Юленька и Мастер

Часть 1

Александр

- Любим… - кхм.

Тьфу, на тебя, Измайлов! Идиот, млин. Не любимая она для тебя! Запомни уже, извращенец престарелый!

- Любимова! Любимова, мать твою зебру! Ты что творишь? Что творишь, я спрашиваю?!

Спокойствие, только спокойствие. Все нормально, хорошо и просто замечательно. Главное держать себя в руках и не свернуть шею мелкой поганке.

- Все то же, что и остальные, - ответили мне лилейным запыхавшимся голосом, быстро хлопая ресницами.

- Остальные вняли моим словам и рекомендациям, а ты колотишь по груше так, что из нее уже песок сыпется.

- Вас представляла, - буркнула в ответ малолетняя пигалица, показав мне язык.

Она меня представляла! С ума сойти!

У меня руки сами в кулаки сжались. Как бы отходить ее по мягкому месту, чтобы это самое место горело недели две? Вот за какие грехи мне все это? За что, спрашивается, высшие силы так надо мной издеваются?

Надо же было этой девчонке записаться именно ко мне? Нужно было ее спихнуть в другую группу, к Пруткову, например. Но, нет же. Я имел слабость позволить взять над собой верх своим же чувствам, чтобы хоть изредка иметь возможность наблюдать за пигалицей.

Вот и пожинай теперь плоды своей безвольности и мягкости. Тряпка!

- Любимова, с таким характером, тебе век замуж не выйти.

- Ой, напугали, - и смеется паршивка. – Больно мне надо это ваше «замуж». Все мужики – козлы.

Я только головой покачал. Нашла аргумент железобетонный. Посмотрю я на нее, когда она влюбится в какого-нибудь идиота и начнет смотреть на весь мир сквозь призму розовых очков.

У меня тут же зачесались руки, подержаться за горло того самого не известного мне идиота, в которого втюрится эта ядовитая поганка.

- Так, на сегодня закончили! – объявил всем присутствующим. – Всем до пятницы.

Развернулся и ушел к себе в небольшой кабинет при спортзале. Нужно заполнить кое-какие бумаги и надеяться, что это хоть как-то поможет мне отвлечься от мыслей о… Любимовой.

Тренером в свое время мне помогла устроиться Мышка. Я тогда долго искал работу, но то ли черная полоса в моей жизни, то ли карма, не способствовали моему трудоустройству. Деньги заканчивались с такой скоростью, что я даже не знал, буду ли я спать сытым ложиться, но черная полоса продолжалась и никак не хотела покидать мою жизнь.

Тогда-то Мышонок меня и выручила. Благодаря рекомендациям ее начальника, меня взяли в спортивную школу, учить подростков самообороне. Конечно, с большим испытательным сроком, но на тот момент мне и этого было достаточно.

Это потом, уже утвердившись в глазах дирекции, мне доверили не только самооборону, но и дали возможность вести занятия по самбо и боксу.

Я набирал небольшие группы, как девчонок, так и мальчишек. Иногда группы были смешанные. Но все оставались довольны моей работой. Некоторые из учеников, даже друзей своих привели, которые так и продолжили ходить ко мне на занятия.

И вот с недавнего времени в новую группу пришла эта мелочь, которой мне каждый раз хочется вырвать язык и отшлепать, чтобы на попу сесть не могла.

Я знал, что она сестра Любимова. Мышка мне рассказывала об их семье, после того, как помогла найти девушку со странным именем Фиалка. Точнее это ее прозвище, а так зовут ее, кажется, Арина. Но, не суть.

Мышка мне рассказала о том, что собой представляет эта самая сестрица и какую пакость она сделала брату. Показала мне ее фото, а я… Пропал. Влюбился сразу же, как пацан недоспелый, у которого гормоны в штанах и ни капли мозгов в нужном месте.

Кто бы мне сказал, что можно вот так вот, посмотрев фотку… Черт!

Чуть не смял бумаги, которые должны были сегодня лечь на стол директрисы. Выдохнул. Встал. Прошелся по кабинету.

- Нужно выпить кофе… - пробормотал и поплелся на первый этаж к кофейному автомату.

