За нашей спиной

Глава первая

Ещё до того, как на улицах появились первые прохожие, спешащие на работу, а уличное освещение работало вполсилы, заснеженные дороги озарились оранжевыми всполохами проблесковых огней снегоуборочной техники, выведенной ранним утром на улицы Гётеборга для расчистки дорог от снега, обильно усыпавшего собой город за ночь.

***

В темноте спальни заиграла мелодия на смартфоне. Элиз, не раскрывая глаз, протянула руку и тут же нащупала нарушителя тишины. Она ухватила телефон пальцами и поднесла к лицу, после чего приоткрыла веки и тут же снова зажмурилась. Экран смартфона был слишком ярким. Электронный будильник продолжал звонить, причём всё громче и громче, и Элиз почувствовала, как в ней поднимается глухой протест против резкого звука в тишине раннего утра.

Выключив будильник и отложив смартфон в сторону, она полежала ещё минут десять, чувствуя себя очень уютно в тепле под толстым и тёплым одеялом, потом потянулась в согретой постели и улыбнулась, чувствуя, как на неё накатывают волны хорошего настроения. А с чего ему быть плохим? Концерты, хорошо принятые поклонниками, и съёмки в Рождественских телевизионных музыкальных программах остались позади, а за окном разгорался долгожданный день: 13 декабря 2021 года. Сегодня у неё начинался длинныйпраздничный отпуск! Заранее условившись со своими друзьями, Элиз должна сегодня отправиться на север страны, где в национальном парке Абиску можно будет увидеть живую росомаху, которую Элиз в своей жизни видела пока только по телевизору. Кроме того, недалеко от деревни Абиску, внешне непримечательной, но с интересной историей появления, где жителей насчитывалось не более ста человек, открылся новый туристический комплекс «Ярнхол» - «Нора росомахи». Тут же вокруг деревни располагалось ещё несколько курортов, как для летнего, так и для зимнего времяпрепровождения. И речь не только о походах по тропам и снежных видах спорта, но и о возможностях наблюдать звёздное небо почти без светового загрязнения человеком, любоваться северным сиянием, особенно впечатляюще выглядевшим во время Полярной ночи. Элиз любила зиму, а местность национального парка Абиску обещала обилие снега и холод, как и положено во время любой уважающей себя Зимы.

Подумав об отпуске, Элиз почувствовала прилив бодрости и, резко отбросив в сторону одеяло, буквально вскочила с кровати. Несмотря на то, что на теле был тёплый спальный костюм из штанов и кофты с длинным рукавом, а ноги укрыты тёплыми носками, по телу сразу побежали мурашки, а руки похолодели.

«В квартире холодно, надо сильнее включать отопление, правда, это влетит в эре», - отметила про себя Элиз, чувствуя, что быстро замерзает.

Нырнув ногами в меховые домашние полусапожки, Элиз поспешила к стулу, на котором висел домашний простёганный и утеплённый синтепоном длинный халат. Набросив его на себя, она задержала дыхание, почувствовав холод остывшей за ночь одежды. Плотно запахнув полы халата, Элиз, в рассветном сумраке, сразу прошла на кухню. Только там она включила свет, собираясь позавтракать.

Доставая из навесного шкафа турку и перемолотый кофе, который она не так давно получила в подарок, Элиз усмехнулась, вспомнив, как она, узнав в интернете значение слова «мусанг», решала, стоит ли вообще варить этот кофе и пробовать его. Если верить интернету, то это самый дорогой кофе в мире. Кто бы мог подумать! Она рассмотрела зёрна и сделала вывод, что выглядели они, как самые обычные зёрна кофе. Ничего лишнего на них не прилипло. Потом она сунула нос в пакет и тщательно принюхалась. Пахли зёрна как положено, никакого подозрительного запаха она не уловила. Кофе, как кофе. Преодолев чувство брезгливости, Элиз всё же решила снять пробу. Ей показалось, что лучше заваривать такой кофе в турке, а не в кофейной машине-автомате.

