Сегодня мрачный день. Дождь идет третий день. Старый клен под моими окнами начал увядать. В этом замке многое умирает. И моя мама Грета тоже от каменной болезни. Уже две недели как. Мне пятнадцатилетнему подростку очень тяжело. Вставать с кровати не хотелось. Вот я и лежал. Ворочался и скулил о своей жизни. Но в комнату вошла служанка Марта.
- Юный господин Клавдий вставайте, завтрак ваш ждет. – Она одного со мной возраста, красивая. Темные волосы, строгие черты лица. Всегда в приподнятом настроении, хотя повода и нет. – Прошло уже две недели. Как ни грустно, но жить дальше надо. Отец ждет.
- Он мерзавец. – Сказал я, грозно укрываясь одеялом. Моя мать была здесь служанкой много лет. Граф старый человек Леонид Кнут, под восемьдесят пригрелся с ней, когда его жена умерла от странной каменной болезни. Сейчас ему под сто лет. О внуках вечно говорит. Его дети разъехались по свету много лет назад. Бизнес работорговли у них.
- Нельзя так о хозяине говорить. Он вас любит. По-своему. – Она стала стягивать одеяло. Какая же она красивая. Мне она нравилась с детства. Мы выросли вместе. Она считает меня другом, я думаю о ней больше. Но нам не быть вместе. – Уроки тоже никто не отменял. Учитель Матвей Улок не терпит прогульщиков.
- Он может потерпеть. Других учеников ведь в замке нет. Ты учиться со мной не хочешь. Как я не просил. – Мой подлый папаша нанял его много лет назад как лекаря, но когда мне исполнилось восемь лет, он стал еще и моим учителем. Бойкий и веселый молодой человек сорока пяти лет. Хотя его истинный возраст я не знал, ведь он из демонов. И поэтому имеет синий цвет кожи и небольшие рожки. Много знает о мире. Говорит, что его выгнали из коллегии магов, за прогрессивные идеи в области зелье варения. Вот ведь растяпа. В этом мире нельзя терять теплое место.
- Я не могу учиться с вами, я ведь служанка и рабыня. А вы граф. – Сказала она, стянув с меня одело и принялась меня одевать. – И ваш отец был против, когда моя мать экономка Илина попросила об этом.
- Меня это не удивляет. – Мой папаша еще тот поборник социальной дистанции. «Бедные и рабы должны знать свое место» любит говорить он.
Я с ее помощью оделся в простойный белый халат и штаны. Моя застенчивость ее только смешила.
- Мы мылись вместе в детстве, не стесняйся. – Сказала она, поглаживая мою голову.
- Мы уже не дети. – Сказал я отвернувшись. На нее посмотришь и не скажешь что она ребенок, вот какую грудь отрастила, не меньше третьего размера. У них в семье это наследственное.
Она только засмеялась и, взяв меня за руку, мы пошли в «зал приема пищи» как говорил мой отец. Слуги и служанки по дороге кланялись мне. Как мне это не нравиться. Еще восемь лет назад, я был обычным парнишкой, жил в этом замке как сын служанки. Готовился стать дворецким. Но в один день графу пришла, какая-то блажь и он признал меня своим сыном. Для меня это было полной неожиданностью. Мама не говорила мне кто мой отец. Я лично думал, что это дворецкий Павел. Красивый сильный мужчина под сорок, смелый. Дерзит графу, о равенстве людей говорит. Граф его терпит только из-за того, что он умеет держать слуг в порядке и дисциплине. Он умный хоть и раб. Жаль не он мой отец.
- Сын садись. Для тебя есть хорошие новости. – Мой отец сидел перед огромным столом метров сорок. Разные деликатесы и яства были расставлены по нему. Еды явно больше чем мы сможем съесть вдвоем. Ему нравилось, что после него эту еду будут, есть слуги рабы. Поэтому он откусывал и облизывал большинство блюд. Мне тоже раньше приходилось, есть за ним. Как вспомню, так и вздрогну.