Не выходит у меня из головы эта чертовка. Иногда чувствую себя пещерным человеком. Хочется, как в доисторические временя – утащить к себе в пещеру, запереть на все замки и не выпускать никогда.

Только, на кой фиг я ей сдался? Между нами разница в десять лет. Она девчонка молоденькая совсем. Ей гулять, делать ошибки и глупости, наслаждаться молодостью, ветром вольным быть.

А я… Стар я для этого. Стар бегать по клубам да вечеринкам, мне развлекух в жизни хватило. Набегался уже и нагулялся. Куда мне к ней со своей дурацкой любовью?

Сунул купюру в автомат, выбрал напиток. Пить это конечно, не возможно. Но, хоть как-то надо отвлечься. Знаю, что не получится, сам себя каждый раз обманываю. Все мысли все равно о девчонке. Утром, днем, вечером, ночью.

Что бы я не делал, куда бы не шел… Все один к одному. Точнее к одной. К ней.

Достал кофе из автомата и присел на скамейку. Холл был совершенно пуст. И тишина. Как в морге, ей-богу.

С улицы через большие окна пробивался свет фонарей. Вот и очередной скучный, одинокий вечер. Пельменей не забыть бы купить, чтобы снова голодным не спать.

Часть 2

Юлия

Некоторое время назад…

- Я тебе сейчас по заду твоему бестолковому настучу, чтобы больше подобных мыслей не возникало! – брат, расхаживая из угла в угол, орал на меня уже битых два часа. – Ты совсем, что ли уже с катушек съехала?!

- Ой, слушай, не ори так, а? И вообще, моя жизнь – что хочу то и творю, - поерзала в кресле и, сложив руки на груди, уставилась в потолок.

Ремонт сделать, что ли? А то сыпаться скоро все начнет. Да и интерьер хорошо бы сменить. Обои там, покраска, да и так по мелочи…

- Вот именно – творишь! Ты Измайлову, зачем нервные клетки поганишь? Чего ты к человеку пристала?

- Я к нему еще не приставала, между прочим!

- Только этого и не хватало! Юлька, оставь человека в покое, я тебя последний раз предупреждаю!

- А то что? Поставишь меня в угол? Или оставишь без сладкого?

- Да что же ты такая не пробивная? Взрослая уже девка, а ведешь себя хуже маленького ребенка!

- Вот именно – взрослая! – вскочила на ноги, уперев руки в бока. – Поэтому не надо меня учить, как правильно, а как не правильно. Не надо мне указывать, что я имею право делать, а что нет. Хочу и буду трепать нервы Измайлову, а захочу – перестану. И вообще это не твое дело. Не лезь, куда не просят!

- Вот именно, что просят!

- Что? В смысле? – вот сейчас не поняла.

- В параллельном! Ты уже достала человека по самое не балуй. Все твои выходки и каверзы, уже в печенках у него сидят. Устал он от тебя по полной программе. Устал до такой степени, что даже до меня дошла деликатная просьба прочистить тебе мозги.

- Как… Он… Сам просил? – у меня на глазах слезы выступили.

- Нет, - Пашка тяжело вздохнул. – Не сам, конечно. Но меня настойчиво просили поговорить с тобой.

- Паша, уйди, пожалуйста, - отвернулась от брата, еле сумев сдержать слезы.

Выматерившись сквозь зубы, он тихо подошел ко мне и обнял со спины. А я все-таки хлюпнула носом.

- Юль, прости, мне правда не стоило так орать. Ну, перестань плакать, мелкая.

- Да ты тут, при чем. Я… - и я разрыдалась в полную силу.

- Юль, только не говори, что ты по Измайлову убиваешься? – ничего не ответила, продолжая рыдать. – Ты еще скажи, что влюбилась в него, - фыркнули у меня над головой.

У меня сердце в пятки ушло от того, что брат озвучил. Что ж он такой догадливый, когда это не нужно?

- Сядь-ка, - меня усадили в кресло, а Паша присел на корточки возле меня. – Посмотри мне в глаза и скажи, что я ошибаюсь!

Сказать я, конечно, могу, а толку…

- Юля?!