«Надо будет поделиться впечатлениями с друзьями. Вот, они удивятся!» - подумала Элиз, набрав воду в турку и бросив в неё одну мерную ложку измельчённого кофе. Она поставила его вариться, не забыв включить свет на вытяжке, чтобы было виднее, когда кофе начнёт пенится и быстро подниматься.

Как только пена обильной густой шапкой стало угрожать пролиться на плиту, турка тут же была отставлена в сторону. Налив напиток в кружку через специальное железное ситечко, Элиз добавила молока и готовые магазинные взбитые сливки. Готовить сейчас не имело смысла из-за отъезда, но…

«Одним кофе сыт не будешь, а холодильник пустой… Кстати!» - взгляд Элиз остановился на лежащей на кухонном гарнитуре пластиковой коробке со сладкими булочками. – Надеюсь, они ещё съедобные!»

Элиз открыла коробку, убедилась, что с булочками всё в порядке и доела последние три штуки, намазывая их вареньем.

«Вот! И булочки не пропали, и готовить не пришлось!» - мысленно поздравила себя Элиз и тут же невольно подумала о том, какое огромное количество калорий она сейчас потребила.

Чтобы не расстраиваться из-за этого, она переключила свои мысли на предстоящий отпуск. Она мечтательно улыбнулась, а сердце радостно забилось в груди от предвкушения. Две недели с друзьями на природе! Вечерние посиделки! Рождество и подарки! Только под Новый год она вернётся домой, но и его встречать одна она не будет.

Покончив с завтраком, Элиз почистила зубы и умылась. Вернувшись в спальню, она разложила на кровать одежду, в которой планировала ехать, после чего уселась перед трельяжем и принялась наносить лёгкий, неброский макияж, призванный подчеркнуть её индивидуальность и скрыть недостатки.

Закончив, она переоделась. Сумка с вещами в поездку, заблаговременно собранная ещё вчера, стояла у входной двери. Сейчас Элиз беспокоило лишь наличие пробок на дорогах: она должна успеть на самолёт.

Глава вторая

Ранним утром Элиз, открыв глаза, сразу почувствовала себя невыспавшейся, измученной, словно и не спала вовсе. Нет, она ни разу не проснулась за ночь, но у неё во сне в какой-то момент разболелась голова, из-за чего ей снилось что-то совершенно дикое. Ну, хорошо хоть то, что сейчас головная боль где-то эхом гуляла в голове и была практически незаметной. Это радовало.

«Как же не хочется вставать, – подумала Элиз, перевернувшись на другой бок, лицом к стене. – Такая вялость! Вчера перенервничала, – после этого предположения она вздохнула и продолжила с чем-то похожим на воодушевление. – Ничего, сегодня приедут друзья и всё будет иначе! Поэтому не буду к себе прислушиваться. Всё будет преотлично! Повеселимся и отдохнём, как следует!»

Полежав ещё минут тридцать, слегка придрёмывая, Элиз вдруг почувствовала сильный голод. Хочешь – не хочешь, а вставать придётся. Поднявшись с кровати и обувшись, Элиз бесцельно побродила по номеру, потому что никак не могла решить, что необходимо сделать в первую очередь: то ли зубы почистить, то ли расчесаться… А, может, переодеться? Или принять душ, чтобы смыть усталость?

От тишины, всё ещё царившей в здании Ярнхола, вновь захотелось нырнуть под одеяло и опустить тяжелые веки, но желудок настойчиво требовал подношения, и по этой причине Элиз устремила взгляд на холодильник для напитков. Еды там, конечно же, не оказалось, зато были сладкие напитки. Элиз тут же выпила один из них прямо из банки, чтобы не тошнило от голода, и, почувствовав прилив сил, обнаружила, что теперь точно знает, что и в каком порядке надо сделать. Она привела себя в порядок, слегка подкрасилась. Глядя на себя в зеркало, Элиз решила, что выглядит очень даже привлекательно. Теперь можно выйти из номера.