- Да господин садитесь рядом с отцом. А не на свое привычное место. – Сказал дворецкий Павел. Одет, как и всегда в черный смокинг.
Я сел. Служанка Марта положила салфетку мне на колени. Было так неудобно. У нее теплые руки. Пот прошиб меня. Странные чувство обуяло меня. Тревога что ли.
- Как ты знаешь. – Он сделал паузу.- Я стар и хочу увидеть своих внуков. Много лет назад мои дети сын Гнули и дочь Смилга уехали от меня после смерти их мамы Татьяны. Моей дорогой жены. – Он погрустнел после этих слов. – Так вот две недели назад узнав о скорбных событиях. – Ну и гад не стал говорить о смерти моей мамы. – Они решили приехать со своими внуками и правнуками. У них в соседней стране идет гражданская война, вот и решили переждать ее у нас. Их крон принц Славио воюет с дядей Лосионом.
- Так я конечно рад, что они приедут смогу хоть, наконец-то с ними познакомиться.
- Вот с этим есть загвоздка. Они не хотят тебя здесь видеть. Поэтому ты направляешься с «Академию Чудес». Там тебя обучат магии, и ты сможешь сам выбрать свой путь в жизни. Может министром или магом в гильдии станешь. Может военным или советником. Все двери открыты пред тобой. – Он заулыбался.
- Но как я понял не этот дом. Он закрыт для возвращения.
- Не будь таким сердитым. Мои внуки будут жить здесь. Ты же не думал, что останешься навсегда. – Видно, что смерть моей мамы его не опечалила. Он просто хочет избавиться от меня.
- Сколько времени у меня есть? – Я понял, что этого не избежать.
- Завтра уедешь, с утра. Собери вещи и попрощайся со слугами. Я знаю, ты с ними дружишь. – На этих словах он поморщился. – Хотя я этого и не одобрял.
- Можно Марту с собой взять? Мне служанка полагается, по статусу. – Я пристально посмотрел на отца, затем на смеющеюся служанку.
Замок остался позади. Как будто и прошлое ушло. Остался лишь запах духов на мне от Марты. Сидеть в карете скучно, поэтому я ловко перебрался к кучеру Геннадию. Он мой друг и возражать не стал.
- Учиться едешь парень. Завидую тебе. Ты свободный человек не то, что я. – Он почесал свой ошейник раба.
- Где я свободный дядя Геннадий. В Академии учиться надо будет. Уроки и дисциплина, начальная военная подготовка. Домой нельзя вернуться. А я ведь в жизни ни разу из него не выезжал. Что меня ждет, не знаю. Как меня там примут, с моим низкими способностями в магии. «Плохая наследственность» так отец говорит, от мамы служанки наверное. Сам-то он в магии силен. В молодости на кораблях за зверолюдьми охотился. Полные трюмы их забивал. Торговал вовсю. «Дикие земли полны дичи» говорил он мне. Я не понимал его в детстве и думал там много животных. А он про людей говорил.
- Да уж. Твой батя и меня в рабство взял. Я же рассказывал. С торговым судном шел. Денег заработать хотел. Вторым помощником капитана был. Вся жизнь впереди. Тогда мне и ста тридцати лет не было. Совсем мальчишка. Но вот видим, идет большая шхуна с черным флагом. На борту одни головорезы. У нашей шлюпки шансов не было. Связали нас и в рабство отдали. Но меня твой папаша себе забрал. В кучера назначил. Хотя я про этих маг ящеров не знал ничего. – Он со злости стукнул хлыстом по маг ящеру который вез повозку. – Прости «Звездочка» не со зла я. – Он достал из кармана кусок вяленого мяса и кинул зверю. Та его ловко поймала и стала есть. – Хотя у него в служении и не так плохо как кажется. Я всегда сыт и одет. Он даже денег мне на выпивку дает. И служанки в замке добрые. Ведь если забеременеть, то полгода работать не надо. Граф строго следит за этим. Говорит «Дети не виноваты в грехах родителей» и «Товар должен быть здоровым». Он потом детей продает. Но не всех, как ты знаешь. – Он подмигнул. – Мир жесток. Так что нам рабам приходиться подстраиваться под него. Так что мне грех жаловаться. Пастырь Долен, говорит «Смирение принесет вам мир в лучшей жизни». Не знаю, хочется и в этой жизни пожить. Но его слова меня успокаивают. Других слуг то же. Проще жить, когда во что-то веришь. Как думаешь?