- Нет, не ошибаешься, - реветь я перестала, но слезы все равно катились по щекам.

- Приплыли, блин. А ты точно уверена, что…

- Уверена. Я сейчас как никогда уверена. Он… - всхлип. – Такой…

- Ты о своем бывшем тоже говорила, что он «такой». И чем это закончилось? – я промолчала, прекрасно помня свою месть за того, кого считала любовью всей моей жизни. - Юлька, а может…

- Не может, Паша. Не может, - покачала головой и вытерла ладонями слезы. – Это другое. Чувства совсем другие и… Он другой, - вдохнула глубоко несколько раз, взяв себя в руки. - Ладно, тебя там Фиа ждет. А я сейчас хочу одна побыть.

- Юль…

- Иди, Пашка. И не беспокойся, я Измайлова больше доводить не буду. Обещаю.

Брат только головой покачал. Немного подумав о чем-то своем, все-таки ушел. А я… Осталась одна, лить слезы, громко рыдая на всю квартиру.

….

- Любимова! Ты вообще слушаешь, что тебе говорят? Корпусом нужно работать! Кор-пу-сом!

- Я и работаю корпусом, - буркнула в ответ.

Тиран лысый, а не тренер. Угораздило же меня записаться именно к этому нелюдю. Да еще и влюбиться в этого… В этого… Даже слов приличных нет.

- Любимова, ты невозможный человек, - вдохнул, задержал дыхание, выдохнул. – Еще раз показываю. Вот лично и только для тебя на бис.

О, какая честь. Так бы и стукнула этого человека чем-нибудь тяжелым по его лысой башке. Несколько раз!

Почувствовала, как мужские руки легли мне на плечи. Прикосновение кожи к коже, будто к оголенным проводам. Мурашки тут же пробежались по всему телу, укрывая меня словно покрывалом. Чуть не застонала вслух. И почему я не могу на него нормально реагировать? Чувствую себя какой-то озабоченной.

Я не двигалась, старалась даже не дышать. Момент, когда он настолько близко…

Я обещала брату не трепать Измайлову нервы, не делать гадостей, не прикалываться над ним и обещание свое держу. Но перестать ходить на занятия просто не могу. Хоть так, но рядом с ним.

Часть 3

Александр

Шел домой и думал о том…

Вечер. Темно. Тихо…

Да ни о чем я собственно не думал. О чем можно думать, когда тебя уволили? Хорошо, что без плохих рекомендаций.

А уволили меня, потому что я в прямом смысле отказался выполнять роль шлюхи. По-другому я назвать это не могу.

Мне не было обидно или чего там бывает… Просто не понятно. Да почему?

Если начать с самого начала, то дело обстояло очень даже странно.

Несколько дней назад, после того, как я отказался отвезти самолично начальство домой, меня на следующий же день, с самого раннего утра вызвали на ковер к директрисе, и она самая отчитала меня словно мальчишку.

Я при этом смиренно молчал. Молчал, потому что мне нужна была эта работа.

Во-первых: своих воспитанников я любил. Они приходили ко мне несмышленышами, а потом уже превращались из неумелых девочек и мальчиков в тех, кто на самом деле способен себя защитить. Это было видно даже на этапе подготовки – кто из них сразу раскроется, а кого нужно кропотливо обрабатывать, чтобы раскрыть потенциал.

Во-вторых: мне и правда очень нужна была эта работа. Я – безродный и одинокий, чувствовал себя в этой каше как в своей тарелке.

Но стать чьей-то подстилкой я не был готов. Да лучше голодная смерть, чем плясать под чьи-то капризные прихоти и желания.

В общем, так и получилось. Я не был готов к тому, что мне прямым текстом заявят, что: либо спим в одной кровати, и я удовлетворяю все прихоти либо пошел вон и не мурлыкай тут о своих педагогических навыках.

В общем, я не мурлыкал. И даже не мяукал. Просто противно стало, что меня как человека можно воспринимать только в качестве постельной игрушки.

Нужно зайти в магазин, купить пельменей и… И начать заниматься поисками новой работы. Неплохие перспективы на ближайшее будущее.