Выйдя, она пошла по коридору к лестнице, но вдруг остановилась и насторожилась. Всё в коридоре выглядело в полном порядке, но уж как-то слишком громко прозвучали её шаги во всеобъемлющей тишине комплекса. Тишину в номере она ещё могла понять, допуская наличие хорошей шумоизоляции для комфорта постояльцев, но почему такая гробовая тишина стоит в общем коридоре их этажа? Осмотревшись по сторонам, она заметила в одном из номеров открытую настежь дверь и свет электрических ламп, проникающий в коридор. Просто так дверь не стали бы оставлять открытой, значит, внутри горничная. Подойдя к чужому номеру, Элиз заглянула внутрь и нахмурилась, так как внутри был странный беспорядок. Вещи постояльца были частично в шкафу, частично на кровати и на полу. И никакой горничной.

- Привет! – неуверенно обратилась она к тому, кто мог быть внутри номера, например, в санитарном узле.

Ответом была полная тишина.

– Тут есть кто-нибудь? – Элиз задала вопрос погромче.

Ей снова никто не ответил. Прикрыв дверь в комнату, Элиз остановилась и задумалась, не войти ли внутрь. Заходить в чужой номер совсем не хотелось, а странная тишина требовала разъяснений. Потоптавшись на месте ещё пару секунд, прислушиваясь к тишине здания, Элиз решила спуститься вниз, сообщить об увиденном дежурному у стойки регистрации, а заодно задать пару своих вопросов. Возле двери, ведущей к лестнице, она заметила на полу обронённый бумажник, и первым её решением было пройти мимо.

«А вдруг сейчас кто-нибудь особо ушлый его себе присвоит, а владелец потом будет переживать и восстанавливать свои документы?» - сочувственно подумала Элиз, приближаясь к бумажнику и поднимая его, чтобы отдать дежурному у стойки регистрации.

Ступив на лестницу и сделав несколько шагов вниз, Элиз заметила беспорядок внизу гораздо больший, чем в пустом раскрытом номере на её этаже. Складывалось ощущение, будто толпа бежала по лестнице вниз и устремилась к выходу, опрокидывая на пол всё, что попадалось у них на пути, и теряя вещи. Это заставило Элиз замереть. Она решала, стоит ли ей спускаться.

«А, может, просто ночью в комплекс вошло несколько оленей и устроило тут бардак? И я напрасно себя накручиваю? Но, разве двери на ночь не запирают? И почему беспорядок не устранили до сих пор? Что здесь было вчера, пока я спала? Почему так тихо? Где все? Неужели, ещё спят? Но дежурный-то не должен спать!» – подумала Элиз и медленно спустилась вниз, глядя по сторонам фойе.

Никакой опасности она не заметила. Как и дежурного регистратора.

Переступая через валяющиеся на полу вещи, Элиз подошла к стойке регистрации и положила на неё чужой бумажник, замерев в ожидании. Дежурный не являлся, хотя должен был увидеть по камере наблюдения, что его ждут. Тогда Элиз настойчиво позвонила в звонок на стойке. Никто к ней не вышел, и это было странно.

Очень странно.

- Доброе у-утро! – решилась она достаточно громко, нараспев прервать уже начинающую пугать тишину.

Её громкий, поставленный голос показался ей чем-то инородным в стоявшей тишине, отчего по спине побежали мурашки, а во рту пересохло. В голову полезли воспоминания о разных фильмах ужаса, где люди против своей воли оказывались… где-то. Но, ёлки-палки, это же не фильм! Постояльцы и персонал не могли просто взять и исчезнуть в реальной жизни! От этой мысли Элиз слегка приободрилась, ещё раз огляделась и прислушалась.

Тишина.

- Чертовщина какая-та, – буркнула она себе под нос и, не спеша, пошла к служебным помещениям.

Там всё выглядело не лучше, чем в фойе. Беспорядок был, а служащих не было. Ни единого человека.

- Эй, тут есть кто-нибудь?! – во весь голос крикнула Элиз и услышала, как её голос дрогнул.

Глава третья

Ночь, ночь и ночь. Тёмное утро среды Элиз встретила с головной болью и апатичным настроением. Она всё ещё одна-одинёшенька! Вставать не хотелось, но и валяться в постели смысла не было. Завтрак-то ей никто не принесёт.

