За гранью невозврата.

1. ночь.

Автор: Это 9 попытка выложить книгу... Её блокируют из-за аннотации

*****

Музыка гремела так, что стены, казалось, вибрировали в такт басам. Разноцветные огни сменяли друг друга, выхватывая из полумрака то танцующие пары, то компании у бара, то чей-то смех, то чьи-то пристальные взгляды.

Я сидела на высоком стуле у барной стойки, крутя в руках почти пустой бокал. Лёд уже растаял, разбавив остатки коктейля, но я всё равно делала маленькие глотки, чтобы занять руки.

Мой взгляд блуждал по залу, иногда замирая на мгновение, а потом снова скользил дальше. Туда, где мелькала знакомая фигура. Там, где его окружали девушки, а он улыбался той самой своей ленивой, самоуверенной улыбкой, от которой у меня внутри всё переворачивалось.

Я отвернулась.

Лаврик опустился на соседний стул, положив локти на стойку. Я покосилась на его стакан — минеральная вода, лёд, долька лимона.

— Ты вообще не пьёшь? — удивилась я, кивнув на его стакан.

— Почему же? — улыбнулся он. — Пью. Просто в понедельник соревнования.

— А-а, — кивнула я.

Лавр. Или Лаврик, как мы его звали за глаза. Одногруппник, спортсмен, любимчик преподавателей. Ну и девушки его любили — без внимания он точно не оставался. Высокий, подтянутый, с коротко стрижеными светлыми волосами и той особенной лёгкой уверенностью.

Я до сих пор не могла привыкнуть, что мы нормально общаемся.

Полгода он меня игнорировал, после того экзамена. Он тогда списывал, а я попросила у него телефон — свой я сдала преподавателю вместе с остальными. Он передал мне его, осторожно, почти незаметно. А я уронила. Прямо в тот момент, когда преподаватель проходила мимо. Грохот, тишина, красные лица. Оба пересдавали экзамен.

Мы и до этого почти не общались — только вежливые «привет» и «пока», редкие «можно списать?» перед парами. А после экзамена он вообще перестал смотреть в мою сторону. Я думала, злится. Обижается. Ненавидит.

А оказалось — нет.

Он просто решил держаться подальше. Не из-за злости, а потому что… ну, потому что. Так он сказал, когда мы гуляли втроём: Вирсавия, Лаврик и я. Тогда я спросила, не злится ли он за тот экзамен, а он усмехнулся и сказал: «Айша, я и не злился. Просто решил, что лучше держаться от тебя подальше». Почему — не объяснил. Но с того дня перестал игнорировать.

Вот и сейчас сидел рядом, пил свою минералку и смотрел на танцпол с видом человека, которому здесь всё равно делать нечего.

— А ты чего одна? — спросил он. — Где Вирсавия?

— С Дамидом, — сказала я, и улыбка сама собой расплылась на лице.

— Дамид? — переспросил он.

— Её парень, — пояснила я.

Дамид. Можно ли назвать его «парнем» Вирсавии? Трудно сказать. У них всё очень сложно. Я вижу, что он действительно влюблен в неё. Даже, наверное, одержим. Не просто так же он выдумал этот «месяц» отношений. Не просто так приехал за ней в чужой город. Не просто так смотрит на неё так, будто она — единственное, что имеет значение в этом мире.

И Вирсавия начинает к нему что-то чувствовать. Как иначе объяснить её приступ ревности? Когда она увидела его с Ланой на вечеринке, у неё было такое лицо… Она не плакала, не кричала, просто сидела и смотрела в одну точку.

Мне пришлось пойти к Дамиду. Сказать, чтобы он пошёл к ней. Не знаю, зачем я это сделала. И он сразу же пошёл. Даже не спросил, что случилось, не задал лишних вопросов. Просто встал и пошёл.

— Айш? — Лаврик вывел меня из размышлений.

— Что?

— Ты улетела куда-то. — заметил он.

— Да так, — я пожала плечами. — Вспомнила кое-что.

— Что-то плохое?

— Нет, — покачала головой. — Просто… задумалась.

Мой взгляд скользнул на танцпол. Я не хотела туда смотреть, правда не хотела. Но глаза будто жили своей жизнью, находя его среди десятков людей.

Там, в центре зала, Марк что-то говорил девушке в коротком платье. Та смеялась, касалась его плеча, поправляла волосы, наклонялась ближе, чем следовало. Марк улыбался. Обычная сцена. Ничего особенного.

Почему же у меня внутри всё сжимается каждый раз, когда я это вижу?

Марк — лучший друг Дамида. Мы познакомились в доме Дамида, когда он заставил Вирсавию поехать с ним, не давая выбора. Я тогда увязалась за подругой, потому что не могла оставить её одну в этом чужом месте с ним.

А там был Марк.

Красивый. Очень. Высокий, широкие плечи, тёмные волосы, вечно растрёпанные, и эта его ленивая, легкая , самоуверенная улыбка, от которой девушки, кажется, теряют голову.

Я не теряла. Ну, почти... до какого то времени.

Мы сразу нашли общий язык — он шутил, я закатывала глаза, он подкалывал меня, я фыркала. Мы болтали о музыке, о фильмах, о какой-то ерунде, и это было… легко. Можно было говорить о чём угодно, и он слушал. По-настоящему слушал, не делая вид. Это подкупало. Это было удобно. До тех пор, пока я не поймала себя на том, что ищу его взглядом в любой компании.

Это случилось незаметно. Сначала я просто отмечала, что он здесь, что он рядом. Потом начала замечать, где он стоит, с кем разговаривает, улыбается ли. Потом — ловить себя на мысли, что хочу подойти, сказать что-то, чтобы он посмотрел на меня. Чтобы улыбнулся.

Но я не подходила. Потому что Марк — это Марк. Он привлекает девушек, и они липнут к нему как мухи на мёд. Он позволяет. Улыбается, шутит, флиртует. Но ничего серьёзного. Он сам мне говорил: «Я не для отношений». Сказал легко, буднично, как о чём-то само собой разумеющемся. И в тот момент я почему-то поверила.

Я запомнила эти слова. И они стали моим щитом. Каждый раз, когда что-то внутри начинало трепетать от его улыбки, я напоминала себе: «Он не для отношений». Это его правило. Его выбор. И у меня нет права на что-то большее, чем дружба.

Но я заметила. Он искренне и по-особенному улыбается Нике — как старший брат. Улыбается Вирсавии — с той теплотой, которая бывает у людей, ценящих редкую, настоящую дружбу.