Утешения такие мысли мало приносят, но хоть что-то.

В кармане раздался звук входящего звонка. Мелодия, которая играла, была поставлена только на одного человека – Мышка.

Ох, как же мне сейчас не хотелось с ней разговаривать. Просто потому, что она всегда все знает. И прибегать к ее помощи, сейчас тем более, не хотелось. Зная ее, я был уверен, что подруга мне всенепременно захочет помочь.

Но ответить мне все же пришлось. Если не отвечу… Кто знает, что меня может ожидать? МЧС или скорая, или КГБ какое-нибудь, как минимум возле моей квартиры. А максимум… Я даже боюсь себе представить тот самый «максимум» если я не отвечу на простой звонок.

- Привет, Мышонок.

- Привет, - раздалось в трубке мобильного телефона.

- Как свадебное путешествие?

Вопрос был задан не из любопытства, скорее из вежливости. Я уже давно понял, что девочка счастлива, когда рядом ее личный хакер и только его отсутствие может ее омрачить. Все остальное – это просто дополнительный бонус.

- Море. Солнце. И мы одни на островах, которые входят в наши владения. Что может быть лучше?

В голосе слышалась ирония и…

- Скучно тебе, да?

- Нет. Не то чтобы… Просто домой хочу, - признались мне.

- А ты не пробовала об этом Михаилу сообщить?

- Честно?

- Предельно.

- Нет. Ему здесь хорошо. Значит, мне нужно потерпеть.

- Мышонок, ты совсем дурная? – не стал ждать ответа. – Твоему хакеру хорошо там, где ты.

- Думаешь?

- Уверен. Ты зачем трезвонишь? По делу али пожаловаться на скукоту курортную?

- Я зачем? Сашка… А тебя чего с работы выперли?

- Уже в курсе, да? Ты ведь не можешь просто расслабиться и получить удовольствие? Тебе просто необходимо сунуть свой прелестный носик в чужие дела?

- Мой прелестный, как ты выразился носик, совсем тебе не чужой. Это первое.

- А второе?

- Тебя уволили не законно. Я проверила. К тому же, я уже пошерстила в системе…

- Стоп! Мышонок, я конечно рад, что у меня такая ответственная и заботливая подруга. Ты лучшая – ты это знаешь. Но вот сейчас, в данный момент я прошу тебя только об одном…

- О чем?

- Отдохни уже, наконец. Наслаждайся своим счастьем и не думай ни о ком другом.

- Но…

- Никах «но». Отдыхай, сказал.

- Что-то твое «отдыхай» звучит не очень убедительно.

- Чувствую себя неважно. Наверное, заболею, - только этой девушке я мог пожаловаться на свои слабости. - Мышонок, Миша рядом?

- Да.

- Дай ему телефон!

- Слушаю, - тут же ответили мужским басом.

- Михаил, слушай, забери у Мышонка телефон и не позволяй ей им пользоваться до конца вашего отдыха.

Часть 4

Юлия

Сидела в кресле и, держа в руках чашку с кофе, пыталась не дрожать.

Вот какого волшебника меня понесло на эту чертову остановку одну? Нужно было сразу Паше позвонить и ждать его у Ленки. Но, я же дурная голова, даже подумать не могла, что ко мне прицепится какая-то гопота.

Перепугалась я сильно. Даже пикнуть от страха не могла. Стояла там и думала о том, что все – моя жизнь кончена. Да, плохенькие мысли всегда лезут в голову в самый нужный момент.

Пока меня лапали на предмет «улова», меня посетила гениальная, ням-ням, мысль. Как-то еще на первых занятиях, тренер нам говорил, что народ у нас нынче пугливый и всего боится. Если звать на помощь, то вполне вероятно, что потенциальный спаситель сам рванет дальше, чем видит. А вот если кричать, к примеру: «пожар», то есть возможность спасения.

Вот я и закричала. Правда, я даже не надеялась, что мне действительно кто-то поможет.

Этим самым «кто-то» и оказался Измайлов. Как я была ему рада, даже описать не возможно. Только тело почему-то отказывалось меня слушаться. И я только и могла наблюдать, как Александр раздает тумаки на право и на лево тем придурошным, которые меня пытались грабануть.