Через полчаса, сбросив с себя одеяло, она нехотя встала и всмотрелась в темноту за окном. У Элиз стало складываться впечатление, что в этом месте вечно царит ночь, сменяющаяся иногда густыми сумерками, а солнечного света вообще не бывает. Господи, какая тоска! Наконец, Элиз обратила внимание, что снегопад прекратился, остался только ветер. Он устраивал из снега маленькие торнадо, которые сам же и уносил куда-то прочь. Элиз поёжилась несмотря на то, что в комнате у неё было тепло.

Выпив сразу две таблетки от головной боли, она сосредоточилась на насущных делах. Первым делом Элиз взяла смартфон и проверила наличие связи. Связь отсутствовала. Потом она выглянула в коридор и прислушалась. Ничего, что выдавало бы присутствие людей или животных. Тишина стояла такая же, как и накануне.

«Ну, да, наверно только сегодня приступят к снегоуборочным работам. Значит ждать приезда постояльцев не раньше вечера или завтрашнего утра», - подумала Элиз и слегка приободрилась.

Она прилегла на кровать. Следовало подождать немного с делами прежде, чем колокол в голове утихнет, и можно будет себя вновь почувствовать человеком.

Прошло минут тридцать прежде, чем острая боль сменилась на слабую, а потом совсем ушла, сменившись лёгким головокружением. Ох, уж эта мигрень!

Элиз поднялась и, захватив свою ключ-карту, вышла из номера и, держа руку у стены на случай, если головокружение вернётся, пошла по коридору.

В комплексе ничего не изменилось. В каком виде она оставила вещи вчера, так всё и осталось. Следовало бы, для верности, крикнуть и позвать людей, но Элиз была уверена, что никто не откликнется. Она осторожно прошла в ресторан, чтобы поесть. Сварила себе кофе, добавила туда Амаретто, поджарила тосты и приготовила яичницу-глазунью. Пока тосты не остыли, Элиз намазала на них тонким слоем сливочное масло, дав ему слегка растопиться на горячем хлебе. Оглядев кухню и подумав, она решила приготовленное вынести в зал ресторана и сесть завтракать за столиком, а не оставаться здесь, среди кастрюль, половников и прочей кухонной утвари. Всё-таки, не часто ей в прошлые годы удавалось быть в ресторане одним единственным посетителем! Элиз иронично усмехнулась.

«Что ж, будем набираться впечатлений так, чтобы на всю жизнь хватило!» - подумала она.

Элиз выбрала столик, расставила тарелки, а поднос оставила на соседнем столике у себя за спиной. Она никогда не понимала, как люди могут есть прямо с подноса или ставить его рядом с тарелками, ведь в нём не было ничего эстетического!

Ела Элиз не торопясь, в стоящей тишине её столовые приборы громко позвякивали, ударяясь о посуду.

Покончив с завтраком, она убрала грязную посуду и решила помыть её всю, то есть сегодняшнюю и вчерашнюю. Когда этот кошмар закончится - никто не знает, а обрастать грязной посудой совсем не хотелось. Использовать посудомоечную машину она не стала, чтобы убить время, поэтому помыла вручную.

Поставив посуду сушиться на полотенце, Элиз вернулась в свой номер и посмотрелась в зеркало. Лицо её осунулось, улыбка выходила грустной, она словно стала выглядеть старше. Макияж наносить настроения не было. Грустно вздохнув, она подошла к окну и выглянула на улицу. Ветер не стих и всё также закручивал снежную пыль.

«Чем бы ещё заняться? Надо что-то делать. Никто не появился до сих пор, - подумала Элиз, и вдруг ей в голову пришла совершенно дикая мысль. - А может, в целом мире только я одна и осталась? Какая-нибудь быстротекущая смертельная зараза? Они эвакуировались толпой, заражали друг друга, а я ни с кем не контактировала и выжила. Может такое быть? В принципе может, но почему нет мобильной связи? Она должна была остаться, даже если все умерли… Но, ведь, не могли все умереть так быстро! Нет, всё-таки это была эвакуация из-за снега».