- Не знаю. Конечно, знать, что мама в лучшем мире было бы приятно. Но что-то не вериться. Если бог Света есть, почему она не придет спасти всех рабов? Не излечить всех больных? Не накормит голодных?
- «У нее много важных дел. На мелкие дела у нее нет времени. Ей надо каждый день зажигать солнце. А ночью зажигать две луны» так пастырь Долен говорит. И я ему верю. Если бы мне надо было так работать день за днем. До мелких дел сил бы не осталось.
- Солнце и так гореть будет. Так в книге «Вращение планет» говориться. Про две луны тоже. Так что времени у нее предостаточно. Все это ложь, чтобы рабы не бунтовали.
- Врешь ты все. Еретик ты. Гореть тебе в гиене солнечной. – Его милое до этого лицо скривилось.
- Прости мою ересь брать по вере. Мир нам и свет создателя. – Сделал я притворный жест покаяния. Провел рукой кругом по моей голове.
- Вот то-то же. Не стоит гневить бога.
- А что с остальной командой твоего корабля стало, ты знаешь? – Спросил я, что бы сменить тему.
- Их на пищеблок приставили в гладиаторскую. Через полгода их на корм горгулье отдали. Не повезло бедолагам. Но ничего они в лучшем мире. Пьют темный квас с красивыми дамами.
Мы еще много говорили. Останавливались прогуляться и поохотиться. Мир прекрасен. Увидел по дороге много интересных рас. Драконидов, русалов, эльфов. Даже слизо человека увидел. Хотя в книге «Виды созданий мира» говорилось, что их мало осталась. Одна маленькая фея села мне на ладошки и стала танцевать. Но Геннадий прогнал ее, сказав «Денег потом трясти начнет и подцепишь что от нее». Имперский тракт по которому мы ехали, был уложен горным кирпичом красного цвета. На привале я потрогал его. Он оказался теплым. «Маги наколдовали значит» сказал кучер.
Два дня прошло, и я увидел его. Город Академию Чудес. Раза в десять больше моего замка. С башнями магов и покрытый большим магическим куполом. Городок в низу академии тоже поражал. Красивые улицы. Музыканты и фонтаны. Дома из камня и поместья. Богатый город, со множеством лавочек и таверн. Вот тут начнется моя новая жизнь. Мы въехали в город. Стражник посмотрев наши документы пропустил нас. Проехали пять минут.
- Все выходи – Сказал гном.
- Но до Академии еще далеко.
- Дойдешь сам. Мне в таверну надо. И так с тобой два дня не капли кваса не пил. Слезай.
Он вытолкнул меня из кареты и поехал дальше. Я не знал, что делать сталь осматриваться. Направления было найти легко, вывески были повсюду. Не найдя лучшего решения я пошел пешком. Шел час, но так и не приблизился к академии. Заметил старушку в желтом платье, которая не могла перейти улицу.
- Вам помочь. – Спросил я.
- Да милок. - Сказала она старческим голосом.
Я провел ее. Она радостно заулыбалась и скрылась в переулке. Какой хороший день. Хоть кому то помог. Пощупал карманы. Там пусто. Все мои деньги и письмо пропали. Вот ведь старушка. Я бегом за ней. Чистые улицы сменились грязными и темными переулками. Черные грязные дворовые коты ловили таких же грязных мышей. Бомжи тут и там подставляли подножки. Я уже решил, что не догоню ее. Но все-таки в одном тупика догнал.
- Отдай деньги ворюга. – Крикнул я, сжимая кулак. Боксировать учили с детсва.