Первый удрал практически сразу. Второму парню досталось чуть больше, но и он сделал ноги при первой возможности. А вот третьего идиота, Измайлов чуть не отправил на тот свет. И, наверное, так бы и было, если бы я его не остановила.

Как я назвала его по имени, сама не понимаю. У меня даже в мыслях язык не поворачивался… А он послушался. Застыл статуей на мгновение, а потом орать начал. Кажется, это напугало меня еще больше, чем само «недоограбление».

В следующий миг мой мир резко перевернулся с ног на голову. В его руках я действительно чувствовала себя в безопасности и была уверена в том, что рядом с ним мне бояться абсолютно нечего.

Наверное, я ощущала все намного острее из-за пережитого стресса. Поэтому мне и показалось, что меня держат крепко, но как-то по-особенному бережно и нежно.

А потом мой мир и так уже достаточно перевернутый, окончательно и бесповоротно рассыпался осколками от ласкающего слух: «Юленька моя». Перед глазами тут же замелькали красочные фейерверки, так как, опять же, в тех же самых мыслях мне и не представлялось, что мое имя из уст этого мужчины может звучать… Звучать... Так кайфово.

А потом меня все-таки усадили в кресло, принесли кофе, и мужчина удалился в сторону кухни, хлопнув при этом дверью.

Кое-как справившись с дрожью, все-таки сползла на пол и потопала в направлении царства кастрюль и тарелок. Осторожно открыла дверь, вошла.

Александр стоял возле открытого окна, всматриваясь в черноту улицы и курил. Кажется, уже не первую сигарету.

Поставила чашку на стол и сделала шаг к нему. Оставалось ступить раза два, и я бы оказалась совсем близко, но не решилась. И куда девалась вся моя храбрость?

- Любимова, вот скажи мне, что ты за человек? Умная, красивая, успеваемость у тебя на высшем уровне в твоем этом… Где ты там учишься? Вот на занятие ко мне ходишь. Ходила, точнее, - тяжело выдохнул и потянулся за новой сигаретой.

- Что значит «ходила»? Я бросать не планировала, - собственный голос показался не смелым и слишком тихим.

- Не планировала она, - хмыкнула мужская спина в ответ. – Уже не важно.

- Почему не важно? – я все-таки осмелела и подошла к Александру, став рядом с ним, но глаза опустила.

- Потому что тренер из меня хреновый. За столько времени не смог обучить тебя элементарным навыкам защиты. Ты хоть представляешь, что эти уроды могли с тобой сделать?!

Он со злостью, коротко рыкнув, потушил прикуренную сигарету о пепельницу. Я машинально направила взгляд на его руки и ужаснулась.

- У тебя руки в ссадинах! Нужно обработать!

Я на автопилоте помчалась в комнату, вроде там я видела аптечку или что-то похожее на нее. И точно, нашлась таковая.

- Любимова, ты в своем уме? – спросил, когда я вернулась обратно и ухватив за локоть, потянула его за стол.

- Не в твоем, точно!

Отмахнулась и открыла ящичек, в котором по логике должны находиться разного рода лекарственные препараты. Только как раз ничего там и не было, кроме бинта, ваты и парочки блистеров с простым аспирином. Н-да, приплыли. И чем обеззаразить его лапки?

Точно! Вспомнила.

Залезла в холодильник, достала оттуда бутылку с коньяком. Та была пуста всего лишь на треть. Если он так пьет, то этот алкоголь точно успеет испортиться, пока бутылка опустеет.

Пока совершала не хитрые манипуляции, вокруг царила тишина. Мужчина смотрел на меня, но ничего не говорил. Просто молча наблюдал за моими движениями, затаив дыхание.

- Вот так гораздо лучше, - удовлетворенно кивнула, скорее сама себе, когда закончила.

- С-спасибо, Любим… Любимова, - опять по фамилии, блин.

Почему каждый раз, когда он произносит мою фамилию, у меня появляется стойкое желание стукнуть эту лысую башку чем-нибудь тяжелым? И чего его постоянно клинит именно на моей фамилии?