Элиз почувствовала, что глаза наполнились слезами. Ну, уж нет! Плакать она не будет! Наверняка дорогу в сторону Ярнхола уже чистят от снега, и скоро восстановится движение. Встряхнув головой, отгоняя упаднические мысли, она решила, что пора попробовать самой добраться до людей, например, в деревне. Куда идти, она примерно знала. Идти было недалеко.

«Точно недалеко? - Элиз нахмурилась. – По расчищенной дороге, в хорошую погоду и при свете – да, недалеко. А сейчас? Но оставаться здесь в одиночестве и в неведении уже просто невыносимо!»

Переодевшись в уличную одежду, взяв с собой сумочку с документами и бросив туда же смартфон и компас, она спустилась в фойе. Как и вчера, Элиз сходила в ресторан и взяла с собой продуктов и питьё, а ещё прихватила зажигалку на всякий случай. Всё это она сложила в походную сумку, которую она ещё не разбирала со вчерашнего дня. Закончив со сборами, Элиз проверила телефонную связь у стойки регистрации – телефон по-прежнему был «мёртвым». Значит, оставалось единственное – дойти до деревни и там просить о помощи.

Не забыв заблокировать входную дверь стулом, она стала пробираться под тускло светящими фонарями сквозь снег. Если бы она вчера не расчистила дорожку от входа в комплекс до башен, идти было бы значительно сложнее. Сейчас, по крайней мере, оставались очертания дорожки, и уровень снега на ней был заметно ниже, чем вокруг.

Быстро добравшись до башен, Элиз остановилась. Впереди была бескрайняя темнота, разбавленная снежным полем, по поверхности которого ветер гонял снег, срывая его с сугробов и сбрасывая с веток деревьев, которые низко наклонились под тяжестью снега, рискующих обломиться. «Надо идти строго вперёд!» – сама себе напомнила Элиз и достала компас. В последний раз переведя дух и включив фонарик на смартфоне, она погрузила свою ногу в глубокий снег, провалившись в него выше колена. Деловито крякнув, она пробиралась вперёд, чувствуя с каждым шагом, как ей становится всё жарче и жарче.

Глава четвёртая

Элиз проснулась в полной темноте, сильно замёрзнув. Когда она шевельнулась, по её телу пошёл озноб, и мышцы стала сотрясать неудержимая дрожь. Так может себя чувствовать либо больной с поднимающейся до небес температурой, либо замёрзший, но ещё не до смерти, глубоко спящий человек, если его разбудить.

Она умудрилась заснуть вчера поверх одеяла! Элиз, чувствуя, как её трясёт, как мурашки поднимаются от тела вверх на макушку и там поднимают волосы дыбом, сдерживая клацанье зубов от холода, быстро заскочила под одеяло, и ей показалось, что она нырнула в сугроб. Постель была ледяная! Элиз укрылась с головой и стала ждать, когда дрожь от холода утихнет, согревая воздух под одеялом своим дыханием. Она закрыла глаза и затихла.

«Разве я не оставляла свет в комнате на ночь? – Элиз, отогревшись, поняла, что её беспокоит. - В комнате почему-то очень темно. А почему?»

В груди жарким пламенем полыхнула надежда, и глаза Элиз непроизвольно распахнулись под одеялом. Свет она вчера в номере оставила включённым, значит, кто-то его выключил, пока она спала! А это значит…

- Неа! – хриплым со сна голосом позвала Элиз, высунув голову, и прислушалась к звукам в номере. – Ты здесь?

Ответом были тишина, темнота и холод.

«Может, спит крепко?» - не теряла надежды Элиз.

Она взяла смартфон, зажгла на нём фонарик и встала с кровати. Потирая себя свободной рукой, чтобы не мёрзнуть, она подошла ко второй кровати. Та была пуста и застелена. Более того, дверь в номер была забаррикадирована так же, как Элиз вчера всё оставила. Элиз похолодела от догадки. Она быстро двинулась к выключателю у двери и несколько раз щёлкнула туда-сюда – всё впустую. Свет не включался.

