало быть, его сыновья», раздумывал я, «ох и не чисто дело».

Глава 2

Богдан

Я пустил коня в галоп, хотел скорее до лагеря добраться с вестями важными.

– Зарян, займись конем, мне срочно к Белояру нужно, - я спрыгнул с коня и отдал поводья мальчишке, что стоял около конюшен на окраине лагеря.

– Сделаю, - с готовностью ответил довольный мальчуган.

Я же понесся к избе наставника. В один шаг перепрыгнул три ступени крыльца и постучал в дверь. Отворил мне Добрыня и я быстро заскочил внутрь. Белояр сидел за широким столом, подперев руками подбородок и насупив густые брови. Его вид явно не предвещал ничего хорошего.
– Что случилось? - чуть нахмурился я.

– Они княжну нашу встретили, - ответил Добрыня, - один из них вышел к ней на разговор…но при том сбежать дозволил.
– Ну еще бы… - сердце у меня заколотилось сильнее.
– Когда ворачивались они, разговор был, - напряженно продолжил рассказ Добрыня, - о том, что красива девка и жаль, что княжною быть не может…говорил своим коли кто себе ее заберет сегодня, то пусть с ним потом поделится, - я в первый раз видел Добрыню таким злым, на скулах играли желваки, а взгляд наполнился леденящей злобой, - зубоскалы поганые.

– Это все сыновья Милана, что давеча воеводой стал в остроге Соколином, - поспешил доложить я, - все как ты, наставник нас учил, нехорошие они у него, старший из них Дар.

– О чем то спрашивали у тебя? - прищурился Белояр.

– Выведывали отчего лагерь у нас такой большой за острогом разбит, - кивнул я.

– Так уж почти двадцать зим он у нас стоит, - нахмурился брови Белояр, - не могли они о том не знать.
– Разговор о том был о том, что знали они, - поспешил объяснить я, - да не ведали о размахе его.
– Ясно, - напряженным тоном ответил наставник, - вы тут оба оставайтесь, а я к князю.

– Да, наставник! - отчеканили мы ему в один голос, а тот лишь задумчиво улыбнулся, выходя из терема.

Яра

Уж не помню как до стен острожьих донеслась, а встречала меня Машенька уже обеспокоенная.
- Яра! - кинулась она ко мне, - Ярочка, слава Богам, живая! - прижимала она меня к себе.
- Случилось чего? - чуть пришла в себя я.
- Случилось, - кивнула Машенька, чуть не плача, - на свадьбу иноземцы пришли, да как раз опосля того, как ты ушла! Уж не знала чего и думать! Папенька мой сразу обеспокоился, ведь не ждали никого из них! Направился князю нашему светлому помогать тут же.

–Значит одного из них я видела там…, - чуть осеклась от округлившегося взгляда Машеньки, - ну там…у ивы, - я погладила в тревоге косу и спрятала глаза, - уж не знаю, что и думать.
–Издалека видела? - в благоговении продолжала выспрашивать меня Машенька.
– Да вообще нет… - неловко продолжала я, Машенька же прищурилась.
– Неужто рядом был? - в ее глазах снова сверкнул страх.

– Не заметила его вовсе, - сокрушалась я в тревоге, - хорошо, что Ромашка со мною была. Вмиг умчала обратно... - меня прервал стук в дверь.

– Княжна, нянюшка за тобою пришла, - подала голос Марьяна Мироновна.

– Иду, - я открыла дверь и направилась к выходу, - встретимся вечером, - попрощалась я по пути с Машенькой.
«Мне показалось, или Марьяна Мироновна встревожена?», промелькнули мысли, но я решила пока об этом не размышлять. «И так забот на сегодня хватает», подумала я и уверенным шагом двинулась дальше.

– Ох и осерчает княже…коли прознает…мы с тобою ведь еще не готовы гостей встречать, - охала Любомила, - идем скорее, у нас гости иноземные на пороге, а княжна и не причесана! - нянюшка схватила меня за руку и с удивительным для ее лет проворством потащила меня за собой.

Уж скоро мы добрались до хором и узрели воинов молодых да статных. Выстроились они у крыльца, да как раз князь их вышел встречать. Все как один тут же поклонились, да один из них здоровья стал князю в ответ желать, да речи складные петь.
«Так это ведь тот…», узнала я его, сердце снова заколотилось в страхе.

Пока князь приветствовал гостей, мы тихонько стояли в сторонке с Любомилой не шелохнувшись. «Негоже было гостей в таком виде встречать, а потому пусть бы батюшка не заметил меня.…», молилась я про себя.
Тем временем разговор зашел обо мне.
– Окажи честь, княже! - выступал все тот же воин, - коли не сосватана княжна ваша, представь нам ее на праздненстве! Может найдется славный воин из Соколиных, что женихом достойным стать ей сможет!

– Так что праздненства ждать, - усмехнулся папенька, - вон она, - кивнул он в мою сторону, - уж давно за нами наблюдает.
Я побледнела вся, а воины все разом на меня уставились.
– Доброго здоровья, - поклонилась им я, уткнув взгляд в пол. И хоть и не успела ничей взор поймать, а чувствовала как зарятся они на меня, словно звери лютые. «Ох и не хорошие они…чует моё сердце», щеки загорелись румянцем.

– Вам покои подготовили, - продолжал папенька, - проходите, отец вас уже ждет.

–Благодарю, княже, - ответил все тот же воин и все они вошли внутрь.
И хоть спокойный у папеньки был голос, а все же уловила я в нем недовольство. «Мой папенька ни за что меня им не отдаст», с этими думами попыталась юркнуть я в покои, да на тут то было. Князь дорогу перекрыл.
– Как дочь моя поживает? - изогнул бровь он, - где дел столько находится, что после полудня в хоромы ворачиваться приходится в такой день.
– У Машеньки была, папенька, - я жалобно посмотрела на него невинными глазами, тот прищурился.
– Идите к себе, из горницы ни ногой, - наказал он.
– Мирослав, приставь к княжне ратников, - папенька обратился к своему первому помощнику.

– Будет сделано, княже! - ответил тот, поймал одного тут же и приставил к нам, - еще троих пришлю немедля, - князь одобрительно кивнул.
– Я позже приду, переговорить нужно, - сказал он мне.
– Да, папенька, - поклонилась ему я.
– Ступай скорее, - поторопил меня он и я все же уловила тревогу в его голосе.

Белояр

Коня рысью пустил я в сторону хором княжьих, готовый гнев на себя принять. Уж две весны, как повадились за острогом шастать. Всегда ненадолго, да под присмотром дозорных из лагеря. Не было у нас тут чужаков, а потому молчали мы. Не докладывали князю, хоть при том и глаза с девиц не спускали. Сам лично на то приказ дал. Жалко было княжну на гнев отчий обрекать, да и лаз этот тайный у мальцов отдушиной был…да делать нечего. Никто ведь вести не передавал о том, что иноземцы решат на свадьбу пожаловать, а значит сами решили явиться. Да еще в лагерь конными зашли. Нехорошо это. Нам бы мир удержать, да девиц сохранить. А мальцы как-нибудь переживут без лаза. Не сломаются… Впереди стал виднеться терем княжий. Вокруг него народ бегал, суетился. Все галдело, да гремело в суете перед праздненством. Воинов Соколиных пока не видать было. Только воевода, словно пес цепной носился от терема к конюшням, а от конюшен к лекарским хоромам. «Ну точно, не чисто дело тут», нахмурился я . Оставил коня под навесом и направился на поклон к князю.