- О, господи! Нет! Только не это! – испуганно прошептала Элиз, и, разобрав баррикаду, дёрнула входную дверь.

Дверь не поддалась, и не мудрено – она была заперта. На фоне накатывающей паники, Элиз не сразу вспомнила о ключе-карте, а вспомнив, бросилась искать её, стукнувшись в условиях плохой видимости об угол стола и вскрикнув от боли. Наконец, она нашла её на поверхности ночной тумбочки, схватила и, стукнувшись ещё раз об стол, приложила к дверному замку. Послышался щелчок, и дверь открылась.

От облегчения у Элиз чуть ноги не подкосились. Она прислонилась к стене у двери и стала ждать, когда сердце перестанет стучать где-то в горле. Она понятия не имела о том, что электронные замки делают автономными, не зависящими от общей сети. И это было хорошо, иначе бы Элиз оказалась запертой, без еды и с небольшим запасом питья в ледяном номере. И никакой возможности выбраться из номера, кроме, как через окно, и оказаться на улице на морозе перед закрытой ею же входной дверью в комплекс. Ну, или выбить каким-то образом дверь номера, открывающуюся вовнутрь. Элиз не знала, что бы она делала, если бы дверь не открылась. Но совершенно точно, что она кричала бы, кричала и кричала от ужаса и безысходности.

От души у Элиз, наконец, отлегло, даже появилась надежда на то, что свет отключен только в её номере. Однако, когда она выглянула в коридор, то обнаружила, что и он был пугающе тёмный.

«Раз электронные замки открываются, значит, вырубился только верхний свет у меня в номере и в коридоре. Что за невезенье! То предупреждение об эвакуации не услышала, теперь это!» - раздражённо подумала Элиз.

Элиз стала всматриваться в темноту и прислушиваться. Ей казалось, что тёмный коридор, в свою очередь, стал безмолвно всматриваться в неё, вызывая ощущение незваной гостьи. Она скрылась в номере, закрыв за собой плотно дверь и первым делом проверила наличие связи. Связь по-прежнему отсутствовала.

Освещая себе путь фонариком на смартфоне, она вышла в коридор, и почувствовала спиной, что к ней кто-то или что-то беззвучно приближается. Она резко обернулась. Ничего. Всё тот же мрак и тишина.

Спустившись вниз, Элиз обнаружила, что свет потух и в фойе, и в коридоре, которой вёл в ресторан, и в самом ресторане. Света не было нигде. Искать выключатели в коридорах и залах ресторана Элиз направилась в ресторанную кухню и молилась, чтобы хоть там свет был. Там его тоже не оказалось.

Элиз уже успела отметить про себя, что во всём здании стоит сильный холод. Теперь ей всё стало понятно. Котельная работала на природном газе, но управление котлом требовало наличия электричества. Нет электричества – нет и отопления. Если ничего не предпринять, она замёрзнет насмерть.

На своё счастье, Элиз вчера поставила смартфон заряжаться, и батарея была полной, но теперь энергию придётся беречь. Эта мысль заставила женщину начать искать на кухне свечи. Они должны были где-то быть обязательно на всякий случай! Свечи она нашла в одном из выдвижных ящиков кухонного гарнитура, там же были и зажигалки, и спички. Элиз торопливо зажгла свечу и потушила фонарик на смартфоне. Итак, хоть каким-то светом она обеспечена. Надо только забрать в номер всё найденное в ящике. Теперь настало время подумать о продуктах.

Для продуктов отсутствие света не было проблемой. В здании было не теплее, чем в холодильнике, а скоро станет даже холоднее. Элиз может продукты запаковать и унести с собой. Ей надо хорошо поесть, чтобы не мёрзнуть, и собраться с мыслями.

Ёжась от холода, она соорудила себе множество бутербродов, благо готового хлеба, колбас и сыра было в достатке в молчащих сейчас холодильниках, и взяла несколько бутылок воды и напитков. Всё лучше, чем есть в сухомятку.